Сопротивленец

Время утекало сквозь пальцы, и долго мне постоять в воловьей лепёшке не удалось. Я сам покинул её и, сделав несколько быстрых шагов, наступил в следующую. Так двигаясь и чувствуя, как оттаивают ступни ног, да и навоз успел попасть в раны и жёг их, я следовал дальше по дороге. До поворота на медцентр осталось не так и много.

К счастью, мне повезло, была попутная телега с фермерами, они меня и подвезли до поворота, даже не взяв денег, видели, в каком я был состоянии. Ну а дальше я фактически в полубреду добежал от поворота до входа в медцентр, где меня остановил охранник. Эти полтора километра мне дались нелегко, но я дошёл. Падая в руки охранника, тот успел придержать, с изумлением разглядывая всего окровавленного меня, я прошептал:

– Лечите, деньги есть.

Что было дальше, я не помню, хотя пару обрывков в памяти и осталось. Какие-то светлые помещения и плафоны, что мелькали перед моим лицом, и под конец опускающаяся прозрачная крышка. До этого я видел только диагностическую капсулу, так что уверен, что меня положили в лечебную. В реаниматор вряд ли, это слишком дорого.

Когда я открыл глаза, то увидел довольно молодого парня в белом комбезе медика, что склонился надо мной и, оттянув веко, разглядывал правый зрачок. Заметив, что я очнулся и гляжу на него, он усмехнулся и спросил:

– Ты знаешь, что у тебя глаза разного цвета? Один карий, другой зелёный?

– Просветили, – буркнул я, на локтях приподнимаясь в капсуле. Мягкие валики, на которых я лежал, пружинили от каждого моего движения. – Что со мной сделали? Какова цена?

Тот от моего деловитого тона слегка удивился, но снова усмехнулся и, протягивая руку, помогая выбраться, пояснил:

– Раны на лице, руках и ногах практически исчезли, можешь не волноваться, а вот со спиной сложнее. Тебя хорошо отделали, до костей. В общем, за сутки лежания в капсуле раны тебе заживили, нагноения и сукровицы нет, там теперь молодая кожица, но шрамы серьёзные остались. Если будешь удалять, это уже дополнительная плата и это работа для реаниматора. Ах да, у тебя были повреждены некоторые спинные мышцы, я их частично восстановил.

– Что с пальцами ног и обморожением? – трогая лицо и осмотрев руки, я глянул на ноги и пошевелил всеми десятью пальцами.

– Ты их сохранил, так что восстановили, вот если бы отвалились по пути, ты бы их потерял, а так все пальцы на месте и прошли лечение, – ответил медик и, нагнувшись, достал из ниши в полу рядом с капсулой мои вещи. Комбез без ботинок, рюкзак и меховую шапку – всё, что было при мне. На ремешке висел мой отключённый коммуникатор. Судя по виду комбеза и рюкзака, их успели почистить. Следов крови я не наблюдал. Вот за это спасибо.

– Идём за мной в бухгалтерию, будешь расплачиваться за проделанную с тобой работу, – велел медик, когда я оделся, мы последовали к выходу из бокса, где оставалось шесть лечебных капсул. Кстати, две были заняты.

Шлёпая босыми ногами по прохладному, покрытым пластиком полу, я быстро догнал его у дверей, поправляя лямки рюкзака на плечах, и задал первый вопрос, пока тот вводил код в панель открытия двери:

– Почему вы вот так легко согласились меня лечить без проверки платёжеспособности?

– Ты не первый такой. Тех, у кого не было денег, хозяева продавали работорговцам, чтобы покрыть убыток расходования картриджей. Почти всегда они были в плюсе. Ну а ты особый случай.

– Показатели интеллекта? – сразу догадался я, поворачивая следом за медиком на одном из поворотов, это был уже третий коридор.

– Правильно понял, тебя сначала пропустили через диагностическую капсулу, там, кроме повреждений, были сняты и другие параметры.

– Ну и какой у меня интеллект? – стараясь не выдать свой интерес, спросил я, а поймав задумчивый взгляд парня, постарался отвести подозрения, соврав: – Меня в лечебной капсуле проверяли, а тут диагност, то есть более точный.

– Сто девяносто одна единица, – буркнул тот и остановился у одной из дверей. – Пришли. Дальше сам договаривайся и расплачивайся. Если денег нет, то… сам понимаешь.

