Без тебя никак

Глава 1

– Ну что, можем ехать? – Камиль с интересом взглянул на мою сумку, которую я бросила назад. Охватил взглядом короткие шорты, конверсы и футболку с Микки Маусом.

– Всего одна сумка? А где чемодан и море косметики?

В сумке всего-то шлепанцы и купальник. Остальное можно купить уже там. Я бы и больше взяла, но тогда я бы вряд ли смогла вылезти в окно второго этажа своего дома.

– Тебе не угодишь, Садыров. То много вещей, то мало.

– Не бухти, Викуль. Могла бы вообще голой поехать, я бы не обиделся, – подмигивает мой парень. – Погнали. Все уже ждут.

– Ну и чего ты тогда стоишь? Погнали, – откидываюсь в кресле, бросая взгляд на дом. Отец спит, видит десятый сон и не знает, что дочка ослушалась его прямого приказа. Словно я какой-то солдат. Словно одна из его многочисленных подчиненных. Мне кажется, он до сих пор пытается сделать из меня сына. Вон уже и документы за меня в вуз МВД отдал. Достал. Неужели непонятно, что меньше всего мне хочется ходить на парадах так, словно у тебя палка в заднице застряла.

Мысли сбивают пальцы, сжимающие колено, и я тут же отбрасываю руку.

– А где твое «буду вести себя прилично»? – вскидываю я брови, а мой парень нахально усмехается. Красивый, зараза. Разве я могла выбрать кого-то менее красивого, с моей-то внешностью. Высокий, спортивный. Не обремененный политическими взглядами отца, как наш общий друг Никита Самсонов и не донашивающий последние трусы, как Артур Левицкий. Идеальный вариант, чтобы особо не напрягаться, если приспичит переспать или закончить недо-отношения. А его кошачью натуру можно легко приручить, если наконец решусь с ним переспать.

– А где твое «все скоро будет, Камильчик»? Сколько можно меня динамить.

– Хочешь найти кого-то посговорчивее, вперед, – дую я губы, а он пальцами в руль впивается. Знаю, что не уйдет. У него уже спортивный азарт. Завалить Даниленко. Я тут же смягчаюсь, отстегиваю ремень и обнимаю его за шею. – Ну не злись, Камильчик. На этой неделе точно. Море, жара, жадные взгляды. Уверена, у тебя будет шанс снять с меня трусики.

– Дрянь ты, Даниленко, – обхватывает он мой затылок и долго-долго орудует во рту языком. Никакой романтики, голая похоть. И почему девкам это так нравится. Как по мне, так эти поцелуи вообще не возбуждают. После них только рот сполоснуть хочется.

Мы мчим по дорогам как угорелые, особо не запариваясь насчет штрафов и прочего, и уже совсем скоро тормозим во Внуково. Камиль, как истинный джентльмен, берет мою сумку, и мы идем к паспортному контролю, где нас уже ждут друзья. Я просто схожу с ума от радости, что мне уже восемнадцать, о чем постоянно напоминаю отцу. Но разве ему что-то докажешь.

Наденька прилипла к Никите, словно мармеладный червяк. Ну конечно, победа, он наконец с ней. Артур, как обычно, занимается всеми организационными вопросами. Сразу протягиваем ему паспорта, а он отдает их на контроль. И только тут я замечаю серое пятно рядом с ним. Блин, она же с нами в классе училась. На выпускном еще в смешном розовом платье была. Как же ее.

– Диана. Че встала, иди сюда, – шикает Артур, и она, вздрогнув, идет к нему. Высокие отношения, нечего сказать. У него такое лицо, словно он не рад, что взял ее с нами. Тогда зачем взял?

Я бросаю взгляд на Надю, а она пожимает плечами. Ну это и понятно, она теперь вплотную займется Самсоновым. Остальное ее не волнует.

