Ведьма и темный инквизитор

Пролог

Ну люблю я с инквизиторами. Есть что-то притягательно-запретное в этом. Роман ведьмы и того, кто её ловит. А как забавно потом наблюдать их смущение!

Кто-то за меч или посох света хватается, кто-то стоит и молит на коленях об ещё одной волшебной ночи с ведьмой.

Разные бывали истории. Помню, один высокий мускулистый блондин долго меня перед сожжением «исповедовал». А потом сильно удивился, когда на костёр взошёл сам, а коварная ведьма лихо улетела в закат на тыкве.

(Да, я летаю разными способами, но метлу не люблю – очень уж она неудобна и вредна для женского здоровья).

Были и неудачные истории, когда молоденький инквизитор так заболел мною, что везде таскаться за ведьмой стал. Пришлось очень грубо его отвадить. Так он местью воспылал и карьеру сделал, до Верховного дослужился. И ладно бы мне мстил. Что он ведьме с почти тысячелетним стажем сделает? Но он меня как личность забыл, а как женщину – нет. В результате много рыжих безвинно пострадало. Лишь Тёмная Владычица его остановить смогла.

Были и весёлые истории: с одним рыжим красавчиком мы так сошлись, что по всей стране представления с сожжением ведьм устраивали. Он меня прилюдно по всему городу ловил, затем красиво сжигал и так повторялось в каждом городе, куда мы направлялись. Он карьеру делал, я развлекалась.

Один раз, правда, казус вышел. В селе. Инквизитор этот рыжий меня поймать-то поймал, а вот местные, деревенские, меня у него отбили. Да так задорно, что я даже на некоторое время влюбилась в местного старосту. (Мужчина был хоть куда: высокий, как демон, и такой же мускулистый и горячий).

Увы, всё веселье с инквизиторами прошло, когда замирились светлые с тёмными магами. Нет, инквизиторы ведьм по-прежнему недолюбливали, но охотиться перестали. А я сразу и заскучала: вся острота от таких романов погасла. А без перчика… нет любви и страсти.

Тогда я и занялась созданием своей коллекции: шикарных мужчин разных высоких статусов и рас.

А к инквизиторам с тех пор я стала равнодушна.

Правда, остался один, которого я искренне ненавижу.

Глава 1. Как справляться с любовницами

После моего романа с принцем Светлой Империи Альтэриана Октавианом (Ах этот милый Виан!) я стала знаменитой. А после моего фееричного окончания этого романа ещё и популярной.

В основном, конечно, среди тайной полиции. Которую натравил на меня бывший возлюбленный. Не понравилось ему, видите ли, моё проклятие! А что? Не надо ведьме изменять. Чревато это. Мужским бессилием.

Но я не была сильно жестока. Проклятие – это не навсегда. Ему просто нужно найти свою истинную любовь. И тогда-то все постельные прелести будут вновь доступны!

Но принц почему-то такому подарку не обрадовался и долго искал меня. Полиция, правда, не сильно старалась. Мой подарок пришёлся по вкусу отцу бывшего любовника, императору Светлой Империи. Мне рассказывали, что он долго смеялся. Видите ли, наследник, который не бегает за юбками, его вполне устраивает.

Но пока всё не улеглось, мне пришлось вернуться на родные болота. В княжество Талеран.

Польза от этого была. Как раз время сбора трав подошло. Что ещё весной и летом делать? В столице всё равно летний сезон вяло проходит.

Так я и жила в своём пряничном домике на болотах с котом Чером. Пока за мной не пришли.

И нет, это была не тайная полиция. (Те, видимо, по приказу императора старательно обходили в своих поисках моё болото). А приехала за мной знатная леди на золочёной карете с лакеями и форейторами.

Я как услышала звон колокольчиков и лошадиное ржание, так и вышла из дома и долго наблюдала за их метаниями на болоте. Карета застряла и даже светлая магия не помогла её вытащить.

Понаблюдав некоторое время за их мучениями, я сняла морок с дома и предстала перед гостями во всей ведьминской красе: старая бабка в лохмотьях, с нечёсаной копной того, что можно посчитать за седые космы и большущей бородавкой на огромном носу.

– Чего, окаянные, расшумелись! – прокрякала я пропитым голосом.

Один из форейторов, не иначе как со страху, замахнулся на меня хлыстом, за что был отброшен и аккуратно воткнут головой в трясину.

