Зов плоти

Капитан дёрнул штурвал и врубил форсаж. Сейчас он мог полагаться лишь на свои навыки пилота, компьютер просто не успевал просчитывать траектории и предугадывать движение астероидов.

– Закрыть все отсеки! – приказал Доран. – Пристегнитесь. Будет жёсткая… чтоб тебя! – не закончив очередную древнюю цитату, он отправил «Стервятника» в серию «бочек».

Унан тут же исполнила сказанное. По всему кораблю запирались тяжёлые взрывозащитные гермодвери. Теперь, даже если в одной секции возникнет брешь, остальной корабль сохранит воздух.

Эль связалась с Химерой и вкратце объяснила ситуацию. Врач, как обычно, находилась в медотсеке, объединённом с её лабораторией. Эль про себя порадовалась такой приверженности работе. Вероятность разгерметизации медотсека была невысока, Химера в безопасности.

– Я подготовлю операционную. На всякий случай, – произнесла Химера перед тем, как отключиться.

В тот же самый миг, словно прозрачно намекая, что случай вполне может представиться, по щиту забарабанили камни. Эль с замиранием сердца смотрела, как убывает заряд защитного поля. Девяносто процентов, восемьдесят четыре – сильный удар! – семьдесят…

Унан отключила искусственную гравитацию и перевела освободившуюся энергию на щит. Внутренние органы Эль запротестовали, только их никто не слушал. К заряду добавилось восемь процентов, тут же снятых очередным столкновением. Наёмница перенаправила всю свободную энергию на щит, отключив даже холодильники в кают-компании и общую терморегуляцию, но и это купило лишь пару минут.

Вскоре первые камни оставили царапины на корпусе. Пока ещё это были небольшие обломки, образовавшиеся от столкновений астероидов и шрапнелью разлетавшиеся во все стороны. Толстая броня им не по зубам. Однако впереди маячили проблемы куда крупнее.

По «Стервятнику» раскатился гулкий звук, словно по кораблю засадили гигантским молотом. Взвыло звуковое оповещение: «ОБНАРУЖЕНО ПОВРЕЖДЕНИЕ ОБШИВКИ».

– Да захлопнись ты! – Унан вдарила по клавише, вырубая звук.

Сообщения о повреждениях выводились на всех терминалах, и Эль, утопая в чувстве беспомощности, наблюдала за тем, как всё новые части трёхмерной модели «Стервятника» окрашиваются в оттенки красного. Пока они не потеряли ни одной важной системы, но и до границ поля было ещё далеко.

Доран вдруг повёл корабль в сторону, продолжая с переменным успехом уклоняться от астероидов. Эль по приборам проследила выбранную траекторию и ахнула – каким-то чудом в поле образовался просвет! Если лететь очень быстро, а за штурвалом будет опытный пилот, можно даже выбраться живыми! Однако путь преграждало скопление множества мелких, способных перемолоть что угодно астероидов, вращающихся, словно лезвия «ОблитэРэйзор», бритвы последней модели. Той, которая якобы не оставляет от волосков даже атомов.

– Унан, давай пушки! – голос капитана возвысился над скрипом и лязгом мнущейся обшивки. – Огонь по команде!

– Щас, щас! – наёмница защёлкала тумблерами и навела тяжёлые носовые орудия на препятствие. – Так… есть!

– Пали!

Свет мигнул и погас. Пушки пожирали немногую оставшуюся энергию, отключая все второстепенные системы в корабле, в том числе освещение мостика. Как только реактор оправился от шока, вспыхнули слабые аварийные лампы.

Мерцающий экран, имитировавший главный иллюминатор, расцвел вспышками взрывов. Выпущенные заряды разнесли астероиды на куски, израненный «Стервятник» на полной скорости нёсся сквозь плазму и обломки, рассекая их бронированной носовой фигурой. Эль сморщилась и зажмурила глаза.

Члены экипажа прочувствовали каждое столкновение всем телом – гасители вибрации прекратили работу из-за недостатка энергии. Удар шёл за ударом, душераздирающий скрип металла рвал перепонки… и вдруг всё затихло. Они вылетели в пустоту Бездны.

