- -
- 100%
- +
Безусловно, магам живётся проще. Одарённый всегда найдёт себе работу, сможет обеспечить свою семью. Наличие магии – залог сытой, но не всегда спокойной жизни. Людям же без дара приходится тяжким трудом зарабатывать себе на хлеб.
Смяла окончательно испорченный эскиз, с усердием сжимая листок в кулаке.
Как же злит эта несправедливость! В наших реалиях многое определяет случай. Либо повезло родиться в семье магов, а это, как правило, аристократов, либо не повезло, и человек родился без способностей. Да, существуют примеры того, как неодарённый пробивался наверх благодаря своим способностям, но несправедливо то, что, будь на его месте маг, ему понадобилось бы в разы меньше как сил, так и времени. Даже при выборе садовника любая хозяйка отдаст предпочтение тому, который сможет воззвать к земле. Но услуги такого служащего будут стоить в разы дороже.
Большое счастье то, что технический прогресс тоже не стоит на месте. Страшно подумать, что ещё сто лет назад людям без магии были недоступны заряжающиеся артефакты, и они жили в поистине ужасающих условиях. Хотя и в наши дни – чем дальше от столицы, тем больше находится таких домов.
Конечно я понимаю, что всех не накормишь, и, порой, как ни помогай, есть люди, сами не способные ни на что, кроме бесконечных жалоб и требований. И конечно это естественно, что маг, который тратит свои силы, получает за это компенсацию, но, на мой взгляд, было бы прекрасно, если бы существовало больше изобретений, способных облегчить быт обычных людей.
Каша с мясом уже томилась в нагревателе, когда девочки проснулись. Шли на запах, не иначе.
– У тебя скоро появится жених? – услышала от сидящей напротив малышки уже вечером. Люси давно ушла, книжка прочитана, любимые игры проиграны. А детское любопытство не удовлетворено.
Глупо было с моей стороны надеяться, что она забудет обсуждение такой интересной темы.
– Ты опять подслушивала?
– Анна! – оскорбилась малявка. – Подслушивать – это слушать тайком! Я же не виновата, что открыла уши, когда вы сплетничали!
– Конечно нет, – рассмеялась, любуясь этой оскорблённой невинностью. – Но, Фисса, очень тебя прошу. Ты пойми, что есть взрослые темы. Не потому что мне жалко, чтобы ты послушала, а потому что то, о чём там говорится, тебе рано слышать. Ты, в силу возраста, можешь сделать неверные выводы. Это небезопасно, милая, – строго посмотрела на понурившегося ребёнка. – Я понимаю, почему ты спрашиваешь. Просто мне, как и всем девочкам, иногда нравятся мальчики, – ну вот и время для взрослых разговоров. – Помнишь, раньше у тебя был друг Чарли, а потом ты стала дружить с Джеком? Так же и здесь, мне просто понравился один парень, как тебе нравится Джек. Но это совсем не значит, что этот парень станет моим женихом, как и твоим женихом вряд ли станет Джек. Скоро он перестанет тебе нравиться, и ты будешь уже дружить и играть с другим мальчиком, у взрослых так же.
– А мне Джек больше и не нравится. Мне теперь нравится Роберт, – вот уж неожиданность. И когда успела.
– Вот видишь. Так и бывает. Расскажешь мне о своём новом друге? – подоткнув плед под бедро сидящей напротив малышке, я приготовилась внимать.
– Мы сегодня познакомились. Он красивый. Даже красивее Джека! И умный, – действительно, чем не повод, чтобы изменить привязанность.
– А во что вы играли? Где познакомились? – я начала прощупывать почву.
– Возле нашего большого дома. Мы вместе мою новую книжку читали, – сказав, уткнулась в свою чашку с какао.
Что-то Лифисса не очень-то словоохотлива. Обычно мне не приходится ничего у неё выведывать, моя малышка не из терпеливых. Всегда сразу выкладывает все новости. Повторив за ребёнком, отпила из своей чашки, наслаждаясь шоколадно-молочным вкусом.
– Этот мальчик одарённый? Он активировал книгу? – борзая во мне встала в стойку.
– Да, но я сказала ему, что ты не любишь магов, поэтому, наверное, я и не буду с ним дружить.
Я закашлялась, подавившись воздухом. Быстро же она меня осадила.
– Детка! Если ты будешь каждому одарённому говорить о том, что они мне не нравятся, то они сами не будут с тобой дружить, – да уж. Тактичности и деликатности Фиссе учиться и учиться.
