За все придется платить

Глава I

   Возможно, стоило попробовать сделать для старушки что-то особенное, возможно это вызвало бы у той новые эмоции. Поднос из прекрасного дорогого пластика, похожего на настоящее дерево, а на нем отличный завтрак- корзинка со свежим хлебом, ароматно пахнущая яичница с жидким желтком, апельсиновый сок без мякоти (бабушка не любила сок с мякотью) и в дополнение тарелка с фруктами: сочное яблоко, груша и банан. И хотя шансы на успех были совсем не велики, все это богатство Марина водрузила на стол-каталку и распахнула двери в бабушкину комнату.

   –Бабуля, доброе утро, смотри, что я сегодня приготовила. Специально встала пораньше, чтобы успеть до работы.

   Старушка лежала в кровати и грустно смотрела на колеса своего кресла, стоящего рядом, так, чтобы возможно было самостоятельно перебраться из кровати в него.

   –Бабушка, посмотри на меня, пожалуйста. Я хочу увидеть твое лицо. Ты рада?

– Когда ты уже дашь мне спокойно умереть!? Я хочу покоя!

   Бабушка повернулась к Марине, но на лице было совсем не счастье или радость, это был гнев и печаль – странная смесь, которую Марина видела все чаще, последнее время.

– Ба, мы уже не раз говорили об этом, еще не время. Я еще не дописала свою работу, а без тебя ничего не выйдет. Ты же знаешь, что «лучистых» в нашем городе больше не осталось, ты и твои эмоции на вес золота.

   –Я не могу тебе больше ничего дать, у меня ничего не осталось кроме усталости и раздражения.

   Марина внимательно посмотрела на старушку: «Какая же красивая женщина. Такое чудесное лицо! Все эти морщинки- как картина ее жизни. По лицу можно прочесть всю историю ее жизни и все равно она останется загадкой. Как жаль, что у меня никогда не будет такого лица».

– Ты не можешь уйти, мы пока не готовы тебя отпустить, да и ты подписывала договор, у тебя еще 2 года жизни, и как раз сегодня придет продлитель.

   Старушка бессильно откинулась на подушку и закрыла глаза. Из-под закрытых век потекли терпкие, соленые слезы. Женщина резко села в кровати и посмотрев на внучку заговорила:

   –Марина, я подписала договор, не думая. Я подписала его, когда еще хотела жить и боялась смерти. Мне больше 300 лет! 300! Ты хоть понимаешь?! Ты приходишь сюда каждый день, просишь каждый раз показать эмоцию и я , как подопытный кролик, делаю это для тебя. Ты понимаешь, что это не настоящее, я не могу быть искренней, я так устала. Я не хочу больше жить, я ненавижу тебя и всех недолюдей подобных тебе.

   «Интересно, это уже не гнев, это действительно ненависть, нужно будет обязательно записать» – мелькнуло в голове Марины.

   –Мне больно от того, что так говоришь, я такой же человек, как и ты!

   –Нет, ты не человек! Ты кукла! У вас атрофировались не рожи, а мозги!

   –Ты не права, мы работаем над тем, чтобы вернуть людям, человечеству, способность чувствовать и выражать эмоции. Я и другие, мы не виноваты в том, что мышцы нашего лица не работаю! Ты понимаешь, как важно собирать информацию о том, как работает мимика, ты делаешь великое дело! Когда будет найдена сыворотка….

   Старуха оборвала девушку на полуслове:

   –Вы никогда не найдете лекарство! Невозможно выражать эмоции если не испытываешь чувств, а вам это не дано, у вас нет души!

   Марина почувствовала, вроде, досаду, но ее лицо по-прежнему оставалось невероятно гладким. И только глаза иногда будто попадали под тень.

   –У нас не выходит сегодня разговора. Мне очень жаль, что ты так это все воспринимаешь. Я хотела бы тебе помочь, но это и меня касается, это моя работа.

   –Помочь? Принеси мне книгу, я хочу читать. – женщина хитро прищурилась, уголок ее губ приподнялся в презрительной ухмылке.

   –Бабушка я не могу дать тебе книгу. Хочешь я включу аудио запись или принесу тебе эбуук?

   –Хочу книгу, настоящую, бумажную! Хочу! Хочу!

   –Перестань, мы больше не делаем бумагу, деревьев стало слишком мало. Сейчас все ресурсы направлены на восстановление лесных массивов. Зачем ты так себя ведешь? Ты же все это знаешь!

   –Потому, что я ненавижу тебя! Я презираю таких как ты! Уходи!