Тут дверца кареты дрогнула и из неё вышла, я бы хотела сказать, прекрасная дама, но нет, просто грузная женщина сильно средних лет в роскошном платье из анисинского шёлка, с огромными брильянтами в ушах, в смысле, серьги её сильно уши оттягивали.

– Прошу прощения, госпожа ведьма, что потревожили, – нежным и неожиданно мелодичным голосом проговорила она.

Надменности в ней не было ни на медную монетку и мне это дело понравилось. Люблю, когда тёмных уважают, особенно ведьм.

– Зачем пожаловали? – уже намного добрее спросила я.

Глаза просительницы наполнились слезами.

– Очень мне нужна ведьма Каролина.

«Интересно» – подумалось мне, и я решила впустить леди в дом. А в том, что это была леди, да ещё и из высшей аристократии, сомнений не было. Это видно и по её, пусть и слегка устаревшему, но элегантному наряду, и по манерам.

Ну что ж, поговорим, узнаем. Может, и поможем чем. За хорошую плату, конечно. Ну и, если интересно будет. А мне уже было интересно: зачем такая знатная леди в мою глушь пожаловала.

Я распахнула дверь, жестом пригласив леди войти, но так посмотрела на слуг, что те без слов смекнули, что им и на улице хорошо постоять будет.

В открытую дверь первым прошмыгнул большой чёрный кот. На самом деле фамильяр волшебное существо, накопитель моей магии и верный друг.

Аристократка, немного помявшись при входе (входить в тёмный провал, что представлял собой вход в мой дом, боязно для светлой магианы), но всё же нерешительно зашла.

И оказалась на просторной и светлой кухне.

Повсюду сушились охапки трав и пахло, как летом в поле во время сенокоса. Что делать: работа у меня такая. Я ведьма травница с шестисотлетним стажем.

Дама нерешительно оглянулась, страх её уже прошёл и любопытство явно взяло вверх. Нечасто светлая магиана и аристократка попадает в дом к тёмной ведьме.

– Присаживайся, – я указала на лавку подле большого кухонного стола, тоже заваленного травами, которые только предстояло разобрать.

Та села на самый краешек. Точнее, это могло бы так выглядеть, если бы не обширные формы гостьи. Лавка немного крякнула от неожиданной нагрузки.

Я кинула щепоть волшебного песка в очаг и весёлые язычки пламени немедленно заплясали под округлым чайником. Гостей надо встречать как положено.

Всё время, пока чайник закипал, мы молчали, тайно (она) и явно (я) поглядывая друг на друга.

Когда же он весело запыхтел, я быстро накрыла на стол: рассыпчатое песочное печенье на простой тарелочке и большая глиняная кружка с незабудками (память о ещё одной моей знакомой) были аккуратно поставлены перед гостьей.

Я с интересом следила за ней. Побрезгует простой едой или нет?

Та немного жеманно надломила печенье, положила в рот и сделала глоток чая. Тут же её глаза засияли, и дама с большим рвением принялась кушать. Оно и понятно: готовлю я хорошо, а капля волшебного зелья, поощряющего беседу, ещё никому не мешала. В большей части мне-то помогала, а уж до отношения допрашиваемых дела нет.

Впрочем, конкретно этой леди я зла не желала. Пока.

– Мне муж изменяет, – заливаясь слезами, но продолжая есть печенюшки, зарыдала она.

– С кем?

– Со всеми, – продолжала рыдать моя гостья (про печенье не забывая), – и со служанкой – пришлось ей расчёт дать, заплатив немалую сумму! И с соседской вдовой, из сословия торговцев – пришлось с ней разъяснительную беседу проводить, что приличные леди больше не заглянут к ней в лавку! А нынче с певичкой из театра роман завёл! А девка наглая такая: репутации никакой в приличном обществе и слухи её дурные не волнуют, ещё и денег у меня отказалась брать наотрез!

– Деньги отказалась брать? – удивилась я. – А много ли предлагали?

– Мноооогооо! – ещё сильнее, в голос разрыдалась жертва мужниной измены и даже про печенье забыла. Ненадолго.

– Так может у них… любовь?

В ответ рыдания стали сильнее, хотя, казалось, куда же больше?

Пришлось подлить ей ещё чаю, но уже с другим зельем – успокаивающим.