– Ну и пусть. У меня есть ты и Люси, и мисс Джулия. У меня много друзей. Но Роберта всё равно это не испугало. Это значит, что он настоящий мужчина? Такой тебе нужен, да?
Я улыбнулась, легонько щёлкнув по маленькому носику, рассыпая иллюзорные искры.
– С чего ты это взяла? Про настоящего мужчину? – чем темнее на улице, тем щекотливей разговоры. Даже у нас.
– Так Люси говорит. Что ты просто пока не встретила настоящего мужчину. А вот когда встретишь, то он не испугается никаких трудностей. Только смотри, Роберт – мой друг.
Хоть и словесный, но ответный щелчок.
– Конечно милая. Я же не претендую, – притянула её и, усадив к себе спиной, крепко обняла. – Роберт только твой. Для меня найдётся свой Роберт. Но ты должна быть более тактичной. Леди должна ко всем относиться одинаково вежливо, и уж точно не нужно говорить о том, что может обидеть собеседника, – начала я нравоучения, уткнувшись носом в ароматную, любимую макушку. – А сразу в лоб говорить мальчику о том, что я не люблю одаренных, это неприятно, может обидеть. И я не то чтобы не люблю магов… просто с ними нужно быть особенно осторожной, в том числе и в том, что и как ты говоришь.
– Даже если мне он не нравится? – прозвучало чуть возмущённо.
Сама же всё знает и понимает, но всё равно спрашивает, будто я могу передумать и разрешить ей хамить кому вздумается.
– У меня, например, есть много знакомых, которые мне не нравятся. Но это не значит, что они плохие люди. Вполне возможно, что это я заблуждаюсь на их счёт, – сказала спокойно, гладя длинные, такие мягкие детские волосы.
– Быть милой, вежливой и улыбаться. Так? – улыбку хитрюга решила нацепить сразу. Красавица моя. Хоть и без зуба.
– Именно. И не отвечать грубостью даже на грубость. Лучше промолчать. Ты ведь понимаешь, что по твоему поведению люди судят о нас обеих. А нам лишние сложности и внимание ни к чему.
Посидев ещё немного и вдоволь налюбовавшись освещённой фонарями улицей, мы допили уже остывший какао и отправились спать. Неужели этот бесконечный день закончился?! Очень надеюсь, что встрясок, подобных сегодняшней, больше не предвидится.
Глава 4. Роберт. Ах, обмануть меня не трудно…! Я сам обманываться рад!
"Дамы и молодые девушки должны наблюдать за тем, чтобы, сидя, туловище их имело прямое, свободное положение. Они не могут позволить себе откидываться или облокачиваться на спинку стула – такая поза дозволяется только личностям преклонных лет, которым нужна известная опора". Свод правил поведения, касающихся внешнего проявления отношения к людям.
Долго ломать голову над несовершенством мира не пришлось. Что удивительного, что мать такого красивого ребёнка – представительница древнейшей профессии. Не зря работает в одном из лучших публичных домов столицы. Определённо за красивые глаза и остальные части тела. Жаль девочку. Ничего хорошего в жизни не ждёт бедняжку. С такой-то матерью. Странно, что так хорошо воспитана. И подаёт себя как леди, а не дочь шлюхи.
Поморщился от досадных мыслей, чуть не выронив огниво, которым поигрывал, занимая руки. Теперь, через призму знакомства с Лифиссой, даже самому неприятно так называть её мать. Хоть и мысленно. Да Создатель с ними. Не она первая, не она последняя.
Но эта встреча меня определённо взбодрила.
Зайдя в чайную напротив, взял с собой мясных пирогов и горячего кофе. Наплевав на приличия, наложил поддерживающее заклинание на свой обед, здраво рассудив, что тёплая еда важнее чувств немагов. Выкурил сигарету с соседом. Тот, хоть и предпочитает сигары, с виду неплохой парень. Видимо, тот редкий случай, когда действительно дело вкуса, а не пафоса.
