Дюжина ликов Вселенной: АДминистрация

Глава 2: Лень

– Защита, Вам слово! – громко огласил судья.

Его маленькие глаза, обладающие очень тяжёлым взглядом, вместе с его громким хрипучим голосом заставляли каждого присутствующего в зале суда постоянно содрогаться. Его стук молотком продолжал заседание по делу Дигиталеса Палмареса, директора промышленного завода, обвинённого в халатности в отношении обеспечения безопасности на предприятии, в результате чего там произошёл взрыв, и несколько человек получили серьёзные травмы.

– Да, Ваша честь, – сказала адвокат Энд-Тру Тебека, которая продолжала настаивать на полной невиновности своего клиента, – Я предоставляю Вам отчёт о проведении всех необходимых мер по обеспечению безопасности на заводе. Отчёт был тщательно проверен инспектором Метфовом Губо, расследовавшим это дело. Как видно, мой клиент предпринял всё необходимое для создания безопасных условий и поддержания оборудования в исправном состоянии, здание было полностью проверено на соответствие требованиям норм безопасности. Мой клиент не виновен в случившемся инциденте. Таким образом, защита настаивает на полной невиновности, – её голос, как всегда, был твёрд и звучал уверенно, ей не составляло особого труда выступать даже на очень сложных делах.

После её слов судья явно задумался, он был согласен с её словами, стороне обвинения тоже было нечего добавить. Все находившиеся в зале стали обмениваться мнениями еле слышным шёпотом, обсуждая директора, только лишь молодой практикующий адвокат, помощник Энд-Тру, Фетхен Мефелаг был не до конца согласен, что-то не давало ему покоя. Он обратил внимание на странные переглядывания между Дигиталесом и Метфовым. Это длилось всего секунду, но было вполне достаточно, чтобы привлечь внимание молодого адвоката. Ещё до начала заседания он видел, как они о чём-то шептались. Он не понаслышке знал о продажности Метфова, у него закрадывались сомнения по поводу подлинности документов.

Мефелаг встал перед дилеммой – защитить клиента или истину. С одной стороны – будучи адвокатом, он должен защищать интересы своего клиента: если он говорит, что не виновен – адвокат должен отстаивать его невиновность, поэтому Энд-Тру не стала бы ему помогать, она верила директору, а с другой стороны – он не хотел покрывать преступника, он никогда этого не хотел. Он не желал, чтобы это повторилось, он искал справедливости. Фетхен не был настоящим адвокатом Дигиталеса, им была мисс Энд-Тру, а он – всего лишь её помощником, поэтому отказаться от защиты он не мог. Также он знал, что если он заявит о виновности подсудимого, а тот её не признает, его могут лишить лицензии адвоката, а то и против него самого завести дело. Всего несколько секунд отделяло его от вынесения приговора судьёй, но, возможно, выход был бы, если он сделал бы вид, что пытается защитить клиента, но при этом на словах выразит сомнение в подлинности документов. Это может сыграть ему на руку.

Мефелаг должен был попытаться действовать. В любом случае, он ведь был только практикующим адвокатом, и, в случае неудачи, он надеялся, что ничего плохого не произойдёт. Он быстро встал и произнёс: «Ваша честь, я не вижу смысла в дальнейшем продолжении заседания, защита предоставила все необходимые доказательства невиновности нашего клиента. Если сторона обвинения или кто-либо другой в этом зале суда сомневается, то они могут сами проверить подлинность отчёта». Он пытался звучать уверенно, но в глубине души он дрожал. На несколько мгновений он сконцентрировал на себе внимание всего зала суда. Он даже боялся повернуться, чтобы не встретиться взглядом с Дигиталесом и мисс Энд-Тру, он чувствовал на себе чей-то сверлящий взгляд, в голове у него снова началось гудение. Энд-Тру даже не потребовалось смотреть на него, она тут же хорошо поняла, что он задумал.

– Ваша честь, данный отчёт уже полностью прошёл проверку в полиции, даже сторона обвинения может это подтвердить, нет нужды проводить проверку, которая лишь оттянет срок принятия вердикта.

– Обвинение, что скажете? – спросил судья, переведя взгляд своих мелких глаз на прокурора Виита.