   Женщина отвернулась от Марины и та, больше не могла хорошо разглядеть ее лицо.

   Марина вышла за дверь, достала свой нэтблок и невероятно длинными и гибкими пальцами быстро нашла на мониторе папку «диссертация». Открыла ее и набрала «наблюдаемая «лучистая» вот уже второй месяц не излучает и не показывает ничего кроме раздражения и усталости. В моменты беседы редко можно уловить ненависть и презрение. Когда «лучистая» говорит о смерти на лице есть признаки грусти».

   –Ай…сломался!

   Марина отдернула от монитора руку и внимательно посмотрела на стилус, который был вклеен в ноготь продолжая его.

   –Надо будет в следующей раз, нейл мастера, попросить сделать покороче.

   Марина убрала нэтблок, открыв шкаф она натянула скучную белую блузку с длинным рукавом и такую же скучную серую юбку-карандаш, изюминка наряда- ослепительно белые кроссовки. У огромного настенного зеркала в прихожей, девушка расчесала свои длинные волосы, цвета платины и спрятала все их великолепие в унылый пучок. Все это было проделано с легкостью и скоростью человека, доведшего свои действия до автоматизма- вовремя, как раз часы напомнили, что у нее скоро начнется занятие.

   «Вот это жара сегодня, расплавиться можно. Почему бы мне не посидеть сегодня дома и не понаблюдать мою старушку? Ну нет, конечно, ха… вот так меня и отпустили! Хоть бы дождик ну или маленькая тучка, прикрыть эту печку. Как жаль, что метеоцентр ничего из этого не обещал.»

   Бабушка рассказывала ей, что когда-то давно, когда бумажные книги были обычным делом, город находился практически в лесу и утопал в зелени. Дышать было легко и свободно и даже в самые жаркие летние дни можно было отыскать прохладу в тени аллей. Потом все чаще стала появляться информация об инфицировании людей, неизвестными болезнями- государство тратило огромные деньги на то, чтобы разобраться и вылечить, всю страну стали переводить на бестактность под лозунгом «за компьютеризацией будущее» и это будущее наступило.

   Высокие деревья заглушали радиосигналы и тормозили скорость передачи, поэтому было решено убрать все деревья из городов и крупных поселков. Бесконтактность имела как плюсы, так и минусы. Одними из плюсов стало то, что, инфекционные заболевания практически исчезли из статистики, отпала необходимость в бумажных носителях, а так как деревьев с каждым годом становилось все меньше, отказ от бумажной литературы, позволил восстанавливать зеленый массив.

   Минусов оказалось в разы больше, самым весомым стало то, что со временем мышцы лица, отвечающие за мимику стали рудиментами. Необходимость иметь живое мимическое лицо, отпала, так как такие вещи просто на просто не заметны через мониторы, нужно было учиться высказывать свои чувства облачая их в слова, понятные собеседнику. Потом люди поняли, что в принципе перестали испытывать чувства. Всегда спокойные, всегда молодые, всегда здоровые.

   Марина была из того поколения, которые уже не знали, что такое мимика, вернее знала, но никогда не использовала, у нее не было возможности. Ее школьные годы проходили в режиме онлайн. Каждое утро она просыпалась, завтракала, надевала белую рубашку иногда юбку, а иногда оставалась, как была в трусах, и шла в звукоизолированную будку два на два метра. Будка была установлена в большой комнате ее квартиры, в той комнате, где лучше всего ловил модем. В будке стоял стол, стационарный компьютер, хорошая камера и наушники- все, что нужно было для школьника.

   Марину растила прабабушка, родители ее погибли, и она их практически не помнила. Примерно в возрасте 5-6 лет Маришка заметила, что бабуля совсем не такая как она сама. Ее лицо все время двигается, а Маришкино нет. Тогда бабушка сказала: «Ты просто еще маленькая, подрастешь и тоже так сможешь» – сказала и отвернулась.

   Маришка росла, но ничего не менялось, ее лицо и в 20 и 25 так и не приобрело ни одной морщинки и ни разу не дрогнуло в улыбке. Она обожала бабушкино лицо, такое разное, такое живое. Марина, если бы могла чувствовать, горько бы страдала, что так и не научилась излучать чувства.

   Время от времени где-то глубоко внутри Марина, вроде в области сердца, иногда в животе, будто шевелится маленький комочек, иногда он был пушистый, а иногда колючий, причиняющий боль. Бабушка говорила, что это отголоски потерянного умения чувствовать, это то, что ей оставили ей ее предки.

