Фантазия на тему…

пролог

За окном светило яркое полуденное солнце. Глядя на придворцовый сад, на его зеленеющие лужайки, фонтаны, увенчанные статуями давно канувших в Лету правителей Кассии, верховный жрец пребывал в тягостном раздумье. Прощальная песня, которой провожают в последний путь умерших родственников, никак не покидала его, назойливо звуча в голове вновь и вновь. Перед глазами прокручивалась история планеты: от зарождения жизни до наступления золотой эры кассийцев, устремившихся в космос. Планета доживала последние недели, а может быть и дни. Доклады ученых не оставляли надежды: вскоре должна разразиться катастрофа.

"Все мы надеялись, что это нас не коснется" – думал Владыка, – "что эту проблему решать не нам, а нашим потомкам. Но нет. – Боги распорядились иначе".

Сделав огромное усилие, он взял себя в руки и, подойдя к зеркалу, придирчиво оглядел себя. Вот он последний верховный жрец, Богом избранного народа Кассии: волосы слегка тронутые сединой, чуть впалые щеки и нос с горбинкой придавали чертам лица, аскетическое выражение и скрывали истинный возраст. Если бы не морщинки возле усталых глаз, сам бы не поверил, что он самый старый правитель за всю историю планеты. Шутка ли, ему целых пятьсот с хвостиком лет и уже тридцать лет как он бессменный Владыка. Поправив на плече плащ верховного жреца из белой ткани, усеянной золотыми звездами и придав лицу бесстрастное выражение, он направился к двери.

В овальном кабинете, по обе стороны длинного стола, его ожидали остальные одиннадцать жрецов, представляющие свои кланы. Как только Владыка занял свое место во главе стола, разговоры стихли и все настроились внимательно его слушать.

– Откроем внеочередной совет, – произнес он и, откашлявшись, продолжил. – Я собрал вас для того, чтобы довести до вашего сведения некоторые малоприятные факты, касающиеся всех, но подлежащие разглашению лишь немногим лицам, которых вы выберете попозже сами, среди своих приближенных. Пока он говорил, все присутствующие, не отрываясь, слушали его, изредка перешептываясь друг с другом. Когда же верховный жрец закончил свою речь, в кабинете повисла звенящая тишина. Неожиданное известие на целую минуту заставило всех умолкнуть, – они, потрясенные услышанным, не находили нужных слов. Когда же до самых сообразительных дошел страшный смысл сказанного, лица присутствующих омрачились тревогой и страхом. В след непродолжительного молчания послышались первые немногочисленные вопросы. В душе Владыка надеялся услышать, какое-нибудь дельное предложение, но тщетно. По-видимому, правители кланов оказались надолго выбитыми из колеи, и он с сожалением подвел неутешительный итог:

– Так как спасать саму планету поздно, я вижу лишь единственный выход из сложившейся ситуации, а именно: срочно начать колонизацию других планет, используя имеющиеся в нашем распоряжении космические корабли. На сегодняшний день нам известны только две пригодные для жизни людей. Это третья планета – в нашей системе и пятая – в системе красной звезды в созвездие Ориона. А теперь я хотел бы узнать мнение каждого из вас по данному предложению.

Особых разногласий между правителями не возникло, мнения разошлись лишь в единственном: одни считали, что планета в Орионе слишком бедна и мало исследована, другие – что катастрофа их родной планеты может частично затронуть и третью. Неожиданно споры разрешил Хавила Фарес – один из двенадцати жрецов, клан которого имел тотем обезьяны. Хладнокровие не покинуло его в отличие от остальных, это объяснялось в первую очередь тем, что его клан занимался космическим кораблестроением. А поскольку власть жрецов зависела от умения хранить тайны, то он знал, что без него не обойдется никто. Предложение его заключалось в следующем: разделиться на две группы. Таким образом, разрешились бы споры, на которые не было времени, и увеличился бы шанс спасти цивилизацию кассийцев, на случай, если один из отрядов потерпит поражение. Для колонизации третьей планеты Хавила Фарес пообещал выделить планетарные космолеты, а сам же взялся возглавить флот звездолетов, для освоения пятой планеты красной звезды в Орионе. Клонар Дайн, (а именно так звали верховного жреца), к удивлению Фареса легко согласился с этим предложением. Оно устраивало его как нельзя лучше, полностью отвечая его тайным замыслам.

