- -
- 100%
- +
ГЛАВА I. Кодекс Лыцаря, или Приговор найма
– Ну что встал-то, как пень?! Не видишь, пол мою?! – ворчала техничка тётя Паша, тщетно пытаясь шваброй сдвинуть с места нервно курившего у окна молодого человека.
Тот упорно не сдвигался, хотя и не выглядел излишне массивным (мышечной массы в меру – плечи, грудь колесом, пресс…), и продолжал курить, тоскливо глядя куда-то вдаль. За окнами всё шло своим чередом: дождь, два трамвая, куча народу и… Молодой человек стряхнул пепел на пол и попытался рассеять сигаретный дым мановением руки. Его взгляд привлекла эффектная девица, красиво, от бедра (кстати, бёдра были – просто загляденье!) следовавшая по улице летящей походкой: волосы, ноги, волосы, ноги, волосы… «Платиновый блонд!» – отметил про себя молодой человек. А ещё природа одарила её восхитительными голубыми глазищами, которыми эта красотка так и стрельнула прямо в многострадальное сердце молодого человека, как бы невзначай скользнув взглядом по окнам.
А улыбка какая! Ух! Притягательная, даже в чём-то хищная! Вообще, было в этой красотке что-то, пробуждавшее дикие животные инстинкты. Молодой человек проводил её взглядом до роскошного автомобиля, интересный концепт которого тоже притягивал к себе внимание. Дверцы, которые открывались, выдвигаясь вверх, словно крылья, и красивая обтекаемая форма придавали автомобилю сходство с каким-то могучим монстром из сказок. Номер тоже бросался в глаза «В 111 НА 111 ДРА». Интересный посыл! Молодой человек не поверил своим глазам, прищуриваясь для наведения резкости, но рассмотреть внимательнее не удалось: автомобиль быстро скрылся из виду, словно растаял в воздухе, улетая в сизую даль. Чертовщина! Молодой человек нахмурился ещё больше, вспомнив о своих проблемах.
– Опять от начальства нагорело? Да? – продолжила критику техничка, немного передохнув. – Всё потому, что личность ты социально незрелая, инфантильная и безответственная. Вот и думают все: когда ж ты уже дозреешь-то, Веня?!
Вениамин вздохнул и пожал могучими плечами. Дозреть до ценного работника юридической фирмы ему не удавалось по определению, даже фамилия ему с детства досталась говорящая: Недозрелов. Венино правдолюбие, не знавшее границ, сыграло с ним злую шутку, и вместо защиты выгодного клиента получилось обличение. Крупный скандал с боссом грозил увольнением и безденежьем. Какие уж тут красотки?!
– Пойдём, чаю налью, горемыка! – решительно сказала техничка, и Веня последовал за ней в каморку для персонала.
Тётя Паша, несмотря на свой низкий статус в иерархии юридических должностей, была очень ценным человеком: всегда могла выслушать и дать дельный совет, пожалеть и напоить душистым травяным настоем. Мировая тётка! В последнее время Веня часто после работы заседал у неё в тесной каморке, изливая душу. За каких-то несколько минут беседы с тётей Пашей к нему возвращался оптимизм и уверенность в себе. Не иначе как волшебницей была эта стареющая дама!
– Веня! Мне помощь твоя нужна! – сказала она, после того как у Недозрелова опустела чашка, а душа наполнилась теплом и светом.
Скандал с руководством уже не воспринимался так фатально, проваленное дело не казалось безнадёжным, и в мыслях снова появилась красавица-блондинка.
– Я весь внимание! – отозвался Веня.
– Я тут объявление хочу дать… брачное… – смущённо призналась тётя Паша. – Поможешь разместить где-нибудь? С техникой-то я не в ладу, сам знаешь, и внуков у меня нет, обратиться не к кому!
Через несколько минут Веня уже зависал на сайтах знакомств, накидывая в сеть множество одинаковых коротких текстов, характеризующих тётю Пашу с самой лучшей стороны. Она, кстати, выглядела очень даже презентабельно. Особенно хороши были её зелёные глаза – яркие, как у молодой девушки, и проницательные; в общем, было в ней своё очарование, не говоря уже о таких ценных качествах, как прозорливость и умение найти ключ к любому человеку. Многие открывали ей душу, и все получали помощь. Когда дело было сделано, Венин взгляд случайно зацепился за одно из объявлений, часто мелькавшее среди других.