Эль обхватила себя руками и дрожала, одновременно обливаясь потом – то ли из-за адреналина, то ли из-за нарушения терморегуляции корабля. Унан отвела энергию от орудий и вновь активировала контроль температуры и прочие важные системы. Дрожь слегка ослабла, но не ушла.

Доран откинулся в кресле.

– Компьютер, полная диагностика, – утомлённым голосом произнёс капитан.

Следующие часы команда занималась ремонтом, к работам привлекли даже Химеру. Эль позабыла, когда в последний раз присела дольше, чем на минуту; ели и пили буквально на ходу, если вообще вспоминали об удовлетворении потребностей. Времени на отдых не оставалось. Они пытались изо всех сил удержать «Стервятника» от превращения в мёртвый кусок металлолома, что стало бы ироничным концом, учитывая сферу деятельности команды.

Унан, главный механик, с помощью гиперклея, ругательств и сварки сумела отремонтировать основные системы. Прогноз наёмницы, однако, был неутешителен.

– До станции не дочапаем. Ваще без шансов. Жизнеобеспечение на соплях. Подохнет – ну и мы следом. Это ежели движок сперва не накроется. Я могу подлатать всё и заделать дырки, но в космосе с этим шаманить – не вариант. Придётся отрубать реактор, а без него нам кранты.

Пол плавно уходил из-под ног Эль. Они умрут здесь. В чёрной Бездне, в месте, даже не нанесённом на карты. На что им надеяться?

Девушка заставила себя глубоко дышать и мысленно повторяла аффирмацию против страха и для концентрации. Самовнушение помогло подавить зарождающуюся панику, уступившую место желанию выжить. Найти способ.

– Ладно, тогда пошамань со сканером дальнего действия, – сказал Доран. – Будем искать планету с нормальными условиями.

Эль от досады прикусила губу. Такая простая мысль, и если бы только она начала думать перед тем, как паниковать, уже и сама догадалась бы! Конечно, у них не было карты сектора. Но ведь небесные тела от этого никуда не делись! Разумеется, где-нибудь поблизости найдётся необитаемая планета, на которую они смогут сесть! Всего-то нужно найти такую, где будет подходящая гравитация и пригодная для людей атмосфера. Приборы «Стервятника» легко проверят все нужные параметры.

Найти подходящую гавань оказалось не так просто, как думала девушка. И причина была пугающе проста: в радиусе действия сканера находилось слишком мало кандидатов. Мёртвые куски скалы без атмосферы, скопления газа, астероиды… Нашлась звёздная система с многообещающими планетами, но Унан сразу же сказала: «Не. Не дотянем. Ищи чё поближе».

По сути, Вселенная оставила им всего один вариант. И как это нередко бывает, сдавала она карты рубашкой кверху. Сканер обнаружил планету всего в нескольких часах полёта, вот только даже на таком расстоянии полученные данные оказались искажены. Что-то в атмосфере планеты мешало сканеру. Тот словно пытался смотреть на дно водоёма через грязную воду – вроде бы и видно, а деталей не разглядеть.

Прогнозирующая программа, «Оракул», изучила сведения и прогнала их через обширную базу данных, объединяющую все знания человечества об изученной части галактики. Путешественники использовали «Оракула», чтобы предсказать условия на незарегистрированных планетах и решить, нужно ли вообще их посещать. Как считалось, программа оказывалась права в девяти случаях из десяти. В общем, всегда оставалась вероятность, что накопленные знания будут ошибочны именно в твоей ситуации.

Команда собралась в кают-компании и терпеливо ждала окончания анализа. Все кутались в тёплую одежду: обогрев уменьшили, экономя энергию. Повреждённые солнечные батареи набирали заряд слишком медленно, а потребоваться электричество могло в любой момент.

– Так… ну… – Доран поскрёб щетину, изучая результат работы «Оракула». – Гравитация плюс-минус единичка… Давление, температура и всё прочее в норме… Атмосфера должна быть безопасной. Насчёт еды-воды ничего, ясное дело…

Эль покачала головой. У неё идея лететь на планету, имея в запасе лишь надежду и «ну вроде бы всё должно быть хорошо» энтузиазма не вызывала.

