Попаданка-коммивояжер, или Любовь по лицензии

Пролог

– Отказать!

Сначала мне показалось, что я ослышалась, поэтому я как-то нервно улыбнулась, заправив локон за ухо и незаметно проверив шпильки, плотно придерживающие мою шляпку.

– Простите, что?

Сэр Винсли – так гласила металлическая табличка, расположенная на его столе, – поверх очков посмотрел на меня с осуждением, как на болезную. И тут же вновь зачитал деловым тоном с листа окончательную резолюцию министерства:

– В рассмотрении обращения леди Энн Фергюсон по поводу открытия номерного счета и фиксирования предприятия в реестре министерства магической торговли и услуг – отказать!

После этого я не сдержалась: подалась вперед и грудью с глубоким декольте практически легла на деревянную столешницу напротив этого злобного гоблина в мантии. Выхватила документ из его рук и жадным взглядом впилась в сургучную печать министерства на моем заявлении. В нарушение всех возможных правил и приличий. Забыв о репутации. Я вслух перечитывала эту витиеватую формулировку отказа, услышанную ранее из уст начальника второго отдела Департамента магической торговли и услуг.

Мужчина сделал один быстрый взмах рукой, явно давая кому-то знак, но мне было уже все равно. Я снова и снова вчитывалась в этот ужас. Да как они посмели! Отказать законопослушному гражданину, выплачивающему в государственную казну ежемесячное отчисление, не самое маленькое, между прочим, во всем Лидельмиле.

– Я. Хочу знать. Причину отказа! – твердо заявила о своих правах, не пряча прожигающего взгляда в адрес начальника.

Развели тут, понимаешь, бюрократию. Сначала собери ворох документов. Пятьсот нужных и ненужных бумажек. Потом постой в очереди на магическое заверение всего и вся, оставь отпечаток пальца и каплю крови в подтверждение личности. А главное, на все формальности отводилось каких-то жалких пару дней. И это магический мир! Да у нас такое дома на каждом углу сплошь и рядом. Думала, хотя бы тут с подобным не столкнусь. Я забыла, когда в последний раз завтракала и обедала по-человечески. Все на бегу! А ужины в эти дни и вовсе отсутствовали. И это при моей занятости!

– Мы вправе не разглашать те обстоятельства, что повлекли за собой подобное решение вышестоящего руководства. – Винсли поправил очки на кончике носа и посмотрел куда-то за мое плечо. – Ваша заявка отклонена. Вы можете быть свободны. Не задерживайте очередь.

Ему бы уши подлиннее и кожу позеленее – и точно вылитый гоблин, да еще и коротышка.

– Я никуда не уйду! – В этот момент гнев настолько захлестнул мое сознание, что я перестала трезво мыслить, где нахожусь и с кем разговариваю. – Требую пересмотра, – я не унималась.

– Проблемы, сэр Винсли? – басовито громыхнуло у меня над головой.

Я развернулась и обнаружила за своей спиной двух громил в синих мантиях, с магическими дубинками в руках.

– Леди Фергюсон покидает наш департамент. Проводите ее к выходу, господа, – безапелляционным тоном проговорил гоблин.

В какой-то момент стало до дурноты душно. Мои щеки запылали румянцем от гнева и негодования. Я судорожно подцепила пальцами документ со стола и припрятала в своей сумке.

– У вас есть жалобная книга?

– Что? – выпучил на меня глазки-буравчики Винсли. – Леди Фергюсон, вы свободны!

Уверенность, граничащая с безумием, – плохая характеристика для леди, тем более незамужней. Особенно в условиях, не располагающих к приятной беседе.

– Мне нужна жалобная книга!

– Нет! – истерично, перейдя на визг, выкрикнул гоблин.

– Пройдемте, – устав ждать и наблюдать эту душещипательную сцену, вмешался один из охранников, ухватив своей лапой меня за локоть.

– Руки уберите!

Тогда мужчина не нашел ничего лучше, как силой заставить меня выполнить свою просьбу.

– Я так этого не оставлю. Это дискриминация! – выкрикивала я в лицо этому зазнайке Винсли, когда охранники поволокли меня по залу департамента, словно породистую собачку на прогулку, накинув магическую цепь на мои запястья.