«СРОЧНО ТРЕБУЕТСЯ ЛЫЦАРЬ!» – гласило оно.
Кто?! Веня озадаченно почесал за ухом и собрался открыть объявление, но оно вдруг безвозвратно исчезло из ленты.
– Тёть Паш, а кто такой «лыцарь»? – весело ухмыляясь, спросил Недозрелов.
– Лыцарь, Веня, – это тот, кто к девкам залыцается! Заигрывает, то есть! – со знанием дела пояснила тётя Паша.
«Ох! Я бы и позалыцался сейчас! – подумал Веня, вспомнив красавицу-блондинку. – Но где её теперь найдёшь?»
На следующий день по дороге в буфет его остановил возглас примчавшейся на всех парах секретарши:
– Недозрелов! К начальнику! Срочно!
Эта фраза вонзилась Вене в спину, словно копьё врага, заставив его слегка сгорбиться и нехотя поплестись в кабинет босса, мысленно готовясь к увольнению. Вместо этого его ожидала лучезарная улыбка и крепкое рукопожатие.
– Проходи, Венечка! – с неожиданной лаской в голосе почти пропел начальник, как соловей на ветке. Издевается он, что ли?!
– Что-то случилось? – нервно озираясь по сторонам, спросил Веня.
– Случилось! Случилось! – всё так же ласково отвечал начальник. – Нам поступил потрясающий заказ: надо доработать пакет документов и осуществить юридическое сопровождение заказчика на процессе, и за всё это просто баснословная сумма на счёт нашей конторы!
Не решаясь озвучить эту сумму, начальник показал Вене лист бумаги с написанным на нём многозначным числом. И это в долларах! Вот так вознаграждение! Да он гонит! Издевается, сволочь начальственная! Или нет?!
– А …я тут… каким боком? – спросил Недозрелов, опасливо взглянув на своего руководителя: не свихнулся ли тот, часом?
– Главное условие заказчика в том, что этим должен заниматься только ты, и никто более! – пояснил начальник и протянул Вене чёрную увесистую папку. – Вот, ознакомься! И если ты снова завалишь всё дело, я тебя вот этими руками задушу, понял?! Такая клиентура! И чем ты только заказчику приглянулся?!
– А если не завалю? – на всякий случай спросил Недозрелов, тоже недоумевая по поводу своего назначения.
– Тоже задушу, но в своих объятиях! – заявил начальник.
– Очень мило! – пожал плечами Веня.
Забыв о еде, он пошёл на своё рабочее место, по дороге думая о том, радоваться или горевать по поводу нового поручения. Так и не решив, что будет уместнее, Вениамин раскрыл чёрную папку и разложил документы.
– Интересное кино! – пробормотал он, взглянув на названия нормативных актов.
Впервые ему предстояло изучить «Кодекс Лыцаря» и «Приговор Найма». И как это всё понимать?! Какой-то олигарх решил пошутить, или начальник таким образом решил поднять на смех нерадивого сотрудника? Из пакета документов выпала небольшая карточка, оказавшаяся визиткой заказчика. Если верить полыхнувшим каким-то адским огнём буквам на её поверхности, то его нанимателем значилась некая Замзагул Магфия Ивонетовна Ящ.
– Зам по загулам, значит, да ещё и маг-фия! – усмехнулся Веня, – Как говорится, «nomen est omen»! Имя – это знак!
Недолго думая, он решил позвонить по указанному ниже контактному телефону, предполагая, что ему никто не ответит, но всё сложилось куда забавнее.
– Добрый день! – с горячей любезностью отозвался раскатистый низкий мужской голос, казалось, звучавший из преисподней, внезапно оказавшейся сейчас на противоположном конце провода.
– Здравствуйте! Я юрист… – неубедительно пробормотал Веня. – Можно услышать … э-э-э … замзав.. гул…
Недозрелов ещё раз сверился с визиткой, чувствуя, что безбожно перевирает имя своей нанимательницы. До чего же странная и смешная вышла ситуация!
– Она ждёт вас для личной встречи сегодня в полдень! – невозмутимо ответил голос. – Записывайте адрес!