– На этом решении и остановимся, – произнес Владыка. – Всем нам сейчас надлежит готовить к перелету различную технику и наиболее ценных для нашего дела людей. Времени у нас практически не осталось, так что – за дело!

глава 1

Неделю спустя первый планетолет совершил посадку в районе экватора третьей планеты. На нем прибыли первые переселенцы и работа закипела. Предстояло сделать очень многое: построить временные жилища, заводы для переработки сырья, наладить снабжение колонистов водой и пищей. Враждебная фауна и флора были главным препятствием на пути завоевания новой планеты. Еще с орбиты, перед самой посадкой, лучевые пушки корабля уничтожили на огромной территории экваториального материка все, что могло оказаться в той или иной мере враждебным, превратив будущий лагерь колонистов в голую пустыню. Опасаться было чего: все животные были вооружены клыками, рогами или ядом и имели исполинские размеры. Больше всего ужасали гигантские ящеры, детеныши которых могли, походя растоптать человека, как муху. Именно на них в прежние времена устраивали охоту богатые туристы Кассии. Ним – сын жреца Хавила Фареса, обеспеченный молодой человек, сдав экзамены в университете по окончании курса звездоплавания, пренебрег карьерой изобретателя в космическом кораблестроении и возможностью унаследовать титул отца. Он забросил дальнейшую учебу и открыл свое дело, став одним из немногих, для кого охота сделалась профессией. Сафари на третьей планете, как раз стали входить в моду. Богатые бездельники хорошо за это платили, а молодой человек получал удовольствие от рискованных поступков и приключений. К тридцати годам (а это был возраст достижения совершеннолетия на Кассии), он уже подумывал о том, чтобы перенести свою деятельность на отдаленные планеты. Но тут-то и разразился кризис. Получив приглашение верховного жреца на должность командира охотников, Ним Хавила распрощался с отцом, надеясь на скорое возвращение. Фарес понимал, что каприз Владыки вызван желанием иметь в лице Нима – заложника будущих добрых отношений с Орионом. Рассказывать сыну о реальной опасности разрушения родной планеты он не стал, поклявшись вместе с другими жрецами хранить тайну до последнего мгновения. Один только слух о неминуемом конце света, мог вызвать дикий хаос среди простых людей и сорвать отчаянный план спасения цивилизации.

Работы по созданию поселения на третьей планете велись день и ночь. Отряд охотников вел наблюдение за границей выжженной территории, отстреливая пытающуюся забрести живность, которая могла наделать немало бед. Спешно возводились временные постройки. Большинство работ выполняли механические роботы под надзором специалистов. Они бурили скважины для воды, изготовляли строительный камень. В центре всего этого строительства возвышалось пять пирамид. Четыре из них должны были преобразовывать солнечную энергию – в электрическую, как это делалось в последние столетия на Кассии. Пятая – самая большая, по сути, выполняла ту же функцию, но было у нее и еще одно предназначение, о котором было известно только самому Клонару Дайну и его сыну Якову, назначенному Владыкой своим наместником.

Назначение командиром первого отряда колонистов и наместником верховного жреца на новой планете, он получил не столько из-за того, что приходится ему сыном, а главным образом за то, что отличался крайним деспотизмом и жестокостью наравне с исполнительностью. Вскоре после начала работ по обустройству лагеря, Яков лишний раз подтвердил закрепившуюся за ним репутацию. За то, что строители не успели возвести в срок корпус геодезической лаборатории, инженер-руководитель был им наказан, а именно – казнен. Его место занял один из бывших помощников несчастного. Второго подобного примера не потребовалось. Чтобы угодить сыну Владыки, красный плащ которого мелькал там и тут, внушая ужас одним своим видом, люди из кожи вон лезли, выполняя его приказания. Верховный жрец мог быть доволен своим выбором. Спустя уже две недели после высадки, во время очередного сеанса связи, Яков отрапортовал своему отцу:

– Космодром и временный лагерь готов принять новых переселенцев.