   Блуждая по просторам интернета, она наткнулась на старинное издание «физиогномики» и пропала. Мир мимики захватил ее с головой. Она прочла все, что смогла найти. Потом переключилась на кинестетику, изучила миологию. Через 10 лет учебы Марина успешно сдала экзамены и уже знала кем хочет стать.

   Следуя своей цели, Марина закончила медицинский институт, естественно тоже онлайн, но она надеялась, что это будут последние 5 лет ее заточения в звукоизолированной будке посреди комнаты.

   Настал этот удивительный день, комочек был мягкий, наверное, это было счастье, так думала девушка, хоть и не могла показать этого, она пришла на работу в центр миологии. Это было чудесно, большое здание с лепниной на стенах и мир внутри полный живых и интересных людей, которые наверняка умеют что-то особенное. Марина представляла себе, что на их лицах есть морщинки, что они те люди, которые могут говорить, не открывая рта, и она тоже научится делать это.

   Если бы Марина умела чувствовать и управлять своим лицом, увидев свой кабинет, на нем бы точно отразилась вся гамма чувств от разочарования до злости. Ее кабинет- это звукоизолированная будка два на два.

   Людей в здании действительно было очень много, были и молодые, и более взрослые, но все они имели одинаково идеально гладкое лицо.

   Центр имел несколько этажей: каждый этаж отвечал за изучение отдельного составляющего чувств и эмоций. На первом этаже работали психологи. И несмотря на то, что в старых учебниках «психология-наука о душе», сейчас психологи изучали не душу, но поведенческие причинно- следственные связи. На втором было царство миологов- они всячески исследовали и тестировали мышцы лица. Еще был отдел генетики, и неврологии, физиономистов- у этих было полно времени тренировать разные выражения лица и у некоторых даже что-то получалось. Марина работала в отделе кинестетики. Ее мечта исполнилась, но не совсем.

   И в этот день Марина, придя на работу, поздоровалась со всеми, у кого еще не начались занятия и пошла к секретарю получать свое расписание на сегодня.

– Здравствуйте, Полина Андреевна, хочу увидеть расписание на сегодня

   –Здравствуйте, Марина Сергеевна, подождите минутку. Вот пожалуйста

   –Полина Андреевна, мне кажется, здесь ошибка, 8А 36 школы был у меня вчера

– Марина Сергеевна, не беспокойтесь, от двух раз подряд ничего не случится, просто Федорова сегодня приболела- мигрень, и ее учеников раскидал на всех, получилось так, что вам и Сергеевой попали классы вторично.

   –Понятно, мне нужно будет как-то объясняться с детьми или их родителями?

   –Не беспокойтесь все предупреждены.

   –Спасибо.

   –Хорошего дня

   Марина взяла распечатку расписания и направилась в свой кабинет. Включила свет, компьютер, надела наушники и стала ждать звонка.

   С приходом бесконтактности ни все дети смогли в полном объеме поглощать те знания, которые им преподносили учителя. Некоторые сбегали с урока, ставя на экран свою фото, будто они находятся перед камерой, некоторые сваливали вину за свою лень на преподавателя, говоря, что материал изложен слишком сложно или наоборот недостаточно обширный. В Министерство поступало куча жалоб от родителей, пошла череда исков и судебных разбирательств. После всей этой истории было принято решение, не закреплять за определённой школой или классом учителей, а каждый раз учитель должен был проводить урок для других детей. Таким образом детям приходилось учить, они не могли знать какой учитель будет в следующий раз и как он поступит поняв, что урок не усвоен. А варианты расправы были разные: самый щадящий- отстранение на неделю от занятий, нагнать программу было сложно, но возможно. И самый- жесткий освоение программы без помощи педагога- самостоятельно. Учителя же старались как можно лучше и понятнее преподнести материал, потому что, если бы педагог, заступивший следующим, понял, что предыдущий плохо справился со своей задачей – объяснить, это повлекло бы за собой неминуемый разнос или даже увольнение. Задача Марины и прочих преподавателей состояла в том, чтобы помимо обучения, выводить детей на эмоции, ну и по крайней мере пытаться. Если только преподаватель замечал изменение в поведении ребенка, и посчитал это проявлением чувств, в таком случае, необходимо было зафиксировать ИД ребенка и передать эту информацию в Министерство.

   Марина любила свою работу, она страстно мечтала, найти того самого ребенка, который дал бы надежду на чувствительность всему человечеству.