И оно, к счастью, сработало, а то не люблю плакс. Хотя леди понять можно.

– Так, а что вы от ведьмы Каролины хотите?

Гостья моя успокоилась:

– Хочу, чтобы она такое же проклятие на моего мужа наложила, как и на принца!

О как! Славные подвиги на ниве ревности не остаются безвестными.

– А не боитесь, что не вы окажетесь истинной любовью вашего дражайшего?

Такого леди не боялась, так как не подумала. И тут же жалобно добавила:

– У нас так всё хорошо раньше было. Я ему прянички всегда к десерту покупала из лучших лавок! Муж мой прянички обожает, – уточнила она, заметив, как удивление проступило даже на безобразном лице старой ведьмы.

Да, любовь страшная штука, а безграмотность в этом деле ещё хуже. Пряничками она мужа удержать хотела! Во мне проснулась женская солидарность (чувство странное и опасное), а ещё доля сочувствия к этой в чём-то милой, хотя и не совсем наивной женщине. (Заболела я, что ли?)

– Так! – сурово сказала я, вставая. – К каждой измене свой поход нужен! Приедет ведьма Каролина к вам домой и со всем разберётся!

– Ой, спасибо вам, матушка! – заламывая руки, вскричала эта милая особа, – а можно…

– Что можно? Не хотите тёмную ведьму в своём доме принимать? – я сурово сдвинула лохматые брови.

– Нет, что вы! Это будет честью для меня принять такую известную в свете леди… просто…

– Ну? Чего мнётесь?

– А можно повидать госпожу Каролину?

Я усмехнулась.

– Можно. Отчего же нет?

И резко крутанувшись вокруг своей оси, скинула с себя морок. Можно было бы и без эффектов обойтись, но так веселее.

И перед страдалицей предстала я в своём истинном облике: рыжеволосая красотка, по человеческим меркам лет тридцати с блудливыми зеленющими глазами.

Я знала, как выгляжу и с интересом стала наблюдать за выражением лица гостьи.

Обычно женщины меня не любили (не считая Тёмную Владычицу, которая ни в ком соперниц не видела ни по силе, ни по красоте, ни по наглости ведьминской).

Вот и эта охнула и осела обратно на лавку, с которой до этого от радости вскочила.

– Не боитесь, что и я окручу вашего мужа?

Тут дело такое: если бы она ко мне претензии предъявлять стала, я бы мужа её, конечно, от певички отвадила бы, но и ей бы отомстила за нерадушие. Никто не говорил, что я добрая ведьма. Но гостья моя лишь улыбнулась, от чего на пухлых щёчках появились милые ямочки.

– Что вы, леди Каролина! Куда ему до вас! Испугается старый дурак так, что глаз поднять не посмеет!

Ответ мне понравился. Это правильно, когда ведьм боятся.

– А кстати, – вспомнила я о важном, – как ваше имя? И кто ваш муж?

– Мой муж герцог Гилфорд, – смущённо, но гордо ответила леди, – а моё имя леди Аржана Марианна Гилфорд. Только зовите меня, пожалуйста, Марианной – друзья меня по второму имени называют.

Вот это я попала! Надо быть внимательнее! Прежде, чем обещаниями разбрасываться спросить имя гостьи.

Устраивать семейные разборки министру юстиции Светлой Империи Альтэриана мне не очень-то улыбалось.

Но что поделать? Слово ведьмы твёрже гор Канталибра!

Да и весело наверняка будет! Страха перед сильными мира сего у меня никогда не было.

Может, новую коллекцию завести? Не из любовников, как прежде, а из тех, кому отомстила?

Глава 2. Не рой другому яму

– Что скажешь, Чер?

Здоровый чёрный котяра сидел в своём любимом тёмном углу и видно его было только когда кот открывал ярко-зелёные глазища. Любил он сливаться с обстановкой. Так охота за мышами и за человеческими эмоциями лучше идёт, объяснял он.

Вот и в этот раз, при гостье он сидел тихо, наблюдая и не светя глазами.

– Дурная ты. Как есть дурная. – выгнулся Чер, выходя из своего угла. – Только с принцем заварушка поутихла, так тебе новую подавай.

Я вздохнула. Спорить бессмысленно, кот был абсолютно прав.

– Так, а что делать-то?