А меня волнует только одно, чтобы папа не организовал погоню, потому что через три дня у меня собеседование в вуз МВД, и я точно собираюсь его пропустить.

– Все нормально? – обнимает меня Камиль, а я киваю.

– Конечно нормально, ты же со мной? – улыбаюсь я как можно шире, а у самой на душе кошки скребут.

Люблю самолеты.

Полное отсутствие контроля над своей жизнью. Даже мнимого. Тут никакие подушки безопасности не помогут. Летишь и понимаешь, что пристегиваться надо только для того, чтобы твое тело потом нашли. Летишь и понимаешь, что от тебя ничего не будет зависеть. Странно, что в жизни мне этого не нужно. В жизни я все хочу решать сама!

Морщусь от очередного взрыва хохота. Тоже мне, золотые детки. Сдохни мы в этом самолете, никто даже горевать не будет.

Все болтают, ржут как кони, а я пытаюсь наслаждаться, закрыв глаза и вжав пальцы в подлокотники, ощущая и скорость, и шум двигателя, который может накрыться в любой момент.

Как и наша, так называемая, дружба. Такое ощущение, что пять бесполезных деревяшек прибило друг к другу. Сначала нас с черноволосой миниатюрной Надей. Я только перевелась в элитную гимназию, до этого прожив очень долго в закрытом военном городке. Мы с ней просто как-то посмеялись над девочкой, которая на вопрос о книге «Дозор» Лукьяненко пропела песню из фильма, сказав, что именно таким был сюжет. Столкнулись взглядами и решили, что обсуждать тупость других вместе веселее. Потом нашли себе кавалеров, а где-то в десятом классе решили, что должны сделать их своими парнями. Я сначала даже потопила эту идею, а наши родители наоборот подкидывали в костер поленьев, уже чуть ли не обсуждая детали свадьбы.

Парни обсуждают новую тачку Камиля. Никита со стороны понтореза, знающего все о цене и престижности, а Артур со стороны технической части. На этом самом «Мустанге» мы и приехали. Красивая машина. Красная и скоростная.

Я тоже такую хочу, но отец считает, что женщины вообще машины водить не должны. Сволочь.

Он и маме все запрещал.

Не удивительно, что она от него сбежала при первой возможности.

– Ну что, Вик, прокатилась на новой тачке Камильчика? – Никита играет бровями, а я корчу рожу и отворачиваюсь.

Одна из причин, почему я еще не переспала с Камилем. Он тут же понесет это Никите. Во всех подробностях.

У этих двоих вообще секретов нет. А быть темой дня во время очередной попойки мне не улыбается.

Я перевожу взгляд с Никиты на Надю, а та щурит взгляд. Ну что ж, жертва найдена.

– Давай лучше спросим, как Надюша на твоем «Лексусе» катается. Как долго заводится, как быстро тормозит перед опасностью. Нравится ли ей? – я знаю, что она не особо эту тему любит. Мы с ней вообще почти секс не обсуждаем. – А может тебе мало одного пассажира, и вы позвали компанию?

– Вика!

– Что? Подаю плохую идею?

– Все, Вик, угомонись. Никита просто растормошить тебя хотел. Ты какая-то странная. Отец точно тебя отпустил?

– Я же с тобой, а ты знаешь, как наши отцы мечтают нас поженить. Так что не заругает, – а даже если заругает, то не побьет. Он может орать, метать икру, но никогда меня не тронет.

– И нас тоже, – мечтательно произнесла Надя, надевая маску самой милой и нежной. Аж блевать хочется.

Я, если стерва и могу послать матом, то не скрываю этого, а Надя все время делает вид, что девочка целочка, тупологовый одуванчик, который только и умеет что улыбаться. Мол, мужики таких ооочень любят, девок, которые им в рот заглядывают. Тип «Золушки».

Вон даже замухрышка Диана на это ведется. Смотрит на Надю чуть ли не влюбленными глазами.

