- -
- 100%
- +
Рассказ
(За несколько месяцев до событий «Ученого цирка подонка-ректора» Владимир Баян решил основать IT-компанию. Первый проректор Сергей Пожухлый уже был со скандалом уволен. Баян решил стать монополистом IT…)
— Юрка! Включи мне этот моноблок, колотить его! Не понимаю я в этих американских! — крикнул ректор Владимир Сергеевич Баян заведующего кафедрой программной инженерии Юрия Венедиктовича Пенёчка, отошедшего в соседний кабинет за булочками с повидлом.
Баян, только проснувшись за своим столом после тяжелой «рабочей» ночи, вертел туда-сюда моноблок, который Пенчёк приволок час назад в кабинет. Он пытался найти кнопку включения, но ничего не выходило. Пенчёк вернулся в кабинет.
— Юрка, поди сюда! Что за фигню ты приволок, она не работает!
— Владимир Сергеич, он сломан, — ответил Пенчёк, жуя булочку и капая повидлом на рубашку и штаны. — Вы возьмите на моём поиграйте, там все игры есть те же.
— Ну подь ты на фиг тогда, Юрка, я думал, ты подгон принёс, а это хлам! — ответил Баян со злостью. — Ладно, это фиг с ним. У нас сейчас главная задача — это БАЯН IT, Юрка. Баян АЙТИ! Это мой звездный час!
Баян встал из-за стола и гордо выпятил грудь колесом так, что его пивные сиськи чуть не разорвали его тоненькую рубашечку. Почувствовав сдавливание в груди, Баян покачнулся назад, заглотил немного воздуха и плюхнулся в кресло.
— Так, чё у нас там, программы пишутся, НЕЙРО-БАЯН создается? — Баян вскинул вопросительный взгляд на Пенчёка, который сел за свой компьютер.
— Да, вы пока спали ночью, я тут написал несколько строчек, — ответил он, доедая булочку, — вот, к примеру, мы можем задать вопрос.
— Ну-ка, выведи мне код на монитор, — скомандовал Баян.
Пенчёк вывел код на монитор Баяна. Конечно, кодом это было назвать очень сложно. Он представлял из себя криво и как попало склеенный набор значений, скопированный с форумов. Если всё свести к краткому изложению, то ML-модель должна была обучаться по базе данных и выводить нужные ответы.
— Так, и чё это за чушь собачья? Где тут моя цифровая копия, копия моя где?! — неистово вопросил Баян.
А вот сейчас я задам вопрос, — Пенчёк напечатал запрос в консоль. Запрос гласил: «Привет. Расскажи о себе».
Ответ пришел незамедлительно и был следующим: «Отвали, скот ж, гей-гоп, я пиротехнический сыр? С точки зрения банальной эрудиции!»
Баян наморщился:
— Юрка, это что за фигня?
— Нужно немного контексты отработать просто… — начал свой ответ Пенчёк, но был перебит.
— Да какие фиесты, ты, лопушара, чем всю ночь занимался? Дебила кусок! Мы создаем нейросеть мирового уровня! Ну ты че, придурок косматый?
— Всё доработаем, Владимир Сергеевич, всё будет на высшем уровне, — оправдывался Пенчёк.
— Блин, вот ты же нормально умеешь делать всё, че ты как дебил щас, а? Ты же шаришь в компах, в программах, ты учился в стенах нашего великого вуза! А простую фигню сделать не можешь. Чтобы это был я, я в компьютере! Мой великий цифровой мозг! — Баян стукнул кулаком по столу.
Говоря по правде, Пенчёк имел довольно опосредованное отношение к современному программированию. Он действительно учился когда-то на кафедре, которую в итоге и возглавил, но в период начала его обучения ректор Баян по какой-то причине продал все компьютеры, и ребята четыре года занимались на ЭВМ 80-х годов по учебникам тех же лет. После такого образования Пенчёк смог устроиться только в магазин компьютерных дисков в торговом центре «Прииск» через дорогу от своего дома, где его как-то раз и встретил ректор Баян, и тот ему по счастливой случайности пригодился: ректору уже порядком надоел предыдущий заведующий кафедры, который зачем-то тратил деньги на первоклассное учебное оборудование, и Баян уволил его, взяв Пенчёка, который помог установить ему на ПК «ГТА Сан-Андреас: бандитский гуляш». С тех пор Юрий был его любимчиком. Теперь же настала новая эра. Ректор Баян основал айти-стартап.
