Войны ночи. Книга 1: Черный Демон

– Вроде нет. Только вот звук странный. И мне кажется, что он приближается, – с сомнением произнес Вит.

– Молодец, что услышал. Я поэтому и пришел. Никак не пойму, что это такое. Тут нечисти всякой, нежити много. Они разные звуки устраивать умеют. Но мне кажется, что это другое. И звук этот действительно приближается. Все, режим тишины. Ждем, – уверенно произнес рыцарь и отошел на пару шагов в сторону.

Вскоре оба отчетливо услышали слова веселой песни. Мальчишеский голос очень звонко, красиво и уверенно пел о подвигах старого барона! Вначале Вит подумал, что это какой-то большой отряд с мальчишкой-запевалой едет. Но из темноты проявилась одинокая фигура. Теперь стало страшно не только молодому ратнику, но и опытному рыцарю. С таким он еще не сталкивался.

– Это морок, – тихо прошептал рыцарь. – Сидим тихо. Может, пронесет его нечистая мимо.

– А разве морок – не сказочная выдумка? – с сомнением спросил Вит.

– Нет. Сам я их не встречал, но и Борода рассказывал, и от других надежных людей слышал я о такой нечисти.

Как в подтверждение слов рыцаря, сзади за мороком показались хеллы. Они шли медленно, не торопясь, приближаясь к мороку. Неожиданно морок споткнулся и прервал звонкую песню. Сзади на него набросился хелл. Не зная почему, но Вит вдруг почувствовал, что это не морок, а настоящий, живой мальчишка. Арбалетный болт, выпущенный почти в упор, отбросил хелла в сторону от мальчишки, который, перевернувшись, весь вжался спиной в дорожную пыль. Трое хеллов готовы были наброситься на мальчишку, но вместо него напоролись на ратника. Сильно рубанув ближайшего хелла мечом, Вит прикрыл собой мальчишку. Хеллы отступили, увидев, что на дорогу выскочил еще и рыцарь.

Хеллов оказалось около десятка. Увидев, что на дорогу выходят все новые и новые рыцари, хеллы предпочли быстро исчезнуть в темноте. Ранд все еще сомневался, морок это или человек. Слишком уж невероятным было встретить на этом самом опасном участке заброшенного тракта одинокого путника, тем более ребенка.

Вит, убрав меч, присел рядом с мальчишкой и спросил:

– Ты кто?

Мальчишка ничего не ответил, а только закрыл расширенные от ужаса глаза. Вит решил, что мальчик потерял сознание, и положил руку на его лоб. Лоб был горячий.

– Он живой. Настоящий мальчишка, – крикнул Вит, повернувшись к товарищам.

– Как такое бывает? Откуда он мог здесь взяться и почему его хеллы не сожрали?

– Какая разница? Его трясет всего и горячий он какой-то. Его быстрее лекарю показать надо.

В сопровождении двух десятков рыцарей Вит внес мальчишку в свой боевой походный лагерь. Разбудили Рината, старого опытного ратника, который больше был лекарем, чем воином. Осмотрев мальчика, уже седой лекарь велел развести большой костер и принести все светильники, какие найдутся. Еще ему потребовалась горячая вода и спирт. Постелив на попоны плащ, Ринат раздел и отмыл мальчишку.

– У него лихорадка, но я не вижу, где зараженная рана. Он весь в ссадинах.

– А на ноге это у него что? – спросил Вит, державший большой светильник.

– Ого! Это он о кусты краори, похоже, ногу проколол. Плохо, очень плохо. Надо что-то делать, но он так слаб, что я боюсь! Давайте быстро палатку ставьте, это будет долгая история. Если мы опоздаем, он умереть может!