Артур молчит, что-то читает. Он всегда в учебе. Он и за Никиту с Камилем постоянно что-то дописывал. Они ради этого и держат его рядом. Хотя он далеко не их поля ягода. Парень из обычной семьи, который попал в этот мир больших денег и понтов только благодаря своим знаниям, а остался благодаря мозгам, потому что как хамелеон умеет подстроиться под любую ситуацию. Тем более странно, что с ним делает Диана эта.

Она даже по приезду в Сочи, на пляже не стала переодеваться. Сидела в своем черном купальнике (тот случай, когда не стройнит ничего) наблюдала за гибким телом Артура, который с парнями гонял в волейбол.

– Вика! – подбегает Камиль, кидает в меня мяч, а я ловко отбрасываю. Любуюсь отличными формами своего парня. Пусть завидуют все. – Сгорят дыньки. Погнали играть.

Я понимаю, почему он меня позвал. К нему уже девка подкатывает, и ему вроде как нужен щит против его распутства, а я не против.

– Погнали. Надя?

– Смеешься? Мой спорт – это перевернуться с бока на бок.

Ну да, гены.

– Диана?

– Я тут посижу. Книжку почитаю, – показывает она толстый том, который недавно держал в руках Артур. Ну что ж, пара задротов нашла друг друга.

Я бегу за Камилем, замечая на себе сальные взгляды, купаюсь в них, мысленно показывая всем средний палец. Хотя пускающему слюни Никите самый настоящий. У него вообще пунктик на блондинках. Но все равно Надя смогла его охмурить.

Принимаю позицию для игры рядом с Артуром, который, кстати, даже внимания не обратил на мой оранжевый (вырви глаз) купальник.

– Может ее к косметологу? – спрашиваю его после удара, а он головой качает. Цепляет взглядом новую зазнобу. Она поправляет очки и снова утыкается в книжку. Господи, еще и очки. Тяжелый случай.

– И так нормально.

После пляжа мы все заваливаемся тусить в дом Самсоновых на берегу Чёрного. Огромный двухэтажный особняк, который, по большей части, пустует.

Сегодня намечается большой движ, и, судя по блестящим глазам парней, они уже заказали всякой дури. Я не любитель, так что максимум коктейль. Может, и не один. После как-то хорошо уносит, не хочется ни о чем думать, например, о блондинке, которая улыбается Камилю. Блин, он не может не улыбаться в ответ. Вечный кот. Рядом со мной его держит только навет отца, который жаждет наградить меня татарской фамилией, и моя потрясающая фигура. Он хочет меня. Настолько, что все-таки отлипает от своей крали и машет мне. Да, да, я глупая дура и не понимаю, что стоит мне отвернуться, он обязательно зажмет ее в углу. О чем еще надо забыть? О Наде. Она обожает, когда ее боготворят, так что теперь у нее новая подружка Диана, которая сама не пьет и не веселится, пока ее парень общается с Никитой, зато стабильно таскает Наде попить.

Но все это мелочи по сравнению с сотней пропущенных от отца. Лютует поди. Терпеть не может, когда не слушаюсь. А в этот раз я просто сбежала.

Но если еще не позвонили Камилю, значит, не все так плохо.

А вот и он, бросил свою цацу и с горящими глазами приближается ко мне. Тянет танцевать. Я, закинувшаяся двойной порцией сладенького «секса на пляже», в принципе не против, но, когда его рука лезет в трусы, минуя мои возмущения, толкаю его в бассейн. Он плюхается с сильным шумом, окатив близ стоящих ребят.

– Вика! Ты сука ебаная! – он орет на меня. Злой и смешной одновременно. Всем смешно. – Тебе смешно? Да хватит ржать, ублюдки! Помоги мне, – подплывает он к краю.

Я ржу, протягиваю руку и только в последний момент понимаю, что он прекрасно может выбраться сам. Так что руку-то я не даю, показывая средний палец. Совсем меня за дуру считает?

