Конкуренты благодати

Конкуренты благодати

Предисловие автора

Хотя я люблю наблюдать за спортивными состязаниями, признаюсь честно: я никогда особо не жаловал легкую атлетику. Мне всегда казалось довольно-таки скучным занятием – смотреть, как люди бегают друг за другом по кругу. Или ездят на велосипеде… по кругу. Или бросают тяжелые предметы… внутри круга. В общем, меня это не очень увлекало. Одним из редких исключений в моем отношении к легкой атлетике стал русский спортсмен Юрий Борзаковский, завоевавший золотую медаль в беге на 800 метров на Олимпиаде в Афинах в 2004 г. У него совершенно уникальный стиль – он начинает забег довольно медленно, отпуская вперед себя почти всех соперников. Но на втором круге начинает их обгонять, одного за другим, по внешней стороне, и заканчивает дистанцию первым.

Однажды с ним произошел курьезный случай. На Олимпиаду 2008 г. он приехал уже в ранге олимпийского чемпиона прошлых игр, поэтому за ним внимательно наблюдали. Камеры не выпускали его из виду. Спортивные комментаторы прочили ему успех, и, казалось бы, он действительно имел все шансы на победу. Был полуфинальный забег, на котором ему достаточно было прибежать вторым, чтобы выйти в финал. Видно было, что он не выкладывается полностью, экономит силы для финального забега. Он бежал хорошо, уверенно держался на втором месте. Казалось бы, ситуация была под контролем. Но на последних метрах дистанции он допустил досадную ошибку. Находясь на второй позиции, он начал смотреть через плечо назад – чтобы убедиться в том, что его никто не догоняет. И в этот самый момент он не увидел конкурента, который обходил его с другой стороны в таком же стиле, в каком он сам обычно обходил других, – по внешнему кругу.

Он не увидел конкурента, и поэтому проиграл. Так бывает и в жизни. Если мы видим конкурентов и знаем о них, у нас есть возможность им противостать. Если же они остаются вне поля нашего зрения, то мы рискуем потерпеть поражение. И как же досадно проиграть, имея все шансы на успех! Как досадно упасть там, где падать необязательно. Как обидно остаться без награды, которая была в пределах досягаемости. Как горестно оказаться разбитым, имея достаточно сил и возможностей, чтобы выйти победителем.

В этой книге речь пойдет о конкурентах благодати. О том, что грозит оттеснить Божью благодать на второй план или даже полностью убрать ее из нашей жизни. Наши отношения с Богом целиком и полностью основаны на благодати. Христианство можно назвать религией благодати. И если Божья благодать в нашей вере и практике отступает на периферию, то мы непременно будем падать, промахиваться мимо цели и терпеть поражение.

Я предлагаю рассмотреть семь конкурентов благодати: (1) законничество, (2) беззаконие, (3) перфекционизм и чувство вины, (4) недовольство и уныние, (5) тревога и беспокойство, (6) скупость, (7) упование на методы. Семь не магическое число, в данной книге я не придаю ему особого смысла. Просто так получилось. Наверняка можно найти и большее количество врагов благодати, однако мой выбор пал именно на эти семь, потому что из многолетних наблюдений за жизнью Церкви они показались мне наиболее актуальными.

Не все темы займут одинаковое время, поэтому распределение материала по главам может показаться не вполне сбалансированным. Если сравнить чтение книги с поездкой на поезде, а каждую главу – с остановкой, то на разных станциях мы будем проводить разное время. Это как и на настоящем поезде: Рузаевка – стоянка 12 минут, Рязань – стоянка 2 минуты. Длительность остановки объясняется важностью станции и нуждами технического обслуживания поезда. Так и объем каждой главы в этой книге объясняется не только важностью обсуждаемой темы, но и тем, насколько подробных объяснений она требует.

