Осколки сфер. Том II

Пролог

Не в этом мире

За много лет до описываемых событий1.

Ночь полновластно завладела миром. Звёзды взирали на изумрудную сферу с сапфировых небес миллионами безразличных зраков. Они были так прекрасны, что ни один ум не смог бы вообразить, будто где-то там, между туманностями междумирных радуг, притаился… Враг.

Полночные дубравы сонно застыли – подобно стражам, не ведающим о приближении катастрофы. Её неслышимый отзвук пока не коснулся царств растений и животных. Даже духи не догадывались… Лишь некоторые, самые чувствительные хранители подозревали – те, что стали называть себя исследователями.

Королева Джива шла сквозь лесной сумрак, и босые ступни её касались шелковистых трав. Между корнями дубов бледнели ночные цветы. Огоньки планктосов и светлячков играли в её золотых волосах. Впереди между зарослями открывалась поляна, на которой спали, закрыв чашечки, синие васильки и красные маки. Посреди лужайки темнел высокий терем, сложенный из массивных брёвен.

Это был дом. Их дом, где они так любили друг друга.

Королева Джива знала, что здесь в одиноком отшельничестве она найдёт своего короля. Губы женщины дрогнули в печальной улыбке. Давно они оба сложили с себя короны, оставив власть братьям и сёстрам хранителям. Но отнюдь не потому, что их сердца не трогали судьбы народов, вверенных им богами. Напротив…

Она с головой погрузилась в исследования сфер. Его захватил мир мёртвых. Чародейка золотого пламени горела жаждой поисков! Чародей мёртвой воды силился удержать гармонию энергий.

Джива готовилась к сложному путешествию сквозь само время. Зарон боролся со зверем в себе. Королева страшилась катастрофы извне. Король защищался от неё изнутри.

Законы витали, течения и взаимодействия энергий медленно, но неминуемо искажались. Менялся климат. Реже рождались животные. А те, что умирали… всё чаще возвращались обратно.

Владыки Джива и Зарон сложили с себя власть и часть обязанностей. Но сил их братьев и сестёр хранителей должно было хватить на ближайшие столетия. А за это время Джива надеялась найти и вернуть остальных: тех, что покинули родной мир.

Исследователи ушли в поисках оружия против Врага. Ушли в почти недосягаемые концы Вселенной – проникли в погибающие, лишённые магии миры будущего. Они выбрали сложные пути, записи и карты которых остались в Древе библиотеки, стоящей у перекрёстка миров.

Джива решила, что настало время исследователям вернуться. Но в одиночку она не смогла бы помочь им – трём родным душам, трём сёстрам. Тем, что были родительницами и должны были стать дочерями… Дживы и Зарона. Для рождения душам нужна была мать, равно как и отец.

Королева приблизилась к терему, поднялась на высокое крыльцо и тронула дверь. Та легко отворилась. Во мгле комнат, в тишине и недвижимости застыл её супруг. Она не различила его лица, но ощутила могучую, непокорную и леденящую витали.

– Ты давно не навещала меня, моя королева, – вымолвил Зарон, отворачиваясь, пряча и без того невидимый полузвериный лик.

– Мы оба были поглощены своими делами, мой король, – ответила Джива, следуя его желанию и не поднимая глаза.

– Что Совет? – спросил мужчина. – Всё негодуют?

– Они свыклись с тем, что ты больше не можешь участвовать в их делах, – успокоила его супруга.

– Я болен… – проскрежетал голос во тьме.

– Наш мир болен, – вздохнула женщина. – Сёстры давно предупреждали об этом, но их никто не слушал.

– Это знание слишком мучительно… – признался Зарон. – У меня нет сил, чтобы осознать…

– Даже светлейший ум твоего старшего брата отрицает его, – согласилась Джива. – Но я пришла не для того, чтобы осуждать тебя или его…

Она скинула с себя лёгкое платье и, нагая, приблизилась к супругу.

– Я тосковал по тебе… – прошептал он.

Хранитель больше не прятал свой дикий лик. Он протянул к Дживе руки и жадно обнял тонкий стан.

– Я тоже скучала по тебе, – ответила исследовательница.

Ладонями она нашла его лицо, заросшее колючей щетиной. Подалась вперёд, прильнула к прохладным губам. Её руки огладили его длинные спутанные кудри, шею, могучие плечи и грудь. Джива коснулась шкур, в которые был одет супруг, сняла их, требовательно прижавшись к сильному телу.

