- -
- 100%
- +
-– Если из посёлка тот Славка, то, значит, он нам совсем не соперник, так что, Ник, как сказал бы Остап Бендер: «На такие шансы ловить можно». – Он вздохнул. – Ладно, поеду домой, перед девчонкой извинился, она извинения приняла, за этим и приезжал. Пока. Позвоню.
***
Проводил Пашку, тут как назло Дилька позвонила узнать о моём самочувствии, немного поговорил с ней, ей некогда, через пять минут маникюр, ой уж любит себя моя Диляра. Интересно, а Ленка с маникюром? Она вообще ухаживает за собой? Наверное, в пределах провинции.
-– Тёть Вер, а где мама, что-то не видно её сегодня? – Где правда все сегодня.
-– У Евгении Романовны встреча с подругой, Мариной Васильевной, а папа ваш на работе.
Ну, отец-то понятно где. А почему ваш? Ленка-то не дочь ему. Да, Марину Васильевну, подругу матери, я не любил, вот спит и видит, как бы меня на дочке своей Наташке женить, Наташка мне ровесница, в каком-то техникуме учится, я даже не интересовался, кем стать хочет, мне она категорически не нравится. Ладно, надо тоже поспать, может? Прошёл мимо Ленкиной комнаты, тишина, спит, наверное, тоже после вчерашнего стресса.
Завалился на кровать, а сон не идёт, что интересно там за стенкой в соседней комнате происходит? Ничего не слышно, может, музыку в наушниках слушает? Наверное. Я тоже наушники в уши и музыку включил на телефоне… Расслабился и… Да, уснул.
Проснулся, когда на ужин позвали, пока умылся, пришёл в себя, вышел в столовую, все уже были на месте, мать с отцом и Ленка.
-– Ждать себя заставляешь. – Попенял отец.
– Добрый вечер, спал поэтому запоздал. – Сонно ответил ему.
Мы ужинали, я исподтишка за Ленкой наблюдал, как она ест, впервые вижу, аккуратно, ох, так бы и правда поцеловал эту пантеру, ну на искушение мне тебя послали. А Диляра? А Диляра – Пашкино дело, для секса.
***
После ужина я всё-таки зашёл к ней, вернее, вместе с ней.
– Ты комнаты не перепутал? – Недовольно спросила она.
Комната преобразилась с её появлением, флакончики какие-то на столе, косметика, значит, пользуется. Аромат духов, сиренью пахнет.
– Нет, я здесь ничего не перепутал, а ты почему нам с Пашкой не открыла? Знаешь, зачем он приезжал?
– Как я поняла, извиниться и ещё… – Усмехнулась она.
– Не только. Ты… понравилась ему.
– Да? Интересно, а я подумала, что он ещё раз испугаться захотел. – Хмыкнула она, а потом засмеялась.
– Не провоцируй ты меня, Жарова! Ты специально это делаешь?
– Я никого не провоцирую, что хотел сказать? Говори. – Она села на стул, меня присесть не пригласила. Молча ждала, что я ей скажу.
– Скажи, а что правда с твоими родителями случилось? В аварию попали, что ли? Почему оба сразу…
Ленка молча указала мне на дверь и отвернулась, я понял, что сморозил глупость.
– Извини. – Вышел из комнаты.
Вот дебил, и правда, зачем я спросил? Сам не знаю, если честно, я просто зашёл, чтобы посмотреть внимательно на неё. А как родители погибли, надо у отца поинтересоваться, он-то в курсе, наверное.
Глава 5. Лена Жарова.
Никита меня бесит, даже не бесит, а испытывает моё терпение, друга привёл знакомиться. Да пошёл ты со своим Пашкой знаешь куда? Думаешь, если я малолетка, так совсем что ли дура? Знаю я твоих друзей, видела… Все под одну катушку, только дурь на уме. В общем, знакомиться ни с кем не стала, да ну их всех…
Вечером после ужина Никита всё-таки зашёл ко мне. Стал, как обычно, шпынять меня, словами имею в виду. Потом просто вывел своим вопросом о родителях, я молча указала ему на дверь, слишком мало времени прошло со дня их смерти, слишком кровоточила рана, нанесённая горем… Слишком… слишком.