– Ты хорошо поработал, сын мой – похвалил Владыка, выслушав его. – Сегодня отправляются три корабля, жди их прибытия, а пока займись более подробной разведкой территории. Пора разработать действенные методы по уничтожению тварей населяющих эту планету, сохранив виды безвредные для людей.

– Я понял, завтра же отправлю экспедицию для исследования ящеров. Могу ли я послать Голоиба? Он лучше всех справится с этой задачей.

Клонар Дайн недовольно поморщился: он очень ценил этого учёного.

Обеспечь ему надежную охрану, он нам еще очень нужен, не хотелось бы зря рисковать его жизнью.

Он посмотрел обвиняющим взглядом на маленького биолога и тот съежился. Внешность изобретателя вооружения была подстать его занятию. Узкий рот под крючковатым носом, горящий взор и сросшиеся брови нагоняли страх на бесправных клонов. Довершали этот образ смерти, черный плащ и почти чёрное лицо; намного темнее, чем у любого кассийца, чья смуглая кожа считалась нормой.

– Я вижу, вы отлично ладите, друг с другом, – заметил с лёгкой иронией Яков. – Отныне вам придётся координировать свои действия. Завтра вы вместе вылетаете на разведку. Ваша задача провести подробные исследования флоры и фауны и используя полученные данные выдать рецепт по уничтожению опасных видов, составляющих для нас угрозу.

– Но, мой господин! – всплеснул коротенькими руками Голоиб, – а как же выращивание клонов? Мы их и так слишком много потеряли при расчистке гор и облицовке пирамид.

– Ни каких "но"! Если будем медлить с уничтожением ящеров, то эти твари сожрут последнего клона и тогда некому будет изготавливать новых, – заявил Олз, ехидно усмехаясь и довольно потирая свои руки.

Будто не замечая реплики, наместник продолжил:

– С третьим вашим спутником охотником-проводником увидитесь позже, он в настоящее время на дежурстве. Ответственного за экспедицию назначаю Вас, Олз. И за возможный взрыв в вашей лаборатории спрошу так же – с Вас. – И многозначительно приподняв бровь, Яков в упор поглядел на оружейника.

– Никаких взрывов, наместник. Я немного преувеличил, – смутился Олз.

– Тогда удачи в завтрашних исследованиях! – с этими словами, Яков жестом отпустил биолога и инженера-оружейника.

* * *

Однако нам необходимо на время вернуться к далёкому прошлому планеты Кассия. Согласно кассийским историческим преданиям, давным-давно, на заре юности планеты, жили люди, прибывающие в мире и гармонии с природой. Боги им дали всё: глубокие синие моря и полноводные реки, изобилующие подводными созданиями, бескрайние леса служили домом для несметного числа видов птиц и зверей. На сочных зеленых лугах паслись тучные стада коз, коров и овец. Год был в четыре раза продолжительнее года третьей планеты, а теплый климат позволял собирать по нескольку урожаев за сезон. Только на полюсах было чуть холоднее, но люди там и не селились. Жизнь кассийцев была безбедна и полна достатка, о деньгах в ту пору никто не слышал. Если кто-то в чём-то нуждался, то отправлялся в ближайший город, где на рынке брал то, что ему было необходимо, оставляя взамен часть своих продуктов или ремесленных изделий для городских жителей.