И мне бы присмиреть, не дергаться и затаиться на время, но нет! Я и дома-то не особо умела находиться в тени (работа такая была), а тут тем более не собиралась молчать. Когда на кону стояло любимое дело, в которое я вложила всю душу, не говоря уже о времени, я не могла бездействовать.

Из заявления я четко усвоила, что отказано мне одним из заместителей министра – Джеральдом Кингсли. Очень захотелось посмотреть в глаза этому нахалу, вот так легко, одним росчерком пера, поставившему крест на моем доходном деле. Без этой открытой лицензии я не смогу продолжать продажи косметической продукции под брендом «Пи-ди Флер Мейджик» не только в городе, но и во всем Лидельмиле. А это, на минуточку, двадцать четыре региона. Целая развернутая крупная сеть вышколенных женщин-представителей нашей компании.

Отчаяние отступило, и тут я вспомнила: в моем кружевном воротничке платья вшита наша экспериментальная капсула под тестовым названием «Покров ночи».

Я не могла никуда убежать, но вот стать невидимкой – вполне, а главное, наша сыворотка полностью блокировала любое магическое воздействие со стороны. Из выявленных побочных действий: легкий зуд, недержание мочи, внезапные головокружения и кратковременное магическое истощение. Так себе перспектива, но риск – дело благородное! Поэтому я решила непременно воспользоваться нашей разработкой. Немедленно. Оставалось лишь дождаться подходящего момента, когда любопытствующих поубавится и можно будет начать действовать.

Из главного зала департамента к выходу вели три коридора: два для посетителей и один служебный. Перед развилкой я специально замешкалась и притормозила, чтобы создалось впечатление, что я не поспеваю за широкими и размашистыми шагами двух охранников.

И если дома – в другом мире – у Анны Пастушенко имелись хотя бы минимальные права, то у Энн Фергюсон здесь они были номинально. Равноправие между мужчинами и женщинами – это нечто противоестественное, нежелательное, неприемлемое и абсурдное. «Поэтому скажи спасибо, Аня, что они тебя не потащили в полицию сдавать», – я мысленно вела беседу сама с собой.

Мужчины сразу ослабили натяжение цепи, немного сжалившись над эмоционально неустойчивой барышней, а я тут же прибавила в их глазах себе очков безумности, когда вгрызлась зубами в собственный воротник. Капсула хрустнула, как маленькая карамелька на языке, и я тотчас исчезла, а магические оковы со звоном упали на пол.

– Тьма ее побери! – выругался один из них, а я забыла, как дышать, только чувствовала, как по спине растекается липким холодком страх быть пойманной снова.

Отступая и пятясь, я подхватила свободной рукой полы юбки, чтобы никто ненароком мне не смог помешать, а второй только сильнее сжала ручку сумки. Свернув к служебному коридору, я стала дожидаться, когда кто-нибудь откроет проход, использовав магический жетон. Такие применялись на многих производствах и в ведомствах нашего Лидельмиля.

Сегодня судьба была благосклонна ко мне, жаль, что только не в тот момент, когда этот гад ставил свою дурацкую резолюцию на мое заявление. На подходе к коридору показалась юная рыжеволосая особа. Девушка явно была стажеркой, присланной сюда из академии на практику. Она достала магический артефакт и прислонила его к стеклу, матовая поверхность несколько раз исказилась, затем раздался тихий щелчок и дверь приоткрылась.

Не дожидаясь, когда рыжулька войдет первой, я быстро выбила из ее рук документы, которые россыпью легли на тусклое напольное покрытие, напоминающее дешевую подъездную плитку.

Вот же жадюги, не могли раскошелиться на что-нибудь приличное, а еще Департамент магической торговли и услуг. Прошмыгнув за дверь украдкой и оказавшись в служебном коридоре, я быстро зашагала, впечатываясь каблуками в это убогое покрытие, в самую наихудшую имитацию пола.

Через пару пролетов я остановилась у одной двери, на табличке которой красовалось: «Первый заместитель министра Департамента магической торговли и услуг Джеральд Кингсли».

Действия капсулы еще должно было хватить примерно на десять минут, мне не терпелось устроить веселенькую жизнь этому властелину департамента.

Очутившись внутри и прикрыв осторожно за собой дверь, я осмотрелась.