– Охладился?

– Давай тоже! – орёт сзади кто-то и, подняв меня в воздух, просто бросает в воду. – Все прыгаем!

Чеерт!

Тут же бассейн заполняется пьяными молодыми телами.

Я потихоньку вылезаю, уже иду к спальням, где планирую закрыться и переодеться во что-то менее взрывоопасное, иначе Камиль трахнет меня прямо у бассейна.

Только вот иду медленнее, чем хотелось бы. Музыка приглашенного диджея долбит по ушам.

Все-таки четвёртый коктейль был уже лишним, а вода расслабила окончательно.

По стенкам, вдоль лестницы снуют парочки, плотно занятые ртами друг друга. А кто-то уже смачно вылизывает голые сиськи.

Надеюсь, я успею найти комнату до того, как ее займут.

Держусь за перила и напеваю дурацкий мотив. По стеночкам, по стеночкам.

Боковым зрением улавливаю движение.

В дверь дома со стороны улицы заходит мужчина.

Глава 2

Я даже торможу, потому что перед глазами вроде расплывается, но он словно яркое пятно на черно-белом полотне.

Такого сложно не заметить. Он не сказать, что на много старше нас, но черная поросль на лице и брезгливость дают понять, что сюда он пришел не по адресу.

Пытаюсь сфокусировать зрение, обхватывая взглядом и литые мускулы, которые почти не скрывает черная футболка, и сильные ноги в штанах цвета хаки. Наверное, задница там каменная. Зубы можно пообломать. Почему-то при этой мысли хочется хихикнуть. И я не пытаюсь сдержаться, за что тут же получаю убийственный взгляд мужика в свою сторону. Хорош, нечего сказать. Острые скулы, широкие плечи, ну прям Кларк Кент из моего любимого сериала «Тайны Смолвиля».

Я бы даже улыбнулась ему, отвечая на прищуренный взгляд, но не получается, потому что мини хот-доги, приготовленные на тусу, лезут вверх. Бегу в ближайший туалет. Тут уже не до брутальных красавчиков, случайно оказавшихся на этом празднике жизни. Меня рвет. Но вроде быстро в себя прихожу.

Умываюсь и уже хочу выйти, открываю дверь. В проеме вижу Чеширскую улыбку кота Камиля. Он меня внутрь толкает. Блин. Попалась что ли? У него еще глаза горят нездорово. Точно что-то принял.

– Камиль, я хочу спать, – тупее отмазки не придумать. Ведь надо понимать… Вряд ли сможешь избежать секса, если зажата между стеной и высоким сильным парнем. Ладно, секс, так секс.

– Нет, Вика, заебала динамить, – он даже целоваться не собирается, разворачивает меня спиной и хочет на раковину опрокинуть. Толкается в зад стояком.

Но меня как по заказу снова рвет.

– Вика! Ну что за хуйня! Как секс, так сразу отмазки.

– Что, не очень сексуально, да? – блин, почему так смешно. Интересно, а тот брутальный мужик тоже бы такую смешную моську скорчил. Но нет, Камиль, кажется, настроен решительно. Стягивает с меня трусы, пытается между ног пролезть, а я бедра сжимаю и ржу над его попытками.

– Ты мне обещала!

Ню, ню. Мальчика обидели. Знаю ведь, что настаивать не будет. Не такой он.

– Да не хочу я в туалете! – дую губы в зеркало.

– Ну хоть отсоси мне! – он дергает меня за волосы в попытке на колени поставить, а я его толкаю в грудь. Еще чего! Гадость всякую в рот брать.

– Фу! Еще раз такое предложишь, пойдешь на хрен, понял!?

– Сука! Ну и пойду, меня там столько телок ждут сочных, чего я тут с тобой ношусь – не ясно.

– Потому что знаешь, что такой, как я, у тебя не будет, – зло усмехаюсь, тряхнув чуть влажными волосами. – Ну чего встал, иди, трахай кого хочешь.