– Как что? Сметаны давай!

Герцогиню Гилфорд я отправила домой (карету помогла вытащить из болота, тёмная магия в этом плане никогда не подводит). Сама же пообещала быть у неё на днях.

Надо было разработать план и себя не подставить, а то так и на арест неожиданный нарваться можно. А оно мне надо?

В столице меня знали в лицо, незамеченной крутить роман с наследным принцем можно, но сложно. Поэтому, заявилась я в городской дом Гилфордов в виде милой и не совсем скромной служаночки. Светлые кудряшки обрамляли хорошенькое личико, голубые глазки задорно блестели, пышный бюст завлекательно манил. Беспроигрышный вариант для соблазнения старых развратников.

Леди Марианне я велела меня к супружеским покоям приставить. Та немного напряглась, но меня послушалась. Довели бедную женщину измены мужа до того, что она, будучи светлой магианой (пусть и слабой, и неумелой, аристократки редко магии обучались) решилась за помощью к тёмной ведьме обратиться.

И хотя последние двести лет вражда между светлыми и тёмными утихла (не без императорского указа), но ещё многие тёмные помнили костры инквизиции (которая тоже никуда не исчезла, просто профиль сменила), а светлые маги всегда боялись и недолюбливали нас. Не без причины, конечно. Всё же столетия вражды так быстро не исчезают.

Первая моя встреча с герцогом вышла ожидаемой. Увидев у себя в спальне прелестное создание, тот немедленно воспылал «чувствами» и попытался зажать меня у стеночки.

Но задорная прелестница немедленно выкрутилась из потных лап (старый ловелас сам не понял, как):

– Ах, что вы, господин! Я не такая! – при этом мои глазки задорно блестели, оставляя мужчине твёрдую надежду, что именно «такая».

– А я тебе серёжечки с камушками подарю, милая! – пошёл в атаку герцог.

И так плотоядно улыбнулся, что меня аж передёрнуло.

Достаточно объёмному и вовсе немолодому мужчине, видимо, нечем больше прельстить девушку.

Вот как интересно выходит: видела я министра в обществе, и он весь такой серьёзный, представительный и правильный, а как за юбками бегать, так срам один. Выглядит и действует не лучше извращенцев, которых поставлен усмирять.

– Серёжки и камешки – это хорошо, – улыбнулась я, выскальзывая за дверь, – но этого маловато будет!

Итак, всё со старым ловеласом понятно. Явно невысокие чувства у него к певичке, просто вожделение. Причём всё равно к кому. Лишь бы хорошенькое личико было. По борделям бы ходил, но тут дело такое: после последних событий, что в столице Тёмная Владычица устроила, очень строго за аристократией, тем более за теми, кто на высокой должности, следить стали и осуждать подобные посещения. Вот и удовлетворяет свои желания герцог с кем может.

И плохо, что не с женой. За то и поплатится.

По моему указанию поднесли герцогу вино на обед… особое.

– Леди Марианна, а не поехать ли вам сегодня в театр? – предложила я герцогине, когда вечером её дражайший супруг по «делам» отбыть изволил.

– Думаете? Так там эта его… – леди удержалась от неприличного слова, – выступать будет. Наверняка он к ней поехал. – грустно вздохнула женщина.

– Уверяю вас, представление сегодня будет восхитительное и вам понравится.

Можно было бы герцога бессилием мужским наградить, но это слишком просто и вовсе не интересно.

А так, Чер разведку провёл и выяснил, что перед театром герцог к ювелиру заехал и взял сапфировое ожерелье. По разговору служащих магазина стало понятно, что этот «подарок» для себя его певичка присмотрела. Так что данную информацию используем в наших интересах.

Герцогиня же, видимо, решилась слушаться меня во всём, и мы поехали на представление.

В театре давали оперу (честно признаться, не люблю её, очень тягостно и засыпательно это, мне по душе больше народные песни, они кровь веселят). Но у меня было готово своё представление, более, так сказать, бодрящее.

Магические люстры сияли в большом зале, освещая не менее блестящую публику. Блестящую во всех отношениях: и по статусу, и по нарядам, и по драгоценностям.

Точно знаю, что многие из этой почтенной публики ходят сюда не из любви к искусству, а чтобы себя показать и на других посмотреть.