– Слишком много «но». Мы можем запросто прибыть на место и увидеть только кислотные океаны и супервулканы.

– Нет, такого быть не должно. Сканер увидел сушу и что-то типа океана, тектоническая активность в порядке…

– Ну, или там будут какие-нибудь ещё проблемы, – упорствовала Эль. – Сколько экспедиций так пропало? Прибывают на планету с почти идеальными условиями. А потом их разносят на куски бесконечные цунами. Или планета вдруг оказывается гигантским читающим мысли организмом, или… – последнее она взяла из какого-то фантастического фильма, но ведь могло же и такое случиться!

Капитан потёр переносицу – признак сдерживаемого раздражения – и сказал:

– Слушай, Эль, мне это нравится не больше твоего. А какие у нас варианты?

У девушки на языке так и вертелось: «Вариантом было развернуться, когда поле астероидов стало слишком плотным! Команда на первом месте!».

Ей хотелось верить – остальные думают так же. Что не она одна считает, будто рисковать своей жизнью ради чужаков глупо. Впрочем… время вспять не повернуть. Капитан наверняка и сам сожалел, что подверг всех такому риску. Если же сейчас начать ссориться, то ничем хорошим это не кончится. Доран прав, вариантов у них немного.

Эль попыталась думать не о том, как бы сорвать злость хоть на ком-нибудь, а о том, как им выбраться из этой передряги.

– Ты прав, – примирительно сказала она и приблизила карту с обозначениями местоположения «Стервятника» и открытых небесных тел. – А как насчёт такого? Мы, например, выйдем на орбиту этой планеты, хорошенько её просканируем… Если всё в порядке, садимся. А если нет, совершим виток и постараемся добраться до той дальней системы? Можно ускоряться только здесь и вот здесь, а дальше пусть гравитация делает своё дело.

Говоря, девушка пальцем рисовала траекторию полёта. Замысловатая кривая вела систему с многообещающими планетами с минимальным (в теории) расходом энергии. Но Эль не была уверена, возможно ли подобное в реальности. Она объединила знания, полученные на курсе навигации, с почерпнутыми из любимого сериала про исследователей далёкого космоса. Создатели хвалились тем, как тесно сотрудничают с настоящими учёными, только ведь все знают: в кино логика всегда проигрывает зрелищности.

Эль вопросительно посмотрела на Дорана и Унан. Наёмница лицом изобразила сомнение.

– Нууу… как вариант. Ежели перед этим вот поотрубать всё, кроме главных систем, загнать воздух в баки и пускать в пару комнат… авось, и дочапаем. Фиг его знает, как сядем, канеш…

Подала голос молчавшая до того Химера:

– Если это поможет, я могу изготовить препараты, уменьшающие потребность в пище, кислороде и сне. Последствия для организма будут тяжёлыми, однако, полагаю, это адекватная альтернатива смерти.

– Уж точно, – капитан хмыкнул. – Ладно, может сработать. Я посижу над расчётами, пока летим к этой планетке. Отдохните чуть-чуть, а потом начинайте переносить всё необходимое сюда. Если придётся лететь дальше, оставим на жизнеобеспечении только мостик и кают-компанию.

Эль спала в общей сложности едва ли больше часа. Доран же, кажется, и вовсе не сомкнул глаз, превращая её идею в осуществимый план. Химера помогала с расчётами, подключив к работе вычислительные мощности своего исследовательского оборудования. Унан и Эль носили вещи, готовили системы «Стервятника» к отключению и следили за тем, чтобы корабль не развалился по пути. Работы было больше, чем они физически могли переделать, и всё же каким-то образом команда пока держалась.

Несколько изматывающих часов спустя «Стервятник» вышел на орбиту таинственного мира. Сначала Эль показалось, будто они оказались возле газовой планеты, а сканер и «Оракул» впали в электронный маразм. И лишь затем до неё дошло: непроницаемая красноватая пелена, целиком скрывавшая планету, была толстым слоем густых облаков. Неудивительно, что прибор не смог пробиться к поверхности – мир накрывало естественное маскирующее поле! Последовавшее детальное сканирование подтвердило правоту девушки. Из чего бы ни состояли облака, они препятствовали прохождению любых сигналов. Сканер кое-как пробивался через помехи, но и только.