Изабель приехала через час, после того, как я послал ей вестника. Встречая её, в очередной раз почувствовал себя дикарём. Увидел подругу соседа и будто завис. Красотка. Вот уж кому повезло. И дело любимое есть у парня и такая девушка. Когда вышла из мебельной лавки, я аж опешил, увидев её на ступенях. Пока разговаривала с Эндрю, не глядя на меня, любовался точеной фигуркой в приталенном пальто и длинными русыми кудрями. Необычайно хорошее для простого человека, но обязательное для мага-боевика зрение позволило разглядеть слегка курносый носик и аккуратный, небольшой рот. Глаза девушки были сперва прикрыты, будто она наслаждалась несколько первых мгновений, что позволило мне вдоволь насмотреться, пока она не заговорила с соседом. Отчётливо видя шевеление розовых губ, понял, что вообще не слышу звуков. Как после контузии пару лет назад на учениях. Даже когда она почувствовала мой взгляд и открыто, но как будто с вызовом, посмотрела в ответ, у меня не сразу получилось отвести глаза. Так и стояли несколько мгновений.
А девчонка явно не робкого десятка. Но смотрела без кокетства. Мммда. Не привык я к таким девушкам. Даже будь у меня возможность пообщаться с ней ближе – я просто не умею. Мои увольнительные всегда скрашивали дамы абсолютно не обременённые моралью. До сих пор такие отношения меня устраивали. Удовлетворение естественных потребностей за оговорённое количество денег.
От этого тоже скоро придётся отвыкать. Его Величество ясно выразился, что, как только я освоюсь на новом-старом месте, необходимо будет заключить брак. Он, конечно, готов к тому, чтобы я предоставил ему кандидатуру предполагаемой невесты. Нет кандидатуры – не проблема. Он с удовольствием подберёт. Естественно, исходя из интересов государства. Я могу, конечно, надеяться, что моя жена будет подобна девушке соседа, но мечтателем я не был никогда. Вряд ли мне так повезёт.
К предстоящей женитьбе я отношусь спокойно. Какой бы ни оказалась жена, главное – зачать наследника. После договоримся полюбовно, и каждый будет жить своей жизнью. Придётся, конечно, соблюдать приличия. Столица всё-таки не приграничный городок, но я надеюсь, что несколько месяцев у меня есть, а если повезёт, то и год.
Именно с мыслями о предстоящей женитьбе я смотрел в спины уходящей парочке, пока меня не прервала Изабель:
– Дыру прожжёшь. Девушка, безусловно, хороша. Но Создателя ради, вспомни о приличиях, – приблизилась, обдавая лёгким ароматом флёрдоранжа. Ещё и ткнула в живот острым локтем.
Вроде не худышка. Откуда такие кости?
– Сказала женщина, сплавившая компаньонку пить чай и оставшаяся наедине с мужчиной! – отбил, поигрывая бровями. Обожаю наши словесный пикировки.
– Пфф. Какой же ты мужчина?! Ты же бегемот! – увидев, как я поджал в недовольстве губы, она добавила. – Кривись сколько угодно, но для меня ты всегда был и будешь бегемотом. Будь тебе хоть шесть лет, хоть шестьдесят шесть.
– Буду считать это комплиментом.
– Робби, странное дело. Ты всё принимаешь как комплимент.
– И это часто избавляет меня от неловких моментов, – приобнял девушку за плечо, протягивая ей стакан с кофе, торопливо откусил от мягкого пирога. Прожевав, продолжил: – Почему-то Адам никогда не был для тебя слоном, – треклятая детская игра! Из-за неё это прозвище прошло со мной через всю жизнь. Хорошо хоть, что в очень узком кругу.
– Да. Тут ты прав. Я не раз говорила тебе, у меня такое чувство, будто я любила его задолго до того, как мы познакомились. Когда в пять лет я увидела его впервые, сразу поняла, что только он будет моим мужем.
– Я знаю, милая, – стоя в холле, я крепко сжал Изабель в объятьях и поцеловал в макушку.
Как всегда, все разговоры между нами неминуемо возвращаются к Адаму. Слишком мало времени прошло после его смерти, я действительно не могу представить рядом с Изабель другого мужчину. Они любили друг друга с самого детства, сколько я их знал. Одна смерть смогла их разлучить.
Только фотокарточки. Такие жестокие картинки врут, показывая то, что уже никогда не вернётся.
Оставшийся день прошёл очень плодотворно. Мы обошли основную часть дома, приблизительно прикинули фронт работ, разбив их по релевантности. Мой старенький самописец сбивался несколько раз, пока всё записывал, приходилось обновлять заклинание. Залежался, старичок.
Узнав, что особых требований к прислуге у меня нет, Изабель взялась завтра сама зайти в агентство и нанять персонал для генеральной уборки, а уж когда в особняке хотя бы можно будет спать в спальне и есть в столовой, проще будет понять сколько постоянного персонала будет необходимо. Также, она сама даст объявление о поварихе и управляющем. Да, толковый управляющий мне здесь нужен как воздух. Надеюсь, завтра уже пойдут первые кандидаты.