Веня послушно зафиксировал всё, что сказал таинственный собеседник, а потом, положив замолчавшую трубку на стол и посмотрев в блокнот, прочитал ещё раз: «Площадь Тысячелетия. У Зиланта». Место встречи вполне обычное, приметное, только несолидно как-то заказчику, готовому платить баснословные суммы, назначать встречу у памятника. Впрочем, кто их, заказчиков, разберёт? Несмотря на странность и даже какую-то абсурдность ситуации, Вениамину хотелось встретиться с тем, кто заварил всю эту юридическую кашу. Правильно, наверное, говорила тётя Паша: не дозрел он до сухого прагматизма, всё ещё юношеская романтика в голове и других местах играла.
До полудня оставалось несколько часов – самое время, чтобы подготовиться и поработать над документами. Веня решил, что раз уж его наняли как юриста, то он должен показать класс. Открыв чёрную папку, он снова разложил бумаги. С чего начать? Веня почесал затылок и взялся за «Кодекс Лыцаря». Ну и занятная же оказалась вещица! Недозрелов открыл первый раздел под названием «Лыцарский типаж и место в иерархии видов» и углубился в чтение, в результате чего тишина кабинета стала периодически оглашаться весёлым хохотом. Типажей было много, и каждый из них вполне годился для юмористического шоу. Ниже, под названием каждого типажа, располагался поясняющий рисунок, на котором было обозначено снаряжение, степень владения оружием всех видов, уровень куртуазности и прочие характеристики; среди них, кроме всего прочего, почему-то значилась ещё и «огнеупорность».
– Лыцарь обнакновенный, правильный на всю голову! – пробормотал Недозрелов и снова разразился хохотом, с трудом удержавшись от пририсовывания рогов к шлему этого экземпляра.
Далее следовали «Лыцарь куртуазный, влюбчивый по самое не хочу», «Лыцарь примитивный, противоударный» и так далее. Веня пожевал наконечник колпачка именной авторучки (коллеги подарили при вступлении в должность) и, впадая в творческо-юридический экстаз, вписал ещё один типаж на чистом листе – одном из тех, что прилагались к Кодексу. Как говорится, свято место пусто не бывает! «Лыцарь юридически грамотный, разгильдяйствующий», – вывел Недозрелов и сделал ниже быстрый набросок парня в доспехах, держащего в руке Закон вместо меча. Забавно, но этот рисованный персонаж оказался очень похож на самого Веню, словно тот изобразил свой портрет.
Далее следовал целый свод статей, регламентирующих несчастливое лыцарское житие. Исходя из них, можно было сделать вывод, что каждый лыцарь имеет эксклюзивное право быть съеденным змием о трёх головах, но просто обязан до момента поедания влюбиться в особу королевских кровей, чтобы защищать её от вышеозначенного оголодавшего змия. Такая вот пищевая цепочка! Веня усмехнулся и быстро настрочил на оставшихся двух чистых листах ещё несколько юмористических статей, утверждавших новые права и свободы, при правильном использовании которых лыцарь успешно избегал многих мытарств, в том числе и зубов змия.
От этого весёлого и увлекательного занятия его оторвал сигнал будильника: пришла пора ехать на встречу с заказчиком! Вениамин начал суетливо собираться и второпях выронил авторучку, которая в падении черкнула неуклюжий крестик на одном из листов. «Ну, это же черновой вариант!» – успокоил себя Недозрелов и не глядя собрал все документы в папку, а потом бросил рассеянный взгляд в стекло высокого шкафа с книгами, встретившись лицом к лицу со своим отражением. Нет, всё-таки верно говорили о нём в вузе: «Такое интеллигентное лицо, и такой разгильдяй!» Офисный пиджак, тесный жилет и галстук захотелось снять: как-то уж очень они сковывали движения. Вениамин небрежно и с удовольствием бросил эти элементы гардероба на спинку стула, оставшись в белой рубашке и брюках. В этом модернизированном наряде он выглядел брутально, чему способствовали крепкое телосложение и пара расстегнувшихся верхних пуговиц, позволявших ослабить хватку воротника на шее. Последний штрих: Недозрелов слегка взлохматил чёлку и дёрнул за шнурок, собиравший в хвост его пышную шевелюру, после чего пепельно-серые волосы живописно рассыпались по плечам. Хотелось свободы от условностей, превращавших его в прилизанного серого служащего – офисный планктон, каким он никогда не был.
