Дург. В поисках королевы

© Андрей Преволт, 2018

ISBN 978-5-4490-3407-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Незнакомец в капюшоне

Торговая площадь в центре города, как всегда, была заполнена народом. Торговцы всех мастей наперебой предлагали свои товары покупателям. Лоточники сновали между рядами в надежде первыми перехватить удачу. В ремесленных рядах было лишь чуть меньше людей и больше порядка, а в остальном все так же: шум, гам, крики зазывал.

Справа от ратуши вдоль площади шли ряды дешевых гостиниц и трактиров с кабаками и харчевнями. Слева высилось здание Королевского университета.

Человек в коричневом плаще с накинутым на голову капюшоном вышел на площадь из двери трактира «Лисий нос». Внимания на него никто не обратил. Мало ли подозрительных личностей слоняется в шумных торговых местах. Он не был похож на покупателя, потому беспрепятственно прошел ряд торговцев живой птицей. Затем ряд соленой рыбы. Обычно стоило только кому ступить туда, ему тут же в нос пихали либо курицу, либо рыбину. И даже ничего не купив, человек уходил в перьях или в чешуе. Но странному незнакомцу никто не решился предложить свой товар. Он свернул из торговых рядов к гостиницам и пошел вдоль них к ратуше. Столы, вынесенные на улицу из постоялых дворов, были заполнены трапезничающим народом. За одним из них компания студентов громко билась деревянными кружками за каждый сказанный тост, обильно разливая при этом пенный напиток на и так уже изрядно липкий стол. Поравнявшись с ними, незнакомец услышал очередной повод для удара кружками: «Раз король снова решил жениться, так выпьем же за новую королеву!».

После этих слов компания опять с гиканьем собрала кружки в одном месте над центром стола. Незнакомец в плаще, на секунду молча остановившись рядом со столом, усмехнулся под капюшоном и продолжил свой путь.

Не доходя сорока шагов до ратуши, он резко повернул налево и быстро смешался с толпой тряпичников – торговцев старой одеждой, которую они предлагали, накинув себе на плечи. Несмотря на отсутствие рядов, толчею и неразбериху в этом месте торговой площади, незнакомец уже через минуту был на другой ее стороне и входил в университетские двери.

– Господин Кюль, к вам посетитель, – приоткрыв дверь в аудиторию естествознания, произнес студент, ответственный за прием посетителей у входной двери.

Помощник преподавателя оторвал свой взгляд от толстой книги с желтыми страницами и повернул к двери голову со взлохмаченной рыжей шевелюрой. В этот момент в аудиторию уже протискивался спиной вперед человек в коричневом плаще с накинутым на голову капюшоном. Незнакомец стал лицом к двери, закрыл ее и только тогда снял капюшон и повернулся.

Лицо господина Кюля расплылось в широкой гнилозубой улыбке.

– Дург, вы ли это? Как я рад снова видеть вас!

– Я тоже рад видеть тебя, Максимилиан, в полном здравии, – произнес Дург Стрэйг, садясь на стул с противоположной стороны стола. – Но лучше сразу о деле. Завтра за тобой придут стражники и уведут тебя в Галдынор.

– За что, Дург? – поднимаясь со стула, изумленно глядя на старого знакомого, спросил Максимилиан. – Что я сделал плохого?

– Не переживай, там ты проведешь одни сутки в специальной комнате, а не в каземате. Послезавтра утром, затемно, мы отправимся с тобой в новое путешествие. Будешь моим слугой-оруженосцем.

– А свой меч мне брать? – спросил рыжий, еще не понимая, что происходит.

– Возьми меч и самые нужные тебе вещи. Новую одежду получишь в замке. Будешь изображать слугу богатого дворянина, – монотонно, глядя куда-то мимо собеседника, давал наставления Дург.

– Что, и лошадь у меня будет? – осторожно спросил рыжий.

– Да, Максимилиан! А то вдруг нам придется убегать или догонять кого, а ты на осле, – произнося это, Дург не смог сдержать улыбки. А после того как показались черные зубы Максимилиана, они оба уже залились громким смехом.