– Понимаю, – вздохнул я и попридержал медика за рукав.

Активировав свой коммуникатор, я попросил сбросить на него те процедуры, что были проведены со мной, и затраченные материалы. Не особо чинясь, тот сделал то, что я просил. После этого открыл мне дверь, и я прошёл внутрь. Медик остался снаружи и, видимо, вернулся в свой бокс, а вот в комнате меня ждало двое, и я понимал почему. Такой уровень интеллекта на дороге не валяется. Шансы выйти из этого медцентра были минимальны, но я надеялся. Не то чтобы выйти, всё же я зарегистрированный пациент, скорее удалиться от него далеко.

Это были мужчина и женщина, стильно и дорого одетые в индивидуальные комбезы с эмблемами медцентра. Они с интересом смотрели, как я прошёл в кабинет и сел на один из стульев, ничего похожего на диван или кресла тут не было, чисто деловая обстановка.

Прочистив горло, но ничего не сказав, я заработал коммуникатором, понимая, что счёт пошёл на минуты, скоро меня по нему вычислят люди Старика, и вывел проекцию сайта медцентра в Галонете со списком цен за услуги. У меня на левом номерном счету, который был привязан к этому коммуникатору, было две с половиной тысячи кредитов, и я с натягом укладывался в ту сумму, что стоили предоставленные услуги. Последние демонстративно мигали, показывая, что мне было сделано и сколько это стоит.

– Куда мне переводить деньги в уплату за проделанную работу?

От моего вопроса мужчина поморщился, а женщина улыбнулась. На коммуникатор пришёл номер счета, и я перевёл на него две тысячи шестьсот тридцать два кредита. Оставалось у меня чуть больше двухсот кредитов. Всё, что я смог утаить от ищеек деда. Кинул тот меня на полторы сотни тысяч, когда я на аукционе в космопорту сорвал большой куш. Но об этом позже.

– Я могу идти? – спросил я, вставая со стула.

– Да, – снова поморщился мужчина, пристально меня рассматривая. – Тебя проводят к выходу.

Этот медцентр славился тем, что тут не задают вопросов и лечат всех, кто может заплатить за это самое лечение. Я о нём узнал от главы одной из молодёжных банд, тот тут лечился, ну а потом собрал всю доступную информацию в Галонете. Её было не так и много, только официальный сайт для вида, но и так понятно, что это медики одного из преступных кланов. Тут не только отмывались деньги и проворачивались тёмные делишки, но и лечились раненые члены банды. Ну и другие. Кто мог заплатить, как я уже говорил.

Покинув кабинет, я в сопровождении одного из охранников направился к выходу, настороженно зыркая по сторонам и размышляя. Вот так вот отпустить человека с высоким потенциалом, который стоит огромные деньги? Вернее, в скором времени будет стоить, но и сейчас за меня дадут неплохие деньги. Нет, не думаю, что бандюги, державшие этот центр, вот так просто меня отпустят, но брать в сам центре меня не будут, я честно расплатился, а подобия закона тут старались придерживаться, тем более я был внесён в их базы как клиент. А вот снаружи, где я становлюсь ничейным, меня могут взять. Если тут нет команды ловцов, то, скорее всего, её вызовут из города, и чтобы та успела, меня должны задержать под надуманным предлогом. Интересно, что это будет? И что я смогу с них за это содрать? Хотя снаружи начинается сильная метель, и мне как-то самому не улыбалось выходить наружу. Как ни парадоксально, пока нахожусь на территории медцентра, я в безопасности. Тут и солидные клиенты есть, банда не будет портить репутацию центра, похищая меня. А снаружи пожалуйста.