И вот свет погас, бордовый занавес дрогнул, открыв нам декорации южного городка. Давали «Магический цветок» – оперу, раскрывающую историю любви Великого Инквизитора к простой девушке рыбачке.

На мой взгляд, глупость несусветная: так как инквизиторы всегда были очень честолюбивы (уж мне ли не знать!) и никогда связей с обделёнными магией не имели. Жениться им разрешалось, но исключительно на магически одарённых. А любовные интрижки с простыми смертными этим высокомерным снобам были не интересны – ниже их достоинства. Вдруг такое драгоценное семя не в то лоно упадёт.

Тут нужно объяснить, что в инквизиторы брали только сильных светлых магов. И со школьной скамьи объясняли про их исключительную ценность. Грубо говоря, Церковь Света, чьими служителями и воинами они были, занималась селекцией.

А похотливые мысли у них искореняли (особенно к простым смертным) чуть ли не с младенчества.

Потому мне так и было интересно их соблазнять. Ведьм-то они и вовсе ненавидели. Но презирать не могли: если ведьма сильная, она такой отпор дать может, что не останется от этого благородного инквизитора даже пепла.

Но опера – это не реальная жизнь, а сказка. Потому и слушали зрители тоскливые песни о любви, которой никогда не было.

Мы с леди Марианной сидели в ложе, которую заказала я, и она не принадлежала семейству Гилфорд, ведь в их ложе сидел герцог и заворожённо слушал эту чушь. Ну как заворожённо? Он чуть не заснул, пока на сцену не вышла полногрудая блондиночка в сарафанчике (коротеньком и открывающем стройные ножки), которая и изображала из себя прекрасную рыбачку – любовь Великого Инквизитора.

Вот тут герцог наш оживился и стал внимательно следить за представлением. Особенно за пышным декольте и за ножками оперной дивы. И как я заметила, не он один.

Как только начался антракт, я проскользнула в ложу к герцогу. И, конечно, я по-прежнему была под личиной служанки, сопровождающей свою госпожу.

Увидев меня, тот не особо обрадовался. Так как на этот вечер его цель была понятна, а на двоих старикана не хватит, он и сам это наверняка понимал.

– Ты что тут делаешь? – нахмурил седые брови герцог.

– Ах, господин! Решилась вас предупредить – здесь леди Гилфорд!

Министр вздрогнул и заозирался по сторонам.

– Могу вам помочь? – я скользнула ближе к министру, и глядя тому в глаза с придыханием, прижав руки к декольте (дабы оно не избежало мужского внимания) проворковала: вы такой интересный мужчина, не удивительно, что ваша жена ревнует.

Похвала пересилила испуг, а вид на моё декольте сверху добавил ему мужества.

Рука министра обвилась вокруг моей талии.

– Ах ты, птичка! – толстые губы потянулись к моей шее (мол не на всё, а хоть на что-то его хватит и со мной).

Но мне быть на разогреве у его певички не улыбалось и я, надув губки, проворковала:

– Сначала серёжки! И можно? – я изогнулась в его объятиях, делая вид, что кокетничаю, но на самом деле в стремлении избежать встречи моей шеи с его губами. – Можно камешки побольше?

Тот рассмеялся и, достав коробку от ювелира, приоткрыл её:

– Если хочешь такие же большие камешки, то тебе придётся хорошо постараться, детка. Очень хорошо, – просмаковал он последнее и с вожделением уставился на мой рот.

Вот же гад старый! Наказание его будет намного жёстче, чем я изначально задумала.

Внезапно дверь открылась, и в ложу вошла Шанель де Пити, та самая певичка и разлучница.

Выражение милого восторга от встречи с любовником, при виде меня, быстро сменилось на лицо скандальной девки из кабака.

И «милое создание» всё ещё в откровенном сценическом сарафанчике «рыбачки» разразилось отборной портовой бранью. Некоторые выражения даже записать захотелось, за все свои шестьсот лет такого не слышала.

С другой стороны, её можно понять: она приходит вся такая красивая к старому любовнику за подарком (видимо, так не терпелось, что не стала ждать, когда он сам зайдёт к ней за кулисы после окончания спектакля) и видит сцену, где этот самый любовник обнимает другую, да ещё и её ожерелье предлагает.

Жадность наказуема. Я планировала лишь зачаровать ожерелье, сделав девице неприятный сюрприз, но так вышло даже лучше. Наложить проклятие я успела, а любовников теперь ждёт скандал.