Попрощавшись с рыжим студентом, Дург накинул капюшон и вышел из аудитории. Через несколько минут он уже входил в «Лисий нос». А еще через четверть часа в сопровождении двух помощников выехал со двора тайной канцелярии на аудиенцию к королю.

Благодаря тайному подземному ходу из канцелярии в трактир, находящийся на многолюдной оживленной площади, Дург имел возможность свободно посещать места и нужных людей без привлечения внимания. А за ним в последнее время пристально следили. Он быстро выяснил, по чьему приказу, а вот причину до конца пока не знал. Допрашивать с пристрастием рядовых наблюдателей не имело смысла. Они действительно не знали причины. Догадки и явные подозрения были, но окончательно разобраться во всем теперь помешало новое задание короля и подготовка к его выполнению.

После возвращения из-под стен Ассакрабии, разгромив внутреннюю оппозицию в лице семейства Нильбердов, король постоянно требовал найти изменницу-жену. Дург, зная необузданный характер своего монарха, прекрасно понимал, что найти королеву будет легче, чем уберечь ее от казни. Мертвая королева стала бы мученицей в глазах ее сторонников, коих в стране оставалось еще немало. Зачем лишние проблемы?

Дург решил выждать время. Может, все уляжется и без королевы. Поначалу так все и пошло. Через три месяца король перестал даже вспоминать о своей бывшей супруге. Но вдруг углубился в религию. Храмовики стали частыми гостями во дворце, особенно великий инквизитор Хилакиус.

Дургу совсем не нравилась эта дружба. Но пока он выбрал меньшее из зол, просто наблюдая за ситуацией.

Храмовики тем временем стали усиливать свое влияние при дворе, забывая при этом о своих прямых обязанностях – заботе о духовном состоянии своей паствы.

Когда прошел год после окончания войны, король неожиданно решил жениться. Принцесса Хисидора, дочь правителя Гирмении, приезжала с визитом в Ледонию с отцом как раз перед началом войны. Тогда ей было пятнадцать лет, и была она весьма привлекательной девушкой. Отец ее, царь Коррид, тогда отказался выступить совместно с королем Ледонии Дидартом III против Лоуреанцев. Он испугался, что даже объединенное войско не сможет справиться с такой задачей.

Но Дидарт III показал, что это можно сделать и в одиночку. И теперь он решил потребовать в жены принцессу Хисидору, поставив ее отца перед сложным выбором. Если он откажет Дидарту во второй раз – это будет означать начало войны между ними. Отдав ему в жены дочь, можно загладить свою вину.

Хисидора была уже на пути в Ледонию, когда у короля Дидарта возникла проблема. Архиепископ Калиоп, главенствующее духовное лицо Ледонии, поставил условие – король обязан развестись с первой женой. Иначе новый брак заключить невозможно. Факта смерти законной королевы не установлено. Значит, надо либо предоставить ее тело, либо ее саму, живую, и совершить официальный бракоразводный процесс.

То, чего Дург опасался, все-таки произошло. Следовало найти королеву и лучше, естественно, живой. Доказать ее смерть будет практически невозможно. Хотя, конечно, самой королеве, конечно, было бы выгодно, чтобы ее считали умершей.

В общем, Дургу предстояло искать иголку в стоге сена. Он знал, что рано или поздно эта проблема всплывет, поэтому на протяжении всего года вел работу по установлению направления, по которому королева покинула страну. Сначала все было до неприличия банально. На одном из пограничных форпостов, охраняющем рубежи Ледонии от степных кочевников, стражники рассказали, что перед самым возвращением короля в степь выехала повозка с королевскими вензелями в сопровождении капитана дворцовой стражи. Он показал бумаги с печатью герцога Нильберда и сказал, что хан Галарай ждет дорогих гостей и что через неделю они вернутся обратно. Повозка через неделю не вернулась. А позже конные разъезды встречали в приграничной полосе отряд кочевников, в котором один из всадников был в капитанских доспехах. Понятно, что тело того капитана уже давно обглодали степные псы и вороны. Королеве и герцогу не нужны были свидетели.

Получив эту информацию, Дург на время успокоился. Он стал ждать приказа короля о розыске супруги и уже выбирал посланца, который отвезет хану Галараю требование выдать государственных преступников.

Но событие, произошедшее четыре месяца спустя, заставило по-новому взглянуть на эту проблему.