Никита вышел из комнаты, а я глотала, глотала слёзы, да разве и удержишь? Они градом полились, что взять с пятнадцатилетней девчонки, ещё даже неполных пятнадцати? Эмоции переполняют, чувств скрывать ещё не научилась. Наревелась вволю, всё время думала, что там с родителями случилось, почему лодка перевернулась? Или не лодка, на чём там они плыли? Почему не выплыли? Папа хорошо плавал… Вопросов много, только задавать их некому. Да на них и отвечать никто не будет, написали заключение, что оба были в сильном алкогольном опьянении. А если я не верю? Мама вообще не любила спиртное, и папа, если выпивал когда, то всегда знал меру. Расстроилась сильно, стала снова звонить тётке, бесполезно, глухо как в танке, так наши ребята-одноклассники говорят. Интересно, лето закончится, и я что? Здесь в школу пойду, в ту самую, где учится Никита? И как я там учиться буду? Что делать? Как быть? Где же Оля? Неужели и правда она попала в беду? Ведь даже не знает о гибели сестры и её мужа.
***
В дверь постучали, кто там? Никита снова, наверное, не открою ему дверь, видеть сейчас не хочу этого дятла, снова начнёт грузить своими вопросами.
-– Лена, это я. – Дядь Саша пришёл.
Открыла дверь.
-– О-о-о, ты плакала? Лен, ну что опять? – Дядь Саша обнял меня.
Что ему сказать? Что Никита достал? Нет, этого я, конечно, говорить не буду.
-– Ольге никак не дозвонюсь, вот где она? Почему телефон выключен? Дядь Саш, я не знаю, как жить теперь? Зачем я вам?
Дядь Саша вздохнул.
-– Лена, ты будешь жить здесь и учиться тоже здесь, пусть твоя тётя устраивает свою личную жизнь, ты ей сейчас только мешать будешь, она молодая, когда обживётся, тогда и приедет, только отдавать тебя ей не хочу, зная, какой характер у Ольги, твоя мама совсем другая была… Как будто и не сёстры они.
Сама знаю, что Ольга ветреная, мама серьёзная была у меня.
-– Да я знаю, но она родная тётка мне, а вам разве я не мешаю? – Посмотрела на дядь Сашу удивлённо.
Он отстранился немного… Наверное, не понял, что я сказала, да я не подумавши ляпнула.
Да что ты такое говоришь? Нет, конечно, на Никиту внимания не обращай, он ещё, как говорят… В поле ветер, да он, я смотрю, и не против, знаешь, когда маленький был, всегда сестрёнку хотел, ну вот теперь такой случай представился.
Не дай бог иметь такого брата, нет уж, увольте, закрывать меня в клетке да издеваться надо мной? Какой же это брат? Это…
-– Ну что задумалась? Успокоилась немного? Отдыхай. И не думай о плохом, всё плохое уже случилось, поэтому теперь о хорошем надо.
Я не устала, тут у вас делать нечего даже… Скучно… О плохом тоже не думаю, а как-то непривычно всё.
Ну ты погуляй, только во дворе пока, на выходных съездим куда-нибудь, а хочешь, я Никиту попрошу, он…
Нет!!! Нет, я не хочу с ним никуда ехать. Не дала ему договорить.
Дядя Саша улыбнулся.
Сильно испугалась в прошлый раз? Да он так парень добрый, но, говорю же, немного пока ребячества в нём. Ты прости его, Лен. Ладно, если с ним не хочешь, с Евгенией Романовной шопингом займитесь, накупи вещей себе, я попрошу её, она съездит с тобой. Жена у меня хорошая.
Для вас хорошая, а я? Да денег у меня на дорогие вещи нет, ведь она меня по дорогим салонам повезёт.
За деньги не беспокойся, я за всё заплачу.– Он как будто мысли мои прочитал.
***
На следующий день Никита на мотоцикле упылил, наверное, к девушке своей, Диляре, а ко мне зашла Евгения Романовна.