   Раздался звонок и на экране Марины появилось 15 маленьких окошечка с лицами детей в них. Все отписались в чат, поздоровались. Марина проверила связь, уточнив все ли ее хорошо слышат, дети ответили. Урок «кинестетики» начался.

   Через 4 часа с перерывами на перемену, даже шумоизолянт не смог сдержать гул, нарастающий в холле. Уроки закончились и учителя выходили из своих кабинетов, многие делали глубокий вдох, кто-то тут же разминал затекшее после долгого сидения тело, а кто-то кажется и не собирался отрываться от монитора, только сменил экран компьютера на экран телефона или нэтблока.

   –Марина Сергеевна, подождите

   –Здравствуйте, Вячеслав Олегович

   –Здравствуйте. Мариночка, я хотел поговорить о Вашей работе. Вы знаете, как Вас высоко ценит начальство, еще бы, Вы ни разу не получили жалобы или замечания, но вот Ваша диссертация…как бы… Вам сказать…

   Перед Мариной стоял ее научный руководитель. Невысокого роста мужчина, с большим круглым животом и лысиной. Его очки прочно сидели на мясистом носу. Если бы у него были морщины, можно было бы понять, что он человек очень умный.

   –Скажите, как есть, она не понравилась?

   –Да почему же сразу не понравилась, понравилась, но не вся. В ней есть много спорных моментов которые нам лучше обсудить не здесь, это займет время. Давайте встретимся часов в 6, в кафе около института.

   –Да, хорошо.

   –Договорились. Я побежал, у меня продленка.

   «Прекрасно, что же я буду делать до 6 часов? Идти домой бесполезно. Пожалуй, парк- лучшее место для того, чтобы поискать что-то новое» с такими мыслями девушка покинула рабочее место.

   Парк находился недалеко от «центра миологии», практически в центре города. Это было очень красивое место из зарослей и аллей всевозможных кустарников. Самая любимая у Марины была розовая аллея, аромат роз помогал собраться с мыслями.

   Марина выбрала лавочку с наклейкой «скоростной интернет» и устроилась на ней поудобнее.

   В ее сумке лежал нэтблок, рабочий гаджет, где была вся ее жизнь. Вся информация, накопленная годами школы, института, переписки с френдами, ее личная карта о состоянии ее здоровья, ее родословная, данные о ее доходах, словом это был полный архив «Марина Боряк идентификационный номер 55678».

   Кроме всего этого в нэтблоке был файл, ставший для Марины отдушиной, ее интересом, тем, что заставляло комочек подпрыгнуть к самым легким- ее диссертация.

   Марина решилась круто изменить свою жизнь. Она узнала о ведущихся разработках в области кинестетики, и что они ищут ученых, которые могут собрать максимально полную информацию обо всех возможных проявлениях чувств и эмоций. Это был шанс для Марины, из преподавателей перебраться на несколько ступеней выше, открыть и сделать, что-то великое.

   Она подала заявку и даже написала в анкете, что у нее есть своя личная «лучистая» – бабушка, и что наблюдение и исследование для нее не составит труда. Ей одобрили грант и заключили договор на исследование физиогномики и составляющих чувств. Девушка была довольна, только с бабушкой возникли проблемы. Старушка никак не соглашалась на роль исследуемого, и говорила, что все равно скоро ей умирать и внучка ничего не успеет записать, пускай опирается на свою память и описывает все, что уже видела. Марина не сдавалась и в итоге убедила бабушку подписать договор. По договору, бабушка не может умереть до тех пор, пока не закончена диссертация. Поддерживающие инъекции старушка и так делала каждый год со дня своего 110-летия, хотела увидеть своих потомков. Но последнее время продлитель приходит каждый месяц, Марина много раз пыталась узнать почему участились инъекции, но продлители никогда ни с кем не говорят, и ей тоже никто не отвечал. Да в общем девушка и так знала, что ресурсы бабули на исходе и ей действительно уже пора. За те 3 года, что Марина пишет свою научную работу, бабушка уже 2 раза пыталась обмануть породлителя, говоря, что чувствует себя слишком плохо и инъекцию нет смысла ставить, но такие детские методы не проходили. На каждого жителя города в администрации было собранно полное электронное досье со всеми анализами, пробами и всем прочим, необходимым материалом для того, чтобы точно знать, от чего человек может умереть и как продлить ему жизнь. Такая база данных была доступна всем жителям города, за исключением только лишь некоторых скрытых пунктов. Марина думала о том, что, если бы ни эта самая база она бы уже давно была замужем или хотя бы встречалась с реальным парнем. Общаться в интернете было очень просто, но только доходило дело до встречи начинались большие сложности. Многие просто ленились делать что-то большее чем переписка и исчезали из сети. И все же несколько свиданий Марина посетила. Обычно разговор не клеился и начинал налаживаться, когда люди обменивались своими ИД номерами и понимали, насколько они совместимы, есть ли смысл строить отношения с этим человеком. Понятно, что Марина пока не встретила того единственного, наверное, и не встретит.

