Мировоззренческий сдвиг – детонатор наркотического бума и распада общества

Часть 2. Наркотики: прогресс или деградация?

Многим людям кажется, что рациональное суждение, «освобожденное» от религии, будто бы гораздо объективнее, чем суждение, опирающееся на Божественное Откровение. В своей попытке отстоять для рационализма право на существование сторонники его не замечают той простой истины, что свою точку зрения они выдвигают в качестве безусловного авторитета. Отвергнув Откровение, они создают как бы свои новые «откровения». Они требуют от других принять рациональную установку на веру, так и не потрудившись доказать, что рациональный путь познания действительно доходит до сути вещей.

О рационализме интересно выразился Лев Тихомиров, сказав, что рационализм как направление основан «на предположительной способности разума познавать истину независимо от Божественного Откровения, т. е. своими собственными силами». Мыслитель справедливо замечает, что «эта склонность к преувеличению силы разума» очень живуча. Ее жизнестойкость основана на том, что разуму не всегда удается правильно оценить собственную работу. Когда слабеет самоконтроль, человек начинает переоценивать собственные способности. Они начинают казаться ему абсолютными, в то время как они относительны. Возникает ложное ощущение того, что человек может быть автономен «в сфере познавательного мышления». Понимание же необходимости опоры на Божественное Откровение приходит вследствие неослабного самоконтроля[96].

Работает ли рационализм в реальной жизни? Давайте хоть раз в жизни проведем эксперимент и посмотрим. Говорят, что мировоззрение, оторванное от Бога, будто бы объективно. Вот и давайте попытаемся объективно и рационально доказать наркоману, что он не прав. Попробуем проанализировать мысли, которые обычно высказываются по поводу наркомании. Имеют ли они под собой твердую почву? Неослабный контроль над чистотой суждений покажет нам, сколь тяжело найти точку опоры вне Божественного Откровения.

Ставим на повестку дня актуальнейший вопрос: почему наркоман должен менять свою жизнь? Да, ему объясняют, что он должен ее менять. Но почему наркотики – это плохо – не объясняют. Как это ни странно, все аргументы, приводимые обществом наркоману, могут быть также адресованы любому члену общества. Нюанс заключается в том, что секулярное общество не может четко объяснить человеку причину, в связи с которой он не должен употреблять и продавать наркотики.

Рациональная мысль заходит здесь в тупик, и такое популярное направление человеческой мысли, как рационализм, явилось, по выражению того же Тихомирова, «начальным пунктом “освобождения от Бога”». Вследствие «освобождения от Бога», как было показано ранее, возник и пафос Генри Чинаски (этот неуемный пафос навел одного психиатра на мысль, что в случае с Генри речь идет о социопатии).

А можно ли без Бога опровергнуть то, что родилось вследствие отступления от Бога? И хотя ответ понятен, давайте все же «поиграем мыслью».

Игра затеяна вовсе не для того, чтобы оправдать наркоманию и наркоторговлю. Да не будет! И да не подумает кто так! Смысл дальнейших рассуждений – показать, что полемика с наркопотребителями и наркоторговцами бесперспективна, если в обществе нет общепринятой системы ценностей, сформированной религиозным мировоззрением. «Освободившееся от религии» общество еще клеймит по старинке наркоманов, но дать внятного обоснования своей позиции не может.

Оно выстраивает свою жизнь в соответствии с принципами гедонизма и рыночной экономики. А в этой системе координат употребление наркотиков и торговля ими являются благом. Во-первых, они «бьют по шарам». А что ценнее этого для гедониста? Во-вторых, торговля ими приносит максимальную прибыль. А максимальная прибыль в обществе, ориентированном на рыночную экономику, признается благом.

Общество позиционирует себя как нечто «хорошее», а потребителей наркотиков позиционирует как людей «плохих» или, по крайней мере, «нездоровых». Но эти люди не упали с неба. Они вышли из недр общества, они были воспитаны им. На этот счет в книге Сергея Баймухаметова «Сны золотые. Исповеди наркоманов» есть суровые слова. Суровость изложения – такой уж стиль у книги, описывающей изнанку «самой жуткой жизни»[97]. Изнанку подростковой жизни еще предстоит осмыслить взрослым. И во время обсуждения молодежных проблем автор советует помнить, «что нынешние мерзкие, грязные, подлые и способные на все привокзальные и прочие беспризорники – наши дети. И если они – монстры, то в немалой степени потому, что мы сами – уроды»[98].

