Сопротивленец

Осторожно отодвинув в сторону некрупный валун, что загораживал вид в нужную мне сторону, я скривился от ноющей боли в спине. Та уже была привычной, всё же почти сутки прошли после пыток, однако на спине у меня действительно не было живого места. Пытка кнутом, двадцать ударов. Кожа на спине была рассечена в шестнадцати местах. Не знаю, о чём думал Старик, когда приказал выпороть меня за непослушание, причем сделав это торжественно, собрав почти весь клан, но теперь у меня нет семьи, и клан Генсов для меня враг. Убивать не буду, всё же два года прожил в этой семье, но полное игнорирование с моей стороны обеспечено. Нет их для меня больше. Ни одна тварь не заступилась, кто молча смотрел, кто с одобрением. Всё припомнили, гады.

На губах был солёный привкус крови, машинально проведя языком по нижней губе, я скривился. Сплошная рана, прокусил невольно, когда терпел экзекуцию и только мычал от боли, но не кричал. Старик, в смысле дед, глава клана, по моему мнению, поступил неправильно и излишне жестоко.

Осматривая снежное поле, я вспоминал предпосылки того, что произошло сутки назад. Хотя думаю, лучше начать с другого, как я, Валерий Шихт, военный инженер-строитель в отставке, получил новую жизнь. Да как-как, сам не знаю как. Болел я, неоперабельный рак был к семидесяти восьми годам. Думаю, умер, обезболивающее уже не помогало, а тут раз, начали видеться образы людей, что склонялись над моей кроватью, всё обрывками, пока я окончательно не пришёл в себя и не начал соображать уже в новом теле.

Помню, состояние у меня тогда было, как будто до этого меня долго били, а потом я себе всё отлежал. Позже выяснилось, что у меня была местная лихорадка, между прочим, при отсутствии лечения девяносто процентов заболевших умирают, мне же посчастливилось попасть в десятипроцентную категорию. На самом деле предыдущему владельцу этого тела не повезло, он умер окончательно и бесповоротно, ну а я, получается, занял его место.

О том, что было дальше, рассказывать можно долго, но сейчас у меня никакого настроения не было, да и не знаю, появится ли оно у меня, поэтому расскажу кратко. Когда спустя несколько дней выяснилось, что я никого не помню и не понимаю, был вызван врач, дед, глава клана, скривился от расходов и дал добро. С учётом совершенной, но дорогой медицины, где бы меня подняли на ноги за час, дополнительные, хоть и невеликие траты удивляли, однако о причинах я узнал гораздо позже. Пришедший специалист, медик в белом комбинезоне, долго меня осматривал явно какими-то высокотехнологичными приборами и констатировал полную амнезию. Это я тоже узнал позже. Он же посоветовал провести меня через стандартную процедуру обучения общему языку. Эта планета не входила в состав никакого государства и не входила в Содружество, располагаясь на границе с Фронтиром, но многое местными лордами было скопировано. Они всё ещё надеялись вступить в Содружество, как Украина в Евросоюз.

Когда я более-менее стал вставать на ноги, меня отвезли в центральный район столицы, особняк главы клана находился в столице планеты, хоть и в не самом респектабельном районе. Так вот, меня отвезли в одну из государственных организаций, посадили в кресло, надели шлем – и буквально через полсуток я начал понимать язык, на котором говорят окружающие, а ещё через несколько часов заговорил и сам. Умение читать и писать получил автоматически. С этого момента и началось моё изучение окружающего мира. Надо сказать, в первое время всё поражало. Несмотря на кажущуюся дикость, многие ходили в шубах, так как температура редко когда опускалась ниже минус десяти, да и то такое бывало только в самые жаркие периоды лета, ну и то, что всё это существовало с высокотехнологичными приборами и техникой. С земной техникой не сравнить, всё было куда круче, это я вам как инженер говорю.

В столице можно было видеть как телеги, которые тащили животные, похожие на сильно мохнатых буйволов, а также флаеры в небе и глайдеры. Естественно, техника принадлежала богатым слоям общества. Всё остальное беднякам. Некоторые вообще существовали на краю бедности. С учётом того что на планете было полмиллиарда жителей и не все могли найти работу и прокормиться, отток беженцев в государства, которые состояли в Содружестве, был силён. Местные лорды делали неплохие деньги на этом. Средняя зарплата была пятьсот кредитов, плата за то, чтобы покинуть планету, составляла пятьдесят тысяч кредитов. Причём для всех, даже дворян, были тут и такие. Несмотря на сумасшедшие деньги за возможность покинуть Турию, делали это многие. Им помогали семейные кланы. Вот и Старик экономил на всем, чтобы отправить хоть одного в космос и чуть позже получить результат.