– Лена, Саша попросил меня по магазинам с тобой проехаться, ты как? – Посмотрела на меня выпросительно, а я и не знала, что ответить.
– Евгения Романовна, вы понимаете, что…
– Лена, собирайся, поедем, развеешься немного, купим вещи тебе красивые, модные, уж я понимаю в них, поверь, и знаю, что сейчас девочки твоего возраста носят. И вообще, Лен, не надо стесняться меня, дело в том, что сын у меня сам себе вещи покупает, сам о себе заботится, а мне тоже хочется принимать участие в чьей-то жизни, так что я помогу тебе. Мне это не в обузу, а в радость. – Успокоила меня хозяйка дома.
Ну что же, обижать жену дяди Саши я не имела права и поехала с ней по салонам, до самого вечера почти с ней шопились, и не только, в маникюрном салоне были и в парикмахерской, ой… Даже я устала от всего, как же Евгения Романовна выдержала? Но она чувствовала себя бодро.
– Лен, а я ведь знала твоего папу, он другом Саши был, потом… В общем-то, ты уже не маленькая, я тебе расскажу, почему не общалась с ним… Когда-то давно он встречался с моей подругой, она уже замуж за него собралась, но… От него забеременела мама твоя, он и женился на ней, нет, не тобой была беременна, тот ребёнок не родился, так бывает, мама твоя потеряла его. Пётр так не развёлся с Катей, потом ты родилась, и о разводе речи быть не могло. Подруга моя любила сильно твоего папу, а я, её жалея, тоже не общалась с ним, она очень тогда переживала.
Я слушала давнюю любовную историю равнодушно, я знала о ней, мама мне рассказывала, но только не знала, что та папина любимая девушка – подруга Евгении Романовны.
– Её Яна зовут? – поинтересовалась у Евгении Романовны.
– Да, Яна Аркадьевна, она после замуж вышла, двоих детей родила, а по твоему отцу и сейчас страдает, я даже сказать ей не смогла, что он погиб. – Покивала головой верная подруга той Яны.
– Жаль, конечно, я не знаю о чувствах отца к ней, но меня папа очень любил. – Задумалась даже.– Он меня Ленок называл, и с мамой они никогда не ссорились, во всяком случае при мне.
– Ой… Давай не будем о грустном, прости, что завела этот разговор, пойдём поедим чего-нибудь, а то от кофе желудок к спине прирос. Никита ещё, наверное, у Диляры своей, а мы вдвоём поедим.
– Пойдёмте, правда есть хочется. – Согласилась я с хозяйкой.
– После будешь обновки примерять, а я в домашней обстановке лучше рассмотрю, какая ты в них красавица.
– Ой, да какая я красавица? – Хотя слушать похвалу мне было приятно. Какой девчонке это неприятно? Нет таких.
***
-– Лена, как тебе к лицу и красное платье, и вот это голубое, а джинсы… У тебя фигурка точёная. Спортом никаким не занималась? – Евгения Романовна расхваливала меня, а я смущалась, довольная.
-– Футболом, бегом, меня никто не догонял, я всегда первая по бегу была там в нашей школе.– Откровенно призналась матери Никиты.
-– Умничка, а я в своё время танцами занималась… Давно, а вот как сейчас помню и учительницу, и подружек, с какими танцевали вместе. Меня как принцессу всегда наряжали, папа тоже меня очень любил, по секрету скажу, замуж за Сашу отдавать не хотел, ну тут уж я проявила характер. –Евгения Романовна молча с улыбкой посмотрела куда-то мимо меня.– Не отдашь, сказала, из дома уйду навсегда. А потом сам доволен зятем был, ты, говорит, Женька, такого себе мужа нашла, не у каждой такой.
--Любили сильно? – Поинтересовалась, конечно, бестактно поступила, но молчание затягивалось, а я пока ещё в её присутствии чувствовала себя не совсем свободно.
-– Почему любила? Я и сейчас Сашу люблю, пока в браке с ним жила и живу, ни на одного мужика не посмотрела, мой лучше всех.
-– Это правда, дядь Саша хороший человек, он к нам часто приезжал, к папе, они друзья были. Это правда, так оно и было.