Итак, приглашаю вас вместе со мной в это небольшое, но увлекательное и полезное путешествие. У нас будет семь остановок. Семь конкурентов благодати. А вместе с этим – прекрасная возможность снова и снова смотреть на Писание и на себя. На Писание – чтобы увидеть свет истины, на себя – чтобы в свете истины увидеть свое состояние. Пусть свет Божьего Слова снова и снова зовет нас вернуться к благодати нашего Господа, чтобы наша духовная жизнь была здоровой, крепкой, библейской.

Я благодарен многим людям, которые помогали при написании этой книги. Во-первых, моей семье, которая поддерживала меня в этом труде и с пониманием относилась к необходимости проводить много времени за компьютером. Во-вторых, Виктору Семеновичу Рягузову и Вениамину Викторовичу Портанскому, которые внимательно прочитали рукопись и внесли много полезных дополнений и корректив. В-третьих, Дмитрию Вощине, который много потрудился над версткой и дизайном обложки. И самая большая благодарность – Господу, Который Своей благодатью трудится в Церкви и лично в моей жизни.

Законничество

Благодать – это дар. Это неограниченная милость. Это не заслуженные нами благодеяния Небес. Это Божье действие в нашей жизни. Это все то, на что мы не имеем права рассчитывать, но что получаем благодаря Божьей любви, заботе и щедрости. Вся наша духовная жизнь основана на благодати. По благодати мы обретаем спасение. По благодати становимся Божьими сынами и дочерьми. По благодати возрастаем и освящаемся, продолжая свое земное странствование. По благодати входим в славу небес. Благодать дает нам сил для борьбы с грехом, укрепляет для преодоления трудностей, утешает в скорбях и наделяет энергией для труда. Благодать преображает нас в образ Христов, формируя в нас качества, подобные нашему Господу. Благодать совершает через нас Божий труд, так что при нашем слабом и неумелом участии созидается Церковь Божья. Христианство можно назвать религией благодати.

Однако у благодати есть много конкурентов, которые грозят оттеснить ее на второй план, а то и вовсе убрать из нашей жизни. Первый и самый очевидный конкурент – это легализм, или законничество. Наверное, именно это слово в первую очередь приходит нам на ум, когда мы размышляем о том, что противоположно благодати. Это связано с тем, что в Новом Завете, и особенно в посланиях апостола Павла, благодать так часто противопоставляется закону.

Хотя разные люди могут употреблять слово «законничество» в разных контекстах с разным смыслом, в данной книге под законничеством мы будем иметь в виду добавление к подвигу Христову закона как основания спасения. Мы не отрицаем закона Божьего, и об этом еще будет говориться в следующей главе данной книги. Закон важен – это Божья нравственная воля, открытая человеку. Бог повелевает нам соблюдать Его заповеди и жить по Его воле. Однако когда мы считаем, что через соблюдение заповедей мы каким-то образом становимся более достойными спасения, мы впадаем в ошибку законничества. Законничество стоит на том, что для спасения недостаточно одной только благодати Христовой. Чтобы довершить свое спасение, к благодати требуется прибавить какие-либо человеческие усилия – соблюдение нравственного или церемониального закона, то есть достижение нравственного совершенства или отправление каких-либо обрядов. В рамках этой системы взглядов считается, что одна только благодать, без добавления закона, недостаточна для спасения. Таким образом, законничество можно охарактеризовать как недоверие Божьей благодати в спасении.

В церковной истории было множество вариантов легализма, которые могли друг от друга отличаться своими философскими предпосылками. Но их все объединяет то, что к благодати примешиваются человеческие дела – «закон» в том или ином виде – как условие и механизм спасения. Некоторые люди делали больший акцент на нравственном законе – соблюдении заповедей, некоторые – на церемониальном законе, то есть совершении каких-либо обрядов или таинств. Все это, в конечном итоге, имеет отношение к человеческой воле – решимости преодолеть искушение или совершить тот или иной поступок. Человеческая воля поднимается на высокий пьедестал, занимая место рядом с благодатью как одна из причин спасения.