Люди никогда не сомневались, что наряду с миром видимым существует мир невидимый. Эти два мира вообще не разделялись в человеческом сознании: и так было всегда. Их объединяло представление о единстве законов, управляющих тем или иным миром. Каждый раз после сбора урожая, устраивались весёлые праздники, пелись песни, читались стихи, игрались свадьбы. В такие дни боги навещали людей. Каждый мог поведать им о своих делах, спросить совета или вместе послушать весёлую историю. Боги искренне любили людей; да и как можно было не любить своих созданий, каждому из которых ты отдал частицу своей силы, ума, любви! Как было не научить их радоваться созерцанию великих творений: грохоту водопада, синеве высочайших горных вершин, теплому дождю или красочной радуге – всему прекрасному, что было придумано для них.

Но вот настали смутные времена. Некоторые из людей рассудили так: "Зачем что-то своё нести на рынок, если можно просто брать – всё равно всего в изобилии, от этого хуже не будет". Откуда взялась подобная философия – неизвестно, однако она словно заразная болезнь, быстро распространялась и охватывала всё большие и большие слои населения.

Настал день, когда рынки по обмену товаров пришлось на время закрыть, ибо они опустели. Чтобы выйти из тупиковой ситуации и урезонить размножившихся бездельников, придумали деньги. Но беда на этом не закончилась. Одни старались заработать как можно больше денег, другие придумывали способы – как их отнять у соседа, не утруждая себя тяжелым трудом. Разгул преступлений, о которых раньше не ведал никто, достиг апогея. Чтобы навести порядок, была придумана стража. Для защиты людей от произвола преступников стражники объединялись в войска и объединяли под своей опекой всё большие и большие территории земель. Во главе стражи стоял сударь-старейшина, так стали появляться первые государства. Законы, придуманные старейшинами, наказывали нерадивых бездарей штрафами, каторгой, а то и вовсе – лишением головы. В этих занятиях, казавшихся такими важными, люди позабыли своих богов. И те в печали оставили их, предоставив самих себе.

А люди всё дальше отходили от прежней жизни, они изобретали оружие для убийств, добывая для этого металлы из недр планеты в огромных количествах, строили заводы и фабрики, выдумывали новые механизмы. Стали строить и роботов, чтобы те заменяли людей и в поле и в саду, на производстве и дома. Труд земледельца и ремесленника стал не выгоден. Еще бы, куда больше денег заработаешь, служа в страже, работая на заводе или торгуя на рынках. Тем временем, земля скудела от бездумной обработки ее роботами, сколько землю ни удобряли, урожай с каждым годом продолжал падать. Новое поколение, рожденное в городах, совсем не понимало необходимости жить в гармонии с природой. С великим удовольствием по выходным дням они устраивали пикники, где ради спортивного интереса и развлечения – охотились, убивая животных. Природа истощалась, а люди как бы и не замечали результата своих деяний, словно кто-то надел им на глаза темные очки. Каждый пытался стать свободным и разбогатеть любым способом; стать хозяином предприятия, владельцем частной собственности, банкиром, а если повезет – даже правителем. Но напрасно надеялись бедные, оболваненные человечки стать богатыми и свободными людьми. Крышка безысходности уже захлопнулась, сколько бы денег они ни зарабатывали, мечта о свободе, та оставалась недостижимой: пришедшие к власти жрецы, расставаться с нею не желали. Чтобы им легче было справляться с народом, они объявили себя жрецами богов. Их стало двенадцать, как и богов некогда заботившихся о людях Кассии. Ежегодно один из жрецов провозглашался – "Верховным" и власть над жителями планеты по очереди переходила от одного жреца к другому. Сообщество людей жестко разделилось на два лагеря: потомственных руководителей и всех остальных. Теперь только дети жреческих кланов могли получить хорошее образование; стать конструкторами изобретателями, музыкантами или поэтами, банкирами или правителями, а дети иного происхождения могли рассчитывать лишь на тяжелый, плохо оплачиваемый труд и влачить нищенское существование в старости.