– Я подтверждаю слова защиты. По всем предоставленным мне документам от инспектора Метфова Губо, отчёт о проведении мер по обеспечению безопасности – подлинный, – как всегда, в своей надменной манере речи, произнёс Виит, сопровождая всё это активной жестикуляцией. – Как я уже говорил ранее, мне нечего добавить.

– Почему же сторона защиты настаивает на повторной проверке документов, если они сами их и предоставили? – судья вновь перевёл взгляд на Мефелага.

– Прошу прощения, Ваша честь, это моя вина. Мой подчинённый всего лишь хотел поскорее подтвердить невиновность подсудимого, – последние слова мисс Энд-Тру были адресованы Фетхену, в её взгляде явно читалось недовольство.

– Да, прошу прощения, Ваша честь, за свои поспешные действия, – Меф дрожащим голосом произнёс эти слова и с опущенной головой сел на место. Он не хотел думать о том, что его ждёт после суда; тогда начнётся суд над ним самим, только мисс Энд-Тру выступит в качестве его судьи. Он не хотел лишний раз встречаться с ней взглядом.

– Адвокат Энд-Тру, в следующий раз внимательнее следите за своим подчинённым, – вновь своим хриплым голосом произнёс судья.

– Да, Ваша честь.

– Что ж, если ни у кого больше нет возражений, подсудимый, займите место за стойкой.

Маленький и толстый директор тут же посеменил за стойку с нескрываемой улыбкой, ожидая услышать эти заветные слова.

– Суд постановляет, что гражданин Дигиталес Палмарес не виновен!

После этого раздался оглушительный стук молотка, явно разбудивший кого-то заснувшего на задних рядах. Для Мефелага этот стук означал вынесение обвинительного приговора для него.

– На этом суд окончен!

Дигиталес, ещё больше улыбаясь, тут же побежал к Энд-Тру, рассыпаясь в благодарностях и расточая комплименты, которые обычно произносят высокомерные богачи, стараясь соответствовать своему статусу.

– Ну что Вы, это моя работа, – после его долгой тирады произнесла адвокат (она всегда произносила эти слова, когда клиент уже начинал ей надоедать).

– Для Вас я просто Палмарес, – ответил директор и, одарив её ещё одной мерзкой улыбкой, поспешил к выходу.

С самого начала Мефелагу не понравился этот человек: он был того типа людей, которые всегда хотят добиваться больших успехов за счёт других. Но сейчас он бы не хотел, чтобы даже он уходил, ведь это означало, что он окажется один на один с ней. Он хотел, чтобы кто-то ещё был рядом, но рядом прошёл только прокурор Виит с очередной насмешкой.

– А ведь я мог использовать эту возможность и выиграть дело, Тебека, – сказал он со своим гогочущим смехом, который раздражал всех, кто с ним работал.

Когда наконец они остались одни, мисс Энд-Тру повернулась и посмотрела своему подчинённому прямо в глаза, которые тот собирался спрятать. Он и так-то не любил смотреть людям в глаза, а сейчас и вовсе хотел их выдрать и выбросить. Хотел спрятаться от неё в свою раковину. Он хорошо знал этот взгляд. В первый раз он увидел его спустя несколько месяцев после того, как его приняли на работу. Тогда они защищали мужика, обвинённого в убийстве по пьяни. Тот не отрицал вину и хотел, чтобы они помогли ему смягчить наказание, чтобы его не посадили в тюрьму на большой срок. Меф тогда хотел отказаться его хоть как-то защищать, он хотел, чтобы тот был по полной наказан за содеянное. Тогда он и увидел этот взгляд впервые, а после – выслушал речь о том, чем должны заниматься адвокаты в суде.

После этой паузы в несколько секунд, которая показалась Мефу вечностью, адвокат сказала: «Я понимаю, чего Ты хотел на самом деле». Её голос не был раздражённым или осуждающим, а скорее понимающим. Энд-Тру редко выходила из себя на словах, но её выдавал взгляд. Её голос был успокаивающим, но он ничуть не успокаивал её помощника.

– Отчёт был предоставлен мне полицией, поэтому я не могу отрицать, что он прошёл хоть какую-то проверку.

– Но что, если именно из-за него произошёл взрыв, мисс Энд-Тру? Я всего лишь хотел восстановить справедливость, – дрожащим голосом попытался произнести он, всё ещё боясь поднимать глаза.