Думаю, стоит пояснить мою нервозность, а также почему обрадовался дед, узнав уровень моего интеллекта. Поясню кратко, тем более до выхода осталось не так уж и далеко, а я ещё не придумал, как выходить практически раздетому и без обуви на мороз, тем более снаружи, судя по виду из окон, начиналась серьёзная метель. Уровень интеллекта и на Фронтире и в Содружестве очень ценится. Например, на Турии тем, у кого он выше ста пятидесяти единиц, запрещено покидать планету. Силком и другими способами таких уникумов заставляли работать на местных лордов. Ну или они продавали их с большой наценкой всем желающим. Пару раз такое случалось, я читал об этих нашумевших аукционах, проводимых на станции, что висела над столицей, которая также являлась собственностью лорда Абрикса. Так вот, для сравнения, если взять миллион населения. Девяносто процентов это люди, уровень интеллекта которых не превышал отметку в сто единиц, большинство даже имело ниже, около восьмидесяти. Следующие четыре единицы имели уровень интеллекта от ста до ста двадцати. Они могли стать неплохими техниками, медиками и другими специалистами. Дальше начинается самое интересное. Базовый минимум интеллекта сто двадцать процентов, он позволяет водить малые и средние корабли, больше водили те, у кого больше ста сорока единиц. Самый дорогостоящий и редкий инженерный базовый минимум насчитывал двести единиц, я до него не дотягивал, но я ещё расту. Тем более развивающие игры у меня имелись, и я активно развивал мозг, решая сложные задачи. Это помогало мне в программировании. Так вот дальше, ещё четыре процента, уровень интеллекта был выше, от ста двадцати до линейки в сто сорок единиц. Они считались ценными специалистами. Оставшиеся два процента самые сливки, от ста сорок до ста восьмидесяти максимум. Почему? Потому что людей с базовым инженерным интеллектом на три миллиона людей по статистике насчитывается не больше двух человек, а в последнее время вообще за счастье, если одного такого найдут. Вырождались ценные специалисты, и у меня было предположение, по каким причинам это происходит. Причина проста, детей не развивают до их совершеннолетия, а ведь должны, по логике. Взять же земные школы, они бы идеально подошли для Содружества и независимых миров, но никто просто не хочет этим заниматься, вот и охотятся на природных уникумов.

Теперь ценовая политика, чтобы прояснить ситуацию. Те, кто имеет уровень интеллекта до ста единиц, на рынках Турии продаются от пяти до десяти тысяч. Выше, до пилотского минимума, от семи тысяч до двадцати доходит. Пилотский минимум и выше – от тридцати до семидесяти тысяч. Те, у кого уровень от ста сорока и выше, цена от ста тысяч до полумиллиона. Причём это за не обученных и без нейросетей. Специалисты стоят дорого, но на Турии это очень редкий товар. Инженерный минимум стоит для местных безумно дорого, и торги идут на закрытых аукционах, но некоторая информация всё же просочилась. Миллион за меня из-за возраста, конечно, не дадут, но тысяч триста я точно стою. Многие охотятся именно за такими, как я, чтобы взрастить последователя и фанатика. К сожалению, в космосе было множество всяких сект, не хотелось бы попасть в одну из них.

Думаю, что вам понятна радость Старика, он собирался заработать на мне большие деньги. Ну и сотрудники медцентра тут отметились. Наверняка думали, что платить мне нечем, да и откуда мне взять такие деньги, если я изгой слабенького клана? А тут промашка вышла, расплатился и смог уйти без кабальной оплаты.

Всё же, как я и думал, меня решили задержать. В принципе, я особо и не возражал, метель всё усиливалась, за большими панорамными окнами уже не видно было парковки для флаеров, всё скрыла снежная круговерть. У входа меня ждал тот парень-медик, который занимался моим лечением и с которым у меня появился контакт. Видимо, на этом местное начальство и решило сыграть. Интересно, что оно придумало?

В принципе, я и сам должен был попросить задержаться у них, покуда не стихнет метель, но видимо, они решили подстраховаться, и послали парня, чтобы тот точно задержал меня. Я ведь из упрямства и в метель уйти мог, в принципе при определённой сноровке, которой обладали все жители планеты, не был и я исключением, выжить было возможно. Трудно, но возможно.

– Уже уходишь? – спросил тот, когда я, оставив охранника в стороне, уверенной походкой направился к выходу. Шёл так, чтобы со стороны было видно, что останавливаться я не собираюсь и хочу покинуть стены медцентра. Играл, конечно, это чтобы местные пошли на уступки в попытках меня удержать, а дальше посмотрим, что будет.

– Да, есть шанс уйти как можно дальше, – кивнул я, остановившись рядом и задумчиво поглядывая, как за окнами веселится в свете прожекторов снежная круговерть. Если выйти без одежды, эти красивые на вид снежинки как наждаком пройдутся по коже, превратив человека в кровоточащий кусок остывающего мяса. Жуткое, но в чём-то красивое зрелище.

О том, что я ушёл из клана, и меня, скорее всего, ищут, местные должны знать, но именно тем и ценился их центр, вопросов клиентам не задают. Репутация у них действительно была неплохая.