Как раньше, их сердца сблизились, слились в единую мелодию. Бёдра встретились, сомкнулись в общем танце.

– Почему же ты покинула свою библиотеку и пришла ко мне после столь долгой разлуки? – прошептал Зарон.

– Я хочу вернуть сестёр… наших дочерей в этот мир, – она не скрывала правды. – И без твоего семени мне с этим не справиться.

– Ты уйдёшь по их следу? – вздохнул хранитель.

– Уйду… – ответила исследовательница.

– Я не могу, я не хочу отпускать тебя, моя королева…

– Мы давно отпустили друг друга, мой король…

– …Ты вернёшься с ними? – спросил Зарон.

– Часть меня, – улыбнулась Джива. – Обещаю…

1 Одинокий странник

Я открыл, что столпы мира – это не только энергетические нити, связывающие нашу сферу, но одновременно и порталы, которые ведут за её пределы. Некоторые каналы тянутся к другим мирам и наверняка тоже образуют врата.

Это навело меня на мысль, которую я позже подтвердил и экспериментально: даже если дверь надёжно заперта, на пороге всегда могут появиться незваные гости.

Иногда это безвредные обитатели междумирья или осиротевшие дети других миров. Иногда это искры новой жизни или подобные мусору энергетические сгустки. Одни из них нейтральны, другие – вполне миролюбивы, третьи представляют опасность.

Вследствие этого я заключил, что одной из важнейших обязанностей хранителя является развитие навыков пограничника. То есть необходимо выходить за границы своего мира и проводить чистку от скопившихся на пороге враждебных сущностей.

Верховный жрец бога Мудрости Катха̀уэт, «Заметки»

Узкие бесплодные скалы тянулись от горизонта и до горизонта. Подобно сваям гигантского моста, громады камней вырастали из тьмы. Были ли они и в самом деле опорами купола сферы Сет или стремились ввысь в безнадёжной попытке достигнуть своими пиками ночного неба, Дженна не знала…

Облака мрака окутывали мир за Пределами мира. И не было в нём никакого света кроме звёздного да того, что дарили крохотные искорки планктосов, витающие вокруг. Зато над головами магов распростёрлась настоящая феерия созвездий и туманностей.

Дженне казалось, что этим зрелищем можно любоваться вечно. Но дело хранителей не ждало. И вот первый враг неслышно вынырнул из облака тьмы между скалами.

– …Твой меч давно не пил вражьей крови, – сказал Катан, прежде чем они ступили в одно из зеркал. – Это вредно для любого оружия. Законы Единого Источника таковы, что всё созданное Его волей должно выполнять свою роль либо исчезнуть. Сегодня мы направимся за известные Пределы. Мы переступим границу тонких пластов Сет и выйдем за порог самого мира.

…Чародейка вжалась спиной в камень, боясь пошевелиться. Даже дышать здесь было непросто, а уж как прикажете сражаться, стоя у грани обрыва? Благо учитель этого и не требовал, сегодня Дженна была скорее зрителем.

Катан преодолел пропасть, перепрыгнув с одного пика на другой. В его руках сверкнули два серповидных клинка. Закружившись на уступе, точно танцор на крохотной сцене, он подхватил гада на мечи и перерубил его.

– …Но Катан, объясни, почему мы не можем принять образ драконов, чтобы расправиться с врагами? – спросила Дженна у входа в зеркало.

– Наш истинный лик даёт величайшую мощь, однако он и драконье пламя требуют слишком много ресурсов. Эволюция создала драконов для защиты мира от поистине страшных врагов, но таковых немного. Большая часть наших противников не заслуживает потраченных средств. Они не так велики и грозны, как драконы. Пока мы можем обойтись малыми силами, не стоит чрезмерно усердствовать… Однако не стоит и расслабляться, душа моя, – строго добавил маг. – На границе мира достаточно опасно для молодой хранительницы. Твой прежний учитель навряд ли поведал тебе, как создать доспех из нашей чешуи…

– Не поведал, – отрицательно покачала головой девушка. – Но я знаю, что подобно тому, как я тку волшебное оперенье для птичьего образа, так же можно сделать себе и одежду…

– Всё верно, – похвалил Катан. – Хранители могут управлять личными сферами, в том числе и плотной…

Мужчина провёл рукой по своим распущенным волосам и те вдруг ожили. Будто тонкие чёрные змеи, локоны сами по себе заплелись в сложную косу. Дженна одобрительно кивнула:

– Это очень практично. Я всё думала, как ты справляешься с такими длинными волосами…

– Мы можем обращаться к драконьей сути, чтобы не полностью, но частично изменять свой образ… – добавил маг, продемонстрировав в улыбке вовсе нечеловеческие клыки.