Никогда в жизни Вит еще не ставил палатку так быстро. Когда подбежали ратники, чтобы ему помочь, оба кола уже стояли. Быстро натянув палатку, перенесли внутрь мальчишку, соорудив из попон что-то вроде стола. Между стоек натянули веревку и повесили пять светильников. Лекарь всех выгнал, оставив только Вита, знакомого с основами медицины. Парня лекарь приметил еще днем, на привале, когда он свой рубец на левой руке обрабатывал с отличным знанием дела. Да и по разговору сразу было понятно, что Вит учился в Содийском университете, в котором и медицину все изучали.

Лекарь разложил рядом с мальчишкой, накрытым чистой простыней, свои ужасные инструменты.

– Вы что, гвардейцы императорские? Не надо меня пытать, я все равно ничего не знаю, – вдруг отчетливо произнес мальчишка и открыл глаза.

– Да не гвардейцы мы, – поспешил успокоить его лекарь. – Мы из армии Бороды. Отдельный отряд, вот на доспехи посмотри.

Ринат указал рукой на стоявшего рядом Вита.

– А зачем тогда это? – спросил мальчишка, одними глазами указывая на инструменты.

– Ногу ты нехорошо поранил. Нога болит?

– Сильно болит, – кивнув, произнес мальчишка и закрыл глаза. – Да я просто на колючку наступил. Сапоги бросить пришлось, когда от гвардейцев удирал, вот и наступил босой ногой в темноте, – на глазах мальчишки едва проступили слезы.

– Что болит, это хорошо. Значит, успели. А наступил ты на колючку куста краори. Его колючки ядовитые, – пояснил лекарь.

По щекам мальчугана покатились слезы, он сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели.

– Ты чего, парень? Расслабься, – заволновался лекарь. – Раз болит нога, то все нормально. Починим тебя. Как новенький будешь.

– Новенький и без ноги? – еле слышно, с трудом сдерживая слезы, прошептал мальчишка и открыл глаза.

– Не бойся. Есть у меня сильное средство, выгоним мы весь яд из ноги твоей и бегать через две недели будешь быстрее, чем раньше.

– Правда? – мальчишка впервые пошевелился, развернувшись к лекарю. – Не врете? А то я такие страсти об этих колючках ужасных слышал.

– Рыцари не врут, это только наемники имперские врут. На вот, выпей это лекарство. Жар спадет и станет немного легче.

Эрки выпил зелье и успокоился. По выровнявшемуся дыханию Вит понял, что мальчуган уснул. Лекарь отправил Вита за командиром. Когда вместе с Рандом Вит вошел в палатку, лекарь молился. Такое в отряде Вит видел впервые. Встав, лекарь повернулся к ним. Казалось, он постарел на несколько лет.

– Что делать? Ранд, я не знаю.

– А в чем дело? – спросил командир, уверенный, что никаких серьезных ран у мальчишки нет.

– Ему надо вскрывать и вычищать проколы на ступне, а у него лихорадка. Он так слаб, что может не выдержать потери крови. А если я буду ждать, пока спадет жар и он силы восстановит, то ногу отнимать придется!

Отважный рыцарь, всегда уверенный командир лихой сотни разведчиков, растерялся. Наверное, впервые он не знал, как поступить.

Все трое вздрогнули, когда, открыв глаза, мальчишка заговорил:

– Вы же обещали, что ногу отрезать не станете. Я все слышу. Лихорадка уже прошла почти, я выдержу, только давайте скорее, а то страшно очень.

– Такого быть не может. Я же дал ему сильное снотворное и обезболивающее. С такой дозой любой рыцарь отключился бы на несколько часов, – поразился лекарь.

– А у меня всегда так, – отозвался мальчишка. – Когда лекарь мне лекарство влил, я тоже не уснул, а жена Бороды и Рин почти два дня спали. Но вы обещали и говорили, что рыцари не врут.

– Не врут. Я все сделаю, но тебе потерпеть придется. Раз такие средства не действуют, будет больно, – предупредил Ринат.

– Постой! Так ты, случайно, не тот парень, что спас семью нашегокКомандарма? – удивленно спросил Ранд.