Благодать при этом не отвергается полностью – нет, кто же осмелится ее отрицать! Однако ее роль понижается по сравнению с тем, как это представлено в Библии. В Писании спасение происходит целиком и полностью по благодати (см. ниже). А в законничестве благодать понимается как вспомогательная, но не единственная сила спасения. В результате возникает ошибочное уравнение: вера + дела = спасение. То есть, для достижения спасения как будто бы нужно объединить Божий дар – веру, с человеческими усилиями – делами. Если вы делаете дела, но не имеете веры, то вы не спасены. И если у вас есть только Божий дар веры, но не сделаны какие-то дела, считающиеся обязательным условием спасения, то вы тоже не спасены. Лишь сложение веры и дел, то есть сочетание Божьего и человеческого начала, ведет к сумме спасения. В этом уравнении к благодати примешиваются человеческие дела как необходимое условие для того, чтобы быть избавленным от ада и войти в небеса.

Один из самых ранних вариантов законничества был введен в христианство британским монахом Пелагием. В конце IV века он начал проповедовать в Риме и снискал большую популярность. Поначалу казалось, что его учение вполне ортодоксальное. Пелагий учил, что человек может вести благочестивую жизнь при помощи Божьей благодати. Он признавал, что человек нуждается в благодати и что без благодати не могло бы быть спасения. Заметьте: он не отрицал благодати. Но дьявол, как известно, кроется в деталях. Благодать Пелагий понимал не как сверхъестественное действие Божье в человеке, а как заложенную Богом естественную способность исполнять Божью волю1. По его мнению, эта способность в потенциале у всех одинакова. В потенциале – это значит, что благодаря заложенной Богом способности каждый человек, теоретически, может достигнуть праведности. Однако благодать никого не делает праведным автоматически. Благодать лишь дала человеку возможность и способность творить добрые дела, а насколько каждый в этом продвинется, зависит от самого человека. Таким образом, дальнейший путь к спасению зависит от усилий, прикладываемых людьми.

Такое понимание благодати неизбежно вело к учению о спасении делами. Если благодать – это лишь потенциальная способность творить угодные Богу дела, но сама по себе никого не спасает, то для реализации спасения требуется приложить собственные усилия. То есть, от человека требуется внести свой вклад в виде дел, связанных с соблюдением нравственного закона. Спасется тот, кто сделает нужное количество дел, а кто не приложит достаточно волевых усилий для достижения праведности, тот погибнет. Учение Пелагия было отвергнуто и осуждено в церковной истории на нескольких соборах.

Заметьте: хотя Пелагий не отвергал библейского термина «благодать», он наделял его совершенно иным содержанием, чуждым учению Писания. Ересь не всегда проявляет себя в отрицании каких-либо библейских терминов – такую ошибку было бы легко распознать и отвергнуть. Гораздо чаще ересь проявляется в искажении смысла библейских доктрин.

Другой вариант законничества сложился в восточном православии под влиянием знаменитого богослова XIV века Григория Паламы. Согласно этому учению, благодать понимается как энергия Бога, то есть божественная сила или действие, преобразующее человека в образ Божий2. Преображение в образ Божий не происходит автоматически. Нужно «стяжать благодать», то есть приобретать и накапливать божественные энергии. Для этого человек должен верить, творить добрые дела и участвовать в литургии3. В этом случае через свои действия он будет «…в меру своих способностей [приобщаться] к Богу в Его энергиях…»4. Стяжая благодать, человек обретает богоподобие (обожение), что в православном богословии считается сутью спасения.

Паламизм по своей логике противоположен пелагианству. Если у Пелагия благодать давала способность к проявлению богоугодных человеческих усилий, то у Паламы, наоборот, проявление богоугодных усилий (вера, добрые дела и приобщение к литургической жизни Церкви) ведет к обретению благодати.

Еще один вариант законничества присутствует во многих христианских кругах. Его условно можно назвать полупелагианством, хотя это не совсем точно с исторической точки зрения5. Согласно этому взгляду, спасение – это дело и Бога, и человека. Человеческая воля должна помогать благодати, а благодать – человеческой воле. Хотя благодать обычно рассматривается как наиболее важный из этих двух элементов, без человеческих усилий спасения достичь невозможно. Сторонники этого взгляда говорят, что Божья благодать и человеческие дела – это два неравных, но равно необходимых компонента спасения. То есть, хотя благодать выполняет несравнимо большую работу и хотя ее роль гораздо более значимая, без человеческих усилий спасение не состоится.