– Есть возможность решить некоторые твои проблемы, – слегка наклонившись ко мне и заговорщицки подмигнув, улыбнулся парень.

– М-да, и что это? – без особого интереса спросил я.

На самом деле ответа на свой вопрос я ждал с интересом, но при этом обдумывая, как свалить отсюда без потерь для себя. Это и помогло принять отстранённый и задумчивый вид. Видимо, играл я хорошо, так как медик торопливо стал пояснять, в чём идея и каков его якобы интерес. Всё оказалось на удивление просто. О том, что пациентов, которые не могут оплатить своё лечение, продают, тот не соврал, однако перевозили их в специальных транспортных боксах голыми, в режиме сна, а вещи оставались тут. Даже сформировалось помещение для хранения этого, можно сказать, конфиската. Естественно, местные сотрудники всё самое интересное выгребли по минимальной цене, но там ещё много чего хранилось интересного. Вот медик и предложил сопроводить меня на этот склад и от его имени, чтобы была минимальная наценка, та, что только для сотрудников, что-нибудь приобрести. Его интерес был в том, что я плачу ему пятьдесят кредитов за возможность порыться на стеллажах склада и приобрести себе что-нибудь. Кроме плюшки в виде скидки, он намекнул, что видел там вполне целые ботинки для комбеза. Правда, какого производителя, он был не в курсе, и подойдут ли к моему комбезу, не знал. Нужно смотреть.

– Ну-у, – задумчиво протянул я, – можно посмотреть. Если только недолго.

Под изучающими взглядами двух охранников и менеджера, довольно красивой девушки у стойки, мы направились вглубь центра. Так-то он находился под землёй, не уверен, но вроде три этажа внизу и один наверху. Склад находился на минус втором этаже, спускались мы по лестнице. Вышло дольше, но это и понятно, время тянут.

Надо сказать, когда мы вошли в помещение склада, причём немаленького, я с некоторым удивлением осмотрелся. Это сколько же народу они отправили по этапу с рабскими имплантатами и ошейниками бороздить просторы космоса, чтобы собрать тут столько барахла? Ну да ладно, в общем, когда мы вошли, и загорелся свет, я с интересом осмотрелся и направился к ближайшим стеллажам. Шагал я быстро, стараясь поднимать ноги выше, всё же пол был холодным. Медик, имя которого я так и не узнал, остался у входа, занял стул и, взяв журнал с небольшого поцарапанного столика, стал изучать моду двухгодичной давности, предоставив меня самому себе. Комната была длинная, и во всю длину стояли четыре стеллажа с шестью полками, последняя под потолком. Пришлось по другим подниматься, чтобы заглянуть туда. Пыли, как ни странно, хватало, хотя в углу я и заметил дроида-уборщика. Но тот, видимо, был не рабочий.

Сначала я пробежался по всему складу, разглядывая вещи, прикидывая, что брать. Не все стеллажи были заполнены, процентов на сорок если быть точным, но и то, что имелось, для беглеца было ценным. Насчёт ботинок медик не соврал, только они были от другого производителя и явно мне не по ноге, несмотря на функцию подгонки. К комбезу не подойдёт – это раз, возможности уменьшения не по моей ноге – это два, нерабочие – это три. Однако эти стоявшие на виду ботинки оказались не единственными, в одном из баулов я откопал окровавленные лохмотья. Кто- то порезал подростка в дорогом комбезе, тот пришёл в негодность, видимо, снимали уже с трупа, а вот ботинки были неплохими, и, главное, той же фирмы, что и мой комбез. Правда, мой технический, простенький, но главное, они срослись, и я с удовольствием притопнул ногой. Всё, комбез в полном сборе, теперь всё в ажуре. Теперь можно и в метель уходить, тем более я из окровавленного комбеза, вернее из его пояса, вытащил дополнительные аккумуляторы, аптечку и ещё по мелочи, и шансов у меня прибавилось.