Он расправил руки, клацнув звериными когтями. Нагое тело мужчины внезапно потемнело, обрастая чешуёй. За спиной распахнулись два крыла.

– Мы даже можем летать? – ахнула девушка.

– Если потребуется. А там, куда мы направляемся, это вполне может потребоваться.

…Червь, не издав ни звука, канул во тьму между скалами. Некромант же продолжил свой танец. Со всех сторон к нему стекались твари. Бесформенные и комковатые, вытянутые и шарообразные, их тела отдалённо напоминали лярв, только были размером с крупных лошадей, а то и слонов.

– …А кто наш противник? – спросила Дженна за некоторое время до битвы. – Зачем эти создания вьются на пороге мира? Чего хотят?

– В основном – это простые паразиты, желающие пригубить силы мира, – ответил учитель. – Сами по себе они не представляют большой опасности. Но, скапливаясь, могут повредить оболочку…

– В основном? Значит, бывают и другие?

– Разумеется.

…Катан мастерски владел оружием. Он уходил от атак, уклонялся и нападал, петлял и обманывал. Кукольник разил и попадал в цель, выводя в воздухе блистательные узоры смерти. И ни одна тварь не могла пробиться сквозь сверкающую защиту его клинков.

Фонтаны чёрной крови взмывали в воздух. Отрубленные конечности и головы, жгуты кишок и груды внутренностей сыпались в пропасть. Достигнув облаков мрака, мёртвые твари взрывались снопами искр, и зигзаги молний пожирали их обугленные останки.

Такова была защита Сет. Таков был её хранитель. В своей чёрной чешуе, с крыльями за спиной, он был подобен безжалостному демону.

Сражение происходило в странном безмолвии. Не грохотал гром, не выл ветер, не рычали твари. Отсутствовали и любые даже самые слабые запахи. Словно бы на границе междумирья теряли силу привычные законы природы.

Происходящее могло ужаснуть нечаянного зрителя, но Дженна быстро поняла – всё это лишь игра. Некромант был не только хорошим магом, но ещё и отлично владел клинками. Сейчас он развлекался – подобно тому, как сама чародейка упражнялась, махая палкой в императорском саду.

Девушка повела своими крылами. Она до сих пор не могла привыкнуть к тому, что у неё есть крылья: большие, прекрасные и тяжёлые. Нет, конечно же, Дженна носила за спиной и более увесистые мешки, когда странствовала по Энсолорадо. Но драться с поклажей за спиной не слишком удобно.

Крылья существенно смещали центр тяжести так, что хотелось вытянуть вперёд шею. Дженна даже подумывала, а не выпустить ли ей ещё и хвост, чтобы слегка разгрузить плечи… Но, с другой стороны, балансировать над мрачной пропастью с крыльями было спокойнее.

По старой привычке наёмницы Дженна проверила броню, составленную из разноразмерных пластин неправильной формы, плотно подогнанных друг к другу. Больше всего её доспех походил на крокодиловую кожу. Забавно, что это была её собственная драконья кожа. То есть, по сути, они с Катаном сражались вообще без одежды.

Удостоверившись в надёжности своего нового облика, Дженна медленно вынула из-за спины длинный меч. Обратиться к теневой сумке в этом слое мира было нельзя, так что пришлось закрепить за плечами между крыльев ещё и ножны с оружием.

Безымянное лезвие, подаренное Сайроном, теплилось фиолетовым пламенем. Когда-то оно ярко сияло весёлым рыжим огнём, но с тех пор, как чародейка призвала мёртвую воду, чтобы уничтожить богинку, его пламя переменило цвет. Таким же вересковым оттенком отливали и серповидные клинки Катана.

Мужчина перерезал напополам очередной комковатый сгусток. Словно гигантская серая овца, не имеющая ни ног, ни головы, оставляя за собой чёрную ленту крови, тварь ухнула в пропасть. А следом за ней уже спешила целая «отара»…

Противник не отличался умом, а Катан двигался молниеносно-быстро. И всё же «овец» было немало – даже некроманту не хватило бы скорости.