Человек, занимающийся ремонтными работами у неё тоже имеется. Вестник ему мы отправили тут же, получив ответ, что утром тот явится, чтобы обсудить и оценить предстоящие работы, и пришлёт нужных людей.
Назначили и встречу с портным. Всё-таки носить мундир уволенному офицеру не пристало, и теперь у меня, впервые за последние десять лет, появится обычная одежда.
Однако, всё оказалось не так страшно в разложенном по полочкам виде. Жизнь налаживается! Всего-то нужна была женщина!
Уже ближе к вечеру, сидя в кабинете под треск разведённого камина, я пытался разбираться в бумагах отца. Попутно отправляя на корм огню ненужные, когда материализовался вестник.
Сразу по приезду в столицу, я связался с Валаилом Китара. Мы учились вместе в академии, затем служили в одном полку. Год назад он уволился из армии и обосновался в Келсе. Обычное дело – родители посчитали, что парень вошёл в возраст, и пора уже женить единственного наследника, пока его случайно не прихлопнули на границе. В солдатиков поиграл, до звания дослужился, пора и взрослеть. Быстренько подобрали невесту, Валаил съездил на побывку домой, познакомился с девицей, засвидетельствовал то, что она не дурна и с виду не глупа. Остальное, как водится, приложится.
Договорной брак – тот ещё кот в мешке. Тут сколько не присматривайся, но дамы, а в особенности дамы высшего света, те ещё виртуозы по части изворотливости. Порой всю жизнь живёшь с женой, в смысле в одном доме, а потом узнаёшь, что совсем жену-то свою и не знаешь. В общем, Валаил сердечных привязанностей, к счастью, не имел, поэтому браку не противился.
Родители выделили молодым дом в городе, так как тяги к сельской жизни дети не испытывали, чтобы нашёл сын своё место в столице. Да и всё же под присмотром. Сын, кстати, не будь дураком, и нашёл.
Причём не где-нибудь, а в следственном комитете его величества. И это при наличии у отца заводов, газет и пароходов. Видимо, ничто так не мотивирует мужчину, как желание состояться в глазах жены. Жена там тоже не девочка-маргаритка, у которой на уме шляпки, балы и вышивка. Аннабель пишет статьи на темы, волнующие умы людей. А так как пишет под мужским псевдонимом, то темы те, надо думать, особенно волнуют умы женские. Такой женщине родительских денег для чувства уважения к супругу точно не достаточно.
Когда, спустя пол года после свадьбы, он прибыл в наши края, в связи с каким-то расследованием, я был, мягко говоря, крайне удивлён, увидев не разгильдяя и сорвиголову, который одаривал своим вниманием всех девиц, обитающих в округе, а до безобразия счастливого молодожёна, которому не терпелось покончить с делами, чтобы вернуться к жене. Приворот, не иначе. Это была первая моя мысль. Но кто ж позволит приворожить наследника титула и состояния. Да ещё и боевого мага в придачу. На нас эта мерзость конечно подействует, при условии качественного выполнения, но первый же осмотр у целителя пакость выявит.
Оставалось только диву даваться и после кружки пива в пабе не в бордель пойти, а слушать дифирамбы прекрасной Аннабель.
Естественно, мало кому везёт так, как повезло Валаилу.
В вестнике друг сообщил, что вернулся из поездки и будет рад встрече. Жаркое пламя радостными искорками приняло записку, поблагодарив вонью тлеющей бумаги.
В вечернем пабе пока тихо и не очень весело. Это то время, когда Келс дневной ещё только засыпает, а Келс ночной ещё не проснулся. Время, когда безобидные выпивохи, схоронившие от ворчливых жён медяк-другой, выпивают свою кружку пива и отправляются домой, уже прошло. А время ночных гуляк и кутил ещё не настало.
Одна из многих таверн в центре. В меру чистый стол, воняющий тряпками, в меру грязный пол, с заметёнными осколками под окраинные лавки. Привычный сердцу запах скисшего вина. Идеально для спокойного разговора за стаканчиком-другим.
– Ну и, если в общем, то отец, конечно, не доволен. Он-то рассчитывал, что, уволившись из армии, я с головой окунусь в семейный бизнес, а теперь он и сам не рад. По его мнению, моя теперешняя служба ничем не безопасней предыдущей, – подвёл итог в своём рассказе Валаил, откидываясь на спинку стула, позволяя мальчишке убрать пустые тарелки со стола. Сделал глоток холодного пива.