   –Так, пустые мысли прочь из головы, нужно работать.

   Марина перечитала свои утренние записи.

   –Что же мне делать? Неужели, действительно, бабушка ничего больше не может показать? Так сложно найти «лучистого» – практически невозможно. А ведь квота стала моей только потому, что у меня было с кого списывать.

   Марина открыла учебник физиогномики, и погрузилась в чтение, надеясь найти хоть что-то новое, хотя бы зацепку или отсылку к другому источнику.

   –Привет.

   Марина подняла голову, над ней, немного нависая стоял высокий парень с загорелой кожей, карими глазами и русыми волосами. И ни чего себе…он улыбался, улыбался во весь рот. Возможно, если бы его зубы сияли Марина, наверное, ослепла!

   Она осмотрелась.

   –Вы мне?

   –Конечно, тут же больше нет никого. Можно я присяду?

   –Садитесь.

   Незнакомец устроился рядом, глядя прямо в лицо Марине. Вспышка где-то в области сердца, комочек стал каким-то холодным – страх, непонимание, восторг, интерес, неловкость?

   –Меня зовут Павел. Вы невероятно красивая и я не смог удержаться, чтобы не подойти. Как Ваше имя?

   –Павел, Вы не местный? Вы откуда?

   –А черт! Анестезия отходит, я что улыбался?

   –Да и еще как, я никогда не видела такого лица как Ваше.

   –Мне пора прощай!

   –Нет! Нет! постой, я не выдам! Меня зовут Марина! Я изучаю мимику, а Вы такая большая редкость, что я растерялась, встретив Вас. И Вы очень молоды, как это возможно?

   –Марина-красивое имя. Неужели вы действительно думаете, что все такие как вы «безликие»? Смешные.

– Нет, мы знаем, что такие как ты есть, но их очень мало и почти все, о которых нам известно очень старые. Расскажи кто ты? Откуда?

– «Хитрая какая!» – Павел воровато посмотрел по сторонам – «Все тебе расскажи, я просто впервые вижу такую красивую «безликую» у тебя очень говорящие глаза, я не смог не подойти. Это не значит, что я тебе все расскажу. Будете потом на мне свои исследования проводить. Да ты и раскусила меня только потому, что анестезия отходит. Кстати, раз так, мне действительно пора!» Павел резко встал и направился в сторону парковки. Марина побежала за ним «Паша, подожди». Проходящая мимо дама наблюдала за происходящим до тех пор, пока не скрылась в конце улицы. Мысль в голове Марины появилась молниеносно «вот же, хотела новый источник, он сам пришел, не упусти!»

   –Паша, мне очень нужна твоя помощь!

   –Ну нет, теперь, когда ты знаешь, что я нормальный, я не могу тебе доверять.

   –Скажи мне твой ИД я напишу тебе в сети. Если ты не хочешь общаться так, давай я напишу тебе онлайн?

   –Чего? Какой еще ИД? Иди-ка ты, повелся на красивое лицо.

   Павел явно сердился. «О! Этот нахмуренный лоб, плотно сжатые губы! Он прекрасен!»

   –Прости, я не могу тебя отпустить, Паша пожалуйста, ты нужен мне.

   Павел, сел в автомобиль, неизвестной для Марины марки. Он был настолько старым, что видимо производство таких закончилось еще до рождения девушки.

   Марина оставалась на месте и смотрела в след удаляющемуся автомобилю. Вдруг машина резко развернулась и стала возвращаться. Сердце Марины заколотилось с невероятной силой. Стекло опустилось, Паша выглянул из окна машины:

   –Марина, вот тебе мой номер. Позвони мне через 3 дня, не раньше. В другое время мой телефон будет отключен.

   Павел уехал, а Марина крепко сжала в руках клочок бумаги со старой серией номера телефона. Удивительно, откуда этот парень, из леса? Наверное, это и есть «счастье».

   Часы на руке оповестили «5,45 через 15 минут у Вас встреча».