Дженна брезгливо поморщилась. Гниющий, кишащий червями жабалак не вызывал у неё столь сильного омерзения, как эти паразиты. Пришельцы были настолько чуждыми, иными, настолько непохожими на обитателей сфер, что при взгляде на них пронизывал озноб. Сама мысль, что к тварям нужно прикоснуться, пусть и клинком, вызывала тошноту.

Дженна тряхнула головой, отгоняя слабость. Она присогнула ноги в коленях, оттолкнулась правой, прыгнула на следующий уступ. Здесь она снова оттолкнулась и, выставив перед собой клинок, в выпаде влетела в стадо «овец».

Азарт битвы, о котором Дженна давно позабыла, быстро овладел её сердцем. Девушка рубила и колола, словно состригала шерсть. Бесформенная масса комками осыпалась ей под ноги и исчезала во тьме.

Но вдруг одна из тварей бросилась на неё сзади. Вязкой массой она расползлась по спине и крыльям, выбив из равновесия. На миг чародейка растерялась, не зная, как ей скинуть врага, не навредив себе.

Тварь уже потянулась к голове Дженны, схватив за косу. Напрасно. Волосы девушки вдруг вздыбились гребнем. Острые лезвия рассекли врага. Его хватка ослабла, и тварь рухнула вниз. Катан, поспешивший было на помощь, одобрительно кивнул ученице.

Игра кукольника оказалась не такой уж безобидной. Но постепенно врагов становилось меньше. Расчистив границы, маги сели отдохнуть на одной из скальных вершин. Они устроились на камне, словно тот был обыкновенным валуном, омываемым водами космического океана.

Учитель и ученица молчали и любовались бесчисленными огнями звёзд и цветами туманностей, раскрывающихся на полотне мрака. А вокруг них танцевали и кружились бесчисленные огоньки планктосов.

– И как только эти комья не сожрали меня, когда я дрейфовала по междумирью? – со вздохом спросила Дженна.

– Междумирье не так пустынно, как может показаться, – кивнул Катан. – И всё же оно не так густо заселено, как сферы. Ты могла нестись сквозь тьму долгие годы и никого не встретить на пути.

– Но кем же населено междумирье?

– Во время моих исследований я открыл, что после разрушения миров некоторым их обитателям удаётся выжить и даже приспособиться к новой форме существования. Это могут быть как целостные, так и разрозненные части созданий…

– Как драугры или призраки?

– Именно. Иногда это небольшие сферы, которые хранят воспоминания и энергии других миров. Порой это не просто сферы, но семена – зародыши неведомой жизни, которые ищут пристанище на других планетах. Есть и исконные жители пространства между мирами: плотоядные облака, опасные чёрные миры, вблизи которых искажается само время и…

Мужчина вдруг замолчал и поднялся на ноги. Он поднёс руки ко рту и, сложив ладони, издал громогласный, долгий и протяжный звук. Клич этот был столь мощным, что Дженна ощутила, как дрожит камень под ней.

– …Подождём немного; может быть, нам повезёт, – проговорил Катан. – Если он рядом, то обязательно покажется. Мы ему не менее интересны, чем он нам…

Дженна встала и нетерпеливо огляделась.

– Кому ему? Кто это?

– Я называю их скитальцами, – ответил маг. – Увы, несмотря на весь обоюдный интерес, мы находимся на разных плоскостях сознания, поэтому вряд ли когда-нибудь поймём друг друга… Я не могу его сравнить ни с разумным существом, ни с диким… Он, – маг очарованно вздохнул и улыбнулся, протягивая вперёд руку. – Он просто есть и всё…

Дженна расширила глаза, пытаясь разглядеть, кому же улыбается её учитель. И она видела, просто не сразу смогла осознать, что бескрайняя звёздная даль вдруг уплотнилась. Образы сдвинулись, растеклись, точно оказались за мокрым стеклом. Когда чародейке удалось сфокусировать взгляд, расплывающиеся огни звёзд сложились в единый образ.

Учитель и ученица смотрели не просто в гигантское, но неописуемых размеров око. А оно смотрело на них.

– Протяни ему руку, – прошептал Катан. – Не бойся… Он не питается такими, как мы.