Через два месяца, когда я освоился и принял то, что мне дали второй шанс, я нашёл для себя интересную работу и занялся ею. Работа заключалась в ремонте бытовых и других приборов. На серьёзную технику мы не замахивались. А дело было так, я, как инженер в прошлом, заинтересовался заработком, так как в семье мне быстро нашли работу. Я был вместо домработницы и уборщика, снег чистил вокруг дома. Дед экономил на прислуге. Как я уже говорил, он вообще экономил на всём, поясню позже эту его черту, раньше я думал, что всё это на благо клана, но недавно наступило прозрение.

Так вот, насчёт работы. Я решил начать с технической специальности, поэтому серьёзно начал изучать всю доступную информацию. В доме был терминал с бесплатным выходом в местную Глобосеть, усовершенствованный вариант земного Интернета, так что всё свободное время я посвящал тому, что сидел в сети и искал возможность найти работу, не забывая продолжать самообразовываться. Хотя бы стажёром без получения заработка, просто чтобы получить знания. Во время этого поиска выяснилась интересная особенность. Нейросети и базы знаний. Ох, сколько времени я потратил, пока не стал в теории спецом по нейросетям и в этих самых базах знаниях. Жаль, устанавливают их только в восемнадцать лет, когда нейронные цепи в мозгах разумных окончательно сформировываются, до этого времени организм растёт, и устанавливать их не рекомендуется. Так как Турия хоть и считалась отсталой планетой, но имела население, превышающее сто миллионов жителей, так что в столице находился офис корпорации «Нейросеть». Башня в двести этажей, причём офисы там не сдавали, всё здание принадлежало корпорации.

Ну да ладно, об этом позже. Сначала о том, как нашёл работу, а потом уже и о клане, к которому я принадлежал, как и все члены семьи. Так вот, изучая всю информацию, я не забывал также изучать и столицу, оказалось, под городом, в котором было двадцать миллионов жителей, находилась разветвлённая сеть пещер и катакомб. Вот спустившись однажды в такие пещеры, я и столкнулся с парнем моих лет. Испугались оба, но потом ничего, даже сдружились. Он оказался внуком владельца ремонтной мастерской, вот с ним я и поговорил насчёт трудоустройства. Тот сам там постигал азы, так что, подумав, пообещал посодействовать. В парне, а звали его Рей, меня, болевшего техникой, привлёк наручный коммуникатор. Это, можно сказать, замена нейросети для детей и подростков, пока те не установят её себе. В моём бывшем клане только у взрослых были такие коммуникаторы, да и то не у всех, дед экономил на всём, жили впроголодь. Я тоже получал мало пищи, из-за этого был как тростинка, и меня шатало на ветру. Ну-у-у… вернее, делал вид, что шатало, метаболизм был такой, от чего я дистрофиком казался, а на самом деле подкалымить на стороне я всегда был не против, но об этом позже. Кстати, всё население Турии выглядело так: низкорослые, коренастые, черноволосые, со слегка раскосыми глазами. Я в Союзе работал в Средней Азии, шахты для ракет строил, так вот турки, как здесь называли жителей Турии, были очень похожи на казахов.

Как ни странно, дед Рея меня взял, и, несмотря на то что я больше всего интересовался космосом и особенно кораблями, что его бороздили, для меня это уже было как мания, я хотел вырваться с планеты, легко усваивал то, что мне давал господин Ненс, техник и член клана Ненсов. В кланах не было привычки брать чужих людей, хоть Ненсы и Генсы во вражде не состояли, однако о причинах согласия техника я узнал позже. Дед договорился, но с условием, что когда я обучусь, вся моя зарплата пойдёт на счёт его клана. Правда, он не сразу узнал, что бесплатно учиться я буду два года, а не год, как это обычно практиковалось. Это уже была моя договорённость. Та морковка, которой я поманил техника Ненса.

