Далеко и близко
- -
- 100%
- +
– А ещё мы вам доску свечкой натерли, чтоб на ней мел не писал, – тихо-тихо проговорил Антон, и тут уж они не сдержались. Парни ржали как жеребцы на выпасе. Я уже готова было зарыться в землю и добровольно закрыться крышкой гроба, пока Удав меня не прикончила за таких вот помощников, как вдруг увидела, что уголки губ у нее дрожат, и явно не от слез. Секунда, и она тоже покатилась со смеху…
– Мдааа, девочки, из всех парней города вы умудрились выловить именно этих охламонов, – простонала учительница.
– Мы не знали, что вы знакомы, – Щепка пыталась совладать с собой. Все явно шло не по плану, а вот куда шло, она пока не поняла.
– Да вы что, деточки, их тут вся школа знала! – Удав кое-как выдохнула и хлопнула Валерку по спине. – А мне говорили, придут приличные ребята, помогут… Точнее, говорили-то только про одного.
– Ну как же я мог Вас не проведать? – Антон уже открыто улыбался во все зубы.
– Ладно, вечер воспоминаний устроим потом. Тут вон девчонок журавлиным клином придавило! Идите спасайте, коли можете, – отпустила нас с миром Удав, и пошла пить чай в учительскую.
Мы тут же набросились на парней с расспросами.
– Ну да, мы тут тоже учились! – Валерка был страшно доволен. – Пять лет назад закончили. Удав у нас классной была.
Я смутно припомнила свой шестой класс. Ну да, ходили тут разговоры про двух хулиганов… Школа периодически вздрагивала от их проделок, но мы с Щепкой были слишком мелкими, чтобы нас хоть как-то волновали тогда выпускники. А жизнь вон как повернулась.
– А почему ты мне сразу про это не рассказал, когда я тебе на улице всю эту историю выложила? – набросилась я на Валеру.
– Так ты про Удава ни разу не вспомнила. Учительница, учительница… Откуда ж мне знать, о ком речь? – здраво возразил он.
– А хочешь, я тебя вообще добью? Ефимов ее внук! Что, съел?
Валера съел. И не подавился.
С приходом ребят дело пошло веселей. Антоха складывать журавлей не умел, поэтому следил за тем, чтобы всем хватило бумаги. А мы разделились, втроем бегать по четырем кабинетам стало попроще.
Когда пачки бумаги опустели, все волонтеры разошлись по домам, а мы снесли журавликов в один кабинет, оказалось, что под ними не видно пола. Напряглись и пересчитали. Их оказалось 1200 с небольшим хвостиком.
– Вот это даааа… – Щепка была в восторге. – Ребята, а давайте Ефимову видео снимем? Пусть Ритка на камеру свернёт журавля, сделаем крупный кадр, а потом отъезд, чтобы было видно, как же их много на самом деле!
Меня усадили за стол, Щепка изображала из себя режиссера, Валерка снимал, Антон стоял на шухере, чтобы никто не сорвал съемки…
Вечером я зашла в почту, загрузила видео и отправила его Ефимову. Ответ пришел немедленно. Штук двадцать, не меньше, восклицательных знаков и два абзаца полного восторга.
И тут меня понесло. Я писала и писала, как мы с Щепкой сперва старались сами, как позвали ребят, как его бабушка корпела над бумагой, как ребята сочиняли для Соньки послания и оставляли их на крыльях журавлей…
Мы переписывались несколько часов. Я рассказала ему про парней, попросила для них билеты за неоценимую помощь, и он их дал, даже рассказал, какие песни будет петь…
В животе у меня не то, что бабочки порхали, там носился целый рой обалдевших от варенья ос, я сидела как на иголках и была запредельно счастлива. Он говорил со мной! Он, Илья Ефимов, мой кумир, человек, в которого я по уши влюблена, писал мне письма! Не строгие и офисные, а душевные, дружеские, живые!