Высокие книжные шкафы подпирали потолочный плинтус, а за ними скрывались кирпичного цвета стены. Плотные шторы темно-зеленого цвета прятали единственное окно в этом помещении, а в самом его центре стоял широкий деревянный резной стол, на котором расположились стопки всевозможных папок и документов.

Воздуха не хватало. Нет, я, конечно, дышала вполне себе нормально, но едкий, резкий нафталиновый запах из детства мешал вдохнуть полной грудью. Я поморщилась и едва успела рукой прикрыть нос.

Ап-чхи.

Внезапно слева отъехала часть стены. Я сильнее вжалась спиной в дверь и замерла. В свободном сквозном пространстве показалась широкоплечая мужская фигура. Высокая шляпа-цилиндр и шерстяное пальто – это то, что я успела рассмотреть со спины, потому что мужчина пятился, неся нечто тяжелое в руках.

«Хоть бы не труп», – пронеслось в моей голове, и я продолжила с интересом наблюдать за происходящим. Чем дольше я смотрела, тем мной сильнее улавливалось что-то знакомое в этом человеке. Стойкое ощущение того, что я знаю его, никак не проходило.

Его фамилию и имя я точно слышала впервые. Может, читала в газетах? Там часто публикуют о важных назначениях в министерствах. Хотя я лукавила, газет мне не удавалось читать уже давно. После того как я пришла в себя в другом мире, вопрос обустройства встал довольно остро. В бомжа превращаться не очень хотелось. И действительно, очутившись одной ночью на пустынной дороге с минимальным набором вещей в руках, не сильно ведь разбежишься. Мне несказанно повезло: в сумке обнаружилась небольшая сумма денег, и на первое время этого должно было хватить, чтобы привести свои мысли в порядок и спланировать дальнейшее пребывание здесь. По крайней мере, я на это очень надеялась.

Каково же было мое удивление, когда мужчина бросил металлический куб в угол и развернулся лицом.

Ох ты ж, не повезло как! Какая же я дура! Сама пришла к нему после того, как едко высказалась в адрес Кингсли однажды: что ноги моей не будет у порога его дома… Опустим момент, что на сильных эмоциях я запустила в него новеньким тубусом женской пудры с микрочастичками магических кристаллов для поддержания свежести кожи, ровного тона. Главной изюминкой косметического новшества являлся мгновенный макияж: черные как смоль пушистые ресницы, трогательный нежный румянец и приятная пухловатость девичьих губ.

Рассказать, как все это выглядело на статном мужчине с бакенбардами? От смертной кары меня спасло лишь его воспитание, гости и умение быстро бегать.

Когда Кингсли выпрямился и расправил плечи, я невольно залюбовалась его фигурой, несмотря на личную неприязнь к нему. Теперь уже двойную неприязнь. Мало того, что он фактически выставил тогда меня за дверь, не принимая во внимание того факта, что с леди Алисией Андерсон, его сестрой, мы были знакомы уже больше месяца. К этой милейшей и доброй девушке я приходила каждую неделю, демонстрируя косметические новинки. Алисия во время езды на лошади с нее слетела и повредила ногу. Не самая страшная травма, жить можно, а вот перемещаться нельзя. Естественно, занятому братцу было не до посещений женских салонов, особенно когда работа всецело занимала все свободное время мужчины. А прислуга не понимала тонкого вкуса леди, а главное, ее предпочтений. Да и откуда бы они в этом разбирались?

Шляпа-цилиндр спикировала на стол. Пальто Кингсли перекинул через спинку стула, закатал рукава на рубашке и присел, стягивая сапоги с ног.

Кто бы мог подумать, что вместо перекладывания бумажек из стопки в стопку заместитель министра где-то прохлаждался в рабочее время, используя тайный ход.

Я себе это иначе как-то представляла. Я была убеждена, что встречу низкорослого дяденьку преклонного возраста, с плешью на голове, и призову его к ответу. А тут даже растерялась, и боевой пыл совсем поугас.

Джеральд откинулся на спинку дивана и занес руки за голову, прикрыв глаза, а ноги так и остались без сапог. Они явно у него болели. Где же можно было все-таки столько ходить?