– Я могу быть верным, – чуть ли не в грудь себя бьет. – Приходи, когда созреешь.

– Не боишься, что первым можешь стать не ты? – играю я бровями.

– Да так даже проще. Еще возиться потом с твоими «Ай, больно», «Ай, вытащи»!

Был опыт? Даже обидно, что он так легко отказывается. Вернее, даже больно. Ну и пошел он.

– Было бы от чего болеть…

– Моя кувалда тебе в рот не влезет.

– Ну-ну. Ну чего встал? Вали! – уже ору я и кидаю в него банкой жидкого мыла.

Мажу, конечно. Банка шумно лопается, треснувшись о стену.

Я закрываю глаза, потому что на меня летит часть белесых брызг. Отлично просто. Он крутит пальцем у виска, и дверь с грохотом открывает. Я только усмехаюсь этой его истерике. Поскорее бы в душ. Снимаю трусы окончательно и иду дверь закрыть, чтобы душ принять, но не успеваю дернуть ручку, как дверь снова открывается. Только вот на пороге стоит не Камиль.

Я сначала даже пару раз моргаю, пытаясь понять, что за урод врывается к даме в туалет.

С удивлением, так похожим на шок, замечаю огромную фигуру незнакомца… Того самого бугая, что стоял внизу и осматривал происходящее, чуть сморщив свой прямой, красивый нос.

Ну правда красивый.

И нос, и линия скул, высокий лоб, но самое интересное было ниже мощной шеи.

Плечи, руки, господи, какие там руки. Пальцы, крепкие, сильные. Почти стальные.

Нет, он не Кларк Кент из сериала «Тайны Смолвиля», он настоящий брутальный Кхал из «Игры престолов».

Ну что ж, Кхал, я готова быть твоей Кхалиси. Возможно…

Если перестаешь делать вид, что я плохо пахну.

– Ну чего вылупился, дверь закрой!

Обычно мужчины выполняют мои команды. Но этого придется дрессировать, ибо он просто заходит внутрь, сужая пространство вдвое.

Я носом невольно втягиваю запах солнца, мускуса и елового шампуня. Господи. Никогда такого дичайшего сочетания ни знала. Меня кроет. Хочется не просто дышать рядом с ним, а задыхаться.

Он собирается меня изнасиловать, судя по агрессивному настрою, а я, кажется, буду не сильно сопротивляться.

Невольно бросаю взгляд на плоский живот, который даже через футболку кажется каменным.

– Даниленко Виктория Владимировна?

Я даже взгляд поднимаю.

Грубый, с хрипотцой голос буквально по венам негой растекается.

Хочется сползти по раковине, поджать ноги и попросить сказать что-то еще. Ладно, пусть молчит, только не уходит.

– А кто спрашивает? – выдаю еле дыша. Он вряд ли поймет мои реакции на свое тело. Максимум, что увидит: легчайшую заинтересованность. Где-то читала, что женщина, даже никак не реагируя на мужчину, может за пару секунд понять, что готова с ним лечь. Так вот это про меня.

– Вы Виктория?

– Вы ошиблись, – говорю медленно, а он только сильнее своим безразличием подавляет. Смотрит, как на насекомое. Блин, это даже интересно. Обычно на меня смотрят, слюной захлебываясь, а тут похоже нарисовался оловянный… Нет, не хочу, чтобы он был солдатиком. Только не это.

– Ошиблись Вы, Виктория, когда решили сбежать. Отец вас ждет дома.

У-у-у. Ну что за непруха. А я ведь почти его осчастливила.

– Аа, так ты очередная шавка отца? Он еще никого не присылал, а тебя прислал. Сильно проштрафился?

Чувствую дичайшее разочарование, наверное, потому что подумала, что впервые встретила мужчину, который способен на меня надавить, а в итоге очередной солдат, готовый за похвалу генерала и мать родную продать.

