Планета "Я"

Глава 1. Том Стойк.

Всё тело болит... Почему голова так кружится? И вообще, где я? Медленно открыл глаза и вздрогнул, прямо на меня глядело непонятное существо с горящими глазами. Опаньки! Белка! Точно допился, подумал про себя... А откуда такой свет? Приятный для глаз...

— Кто ты? — не открывая рта спросил меня этот гуманоид...

Странно, но и я, не открывая рта, ответил ему.

— Человек. Меня Том зовут. Я вообще где?

Он скривил рот в улыбке, она какая-то странная, неземная. Пригляделся... Вроде и телосложение как и у меня, всё так, но вот глаза... горящие. Бррр, сожжёт ещё.

— На планете «Я». — ответил он. — Ты откуда к нам попал?

Откуда попал? Из ночного клуба, где перепил или допился до чёртиков.

— С Земли. А что означает планета под названием «Я»?

Он нахмурил брови, да, светлые брови, думал усердно... Наверное.

А я тоже разглядывал этого странного господина, высокого роста, одетого в чёрный костюм, который очень шёл к его светлым волосам и горящим глазам.

— Это значит, что планета с длинным названием: «Янтарная», мы её коротко называем «Я». Так проще, идём со мной, там обо всём поговорим. — Он подал мне руку в перчатке, и перчатка чёрная, подумал я. — А то здесь врагов много, как бы тебя не того...

Чего того? Убьют, что ли? Это сон, подумал про себя, проснуться бы скорее, но подал руку этому господину. Не знаю почему, но ступали легко, как будто мы не шли, а летели, и я осмотрел себя, футболка на мне белая, то ли кровью, то ли кетчупом измазана... Вчера... Стал вспоминать вчерашний день... Вернее, ночь... Смутно... Пили и танцевали в ночном клубе с друзьями, Мир точно был, ещё кто? Вера, моя девушка, а потом что? Драка, и меня... ножом, фу чёрт, хорошо, что не до смерти... Живой, правда, на планете «Я».

— Слушай, а как тебя зовут?

Как-то надо к нему обращаться. Тут меня осенило, а я зачем Томом назвался? Том Стойк, какой я Том Стойк? Я же Толик Степанов, вот это да! Удивился сам себе, впрочем, посмотрим, что будет дальше.

— Ян зовут, Ян Янов, я король этой планеты. — Сверкнул Ян горящими глазами. Вот это влип ты, Том Стойк!

Тебе в мозги этот вшивый король залез и повернул на свою планету, поэтому ты своё имя с трудом вспомнил. Да и потом, какой ты король? Ни свиты, ни шута... Брешет как собака!

— Не брешу, правда король... А свиту увидишь во дворце, я иногда сбегаю от всех и брожу по планете один, если бы ты знал, Том, как они мне все надоели! Жена тоже.

Королева? Неужели? Надоела ему, значит, та ещё ведьма! Пила или как? Ножовка, так мой друг Мир говорит.

— Не пила... и не ножовка, а так... — неопределённо ответил на мои мысли король Ян и махнул рукой. — Ну их, этих янтарок, к чёрту.

Не понял, каких янтарок?

-— Ну, у нас так жён, дочерей называют, янтарки. — Снова прочитал он мои мысли.

Ах, вот в чём дело... Янтарки, значит, ну и чудеса... Нет... Это точно сон.

— Слушай, король-Ян, а у вас тут питейные заведения есть? А то у меня голова... как чугунная, вчера я... перебрал.

Ян снова усмехнулся.

— На «Я» всё есть, мускат «Янтарный» мой завод производит, не мускат, а мечта! Сладкий и пьяный, я иногда... лечусь им.

И снова всё это я услышал для самого себя непонятно как, телепатически, интересно, Ян знает это слово? «Телепатия»?

Он посмотрел на меня своими углями.

— Знаю, мы не дикари, мы люди образованные. Ну вот и прибыли. — Он кивнул на огромные ворота. — Добро пожаловать!

Надо же, и у нас так говорят... Посмотрел на ворота, это что же за ворота? Блестят, как золотые, инкрустированы тем же янтарём. Двери открылись сами...

— Кто же открыл двери, они разве автоматические? — Пожал я плечами.

Ян понимающе кивнул.

— Здесь всё открывается от одного моего взгляда. Ещё раз прошу: добро пожаловать в город городов.