Логику полупелагианства отражает песня, которую мне доводилось слышать как в исполнении протестантов, так и в исполнении православных (записи и тех, и других есть в интернете). Называется она по первой строчке: «Неужели, мой Бог, я останусь?» В этой песне рисуется картина того, как некий человек остается на земле во время пришествия Христа за Его Церковью. Он остается на горе и муки, лишенный надежды на спасение:

Неужели друзья и подруги

В облаках воспоют новый гимн,

А я останусь, я останусь на горе и муки,

Без надежды и цели, один?

Он будет лишен общения со Спасителем навеки:

Но не только с друзьями, я знаю,

Мне придется расстаться тогда,

Только больше, только больше я потеряю,

Потеряю Христа навсегда.

Он обречен на вечные страдания в аду без возможности какого-либо утешения. То есть, обречен на вечную погибель. Но как же эта песня объясняет причину вечной погибели? А вот как:

Как с друзьями я пел и молился,

Вместе с ними я Богу служил,

Только мало, только мало к добру я стремился,

Только ближнего я не любил.

Согласно богословию этой песни, человек отправляется в ад потому, что не приложил достаточного количества усилий. Вроде бы и не был совсем уж нечестивым: «пел и молился», «Богу служил». Однако делал всего этого недостаточно: «мало к добру я стремился», «ближнего я не любил». По представлению автора, если кто-то недоделает добрых дел, не достигнет нужного уровня любви к ближнему и не приложит достаточно волевых усилий для стремления к добру, то он будет отвергнут Христом и не войдет в небеса. Иными словами, одной благодати для спасения недостаточно. Благодать лишь подготавливает почву, а для завершения спасения нужно к благодати добавить человеческих усилий. Богословие этой песни явно и недвусмысленно выражает один из вариантов легализма.

Каков же библейский взгляд? Благодаря чему происходит спасение? На основании ли совокупности Божьей благодати и человеческих дел? На этот вопрос отвечает следующий текст Писания, который многие христиане знают наизусть:

Ибо благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар: не от дел, чтобы никто не хвалился (Еф. 2:8-9).

Как, согласно этому утверждению апостола Павла, происходит спасение? Что служит основанием спасения? – Благодать! «Благодатью вы спасены». То есть, основание спасения – это Божий незаслуженный дар, благодать. А каков путь спасения? – Через веру! То есть через Божий дар веры, который, согласно этому же посланию (Еф. 1:19), дается нам Божьей силой. Может быть, дела присоединяются к благодати как основание спасения или к вере как путь спасения? Нет: «не от дел» Заметьте: здесь не сказано, что спасение происходит и через веру, и через дела. Нет: «через веру», «не от дел»! Одно утверждается, а другое исключается. Это очень важная истина подлинного Евангелия.

Важно отметить, что в этом тексте не только исключаются дела как основание или механизм спасения, но и объясняется причина такого исключения: «чтобы никто не хвалился». Давайте над этим поразмышляем. Если мы включим какое-либо человеческое начало в число оснований или средств спасения, то у нас немедленно появится причина для похвалы. Спасенный человек, сравнивая себя с неспасенным, сможет сказать: «Я спасен, потому что решил уверовать, а он не спасен, потому что не захотел этого сделать. Разница между нами – в желании. Какой я молодец, что решил уверовать!» Или: «Я спасен, потому что понял, как это здорово, а он не спасен, потому что не понял. Разница между нами – в уме. Какой я молодец, что все правильно понял и сделал правильный выбор!» Или, с таким же успехом: «Я спасен, потому что почувствовал отвращение ко греху, а он не спасен, потому что не чувствовал такого отвращения. Разница между нами – в чувствах. Какой я молодец, что имел правильные чувства!»6