Скажу честно, мне очень нравилось работать в мастерской, и эти два года и восемь месяцев, если быть точным, я не сидел без дела и учился, впитывая как губка все новые для меня знания. Однако, несмотря на то что я работаю в мастерской больше двух лет, став неплохим техником, мне нужно было ещё учиться и учиться. Я старательно поднимал свои знания, тем более в мастерской это было поставлено хорошо, от теории до практики, то есть систематизированное обучение, подготовленное специально для членов клана, и меня учили по этим методикам. К тому же я тратил все левые средства на продолжение образования, не у Ненсов, у других спецов, собираясь стать разносторонним специалистом.

Два года обучения я жил в мастерской, там нам с Реем была подготовлена жилая комната, на этом настоял господин Ненса, поэтому в головном особняке главы клана Генсов я бывал периодически, сначала раз в неделю, потом и в раз в месяц, с трудом находил время, чтобы пообщаться с соклановцами. Времени действительно не хватало, за полгода я практически освоил всё то, что давал мне техник Эдиос Ненса, изрядно удивляя его этим, однако больше всего я увлёкся программированием и перешёл на новую стезю. Тот знал азы программирования, я бы сказал, первый уровень базы «Программирования», скорее даже полуторный уровень, он меня этому обучил, дальше я уже занимался сам, скачивая методики обучения из Глобонета. Там, конечно, были только устаревшие, что выбрасывали в мир местные хакеры, но это давало мне возможность усовершенствоваться. Кстати, хакеры, что на Турии, в Содружестве были вне закона, у судов при поимке этих продвинутых хулиганистых специалистов был только один вердикт – казнить. Не очень приятная прерогатива, поэтому я старался скрыть своё увлечение, маскируя это увеличивающимися возможностями по установкам слетевших ПО на разные механизмы, компы, планшеты и коммуникаторы.

Так что я действительно считал себя неплохим программистом, уровень третий, с переходом на четвёртый, если по базам знаний считать, да и то скорее собственное самомнение. С программированием тоже получилось не просто так, а с одного места. Получил, так сказать, толчок. Тот случай я припоминаю очень хорошо, на улице шёл местный «дождь», от которого все попрятались, на Земле он бы назывался крупным убийственным градом, когда в нашу мастерскую влетело трое молодых парней, по комбинезонам и внешнему виду сразу можно было понять, что они из высших слоёв общества. Отряхиваясь от снега и болезненно морщась, трогая наливающиеся синяки от града, они стали с интересом оглядываться, стараясь понять, куда попали, при этом весело переговариваясь. На тот момент наставник был занят личным заказом главы клана, поэтому к ним вышел Рей как представитель клана.

На вежливый вопрос, что те забыли у нас, парни без особого снобизма осмотрели Рея, а ответил тот, что был в комбинезоне пилота с нашивками стажёра. Турия хоть и был ленной планетой многих лордов, но всё же у неё был свой охранный флот, состоящий из двадцати семи серьёзно устаревших кораблей, и там служили многие аристократы. Ах да, корабли принадлежали лорду Абриксу, владельцу столицы, номинальному хозяину Турии, именно ему и шли откупные за возможность покинуть планету.

– Хм, – хмыкнул стажёр и, задумчиво осмотрев стеллажи, встретился со мной взглядом.