Свой рюкзак я оставил на столике рядом с медиком, там же и меховую шапку, и туда же таскал всё, что меня интересует. Даже средний инструментарий техника-бытовика нашёл, правда, не полный, поэтому, видимо, никто его не забрал. Неликвид, а мне пригодится. Естественно, поломанные технические девайсы, планшеты, коммуникаторы и другое никого из местных тоже не заинтересовали, а вот я всё тащил и складывал в рюкзак, благо он был непростой и увеличивался в размерах согласно командам. Я подсоединялся к небольшому компу рюкзака с помощью своего коммуникатора, который пока и не думал выключать, и отдавал приказы. Кстати, на мою почту пришли угрозы, я их с кривой усмешкой читал. Дед стопроцентно знал, где я, а также и о судьбе Янычара, это было в его сообщениях, так что счёт шёл если не на минуты, то на часы точно. Такие метели недолгие, быстро проходят, так что не думаю, что у меня много времени.

Когда набралась горка находок, мы с медиком стали её сортировать. Тот называл цену, и я откладывал с задумчивым видом в большую кучу, которую беру, или в маленькую, что мне было не по карману. У меня было двести тридцать пять кредитов, и я потратил всё. Пятьдесят самому парню, остальное за то, что купил на складе. Причём рюкзак стал в два раза больше и довольно тяжёл, хотя действительно всё взял на удивление дёшево. Даже не за полцены, ниже. К этому моменту у меня осталось всего пару кредитов, на них я купил початую упаковку солдатских пайков. Чувствовал я себя после капсулы отменно, но стоит позаботиться и о пропитании. В общем, выдоили меня полностью, деньги остались только местные, а не кредиты Содружества, которые больше всего ценились на Турии. Они были только в электронном виде, но это мало кого интересовало. Счёт в банках Турии можно было открыть через Глобосеть через коммуникатор или планшет, и пользоваться им.

Мы покинули склад и поднялись наверх. Медик всё, что мог, сделал, задержал, поэтому, быстро попрощавшись, скрылся в одном из коридоров, а я подошёл к охране и стал хмуро их разглядывать. В рюкзаке всё было на месте, я проверил, когда покинул капсулу, но вот оружия там не было, охрана изъяла. Оба охранника похмыкали, один отошёл к небольшой конторке, где находились мониторы, передающие с камер всё, что происходило снаружи, то есть метель, и вернулся с «подавителем» и виброножом. Нож я повесил на пояс, а «подавитель» убрал в рюкзак. После чего надел шапку, поправил ремни и под любопытными взглядами охраны покинул территорию центра. Когда я вышел из тамбура, шквальный ветер буквально отшвырнул меня в сторону, и я едва удержался на ногах, думаю, если бы не потяжелевший рюкзак, катился бы я по дорожке в сторону парковки. В принципе, мне туда и надо, но не стоило афишировать это охране. Меня слегка потряхивало от адреналина, ведь я впервые собирался совершить серьёзное правонарушение, серьёзный взлом. Я собирался взломать и угнать служебный глайдер медцентра, на котором были нанесены его опознавательные знаки. Он был единственный на площадке из шести машин, сконструированный для серьёзных погодных условий, и я надеялся, что смогу уйти в столицу и затаиться в катакомбах. За мою голову уже наверняка есть награда. Надо чуть позже порыться в информаториях, но пока я отключил коммуникатор, чтобы меня больше не могли дистанционно отслеживать.

С трудом найдя глайдер в метели, сначала я наткнулся на двухместную спортивную машинку, но потом, сориентировавшись, добрался до нужной техники. Достав из бокового карман рюкзака свой наручный искин, по случайности приобретённый во время моей стажировки, и, подсоединив его к пульту управления открытия створки двери, отдал команду на взлом.

Через десять минут, отключив маячок, я уже устраивался в кресле пилота глайдера, переведённого на ручной режим управления. Нет, вручную управлять я не собирался, просто вручную набрал пункт прибытия и отдал команду на взлёт. Когда автопилот поднял глайдер и, завывая мощными турбинами, пятнадцатитонная машина направилась к столице, я с облегчением откинулся на спинку пилотского кресла и прикрыл глаза, впервые за этот день улыбнувшись. Пока всё идёт нормально, посмотрим, что будет дальше. До космопорта мне лететь ещё около часа, так что есть время и покушать, и снова вернуться в прошлое. Думаю, стоит пояснить те непонятные моменты, которые наверняка возникли у тех, кто следит за моей судьбой.

Достав из рюкзака, брошенного на соседнее сиденье, плитку солдатского пайка, я вскрыл её и, откусив кусок, снова откинулся на спинку кресла, вспоминая всю ту мою жизнь, что прошла на Турии. Надо сказать, интересно прошла.