"Ты знаешь, Рит, я думаю, что мы спасём Соню. Столько людей душу вложили в это, что мечта не может не сбыться. Она обязательно сбудется, тысяча (да куда там, больше!) бумажных журавликов сделают свое дело!", – написал он мне, а потом извинился и ушел спать. А я поняла, что у меня тоже есть мечта, уже моя собственная. Я хочу, чтобы Илья Ефимов вошёл в мою жизнь не только как любимый музыкант. Хочу стать ему близким человеком. Важным, нужным, дорогим. Я хочу… Я… Я мечтаю…
Рука сама собой схватила белый лист. Журавлик, первый в моем личном зачёте, уселся на край стола.
Глава 9. Скелет в шкафу
Родителей на выходные позвали в гости, и они укатили с ночёвкой. Я по опыту знала, что раньше вечера воскресенья ждать их не стоит. А потому без зазрения совести позвонила Щепке:
– Алёнка, дуй ко мне!
– Опять Ефимова слушать будем? – мне показалось по голосу, что она напряглась.
– У нас с собой куча фильмов, которое надо посмотреть! А в морозилке пельмени… – я пошла с козырей. Пельмешки моя подруга готова наворачивать сутками. Конечно, через час она стояла на моем пороге в полной боевой готовности, только что вилкой не размахивала.
Со Щепкой работает одно очень простое правило: хочешь от нее чего-то добиться, сначала накорми. Так что я пододвинула полную тарелку, над которой поднимался ароматный пар, дождалась, пока она доест, и приступила к делу.
– Помоги мне выбрать наряд на концерт! Я что-то определиться не могу.
– Да чего там думать. Джинсы и футболка, – пожала она плечами.
– Нет, я хочу как-то по-особенному… Ну понимаешь, он же меня в первый раз по-настоящему увидит, тот ролик с журавликами не в счёт… Надо произвести впечатление!
Алёнка отставила тарелку и внимательно посмотрела на меня.
– Рит, ты же помнишь, да, что этот концерт не для тебя и не про тебя? Мы все это делаем ради Сони.
– Конечно, ради Сони! Но можно ведь совместить!
– Можно, конечно… А нужно ли? Ритка, ты что-то темнишь.
Говорю же, один совок в песочнице, косточки от вишни с балкона… Даже если захочу, все равно от нее ничего не спрячу.
Я подошла к шкафу и молча открыла дверцу.
Белым водопадом на пол обрушились спрятанные на всех полках бумажные журавлики. Они все летели и летели вниз, под ноги мне и изумлённой Щепке.
– Сколько их тут, – ошеломленно спросила она.
– 653, – сказала я. И разревелась.
Алёнка подняла с пола одну из птиц. На крыле было написано Илья.
Щепка молча взяла с полки футболку, протянула мне, и я шумно высморкалась. Растирая слезы по щекам, посмотрела на подругу, но не видела ее – все расплывалось. Глаза третий день болели от недосыпа и концентрации.
Подруга обняла меня, дождалась, пока истерика немного пройдет, сгоняла на кухню за водой, заставила меня ее выпить маленькими глотками, принесла ещё, сбегала за рулоном туалетной бумаги, чтобы я перестала пачкать соплями несчастную футболку и сморкалась туда. И только после всего этого уставилась на меня:
– Рассказывай.
Все, что я ей говорила, можно было бы рассказать про любого мальчишку из школы, или со двора… Я могла бы говорить ей о Валерке, или про Антона. Но говорила про Ефимова. О том, что уже три дня, с той самой ночи переписки, я как дурная складываю журавликов, и каждому из них шепчу: "Хочу, чтобы Лагутин в меня влюбился!". Что я могу свернуть этих журавлей с закрытыми глазами. Что понимаю теперь, почему так верится в легенду о тысяче таких птиц – это очень нудно, трудно, руки устают. Что чистой бумаги в моем доме почти не осталось, а исписанную я не беру, не хочу осквернять мечту. Что я не вижу себя рядом ни с кем другим. Что ночами он приходит ко мне во снах. Что я не могу есть, меня тошнит от еды, но и от голода тоже тошнит, и вчера рвало в туалете. Что я перевернула свой гардероб сверху донизу, и чувствую себя нескладной и некрасивой. Что я слишком сильно влюбилась, или того хуже – люблю…
– Ритка, стоп! – Алёна вцепилась в мои плечи и встряхнула так, что у меня голова дернулась из стороны в сторону. – Ты что творишь? Ты ж так рядом с Соней в больничку ляжешь!