Я сидел за отдельной конторкой и восстанавливал ПО у коммуникатора. Его принесли с улицы какие-то парни, думаю, краденый, мастерская занималась скупкой краденых вещей у молодёжных банд, правда, об этом умалчивалось. Сюда ходили только прикормленные сбытчики краденого, которые знали, что тут дадут лучшую цену. Под прилавком лежал второй коммуникатор, более навороченный, и ещё планшет. Последние трофеи небольшой банды Тикса. Кстати, моего знакомца. Столкнулись однажды на тёмной улице во второй месяц моего стажёрства в мастерской. Ладно, он меня узнал и отпустил с миром, парень хоть и очень силён и туповат, но и до него дошло, что трогать спеца из мастерской по сбыту трофеев не стоило. После этой «дружеской» встречи, во время которой он меня пару раз успел отходить ногами по рёбрам, я стал носить с собой отремонтированный, собранный буквально из обломков военный шокер. Недолго, кто-то слил меня деду, и тот отобрал все технические средства, что я носил, кроме восстановленного коммуникатора, что я собрал из разных частей. Для неподготовленного человека это было как работа Франкенштейна, выглядело действительно ужасно, но для меня главное, что он работал и никого не интересовал. Только чуть позже я узнал, что всё, что отремонтировал для себя и считал своей собственностью, дед продал на сторону за неплохие деньги, всё для пополнения семейного бюджета. Больше всего было жаль планшет, на котором я начал учиться писать первые программки по взлому, хиленькие, правда, основа была слизана с хакерских сайтов, что пытается отследить и закрыть Охранка, местная СБ, и даже были некоторые удачи, однако планшет я потерял. Пароль был только у меня, но я его никому не сообщил, несмотря на приказ деда. Это я на принцип пошёл, не люблю, когда на меня давят и заставляют что-то делать вопреки моему на то желанию. Именно тогда я и получил своё прозвище Сопротивленец среди членов клана и первые удары кнута. Их было три, и тогда они были щадящие, но я запомнил и начал впоследствии копать под деда. Так что планшет пришлось форматировать и продавать так. Это заметно снизило его цену. Ну да ладно, дело прошлое, тем более я успел отомстить деду за этот случай и за прошлые, когда спустя пару лет, наконец, дистанционно взломал его навороченный коммуникатор, на котором тот неосмотрительно держал часть своего архива, и незаметно скачал его. Тогда я и узнал, что в действительности произошло с родителями этого тела, а не то, что подавали мне, причем делая это так, что я должен был благодарить клан, который принял «меня» обратно.

От воспоминаний меня отвлёк звук бегущих шагов, доносившихся из глубин пещеры, и знакомое сопение. С ужасом я опознал в нём сопение подручного деда, которого я мысленно прозвал Янычаром. Дед его использовал для тёмных дел, уверен, именно он и продал работорговцам мать этого тела. Себя я её сыном не считал, всё же другая личность, но информацию об этом слил кому надо. «Кому надо» – это другие члены клана, главы семей. Думаю, пока я, сдирая кожу с пальцев, экстренно выбирался из пещеры наружу, получив ураганную долю адреналина, и бежал по тропке в сторону далёкой дороги, можно описать о причинах стойкой неприязни, возникшей у меня к деду. Если у того и были какие-то чувства ко мне, то он их тщательно скрывал.

Родители этого тела, хотя я для конспирации первое время делал вид, что они действительно мои, а потом привык и считал их уже не чужими людьми, лет семь назад, когда этому телу было шесть, отделились от клана, то есть стали создавать свой клан. Нас было трое, папа, мама и я, чудная семья. Так вот, отделившись, несмотря на недовольство деда, а тот совсем недавно стал главой, после вроде как трагической гибели последнего главы клана, и перебрались на побережье. Отец взял крупный кредит в банке, у него была такая возможность со ста тридцатью единицами интеллекта. Местные фирмы охотно брали людей с таким коэффициентом, но отец пошёл по другому пути. Три ссуды в разных коммерческих банках, и он организовал свою рыболовную артель, выходя в грозное море на старом сейнере. Турия славилась своими морскими промыслами, наши морские деликатесы распространялись даже по центральным государствам Содружества, так что появилось ещё одно судно с рыбаками и, сдавая улов морскому комбинату, получало неплохие деньги. Так бы отец и закрыл ссуды, и началось бы увеличиваться наше благополучие, когда последовал предательский удар со стороны, с которой родные не ждали, да они и не знали об этом, я сам узнал всего месяц назад, когда получил доступ к архиву деда. Уйдя в море на неделю, пропал сейнер отца. Официально – был потоплен крупным морским животным, что-то вроде кита, охота на которых из-за их редкости была запрещена всеми лордами. В действительности, группа наёмников взяли сейнер на абордаж, потеряв всего шестерых из «мяса», после чего команда была утоплена, а сейнер, перекрашенный и с перебитыми опознавательными кодами, был продан в руки одной из добывающих корпораций. Деньги пошли на счёт деда. Именно он организовал эту акцию, а Янычар был контролёром. Денег платить за закрытие ссуды не было, мать продала всё, что они тогда сумели скопить, и закрыла две, осталась одна, однако тут прибыл один из представителей нашего клана и протянул ей руку помощи. Мать вместе со мной вернулась в клан, и дед закрыл оставшийся долг, используя деньги от нашего проданного сейнера, и теперь мы были должны клану.