На столе Баяна зазвонил старый советский будильник.
— Это чё? — спросил он у Пенчёка.
— Это похоже на напоминание о собеседовании программиста, — пояснил Пенчёк.
— А, ну давай, запускаем! — Баян нажал кнопку на селекторе. — Ниночка, там сейчас гаврик придет, додик этот. Ну этот, очканавт. Этот, блин, ботан! Ну который клацает!
— Программист, — подсказал Пенчёк.
— Программист! — прокричал Баян.
— Да, Владимир Сергеевич, он уже тут, слушает вас, — ответила Ниночка.
Баян слегка смутился, но быстро собрался:
— Давай, запускай!
Баян развалился в кресле, достал сигарету из нагрудного кармана и запихал ее в рот. Он положил ноги на стол, спихнув кружку с чем-то коричневым на пол, и поджег сигарету черной зажигалкой с надписью «ВЕЛИКИЙ РЕКТОР», выложенной бриллиантовыми буквами. Программист зашел в кабинет. Это был ухоженный молодой человек, одетый, что называется, с иголочки. Баян взглянул на него, а затем на Пенчёка, который, сидя на обшарпанном стуле, оттирал рубашкой, сшитой из тускло-желтой занавески его бабки с деревни, пятно от булочки на засаленных оливковых брюках своего деда. Этот контраст не смог оставить Баяна равнодушным.
— Ё-моё, а это точно программист? — Баян тыкнул пальцем на программиста. — Юрка, че он бритый? Че у него рубашка глаженная? Еще и с магазина поди… Че у него ботинки не разные? Духами еще запахло, фига се! Так у него и зубы еще все? Афигеть! Чистые? Ректор в шоке!
Баян затянул сигу всеми хрипящими остатками своих легких и выпустил дым — медленно, с достоинством, как глушитель старого жигуля на холостых.
— Здравствуйте… — вымолвил программист смущенно.
— Здарова, здарова… Проходи, — сказал Баян и достал из холодильника под столом банку со шпротами. Он поставил ее на клавиатуру, залив ее при этом наполовину маслом.
Программист подошел к столу и сел на стул напротив. Баян взял со стола папку с резюме кандидата, стряхнул в нее пепел с сигареты и пробежался надменным взглядом по резюме.
— Так, ну че тут у тебя, Вася… — пробормотал он.
— Я Артем… — сказал программист.
— Артем, Артем… Я ректор Владимир Баян. Скромно — гений!
— Приятно познакомиться… — вымолвил Артем.
— Ну че ты умеешь-то, Артемка? Смотрю, опыта, конечно, есть у тебя. Какие-то пайтоны-шмайтоны тут, ангуляры-фигляры. Это все хорошо, Артемка, но щас проверим-ка мы тебя, а то понаписать-то каждый может про себя!
— Да, конечно, я готов к испытаниям, — уверенно сказал Артем.
— А вот это хорошо! — ответил Баян и лихо выплюнул сигарету в пепельницу. — Такие люди нам нужны!
Пенчёк, уловив кивок Баяна в его сторону, перестал тереть свои штаны, поднял голову и обратился к Артему:
— Артем, меня зовут Юрий.
— Очень приятно.
— Взаимно. Подскажите, пожалуйста, владеете ли вы машинным обучением, ML-моделями?
— Да, конечно. У меня на второй странице написано.
В это время Баян чесал свою проплешину второй страницей резюме и жадно жевал шпроту. До него дошло, что речь как раз об этой странице.
— А, да. Точно... — Баян взглянул на страницу. — Да, Юрка, тут все написано. Есть такой опыт у него. Но это щас проверим!
Баян развернул Артему монитор:
— Вот, что скажешь про это?