– И он устроит для меня концерт… – грустно улыбнулась я.
– Ага, мечтай! Рит, он… Ну не то, чтобы не живой и не реальный, просто…
– Ты уже говорила, что недосягаемый, а в итоге?
– Ну пусть досягаемый, пусть! Лагутина, ну это же как в киноактера влюбиться! На экране одно, а что там в жизни пойди разбери!
– Ты знаешь, мы с ним когда переписывались, он… Ну вот каким я его себе представляла, таким и оказался, понимаешь! Я так хочу его увидеть…
– Рит, – Щепка обхватила руками свои тощие коленки, посидела так, поджав ноги, помолчала, и продолжила, – Мы выберем наряд. Чтобы красиво и просто, не теряя смысла мероприятия. Я в любом случае тебя поддержу. Думаю, да, мы с ним увидимся. Ты с ним познакомишься. Понятия не имею, что из этого выйдет. Но я очень тебя прошу: обещай мне, что если не выйдет ничего, ты примешь это. Значит, не судьба. И ещё: ты немедленно поешь! Черт, а я-то думала, почему это ты меня кормишь, а себя нет! А ты тут…
Она поежилась.
Я смотрела на подругу и понимала, что она права. Вот только не знала, смогу ли что-нибудь с этим сделать.
Мы заварили чай. Щепка отрезала мне кусок хлеба и проследила, чтобы я съела все до крошки. Потом мы снова поили меня водой, когда к горлу подкатило. Через час Алёнка затолкала в меня ещё кусок хлеба.
Вместе выбрали наряд. Как и договорились: просто, но красиво и в тему. Джинсы, черная футболка с большим якорем, пара металлических браслетов… Уселись смотреть фильм. Я снова схватила со стола бумагу и принялась сворачивать журавликов. Щепка хотела было отобрать, но глянула мне в глаза и оставила все как есть.
Этой ночью я свернула ещё сто. До концерта оставалось четыре дня.
Глава 10. Ну а пока – играем!
Дворец культуры гудел как улей. Мне кажется, на концерт Ильи собрался весь район. Мне уже доводилось наблюдать, как зрители подобно ручьям, что сливаются в реки, стягивались и единым потоком шли сюда на какое-нибудь мероприятие, но сегодня происходило нечто особенное. Людей было так много, что я сомневалась, способен ли зал вместить такое количество народа.
На входе образовалась очередь.
Мы со Щепкой наблюдали за этим из окна директорского кабинета.
За три часа до концерта мой телефон завибрировал, и на экране высветилось "Альбатрос". Я сглотнула. Сердце билось о ребра как сумасшедшее. Рука дрогнула, но всё-таки палец нажал на зелёный кружок с нарисованной трубкой, и слова приветствия сорвались с моих губ.
– Здравствуй, Рит! – ох уж этот тихий хриплый голос… Слушала бы и слушала… – Хотел тебя попросить кое о чем.
– Да, конечно!
– Приходите с ребятами во дворец культуры пораньше! – Ефимов на том конце улыбался, это было слышно. – Мне интересно познакомиться с вами. Я, когда рассказывал тебе свою идею, даже не ожидал, что ты сделаешь столько, да ещё и ребят подобьешь! В общем, хочу видеть героев! Придёте?
Я судорожно закивала, но потом сообразила, что он меня не видит. И прохрипела "да".
– Отлично! Я уже на месте. Как сможете, так и приходите!
Он положил трубку. А я постояла минуту, пытаясь понять, не снится ли мне все это. Потом принялась скакать на месте и орать от счастья. И только после этого нашла в себе силы свистать всех наверх.
В общем, в ДК мы вчетвером были уже через час.
Охрана пропустила нас, показав дорогу к кабинету директора.
Я поскреблась в дверь. Если б она открывалась наружу, непременно получила бы в лоб, так резко ее открыли. На пороге стоял глава нашего славного культурного учреждения, а в кабинете за длинным столом сидел Ефимов и наворачивал чай с баранками.