Он сжимает челюсти сильнее, осматривая меня с ног до головы. Стесняться мне нечего, стыдиться тоже. Пусть потом парням рассказывает, что видел самое прекрасное видение, и даже дрочит на меня, если хочет.

– Мне нужно доказательство, что вы действительно от отца. А то откуда я знаю, может вы просто похитить меня хотите, замуж взять.

Он вдруг растягивает уголки губ, но в такой мерзкой улыбке, словно я полную чушь сморозила. Достает свой допотопный телефон, кнопочный, господи, и нажимает кнопку вызова.

– Генерал, тут ваша дочь желает удостовериться.

Я вздыхаю и беру трубку, и, конечно, слышу ор как с гор. Даже слушать не хочу, просто отключаюсь. Все равно ничего нового.

– Ладно, убедили, отдохните пока, – возвращаю телефон. – Завтра поедем.

– Сейчас, у меня нет времени с вами возиться, – он тянет руку, а я шлепаю его по ней.

– Руки свои не тяни! Разве папа не сказал, что со мной надо быть осторожным? Я приму душ, и мы поедем, солдатик, – и ведь могла сразу догадаться. Судя по загару, недавно со службы с каких-нибудь теплых стран, где убийство уже как норма жизни, а мир лишь сниться.

Жду, что он применит силу или может быть дернет меня за волосы, как в самых лучших эротический книжках, которые мы тайком читали с Надей, растаскивая полку ее мамы.

Но нет.

Он просто сложил руки, делая визуально бицепсы еще крупнее, и стал ждать. Разве что дверь закрыл. Спасибо и на этом.

Господи, какая скука. Я ведь долго люблю мыться, а в этот раз мылась, наверное, минут тридцать, периодически выглядывая то ножкой, то ручкой, то улыбаясь, задавая все время один и тот же вопрос.

– Ждать не устали?

Он молчит. Молчит и смотрит в сторону, словно я ему не интересна, но я ведь знаю, что такого просто не может быть. Даже Артур, делающий вид, что я не существую, пару раз подкатывал в десятом классе на дискотеке.

– Полотенце подайте… – тяну руку и тут же получаю то, что прошу. Даже забавна эта его покладистость. Она кажется несколько наигранной, словно он затаившийся перед нападением зверь. Хищник лениво играющий в теньке, но готовый в любой момент разорвать добычу. Боже, Вика, что за странные сравнения. Уж не хочешь ли ты стать разорванной добычей? И лучше не думать об ответе на этот вопрос.

Интересно, как он поведет себя, если я прямо сейчас начну удовлетворять своё спящее либидо.

Эта мысль снова вызывает приступ веселья, и я с улыбкой, свеженькая, чистенькая выхожу из душа.

– Какой же Вы все-таки милый… как вас? – жду имя, но он молчит, продолжая упорно смотреть в сторону. Ну ладно. Посмотрим. Я просто скидываю полотенце и еще минут десять сушу волосы, взбивая их в шикарную пену. Даже смотреть на себя больно, до чего хороша. И он это знает, а иначе почему пялится в стеклянную поверхность, в которой видно мое отражение. Или почему стал иногда переминаться с ноги на ногу.

– Мне надеть нечего. Сходите за одеждой в комнату. Она прямо по коридору. Там моя сумка, телефон, ключи от дома.

Я сначала даже не замечаю ничего, а потом резкое движение, как бросок змеи, и я ахаю, когда вижу его рядом с собой. Я ему по плечо, вот черт. Он просто стягивает свою футболку через голову, являя мне просто слюновыделительное тело, и грубо напяливает ее на меня.

– Эй! – кричу, пытаюсь высвободиться, но с таким не поспоришь. И вот я уже в его футболке, которая мне до самых колен.

– Так тебе сказали вести себя со мной! Я же и отцу пожаловаться могу. Как ты будешь жить без своей службы?