В таком виде Вениамин вышел из конторы и сел в такси, дожидавшееся его у подъезда. За окнами быстро полетели улицы и площади Казани. Недозрелов любил этот город, хотя тот и не был для него родным. Сказать по правде, Веня не знал, где его малая родина. Рассказывали, что двадцать три года назад его подкинули на порог Дома малютки в каком-то заштатном городке, а потом Веня попал в приёмную семью, обосновавшуюся в Казани. К семье он не испытывал особенно тёплых чувств, давно потеряв связь с приёмными родителями, для которых родные дети, появившиеся после усыновления подкидыша, стали намного ближе и дороже, а вот к городу прикипел душой. Было в Казани что-то волшебное и необъяснимо притягательное, родное!
Машина остановилась рядом с небольшим памятником Зиланту у входа в метро. Это был символ-защитник города – чешуйчатое и крылатое драконоподобное создание, ставшее героем местных мифов и легенд, которые утверждали, что летающий змий сторожит сокровища. Веня вышел из машины и, приблизившись к памятнику, погладил Зиланта по чешуйчатому брюху.
– Ну, признавайся, змий, много лыцарей сожрал? Каких предпочитаешь – обыкновенных или не очень? – спросил Недозрелов у Зиланта и снова засмеялся, не заметив, что за спиной затормозила машина.
– Недозрелов Вениамин Маркович? – поинтересовался уже знакомый голос из преисподней, и Вене на миг показалось, что это ему ответил сам Зилант.
– Он самый! – отозвался Недозрелов, повернувшись к своему собеседнику.
Из машины ему навстречу вышел рослый, могучий седой мужчина, обладавший каким-то неуловимым особым шармом, который не портили даже слегка обозначенный горб на спине и длинные вислые белые усы, как в кино о китайских мастерах кунг-фу. Элегантный кожаный жакет только укреплял воздействие шарма, как и массивная золотая цепь, искусно сделанная под старину и украшенная подвеской в виде изящного каменного свистка, покрытого тончайшей вязью узоров удивительной красоты. «Пижон!» – подумал Веня, а вслух добавил:
– Добрый день! С кем имею честь беседовать?
– Ник Апалал, доверенное лицо вашей нанимательницы! – с достоинством представился седовласый щёголь.
В качестве доказательства этого факта он быстро предъявил какой-то документ и сразу же молниеносно убрал его в карман, добавив:
– Вот, как говорится, прибыл, чтобы проводить вас к ней, Вениамин Маркович.
– Куда конкретно проводить? – уточнил Веня, так ничего и не разглядев в этом подозрительном документе.
– Идёмте, сами увидите! – спокойно сказал седовласый посланник загадочной Замзагул Магфии Ивонетовны Ящ и тоже дотронулся до Зиланта, будто собираясь накрутить тому хвост.
В этот момент Недозрелов обратил внимание на глаза своего собеседника. Большие и чёрные, как ночь, они, казалось, были абсолютно лишены зрачков. Вместо них в глубине этих удивительных провалов в ничто плавали отражения далёких звёзд, словно каждое око было окном в другое измерение: чуть загляделся – пропадёшь там навсегда!
– Нам туда! – пригласил седовласый, и Веня вдруг заметил, что они уже идут по удивительно пустым галереям метро станции «Кремлёвская».
Когда они успели спуститься сюда, Недозрелов не помнил. Вообще всё вокруг было окутано какой-то загадочной дрожащей дымкой, превращавшей привычный мир в нечто нереальное и зыбкое. Гулкие шаги только усиливали это ощущение.
– Куда подевались все люди?! – спросил Веня, озираясь по сторонам.
Он будто пребывал в состоянии невероятно приятного полусна, из которого невозможно было выбраться. Где-то в глубине души Веня понимал, что и сам не хочет прервать этот сказочный сон, вырвавший его из серой обыденной рутины, в которой не осталось места для подвига, романтики и чести.
– Здесь шли ремонтные работы, – успокоил его седовласый. – Недавно только сняли ограничение.
Но Недозрелов уже не слушал его, потому что взгляд его буквально прилип к потолку. Потолок при этом был самый обычный – округлый, выпуклый и сомнительной белизны, но на этот раз изображение Зиланта на нём казалось живым и устрашающим. Летающий змий взмахивал могучими разноцветными крыльями, превращая поверхность потолка в объёмную, глубокую клубящуюся перевёрнутую бездну. Недозрелов протёр глаза, но Зилант по-прежнему продолжал чудить. Вене даже показалось, что его обдало жаром драконьего дыхания, вырвавшегося из огромных ноздрей. Галлюцинации?! Похоже, ведь седовласый спутник Вениамина не выказывал никакого беспокойства или удивления. Не видел ничего? Или притворялся, что не видит? Что скажет работодатель, если у него на службе появится юрист, страдающий галлюцинациями? Веня решил тоже не подавать виду. В этот момент прибыл поезд, похожий на сильно увеличенный длинный чешуйчатый хвост Зиланта.