Артем внимательно взглянул и проанализировал:
— Ну, честно говоря, очень плохо написано. Будто в с форумов накопировали и слепили.
Баян вскинул сердитый взгляд на Пенчёка, а тот, будто улитка в ракушку, утопил свою голову в рубашку.
— Но, — продолжил Артем, — если датасет прописан хорошо, то в целом это заработает.
— Так, — пробормотал чавкающим ртом Баян, доставая попутно из холодильника Чебупиццу, — давай пропиши, что нужно.
Баян дал запачканную маслом клавиатуру Артему. Тот принял ее и написал: «привет». Нейросеть ответила: «Что? Иногда я чапельник. Но в целом задуматься бывает можно, а еще если попугай.»
— Не, плохой датасет. Модель не до конца обучена. Да и библиотеки устаревшие и пиратские, — сказал Артем, — в общем, этот образец плох.
— Да, вот поэтому-то накалякай мне щас тут такой, чтобы работало! — скомандовал Баян.
Так, ну, хорошо, сейчас, — ответил Артем, — а датасет у вас на каком материале обучен вообще? В чем суть нейросети?
— Это мозг меня, великого ректора ум! — громогласно заявил Баян.
— Там собраны фразы Владимира Сергеевича. Высказывания разные. Характер. Биография, — пояснил и добавил Пенчёк.
— Да, в целом вижу. Сейчас могу усовершенствовать. — ответил Артём и принялся переписывать код, переустанавливать библиотеки и обучать по новой датасет.
Юрка с большим вниманием смотрел в монитор на сменяющиеся строчки кода, а Баян вылизывал масло из банки со шпротами, устряпывая свой пестрый галстук. Затем он включил на ютубе алкострим какого-то деда и пацана, разогрел в микроволновке чебупиццу и приступил к трапезе. Под нескончаемый гогот ректора над стримом прошло минут 15-20.
— Готово, давайте проверим, — сказал Артем, — сам массив данных-то тут был хороший, но вот как обучалась модель… Были проблемы. Сейчас должно быть лучше.
— Ну вот и хорошо! Давай кажи, че там, — Баян выключил алкострим и отложил свой телефон в сторону.
— Единственное, тут ваше резюме подгружено, Владимир Сергеевич…
— Ну да, конечно, мои регалии, регалии мои!
— Да… Но оно будто неполное, то ли ошибка в хронологии…
— Каво, какая ошибка? — с гневом спросил Баян.
— У вас значится 1989-1992 — ВЛАДЕЛЕЦ ВИДЕОСАЛОНА, а с 1993 — РЕКТОР. Графа образование — неоконченное ПТУ, специальность плотник…
— Ну? И че тебе не нравится? — Баян поглядел на Артема с искреннейшим недоумением.
— Ну… — замешкался от смущения Артем. — Да, наверное, ничего.
— Ты че, усомнился в моих достижениях? Что я науку двигаю? — в дубовой интонации Баяна содержалась конкретная претензия.
Артем замер. Баян заржал:
— Да ладно, я угораю. Ну просто я гений, понимаешь, — Баян достал из-за уха жвачку и запихал в рот. — Со стороны люди не вдупляют, как я всего добился. Гений я, гений!
Баян чуть не поперхнулся жвачкой и выпленул ее в открытое окно позади.
Еще пару мгновений и Артем доделал задачу:
— Ну всё, вот давайте теперь запрос по новой.
— Валяй, — сказал Баян, заливая себе в рот майонез.
Артем написал запрос: «Здравствуйте!»
Ответ пришел тут же: «Кому че надо ? Я ректор, ректор! У меня дела, идите все на фиг!»
Увидев такой ответ, Пенчёк, кажется, наконец осознал, что он подкидыш в мире программирования, а Баян… Сложно описать весь спектр эмоций, весь тот восторг и экстаз, который он испытал, увидев ответ.
«Это же я!» — подумал он.
— Я бессмертен, бессмертен! — заорал Баян, вскочил из-за стола и принялся прыгать по кабинету, как угорелый. Затем он принялся трепать Артема по плечу:
— Ну молодец, Артемка, ну молодец! Афигеть можно! Это же я, НЕЙРОРЕКТОР! Ректор нейро!