– А что жена? – от этого моего вопроса лицо друга просияло.
– Гордится мной, поддерживает. Мне с ней очень повезло, – нет, решительно невозможно сдержаться и не улыбнуться, видя, с каким щенячьим восторгом здоровяк говорит о своей маленькой жене. Ну и пусть, что рядом с ним почти любая женщина будет выглядеть малышкой. Спрятал улыбку, прикуривая от стоящего на столе артефакта-огнива. – Мы считаем, что, как только у нас появится малыш, они подуспокоятся. На него и переключатся.
Мы считаем, у нас появится… По-моему, лично про себя, употребляя «я», Вал за вечер ни слова не сказал. Признаться, градус розовых соплей за одним отведённым столом уже зашкаливает. Для меня так точно.
Глава 5. Роберт. Мужчины – дети. Только игрушки дороже, а игры каверзнее.
"Жене полагается допускать мужа до своего тела, когда он того пожелает. Следует с пониманием и терпением относиться к визитам мужа в спальню жены. Получать удовольствие от таких встреч для женщины непристойно". Свод правил поведения, касающихся внешнего проявления отношения к людям.
– Ну а ты-то что? Чем планируешь заниматься в столице? Или назад в армию? – с громким стуком кружка встретилась со столом, после чего и прозвучал вопрос. Хм. Неужели и до меня дошёл сегодняшний разговор. Про Анабель продолжения не будет?!
– Нет, увольнение уже подписано Его Величеством. Теперь я официально гражданское лицо, безработное гражданское лицо, – сказав, отставил своё пиво и потёр ладонями это самое лицо. – Дела отца в таком бардаке, что мне никакого отпуска не хватит, чтобы разобраться в них, а ждать меня месяцами никто на границе не будет. Сам понимаешь.
Криво усмехнулся. В очередной раз подумав о хлебе насущном. И о том, что пора на этот хлеб зарабатывать.
–Так может к нам в отдел? Офицера твоего звания возьмут с руками и ногами. Ты ведь уволился в чине капитана? – в ответ на мой кивок друг продолжил. – Я бы походатайствовал. Если ты не против ко мне в команду? – естественно вопрос чисто риторический.
– Ты меня опередил. Я сам хотел тебя об этом просить. Конечно, я раньше не думал о полицейской службе, да и о развитии дедукции тоже, признаться, не думал. Но хочу попробовать.
На том и порешили. Завтра иду устраиваться на работу в следственный комитет.
Посидев ещё немного, приняли решение закругляться.
– Нет, я пока домой не пойду. Загляну-ка, пожалуй к девушкам, – и, увидев ухмылку на лице у Вала, поторопился, пока он ничего не сказал, – не всем так повезло, как тебе. Мне, знаешь ли, тоже иногда хочется женского тепла. Особенно после встреч с тобой. Разбередишь душу бедному холостяку своим семейным счастьем, – и нарочито горестный вздох.
Плечами передёрнул невольно. Контраст между протопленной питейной и осенней улицей в мундире чувствуется особенно.
– Гуляй, гуляй. Пока есть возможность. Вот женишься, уже не до походов по таким местам будет, – затем через паузу, – а может и дальше будешь захаживать. Тут, брат, как повезёт, – при этих словах Вал хлопнул меня по плечу и взял за повод своего коня, подведённого служкой. Вороной красавец в нетерпении притопывал копытами. Я подошёл ближе, дав коню ласки. Погладил морду, тёплый бок, источающий пар на холоде. Вдохнул запах сена и лошадиного пота. – Ну, бывай. Не загуливайся. Спать иди домой. А то эти местные красотки могут так укатать, что раньше обеда не проснёшься, – хохотнул он, вскочил в седло и, ударив лошадь пятками по бокам, тронулся в путь.
Я же отправился дальше. Естественно, на визит в бордель сподвигла меня не встреча с другом, просто не смог упустить момент, чтобы не подначить его в очередной раз.
Так, неспешно шёл по ночному городу. Пиво ударило в голову ровно до состояния лёгкого опьянения, которое должно как раз выветриться по окончанию прогулки. Несмотря на относительно не поздний час, а мои часы показывали ещё два часа до полуночи, в окнах многих домов не горел свет, но это и не удивительно. Основную часть местных зданий населяли конторы, мастерские и лавки. Хозяева некоторых жили там же, на верхних этажах.