В любой законнической схеме действие благодати во всех людях потенциально одинаково, поэтому разница между спасенным и неспасенным будет заключаться в самом человеке. Еще раз подчеркну: не в благодати – она же во всех и для всех одинакова! – а в человеке. Следовательно, спасенные попадают в рай не потому, что благодать дала им больше, а потому, что они сами сделали больше, чем те, кто оказался в аду. Стараясь изложить и даже защитить историческую полупелагианскую позицию, Ребекка Уивер в своем подробнейшем исследовании отмечает тот же самый момент: «Поскольку дарование спасения универсально, различие между спасенными и не спасенными связано с человеческим деятелем, а не с божественным решением. Таким образом, разница между людьми весьма существенна»7.

Подобный взгляд на спасение неизбежно дает основание для похвалы. И смотрите, как интересно получается: если мы допустим, что спасение на 99 % зависит от благодати и всего на 1 % – от человеческих усилий, различие между спасенными и неспасенными будет не в первых девяноста девяти процентах благодати, а в последнем одном проценте человеческих дел. Первые девяносто девять процентов, согласно этой схеме, у всех одинаковы. Спасенные и неспасенные будут различаться лишь одним процентом своих заслуг. Если посмотреть на различие между ними и задаться вопросом, какая часть этого различия заключается в благодати и какая – в человеческих усилиях, то легко увидеть, что различие между спасенными и неспасенными нисколько не относится к Божьей благодати и полностью, на сто процентов, относится только к тому, что делают или не делают сами люди. Таким образом, 1 % человеческих усилий превращается в 100 % похвалы!

Только признание того, что и желание обратиться к Богу, и понимание Евангелия, и покаянные чувства человеку дает Сам Бог, исключает человеческие заслуги и воздает всю славу Богу. И не об этом ли говорит Библия? Библия учит, что «…Бог производит в вас и хотение и действие по Своему благоволению» (Флп. 2:13). Эти слова сказаны в контексте как раз спасения – взгляните на предыдущий стих: «…со страхом и трепетом совершайте свое спасение…» (ст. 12). Благодаря чему мы можем совершать (доводить до конца) свое спасение? Благодаря тому, что не мы сами производим его, а Бог: «потому что Бог производит в вас и хотение, и действие». И желание обратиться к Богу, и действия, связанные с покаянием и освящением, производит в нас Господь. Поэтому вся слава на 100 % принадлежит исключительно Ему.

«А где же дела?» – спросите вы. А дела в следующем стихе Послания к ефесянам: «Ибо мы – Его творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять» (Еф. 2:10). Заметьте, что сначала говорится о спасении по благодати через веру (ст. 8-9), а потом – о добрых делах, которые появляются вслед за спасением. Спасение подобно воскресению духовного мертвеца (ср. предшествующий контекст, особенно ст. 5-6). Пока он не воскрес, он не может творить никаких добрых дел. Единственное дело, на которое способен мертвец, – это, извините, вонять. Любые его потуги сделать что-либо хорошее в глазах Бога – не более чем зловоние смердящего трупа, потому что осквернены грехом, эгоистичными мотивами, незнанием Божьей воли и гордостью8. Однако когда Бог воскресит его и сделает духовно живым, тогда он сможет творить добрые дела. Лишь став новым творением («ибо мы – Его творение»), мы можем жить, мыслить и поступать по-новому. Лишь обретя возрождение («созданы во Христе Иисусе»), мы становимся способны творить богоугодные дела, «которые Бог предназначил нам исполнять».

О том, что спасение происходит исключительно по благодати, без каких-либо дел или заслуг со стороны человека, говорят и другие места Писания. В 11-й главе Послания к римлянам Павел пишет о спасении избранного остатка израильтян:

Так и в нынешнее время, по избранию благодати, сохранился остаток. Но если по благодати, то не по делам; иначе благодать не была бы уже благодатью. А если по делам, то это уже не благодать; иначе дело не есть уже дело (Рим. 11:5-6).