Через два месяца после возвращения из похода семейство Стрэйгов отпраздновало свадьбу. Сесилью представили обществу как девушку из знатного рода лоуреанцев. Самым высоким гостем на торжестве был король Дидарт III, пожаловавший в подарок молодым один из самых красивых замков, принадлежавших ранее семейству Нильбердов, – Зеевен.

Молодая чета с трудом обживала новое жилище, бывшее почти в три раза больше родового имения Стрэйгов.

Дург первое время вообще редко приезжал из столицы в теперь уже семейное гнездо. Сесилья сама, одна, как могла, обустраивала новый дом.

Прислуги пока было мало. Дург тщательно отбирал кандидатов в помощники по дому. Старых работников, преданных семейству Нильбердов, пришлось всех уволить как неблагонадежных. А новых не всегда было время подбирать. Поэтому Сесилья порой сама занималась домашними делами.

Когда жизнь в королевстве вошла в более-менее спокойный ритм, Дург стал чаще приезжать домой. Теперь, кроме гостиного зала, обеденной комнаты и спальни, Дург освоился еще и в кабинете. До этого он несколько раз входил в него, но дальше любования огромным дубовым столом дело не доходило. Тяжеловесная на вид черная столешница была до блеска натерта воском. Видно было, что столом практически не пользовались, но лакеи ежедневно старательно натирали его.

Как-то раз Дург приехал домой на несколько дней. Но полностью отвлечься от работы не получалось. Решив вечером поработать с привезенными с собой документами, он впервые сел за стол в кабинете. Даже днем при солнечном свете, стоя рядом, Дург видел только идеально гладкую блестящую поверхность. Теперь же, сидя при свете свечи, глядя на стол под другим углом, он заметил продавленные в воске пером через бумагу буквы. Тщательно разглядывая, он переносил их на бумагу. Вскоре взору Дурга предстало письмо герцога Нильберда некоему неизвестному адресату. Текст письма поставил Дурга в тупик. Тот человек, которому писал герцог, должен был ждать его с королевой у подножия подземной горы, куда они приплывут на корабле некоего Харона. Кто такой Харон и где находится подземная гора, до которой можно доплыть на корабле, Дург не имел понятия.

Такой поворот событий озадачил Дурга. Если до обнаружения таинственной записи все было более-менее понятно – в какой стороне искать, к чему готовиться, то теперь все усложнилось.

Буквально через день после этого Дург вызвал к себе Максимилиана. Целый месяц рыжий студент перелопачивал университетскую библиотеку в поисках упоминания о подземной горе, реке или озере, по которым к ней можно подплыть.

В университетской библиотеке среди огромного множества книг лишь в одной из них Максимилиану удалось разыскать маленькое упоминание о пещере. «В нее вошел старик, спустился вниз, сел в челн, и воды подземной реки подхватили его и понесли к огромному озеру, посреди которого возвышалась гора. Причалил старик к горе, и увидел он двуликих людей без спин. С одной стороны у них был облик мужчин, а с другой – женщин. И поселился он среди них и прожил два года. Но пришел Харон…». На этом повествование обрывается.

Максимилиан хотел узнать об авторе книги, в которой нашел эти строки, но его в университете никто не знал. Как и не знали, откуда эта книга появилась в библиотеке.

Имя Харон с языка кочевых племен Арханкизии переводилось как «удушающий» и часто давалось как второе имя палачам во взрослом возрасте. Детей при рождении так не называли.

Вот если бы в записке упоминался Харон на лошади и в степи – все было бы на своих местах. А вот Харон под землей, еще и на корабле – оставляло еще больше загадок.

Дург понимал, что начинать поиски придется в степях. После того как главное хранилище информации – Королевский университет – не дало практически никаких зацепок, придется делать все с нуля.

Все бы еще было ничего, и поиски королевы можно было принять как интересное приключение, но в стране вновь начиналось твориться неладное. Усиление роли храмовиков в политической жизни государства становилось все очевиднее. Король уже почти полностью был под их контролем. Налоговый и судебный гнет на простой народ усилился вдвое, что стало приводить к волнениям. Покидать страну в такое время Дургу было совсем нежелательно. И складывалось впечатление, что его сознательно сейчас выпихивают за пределы границ государства, чтобы он никак не мог повлиять на процессы, происходящие внутри.