Пригласил как дорогого гостя, а я в грязной футболке. Ну и гость!

— Мне бы помыться и переодеться, да не во что. — Запечалился даже, домой бы сейчас к маме, она бы и накормила, и чистую одежду дала. — Кстати, у вас здесь есть вода?

Он окинул взглядом мою одежду и... Я чуть не грохнулся от удивления. На мне сияющая белая футболка и такие же брюки, даже туфли белые на ногах. Подождите, ребята... А уж не на том ли я свете? Нет... Точно не на том, мне Мир говорил, что на том свете входящих апостол Пётр встречает, у него ключи от рая. Снова вопрос: это от рая, а я? В ад, выходит, попал? Откуда тогда здесь такие ворота? Ну не могут адские ворота быть такими! И чертей с трезубцами не видно...

— Не о том думаешь, и рай, и ад совершенно в других местах, а здесь... Здесь ты в безопасности, так что прошу в мой дворец, нас сейчас накормят, напоят, вода у нас есть, как и везде, спать уложат и колыбельную споют.

Даже так? Том Стойк, ты слышал? Спать уложат... Да я и так сплю, мне кажется, что сплю, а как иначе? Разве это не сон?

Ладно, жив пока, и то хорошо. Город городов встретил нас ликованием и поклонами жителей до земли или до... В общем, я запутался, не знаю, как назвать, но кланялись низко, это они кланялись королю Яну, а не мне. Странно, но здесь такие же дома, как у нас, деревья плодовые... Или что это? Вот свисает груша, только размером больше в два раза... Интересно, сладкая?

— Сладкая... — ответил кто-то из толпы. Ну надо же, все мои мысли читают! Вы, янтарные жители, с ума посходили?

— Нет. — Кто-то снова ответил на мои мысли. — Сумасшедшие у нас в другом месте, шизоидные в отдельных домах обитают, и оттуда нет дороги в город городов. Здесь избранные живут.

Ничего себе! Всё как у нас...

Жители здесь интересные, мужчины, или как их там, янтари, все с горящими глазами, а янтарки нет, обыкновенные человеческие глаза имеют, дети тоже. Все с удивлением рассматривали меня, а я их, молоденькие янтарки улыбались, когда я смотрел на них, глаза у меня от природы голубые, им, наверное, поэтому интересно было. А если нет? А если у меня такие же горящие глаза, как у Яна? Вот влип!

— Нет, глаза у тебя такие же, как и были, земные, ты же пришелец, не нашей планеты житель, так что всё останется на тебе таким же. — Снова непонятно скривился он.

Возле дворца Яна я остановился как вкопанный. Вот это да! Это тебе не московский кремль и не царская резиденция на земле, здесь похлеще всяких сказок. Таких дворцов и во сне не увидишь, его невозможно описать, весь блестит, сочетание цветов: красного, белого и золотистого, так радует глаз, так искусно подобраны эти цвета, крыша дворца переливается то ли бриллиантами, то ли... непонятно чем, что за камни? Вроде даже не только янтарь, а просматриваются изумруды, сапфиры... Да как же так? Воров у вас что ли нет? У нас давно бы и крышу разобрали.

— Есть и воры, и... убийцы, но мы их, если попадутся, выгоняем из города, а там они попадают в лапы вульфам и... В общем, погибают наши воришки. — Кивнул Ян головой. — Ну что? Насладился зрелищем? Пойдём внутрь.

Да какое там насладился? Я ещё окна не описал и ставни непонятно из какого материала сделаны, резные, таких затейливых узоров я ещё не видал. Окна витражные разноцветные, ну не дворец, а чудо! Балконы белые, то ли мраморные, то ли ещё какие... Теперь сад, всякие фруктовые деревья, а цветы, таких, наверное, не найдёшь нигде. Рай?

— Я же тебе говорил, те империи в другом месте. — Прочитал мои мысли Ян. — Пойдём, налюбуешься ещё, я проголодался.

Вошли внутрь, и здесь всё по высшему разряду, как бы у нас сказали: шик и блеск! Ян привёл меня в комнату, и я ахнул, так вот она где, наша янтарная комната! А на занятиях говорили, что её немцы увезли... Враньё, она на Янтарной планете!

— Да нет! Ты имеешь в виду Янтарную комнату из Царского села? Читал я про неё, нет, у нас и дворец Янтарный называется, и комнаты все янтарные. — Тут он посмотрел куда-то и крикнул, не открывая рта: — Виржиния!

Я чуть не оглох. В комнату вошла девушка, вернее, не вошла, а вплыла, красивая, но... Где-то я её уже видел... Кто она Яну? Жена? Вся в чёрном... Почему?

— Это моя дочь, она сейчас всё организует.

Действительно, вскоре на столе появились тарелки и тарелочки, вилки и ножи, ложки и ложечки чайные, и всё это янтарное, а вот колбаска и сыр настоящие. Вино, вернее, мускат в бутылке играл всеми цветами, нам налили бокалы.

— Ну, Том, выпьем, закусим, о делах поговорим, сейчас и горячее принесут.

Мускат оказался таким вкусным, ребята, я такого пока не пил... Это что-то. Голова сразу на место встала.

— Ян, а почему ты и Виржиния в чёрном, а остальные все в разноцветных одеждах?

Он закусил каким-то фруктом.

— Все члены моей семьи ходят в чёрном, остальные одеваются как хотят, и ещё все янтари носят имена, которые начинаются на букву «Я», а у янтарок, наоборот, имя заканчивается на букву «Я». Ая, Бая, Гая, янтари те... Якан, Яван и так далее...

Понятно всё с вами, как первобытные яки... и якушки, а по индустрии, видно, обошли нас.

— Обошли. — Подтвердил он.

Читает мои мысли гуманоид огнеглазый.

— Янтарь, и не гуманоид — поправил он меня. — Между прочим, я был однажды на Земле, она тёмная, а местами чёрная, но у вас вкусный хлеб... Россия... Там был. Село Ясное, ел хлеб, молоко и картошку.

— Когда был?

— Лет пятьсот назад...

— Ничего себе, а вы что здесь? Бессмертные?

***

Ответа я не услышал, перед глазами всё потемнело, и кто-то закричал:

— Доктора! У пациента сердце остановилось!

Топот ног, голос тревожный: «Разряд», что-то больно ударило в грудь, и я открыл глаза. О, Ян, мы с ним за столом... А что же это было? Сон? Ничего себе. Да что же я никак не проснусь?

***

— Том... Том... Ты что? Отключился?

— Сам не пойму, ерунда какая-то... Ну так вы бессмертные?

— Нет, конечно, но живём долго, кто два, кто три тысячелетия, я уже второе живу, к вам совсем молодым летал.

Ничего себе молодым, подумал я. Мы-то всего ничего живём, пятьсот лет для нас недосягаемо.

— Что поделаешь... На каждой планете свои сроки жизни. Давай ешь, суп принесли и макароны, а то вы, человеки, квёлый народ, с голоду умереть можете, слышал это.

Всё как у нас... Щи, макароны, только вкус совсем другой, не наш, не земной, ел, а сам думал о Виржинии, красивая янтарка заинтересовала меня.

— О чём думаешь? Прочитать не могу, а... О любви, наверное, это тёмная сторона, тут мы бессильны, что касается любви, закрытая тема.

Хоть это хорошо, а то о чём ни подумаешь, всё королю известно.

— Скажи, Ян, а та, о ком я думаю, сможет мои мысли просчитать?

— О да, она всё может, сразу прочтёт и ответит или взаимностью, или... отказом, это её воля, мы янтарок не неволим. Они сами любят, кого хотят.

Так, так, так, значит, Виржиния услышала меня... Ну что же, секс — то, чего мне сейчас не хватает. В эту минуту я взглянул на Яна, лицо его сделалось странным... Ах ты, король, всё ты прочитал, и о любви, и о сексе, а меня вздумал за нос водить?

Догадался? Всегда знал, что земляне умные, ну что же, Виржиния так Виржиния, она не заянтаренная, как там по-вашему? Не замужняя.

Самое то. В комнату вошла янтарка, одета в чёрное, по возрасту я не определил, кто такая, но понял, что родственница Яна, по цвету одежды догадался.

— Ян... У тебя гости? — чопорно спросила она.

— Да, мама, знакомься, это Том, он с планеты Земля.

— О, доброго здоровья, меня зовут Кая...

Кая, как-то неудобно без отчества, вроде янтарка солидная.

— Кая Яловна. — прочитала она мои мысли и обратилась к сыну. — Ян, у нас проблема, с севера напали на город вульфы, их так много, отец с войском вышел против них, боюсь, не справится.

Ян задумался.

— Мам, скажи Яму пусть готовит подкрепление, я сейчас гостя спать положу и выступим на подмогу.

— Хорошо, сын. До свидания, Том, до свидания, Ян.

Кая Яловна удалилась так же достойно, как и вошла.

— Ян, а можно я с тобой?

— Со мной?

Он снова задумчиво нахмурил брови.

— А ты знаешь, какие у нас вульфы? Они очень страшные, не испугаешься?

-— Страшные? Ну и пусть, скажи, а у вас маленькая армия? Почему отец короля сражается? Потом я таких монстров в кино видел... Пострашнее ваших вульфов.

— Армия большая, но война со всех сторон, поэтому почти все сражаются, кто с вульфами, кто с юмами. Ну, если и пострашнее видел, то, пожалуй, возьму с собой.

— Юмами? Кто такие юмы?

— Это большие змеи по-вашему, но они больше на ящеров похожи, только злые до ужаса и ядовитые, впрочем, вульфы такие же. Ну, если хочешь, пойдём, дам тебе одежду, через неё ни один вульф не достанет до тела.

Ну вот Том, ты и на войну попал!

Глава 2. Том Стойк на войне.

Одел доспехи янтарные, это говорю образно, они обыкновенные, цвет только не хаки, как у нас, а жёлто-красный, под цвет янтаря, каску такого же цвета.

— Старайся бить вульфов промеж глаз, они тогда ориентир теряют, и с ними легко справиться. Тогда вот этим мечом прямо в сердце, имей в виду, бой — дело серьёзное.

Странно, но у меня такое ощущение, что я в кино 3D, не иначе, ну сам себе не верю, ну какая планета «Я»? Смешно, по меньшей мере, какие вульфы? Какие юмы? Пшик, ерунда, и всё ненастоящее.

И вульфы ваши ненастоящие, так что сражаться с ними я готов, хотя сам ранен, впрочем, ранен я на земле, а здесь здоров. Готов к труду и обороне.

***

Ох ты, сколько бойцов! И все как один! Ян издал воинственный клич, и все двинулись на каких-то непонятных то ли квадрациклах, то ли ещё на чём-то, в общем, техника Янтарной планеты мне непонятна пока. Мы летели к месту битвы, поднимая янтарную пыль до янтарных небес! Вот это да! Что это за звери? На волков наших похожи, только шерсть дыбом на холке, впрочем, они же нападают, глаза сверкают, как у янтарей... Один оскалил клыки, уставившись в меня, прикладом оружия, которое мне дали, между глаз так его одел, что глаза у него свелись в кучу, и штыком проткнул вульфа.

И пошло, бил их налево и направо, разозлился!

— Ах ты б..., да я тебя уе..., пошёл в п.... — Матерился так, что сам от себя не ожидал, хуже всякого конюха. Орал во всё горло, что вспомнил.

В бою оно, наверное, так... Когда остатки вульфов уносили лапы, посмотрел на Яна, он весь в крови, как мясник добивал матёрого вульфа...

— Всё! Бегут! — Он вытер со лба кровь. — Твари!

— Ты ранен? — спросил его.

Ян отрицательно покачал головой.

— Это кровь вульфов, ты, кстати, и сам в крови...

Он устало втянул воздух носом...

— Далеко убежали недобитки... — Он покрутил головой и крикнул, не открывая рта. — Отец! Ты цел?!

Странно, откуда-то донеслось: «Цел!»

Только тут я почувствовал, что устал, эх, закурить бы сейчас! Но, видно, здесь табака нет, и у меня собой не было, плохо, он бы сейчас очень пригодился.

— Есть и табак у нас. Яр! Раскуривай трубку. — крикнул он кому-то.

К нам подъехал воин по имени Яр, поклонился королю, удивлённо посмотрел на меня, но ни о чём не спросил, достал трубку, набил в неё... Табак? Не знаю. Раскурил и подал королю. Ян затянулся и передал трубку мне. Тут я задумался, курить или нет? А вдруг там конопля или анаша?

— Табак обыкновенный, отличного качества, никакой анаши нет. — Успокоил меня Ян.

Ну что же, пришлось затянуться, ох ты, забористый какой! На Земле такого не пробовал, один запах чего стоил... Аромат. Передал трубку другому воину.

— Ян, а те, что с юмами воюют? Им помощь не нужна? Может, мы туда?

— Нет, с юмами только элитные войска воюют, что-то вроде вашего спецназа, десанта, что ли ещё, они владеют навыками защиты от юмов, нам туда нельзя.

Всё как у нас... Ну и планета-двойник, не совсем правда, но много общего.

— Да, это правда, — подтвердил Ян. — Много общего, за исключением мелких деталей, мы тоже верим в бога и знаем много тайн. Вот ты скажи, за что он изгнал Адама и Еву из рая?

Ну это у нас каждый первоклассник знает.

— За что... За непослушание, за нарушение запрета. Они ели плоды с дерева, с которого бог запретил есть.

Он кивнул головой.

— Они совершили грехопадение, а если бы послушались, то бог сам бы объяснил им, как правильно вести интимную жизнь, но если они самовольно это совершили, то... Конечно, поняли, но не до конца, отсюда божье наказание, болезни, вытекающие из-за неправильной интимной жизни.

— У вас тоже такая же песня?

— Тоже... Ведь и мы божьи создания.

О той интимной жизни спорить можно всю жизнь, и до правильного ответа не доспоришься, сейчас отдохнуть бы... Помыться и поесть.

— Яр... Как у вас с питанием? — Ян посмотрел на воина.

— Нормально...

— Значит так. Ты с войском на границе остаёшься, остальные по домам есть, пить, отдыхать и не расслабляться, к утру они снова могут напасть. Много погибло народа.

— Двое ранены, остальные живы.

— Отлично. В город! — скомандовал Ян. — Том, садись.

Мы помчались в город, нас снова встречали радужными флагами, криками восторга.

Ян кивал жителям города, они ему, в основном янтарки с маленькими янтарятами, встречали мужей и отцов с войны.

***

После душа и обильного ужина мы разговорились.

— Том, а что за слова ты кричал в бою? Я ничего не понял. — Ян с интересом ждал моего ответа.

— Какие слова не понял? А-а-а, ты имеешь в виду мат? У нас так, если что-то не получается или разозлимся, то материмся. Только после этого и победа приходит, мы матом себя злим. Понимаешь? Ну, чтобы сильнее быть.

— Научишь? Иногда подчинённые слов хороших не понимают, так я им матом объясню.

— Без вопросов. Только при янтарках так выражаться неприлично, при янтарях не стесняйся. И вообще, русский мат — вещь хорошая, он у нас в крови, так говорят.

***

Тут снова началась какая-то чертовщина, кто-то кричал: «Доктора! Мы теряем его!» Женский плач, топот ног...

***

— Том... Том, ты спишь?

Открыл глаза, Ян тревожно на меня смотрит, фу ты, я снова завис?

— А что со мной?

— Глаза закатил, бормотал что-то невнятное, как будто без сознания был.

--- Да, и мне что-то такое показалось, ну и устал с этими вульфами, звери на наших волков похожие, только чёрные, крупные и огнеглазые. Какие странные вульфы на вашей планете.

— Они с планеты Агат, она недалеко отсюда, два месяца полёта, это был десант, их высадили у нас, и эти твари прижились.

— Агат? Это что, чёрная планета, как наша?

— Не совсем, но чем-то похожа. — ответил Ян.

--- Никогда не слышал, знаю только: Юпитер, Марс, Венера, Меркурий.

--- Да. И эти тоже, но там нет жизни, они так... для созерцания, а наши планеты для жизни, пока ещё. Галактика большая, планет уйма, так что ещё узнаешь.

--- Когда? Это вы по две тысячи лет живёте, а нам земным... не успеть. Где спальня, с ног валюсь.

Сказал, а сам о Виржинии все мысли, мне сейчас она срочно нужна, расслабиться после битвы, стресс снять. Ян, естественно, прочитал мои мысли и погрозил пальцем.

— Безобразник! Только о Виржинии забудь, у неё жених есть.

— Подумаешь, жених! Да у меня сто невест было! Ерунда! Чем я плох?

Ян покачал головой.

--- Они с детства повенчаны... Забудь.

Посмотрим, король, кто больше нравится Виржинии, жених её (как звать, не знаю) или я, Том Стойк!

--- Он, он, Явас, Виржиния его любит. Да... Не забывай о мате, завтра научишь азам, а дальше я сам научусь. Всё. Вот твоя комната, видишь надпись?

--- Вижу.

Ты посмотри, на двери табличка и моё фото. Как на надгробии, я что, умер? Чёрти что!

***

Комната большая, красивая... Кровать огромная, мягкая... А как одному спать? Где королевская дочка?

Пройтись надо по замку или дворцу, посмотреть, где фото Виржинии. О... Не так уж далеко, постучать, что ли? Или просто вломиться? А вдруг она с Явасом и они занимаются тем, что на земле сексом зовут? Неудобно получится... Лучше постучать. Тук-тук-тук.

— Входите, открыто, это ты, Яв?

--- Нет. Это я, Том. Удивлена?

Подошёл к ней, она и правда удивлена. Но чему? Её глаза говорят, что я ей интересен, она мне тоже.

--- Зачем ты пришёл? Я жениха жду.

-- Я чем хуже? Чем не жених? А?

Обнял, она не сопротивлялась, интересные духи, лекарствами почему-то пахнут.

***

И... Снова голоса: «Сердце в норме... Пульс?», чей-то голос: «Шестьдесят семь».

***

— Том... Том... Ты почему упал? — Голос Виржинии.

А я и правда на полу лежу.

— Не знаю, устал, наверное, я же на войне был.

— Идём, ляг на постель...

О, как же ты хороша девочка! Даже в постель позвала, хорошо, что постельное бельё не чёрное, а светло-жёлтое, с белыми разводами. Проще говоря, разбелённое.

— Ложись со мной, Виржиния.

Позвал её, она взглянула на меня и отрицательно покачала головой.

— Нельзя, если жених узнает, то убьёт тебя.

Интересно, а сейчас я разве жив? Мне кажется, я давно мёртв, как в трёхмерном кино ощущаю себя, так меня здесь ещё какие-то женихи убивать начнут? У меня сколько жизней? Девять? Я только на втором уровне?

Никто меня не убьёт, меня убить невозможно. Иди сюда, я ведь тебе нравлюсь? Ты мне тоже...

Она согласилась, и началось! Вот это секс! Нет, я с этой планеты никуда! Здесь останусь, такого космического секса на Земле у меня ни разу не было... Вот это янтарки, какие страстные! Без комплексов и без... стыда.

— У вас все такие?

Спросил её после страстных кувырков.

— Не знаю... А у вас все янтари такие?

Засмеялся...

— Какие янтари? У нас мужики и... Вернее, мужчины и женщины, а что ты имеешь в виду, когда спрашиваешь: «Такие?»

— Такие уставшие в бою, и... На это дело сил хватило, у нас не так, у нас янтари неделю после боя отдыхают, воздерживаются от секса, сил набираются.

Чепуха какая, квёлые у вас самцы то... подумал я.

--- Не позавидуешь янтаркам... полетим со мной на землю, а? Посмотришь Россию...

--- Что? На Землю? А что такое Земля?

--- Планета, где всё просто и ясно, где есть зима, весна, лето и осень, у нас только осенью всё янтарное. Листья, красные и жёлтые, трава, кисти рябины, красота...

--- трава? И у нас есть трава... Но она всё время жёлтая, а какая он ещё бывает?

--- Хммм, зелёная, по ней цветы и колокольчики и ромашки. Знаешь, я соскучился по ней.

Виржиния задумалась.

— Интересная планета, а на чём у вас летают?

— Летают? На самолётах, вертолётах...

Она приподнялась на постели.

— У каждого они есть?

— Что? Нет, конечно, есть компания «Аэрофлот», самолёты примерно на сто шестьдесят человек, вот эти люди покупают в кассе билеты на самолёт и летят куда надо.

— В одном самолёте? В разные стороны?

Ну и трудно с тобой!

— Виржиния... Мы покупаем билет на самолёт в одну сторону, все сто шестьдесят человек, а в другую сторону другой самолёт летит, и другие люди покупают билеты туда.

Как этой янтарке объяснить, что такое перелёты на земле, я не знаю.

— А у нас у каждого свой аппарат летательный, правда, свои линии у каждого и определённое время для полётов, только когда наши в бой идут, то они хозяева неба, это на юмов когда идут.

В следующую секунду она прислушалась и насторожилась.

— Я... Он решил прийти, тебе пора, Том... Пожалуйста, уходи, иначе скандала не избежать.

Ох уж эти бабы! Что на Земле, что на «Я», одно слово — стервы! Уходи! А куда? В окно прыгать? Вот так нравы... Впрочем, и у нас блудливые похождения заканчиваются прыжками из окна.