Пошёл я в бордель, который находится на соседней улице с отцовским особняком.
Бель, кстати, дружна с хозяйкой сего славного предприятия.
Помню, как был шокирован первое мгновение, когда она в письме рассказала мне такую новость. Но, после осмысления, воспринял это как просто данность. Изабель никогда не была лишь салонной, будуарной леди. Меня всегда поражало в ней умение подстроиться под ситуацию. Она прекрасно знала, где и как себя нужно вести. Разговаривала с людьми на их языке. Так что странного из того, что она подружилась со сводней?.
Идти недалеко, минут десять спокойным шагом, которые я с удовольствием и преодолел, предаваясь размышлениям. Маг-фонарщик на моём пути отправил заклятье в потухший фонарь, проглотив которое, столб так и остался тёмным. Да, брат, придётся тебе тут повозиться.
Когда пять лет назад погиб Адам, один из его кузенов пытался оспорить право Бель на наследство. Подозреваю, что происходило это с молчаливого одобрения оставшегося семейства. Изабель и Адам были круглыми сиротами. Их семьи дружили с детства, и, как только Изабель исполнилось восемнадцать лет, родители их поженили, а сами отправились на отдых в одно из приморских имений Хаггардов, семьи Адама. Попав в шторм, их яхта разбилась во время прогулки. Никто из команды и пассажиров не выжил.
Таким образом, молодая чета в один день стала обладателями обоих состояний. Соответственно, после смерти Адама всё переходило к Изабель. Тот кузен попытался это решение оспорить, так как за отсутствием у них детей оказывался следующим наследником. Аргументы в суд он предоставил просто смехотворные. Но, ощущение было таким, будто все разом ослепли. И судьи, и присяжные, и просто очевидцы, в том числе и родственники. Имущество, кроме столичного особняка, и все банковские счета арестовали, Изабель даже не могла нанять адвоката. Это я сейчас понимаю, что мерзавец решил играть по-крупному и не поскупился на подкуп. Напуганная и отчаявшаяся девчонка тогда этого не понимала. В свои двадцать пять лет она никогда не занималась вопросами серьёзнее составления меню. Бель просила помощи у всех возможных друзей родителей, многие из которых знали её девочкой, получала в ответ заверения в дружбе и попытках помочь. Но никто ничем не помог. Помощь пришла от чужой женщины, с которой она случайно познакомилась в городском парке и на плече которой прорыдала битый час.
Хозяйка публичного дома той же ночью побеседовала с несколькими завсегдатаями своего заведения, и уже к обеду следующего дня Изабель признали наследницей мужа. Не удивительно, что и по сей день женщины дружны.
– Семь асдов за удовольствие, лорд, – с этими словами крепкий парень в ливрее распахнул передо мной дверь публичного дома.
Я отсчитал и протянул ему положенное количество монет и, удостоверившись в том, что вопросов ко мне нет, прошёл внутрь.
Узкий коридор вывел меня в большой холл, погружённый в приятный полумрак. Негромкие голоса, раздающиеся со всех сторон, и лёгкая музыка. Люди парами и не только, сидящие и стоящие повсюду. Диванчики, кресла, небольшие столики со стульями. Всё заполнено. Казалось, что моего появления никто даже не заметил.
– Что желает лорд? Мы сможем удовлетворить любой, даже самый притязательный вкус, – подошедшая женщина сказала это с загадочной, лёгкой полуулыбкой. Очень спокойно и вежливо. Только внимательные и умные глаза прошлись по мне и остановились на лице. Без вызывающей цепкости, но мне показалось, что всё, что нужно, женщина увидела и сделала выводы. – Прекрасная леди Сильвия подарит Вам изысканное удовольствие, красавица Элис поможет снять напряжение, а Кэти даст Вам тепло и ласку женских объятий, которых так не хватает доблестному офицеру, защитнику нашей страны.
Женщина примерно моего возраста или старше лет на пять максимум. Красива, ухожена. Но выглядит подчёркнуто скромно. Лёгкий вырез на платье, тёмные волосы уложены в скромную причёску. Прекрасно продуманный образ, чтобы оттенить снующих повсюду молодых красоток всех мастей. В гораздо более смелых, но без лишней пошлости платьях, ровно настолько, чтобы захотелось от тряпки поскорее избавиться, предвкушая, что под ней всё очень даже интересно. Яркие, красивые лица. Распущенные и полусобранные волосы.