Могущество жрецов достигло апогея. Начались полеты в космос, стали доступны другие планеты. Так наступила золотая эра Кассии. Но, попытки встретить себе подобных в других мирах успехом так и не увенчались. Вот тогда и вспомнили о своей планете – доме, данном им с рождения, но поздно. Планета была безнадёжно больна. Частые землетрясения, ураганы, смерчи уносили жизни людей. Словно планета сама уничтожала излишки людей, которых она уже не могла прокормить. Плодородные земли исчезали, на их местах возникали овраги и болота. Моря, потерявшие треть своих обитателей, отравленных отходами химических заводов, превратились в какое-то месиво. Атмосфера плохо защищала от ультрафиолета и мелких метеоритов. По три – четыре раза в день менялась погода, грозовые дожди сменялись пеклом, град – ураганом. В довершение ко всему, разразилась неизвестная до той поры эпидемия страшной болезни, которая постепенно поражала женское население планеты. Попытки приостановить заболевание, успехом не увенчались – медицина оказалась бессильна. Всего за год, болезнь унесла всю женскую половину населения Кассии. Людей охватило отчаяние: еще каких-то сто лет и на планете не останется никого.

От отчаяния спас и вернул надежду жрец клана "Змея" – Клонар Дайн. Таинственный секрет его долгой жизни, оставался неизвестным никому. Клан Дайна занимался биологией и генной инженерией. За долгие годы его предшественники познали многие секреты человеческого организма. Но лишь ему удалось создать искусственных людей. Широкого распространения они не получили, ибо их разум оставлял желать лучшего, а роботы, обходились дешевле. Лишь один результат клонирования оказался по причинам, оставшимися неизвестными самому Дайну, воистину чудесным. Очень скоро этот искусственный человек заменил целую лабораторию людей и сделал удивительные открытия, которые и позволили Дайну прожить так долго. Назван он был Голоиб – в честь своей специальности. В дальнейшем искусственных людей стали называть клонами. Со временем позабылось; то ли их – в честь создателя, то ли наоборот: Дайн получил свое второе имя Клонар – в честь своей разработки. Пятьсот лет, что прожил Дайн, превышали жизнь среднего кассийца в пять раз. К всеобщему удивлению Голоиб также не старел. Пообещав остальным жрецам продлить их жизни, а так же жизни необходимых им людей, Клонар Дайн получил, под всеобщее одобрение, полномочия верховного жреца – бессрочно. Одно никак не давалось, – клоны не могли произвести на свет потомство. Все эксперименты до сих пор так и не привели к ожидаемому результату. Взвалив на Голоиба решение этой проблемы, сам Клонар Дайн попытался найти способ переноса сознания человека в плоть клона. Он почти уже преуспел в этом, когда получил депешу от своего аналитика по чрезвычайным ситуациям. В ней говорилось: – "Температура ядра планеты резко возросла и достигла критической точки. Планетарной катастрофы можно ожидать со дня на день".

– Не успел! – Впервые за столетия своей жизни паника охватила Клонара Дайна – верховного жреца и Владыку планеты Кассия.

глава 2

На рассвете вездеход-антиграв легко оторвался от поверхности космодрома и устремился на север, управляемый умелыми руками Нима Хавила. Открывающийся перед путешественниками вид, захватывал дух. Слева земля сливалась с небом в еще не рассеявшемся сумраке ночи, справа над горизонтом поднимался оранжевый диск солнца, а прямо по курсу надвигалась голубая гладь моря, слегка тронутая бликами первых его лучей. Еще несколько минут полета, и водная стихия окружила со всех сторон путешественников. Для Нима это зрелище не было ново и всё же, его каждый раз подмывало петь от восторга созерцания первозданной чистоты, не осквернённой еще разрушительной деятельностью человека. Что касается Олза, сидящего в соседнем с пилотом кресле, то он задремал сразу же, как только вода обступила вездеход со всех сторон. Жестокую натуру разрушителя не могла взволновать красота новой для него планеты. Напротив, если не было привычного для него хаоса нагромождений человеческого зодчества, то на него, в лучшем случае, нападала жуткая тоска. В обычном для него раздражительном состоянии, брало верх желание уничтожить то или иное творение природы, чтобы на его месте воздвигнуть каменную громаду, прославляющую мощь и разум человека. Что же касалось Голоиба, то его несхожесть с другими клонами выразилась в том, что он пришел в полнейший восторг от увиденного великолепия. Обычные клоны интересовались лишь тем, чем им предписывали, оставаясь безразличными ко всему остальному, и никогда не выходили за рамки инструкций.