Глава II

   Дорога вырывалась из-под колес машины, оставаясь далеко позади. Позади оставался и город и ее странными жителями. Красивый парень, за рулем белой БМВ, потрогал свое лицо, будто проверял «не пора ли ему побриться».

   «В следующий раз нужно увеличить дозировку, слишком быстро прошло в этот раз»

   Павел часто посматривал в зеркала заднего вида, но не менее внимательно следил за всем, что происходит на дороге и по обочинам. Иногда он останавливался, выходил из машины и смотрел в безоброчное небо, приложив руку козырьком ко лбу. Казалось, он ждет грозы, но почему-то именно со стороны города. Уровень его внимательности и осторожности как обычно был достаточно высоким, для того чтобы не вляпаться в неприятную историю. Он помнил тот самый случай, когда после очередного выезда в город, почти у самого дома, он услышал неприятный стрекот дрона. У игрушки тогда села батарейка, но это было уже все равно. Видео изображение поступало на монитор хозяина дрона, и весь путь до деревни был рассекречен. Тогда это казалось невозможным кошмаров, провалом Павла как старосты. Он должен был защищать, охранять своих людей, свою землю. Неся такую большую ответственность, можно было быть и поосторожнее. Но это было почти 10 лет назад, с того момента, он научился осмотрительности. И планируя поездку к «безликим», планировал и отбытие домой. Обычно поездки проходили тихо, по отточенной схеме, никогда не происходило непредвиденных событий. В этот раз он рисковал много больше, заговорив с «безликой», но не было другого выбора, время требовало действий.

   «Если получится с «безликой», тогда все наконец-то закончится. Неужели, сами боги послали мне ее!» – легкая улыбка скользнула по загорелому лицу.

   Через 6 часов езды скучная дорога с монотонными пейзажем, начала преображаться. Появились первые лесопосадки с молодыми и потому, невысокими деревьями. В воздухе ощущалось будто движение или энергия, но точно стало понятно, что кроме человека в машине здесь есть и другая жизнь. Деревья, птицы, животные, насекомые – сама их жизнь, само их существование сообщало миру вокруг «мы здесь».

   Мужчина остановил автомобиль, вышел. Глубокий вдох слился с тысячей подобных, легкий и свободный, он был своим. Мир вокруг принял его и не собирался прогонять, человек был дома.

   Каждый раз он удивлялся этой резкой перемене, вроде мир один, и в тоже время разделен на два. В одной половине, где жили безликие со всеми их гаджетами, новыми технологиями, практически бессмертием и странным понятием о красоте- там Павел чувствовал в себе все время нарастающее напряжение, опасность и угрозу. Здесь- в другой половине, было просто и понятно, он знал, здесь все живые у всех есть душа, он понимал этот мир, а мир понимал его.

   Оставив машину открытой, мужчина направился к ближайшему дереву – это была сосна. Довольно старая, но очень крепкая, прямая с прекрасной высокой кроной. Только обгоревший ствол на высоте примерно двух метров напоминал о том, что дерево могло погибнуть.

   Павел подошел к дереву и прикоснулся рукой к стволу. «Теплая». Он стоял и слушал, слушал дыхание растения, слушал историю видел и чувствовал жизнь. Наконец, очнувшись, убрал руку и поклонился могучему стражу леса. Как раз здесь и начался настоящий, непроходимый, теперь уже древний лес. Он стал таким потому, что «безликие» не смогли загубить его весь. Деревья мешали им расставлять сети своей интернет паутины. И началась массовая вырубка деревьев. В какой-то момент, эти бездушные твари, поняли, что им становиться просто-напросто нечем дышать. Кислорода, который давали хилые кустарники, было недостаточно. Тогда «безликим» пришлось умерить свой пыл, и теперь у каждого своя территория. Территория, где царит мать-Природа и территория бездушных, ни во что не верящих людей, опутанных паутиной. Предки Павла, ушли в лес еще до начала процесса отмирания чувств. В то время такие деревни назывались эко-поселениями, а людей, живущих в них, называли по-разному: староверами, старообрядцами, эко голиками, иногда просто психами. Сами же селян, предпочитали, чтобы о них вообще не говорили. Уже тогда, предки Павла, движимые интуицией, предвидением- назовите как хотите, понимали, нужно бежать, нужно скрыться от умирающего мира. Нужно сохранить то драгоценное, ничем не заменимое, что есть у каждого живого человека- душу. Скорее всего у «безликих» тоже есть душа, но она настолько крепко спит, что они больше походят на куклы, чем на людей.