– Небольшая поездка, и мы на месте, Вениамин Маркович! – сказал седовласый посланник, жестом приглашая Недозрелова войти в вагон.
Дальше в памяти снова образовался провал, потому что Веня не помнил, как они вышли из метро и оказались перед … Недозрелов с интересом уставился на средневековый замок, высившийся перед ним. Все попытки вспомнить, где такой находился в Казани, терялись в вязкой клубящейся перевёрнутой бездне. Разум упорно искал реалистичное объяснение увиденному, а кто ищет, тот всегда найдёт. Может, это декорации? Да! Декорации к какому-нибудь фильму.
– Это декорации? – озвучил свою догадку Веня.
– Весь мир – лишь декорация для поступков! – философски заметил седовласый, жестом приглашая Недозрелова следовать за ним.
Они вошли внутрь и какое-то время блуждали по сумрачным галереям и залам. Веня, к которому постепенно стала возвращаться ясность мысли, отметил огнетушители на стенах, решив, что замок – всё-таки современный новодел, что говорило в пользу версии об олигархе-оригинале – вернее, оригиналке-олигархичке, нанявшей себе в юристы ещё большего оригинала в лице Недозрелова. Но для чего?
– Подождите здесь, Вениамин Маркович, я доложу о вашем прибытии! – сказал провожатый, остановившись за широкой Вениной спиной, и в следующие мгновения воздух вдруг наполнился странным звуком, похожим на шелест огромных полотнищ, упруго изгибающихся на ветру.
Недозрелов повернулся на звук, но зал оказался пустым. Его загадочный провожатый куда-то исчез. Возможно, в этом замке были потайные ходы, хотя Веня не слышал звука шагов. Ну, не в воздух же поднялся этот седовласый горбун? Недозрелов поднял голову и с удивлением обнаружил огромное сквозное цилиндрическое отверстие в потолке, сквозь которое проглядывал кусочек неприветливого неба. В трубу вылетел?! Веня рассмеялся, отогнав эту бредовую мысль, и принялся изучать окрестности, ощущая, как в крови поёт предвкушение приключений, о которых он грезил сначала в сером и пресном детстве, потом на серой и пресной работе, и, возможно, по причине отсутствия приключений так и не смог остепениться до сих пор.
Окон, мебели и каких-то элементов декора в зале не было, только каменные стены, зато на каждой с интервалом в метр были подвешены огнетушители и расставлены вёдра с песком, а в углу располагался аккуратно свёрнутый пожарный шланг. Интересно! Не хватало только инструкции по технике безопасности. Веня решительно подошёл к стене, вознамерившись снять один из огнетушителей, чтобы рассмотреть его получше на предмет бутафорности, когда в зале появилась крупная тётка в серой мешковатой робе. Тётка смерила Веню придирчивым взглядом, будто собиралась снять с него мерки:
– Простите, а вы кто? – поинтересовался Веня, на всякий случай застёгивая все пуговицы на рубашке. – И что это за место?
– Кастелянша я! – ответила тётка. – Так что смотри, малый: будешь тут всё без спросу хватать – так накостыляю, что мало не покажется!
– Согласно статье 112, умышленное причинение вреда средней тяжести влечет для виновного наказание в виде: срока в заключении или ограничения свободы до трёх лет; принудительных работ на период до трёх лет или ареста на период до полугода! – усмехнувшись, заметил Веня, наизусть процитировав Уголовный Кодекс. – Так что костылять не советую, а в остальном можем договориться!
– Ишь ты, грамотный какой! Тебе, вижу, палец в рот не клади! Значит, справишься! – сделала вывод тётка, уважительно взглянув на Недозрелова, а потом крикнула кому-то невидимому: – Заноси!
Веня не успел удивиться, как в зал вошли несколько низкорослых, но очень мускулистых одинаковых дядек, подозрительно напоминающих орков; каждый из них нёс в могучих руках нечто странное. Двигались они как-то излишне угловато, будто куклы, что, в принципе, вполне соответствовало местному колориту.
– Что это?! – изумлённо спросил Недозрелов, когда у его ног возник небольшой курган из принесенного добра.