-– Знаю, я не препятствовала, но сама не общалась, сейчас понимаю, зря… Ой, кажется, Саша приехал, Леночка, я пошла встречать.
***.
Евгения Романовна вышла, а я всё ещё крутилась перед зеркалом, ну… Совсем столичной стала, маникюр, причёска, наряды, каких у меня никогда не было.
-– О… Да из тебя, я смотрю, красавицу слепили, Жар-птица?– Никита… Как это он неслышно вошёл? Я, во всяком случае, и не заметила.– Что молчишь? Язык проглотила? О… А сколько тряпья-то накупили…
– Ты… Зачем вошёл, и снова не постучался. – Сглотнула слюну.
Он прошёл к столу, сел на стул.
– Стучал… Только мне никто не ответил. – Усмехнулся этот мажор. – Да… Прекрасно выглядишь, ты дефиле устроила что ли? Наряды свои демонстрируешь? Надень вон то красное, оно возбуждает меня…
Я тебе сейчас на голову его надену, это платье, ты смотри, пришёл он посмотреть дефиле, ещё и возбуждает его что-то.
– Снова молчит, ох, а покраснела-то… – Он засмеялся. – Отучайся смущаться, здесь это не принято, здесь дерзкой надо быть, впрочем, и этого у тебя хоть отбавляй, и всё равно свои поселковые замашки придётся отставить.
– Ты специально сюда заходишь, чтобы поиздеваться надо мной? Мог бы и мимо пройти. – Вот ведь въедливый.
– Я? Издеваюсь? Ох и бестолочь ты, я учу тебя, как вести в культурном обществе, ты же в школу пойдёшь скоро, а как там, знаешь? Не знаешь, поэтому заклюют тебя, Жар-птицу этакую, не представляешь, какие наши девчонки зубастые.
Я усмехнулась.
-– Зубастые-то вроде загрызть должны бы, а не заклевать, так?– Следи, любимчик судьбы, за словами.
-– Ты ещё прикалываешься здесь, ну, сопливая, смотри, не жалуйся потом. – Разозлился Никита. – Думаешь, сама справишься с ними? Да тебя…
-– Иди в свою комнату, я не хочу слушать твои оскорбления, сам-то намного старше? Сам не сопливый?– Дерзила, сама понимала, но поделать ничего не могла.
– Чё ты сказала? Кто сопливый? Да я тебя… – Он схватил меня за талию и зашипел в лицо: – Проси прощения, курица, иначе…
– Отстань! – Я завизжала, как поросёнок.
– Ты чего визжишь? Дура что ли? – Всё-таки ослабил хватку Никита, вывернулась и выбежала из комнаты.
Он за мной затащил обратно и дверь на ключ закрыл.
– Отпусти, негодяй! – Отбивалась от него.
– Да кому ты нужна, истеричка! Не ори, родители услышат, прибегут, а мне из-за тебя головомойка не нужна. Ну бешеная, что там у вас на хуторе все такие?
Я прижалась в углу к стенке, подальше от него, сам-то с какого зоопарка сбежал, хотела спросить, но только молча смотрела на него.
– А ты ничего такая, и до рёбер не достанешь, не зря Пашка клюнул на тебя…
– Я не наживка, а он не рыба, чтобы клевать, хватит, уходи ты, приходишь только для того, чтобы настроение испортить, и в школу я здесь идти не собираюсь, я вообще скоро уеду, понятно тебе?
– Уедешь? В свой колхоз снова? Ну и дела… Вот с такими наманикюренными ногтями будешь коров доить? Ох и глупая ты, Жар-птица. Тебя не выгоняет никто, а тётка, как я погляжу, не торопится за тобой, да…
– Меня Лена зовут, если ты не помнишь, дядь Саша представлял меня вашему вниманию.
– Моему вниманию? Да кто ты такая, чтобы я на тебя внимание своё обращал? Да и мне вообще плевать, как тебя зовут, как хочу, так и буду звать. Понятно?