Теперь я знал, почему дед так поступил. Когда он стал главой клана, то отделиться захотели многие семьи, и наша была первой ласточкой, за которой следили многие семьи, однако то, что произошло, остудило многие головы. Дед так остановил распадение клана на многочисленные семьи, изрядно закрутил гайки. Отделение от кланов было хоть и редкостью, но было, в семье труднее было выжить, но возможно, так что за отцом действительно следили из клана.

Действовал Старик по привычной схеме, ведь раньше он был главой небольшой, но довольно жестокой банды, так что его методы мне были в какой-то мере понятны. Через пару лет пропала мать. В столице рыскали поисковые партии работорговцев с кораблей внешников, с которыми боролась полиция, причём не безрезультатно, так что версия была одна – её вывезли с планеты тайком работорговцы. Так-то они предпочитали их покупать на рынке рабов, который действовал в районе космопорта, но работали и такие партии, охотясь на жителей с высоким интеллектом. У них были агенты на планете, которые сливали информацию им за определённые премии. С учётом того, что у неё был базовый пилотский минимум интеллекта, неплохой улов. В действительности же дед, используя Янычара, сам усыпил мать и продал её работорговцам, получив приличные деньги. Причём, сволочь такая, устроил аукцион на рынке рабов, мать была лотом с номером, и купил её, по доступной мне информации, торговец из государства, что входило в Содружество, но где было узаконено рабство, империи Ахбар. Дальше следы матери терялись.

Вот так и получалось, я вроде как на птичьих правах, так как официально в клан меня обратно не приняли, и я считался как бы изгоем, и вроде как был должен покрыть долг за погашение ссуды вместо родителей. Почему меня не приняли в клан обратно, я знал, дед снова хотел провернуть тот же финт, что и с матерью. Недели три назад тот «вызвал» меня из мастерской, против двух бугаев ничего я сделать не мог, и лично отвез на гравитележке клана в медцентр, где меня положили в диагностическую капсулу. Мне ничего не сообщили о тех данных, что выдала капсула, но судя по светящемуся лицу деда, он сорвал джек-пот, и, похоже, стою я ну очень много. Именно тогда я и начал готовиться к побегу, так как уже знал, что он сделал с матерью. Не совсем получилось так, как я задумывал, но главное, что ушёл.

Обернувшись, я посмотрел, как из дыры в снегу, из которой поднимался тепловой столбик, вылезает Янычар и, быстро найдя меня глазами, рванул следом. Всё бы ничего, но у меня не было нормальной обуви, и весь путь, что я проделал от дома до этого выхода, я прошёл в матерчатых лаптях, сделанных мной из нарезанного полосами одеяла. Я как раз собирался поправить сбившуюся самодельную обувку на правой ноге, когда осматривал поле, ну и тогда уже услышал сопение. Так что на это у меня просто не было времени.

Я успел удалиться от входа в пещеру метров на триста, когда появился Янычар, так что спрятаться просто было негде, а до нагромождения ледяных скал было ещё километра два, именно там по краю и вилась одна из накатанных дорог из столицы в глубинку.

Сбившаяся обувка слетела буквально через триста метров, и я, морщась, бежал дальше, наступая на голую ступню. Если учесть, что было выше минус тридцати, не самое удобное время для кросса.

К счастью, купленный мной на распродаже комбинезон техника-маломерки вполне работал. Несмотря на отсутствие штатного комплекта ботинок, я сумел перестроить комп комбеза на штатную работу климатконтроля, хотя согласно рекламным буклетам производителя комбез мог работать только в полном комплекте. Однако ничего, климат работал в полную силу, разряжая батареи на поясе, но давая необходимое тепло. Так что я даже потел, компенсируя холод от ног, когда и вторая «обувка» слетела.

Пятная наст на протопанной тропинке кровью, острый наст быстро изрезал подошвы ног, я услышал позади шипение «подавителя», в комплекте шума шагов и сопения Янычара. Тот догонял меня, шумно дыша перебитым когда-то в молодости носом. Увернуться от излучения возможности было, тем более этот полицейский «подавитель», который, кстати, незаконно было держать в частных руках, работал широким лучом. Их использовали для подавления беспорядков. Этот был малый, для разгона демонстраций или небольших бунтов.

Я как сноп упал на наст тропинки, проехав по нему, раздирая кожу лица и рук, пару метров. Скорость я набрал приличную, так что раны, полученные от падения, тоже были неслабыми. Наст состоял как будто из множества лезвий.

