Юридическая этика

Придавая большое значение этическим проблемам в уголовном процессе, А.Ф. Кони в течение ряда лет разрабатывал курс «Общие черты судебной этики» и предлагал его ввести на юридическом факультете наряду с преподаванием психологии и психопатологии, надеясь, что «зрелый судебный деятель, в минуту колебаний пред тем, какого образа действий надо держаться в том или другом вопросе, вспомнит нравственные указания, слышанные им с кафедры, и, устыдясь ржавчины незаметно подкравшейся рутины, воспрянет духом – преподавание судебной этики найдет свое житейское оправдание».

28 февраля 1901 г. А.Ф. Кони в письме к Л.Н. Толстому обращается со следующей просьбой: «Я писал Вам о моем намерении читать лекции об этике в применении к судебной деятельности. Очень хотел бы знать, при случае, Ваше мнение». А осенью этого же года в письме к литературоведу А.А. Чичериной он сообщает: «Мне предложена – с любезною настойчивостью – кафедра в Лицее, который совсем преобразуется по образу старого царскосельского. Читать надо судопроизводство, в которое входит излюбленная мною судебная этика. Я принял предложение и теперь сижу за работой, не разгибаясь». 27 ноября этого же года А.Ф. Кони сообщает Л.Н. Толстому: «Здоровье мое неважно, но я не замечаю его состояния, с горячностью отдавшись педагогическим занятиям, читаю лекции в Лицее, в которые стараюсь вносить значительный этический элемент».

Курс уголовного судопроизводства в Александровском лицее А.Ф. Кони начал вступительной лекцией «Нравственные начала в уголовном процессе». В разделе о судебной этике А.Ф. Кони излагал обширный круг вопросов: этические элементы в других отраслях знаний – экономике, медицине, финансах, в свободном творчестве – литературе, искусстве; будущие задачи уголовного процесса; цели и назначение уголовного наказания; отрицание судебной деятельности; уголовная антропология; психиатрическая экспертиза; психология; неврастения; суд как центр тяжести организации уголовного правосудия; судейское убеждение, его исторические стадии, его необходимые свойства, судебные ошибки, правила поведения суда, их нравственные основания.

В предисловии к сборнику судебных речей А.Ф. Кони обосновывает необходимость курса судебной этики: «Изучение и преподавание этических начал в деле уголовного правосудия представляется мне имеющим серьезное значение. Это значение постоянно увеличивается ввиду некоторых практических явлений судебной жизни, подчас знаменующих собой забвение тех нравственных начал, которыми проникнуты процессуальные институты, путем долгой эволюции освободившиеся от формальных требований и от бездушного их выполнения. Намерение мое прочитать осенью 1902 года ряд публичных лекций «о нравственных началах в уголовном процессе» не осуществилось, но я не теряю надежды приготовить для печати подробное исследование по судебной этике, поместить в него результаты «ума холодных наблюдений и сердца горестных замет», вынесенные мною из почти сорокалетней деятельности на судебном поприще. Заранее радостно приветствую и того, кто с любовью и с верою в успех предпримет беседы с молодым поколением о нравственных началах, столь неразрывно связанных с истинным правосудием»[9].

По мнению А.Ф. Кони, чтение подобного курса должно способствовать нравственному совершенствованию будущих юристов. О том, какое большое значение он придавал идее нравственного воспитания, свидетельствуют его слова, ставшие афористическими: нравственное воспитание должно идти впереди профессионального. Чтобы быть уверенным в своих начинаниях и желая услышать мнение авторитетного для него человека – Л.Н. Толстого, А.Ф. Кони, напечатав «Общие основания судебной этики», послал ему отдельный оттиск. «Судебную этику я прочел, – писал Л.Н. Толстой А.Ф. Кони в 1904 г., – и думаю, что эти мысли, исходящие от такого авторитетного человека, как Вы, должны принести пользу судейской молодежи».

На пути к чтению самостоятельного курса судебной этики А.Ф. Кони встретил трудности вследствие противодействия со стороны официальных лиц Муравьева и Плеве, курировавших царскую юстицию, а также недоброжелательной реакции некоторых слушателей, что вызывало у А.Ф. Кони уныние и утрату веры в необходимость своего начинания. Так, в письме к А.Э. Капнист он отмечал: «Я обитаю на берегах Балтики и много работаю над своей «Судебной этикой». Только ли придется ее читать – и кому?» Несмотря на неудачи с организацией чтения этого курса, А.Ф. Кони продолжает над ним работать и в письме к Л.Н. Толстому 7 февраля 1909 г. пишет: «Работа растет с каждым днем, а силы слабеют. Начал чтение лекции в Лицее (я читаю судебную этику), стараюсь внушить молодым людям гуманность и уважение к человеческому достоинству». Только в мае 1913 г. А.Ф. Кони смог прочитать цикл открытых публичных лекций в отделении общественных наук Петербургского общенародного университета. Этот цикл состоял из восьми лекций: 1) Введение. 2) Характеристика судебной этики. 3) Нравственные элементы в Уставе уголовного судопроизводства. 4) Свидетельские показания. 5) Состязательное начало процесса. 6) Адвокатура. 7) Суд присяжных. 8) Судебные прения. Но осуществить свою заветную мечту – издать специальный курс этики – А.Ф. Кони при жизни так и не удалось[10].