Он вдруг наклоняется и шепчет мне в самое ухо, да еще так, что мороз по телу мгновенно плавится, превращая меня в растаявшее мороженое.

– Насчет тебя, – как мы резко на «ты» перешли, – было дано лишь одно указание – доставить тебя домой.

Он совсем рядом, близко, а у меня иррациональное желание ощутить эти полные, сухие губы на своих. Как он целуется? Так же слюняво, как Камиль? Или иначе?

С этим он вдруг поворачивает меня к себе. Резко, порывисто, смотрит пристально, и я теряюсь во тьме его глаз. Жду его действий, но он просто застывает каменным изваянием, разглядывая в ответ меня, словно видит впервые.

Ну признайся, бугай, что никогда не видел девушки прекраснее.

Ладно, дам тебе шанс. Первый и последний.

Сама тянусь за поцелуем, почти касаюсь тесно сжатых губ. Но лишь вскрикиваю, глотая воздух, когда он варварски закидывает меня на плечо и выносит из ванной.

Более того, он несет меня через весь холл, а я пытаюсь натянуть на задницу футболку и поймать взгляды друзей.

Они, если и в шоке, то вида не подают.

Камиль уже вовсю целуется с той кралей, и я мысленно показываю ему фак. А если бы меня сейчас похищали, что, в принципе, и происходит. Черт, это меня сейчас отцу доставят, потом в вуз МВД, потом скучнейшее лето в нашем доме, откуда мне даже выходить нельзя. Ненавижу все это дерьмо. Ненавижу.

– Может вы уже поставите меня, я могу идти сама!

Он не слушает, просто сваливает меня в какой-то ужасно пыльный, грязный джип и хлопает дверью, пресекая все мои возмущения. Я пытаюсь толкать дверь, но он просто закрывает ее и уходит.

Охренеть! Урод! Я тебе отомщу. Скажу папе, что он приставал ко мне и пусть потом оправдывается. И ведь правда приставал, пусть только на ментальном уровне, но до такой степени, что между ног до сих пор влажно, хотя вроде хорошо вытерлась. Блин, что за фигня. Я вообще ненавижу солдат в любом их виде. Высокие, красивые. У меня до сих пор триггер, когда я думаю о военном городке, об этих улыбках и конфетках, которые должны были расположить к ним моего отца. Словно хоть что-то может его расположить к людям. Порой кажется, он их всех ненавидит. И фраза из фильма «Девятая рота»: «Вы все говно», не далека от истины. Я не раз слышала, как он поливал грязью простых ребят, а потом слышала, как они в отместку поливали грязью его. И грабили. Столько раз, что не сосчитать. Мстили или считали это смешным, не знаю.

И этот такой же. Тоже ненавидит отца и задание, которое он ему задал. Но это все не мешает мне схватить футболку за ворот и зарыться туда лицом, буквально пропитываясь запахом чужака. Даже имени его не зная.

Глава 3

Парни, мужчины. Их было вокруг меня столько, что, кажется, я стала воспринимать их как насекомых, с которыми смиряешься, если идешь собирать грибы. Да-да, и такой фигней заставлял заниматься меня отец.

А может все дело в лизоблюдстве, которое я видела по отношению к моему отцу из года в год.

Появился бы человек, который дал бы отпор моему отцу генералу, черт, я бы, наверное, сразу ему отдалась.

И почему я подумала, что «Кхал» на это способен, потому что он первый из всех комаров, которого я пустила к своей коже добровольно?

Я раньше верила, что Камиль может стать тем самым. Но у него терки со своим предком и ему порой просто не до меня. Он вечно повторяет одну и ту же фразу, дурацкую до тошноты: «А чем ты недовольна. Где бы ты не училась, учиться не будешь, а просто тусить».

Никто почему-то не задумывается, что я не хочу тусить. Я хочу быть не дочкой генерала Даниленко, а просто Викой Даниленко.