И хотя компьютер убеждал их, будто бы планета действительно безопасна, и что там можно даже ходить без скафандра, Эль испытывала беспокойство. Оказавшись внизу, «Стервятник» лишится всякой возможности вызвать помощь. Их сигнал просто не выйдет за пределы атмосферы. С другой стороны, с какой вероятностью кто-то ещё пролетит через этот сектор? И этот кто-то будет настроен дружелюбно, а не окажется рейдером, каннибалом, работорговцем или всем разом? И, наконец, каковы шансы, что системы не откажут хоть бы и прямо сейчас, превратив корабль в помятый металлический гроб?

Внизу у них имелся шанс, и довольно неплохой. В космосе же – призрачное подобие надежды, хвататься за которую мог лишь глупец. Именно поэтому они садились.

Медленно и аккуратно «Стервятник» снижался, пока ещё держась над беспросветной пеленой облаков.

– Надо будет в следующий раз прикупить парочку тех ботов, которые берут пробы атмосферы и всякое такое, – проговорил Доран, не отрывая взгляда от приборов. Капитан немного отклонялся от нарисованной компьютером оптимальной траектории, делая спуск более пологим.

– Да главное, чтоб он был, этот раз, – пробурчала Унан. – А там хоть боты, хоть блевоты, хоть…

Корабль вошёл в облака. Экран-иллюминатор стал равномерно багровым. Эль гадала, когда же облака закончатся, их слой казался бесконечным. И тут вдруг капитан выругался.

Приборы совершенно обезумели, поверх всех экранов высветилось предупреждение: «ЭЛЕКТРОМАГНИТНЫЕ ПОМЕХИ». Рекомендуемая траектория превратилась в ломаную спираль, оканчивающуюся где-то в океане. Показатели скорости и высоты менялись на глазах. То казалось, будто «Стервятник» ещё на орбите, то вдруг компьютер сообщал, что до поверхности остался километр – а через секунду предупреждал о неизбежном столкновении. Ориентироваться стало невозможно.

«Это облака! – поняла девушка. – Они искажают сигналы, а мы же сейчас точно в них!».

– Чё за фигня?! – воскликнула Унан. – Движок меня не слышит! Да чтоб его, меня ничего не слышит!

– Чтоб тебя, чтоб тебя… – капитан толкнул штурвал от себя, резко уводя корабль вниз и пытаясь миновать облака как можно скорее, пока не случилось ещё что-нибудь. Например, полное отключение систем.

Надсадно скрипел искалеченный корпус – «Стервятник» кое-как держался. В крутом пике судно пронзило коварную пелену и продолжило снижаться. Уже не под прямым углом к земле, но всё равно слишком резко и быстро. Спуск напоминал Эль плохо контролируемое падение. Приборы по-прежнему безумствовали.

Капитан неразборчиво бормотал под нос, выравнивая судно. Ориентироваться Доран мог лишь визуально, как пилоты прошлого. Эль напряглась и сумела расслышать слова капитана через скрип обшивки и стук собственного сердца. Он напряжённо повторял одну и ту же фразу, словно мантру, голосом натянутым, подобно струне:

– Я лист на ветру…

– Да ты скорей камень в долбаный шторм! – не выдержав, заорала Унан.

Что-то с громким скрежетом оторвалось от корабля. Изображение на экране задёргалось, свет на мостике замигал, словно в ночном клубе.

– Всем держаться и молиться! – крикнул Доран с перекошенным лицом. – Будем падать!

Эль стиснула пальцами подлокотники кресла и сделала, как приказали. Она молила Титановую Деву, покровительницу звёздных странников, одолжить им свои крылья. Совсем ненадолго, только сесть…

Скрежетало, стучало и завывало сломанное оборудование. Разведчица всерьёз опасалась вылететь из трясущегося кресла, порвав ремни.

Ремни выдержали. Однако последовавший вскоре удар о землю заставил Эль пожалеть, что они всё-таки не погибли в поле астероидов.