Баян свирепо взглянул на поникшего Пенчёка:
— А ты че, фуфлыжник, сидишь? Вон, пацан за 15 минут все сделал, пока ты там две недели ковырялся!
— Ну тут…
— Че? Юрка, ты меня ваще разочаровываешь че-то. Такие надежды на тебя я возлагал, а ты… Тьфу. Не учился ты, значит, нифига. Зря я тебя похоже на работу взял. Числануть тебя надо было в свое время!
Юрка окончательно загрустил и повернулся к своему монитору.
Артем испытывал очень смешанные чувства от происходящего. Вроде бы ему было приятно, что его работу оценили, но в то же время его не покидало ощущение испанского стыда и творящегося цирка.
— Вот оно, вот оно! — причитал Баян, доставая из ящика сигару. — Величайший во всем я! АйТи — это я, я! Я это! Так, ну всё, берём мы тебя!
— А какие условия? — поинтересовался Артем.
— Какие условия… — пробормотал Баян, раскуривая сигару. — Лучшие, лучшие! Ящик пельменей в холодосе, пиво, сиги бесплатно. График — каждый день работаем! 8 часов.
— Хорошо… А что насчет заработной платы? — поинтересовался Артем.
— Ну че, две штуки в месяц, — ответил Баян, — и процент с лицензии БАЯН ИТ, как запустим!
— Принято. Ну да, у меня как раз на прошлом месте было 1500 долларов. Плюс также проценты с разработок.
Баян чуть не подавился сигарой:
— Че… Какие доллары, мы че, в Америке тебе тут?
— Ну так я работал на американские компании, да. У меня в резюме указано, так и зарплата тоже прописана…
Брови Баяна слегка содрогнулись. Все его лицо качнулось морщинками и показалось, что оно вот-вот распадется на несколько частей, будто бумажный трафарет:
— Е-ма, да ты че, 2000 баксов, с ума сбрендил? 2000 наши, Владивостока!
— Рублей? В месяц? — возмущено недоумевал программист, — извините, не вижу смысла дальше рассматривать ваше предложение, если это не шутка…
Баян пришел в звериный гнев. Его пузико словно начало подпрыгивать вверх-вниз, проводя в движение раскаленную, как сопло истребителя на сверхзвуке, голову, глазки-пельмешки вылезли из орбит и, казалось, они вот-вот разварятся и выпадут на стол в коробку с Чебупиццей, а торчащие из массива жира рученки принялись колошматить поверхность дорогого стола из кокоболо так, что все лежащие предметы на нем, — собственно, недоеденная чебупицца, банка из под шпрот, сигареты и прочее барахло, — попадали на пол.
Он вскричал:
— Да ты че, мелочь пузатая, тебе кто будет платить, у тебя усы еще вот те раз, вот те два, едва растут! Совсем пошла молодежь наглая! Какая группа?!
— Какая группа? Я не студент Ваш. В таком тоне разговор продолжать не намерен, всего доброго. — сказал Артем и направился к выходу.
— Вали отсюда, давай! Мягкомелкий, ё-моё! — неистово орал Баян вслед. — Ишь че, на Америку он работал… Я такую Америку скоро покажу всем — Баяномерика! Я главный во всем! Я! Не, ну ты видел, Юрка?
Юрка тем временем как-то приободрился.
— Сохрани эту его лабуду, че он там понаписал. Ну и делай как он тогда теперь, хватит меня разочаровывать! — сказал Баян и отпил коньяка с бутылки.
— Да, конечно, Владимир Сергеевич, — отозвался Пенчек и принялся изучать код отклоненного кандидата.
— Все, за работу, Юрка! — Баян надел наушники и запустил «Крутого Сэма 3». Он пил, играл, ругался матом на весь кабинет, а Пенчек тем временем дополнял базу данных, порой делал перерывы для просмотра рилсов, а также время от времени ходил за энергетиками в буфет.
За окном стемнело… Свет в кабинете не включали. Изрядно пьяный Баян пытался пройти 12-й уровень.