Что делать, такой уж слог у автора. Не слишком приятно речь для уха льется, но зато к существу вопроса имеет отношение. Вопрос о «нездоровых» людях переплетается с вопросом о статусе общества. Каков он, если оно способно воспроизводить «нездоровые» элементы в таких больших количествах?

Если бы их не было так много, то факт их существования можно было бы еще на что-то списать (например, на какую-нибудь мутацию). Но их – даже не тысячи, их – миллионы. И они не упали с неба, они вышли из недр общества. А когда на арену истории выходят миллионы людей, обладающих специфическим взглядом на жизнь, то речь уже идет не о случайностях (кто-то кого-то не так воспитал), а о социальном процессе. И здесь необходимо поставить вопрос о причинах, запустивших социальный процесс, который спровоцировал появление тех самых миллионов.

Их появление свидетельствует о том, что общество нездорово. Общество здесь можно уподобить человеческому телу, а отдельного человека – клетке этого тела. Когда оно поражается болезнью, то не сразу сходит в могилу. Часто смертельной катастрофе предшествует появление гнойников, отеков, опухолей. Их цвет и форма позволяют врачу диагностировать, какая именно болезнь притаилась в организме. Врач понимает, что если тело покрывается неистребимыми гнойниками, то, значит, где-то существует очаг воспаления. Если он не будет подавлен, то внешние косметические «подмалевывания» не спасут человеку жизни. Процесс-то ведь идет. И все новые клетки вовлекаются в него.

Говорят, что наркомания ведет к потере здоровья и к преждевременной смерти. Может ли это утверждение стать серьезным антинаркотическим аргументом для человека, принимающего наркотики?

Во-первых, это утверждение может и вовсе не подействовать на человека. По этому поводу исследователи И. Я. Медведева и Т. Л. Шишова заявляют, что на молодежь не действуют слова о том, что от наркотиков «пошатнется здоровье». Рассказы «про угрозу смерти проходят мимо» в связи с особенностями подросткового возраста. «Болезней и смерти боятся дети и старики-атеисты. Молодые же, входящие в период физического расцвета, чувствуют себя неуязвимыми»[99].

Молодой человек, только начавший принимать наркотики, пока уверен, что он не повторит печальной судьбы всех остальных. Он уверен, что «у него все под контролем», что он перестанет употреблять наркотики тогда, когда захочет. Вот фраза, которая для него, как и для многих потребителей ПАВ, становится коронной: «Хочу – употребляю, хочу – нет». Искренне думая о том, что избежит систематического употребления, он не считает, что наркотики отнимут у него здоровье и жизнь. Он не верит даже в существование ломки. Ведь первый месяц употребления проходит без нее, и потому ему начинает казаться, что разговоры о ломке – это разговоры надуманные, натянутые и лживые.

Да, уже скоро он столкнется с тем, что абстиненция – и его удел тоже. Трагедия ситуации заключается в том, что подросток поймет это только тогда, когда по уши увязнет в проблеме. Многим увязшим уже не до сохранения здоровья. Когда трясутся руки, человек думает не о здоровье, а лишь о том, где взять деньги и где приобрести наркотики. А смерть на этой стадии уже мало кого пугает. Более того, некоторые смиряются с ее неизбежным приходом. «Доколюсь и умру» – вот так, без всякой романтики, относятся некоторые наркозависимые люди к факту своей будущей смерти.