«А.Ф. Кони по праву считается основателем судебной этики, – писал в 60-х гг. прошедшего столетия профессор юридического факультета МГУ И.Д. Перлов, – науки, не занявшей еще до сих пор заслуженного ею места».

В отправлении судейства центральное место занимает личность судьи. Поэтому А.Ф. Кони считал, что судебная этика своим предметом имеет «не только свойства и условия этой деятельности, но и поведение судьи по отношению к лицам, с которыми он приходит в соприкосновение вследствие своей деятельности». «Судебный деятель, – утверждал А.Ф. Кони, – всем своим образом действий относительно людей, к деяниям которых он призван приложить свой ум, труд и власть, должен стремиться к осуществлению нравственного закона». Внутреннее убеждение судьи, судейская независимость, принцип несменяемости, влияние общественного мнения на судейское решение, идея законности – вопросы, относящиеся, по мнению А.Ф. Кони, к предмету судебной этики.

К этическим проблемам А.Ф. Кони относил также: право близких родственников и супруга обвиняемого устраниться от дачи показаний о нем; недопущение к свидетельству защитника в отношении признания, сделанного ему обвиняемым во время производства по делу; право обвиняемого на молчание и недопустимость принять это молчание за признание им своей вины; переоценку судьей доказательственного значения признания обвиняемым своей вины. А.Ф. Кони рекомендовал судьям относиться с уважением к науке и ее представителям на суде, выступающим в качестве экспертов, не допуская как «рабского преклонения перед авторитетом, так и вредного самомнения». Всей своей деятельностью А.Ф. Кони стремился сам и призывал своих коллег при осуществлении правосудия «вносить вкус, чувство меры и такт, ибо суд есть не только судилище, но и школа».

Требованиям нравственности должна отвечать не только деятельность судьи, но и «его ближайших помощников» в исследовании истины – обвинителя и защитника. Он часто называл прокурора – государственного обвинителя «публично говорящим судьей». Эти слова А.Ф. Кони стали крылатыми, они свидетельствуют об объективности и беспристрастности – этических качествах, которым должен отвечать каждый прокурор. Он подчеркивал прежде всего нравственные обязанности прокурора-обвинителя, призванного с одинаковой чуткостью и усердием ограждать «интересы общества и человеческое достоинство личности». «Мерилом дозволенности приемов судоповедения, – писал А.Ф. Кони, – должно служить то соображение, что цель не может оправдывать средства и что высокая задача правосудного ограждения общества и вместе защиты личности от несправедливого обвинения должна быть достигаема способами, не идущими вразрез с нравственным чувством». Он подчеркивал, что подлинный гуманизм в уголовном судопроизводстве достигается не в результате «всепрощения» и оправдания виновных, а в результате назначения справедливого наказания и надлежащего его исполнения.

В условиях современной судебной реформы, ввода в действие нового уголовно-процессуального законодательства, в результате которого усилена роль защиты, своевременно звучит требование А.Ф. Кони об этическом отношении прокурора к своему процессуальному противнику – защитнику. Он выступал против каких бы то ни было выпадов и личных оскорблений в адрес защитника, против обобщения отдельных недостатков адвокатуры и огульного охаивания ее деятельности. «Было бы, однако, в высшей степени несправедливо, – писал А.Ф. Кони, – обобщать эти случаи и поддерживать на основании такого обобщения неблагоприятный и нередко даже враждебный взгляд на такую необходимую жизненную принадлежность состязательного процесса, как защита».