Даже сидя он казался высоким, а уж когда встал… Метра два, не меньше. Илья действительно не был альбиносом, но красок природа на него потратила немного.
Бледная кожа, очень светлые, льняные волосы, губы почти бесцветные, хотя не могу сказать, чтобы тонкие. Разве что глаза… Зелёные как молодая трава. И очень спокойные. Такие бывают у хорошо проживших стариков, которые всякого повидали на своем пути, и теперь их ничем не удивить и ничем не испугать.
– Привет, – поздоровался он.
Щепка пихнула меня в спину, чего мол, стоишь, иди! А меня как гвоздями прибили.
– Ты Рита, да? – уточнил он, хотя уже давно прекрасно поняла, кто я. Сил хватило только кивнуть.
– Это Рита, Вы правы! – моя подруга устала ждать. – А меня зовут Алёна. Это Валера и Антон.
Ефимов стал из-за стола и подошёл к нам. Ну да, метра два… Я смотрела на него снизу вверх.
Через пять минут мы все сидели за столом и пили чай. Директор извинился и вышел, оставив нас знакомиться.
Я оттаяла очень быстро и теперь восторженно любовалась своим кумиром. Ефимов ни в чем не подвёл. Открытый, добрый, простой, приветливый, прекрасный рассказчик. Он травил байки с гастролей, обсуждал с Валерой струны, подливал нам со Щепкой чаю, хохотал над Антохиным анекдотом… Казалось, что мы знакомы всю жизнь.
– О, а Вы же…
– Валер, я прошу, давай на ты? Ребят, правда, сил моих нет!
– Легко! – Валерка тут же поправился, – Ты ж не знаешь, как мы с Ритой познакомились! Все из-за тебя, между прочим!
Едва он дошел до того места, где я вынырнула из вечернего сумрака прямо к лавочке, дверь с шумом отворилась, и в кабинет ворвался директор.
– Илья, беда! Твоя гитара!
Ефимов вскочил со стула, несчастная мебель с грохотом опрокинулась. Через секунду Ефимов уже несся по коридору, а мы – следом за ним.
Сцена была пуста. Мы с Алёнкой рот раскрыли, глядя на то, как она переменилась. Нанизанные на нитки как бусины, с потолка спускались журавлики. Все было завешено ими. Это выглядело величественно и красиво. Посреди сцены стояли стул, микрофон и стойка для гитары. Инструмента на ней не было.
Илья долго непонимающим взглядом смотрел перед собой, потом перевел взгляд на директора.
– Мы смотрим камеры, – зачастил тот, – но ни на одной не видно, кто ее унес. Ищем!
Ефимов побледнел ещё сильней.
– Она наверно жутко дорогая, – прошептала я.
– Ну, не дешёвая, но не в этом дело, – голос Ильи дрожал. – Не в этом дело…
– Давайте обойдем весь ДК! – предложила Щепка. – Вдруг ее кто-то для сохранности спрятал.
– Обошли уже, – с горечью произнес директор. – Идут по второму кругу. Давайте вернёмся в кабинет, подождем там новостей.
До концерта оставалось меньше часа. Подтянулись первые слушатели. Полчаса. На входе образовалась очередь. Двадцать минут. Новостей не было.
Уже ехала во дворец культуры милиция. Носились по всем закоулкам уборщицы и охрана. Я глядела в окно директорского кабинета и понимала: провал.
На Ефимова страшно было смотреть. Он сидел за столом, закрыв лицо руками, и, казалось, не дышал.
– Валер, дуй домой, – в мертвенной тишине кабинета голос Антона прозвучал как из громкоговорителя.
– Что? – не понял мой друг.
– Дуй домой. Неси гитару. Илья, инструмент будет.
Ефимов поднял голову и посмотрел на Антона. Я тоже с удивлением взглянула на него. Всегда расслабленный, похожий на плюшевого медведя Антоха подобрался, и теперь стоял перед нами решительный, несгибаемый и уверенный в своих идеях.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.