– - Спасли нас всех рыцари эссекские, а я только убежать им помог.

Настала очередь рыцаря удивиться. Историю об отважном мальчишке по имени Эрки Ранд слышал от самого купца. Лекарь стал расспрашивать мальчишку обо всех его приключениях, отвлекая разговором, а сам начал операцию. Вит отлично понимал, что и зачем делает лекарь, но сам такое видел впервые, еще и на ребенке! Вскоре все внимание лекаря потребовалось на операцию, и разговор с Эрки продолжил Ранд. Рыцарь спросил, как Эрки выбрался из города. История о бегстве с озера и сигнальной башне вызвала состояние, похожее на шок. Подумать только, мальчишка сорвал своим сигнальным костром всю операцию имперских войск по разгрому повстанческих армий! Теперь поражение императора стало только вопросом времени! Закончить свой рассказ о бегстве из города Эрки не смог. Сил на то, чтобы говорить, не оставалось, и проснулась боль в ноге. По сигналу лекаря Вит стал втирать согревающую мазь в кисти рук мальчишки. С ужасом Вит чувствовал, что руки холодеют. Но лекарь успел закончить операцию.

Вита оставили в палатке с мальчиком, а сам лекарь и командир вышли на свежий воздух. Когда откинули полог, Вит увидел, что многие воины сидят вокруг палатки. По лицам рыцарей было понятно – они слышали каждое слово.

Эрки проснулся и пытался сообразить, где он и что случилось. Почему-то он лежал на мягкой постели в какой-то палатке. Постепенно он вспомнил, как его спасли от каких-то ужасных змееподобных монстров отважные рыцари. Сердце забилось с бешеной силой. Он вспомнил страшного лекаря. Прислушавшись к своим ощущениям, Эрки почувствовал боль в правой ступне. Значит, нога на месте. Все отлично! Сил пока хватило только на то, чтобы повертеть головой. Сквозь брезент палатки пробивался солнечный свет. Рядом на шкуре спал ратник, возле которого стояли какие-то склянки и пузырьки. Прислушавшись, Эрки различил многие звуки, по которым сразу понял, что это военный походный лагерь.

Так он вновь оказался среди своих. Ярко светило солнышко, все было просто замечательно. Единственным неудобством стало то обстоятельство, что Эрки никак не мог встать и еще он понял, что лежит совсем раздетый. Приподняв белую простыню, Эрки посмотрел на забинтованную ногу и окончательно успокоился. Лекарь его не обманул. Проснулся ратник.

Он сразу дал Эрки попить и сказал:

– Лежи, Эрки, отдыхай. Теперь уже все будет отлично.

– Я отдохнул уже. Мне бы одеться и прогуляться немного.

– Гулять тебе пока нельзя, а вот на счет одежды что-то никто не позаботился, – Вит выглянул из палатки и позвал Рината.

Лекарь долго расспрашивал Эрки о самочувствии, дал какие-то лекарства и пообещал, что к обеду Эрки будет уже нормально одет. Организовать одежду для одиннадцатилетнего мальчишки оказалось не таким уж простым делом. Осмотрев его изорванные штаны и рубаху, Ринат понял, что она восстановлению не подлежит. У Вита был запасной комплект одежды, как и у остальных, поэтому, забрав чистую одежду парня, лекарь сам взялся все быстро перешивать. Еда была уже готова, Ринат потребовал отложить обед на полчаса, чтобы он успел все закончить. Возражений не последовало, все хотели, чтобы героический паренек остался доволен. Вит попытался вынести мальчика к походному костру, но Эрки настоял на том, что пойдет сам, только опираясь на плечо Вита.