Прозрачный колпак вездехода позволял глядеть во все стороны, что Голоиб и проделывал, вертя головой на триста шестьдесят градусов, весьма удобно расположившись в вертящемся кресле. Увидев какую-нибудь птицу в полете или морское животное в воде, он шепотом, чтобы не разбудить раздражительного командира экспедиции, спрашивал пилота о них. Иногда охотник знал названия живых существ, но чаще они так же, как и Голоибу, были ему не известны. Вот по волнам скользнула черная гигантская туша и скрылась в глубине вод. От изумления биолог даже рот разинул, и издавая нечленораздельные звуки, потерял на время дар речи. Увидев на экране заднего обзора его лицо, Ним поспешил ответить на невысказанный вопрос:

– Это был морской водоплавающий ящер, кстати, – не самый крупный. На берегу нас ждут действительно гиганты, размером как четыре наших вездехода. Я Вам советую там не растеряться, иначе последствия будут печальные. Некоторые из них "плюются" огненной плазмой, а иные могут своими зубами, острыми словно ножи, перекусить человека пополам. На изумленно недоверчивый взгляд спутника, охотник усмехнулся.

– Если от головы до хвоста метров двадцать, то и пасть соответствующая, уж поверьте, скоро сами во всем убедитесь.

Пока Голоиб торопливо щелкал клавишами портативного электронного мозга, записывая полученные данные от водителя вездехода, Ним с интересом рассматривал его в экране заднего обзора. Общаясь с богатыми туристами, по роду своей деятельности, охотник неоднократно слышал о знаменитом клоне. По слухам, сам Владыка относился к великому ученому с неподдельным уважением и предпочитал его большинству людей. Это косвенно подтверждалось приказом Якова оградить Голоиба от любого риска.

– У меня складывается впечатление, что вы не видели ни одного живого существа, кроме людей, – обратился охотник к Голоибу.

– Откуда?! На Кассии к началу моей жизни не осталось почти нечего, – с сожалением ответил биолог.

– Тогда Вам следовало принять участие в сафари на этой планете.

– Увы, я не вправе распоряжаться своей свободой. Да и откуда было взять денег на путешествие? Мой хозяин не предлагал мне этого. Все что я видел, это пробирки, да экраны приборов. Но зато сегодня я восполню пробел в своих знаниях.

Тем временим темная полоска, возникшая на горизонте, быстро приближалась, приобретая четкие контуры. Еще минутка и взору открылось сказочное великолепие этого берега, так не похожего на то место, откуда путники начали свой поход. Густая растительность покрывала буквально всё. Деревья неизвестные на Кассии вздымались на высоту до двухсот пятидесяти метров. Разнообразие их видов и форм вновь заставило Голоиба умолкнуть и уткнуться в экран своего прибора, записывая свои наблюдения.

– Если хотите, я включу записывающую аппаратуру. По прибытию домой Вы сможете просмотреть все, что мы видим сейчас, – предложил Хавила.

Это было бы здорово! – восхитился Голоиб, ненадолго отрываясь от окружающей их картины.

– Где будем искать ящеров, охотник? – Вдруг прозвучал вопрос Олза, который, оказывается, уже давно проснулся и теперь с неодобрением разглядывал окружающее, хмурясь и хищно раздувая ноздри.

– Мы подлетим вот к этим холмам, там я неоднократно разбивал лагерь в прежние времена. Именно из-за этого я и выбрал этот маршрут, – улыбнулся Ним белозубой улыбкой, направляя вездеход к ряду холмов, растительность возле которых не была такая буйная.