Я отвернулась от него и стала ждать, когда он уйдёт, ни слова не сказала больше, ты, значит, как хочешь, так и звать меня будешь? Ну тогда , и я тебя больше ни разу по имени не назову. Он ушёл обиженный, да и катись к своей Диляре. Ой, а я что, ревную его? Ленка, ты с ума сошла, что ли? Кто он и кто ты? По статусу не ровня даже, та Диляра, наверное, ровня ему.
Я что же это? Влюбилась?! Да разве в таких павлинов влюбляются? Нет… Нет, Ленка, не забивай голову ерундой, ты ещё маленькая, тебе учиться надо, а не о мальчиках думать. Но ведь от любви никто не застрахован, она сама приходит, помимо воли. Долго думала, лежала и о Никите, и о судьбе своей, хотя какая там судьба? Совсем ещё маленькая жизнь-то у меня. О судьбе и речи быть не может.
Глава 6. Никита Захаров.
Вот мелкая! Вот вредина! Лена она, посмотрите на эту Жар-птицу. Да мне плевать, Лена ты или нет, мне вообще по чесноку твоё имя, поняла?!
Лежал в своей комнате злой как сто чертей, зашёл к ней приколоться, да сам приколот остался, выбесила! А вообще-то почему я так завёлся? Стоит она того. Звонит кто-то? Кто? Ой, Тоха!
-– Привет, Антон, здравствуй, что там у тебя? – Со злости ответил, вот малявка! До зла довела!
В трубке наступила тишина, потом Тоха спросил:
-– Так я чё-то не понял?! Ты чё нервный такой? У тебя проблемы? С Дилярой?
Какая тут Диляра, я о ней последнее время и не думаю, тут такая фифа появилась у нас в доме, того гляди загрызёт, как Полкан.
-– Нормально всё с Дилярой. – Ну ты Томилин, одни девки на уме. – Давай по-быстрому говори, что хочешь, а то я занят.
-– Да я насчёт тусы, мы же помнишь договаривались, что следующая у меня, так вот, завтра подлетай с Дилярой к девяти вечера. Обещаю, классно всё организую.
Хммм, это я и без обещаний знаю.
– Да я не сомневаюсь, поверь, конечно, будем, давай пока, занят я.
Отключил телефон, а чем я занят? Думами о Жар-птице? Точно. А зачем я о ней думаю? Сам себе объяснить не могу, думаю и всё. Она засела в мыслях, своими чайными глазами в душу заглянула, эта ещё и острая на язык птица. Ну ведь не понравилась же она мне? О любви я здесь вообще не говорю. Нет, не понравилась… Сам не понимаю, какие чувства испытываю, злюсь на неё, за то, что Пашка запал на Ленку, за то, что… За всё, за то, что она рядом за стенкой спит сейчас или со Славкой своим говорит… Я твоему Славке башку сверну. Ревную? Тьфу ты, чёрт! Нет, это не ревность, это… это злость на весь белый свет.
Ладно, завтра туса, развеюсь вместе… Вместе с Дилярой, а что это это я так о ней? Ох, Никита… Да что с тобой? С ума сошёл что ли? Сошёл, когда Ленку из коридора в комнату тащил, обхватил за талию, а сам? Аж в штанах тесно стало, о, дурак, а? Точно ненормальный, без слов придурок.
Ну вот посмотрите, что творится? Уснуть не могу, сейчас завалюсь к ней и прямо спать на кровать рядышком… А что, если правда так сделать? А я виноват, если она спать не даёт? Интересно, какая реакция будет? Визгом переполошит всех. Ленка… Ленка… На беду мне ты сюда приехала.
До утра почти не спал, а там выключился, наверное, батарейки сели, подзарядить надо. Проснулся, время час дня… Ну Ленка, ну что ты такая? От тебя вчера бессонница была, сегодня наоборот, не проснусь никак.
– Добрый день, тёть Вер, а что в доме так тихо? Где все? – После принятия душа вышел на кухню.
Тёть Вера, как обычно, стояла возле плиты, повернулась ко мне.
– Добрый, Никита, где все, спрашиваешь? Отец на работе, Евгения Романовна с Леной в Третьяковку поехали.