Вначале Эрки даже удивился, как бодро он смог, опираясь на ратника, добраться до общего костра, но потом оказалось, что все силы кончились. Не то, что сидеть, он даже есть сам не смог. Как малого ребенка, его кормил лекарь. Было обидно, мальчишка очень жалел, что сам напросился есть вместе со всеми. Но с другой стороны, очень приятно было снова увидеть солнышко, находиться среди таких сильных и смелых рыцарей. Эрки напоили бульоном и заставили съесть несколько ложек каши. Вначале это возмутило мальчишку, но он увидел, что несколько раненых рыцарей так же едят эту кашу. Молодой парень, ратник, пояснил, что это специальная каша, позволяющая быстро восстанавливать силы. Вообще этот парень, Вит, понравился Эрки как-то сразу. Оон и еще рыцарь с усталым лицом, который разговаривал с ним во время операции.

До конца обеда мальчуган не дотянул. Он уснул, так и не закончив произносить какое-то длинное слово. Лекарь отнес его в палатку. Разговоры как-то не клеились. Все воины стали говорить очень тихо, боясь разбудить мальчишку. Очень сильные мужики, рыцари, понимали, что не всякий взрослый выдержит столько страхов и переживаний, сколько досталось этому Эрки за последнюю неделю.

После обеда Ранд позвал Вита на тренировку. Они бились вначале на мечах, а потом командир устроил для новобранца конную тренировку с оружием. Раньше Вит считал, что нет ничего более изматывающего, чем пеший бой на мечах, но тут он понял, что такое настоящая тренировка рыцарей. С коня Вит не спрыгнул, а буквально сполз. Напившись воды, он сразу завалился спать и проснулся только к ужину. Эрки по-прежнему спал, но бледность спала, и Ринат уверял, что парень пошел на поправку. После ужина лекарь позвал Вита, сообщив, что их командир вызывает.

Эрки проснулся и понял, что уже вечер. Хотелось пить, но шевелиться не хотелось. В палатке никого не было, и мальчишка продолжал тихо лежать с открытыми глазами. В лагере разведчиков было удивительно тихо. Откуда-то доносился разговор. Эрки прислушался. Это говорил тот рыцарь с усталым лицом, имени которого он никак не мог запомнить, и лекарь.

– Нет. Перевозить мальчика никак нельзя, ни на фургоне, даже самом мягком, ни тем более на конных носилках, – говорил лекарь, которого Эрки все еще боялся.

– А сколько нужно времени? – спросил рыцарь.

– Пока опухоль не спадет, – ответил лекарь и добавил после паузы. – Это может два-три дня занять, а возможно, и неделю. Если за два дня опухоль не спадет, мне придется опять рану вскрывать и вычищать, – Ввголосе лекаря Эрки уловил нотки отчаяния.

– Но мы здесь стоим под самым носом неприятеля. Всю информацию мы собрали. Теперь надо мчаться в штаб. Что мне делать, Ринат? – командир только сейчас заметил Вита. Он не хотел, чтобы кто-то еще видел его сомнения, но вспомнив, что сам позвал парня, промолчал. Немного помолчав, командир спросил, – Вит, ты сможешь, если понадобится, провести такую операцию?

– Только в самом крайнем случае. Думаю, что после подобной операции мне самому помощь лекаря понадобится, – ответил парень.

– Ну, ты самый молодой из нас и извини, человек не вполне еще военный. Не обижайся, Вит, я не в укор тебе это говорю, а в заслугу. Мы, воюя несколько лет, становимся более черствыми, что ли. Сухими. Скажи, что делать? Оставаться здесь никак нельзя и уехать с мальчиком мы не можем!

– Давайте я с ним останусь, только нам фургон понадобится.

– Вит, ты защитить его от десятка наемников или гвардейцев не сможешь. Может, лучше половину отряда оставить?

– Нет, тогда нас точно убьют. А так я буду играть роль лекаря, которого купец оставил лечить сына.

– Никто сына в таком состоянии не оставит. Я не отец его, а у меня сердце разрывается от того, что я вынужден уезжать и людей всех уводить, – рыцарь выглядел невероятно уставшим.