От появления своего предмета обожания и от открытия её удивительных познаний в лексиконе, герцог выпустил меня из своих рук. А я решила тихонько улизнуть, оставив их скандалить вдвоём.

Прекрасная Шанель попыталась вцепиться мне в волосы, но я, ловко увернувшись, шепнула ей:

– Будь осторожнее, милая, тут герцогиня в соседней ложе.

И хотя это была не совсем правда (мы сидели в ложе на другой стороне), разгневанная певичка этого не знала, и хвост поджала. Всё-таки законные жёны – страшная сила. Особенно, если они из высокого сословия.

Оставив любовничков разбираться, я скромно пошла по галерее, где меня ожидала герцогиня. Я спокойно лавировала среди разодетой знати, когда мой взгляд упал на мужчину впереди: знакомая копна каштановых волос, едва усмирённая в длинный хвост, зацепила моё внимание.

Неужели это он?! Что этот гад в столице делает? Не видела человека двести лет, а ненависть вспыхнула при первом же мимолётном взгляде.

Я присмотрелась: действительно он! Мой заклятый враг – Дэнис Верлицкий или попросту Тёмный инквизитор. Враг и перебежчик.

Единственный тёмный в Церкви Света.

Строго говоря, никаким перебежчиком Дэнис Верлицкий не был.

Просто в семье Великого Инквизитора шестьсот лет назад родился тёмный маг. И может быть к матери и были бы вопросы у Церкви Света, но так случилось, что мать эта была любимой дочерью того, кто занимал на тот момент пост главы церкви.

И если её муж, князь Верлицкий, и желал расспросить супругу, как так вышло, то отец, дабы соблюсти честь семьи и церкви, во всеуслышание заявил, что то была воля Светлых богов и дали они нам (то бишь инквизиции) оружие против тьмы. Ибо тьма способна победить тьму.

И отдали ребёночка этого в инквизиторы. Быстро повзрослев, юный Дэнис был суров с братом нашим (тёмными магами и ведьмами), всеми силами доказывая правоту деда.

У меня было несколько стычек с этим типом. Но ни женские чары, ни ведьмино колдовство не помогли с ним справиться. Так он стал пятном позора на моей ведьминской чести: ни соблазнить, ни победить его не вышло.

К счастью, славы или правительственных наград он не искал, и последние годы не часто появлялся на публике. Чем он занимался в мирное время, мне неизвестно, да и не интересно было.

И вот сейчас я вижу это чудо чудное прямо перед собой, в театре, мило беседующим с главой имперской службы безопасности сэром Персивалем. (Тоже, ещё тот тип – маг Света, сухарь и педант, предвзято относящийся ко всем). Видимо, у Тёмного инквизитора с ним много общего.

Проходя мимо, я от всей души наступила на ногу своему врагу.

А что? Я в образе простой служанки и ничуть на себя не похожа. Личина моя крепким зельем создана, никто не узнает. А связываться со слугами безупречный инквизитор Дэнис Верлицкий посчитает ниже своего достоинства.

Но где-то я прогадала. Едва исполнила свою маленькую месть, как мою руку взяли в крепкий захват.

– Что это за дерзость такая? – на меня смотрели строгие шоколадные глаза Тёмного инквизитора.

Глава 3. Ведьмина работа

Слава Тёмным богам, меня не узнали и, сделав выговор, отпустили.

Вернувшись в ложу, я застала герцогиню в волнении:

– Ну, что там?

– Всё хорошо, миледи, скоро ваша соперница сама откажется от отношений.

– А муж? Вдруг он… её не оставит? – леди Марианна взволнованно прижала руки к пышной груди.

– Не беспокойтесь, зелье, что я подлила вашему супругу, скоро начнёт действовать и ему не до романов будет, ни с ней, ни с кем-либо другим.

– Это не опасно? – сразу встревожилась она.

– Не опасно, – усмехнулась я, – в чём-то, прочистить кишечник даже полезно. Особенно в его-то возрасте.

Та кивнула, но было заметно, что беспокойство всё ещё не оставило герцогиню. Явно даже спустя много лет и измен, она всё ещё любит своего мужа.

И я решила помочь. Что-то добро прямо лезет из меня.

– А мы с вами завтра с утра поедем по модисткам.