Каштановые вьющиеся волосы спадали на лоб мужчине, немного закрывая сомкнутые веки, я сделала один шаг вперед, чтобы лучше его рассмотреть. Мужчина был расслаблен, и мне в какой-то момент показалось, что он, вероятно, спал. Поэтому я без особого стеснения его разглядывала. Широкие скулы, мужественный профиль, прямой нос. Подбородок украшала небольшая ямочка, и эти бакенбарды у него очень мне нравились. Кингсли не единственный мужчина, носивший баки, но только ему, как никому другому, они прекрасно шли, подчеркивая его мужественность. Красивый гад. Этого было у него не отнять. Я тихо выдохнула и попробовала переместиться к противоположной стене, оставаться у двери – не самое лучшее решение, сюда в любой момент мог кто-нибудь войти.

За всеми этими раздумьями я совершенно забыла о времени. Поэтому, когда я на цыпочках кралась мимо рабочего стола Джеральда, в спину донесся бархатный баритон:

– Если надумали прыгать в окно, то это не самый лучший способ для бегства.

Пролог 2

От неожиданности я вытянулась по струночке, а если точнее, в меня словно вколотили длиннющий гвоздь: я стояла неподвижно и молча.

– Ну что же вы как воды в рот набрали? – поинтересовался немного с издевкой мужчина. – Представьтесь, или этому вы тоже не обучены?! Как и стучаться в дверь, а главное, заходить в чужие кабинеты по приглашению.

Сбежать не получится. Это же надо было так опростоволоситься! Заявленное время «Покрова ночи» – полное вранье. Или нет и это я, недотепа, проморгала все возможные сроки?

– Леди Энн Фергюсон, – промямлила я, не оборачиваясь.

И почему мы не разработали эликсир «Хамелеон»? Сейчас бы я слилась с этим цветом стен, и, даже очень может быть, он смог бы полностью повторить во всех деталях узоры на них в кабинете Кингсли, только если верно смешать все ингредиенты. Иногда я очень сожалела, что в своем мире не пошла учиться на фармацевта, не всегда высшее образование тебе позволяет пробиться и чего-то достичь. Мне оно позволило лишь приобрести неприятности и пробить проход в другой мир…

– Интересное дело получается: со дна выкарабкались в привилегированное общество? Верно?

Сил моих больше не было терпеть это безобразие. Накипело. Еще с прошлого раза. Одним нажатием пальца я щелкнула по ручке сумки и достала светящийся ярким, насыщенным ультрамарином флакон с очередным эликсиром. Развернулась и замахнулась на Джеральда, быстро вскрывая пузырек.

– Еще одно слово, мистер Кингсли, и этот эликсир окажется на вашей шевелюре. – Для подтверждения серьезности своих намерений я сделала несколько шагов к нему навстречу. – И в этот раз вы не отделаетесь обычным макияжем для леди!

Ни один мускул – ни один! – не дрогнул на лице этого самоуверенного и заносчивого человека. Легкая ухмылка коснулась уголков его рта, а затем Джеральд медленно начал вставать со стула, показывая, что его руки свободны и он ничем не может мне навредить.

– Я предупреждал вас, чтобы вы больше не попадались мне на глаза? – Кингсли осторожно сделал первый шаг, и мне это не понравилось.

– Не подходите! – Усилием мысли я сдерживала ультрамариновую жидкость так, чтобы она не пролилась на меня, но в любой момент могла свободно выплеснуться на моего обидчика.

– А то что, закричите? Приступайте! Ну же, я жду.

Каков наглец! Кингсли прекрасно понимал, что шуметь не в моих интересах.

И в этот момент я решила продемонстрировать чудесные свойства эликсира «Паучья страсть». Многие наши заказчицы пожаловались на нежеланных ухажеров, а для особо назойливых попросили создать магический отпугиватель. Обычные артефакты, увы, оказались бесполезны в сердечных делах.

Из пузырька вылетели ровно три капли эликсира. Я отсчитала их, как в аптеке, и прицельно метнула в сторону засохшего растения непонятного происхождения. Стручок ожил, потянулся и даже зевнул.

– Воды! – сипло пробасило растение и вылезло из горшка.

– Только не говорите, что это навсегда. Или вы меня хотите превратить в такое же лиственное?

– На мужчин это действует немного по-другому, некоторые функции их организма блокируются, особенно значительно понижается их либидо, а вот рост волос усиливается, причем с невероятной скоростью.

– Что понижается? – Джеральд явно пребывал в замешательстве от моих познаний в этой сфере.