Нравственные требования предъявлял А.Ф. Кони и к адвокату: «Он должен являться лишь правозаступником и действовать только на суде или на предварительном следствии, там, где это допускается. Он не слуга своего клиента и не пособник ему в стремлении уйти от заслуженной кары правосудия. Он друг, он советник человека, который, по его искреннему убеждению, не виновен вовсе или вовсе не так и не в том виновен, как и в чем его обвиняют. Не будучи слугою клиента, он, однако, в своем общественном служении слуга государства, и может быть назначен на защиту такого обвиняемого, в помощь которому по собственному желанию он бы не пришел. И в этом случае его роль почтенна, ибо нет такого падшего и преступного человека, в котором безвозвратно был бы затемнен человеческий образ и по отношению к которому не было бы места слову снисхождения. Говоря, при наличности доказанного преступления, о снисхождении, защитник исполняет свою обязанность – свою обидную обязанность – вызывать наряду со строгим голосом правосудия, карающего преступное дело, кроткие звуки милости к человеку, иногда глубоко несчастному».

Особого этического внимания требовал А.Ф. Кони по отношению к потерпевшему, «оскорбленному в своих лучших чувствах и своих законных правах». И в нашем действующем законодательстве на фоне прав обвиняемого и заботы о том, чтобы не был он ненароком обижен, остается забытым потерпевший, уже наказанный физически, материально и морально.

Уважительного отношения требовал А.Ф. Кони и к личности «не затронувшего лично делом свидетеля». «Они несут случайную повинность, всегда более или менее тягостную; большинство из них теряется в необычайной, торжественной обстановке суда; стороны – обвинитель и защитник – склонны всегда к бесцеремонному отношению к свидетелю, к предложению ему ненужных, щекотливых и обидных не по форме, а по своему косвенному смыслу вопросов. Одни свидетели, под влиянием этого, раздражаются и, чувствуя, что их ловят на словах, становятся грубы и принимают вызывающий тон, большинство же теряются и нравственно страдают».

Как прекрасный судебный оратор А.Ф. Кони понимал, какое большое этическое значение имеют судебные прения. «Можно и даже должно говорить об этической подкладке судебного красноречия… Все главные приемы судоговорения следовало бы подвергнуть своего рода критическому пересмотру с точки зрения нравственной дозволенности их».

А.Ф. Кони, рассматривая судебную этику «как учение о приложении общих понятий о нравственности к той или другой отрасли специальной судебной деятельности», подчеркивал, что «этические правила существуют и в других отраслях права, и в других учреждениях и областях общественной жизни», например, в законодательной деятельности, трудовом и финансовом праве, в деятельности «тюремного дела и общественного благоустройства и безопасности». Особенно богата этическими вопросами, писал А.Ф. Кони, область медицины и подчеркивал «всю важность этой отрасли профессиональной этики». Этическими требованиями, по его мнению, должна быть проникнута «область свободного творчества – искусство, литература и сцена».

Таким образом, А.Ф. Кони дал определение судебной этики, заложил ее основы и предмет: нравственные начала судебной деятельности и этические требования к ее участникам. К сожалению, замыслу А.Ф. Кони не суждено было сбыться. Только в наши дни в перечень учебных дисциплин, изучаемых в юридических учебных заведениях, была включена этика.

В Москве, на Воробьевых горах, рядом с высотным зданием МГУ, у гуманитарного корпуса, где находится юридический факультет, установлен единственный бронзовый монумент за все времена русскому юристу – Анатолию Федоровичу Кони – выдающемуся деятелю дореволюционного суда, ученому-юристу, блистательному судебному оратору и талантливому писателю, основоположнику юридической этики.

Вопросы истории этической мысли в преподавании этики. М., 1991.

Горелов, А.А. Учебное пособие по истории этики для школ / А.А. Горелов. М., 1992.

Гусейнов, А.А. Великие моралисты / А.А. Гусейнов. М., 1995.

Иванов, В.Г. История этики средних веков / В.Г. Иванов. Л., 1984.

Иванов, В.Г. История этики древнего мира / В.Г Иванов. Л., 1998.

История политических и правовых учений / под ред. В.С. Нерсесянц. М., 1996.

Кони, А.Ф. Собрание сочинений: в 8 т. М., 1967. Т. 4.

Ляховецкий, Д. Характеристика известных русских судебных ораторов / Д. Ляховецкий. СПб., 1902.

Покровский, И.А. История римского права / И.А. Покровский. Петроград, 1917.

Семитко, А.П. Развитие правовой культуры как правовой прогресс / А.П. Семитко. Екатеринбург, 1996.

Смолярчук, В.И. Анатолий Федорович Кони (1844–1927) / В.И. Смолярчук. М., 1981.

Смолярчук, В.И. Адвокат Федор Плевако: очерк о жизни и деятельности адвоката Ф.Н. Плевако / В.И. Смолярчук. Челябинск, 1989.

Смолярчук, В.И. Гиганты и чародеи слова (русские судебные ораторы второй половины XIX – начала XX века) / В.И. Смолярчук. М., 1984.

Тимофеев, А.Г Судебное красноречие в России / А.Г. Тимофеев. СПб., 1900.