Вот как! Значит, мама решила приобщить дикарку к высокому искусству. Ну-ну, посмотрим, с каким настроением она приедет. Таких, как Ленка, ничем не удивишь.
– Понятно, и как давно уехали?
– Да сразу после завтрака, часов в десять. – Тёть Вера что-то жарила на сковороде. – Садись, вот тебе кофе и омлет, скоро уж обед готов будет, завтрак ты, Никита, проспал.
– Долго уснуть не мог, поэтому проспал. – Откровенно ответил, по-другому я не умею.
Тёть Вера покачала головой.
– Рано ещё бессонница-то, неужто Диляра чем-то насолила? Не обращай внимания на этих девок, они не стоят того.
Если бы Диляра, с появлением в доме Ленки я о Диляре и думать забыл, надо же, эта мелкая с ума сводит.
-– Да не из-за неё, тёть Вер, просто что-то не спалось. Спасибо за омлет и кофе, всё вкусно было. Отправился в сад, прошёлся между фруктовых деревьев, ты смотри сколько завязалось яблочек, груш, ну ни фига себе, раньше как-то не замечал. Посмотрел на мир другими глазами, что называется, после бессонной ночи.
Вдруг поймал себя на мысли, это я что? Может оттого, что влюбился, так себя веду сегодня. Всё вдруг замечаю, всем любуюсь. Да когда со мной эта байда пройдёт. Ну час-два, так думал, а оказалось что… всю ночь, и сейчас от этого чувства не могу отделаться. И ещё сколько надо на это времени? Когда эта дурь выйдет? Скоро?
О, кажется приехали, культурно-просветительская программа закончилась, ты посмотри… ещё и с пакетами, наверное вещей накупили, а Ленка-то прямо как с картинки, и почему она мне сразу жердиной показалась? Ты смотри ножки стройные, фигурка как у спортсменки, а глаза… чайного цвета, с ума сучка сводит меня и всё! Да что ты пристала, зелёная? С тобой постель запрещена, а значит и всё запрещено, а мне как быть? Диляра? Не хочу… Ой, мне же к Тохе надо… Да, это же вечером, а сейчас… сейчас к Ленке надо зайти поинтересоваться, как ей культпоход по музею?
**
После обеда я всё-таки зашёл к Ленке, она лежала на кровати, в ушах наушники, глаза закрыты.
-– Ну как культпоход? Вытащил наушники, вернее, выдернул из её ушей. Понравился.
Ленка быстро поднялась с кровати, испуганная, не ожидала, что сам Никита Александрович зайдёт к ней, честь окажет.
-– Ты… Чего тебе? Она от неожиданности заикаться начала.
Ага, испугалась? А как же, я всю ночь не спал из-за тебя, вот ты сейчас и отплатишь за это, схватил её за талию и прижал к себе, не успела она опомниться и крикнуть, как я её поцеловал.
-– Ты… что… творишь? Ты совсем что ли с ума сошёл? Вырвалась она от меня.
Пощёчину получил, даже не ожидал, что девчонка решится на такое, ей что, не понравилось, как я целуюсь?! О, больная! Да Диляра от моих поцелуев чуть ли не сознание теряет.
-– Ах ты… Хотел снова схватить её, но она мгновенно подлетела к столу и… снова схватила настольную лампу, ох уж эта многострадальная лампа… Когда-нибудь она точно её об мою башку разобьёт или об… Пашкину. – Ты… Вообще дикая?
– Выйди отсюда, или я… башку твою бестолковую разобью этой лампой! Закричала она.
– Всё… Всё, ухожу, успокойся, больная!
– Это как посмотреть, из нас двоих больной ты!!! Убирайся!!!
Вышел, ну и дела, а я что сделал? Ленку поцеловал… Ох, вот правда больной, зачем я это сделал? Меня же в педофилии обвинят, ну Никита, ты что-то совсем голову потерял. Потеряешь с ней, вон какая красавица. Что же делать? К Диляре? Не хочу, к Тохе? Рано. Мне к Жар-птице охота, но она агрессивна, Ленка, когда же тебе шестнадцать исполнится? И уж тогда… Тогда ты от меня никуда не денешься.