В углу внезапно раздался жалобный писк, а затем непереносимый рев. Растение почернело и превратилось в пыльную кучку. Наглядная демонстрация прошла успешно. Мужчина явно был озадачен подобным исходом несчастного стручка и перестал на меня надвигаться.

– Мистер Кингсли, не доводите до греха. И вообще, я к вам по срочному и особо важному делу!

– Вы ко мне по делу? Особо важному? – вскинул удивленно брови мужчина и даже замер на мгновение.

Только сейчас, на расстоянии вытянутой руки, я заметила, что глаза у Джеральда были не просто темно-зеленые, а глубокого изумрудного оттенка. Настолько завораживающее и красивое сочетание я встречала впервые. Да, собственно, где бы я могла познакомиться с подобным красавцем? Дома я настолько была погружена в свою работу, что за довольно приличной ежедневной нагрузкой перестала замечать полное отсутствие какой-либо личной жизни. Колдовской взгляд Джеральда просто пленил, и я даже забыла обо всех тех проблемах, которые толкнули меня к столь неприглядному поступку, как пробраться в государственный кабинет и угрожать должностному лицу при исполнении обязанностей.

В этот самый момент внезапно всплыл образ каменной тюремной постройки в главном городе Лидельмиля, и я туда обязательно попаду, если не найду выхода из сложившейся ситуации. Немедленно.

– Лицензия, – собравшись с духом, выпалила в лицо Кингсли. – Вы отклонили мое заявление на открытую торговлю в Лидельмиле.

– Тогда спешу огорчить, леди Фегрюсон. – Мужчина просунул руки в карманы брюк и заметно расслабился, его больше не заботил мой устрашающий эликсир. – Вы не единственная предприимчивая женщина Лидельмиля, кому отказало министерство.

– Как это? – с недоверием посмотрела на Кингсли.

«Врет или не врет – вот в чем вопрос». Пузырек с эликсиром я не стала опускать, решила побольше разузнать насчет отказа.

– Я не могу распространяться об указаниях министра посторонним лицам, не являющимися сотрудниками департамента.

– Скажите пожалуйста, какие мы честные!

Он точно держит меня за дуру. Хочет казаться в моих глазах добропорядочным гражданином, а сам при этом шастает в рабочее время тайными ходами. Нет уж, дудки! Не на ту напали, дорогой Джеральд. Я улыбнулась так широко, что Кингсли явно что-то заподозрил. Взгляд заместителя изменился и стал серьезным, цепким, внимательным.

– Я думаю, вашим коллегам придется по душе информация, как один из служащих, не самой последней должности, отлучается по личным делам.

Затем я обогнула его рабочий стол и прямиком направилась к тайному проходу, скрытому за фальшстеной. Повернула увесистый настенный канделябр против часовой стрелки.

Та-дам.

Кингсли тяжело вздохнул. Внезапно с его пальцев соскользнули огненные всполохи. Все произошло так быстро и неожиданно, что я не успела и глазом моргнуть, как магическое лассо пролетело у меня над головой и, опаляя полы моей шляпки, тугой удавкой опоясало талию, больно сдавив и перекрыв дыхание.

Эликсир выпал из моих рук и грязной жижей растекся по мягкому ворсу красного ковра. Что станет с шерстяным изделием после такой убойной дозы «Паучьей страсти», сложно было предположить. Да и не до этого мне сейчас было.

– Я не могу дышать. – Тяжело, как будто мне насыпали в горло битого стекла, едва держась на ногах, смогла продолжить: – Без лицензии я не уйду! Даже если…

Договорить я не успела. Эликсир начал свое действие, ковер ожил и устроил «волну», зацепив никого до этого не трогавший металлический куб.

– Леший вам в глотку, – выругался смачно Кингсли и ослабил лассо, потому что куб затрясся после импровизированных волн живого ковра с многократно повторяющимся стуком об стенку.

Сделав, наконец, первый свободный вдох, я почувствовала резкий запах серы.

– Это что? – выпучила я глаза, оседая на пол и отползая к ногам Джеральда.

– Это то, что видеть никому было нельзя! А теперь…

Я подняла голову и посмотрела на мужчину, он сосредоточенно плел взмахами рук магическую сеть, накидывая плетение одно за другим на металлический куб.

– И что теперь?

– А теперь?! Ложись!