– Нет, Ранд. Как я понимаю, вам придется прорываться через Тарин. Старый я для таких маневров. Я и останусь изображать отца-купца, а Вит – молодого лекаря. Оставь еще двоих ратников помоложе, они как работники будут, а сам с наиболее сильными – прорывайся.

– Если гвардейцы нагрянут, то первым делом спросят: «Где охрана?» – возразил рыцарь.

– Да сбежали все, как о боях нашего императора с мятежниками услышали, – отлично изображая злость, ответил лекарь.

– Хорошо. Так и сделаем. Вит, скажи десятнику, что вам поручено за ночь любыми средствами достать приличный фургон. Я схожу к мальчику и сам все объясню. Ты, Ринат, отдохни пока.

Рыцарь зашел в палатку и присев рядом, внимательно посмотрел на Эрки. Он не знал, с чего начать и как объяснить мальчишке, что его опять оставляют.

– Не надо, не говорите ничего. – Эрки открыл глаза и приподнялся на локтях. – Я все слышал. Я понимаю, война идет. Вы только, когда Бороду увидите, скажите, чтобы он не беспокоился.

– Обязательно скажу и о подвигах твоих расскажу.

Эрки попросил воды. Напившись, очень бодрым голосом он попросил позвать лекаря.

– Что, тебя что-то беспокоит? – с тревогой спросил рыцарь.

– Нет, просто несколько вопросов.

Командир ушел и уже по дороге понял странные интонации в голосе парнишки. Он слышал весь разговор. Значит, и о том, что вновь все вскрывать понадобится, тоже слышал. Ранд вообще не понимал, как с такого расстояния что-либо можно было услышать!

– «Вот с таким слухом разведчиком надо быть», – всплыла неожиданная мысль.

Прихода лекаря Эрки не дождался. Он уснул. Ему снилось, что лекарь вновь режет что-то в ноге, постоянно меняя свои такие страшные инструменты. Было больно, и от этой боли мальчишка проснулся. Лекарь действительно был рядом, но ничего он такого страшного не делал и инструментов своих не доставал.

– Проснулся уже? – весело спросил лекарь. – Это хорошо, а то я тебя будить собирался. Значит, разговор ты наш слышал? – Эрки кивнул. – Не бойся, похоже, что второй раз открывать ничего не придется. Нога сильно болит?

– Да, так сильно еще не болела, – ответил Эрки, с трудом сдерживая слезы.

– Не пугайся. Боль скоро пройдет. Это очень хорошо, что сильно болит.

– Как так? Впервые вижу лекаря, который радуется, что сильно болит, – готовые навернуться на глаза слезы так и высохли, не появившись.

– Раз болит, значит, все срастается у тебя. Значит, не осталось яда проклятого. Это значит, что не нужно будет больше ничего оперировать. Поэтому я радуюсь! – все это было сказано с таким выражением и мимикой, что Эрки едва не рассмеялся. – Ну, сразу веселиться. Погоди радоваться, мне нужно повязку сменить на ноге твоей. Да не бойся. Когда я бинты смотаю, болеть только меньше будет.

Проехав всего верст десять, передовой разъезд встретил два фургона купцов, которые возвращались из степей Адайны. Узнав, что фургоны со всем товаром очень срочно нужны Бороде, они сразу согласились все отдать. Старшего купца гильдии знали все. Его слово – крепче стали. Купцы не сомневались, что Борода вернет им стоимость товаров и еще прибавит от себя. В детали купцов посвящать не стали. Взяв у ратников запасных лошадей, купцы уехали в сторону Соди, а Вит с товарищами пригнал в лагерь обоз из двух фургонов с дорогими товарами. Вит рассчитывал на долгие и опасные поиски, столкновения с врагами, но все получилось очень тихо, быстро и мирно. Было даже немного обидно.