— Во собаки, я всех урою вас!
Вдобавок к неудачам в игре, Баяна стали одолевать мысли об университетской работе, а точнее о том, что он не приступал к ней уже две недели. Раньше всё за него делал первый проректор Сергей Валентинович Пожухлый, но после серьезного конфликта тот ушел из вуза. Больше квалифицированных работников в окружении Баяна не осталось.
«А, блин, пронесет», — подумал Баян и заглотил коньяка. Ему было уже изрядно плохо от спирта, но останавливаться он, к сожалению, не желал.
Беспощадный алкоголизм и деградация вороватого валенка с ПТУ, скверным образом урвавшего в свое время лакомый кусок, как они есть...
Пенчёк тем временем сидел, уткнувшись в монитор, и пытался переписать какую-то строчку.
Баян вновь провалил левел, медленно качнул головой в сторону Пенчёка и пробормотал:
— Юрка! Че там у тебя?
Пенчек обернулся:
— Да вот, код привожу в вид, да данных еще подгрузил.
— Это молодец, Юрка, молодец… Че бы нам поделать с тобой?
Этот вопрос Баяна показался Пенчеку очень странным.
— Ну, что… Ну, можем пройтись по базе…
— Да Юрка, — отмахнулся Баян, — осади. Это блин не то. Ну че вот мы можем поделать, например? Если вот как дОсуг какой?
— Ну-у-у…— озадачился Юрка, — да что хотите. В сауну можно. Пива выпить. В игру вместе сыграть онлайн, как вы любите. В CS, например.
Баян насупился:
— Да че-то не нравится это всё. Устал я че-то, Юрка.
— Ну, вы отдыхать можете больше, я сам могу все делать по IT.
— А-а-а, да все не то, Юрка, все не то… — Баян уткнулся лицом в стол.
Пенчек, не зная, что ответить, продолжил работу.
В голове Баяна прыгали мысли: «Пиво. Сиги. Игры». Ему это уже надоело и не приносило радости жизни, но чего-то отличного, к сожалению, его естественная нейросеть не выдавала. Причина этому была, конечно, очевидная — глубочайшее скудоумие. Возможно, это и было самым большим наказанием для него.
Вдруг его осенило: «Так теперь нейросеть, я с ней могу ща такую дискуссию забубенить!»
— Юрка! — скомандовал он. — А ну на экран выведи мне нейросеть!
Нейросеть были выведена.
— Я тогда пока эту версию вам оставлю, а далее буду прописывать. — сказал Юрий.
— Да, Юрка, добро, — ответил Баян.
Он рефлекторно взглянул на бутылку коньяка, но с досадой подумал, что если выпьет еще хоть немного, то не сможет подняться с кровати ближайшую неделю, как было совсем недавно. Или уйдет в запой, чего тоже бы не хотелось.
Баян с воодушевлением принялся набирать на клавиатуре зарос: «Ну че, Володя. Нормально мы с тобой всех нагнули?» Пришел ответ: «Да, я ректор-гений!» Баян: «Мы одно целое. Ну-ка расскажи про себя, че вообще по жизни делал?» Нейробаян: «Жил так, как надо. Вышел с детдома, замутил бизнес, а потом стал ректором. Срубил тонну бабла!» Баян: «И сам все создал! Сам!» Нейробаян: «Ну немного помогли мне, конечно». Баяна слегка тряхнуло: «Че, каво?! Это я все возглавил!» Нейробаян: «Ваня Шарамкин». Баяна взяла злость. Он начал яростно печатать: «Шарамок? А че этот Шарамок? Ну считал он там доходы, ну че-то ковырялся там с магнитофонами». Нейробаян: «Ну как, он ведь управлял в равной степени. Был партнером. И даже потом в вузе». Баян подумал: «Блин, надо это из базы вычеркнуть».
— Юрка, а сетка эта переучивается ты че-то говорил?
— Да, Владимир Сергеевич. Все так.