– Спецодежда! – пояснила кастелянша. – Латы, шлем, наручи, поножи, металлизированный плащ и защитные очки – всё огнеупорное. В аккурат по размеру будут! Ещё неиссякаемая фляга с водой. И что? Ага! И противогаз! Вот!
– Серьёзно?! – спросил Веня, не веря своим ушам и глазам.
Ему было смешно. Где это слыхано, чтобы юристам выдавали такую спецодежду?! Правда, бой с несправедливостью действительно мог оказаться опасным, но не до такой же степени! Наверное, его нанимательница-олигархичка была немного не в себе. В голове возникали крамольные мысли о ролевых играх определённого типа, которые, впрочем, никак не вязались с пакетом документов в чёрной папке, да и латы всё-таки не самая удобная одежда для подобных занятий.
– А, понимаю: это – чтобы не сгореть на работе! А во флягу можно было и коньяку плеснуть! – пошутил Веня, но тётка даже не улыбнулась, а зал вдруг наполнился едким дымом, сочившимся через отверстие в крыше, наглядно доказывая, что спецодежда – это прямая необходимость.
– Очистка! Продувка! Отдушка! – скомандовала кастелянша, одновременно помогая задыхающемуся от кашля Недозрелову облачиться в спецодежду.
Через некоторое время задымление было снято, воздух наполнился цветочными ароматами, и Веня, стянув с головы противогаз, тяжело перевёл дух.
– Это что было?! – спросил он.
– Это? – засмеялась кастелянша. – Женишки бесятся! Они к нашей принцессе по пять раз на дню налетают: сватаются! А она им по пять раз на дню отказывает! Уйму времени тратит, бедная! А куда деваться в брачный сезон? Ну, а этот бардадым – самый настойчивый ейный поклонник и есть. Нидхёгг Разрыватель Трупов прозывается!
– Местный криминальный авторитет? – предположил Веня, приняв вычурное прозвище за уголовную кличку.
Логическая связь между задымлением и сватающимся уголовником прослеживалась с трудом, к тому же вместо расследования очень хотелось взглянуть на принцессу, из-за которой полыхали и дымились такие страсти.
– На наше счастье, он не местный! – проворчала кастелянша. – Аж из самого Хельхейма к нам таскается! Спасу нет!
– Из Хельхейма?! А это где? – наморщил лоб Веня, припоминая что-то подобное из древнескандинавской мифологии.
– Да Хель его знает! – махнула рукой кастелянша. – Я в мирографии слабовата.
– Ну, хорошо, а почему принцесса всем отказывает? – не унимался Недозрелов.
– Так ведь в жизни-то как: один раз кивнул не там, и всё! Вот и старается лишний раз ни с кем и ни на что не соглашаться! – пояснила кастелянша.
Вениамин промолчал, думая о том, что принцесса, скорее всего, не хочет делить власть и наследство с недостойными женихами. Имеет право!
***
В это время в личных покоях принцессы дрожащие от благоговейного ужаса слуги водружали высокую диадему на покрытую обтягивающим череп капюшоном светлую голову венценосной особы. Церемониальное одеяние единственной надежды королевского престола, состоявшее из облегающего идеальную фигуру платья цвета расплавленного золота и роскошной жемчужно-серой мантии с широкими и длинными рукавами, похожими на крылья, и длинным шлейфом, тащившимся хвостом вслед за королевской дочкой, приводило в восторг. На фоне мозаичного панно на стене, изображавшего битвы и превращения могучих драконов, она выглядела особенно загадочной и прекрасной. Увидев появившегося в покоях седовласого мужчину, принцесса повелительно взмахнула рукавом-крылом, жестом отсылая слуг прочь: лишние глаза и уши ни к чему во время тайных бесед.
– Юрист доставлен! – доложил седовласый мужчина, сопровождавший Вениамина в замок. – Тот самый, как вы и просили!
– Очень кстати, Апалал! – с довольной улыбкой молвила принцесса, хитро взглянув на своего советника сквозь прорези церемониальной золотой маски. – Нидхёгг становится крайне назойливым. Сегодня прислал угрожающий дымовой сигнал – это первое предупреждение. Дальше он будет нападать, а у меня нет достойных воинов, отец и братья мертвы, и сама я не могу вступить в бой с официальным женихом – это против правил. И закрыть границы не могу тоже, потому что моих сил хватит ненадолго, чтобы постоянно удерживать их на замке. Этот способ хорош для экстренных мер, чтобы на время замедлить перемещения врага.