От приятных мыслей оторвал меня телефонный звонок, кто там? Диляра.
– Алло, что случилось, Диляра?
– Что случилось? Соскучилась, ты почему не звонишь, не приезжаешь? Хочешь, я к тебе приеду? – Нежным голоском поинтересовалась она.
– Ко мне не надо, а я скоро подъеду, к Тохе собираешься? Ехать-то к тебе не хочется, сам не знаю почему.
– Да, собираюсь, он пообещал веселье до упаду, родители его в Париж улетели сегодня на два дня вроде, вот он и решил оторваться сам, ну и мы с ним заодно. – Засмеялась она, вот чё хохочет, дура?
Ленка вообще в этом плане сдержанная, это тоже как-то не то, разве в пятнадцать лет девчонки не смешливые? Да они только и делают, что хихикают.
В общем, к Лене я больше не заходил, немного погодя всё же поехал к Диляре.
***
– Привет, Никита! – Дилька обняла меня. – Соскучилась ужасно!
Соскучилась она, а я вот нет, если бы ты знала, какая Жар-птица у меня за стенкой спит, наверное, глаза бы ей повыцарапала. Но ты не знаешь, а я рассказывать не буду.
– Привет, Диль, как ты? Готова к праздничной оргии? – Обнял её в ответ.
Она как-то странно посмотрела на меня, внимательно и в то же время обиженно.
– А что случилось, Никита? Ты совсем не такой, как всегда, дома тёрки? С родителями?
Ты посмотри, заметила, а я думал, что скрывать умею свои чувства, но, наверное, от девчонок их скрыть невозможно.
– Можно и так сказать, а почему ты вообще об этом спросила? – Что ответит, интересно?
– Ты холоден ко мне, это что? Разве не настораживает? Понятно, что у тебя неприятности, но… Не из-за меня, у нас-то всё хорошо, так ведь? Так. Значит, с родителями ссора, да не переживай ты, я тоже со своими частенько на ножах.
– Даже так? Ну вы настоящие горцы, поэтому на ножах, я же просто на словах. – Ответил ей. – Сок принесёшь? Пить хочется.
– Конечно, дорогой, и потом «на ножах» – это просто выражение, не в буквальном смысле за ножи хватаемся, а просто непонимание у нас.
Диляра принесла свежевыжатый сок, мы с ней пили его и болтали обо всём, в основном о сегодняшней вечеринке.
***
– О, Ник с Дилькой приехали! Давайте вливайтесь, смотрите, какое веселье, кайф! – Тоха перемазан чем-то, шоколадом что ли?
– Привет, Тоха, ты в грязи купался что ли? – Заржал в ответ.
Он тоже засмеялся.
– Тонька шоколадом намазала, сказала, что я такой же сладкий. – шёпотом сообщил он.
Ничего себе, вот это любовь у них… Кошмар! Пошли к бассейну, там и правда оргия, в самом бассейне вода кипит, пузырится, ну да, прихоть Тохиного бати, бурлящий бассейн, красота, да ещё с подсветкой разноцветной, ну как тут удержаться от соблазна и не искупаться? Мы с Дилькой прыгнули в бассейн.
– О, Ник! Привет! – Пашка со своей, о, озорники, Дилька уплыла от нас, а Пашка шепнул. – Как там девчонка? Ты её ещё… нет?
– Какая девчонка? – опешил я. – А-а-а, Ленка что ли? Нормально, ей пятнадцати лет ещё нет, давай сменим тему, тебе заняться нечем? Где Катя твоя…
Пашка хитро улыбнулся и на ухо мне сказал.
– Катька? А мы с ней уже это… ну… Прямо здесь в бассейне, в общем, ты понял. – Пашка неисправим.
Ну и дела здесь творятся на виду у всех, Пашка вообще отстойный пацан, она и Катюха под стать ему.
В общем, после первого бокала, за ним второго, жизнь показалась намного краше и легче, шум и гам сделался намного тише, в общем, я перестал обращать на него внимание и снова задумался о том, что больше всего волновало. Лена… Елена, чем она там занимается? Кино смотрит, наверное, или книгу читает, начитанная моя.