– А ему не будет больно? – так же шёпотом уточнила чародейка, осторожно поднося руку к полупрозрачной плоти.

– О нет, мы для него даже не пылинки, ещё мельче…

– Однако он видит и слышит нас?

– Представь себе… И даже откликается на зов…

Пальцы Дженны упёрлись в твёрдую, упругую и чуть прохладную поверхность ока. Сердце у девушки возбуждённо забилось, будто она прикоснулась к самой Вселенной.

– Он очень старый, – вдруг поняла она.

– Древний, – поправил маг. – Быть может, даже древнее нашего солнца…

– И одинокий, – добавила Дженна.

Катан взглянул на чародейку и, улыбнувшись, взял её за свободную руку.

– Кто знает…

Звёздная ткань снова дрогнула и растеклась. Сдвинувшись в сторону, око начало медленно удаляться. Через некоторое время маги уже могли различить складчатые дуги век, борозды царапин и пятна, напоминающие лишайники, которыми была усеяна кожа гиганта.

Чем большее расстояние отделяло скитальца от двух пылинок, воззвавших к нему, тем отчётливее и целостнее становился весь его силуэт: веретенообразное тело с массивной головой, лопасти плавников и хвоста.

Он уплывал всё дальше, а учитель и ученица ещё долго не могли отвернуться от дивного зрелища, глядя вслед звёздному киту.

Путь к Фалассии лежал через Зимние острова. Если драгоценную сферу морей Катан поместил на границе между духовной сферой Льос и Пределами, то Зимние и Дальние острова лежали в шаге от пласта демонов. Они были полуобитаемыми, то есть малопригодными для жизни по сравнению с главными осколками Сет.

На Дальних островах проживали немногочисленные племена огров, гномов и эльфов, а вот климат Зимних мало кому пришёлся по вкусу. Лютые морозы и метели бушевали здесь круглый год, по-видимому, уравновешивая вечное лето в остальных Пределах.

Из-за близости Миркира природа была крайне скудна. Даже полюбившая зиму Дженна недолго любовалась бескрайними белыми просторами. А узнав немного о коренных жителях, она и вовсе приуныла.

Горные хребты Зимних островов состояли из тел давно уснувших горных великанов во всём их разнообразии. В обледенелом мехе, покрывавшем спины гигантов, вили гнёзда белые змеи. …По крайней мере, так этих созданий величал Катан. Дженна же, с детства листавшая медицинские учебники, догадалась, что с рептилиями «змеи» не имеют ничего общего, кроме формы. И, скорее всего, они паразитируют на останках великанов…

Впрочем, гигантами и их червями фауна не ограничивалась. Катан поведал ученице, что вечная мерзлота отлично подходит, чтобы хранить здесь биологические и магические материалы. Кукольник использовал острова, как некроманты Мортилоры – свой погреб, а Ледяница – ледяные пещеры. Всё разнообразие жизни маг поместил в волшебный сон ледяных сфер – на случай, если ему снова придётся заселять новый мир…

И всё же на самом крупном из Зимних островов имелась и некоторая разумная жизнь… или по крайней мере её оттиск. Порядком уставшие после битвы и долгой дороги, маги остановились у одиноко стоящей башни.

– Очередной столп? – догадалась Дженна.

– Да, но попасть сюда можно только из моих покоев, – пояснил Катан. – Все прочие проходы закрыты.

Несмотря на прошедший недавно снегопад, площадка перед башней уже была расчищена. Чародейка представила себе какого-нибудь согбенного древнего сторожа эльфа или, на крайний случай, тролля, но дверь отворила изящная синьорина. Дженна хихикнула про себя: а чего она ещё ожидала от своего учителя?

На хозяйке было нарядное платье с пышной юбкой. Её завитые кудри украшал бант. И платье, и волосы, и бант были голубого цвета.

– Здравствуй, моя дорогая Прима Моина, – поклонился Катан. – Пустишь нас передохнуть? Мы только с границы… Пришлось повоевать.

– И вы ещё живы? – Прима Моина окинула гостей холодным взглядом серых глаз. – Тогда идите мыть руки!

Вспомнив о белых змеях, чародейка поспешила повиноваться. Размерчик у паразитов был как раз под драконов. А кто сказал, что хранители застрахованы от всех болезней?

– Это кукла? – одними губами спросила Дженна у учителя, когда синьорина повернулась к ним спиной.