Пойти против воли короля Дург не мог. Оставалось постараться в короткие сроки найти королеву и вернуться с нею домой. Правда, может так случиться, что найти ее получится, а вот привезти домой – нет. Она ведь явно не желает возвращаться к своему мужу, раз до сих пор не вернулась. Может ведь так случиться, что для того, чтобы ее вернуть, понадобится целое войско.

В общем, Дург решил – сначала надо найти королеву, а потом уже решать, как представить ее пред очи монарха. Поэтому решено было отправиться в экспедицию не в составе вооруженного отряда, это привлекло бы внимание и, скорее всего, спровоцировало конфликт, а в одиночку. Но так как благородные рыцари всегда путешествуют со слугой-оруженосцем, то в одиночку в данном случае подразумевалось вдвоем.

Из людей близких и преданных Дургу логичнее всего было взять с собой Карла. Опытный воин был бы хорошим подспорьем в трудном и опасном путешествии. Но его грозный вид никак не походил на вид слуги. И решено было взять с собой Максимилиана. С таким сопровождением Дург легко мог сыграть роль отпрыска богатого семейства, тяготеющего к приключениям, не привлекая к себе внимания своих коллег в других государствах.

Новость о новом походе застала Максимилиана врасплох. Он не ожидал, что выбор Дурга может остановиться на нем, тщедушном бедном студенте. Не очень хотелось покидать уютный теплый кабинет и место на кафедре. Но, с другой стороны, путешествие предполагало такое закрученное приключение, что грех было отказываться от него. Тем более отказаться и так не было никакой возможности. Во-первых, Дург – это друг. Во-вторых, он начальник королевской тайной канцелярии. Как можно отказать таким людям?

Максимилиан вошел в каморку, служившую ему одновременно жилищем. Эту привилегию он получил, когда стал подрабатывать на кафедре. Из-за шкафа достал длинный сверток из грубой ткани, развернул его и взял в руку меч, подаренный Дургом. Несколько секунд полюбовался блеском благородной стали. Потом вытащил из котомки припасенное на ужин яблоко. Вышел из тесной каморки обратно в аудиторию. Левой рукой подбросил яблоко вверх и двумя быстрыми взмахами меча в воздухе разрубил его на четыре части. «Да, Дург, все эти месяцы я не терял времени зря», – тихо с самодовольной улыбкой произнес Максимилиан.

Крупные капли дождя монотонно барабанили по крыше резиденции Великого инквизитора. Хилакиусу не спалось. Множество мыслей, как рой кровососущих насекомых над болотом, кружились сейчас в его голове. Вкупе с крупными каплями ночного дождя они не давали уснуть.

Самой большой головной болью для инквизитора сейчас были не ведьмы и еретики, а начальник королевской тайной канцелярии – Дург Стрэйг. Он – это единственное оставшееся препятствие на пути к полному установлению религиозной власти в государстве. Светская власть в лице короля практически полностью сдала свои позиции. Министры и советники короля боятся открыть рты. Риск попасть в застенки инквизиции у них пока еще мал, а вот вероятность лишиться своих постов уже велика. Другие знатные вельможи, да и практически весь высший свет, давно прекратили жаловаться королю и держат язык за зубами. И только Дург Стрэйг, занявший свой пост после ухода папаши на покой, реально обладающий властью и влиянием на короля, является сейчас костью в горле для Святого престола. Король всячески ему доверяет и очень ценит. Идти в открытую против такого человека престол пока не может. Его нужно дискредитировать в глазах короля, общества, храмовой службы. Единственная зацепка, за которую можно ухватиться, – это его женитьба. Потомственный ледонский дворянин женится на девушке из знатного лоуреанского рода. Ничего необычного в этом нет. Только вот посланные в Лоуреанию инквизиторские ищейки так и не смогли разузнать, из какого именно рода происходит Сесилья Киргин, как записано в книге сочетания браков главного столичного храма. Допросы солдат, участвовавших в походе короля, не дали ровным счетом ничего. Все в один голос говорили, что девушка прилетела с Дургом и ведьмой на огромной птице. Больше никаких подробностей не было.