– А если нет? Директор Дигиталес много лет заведовал различными заводами, и за эти годы это был единственный несчастный случай. Не говоря уже о том, что он директор КОР. Если он отрицает свою вину и предоставил все материалы, то моя обязанность как адвоката верить ему.

– Я тоже хочу ему верить, но … но я не верю Метфову, он что-то сделал.

Меф никогда ему не доверял, он прекрасно знал о подлости его натуры.

– Всё это всего лишь слухи о том, что он «якобы» ненадёжен, никаких доказательств нет, а твоя обязанность как юриста верить фактам.

Он покачал головой, но он всё равно никогда не поверит Метфову после того, что тот сделал.

– Послушай, Меф, Ты ещё очень молод и неопытен, Тебе нужно понять, что в жизни не всегда всё идёт так, как Ты хочешь.

– В этой жизни хоть что-нибудь идёт так, как ты хочешь? – пронеслось у него в голове.

– В суде иногда виновного оправдывают, иногда, наоборот, невиновного приговаривают. Я сама много раз с этим сталкивалась. Всё, что нам остаётся – это делать всё возможное, чтобы помочь своему клиенту, а дальше всё решает суд. Я хвалю Тебя за твоё стремление найти правду и справедливость, но не всегда правда такая, какой Ты хочешь её услышать.

Она вновь посмотрела на него и на этот раз её взгляд был спокойным. Он всегда ей верил и слушал, но не всегда понимал. Она была одним из немногих людей, которым он позволял называть себя «Меф» вместо его глупого имени.

– Не расстраивайся, Ты всё равно хорошо поработал. Я вышлю Тебе пару документов на заполнение, там всё очень просто. Ты быстро справишься, я в Тебя верю.

– Да, мисс Энд-Тру, как скажете.

После этого разговора Меф покинул здание суда и направился домой. У него не было машины, а ехать на транспорте он не хотел, было не очень далеко, и к тому же, уже смеркалось, а ему нравилось ходить под звёздами и уличными фонарями, у него были хорошие воспоминания об этом.

Его начальница, Энд-Тру Тебека, была известным адвокатом, но ему всегда казалось, что он её не достоин. Прошёл всего год, как он пришёл в её агентство прямо из университета. Он помнил, какие надежды она возлагала на него, и она всегда его поддерживала и помогала. Даже несмотря на то, что он совершал очень много ошибок, во время своих выступлений иногда забывал нужные статьи и сильно волновался, из-за чего его выступление выглядело очень неказисто, и ей часто приходилось выручать его. Она никогда его не ругала. «Молодец», «не переживай», «у Тебя всё получится», но даже после этих слов он всё равно почему-то считал, что в глубине души начальница хочет его убить, что она его ненавидит, он сам не знал, почему он так думает. Ему очень не хотелось её подводить и расстраивать, но всегда казалось, что именно это и происходило. Она давала ему довольно простую работу в офисе – по типу разобрать документы. С её слов, это делалось для того, чтобы он лучше разбирался в юрисдикции, но он думал, что она просто боится доверить ему что-то серьёзное. Все дела, на которых Меф выступал, были самыми элементарными, а во время других, более серьёзных, он должен был просто слушать и смотреть. Ему всегда хотелось, чтобы она больше времени уделяла его обучению на практике, ведь это куда более продуктивно, чем простое наблюдение, но она всегда была занята, и у неё почти не было на него времени.

Подобные мысли всегда расстраивали Мефа, они всегда приводили к одному – к осознанию его собственной несостоятельности. До поступления в вуз он хотел стать адвокатом, питая иллюзорные мысли о справедливости, но ещё во время обучения он понял, что реальность судов очень сложная и жестокая штука. Одно дело было заучивать статьи и выступать в импровизированном суде, тыкать пальцем и кричать: «Протестую!», другое – в суде самом настоящем, в котором каждая ошибка может стоить человеку жизни или репутации. Его нынешнее состояние это только подтверждало.

«Зачем я только открыл рот?» – разные мысли крутились у Мефа в голове. «Я должен был слушать мисс Энд-Тру. Конечно же, он был не виновен. Я слишком предвзят к Метфову». Как же он хотел вернуться в прошлое и не вставать, не подавать голос, не выставлять себя на посмешище на глазах у всего суда!