Пожалуй, продолжу с того момента, когда к нам в мастерскую ввалились те трое дворян, что укрывались от града, пошедшего после такой же метили, что шла и сейчас. Один явно был военным, который недавно вступил во флот Турии, судя по нашивкам, он был пилотом малого корабля, то есть пилотировал истребитель. Немного отвлекусь и расскажу о кораблях, что бороздят Вселенную. Так вот, они подразделялись на три вида: малые, это челноки, боты, шаттлы, истребители, штурмовики, перехватчики, бомбардировщики и некоторые виды корветов и фрегатов, что не имели собственного гипердвигателя и путешествовали на подвесках более купных товарищей. Да, у малых не было гипердвигателей, это и отличало их от средних и больших кораблей. Ну и размер, естественно. Средние корабли, уже другой уровень подготовки и умений. Транспортные, боевые и прогулочные, размеры были разными. Потом шли уже большие корабли, там пилотировали серьёзные пилоты, под их управлением были линейные крейсера, линкоры, супердредноуты, тяжёлые транспорты и контейнеровозы. Вроде немного прояснил. Ах да, в Содружестве у военных окраинных миров новейшие корабли были шестого поколения, наёмники и частники летали на третьем, четвёртом и совсем редко на пятом. На Фронтире в ходу было второе и третье поколение, редко четвёртое. Флот Турии был в основном третьего поколения, хотя был один носитель второго, дворянчик был явно оттуда, эмблема на рукаве намекала, и три корабля были четвёртого поколения. То есть по местным меркам вполне приличный флот. Хотя пиратам на один зуб, там кланы во Фронтире были ого-го какие. Ещё добавлю, что с третьего поколения корабли шли модульными, тогда как первое и второе цельными корпусами, что серьёзно затрудняло их модернизацию. Ценились именно от третьего и выше поколения.

Ну да ладно, вернёмся к дворянам. Тот пилот, что имел на рукаве ценный девайс, довольно дорогой пилотский наручный искин, задумался на секунду и спросил:

– Ремонтом наручных искинов занимаетесь?

Рей на секунду завис, осмысливая вопрос. Он был немного туповат, чего уж там, поэтому пришлось прийти ему на помощь. Не в первый раз, между прочим. В принципе, Рей нормальный парень, веселый и общительный, небольшое тугодумие замещалось удивительной усидчивостью, так что мы шли в учёбе практически нос к носу. Да и вопрос любого мог выбить из колеи, где мы, а где сервисные центры для ремонта и обслуживания искинов. Их не ремонтировали, это все знали, лишь на замену или выброс, если закончилась гарантия. Но провести тестирование способны были даже мы.

– Какой именно ремонт вас интересует? – спросил я, выходя через небольшую дверцу к посетителям.

До нашего учителя не докричаться было, заказ срочный от главы своего клана, поэтому тот строго- настрого велел не беспокоить его. Да и что тут странного и необычного? Ну дворяне, ну зашли переждать град, вот у шкафов с отремонтированными девайсами, что выставлены на продажу, ещё двое таких же трутся, которые делали вид, что зашли к нам по надобности.

– Мой наручный искин немного повредился. Задел об энергошину на корабле, и край оплавился. После этого он перестал отзываться на коды и попытки запустить его.

– Можно? – протянул я руку.

Дворянин, ничуть не смущаясь, снял с руки серебристый браслет и протянул его мне. Отойдя к конторке, я достал тестер и стал осматривать его, открывая все входы и лючки. Два не открывались, были запаянными жаром. То, что искин был повреждён касательным выстрелом бластера, я понял сразу, да и свежий ожог на руке пилота на это отчётливо намекал, более того, браслет на месте попадания ещё не остыл, значит, бой вёлся в нашем районе, где-то рядом. Буквально только что. Не припомню, чтобы тут было что-то интересное для дворян, хотя… Салон мадам Би-Би, туда вроде новые девочки вчера поступили, не оттуда ли эти трое?

После осмотра я сделал вывод, который и озвучил посетителям:

– Повреждения серьёзные. Нарушена целостность корпуса, задета материнская плата, так же есть повреждения внутренних шурфов. В принципе, восстановить можно, но работать искин после этого будет процентов на сорок максимум. Вам могут помочь только в сервисном центре этой фирмы-производителя, но таких на Турии нет. Искин ведь из Содружества. Ахбар, судя по логотипу производителя. Государственное предприятие.