Именно отсутствие подробностей больше всего терзало инквизитора. Кто она? Лоуреанцы – еретики. Они придавали той войне статус религиозной. Но вызванный на допрос полковой священник, проведший ее новообращение прямо в королевском походном шатре, утверждал, что она легко отреклась от своей веры. Если она из знатного рода, то она никогда добровольно не пошла бы на смену религии. Это не просто уход из семьи к супругу, это означало полный разрыв с семьей. Но если она не лоуреанка, то кто? Откуда она взялась?

Этот Дург Стрэйг что-то скрывает. Он очень сильная фигура. Единственное его слабое место – это его жена. Святая инквизиция обязательно разузнает истину.

На следующее утро после визита Дурга в университет нагрянула стража, и Максимилиана с вещами увели в замок Галдынор. Как обещал Дург, там его разместили в отдельной комнате, дали новую одежду. Вечером во внутреннем дворике он объездил предназначавшуюся ему лошадь. Познакомиться с животным лучше было накануне, чтобы утром было проще с ним обращаться. Это, надо признать, далось Максимилиану очень тяжело. Дург приехал в Галдынор поздно ночью.

Дург опасался за Сесилью. В Зеевене помимо обычной охраны замка он на время своего отсутствия разместил отряд из лучших бойцов тайной канцелярии и жандармерии под предводительством Карла Безухого. Карлу была вручена бумага с гербовой королевской печатью. В королевском указе запрещалось впускать кого-либо или выпускать из замка кого-либо без личного приказа начальника королевской тайной канцелярии Дурга Стрэйга. Никто, включая самого короля, не мог войти в Зеевен или потребовать выйти из него без разрешения хозяина замка.

Дургу нелегко далась такая бумага. Наушники короля из числа храмовиков всячески пытались воспрепятствовать этому. Но на этом этапе не смогли справиться с влиянием начальника тайной канцелярии.

Дург прекрасно понимал, что полной гарантии неприкосновенности такая бумага не дает. Но все же, чтобы этот указ как-то обойти или отменить, нужно время. Поэтому поиски королевы не следует затягивать.

Глава 2. В дорогу

Галдынор покинули еще затемно. Из города выезжали через Погребальные, или Захлопывающиеся, ворота. Выезд из этих ворот ведет на городское кладбище. Стражники-вратари, стоящие на этих воротах, рассказывают, что всякий раз, как через них вывозят покойника, створки ворот сами захлопываются. Потому ворота так и прозвали. Также замечали, что если живой человек не из похоронной процессии выезжал из этих ворот, и створки за ним захлопнулись, то этот человек живым уже не вернется.

От Погребальных ворот до границы расстояние было самым коротким. Дург хотел, пока темно, как можно дальше отъехать от города. А может, было внутри желание оглянуться на пророческие ворота. Это путешествие предполагало множество опасностей. Вслух Дург этого не произнес бы никогда, а ворота сами по себе все сделают.

До границы Дурга с Максимилианом сопровождали шестеро всадников из числа преданных Дургу людей. Пока было темно, скакали во весь опор. Когда рассвело, двигались неспешно, стараясь не привлекать внимания.

В полдень Дург с Максимилианом миновали последний пограничный форпост и покинули пределы Ледонского королевства.

На протяжении всего пути до границы рыжий студент не проронил ни слова. Он сосредоточенно пытался удержаться в седле. Максимилиан никогда не ездил на настоящем благородном скакуне. По меркам его семьи, эта лошадь стоила целое состояние. Даже сбруя стоила немыслимых денег. На нем была одежда слуги, но у Максимилиана никогда до этого не было такой хорошей одежды. Меч, висевший сейчас у него на поясе, мог быть гордостью для молодого феодала любого знатного рода. Оглядывая простирающуюся, на сколько видит вокруг глаз, степь, вдыхая полной грудью запах полевых трав, Максимилиан чувствовал себя свободным и счастливым, чувствовал себя человеком. Что ждет его впереди, трудно предположить. Это что-то будет наверняка опасным. Но оно точно будет интересным. А значит, решившись когда-то пойти в Лес мертвецов, вырвавшись из состояния нищей дрожащей твари, он сделал правильный выбор. Сейчас он, бывший беднейшим из всех студентов университета, едет на дорогом коне, в достойной одежде, с благородным оружием, бок о бок с влиятельнейшим человеком в королевстве, который выбрал именно его своим верным помощником и оруженосцем.