Я лежал на тропинке в одной позе, чувствуя, как пропитывается кровью снег подо мной, и не мог пошевелиться, с ужасом слыша, как приближаются шаги Янычара.

– Ну что, байстрюк, думал сбежать? – хмыкнул тот в бороду, подходя и наклоняясь надо мной.

– Я и сейчас на это надеюсь! – воскликнул я и вскинул руку.

Виброножи вообще редкость на Турии, но этот мне достался так же, как и комбез, в конфискате. Потом расскажу, как это произошло, что и поспособствовало окончательной ссоре с дедом. До этого меня пока всё устраивало, я сливался с этим миром. Вживался, можно сказать. Тем более жил в мастерской и редко встречался со Стариком.

Лезвие ножа без проблем прошло через тёплые одежды, то есть через дублёнку и лёгкий бронежилет, и вошло в тело, легко преодолев рёбра и пробив сердце. Этого удара я и ждал. У меня был только один шанс уложить более опытного Янычара, и я его не упустил. Естественно, о «подавителе» я знал и сумел достойно к нашей встрече подготовиться. У меня была самодельная защита на поясе в виде нескольких кубиков, так похожих на аккумуляторы комбеза. Делал я его защитой от излучения шокеров, тот мог выдержать от трёх до четырёх выстрелов, но у Янычара был более мощный инструмент, и тот одним выстрелом снёс мне защиту. К счастью, та защитила меня, хотя по телу и прошлись зябкие пупырышки, последствия излучения, но лёгкого, так что падал я осознанно, для маскировки и чтобы подручный Старика подошёл поближе. На расстояние удара. Так что «подавитель» не выбил меня из сознания, так, лишь вызвал лёгкую чесотку по всему телу, остальное поглотила защита, а дальше уже действовал я сам. И как видно, небезрезультатно.

Застонав от боли, начал вставать на ноги, чувствуя, что я их уже не чувствую. Похоже, обморожение я заработал. Содрав с головы Янычара меховую шапку, я тут же водрузил её себе на голову, так как голова у меня была замотана тюрбаном из того же одеяла и не особо грела. Размер великоват, конечно, на несколько размеров, но хоть отогреваться ею стал. Также я стал сдирать и сапоги. Правда, особо на успех не надеясь. У меня была малая нога, тридцать седьмой размер, а у Янычара пятьдесят последнего. Так и оказалось, даже идти было невозможно, как вёдра надел на ноги. Но зато мой небольшой рюкзачок за спиной обогатился на неплохие трофеи, туда ушёл «подавитель», внешне похожий на бластеры, что рисуют земные фантасты, отключённый коммуникатор, наличность, что была в ходу на Турии, ну и по мелочи.

Надолго я у тела Янычара не задержался, а, бросив сапоги, побежал к дороге. Там двигался тягловый транспорт, и я надеялся успеть. Подошвы ног окончательно изодрал, но не успел, упряжка из трёх волов бодро протрусила мимо, это была пассажирская, однако возница не обратил никакого внимания на мои попытки привлечь внимание, лишь подстёгивал волов. Пассажиры же, закутавшись кто во что, по сторонам, похоже, не смотрели. Когда я выбежал на дорогу, те уже скрылись за поворотом, и мне с моим очень быстрым упадком сил было их не догнать. Заметив на дороге дымящуюся лепёшку от прошедшей тут «маршрутки», я наступил в неё обеими ногами и даже застонал от боли в израненных и оттаивающих ногах. Судя по красным пальцам, скорее всего я их лишусь. Руки- то я прятал попеременно в нагрудный карман комбеза, где поддерживалось тепло, а вот ноги уберечь не смог. У меня оставался единственный шанс, небольшой частный медцентр, куда я и направлялся в надежде на квалифицированную медицинскую помощь, хотя это и опустошит немногие накопления, что я успел сделать, но здоровье дороже. Без лечения шансов уйти у меня не было, и так на одних стимуляторах держусь. В поясе комбеза была встроенная аптечка. Её я нашёл, а вот ботинки для комбеза нет. Хорошо, на него никто не позарился, когда у меня отобрали одежду, все знали, что без обуви тот не работает, поэтому я и воспользовался этим шансом для побега. Да и рюкзак, который я прятал в подвале с НЗ, тоже никто не нашёл, так что крохотный шанс у меня был. И этот шанс с каждым моим шагом всё увеличивался и увеличивался.