Был тихий вечер. Все вновь собрались вокруг пяти больших котлов на ужин. На этот раз Эрки уже вполне уверенно сидел и ел сам. Вокруг котлов шли веселые разговоры, настроение было у всех отличное. Неожиданно командир встал и поднял руку. Весь лагерь мгновенно погрузился в тишину. Вит ничего не слышал. Но вскоре в степи показался всадник, который буквально летел на огромном коне. Его преследовали, но преследователи безнадежно отставали.

– Кочевник, – уверенно произнес Ранд.

– Да, – отозвался кто-то из рыцарей. – степной конь, да и ни один из наших такой скорости не выдержит.

– Смотрите, – схватив Вита за руку, крикнул Ринат, – он без стремян и седла мчится! Как такое возможно?

– Да на такой скорости это невероятно! – отозвался командир.

Вит едва самого всадника и коня различал. Как рыцари определили, что это кочевник и что он без стремян, парень понять не мог. От этих мыслей Вита оторвала команда «По коням!». Все, кроме караульного десятка, вскочили на коней. Уже на скаку Лон крикнул Виту: «Кочевники – наши союзники и друзья. Если его кто-то преследует, то это гвардейцы». Наконец, поняв, в чем дело, Вит вынул меч. Сражаться копьем командир ему пока запретил.

Эрки испугался. Его оставили одного, только со старым лекарем. Лекарь хоть и носил все время большой меч, вряд ли мог сражаться по-настоящему. Но тут же вышли еще два рыцаря, и парень успокоился. Все с тревогой следили за сближением всадников. Вит скакал на правом фланге, крайним и хорошо видел кочевника, который теперь мчался прямо на их отряд. Правда, Виту показалось, что теперь он скакал медленнее, как бы специально давая гвардейцам себя догнать. Переведя взгляд на гвардейцев, Вит ужаснулся. Их было не меньше сотни! Это вдвое больше их маленького отряда!

Крепче сжав меч, Вит приготовился к этому страшному бою. Но в последний миг перед столкновением что-то случилось. Кони гвардейцев, взбесившись, стали выкидывать их из седел! Из первых двух атакующих рядов не осталось ни одного всадника. Кочевник невообразимым способом развернул коня в обратную сторону и стал стрелять из большого лука, выбивая одного гвардейца за другим из седла. На момент столкновения гвардейские кони все остановились. Они совершенно отказывались слушаться своих седоков. Боя просто не получилось. Совершенно обескураженные гвардейцы вынуждены были сдаться на милость победителей. Как только гвардейцы слезли с околдованных коней и бросили на землю оружие, кочевник развернул коня и подъехал к Ранду. Теперь Вит его не видел.

Рыцари первых трех десятков занялись пленными и подъехав ближе, Вит смог разглядеть кочевника. Собственно, он оказался не кочевником, а карашакским парнем не старше пятнадцати лет!

– Это здорово, что вы здесь оказались, а то мне бы туго пришлось. Там, впереди, еще два гвардейских отряда поджидали, – весело говорил парень командиру.

Вит разглядел на простом кожаном нагруднике парня эмблему тана! Это в таком возрасте казалось невероятным. Парень, оказывается, безостановочно мчался от самого замка барона. Вообще, то, что с самым обыденным выражением рассказывал этот парень, казалось плодом воспаленного воображения, но и Ранд, и остальные рыцари слушали парня с невероятным вниманием и уважением. Наевшись, парень обратил внимание на перевязанного и бледного Эрки, который с восторгом и вниманием слушал его рассказ.

– Тебя как звать, воин? – очень серьезно спросил парень.

– Эрки.

– А меня Тим. Что у тебя с ногой случилось, что ты весь забинтованный такой? – Ринат хотел что-то сказать, но очень выразительным жестом, который Эрки видеть не мог, Тим его остановил.

– Я на колючку наступил ядовитую.

– А давно?

– Три или четыре дня назад, – очень просто ответил Эрки.

Повернувшись к лекарю, Тим спросил:

– Краори? И два раза наступил?