У Дурга не было столь возвышенных чувств. Он покидал дом с тревожными чувствами. Отец, ушедший на покой после его возвращения из Леса мертвецов, остался в родовом замке. Там очень мало охраны. Раньше семейство Стрэйгов и не заботилось никогда о его охране. Ни у кого не возникало мысли, что на замок могут напасть. В настоящее время Дург не мог исключить и этого.

Сесилья, и так почти не покидавшая Зеевен, теперь была практически под домашним арестом. Сколько это продлится, не знает никто. И хотя то, что стражники Погребальных ворот сами закрыли створки, обнадеживало, все же полагаться только на это суеверие не стоило. Сейчас здесь, в степи, в любую секунду из ниоткуда могла прилететь стрела, и все будет кончено. Но надо верить в лучшее.

С этой мыслью Дург чуть придержал коня, подождал, пока Максимилиан, ехавший немного сзади, поравняется с ним, и бодро заговорил.

– Ну, как тебе, рыжий друг?

– Что как, сеньор? – не поняв вопроса, переспросил Максимилиан, находившийся в своих восхищенных мыслях.

– Конь не норовит сбросить тебя? А как одежда, все подошло, Максимилиан? – стараясь выглядеть бодрым и веселым, скрыть свои волнения, быстро спросил Дург.

– Все великолепно! У меня никогда не было ни такого коня, ни такой одежды, ни таких приключений. Благодаря встрече с вами, Дург, моя жизнь круто поменялась и приобрела вкус.

– Твоя жизнь, Максимилиан, поменялась потому, что ты когда-то поставил себе цель – написать книгу про Лес мертвецов. Ты рискнул, не побоявшись пойти в этот лес, то есть приступил к реализации своей цели. И благодаря этому, ты встретил меня. И при той встрече ты первый сделал шаг, чтобы подружиться со мной.

– Пусть будет по-вашему, сеньор. К тому же вы действительно правы. Я просто до этого не осмеливался думать о себе так, – после этих слов Максимилиан отвернулся в сторону, и опять, уйдя мыслями глубоко в себя, отстраненно рассматривал однообразные пейзажи, тянущиеся вдоль дороги.

Дург не стал прерывать его мысли и тоже дальше ехал молча, думая о своем.

Через некоторое время рыжий студент вернулся к действительности.

– Скажите мне, Дург, мы ведь едем, как я понял, на поиски королевы? Не слишком ли это рискованное предприятие для двух человек? Ведь одно дело ее найти, и совсем другое – забрать и доставить к королю, – не успел рыжий договорить свои вопросы и размышления, как на дороге показались несколько всадников. Рыжий замолчал и неотрывно следил, как небольшой отряд кочевников-степняков, поднимая клубы дорожной пыли, несся навстречу им с Дургом.

Когда всадники приблизились на расстояние в сто шагов, заговорил Дург:

– Ладно, Максимилиан, ты сейчас достаточно поговорил, теперь помолчи, говорить буду я.

Когда кочевники, по обыкновению своему, с гиканьем, обнажив короткие кривые мечи, окружили путешественников, Дург, подняв вверх правую руку, вдруг неожиданно для Максимилиана и для самих кочевников заговорил на их языке. Да еще делал он это таким властным тоном, что их бравый боевой запал как-то быстро стал угасать. И уже через минуту отряд кочевников, спрятав мечи в ножны, ободряя себя свистом, поскакал в первоначальном направлении.

– Что вы им сказали, Дург? – спросил удивленный студент.

– Я сказал им, что у нас очень важное донесение их повелителю хану Галараю. И что я должен отдать ему его лично, иначе у них будут проблемы. А так как я говорил это не просто на их языке, а еще и на диалекте этих мест, они даже не стали нас обыскивать и приняли все на веру.

– У вас правда есть донесение хану, Дург? – нерешительно спросил Максимилиан.

– Нам главное добраться до ставки хана, мой друг, а там мы уже разберемся, – приободрившись, произнес Дург.