Тяжесть мужского тела придавила сверху. Носом я уперлась в грудь Кингсли и вдохнула запах его тела с примесью древесных нот одеколона. Заместитель был отлично сложен, и если издалека мне могло раньше это показаться, то сейчас на ощупь я вполне распознавала, что он был мощным, крепким, сильным, рельефным, а главное, очень разгоряченным.

От охватившего шквала чувств и эмоций я потерялась. Страх пострадать и погибнуть отошел на второй план. Воспользовавшись моментом, я сильнее прижалась к мужчине. Кто бы мог подумать, что такая нестандартная ситуация пошатнет все мои устои и правила и настолько взбудоражит.

В кабинете раздался взрыв.

Нас отбросило к двери ударной волной. Магическое плетение сдержало масштабность взрыва, насколько могло. Осколки хрустальной люстры посыпались мелкой крошкой на наши головы, щепки от мебели больно оцарапали кожу рук.

– Вы живы? Ничего себе серьезно не повредили? – уточнил Джеральд, когда осмелился осмотреться после случившегося.

– Если не считать того, что мне грозит быть раздавленной под вами, то ничего, – уперлась я сильнее в его грудь руками, пытаясь его с себя сбросить.

– Шутить изволите, леди Фергюсон? Напрасно. Сейчас здесь окажется вся полиция и дознаватели Лидельмиля. И это не понравится ни вам, ни мне. У вас, случайно, нет нового кабинета в глубинах вашей волшебной сумки? – с горькой ухмылкой спросил Кингсли.

И тут меня осенило. Если я помогу заместителю, возможно, мне удастся добиться выдачи лицензии. И я немедленно приступила к торгам за свое светлое будущее.

– Я помогу, но тогда вы пообещаете подписать лицензию на торговлю? Думайте, только быстрее…

– А если я откажусь?

– С удовольствием разделю тюремную камеру с вами, – злорадно оскалилась я, потирая руки от такой желанной победы над Кингсли.

– По рукам!

Джеральд подтянулся на руках и позволил мне выползти из-под него.

– Ну, какой план?

Я схватила воздуходувку меха от маленького камина и вручила Кингсли. Затем подобрала с пола свою сумку из особо прочной кожи с нанесенным специальным раствором, сберегающим ее от любых повреждений.

– Ну где же оно? – торопливо я перебирала баночки и прочие склянки в недрах своей мегасумки.

Джеральд закатил глаза и устало потер виски:

– Какой размер вы носите, леди Фергюсон?

– Какая вам разница?

– Прикидываю, насколько интересно на вас будут смотреться тюремные платья.

– Помолчали бы лучше! – вспыхнула я от его колкости.

Дверь в кабинет уцелела каким-то чудом, но взрыв слышал весь департамент, и к нам уже настойчиво ломились.

– Поторопитесь, заклинание, что я успел наложить до взрыва, долго не продержится.

Пальцами я наконец-то нащупала желаемую емкость.

«Гости на пороге», – так назывался очередной тестовый продукт нашей компании. За то время, что я успела наработать опыт в прямых продажах, я собрала со своими представителями объемную базу пожеланий и хотелок от наших клиентов. А учитывая, что подавляющее большинство из них являлись женщинами, то все производство «Пи-ди Флер Мейджик» ориентированно было в первую очередь на них.

Маленькая коробочка из плотного картона, перевязанная атласной лентой, походила больше на футляр для ювелирного украшения, разве что бархатного покрытия не хватало. Я рывком сдернула ленту, и крышка коробки взметнулась вверх, рассыпая вокруг содержимое.

– А теперь дуем, мистер Кингсли!

Мужчина замер на месте и посмотрел безумным взглядом на меня.

– Вы сейчас пошутили, я надеюсь? Кого или что надо дуть?

Боже мой, эти мужчины! Вечно тормозят в экстремальных ситуациях, всегда им дай на все подробную инструкцию.

– Мистер Кингсли! Откройте! На «три» мы ломаем дверь.

Помощники активно бились в магическую обманку. И, откровенно говоря, такое положение дел изрядно нервировало и мешало процессу сокрытия улик от последствий взрыва.

– Маски! – воскликнула я, в последний момент вспомнив об обязательном аксессуаре, который шел в комплекте.

– Вы меня пугаете, – обреченно проговорил Джеральд, натягивая маску из тончайшего магического волокна.