Здесь не сказано: «и по благодати, и по делам». Нет: «…если по благодати, то не по делам». Не по делам. Благодать полностью исключает дела как основание спасения. Почему? Причину этого апостол Павел объясняет следующим образом: «…иначе благодать не была бы уже благодатью». Как это понять? Дело в том, что благодать по своему определению – это абсолютно незаслуженный дар. Стоит только добавить к причинам спасения какое-то дело, как появляется основание для награды или справедливого воздаяния. Дар перестает быть полностью незаслуженным, а значит, благодать перестает быть благодатью. Оказывается, само определение благодати требует полного и абсолютного исключения дел как основания или причины спасения!

На первый взгляд нам могло казаться, что добавление дел к благодати улучшит действие благодати. Однако при более внимательном взгляде стало очевидным, что добавление дел не только не улучшает благодати, но и, наоборот, уничтожает ее. Благодать перестает быть благодатью.

В 4-й главе Послания к римлянам снова говорится об основаниях спасения. Апостол Павел рассматривает ветхозаветный пример спасения:

Поверил Авраам Богу, и это вменилось ему в праведность (Рим. 4:3).

Это цитата из Бытия 15:6. Любому человеку, знающему историю книги Бытие, должно быть очевидно, что перед оправданием Авраама ничего не говорится о каких-либо его делах. Пятнадцатая глава Бытия говорит только о его доверии Божьему обещанию, и все! Фактически, вера вменилась Аврааму в праведность примерно за двадцать лет до того, как он вознес на жертвенник своего сына Исаака (Быт. 22 гл.).

Давайте еще раз отметим, что Павел рассуждает об оправдании в контексте противопоставления веры и дел: «Если Авраам оправдался делами…» (Рим. 4:2). Какие же дела имеет в виду апостол? Некоторые считают, что он говорит лишь о «делах закона», то есть делах, связанных с соблюдением обрядово-церемониальных предписаний Торы. Однако задумайтесь. Во-первых, какое отношение вопрос об обрядовых предписаниях Торы имел бы к Аврааму? Само упоминание дел Торы в связи с Авраамом – как и упоминание Авраама в связи с делами Торы – было бы бессмыслицей, поскольку Авраам жил примерно за полтысячи лет до Моисея. Если бы Павел имел в виду противопоставление веры обрядовой стороне закона, то ему было бы достаточно напомнить читателям о хронологии, однако он этого не делает. Вместо этого он говорит о тех делах, которые Авраам мог бы совершить, а это дела праведности.

Во-вторых, обратите внимание на то, как сам апостол объясняет, почему оправдание не может быть от дел:

Воздаяние делающему вменяется не по милости, но по долгу (Рим. 4:4).

Оправдание не может происходить по делам не потому, что эти дела «мертвые», «обрядовые» или «поверхностные». Оправдание не может происходить по делам потому, что иначе оно было бы «не по милости, но по долгу», поскольку любое дело заслуживает воздаяния. Но постойте, если даже «мертвое» и «обрядовое» дело заслуживает воздаяния, то насколько более его заслуживают живые дела праведности! Однако как только мы добавим дела праведности к причинам спасения, мы тут же перечеркнем Евангелие, потому что «воздаяние делающему вменяется не по милости, но по долгу», а Божье спасительное Евангелие – это Благая Весть милости, а не долга. Поэтому Павел заключает:

А не делающему, но верующему в Того, Кто оправдывает нечестивого, вера его вменяется в праведность (Рим. 4:5).

Кому вера вменяется в праведность? Тому, кто и верует, и делает? Нет! «Не делающему, но верующему». Одно исключается, второе утверждается. Иными словами, если человек надеется, что его добрые дела добавят причин для его спасения, и поэтому делает какие-то дела, то он сам себя лишает оправдания перед Богом. Бог оправдывает не того, кто верует и делает, а того, кто верует и не делает. Того, кто нисколько, ни на йоту, ни в малой степени не надеется на свои дела.

О том же самом говорил и Христос. Самое первое утверждение, которым открывается знаменитая Нагорная проповедь, бросало вызов законническим представлениям фарисеев: