Сказание о Раме

Рождение

Дорогие друзья! Вы наверняка знаете о празднике Виджая Дашами. Его иногда называют Рамлилой. На этом празднике вы могли видеть людей в масках обезьян и медведей, сделанных из глины или латуни. Должно быть, видели Раму, Лакшмана и Ситу, сидящих на троне, а чуть поодаль – большое чучело, сделанное из бумаги и бамбука. У него десять голов и двадцать рук. Это – ракшас Равана. Несколько тысяч лет тому назад царь Рамачандра отправился на Ланку и победил ракшаса. В память об этом событии ежегодно отмечается праздник Виджая Дашами и сжигается чучело Раваны. Сегодня я расскажу вам о жизни царя Рамачандры.

Среди притоков Ганги, впадающих в неё с севера, есть река Сараю. На её берегу расположился знаменитый город Айодхья, священный для индуистов. Сегодня это небольшое местечко, но в далёком прошлом это был один из величайших городов Индии – столица славных царей солнечной династии, к которой принадлежали щедрый Харишчандра, защитник бедных Рагху, отважный Бхагиратха и другие достойные правители. К этой династии принадлежал и царь Дашара́тха. А Рамачандра был его сыном.

В те времена Айодхья была центром науки и искусства. Отовсюду сюда съезжались купцы, чтобы приобрести и продать свои товары. Широкие улицы города регулярно опрыскивались водой, а по обеим сторонам высились роскошные дворцы. По улицам то и дело сновали многочисленные всадники.

В городе работали суды, школы, лечебницы, а также театры, где горожане смотрели пьесы. Это свидетельствует о том, что уже в древности в Индии существовала театральная культура. Здесь же находились просторные сады, куда мог войти любой человек и сорвать понравившийся ему фрукт.

Для защиты города были возведены прочные ограждения, а в центре возвышалась крепость, на башнях которой были установлены орудия. С четырёх сторон крепость окружал глубокий и всегда наполненный водой ров.

Жители Айодхьи очень ценили образование, поэтому здесь практически невозможно было встретить неграмотного человека. Люди в этом городе славились гостеприимством, честностью, миролюбием, просвещённостью, праведностью и чистотой сердца. Не было в судах Айодхьи неправды и обмана.

В каждом доме держали коров, поэтому топлёного масла и молока было вдоволь. Поля давали столько урожая, что люди никогда не голодали. Крестьяне жили счастливо. Что касается налогов, то они были совсем небольшие. О грабежах и воровстве даже не слыхивал никто. Не знали жители Айодхьи и о таких болезнях, как чума или холера. И всё это благодаря царю Дашаратхе.

Однажды Дашаратха решил поохотиться. Сев на коня, он отправился в путь и вскоре оказался на берегу реки, которая скрывалась меж лесных зарослей. Там в лесу жил слепой мудрец по имени Андха́к. Его жена тоже была незрячей. И именно тогда, когда Дашаратха прислушивался к различным звукам, юный сын слепых родителей по имени Шраван спускался к реке за водой.

Услышав плеск воды, царь подумал, что это слон, и тотчас же выпустил стрелу, которая попала прямо в грудь юноши. Вскрикнув, Шраван упал на землю. В смятении царь поспешил к тому месту, откуда донёсся крик, и увидел лежащего на земле молодого человека. И тут царь понял, какую страшную ошибку совершил. Его терзали муки раскаяния. Видя искреннее сожаление и неподдельное горе незнакомца, юноша проговорил: «Что тут поделаешь? Видно, судьба у меня такая. Мои родители слепые. Они живут неподалёку, вон в той хижине. Отнеси меня туда». Сказав это, юноша скончался.

Взвалив на плечи мёртвое тело Шравана, царь принёс его к хижине и сообщил слепым родителям печальное известие. Старики горько заплакали, услышав о гибели любимого сына, своей единственной опоры. А когда иссякли слёзы, пришёл гнев. Безутешные родители стали осыпать царя проклятиями и пожелали ему пережить то же, что и они, – однажды Дашаратха также умрёт от тоски по своему ребёнку. Сказав это, супруги умерли. А царь, обливаясь горючими слезами, отправился домой.

Долго не было у Дашаратхи детей, хотя женат он был трижды. Старшую царицу звали Кауша́лья, среднюю – Суми́тра, а младшую – Кайке́и. Все три женщины чувствовали себя несчастными из-за того, что не могли стать матерями. Печалился и царь, для которого проклятие убитых горем родителей Шравана оборачивалось благом: они сказали, что Дашаратха умрёт от тоски по своему ребёнку, а это значит, что он когда-нибудь станет отцом и что рано или поздно родится наследник престола. «Даже если мне придётся умереть, оплакивая своего сына, я, по крайней мере, увижу его лицо», – подумал царь и почувствовал большое облегчение от этой мысли.

Через несколько дней Дашаратха по совету своего наставника Васи́штхи совершил жертвоприношение. Отовсюду прибыло множество мудрецов и святых людей, которые благословили царя. А вскоре все три царицы забеременели и в положенный срок родили четырёх сыновей: Каушалья родила Раму, Сумитра – близнецов Лакшма́на и Шатру́гхну, а младшая Кайкеи – Бха́рату. Всё царство радовалось счастливому событию, отовсюду слышались благостные песнопения. По такому случаю царь раздал огромное количество золота и серебра. Наконец-то его заветное желание исполнилось в самом лучшем виде – вместо одного сына родилось аж четыре! Дворец снова наполнился жизнью, и у всех его обитателей снова засияли глаза.

Шло время, царевичи росли. Когда мальчики немного повзрослели, Васиштха занялся их обучением. Мальчики были смышлёные и очень быстро освоили веды и шастры. Кроме того, они в совершенстве овладели боевыми искусствами – в стрельбе из лука, в метании копья, в рукопашном бою, да и в прочих искусствах им не было равных. Однако им даже в голову не приходило хвастаться этим. Царевичи почтительно относились к старшим, не обижали младших и очень любили друг друга – каждый из них готов был жизнь отдать за своих братьев. Особенно близки были Лакшман и Рама, Шатругхна и Бхарата. Все четверо мальчиков росли красивыми, здоровыми, крепкими. При встрече с ними люди благословляли их и говорили, что царевичи обязательно прославят свой род. Царь Дашаратха был бесконечно счастлив.

Поражение Тараки и Маричи

Однажды царь Дашаратха собрал совет, чтобы обсудить со своими министрами важные вопросы, как вдруг в зал вошёл великий отшельник и мудрец Вишвами́тра. Будучи кшатрием по рождению, он собственными усилиями достиг положения брахмана. Другие мудрецы из уважения склоняли перед ним свои головы.

Однако, несмотря на великую мудрость, Вишвамитра из-за любого пустяка впадал в ярость и осыпал проклятиями каждого, кто попадал ему под горячую руку. Даже цари побаивались этого отшельника, остерегаясь его проклятий. К тому же он отлично владел боевыми искусствами.

Когда мудрец вошёл в зал, царь Дашаратха встал со своего трона и почтительно сложил в приветствии ладони. Усадив дорогого гостя подле себя на троне, царь обратился к нему со следующими словами:

– Сегодня в это скромное жилище ступили священные стопы такого великого мудреца, чему я безмерно рад. Скажи мне, чем я могу служить тебе? Сделаю всё, что в моих силах.

Благословив царя, Вишвамитра сказал:

– Мы, отшельники, обращаемся к царям только в том случае, если на нас обрушивается несчастье или когда нас кто-то притесняет. Сегодня, когда я совершал жертвоприношение, появились ракшасы и принялись его осквернять. Они измазывали кровью алтарь и бросали в него кости. Особенно безобразничали Мари́ча и Суба́ху. Все самые скверные неприятности из-за них. Конечно, благо даря аскезе у меня есть сила, чтобы проклясть их и сжечь дотла всю их шайку. Однако в состоянии гнева я не смогу совершать жертвоприношения. Поэтому я и пришёл к тебе за помощью. Отпусти со мной царевича Рамачандру вместе с Лакшманом. Пусть они защитят от ракшасов мой алтарь. И тогда через десять дней я смогу завершить начатое жертвоприношение. Вся моя надежда на них, больше никто не сможет мне помочь.

Царь Дашаратха оказался в затруднительном положении. Он ни на одно мгновение не хотел расставаться с Рамой – со своим любимцем. Кроме того, он опасался, что мальчики ещё не достаточно опытны, чтобы мериться силой с ракшасами.

– О святой мудрец, твоё слово – закон для меня, – начал свою речь Дашаратха дрожащим от волнения голосом. – Но мне страшно отправлять против ракшасов моих мальчиков. Они ещё не были на поле боя и не участвовали в настоящем сражении, у них нет боевого опыта. Лучше я сам займусь охраной твоего алтаря, приду к тебе вместе со своим войском. Не принуждай меня отправлять сыновей.

Улыбнувшись, Вишвамитра сказал:

– О великий царь, ты ещё не знаешь своих сыновей. Они сильны и отважны, словно тигры. Я полностью уверен в них. Они обязательно справятся с ракшасами. Будь спокоен – ни одна волосинка не упадёт с их голов!

Царь Дашаратха хотел ещё что-то возразить, но Васиштха уговорил его дать согласие. Тогда мудрец Вишвамитра подозвал к себе обоих царевичей и велел им собираться в дорогу. Рамачандра и Лакшман, узнав о возложенной на них миссии, обрадовались – им впервые представился случай продемонстрировать своё мужество. Облачившись в доспехи и взяв оружие, мальчики отправились к своим матерям, чтобы получить их благословение. Затем они прикоснулись к ногам своего царственного отца и, довольные, вышли с Вишвамитрой из дворца.

В пути мудрец поведал братьям особую мантру, благодаря которой очень долго не наступала усталость и сохранялись силы. Он также научил их пользоваться чудесным оружием, против которого не мог устоять ни один враг.

Через несколько дней путники, переправившись через Гангу, подошли к лесу. Вишвамитра сказал:

– Сыновья, в этом лесу обосновалась демоница по имени Та́рака. Она нападает на прохожих, проходящих по этой дороге, и съедает их. Раньше здесь стоял прекрасный город, но Тарака погубила всех его обитателей. Теперь на этом месте лишь непроходимые джунгли. И ни один человек не забредает сюда – даже по ошибке. Наверняка она уже услышала наши шаги и с минуты на минуту появится здесь. Будьте готовы в любой момент сразиться с ней.

Едва Вишвамитра произнёс эти слова, как в воздухе раздался оглушительный шум, и перед тремя путниками с разинутой пастью предстала Тарака. Её вид был настолько устрашающим, а тело таким огромным, что кто-то другой, не столь смелый, умер бы от страха на месте.

Тарака громко ревела и швыряла в путников камни. Вишвамитра подал Рамачандре знак выпускать стрелу, но тот на какой-то миг засомневался: как-никак перед ним была женщина, хоть и демоница. Тем не менее Рама не мог ослушаться приказа Вишвамитры и выпустил стрелу с такой силой, что она вонзилась в грудь демоницы и прошла насквозь. Громко вскрикнув, Тарака упала наземь и в тот же миг умерла.

Путники двинулись дальше и через несколько дней пришли в ашрам Вишвамитры, где среди джунглей жили мудрецы. Здесь, не ведая страха, прохаживались тигры, антилопы-нильгау, олени. На этой святой земле, населённой мудрецами и отшельниками, не стреляли в животных и птиц охотники.

На следующий день Вишвамитра приступил к совершению жертвоприношения. Оба царевича, вооружённые мечами, а также луком и стрелами, стояли на страже, охраняя ашрам. Они не смыкали глаз ни днём, ни ночью, и у них во рту не было даже маковой росинки.

Прошло пять дней и – всё тихо, никаких происшествий. Однако на шестой день юные воины увидели, как во главе с Маричей и Субаху на ашрам надвигаются полчища ракшасов. Они направлялись прямо к алтарю, чтобы осквернить его и в очередной раз сорвать жертвоприношение. Оба брата приготовились к бою. Как только Марича подошёл поближе, Рамачандра с такой силой пустил в него стрелу, что тот отлетел назад и упал на землю. Сразу же вслед за Маричей с помощью огненной стрелы был обезврежен Субаху. После этого братья занялись остальными демонами – они долго преследовали убегавших ракшасов, пока войско противника заметно не поредело.

Далее жертвоприношение прошло успешно, без каких-либо происшествий. Вишвамитра остался доволен братьями – их храбростью и умением сражаться – и похвалил их.

Свадьба

Рама и Лакшман ещё находились в ашраме Вишвамитры, когда от царя Джана́ки из Митхилы́ пришло приглашение принять участие в сваямва́ре его дочери Ситы. Согласно древнему обычаю, отец девушки устраивал праздник, на который отовсюду съезжались молодые люди, претендующие на роль будущего мужа царевны. Из их числа девушка должна была выбрать себе спутника жизни.

В те далёкие времена свадьбы часто устраивались согласно обычаю сваямвары, где юноши демонстрировали свои мужество и владение боевыми искусствами. Если юноша проходил испытание, девушка надевала ему на шею цветочную гирлянду – гирлянду победы – и объявляла его своим мужем.

Вишвамитра от всей души желал, чтобы Сита стала женой Рамы. Он был уверен, что Рама пройдёт испытание и станет победителем. Поэтому, получив приглашение, он тотчас же отправился в Митхилу вместе с Рамой и Лакшманом. Митхила находилась недалеко, только вот времени, чтобы поехать в Айодхью и получить у царя Дашаратхи разрешение на участие сыновей в сваямваре, не было. Поэтому Вишвамитра отправился прямиком в Митхилу (древняя Митхила располагалась на том самом месте, где сейчас находится штат Бихар).

Митхильский царь Джанака был известен своей мудростью и учёностью, даже великие мудрецы приходили к нему за знаниями. Однажды в Митхиле случился страшный голод. Тогда мудрецы посоветовались между собой и решили, что в данной ситуации может помочь лишь жертва: чтобы спасти людей от голода, сам царь Джанака должен был встать за плуг. Поскольку за свой народ Джанака готов был отдать собственную жизнь, то он сразу же согласился с решением мудрецов.

Взяв плуг и волов, царь вышел в поле. Когда он начал пахать землю, он заметил на земле луноликую малышку. У царя не было детей, поэтому он взял ребёнка на руки и отнёс домой. И поскольку девочка была найдена в борозде, ей дали соответствующее имя – Сита, что означает «борозда».

С большой любовью и нежностью растил царь свою дочь. Лучшие мудрецы занимались её обучением и воспитанием. Вот для этой Ситы Джанака и устраивал сваямвару.

Рама, Лакшман и Вишвамитра переправились через реку Сону, реку Гангу и через множество других рек и на четвёртый день добрались до Митхилы. Горожане были очарованы внешностью царевичей – их красотой и прекрасным телосложением. Все как один говорили, что если кто и достоин стать мужем Ситы, то кто-то из этих двоих. Особенно Рама – он так же прекрасен, как и Сита. Но пока неизвестно, сможет ли он поднять лук Шивы.

Узнав, что прибыл Вишвамитра, царь Джанака вышел к нему навстречу и поприветствовал прибывших со всеми почестями. А когда ему сообщили, что двое юношей, пришедших с мудрецом, – сыновья самого Дашаратхи, то у Джанаки возникло затаённое желание, чтобы Сита вышла замуж за Раму. Но всё должна была решить сваямвара.

Вишвамитра спросил у Джанаки:

– О великий царь, какое задание будет на сваямваре?

Джанака ответил:

– Не знаю, что и сказать, великий мудрец. Сотни лет тому назад одному из моих предков Шива подарил свой лук, который до сих пор находится в моем дворце. Однажды я попросил Ситу навести порядок в алтарной комнате – именно там лежит тот древний лук. Многие сотни лет никто не мог его поднять. Когда Сита вошла в комнату, она увидела, что там накопилось много мусора. Чтобы навести порядок, она взяла лук и спокойно переложила его в сторону, а потом опять вернула на место. Во время пуджи я заметил, что лук кто-то переставлял, и очень удивился. Когда я узнал, что это была Сита, я решил: моя дочь выйдет замуж за того, кто сумеет натянуть тетиву этого лука и сломать его. Вот теперь посмотрим, что при готовила судьба для моей девочки.

На следующий день начались приготовления к сваямваре. На площади соорудили огромный павильон, и сейчас туда входили молодые люди, пожелавшие испробовать свою силу. Все они прибыли из самых разных уголков страны. Собралось здесь и огромное количество горожан – мужчин и женщин. Довольно многочисленная группа людей вносила в зал лук Шивы. Когда все заняли свои места, царь Джанака встал и обратился к присутствующим:

– Герои Бхаратаварши! Вот перед вами лежит лук Шивы. Кто его сломает, тот получит от Ситы гирлянду победы и станет её мужем.

Услышав это, смельчаки и храбрецы стали подходить к луку, чтобы продемонстрировать свою силу и испытать удачу. Каждый из них в мечтах уже видел Ситу своей женой. Они подходили к луку важно и горделиво, а возвращались на место пристыжённые, с опущенной вниз головой, потому что ни одному из присутствующих здесь храбрецов не удалось даже сдвинуть лук с места, не говоря уже о том, чтобы поднять его и сломать.

Видя всё это, царь Джанака не на шутку встревожился. Он поднялся с трона и с печалью в голосе проговорил:

– Наверное, на этой героической земле нет больше героев – никто так и не смог сломать лук. Судя по всему, это невыполнимая задача. Если сваямвара не состоится, то Сита так и останется незамужней. Ну что ж, вероятно, такова её судьба. И здесь я ничего не могу поделать. Зачем вы вообще сюда приходили, если нет у вас ни истинного стремления к победе, ни настоящей силы?

Лакшман был юноша вспыльчивый. Ему было невыносимо слышать укоры Джанаки. Он встал с места и с возмущением сказал:

– О великий царь, не говорите так! Не перевелись ещё герои на этой земле, ибо не перевёлся род Рагху! И я не хвастаюсь, так оно и есть на самом деле. Если только старший брат позволит, я вмиг сломаю этот лук. А если прикажет, я сломаю его одной рукой. Не верите?

Услышав страстные речи Лакшмана, присутствующие удивились. Рамачандра хорошо знал вспыльчивый характер младшего брата. Он взял его за руку и проговорил:

– Брат, сейчас не время для таких речей. Тем более что здесь находятся старшие.

Лакшман почувствовал неловкость и сел, а Вишвамитра обратился к Рамачандре:

– Сынок, а сейчас выйди ты и сломай наконец этот лук, утешь царя Джанаку.

Рамачандра увидел Ситу ещё в первый день своего пребывания в Митхиле. Оба брата тогда гуляли по саду, а Сита в то время совершала пуджу. Увидев её, Рама сразу же влюбился. Там, в саду, их взгляды впервые встретились. И всё это время Рама ждал той минуты, когда сможет поднять лук и сломать его. Услышав слова Вишвамитры, он встал, поклонился мудрецу в ноги и направился в ту сторону, где лежал лук Шивы.

Неудачники сразу же принялись отпускать шутки в адрес Рамы. Один выкрикнул: «Ступай осторожно, а иначе свалишься, так и не дойдя до лука». Второй ехидно добавил: «Пожалейте древний лук, а то этот богатырь разобьёт его на мелкие кусочки». Третий тоже решил блеснуть остроумием: «Не торопись так, иди тихонько, а то земля уже дрожит – слышишь?»

Но Рамачандра не обращал ни на кого внимания. Он подошёл к луку, спокойно поднял его и натянул тетиву так сильно, что лук тут же развалился на две части. Раздался такой треск, что все вздрогнули. Раме ничего не оставалось, кроме как бросить на землю обломки лука. Царь Джанака, который собрался было уходить, застыл на месте и молча смотрел на происходящее. Затем он подошёл к Раме и обнял его, а вслед за отцом подошла и Сита, чтобы надеть на победителя цветочную гирлянду.

Горожане радостно приветствовали героя. С разных сторон доносились благоприятные песнопения и торжественная дробь барабанов, все – от мала до велика, бедные и богатые – праздновали удачное завершение сваямвары. Только молодые люди, потерпевшие неудачу, и пристыжённые насмешники старались незаметно и как можно скорее покинуть Митхилу.

Царь Джанака отправил в Ко́шалу караван из нескольких верблюдов, а также гонцов, которые должны были сообщить ещё ничего не знающему Дашаратхе радостную весть. А в это время Вишвамитра собрался во дворец Джанаки, куда его пригласили вместе с царевичами. Но не успели они сделать и нескольких шагов, как услышали доносящиеся снаружи крик и шум, похожий на гром. Люди испуганно оглядывались, не зная, чего ожидать. Как вдруг увидели пылающего гневом Парашура́му. Он был огромного роста, словно великан. Его красные глаза пылали огнём, а лицо побагровело от злости. В руке он держал лук и стрелы, а на плече – боевой топор. Казалось, сейчас он проглотит всех и сразу. Приблизившись, Парашурама заревел:

– Это кто же посмел сломать лук моего учителя Шивы? Пусть предстанет передо мной – я хочу посмотреть на этого героя.

Рамачандра вежливо обратился к Парашураме:

– Уважаемый, а если это сделал кто-то из твоих по читателей?

Размахивая топором, Парашурама вопил:

– Поклонники? Такого не может быть! Скорее мои враги! Они сделали это, чтобы разозлить меня. Им же хуже – я оторву голову каждому из них. Не потерплю такого оскорбления. Какой-то кшатрий сломал лук моего учителя… Я ненавижу кшатриев, я – их заклятый враг! Я пролил реки крови кшатриев не один и не два раза, а двадцать один раз. Чтобы отомстить за кровь моего отца, я убивал кшатриев каждый раз, как они попадались мне на глаза. И сейчас произойдёт то же самое. Пусть покажется тот, кто сломал лук!

Услышав такие речи, вспыльчивый и не знающий страха Лакшман не мог больше молчать. Он выступил вперёд и сказал:

– Зачем же выходить из себя из-за какого-то дряхлого лука? Ну сломали его, и что? Я в детстве столько этих луков переломал, играя, но никто и не думал кричать. Почему же вы так завелись из-за этого старья? Неужели вы думаете, что кто-то вас боится?

Как пламя вспыхивает, когда в него бросают масло гхи, так и гнев Парашурамы ещё сильнее вспыхнул, когда Лакшман бросил в его адрес такие резкие слова. Крепко сжимая в руке топор, он процедил сквозь зубы:

– Ты кто такой, чтобы так разговаривать со мной?! Тебе разве не дорога твоя жизнь, что ты распускаешь передо мной свой язык? Ты что же думаешь, это такой же лук, как и те, которые ты ломал в детстве? Это же лук самого Шивы!

Лакшман ответил:

– Чей бы ни был этот лук, он самая настоящая рухлядь – сломался, как только до него дотронулись. Не пришлось даже силу применять. Так что зря вы устроили такой переполох из-за него.

Разозлившись ещё больше, Парашурама продолжал наступать:

– Эй, тупица, ты хоть знаешь, с кем говоришь? Я думал, ты ещё совсем мальчишка, и поэтому старался разговаривать с тобой мягко. А ты решил поучать и оскорблять меня? Мой гнев велик! Я в один миг могу покончить с тобой.

– А я не из пугливых, – не унимался Лакшман. – Смотрите, сами не захлебнитесь своей же злостью. И вообще, мудрецы не должны злиться.

Парашурама стиснул зубы и ещё сильнее сжал топор.

– Тебе повезло, что ты ещё мальчишка, а не то не сносить бы тебе головы, – сказал он.

– Пусть вас не волнует мой возраст, – не замолкал Лакшман. – Мне жаль вас. Похоже, вы никогда раньше не имели дела с настоящим кшатрием, поэтому вы такой смелый.

Рамачандра понял, что ситуация накаляется и вот-вот выйдет из-под контроля. Он схватил Лакшмана за руку и силой усадил подле себя. А затем встал и, сложив ладони перед грудью, вежливо обратился к Парашураме:

– Уважаемый, вы не должны сердиться на слова моего брата. Он у нас горячий. Очевидно, что он ничего не слышал о вас, а иначе не стал бы так вести себя. Простите его, ведь старшие должны уметь прощать младшим их ошибки. В этой ситуации виновен лишь я, поэтому вы вправе на казать меня как посчитаете нужным. Смиренно склоняю перед вами голову.