Баян ввел запрос: «Ну-ка забудь этого чепушилу, че ваще вспомнил про него?». Нейробаян: «Забыть не проблема, просто мне казалось он сыграл важную роль. Вспомни хотя бы, как вы вместе боролись с бандитами-рэкетирами, когда у вас был видеосалон». Баян: «Ну блин да, дело было. Шарамок тогда че-то наглел, конечно, бизнес хотел забрать, собака! Но че-то там помог, и вправду». Нейробаян: «Так и как вы вместе пришли к власти в университете». Баян решил проверить нейросеть на точность фактов и задал вопрос: «А расскажи вообще как это было?» Нейробаян выдал развернутый ответ спустя полминуты: «В октябре 1992 года мы, как ты помнишь, порядком устали от постоянных наездов на бизнес. Нас ловили бандиты, а в крайний раз пришлось откупаться половиной заработанного состояния. Это и стало толчком для смены сферы деятельности. И тут-то тебе и пришла та самая гениальная мысль — зарабатывать деньги в сфере образования. Как раз к этому моменту у всех на слуху история о развале некогда великого института: постоянные увольнения, сокращения, отсутствия финансирования. Тогда вы начинаете придумывать план, как тебе занять должность ректора в Окопо-Ямском политехническом институте и получить контроль над финансированием, а Шарамкина назначить на какую-либо должность, приближенную к тебе. Далее ты получаешь необходимое образование, опыт. Скажем так, в ускоренном формате. То же самое происходит и с Шарамкиным. Пусть это будет тайной, как именно вы это сделали, так как в базе отсутствуют данные, но я догадываюсь..»— Баян усмехнулся, — «Вы с Шарамкиным устраиваетесь в университет в качестве доцентов кафедры теории алгоритмов, и ты ко всему прочему помогаешь привести его в порядок, финансируя и покупая оборудование для кафедр. В марте 1993 г. остро встает вопрос, как занять место ректора Круглова, ведь он никуда не собирается уходить. Однако, ситуация складывается так, что в один прекрасный день по анонимному доносу в ходе осмотра сотрудники милиции обнаруживают в его кабинете "половину Афганистана" (Арест ректора Круглова, 4 марта 1993 г. ). Таким образом, ты становишься ректором, а Шарамкин проректором по учебной работе, заменив прошлого проректора, который уволился после ухода Круглова».
«Да, ваще жжет, — подумал про себя Баян, — конечно, надо будет подкорректировать моменты... А так — ваще! Моя голова будто!»
— Юрка, ну конечно, молодцы вы с Билькой!
Услышав про Бильку, Пенчёк скривил лицо. Речь шла о программисте с кафедры Бильке Козлове, который помогал Баяну отмывать деньги через NFT-токены. Билька был гораздо более образованным и талантливым программистом, чем его начальник Пенчёк, что раздражало последнего.
— Владимир Сергеевич, так а чего там Билька-то сделал, он вообще в отпуске сейчас, а в начале проекта... Ну составил он там концепцию одну, но меняли ж все... — сказал Пенчёк.
— Ну ты давай не это тут. Билька — он башка ваще лютый, без него не выгорело бы! Он же тебя учил эту шнягу писать всю, — заметил Баян.
Пенчёк пришел в раздражение, но решил ничего не отвечать. «Опять, блин, про Бильку этого своего начал... Билька молодец, молодец! Щас скажет, что вот, мол, бабло мне выводит!»
— Бабло выводит мне вон! Бабло мне!
Пенчёк стиснул зубы.
— Как так выходит, Юрка, что он круче тебя, а начальник евоный — ты? Я подумаю, может это стоит поменять...
Пенчёк не выдержал и даже соскочил со стула:
— Владимир Сергеевич, ну что вы начинаете? Я ж с вами сколько лет, с 2006 года работаю! Процессы все отладил. А Билька... Билька — он хипстер! Таких много. Он мутный парень, я вам говорю, мутный...
— Ну ладно, ладно, Юрка, я прикалываю, че ты раскряхтелся? Ты начальник, с этим Билькой мы б так не ладили. Еще, паскуда, не пьет он... Не курит... Че делает вообще?... Из этих, что ли? Тьфу...
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.