– Мой первенец, – с гордостью ответил маг.

Как и башня Первого министра, Зимняя башня внутри была гораздо просторнее, чем казалась снаружи. Богатое убранство мало чем отличалось от императорской резиденции, разве что камин занимал больше места. В подвале, помимо ванной комнаты, была оборудована баня, из которой, поднявшись по лестнице, можно было выйти прямо в заснеженное поле.

Маги не только помыли руки, но хорошенько прогрелись в парной, а после даже поиграли в снежки. Оказалось, что Катан и здесь разделял склонности своей ученицы и её любовь к снегу. Дженна всё чаще ловила себя на мысли, что сравнивает своих учителей, и счёт идёт явно не в пользу Сайрона…

Отдохнув в бане, маги напились крепкого хим-хонского чая и с поистине драконьим аппетитом съели всё жареное и варёное, мясное и рыбное, солёное и сладкое из предложенного хозяйкой, по-видимому, истощив её запасы, рассчитанные на несколько месяцев.

– …Первая обладает редкостным талантом к culinaria2, – произнёс Катан, с обожанием глядя на своё детище.

– Вы слишком добры, маэстро, – бесстрастно ответила та, хлопоча вокруг стола. – За те годы, что я провела здесь, можно было выучиться всем искусствам мира. Всё равно мне больше нечем заняться. Я читаю, готовлю, ем да веду беседы с пауками в погребе.

– Я давно предлагал тебе, Моина, если желаешь, я пришлю сюда ещё кого-нибудь… мужчину, женщину, кого пожелаешь.

– Простите, маэстро, но мне не интересно с другими куклами… Вы знаете, ведь именно поэтому Вы и отправили меня сюда.

– …Когда мне было не интересно с другими людьми, я мечтала о собаке, – понимающе вздохнула Дженна.

Прима Моина остановилась. На миг её надменное кукольное личико озарила лёгкая улыбка.

– Да, пожалуй, – кивнула хозяйка, – я тоже мечтаю о собаке.

– Отличная идея, – поддержал Катан, немного нахмурившись. – Завтра же у тебя будет собака.

– Хочу большую и чёрную, – заявила кукла.

– …Домна подери, – усмехнулась Дженна, озирая пустые тарелки, – мой самый первый наставник эльф обвинял меня в драконьем аппетите!

– Эльфы – крайне проницательные создания, – улыбнулся Катан. – Моина, будь добра, принеси нам бутылочку Фалассийского розового… Что-нибудь полегче, из нового урожая. И, пожалуй, на сегодня с нас довольно… – Когда хозяйка отправилась в подвал за вином, маг рассмеялся: – Теперь представляешь, сколько мы едим в истинном облике? В морях не осталось бы китов…

– Очень жаль, что мы не можем питаться, как они, – вздохнула девушка. – К примеру, планктосами.

– А между прочим, ты верно подметила, – кивнул учитель. – В междумирье, где не нужно тратить слишком много сил, отдавшись естественному течению, мы ими и питаемся…

– Вот как… – удивлённо подняла брови Дженна. – Когда я оказалась в междумирье, мне было не до еды. И каковы же на вкус планктосы?

– В зависимости от информации, которую они несут в себе, – ответил Катан, принимая бутылку вина из рук своей куклы. – Некоторые из планктосов могут не лучшим образом сказаться на пищеварении… Самый частый вкус – фруктовый… яблочный.

Дженна расширила глаза.

– Катан! Как-то я провела много времени, живя в яблоневом саду одного духа! Мы ели одни яблоки…

– Да, – кивнул мужчина, – ты ела планктосов. Духи тоже питаются ими.

– …И медведи?

– Там были медведи?

– Только один.

– Должно быть, это было животное, охраняющее священную рощу, – объяснил маг. – Да, они могут питаться планктосами, поскольку в мире духов их плотное тело скорее дремлет…

– А что за священные рощи? – поинтересовалась Дженна. – В Сет они есть?

– М-м… можно сказать, что это перекрёстки между царствами людей и духов, – объяснил Катан. – Священные луга, цветущие сады и рощи… В зависимости от месторасположения в них обитают те или иные существа. В яблоневых рощах можно встретить духов природы, на Тростниковых полях – духов умерших, на Пороге – обитателей других миров. Чем тоньше грань между мирами, тем больше ты увидишь вокруг себя планктосов.