– Невероятно, но так все и было, – подтвердил Ринат.

– Поздравляю вас! Я считал, что только Гильдо в состоянии вернуть к жизни человека, дважды наступившего на эту гадость. Вы замечательный лекарь. Когда вся эта война закончится, я вас обязательно с ним познакомлю.

– С кем? С Великим Гильдо – телетом, «Победителем смерти»? – в голосе лекаря чувствовалась невероятная смесь восторга, сомнения и чего-то еще.

– Да с ним самым, он же лекарь нашего Железного Корпуса.

Только теперь Вит понял, почему к словам этого мальчишки с таким вниманием относились рыцари. Это был настоящий тан Железного корпуса. Того самого корпуса, о котором уже пять лет слагаются легенды и баллады! Мальчишка с любопытством прислушивался к этому разговору. Наконец Тим вновь обратился к Эрки.

– У меня есть мазь целебная. Сейчас, как с ужином покончим, придется повязку твою снять. Выдержишь? – Эрки кивнул. Он очень старался не показать своего испуга, но вспомнив о процедуре «перемотки» своей ноги, на миг зажмурил глаза. – Вот и отлично. Повернувшись к лекарю, Тим добавил, – эта мазь любое внутреннее воспаление полностью снимет за два дня. А это, – парень протянул лекарю пузырек из зеленого стекла, – восстанавливает силы.

Сам Тим в палатку не пошел. Он просто ответил на вопрос Рината, что ужасно боится вида любых ран. Вит наблюдал за Тимом с исключительным любопытством. Понять этого парня было трудно. С одной стороны, то, как он мчался на бешеном степном скакуне, от которого рыцарские кони шарахались в страхе, и как вел себя во время боя, свидетельствовало, что это опытный воин. С другой стороны, это был обыкновенный мальчишка! Это чувствовалось и в разговоре, и в поведении. И этот Тим был всего года на три-четыре старше Эрки! На этой мысли Вит себя остановил. Он сам был старше этого тана всего года на три-четыре. Забинтовывать ногу Эрки Ринат не стал. Лекарь решил, что мазь лучше впитается, если ногу держать на воздухе. Это была очень приятная новость. Но с другой стороны, теперь Эрки вынужден был лежать в палатке. Это было скучно. Очень хотелось поговорить с Тимом, с другом «железной» четверки рыцарей, спасших и семью Бороды, и самого Эрки.

Тим, оказавшийся в центре внимания, как-то быстро перевел разговор на Эрки. Сам тан очень не любил быть на виду. И ему действительно стало очень интересно, откуда в отряде разведчиков появился фактически смертельно больной мальчишка. Выслушав рассказ о похождениях Эрки, Тим погрузился в какое-то оцепенение. Вит понять этого никак не мог, а вот рыцари понимали хорошо. Они знали, что сам этот тан столкнулся с войной, будучи еще младше, чем сейчас Эрки. Он, как никто другой, понимал все переживания отважного мальчугана.

9

Где искать Тима, друзья не знали. Открыто сражаться с имперскими гвардейцами Борода эссекским рыцарям не разрешил. И теперь «железная» четверка вынуждена была убивать время, лежа возле шатра и рассматривая медленно проплывающие по небу облака. Борода, как всегда, сдержал слово. Несмотря на неожиданный захват Тарина и вынужденное бегство! На третий день после их встречи посыльный передал Заттару пакет с письмом от барона Прарми. Барон сообщил, что просидев в осаде две недели, Тим, очень беспокоившийся о своем коне, сбежал из замка, невероятным способом найдя известный только самому барону подземный ход. По пути тан увел у гвардейцев тысячу коней! Барону Тим оставил записку, которую Прарми также вложил в конверт. Эта записка была написана на карашакском, и Заттар попросил посыльного прочитать это послание. Тим очень красочно извинялся за свое бегство и сообщил барону, что отправится в штаб Бороды.