Благо, когда он молча ходил по улице, подобные мысли не так активно забивали ему голову, как в то время, когда он находился наедине с самим собой. Прохладный воздух и свет звёзд всегда отрезвляли его и напоминали ему о хороших беззаботных временах. Только снега не хватало для полного счастья. Путь от зала суда до его дома составлял около часа пешком, но он был рад подобной прогулке, даже несмотря на то, что он сильно уставал от этого. Проходя через многочисленные переходы и улицы, он словно покидал этот серый мир, его мысли о хорошем уносили его куда-то далеко. Ещё одна вещь, которая его радовала по вечерам – на улицах было мало людей, а значит – гораздо тише. Проходя через местный парк, он всегда думал прийти сюда днём, чтобы насладиться его видом, но каждый раз он находил вескую причину не идти.

Путь домой, как всегда, был незаметен для него, он уже сильно привык к такому пешему пути по вечерам, но каждый день, когда ему нужно было являться в офис, ему приходилось пользоваться транспортом, переполненном людьми, ведь он должен был вовремя явиться на работу и быть готовым к выполнению поручений, а не наслаждаться прогулкой.

Подойдя к невысокому многоквартирному дому, он уже инстинктивно стал доставать ключи. Пройдя через входную дверь, он сразу пошёл к своей квартире. Он жил в четвёртой квартире на первом этаже. Кем были его соседи, он не знал, да и общаться с ними у него желания не было, максимум – несколько приветствий, не более.

Войдя в свою маленькую однокомнатную квартиру, он произнёс: «Вот я и дома». Он сам не знал, зачем он так говорил. Он жил один, кроме него и его одиночества больше ничего не было, даже кактуса в горшке. Он мог позволить себе лишь эту квартиру, но он и не жаловался. Главное, чтобы было где поесть, поспать и поработать, остальное не имело значения. После трагической смерти его родителей год назад, их квартира должна была перейти к нему по закону, но он не настолько много зарабатывал, чтобы содержать её. Ему пришлось продать её и переехать в эту «каморку». Если бы только у него были силы вернуть своё жильё! В его обычной небольшой квартире не было большого беспорядка, наверное, потому, что у него было немного вещей. Он не особо любил беспорядок, но и не особо любил убираться, ему больше незачем было наводить порядок. Порывшись в холодильнике, он нашёл какие-то остатки еды. «Придётся скоро идти в магазин», – произнёс он в полной тишине, ему нравилось иногда говорить с самим собой. В магазин он тоже не любил ходить из-за постоянной толкотни и невозможности что-то найти.

Приготовив еду, он быстро съел её под свой сериал, который включил на ноутбуке. Он думал помыться, но сегодня было лень. «Помоюсь завтра, возможно», – подумал он. Проверив почту, он не обнаружил никаких файлов от Энд-Тру, она часто присылала их очень поздно, иногда глубокой ночью. Поэтому он решил ложиться спать и сделать их быстро завтра утром на работе, она никогда не возражала против этого.

Меф лежал, пытаясь заснуть. Несмотря на то, что он сильно уставал, он страдал бессонницей последние несколько лет, но обычно ему удавалось заснуть в течении получаса неподвижного лежания. Но тут прошло уже полтора часа, был уже час ночи, а он всё ещё никак не мог заснуть. Голова у него начала сильно гудеть, словно он слышал какие-то перешёптывания, ему начало казаться, что вся квартира трясётся, что изо всех щелей ползут странные жёлтые нити, словно он оказался во власти сонного паралича. Меф мог лишь с ужасом смотреть на происходящее, не в силах пошевелиться. Вдруг как раздался резкий звон, окончательно пробудивший его. Сначала он не понял, что это, и решил, что это продолжение сна или соседи опять шумят, но потом понял, что это звонит его телефон. Он взял его, не понимая, кто может звонить посреди ночи. Ещё сильнее он удивился, увидев, что на экране не было ни имени, ни номера. Это его сильно настораживало, он хотел сбросить подозрительный звонок, но что-то заставило его взять трубку.

– Алло? – полусонно проговорил Меф.

– Адвокат Фетхен Мефелаг? – произнёс спокойный мужской голос. Меф, сам не зная почему, услышав его, не смог сбросить трубку.