Во-вторых, аргумент потери здоровья и ранней смерти касается и трезвой части общества. Многие люди признаются обществом нормальными, несмотря на то, что образ их жизни ведет к потере здоровья и преждевременной смерти. В уме рождается законный вопрос: в чем тогда проявляется ненормальность наркозависимого человека? Есть же борцы сумо, которые умирают в 40 лет от ожирения. Они знают, какой конец их ожидает, но все равно продолжают тренироваться. В Японии они считаются героями. Военные идут служить по контракту, а война, как известно, опасная штука, она может привести к гибели. Недолговечны хирурги, психиатры – они тоже рано сходят с дистанции жизни. Иными словами, в мире полно людей, которые так или иначе вредят своему здоровью. Взять хотя бы городских жителей во всей их многомиллионной массе. Почему они не уедут в деревню, где воздух чище и стресса меньше? Они же знают, что губят себя, работая в условиях большого города. Почему не бросят спорт спортсмены, которых последствия перегрузок и травм делают инвалидами и преждевременными стариками? «Трудно найти атлета, – пишет медицинский психолог К. В. Зорин, – не испытавшего последствий какой-либо профессиональной травмы». Болезни, которые особенно часто проявляются после завершения спортивной карьеры, приводят «к инвалидности и полной потере трудоспособности»[100].

Сколько людей покалечилось, занимаясь альпинизмом и горными лыжами? Сколько спортсменов с возрастом начинают испытывать затруднения в связи с обычным процессом передвижения? Один спортсмен, показывая распухшие локти и коленные суставы с разбитыми менисками, говорил: «Я понял, что физкультура делает человека здоровым, а спорт калечит». Ему даже по ступенькам спуститься тяжело. Вождение же автомобиля стало для него практически невозможным.

А девушки, которые занимаются легкой атлетикой? Неужели они не знают, что лишь какое-то время продержатся на пике спортивной формы, а потом, вероятнее всего, станут инвалидами? Да, их позвоночник принимает красивые изгибы, но потом за них приходится дорого платить.

Сколько людей разбилось на мотоциклах? Не приводит ли к смерти автоспорт? Вспомним гибель Айртона Сенны – легендарного гонщика «Формулы-1», который погиб на трассе в 1994 году.

А вот еще одна легендарная личность – Масутацу Ояма – основатель стиля карате-кекусинкай. Он вступал в поединки со знаменитыми боксерами-тяжеловесами. По его словам, их удары были смертельными, а «сила достаточна, чтобы разбить… голову или сломать шею»[101]. Эти поединки могли принести ему «сильные телесные повреждения или даже смерть»[102]. Но Ояма сознательно шел на риск, ведь его идеалом был человек, который «бросает вызов смерти и после каждой победы делает это снова». Согласно философии Оямы, дорога к победе связана с «желанием рисковать жизнью», так как оно порождает чувство тревоги, которое мобилизует «все силы»[103]. Через такого рода испытания, по мнению мастера, должен пройти любой человек, который избрал путь воинского искусства. Стоит отметить, что миллионы людей стали членами Международной организации карате-кекусинкай (IKO), которую основал Ояма.

К разговору о боксе не лишним будет привести немного статистических данных. «С 1943 по 1988 год на ринге погибли около 300 профессиональных боксеров. А всего в XX веке смертельные травмы в боксерских поединках получили свыше тысячи спортсменов»[104].

Такие экстремальные случаи мы в принципе можем не брать в расчет. Достаточно спросить: сколько людей гибнет ежегодно в автокатастрофах и получает травмы? Сколько людей тонет ежегодно во время купания?

Обдумав предложенные вопросы, представьте диалог с наркозависимым интеллектуалом. Он скажет вам, взрослым людям: «Хотите, чтобы я перестал употреблять наркотики из-за того, что они вредят здоровью и сокращают жизнь? Сначала вы откажитесь от большого спорта, автомобилей и купания, покиньте крупные города и переезжайте жить в деревню». Что вы ответите на это заявление?

О ненадежности ссылки на здоровье см. также главу «Провал регулирующего действия культуры как следствие отказа от религиозной традиции» (часть 2).

Наркоманов обвиняют в «наслажденчестве»? Но к этому стремятся и здоровые члены общества. Целью жизненной активности многих из них являются не деньги, а эмоции. Люди работают для того, чтобы за деньги получить положительные эмоции. Просмотр кино, шикарное платье, подаренное невесте, ощущение всемогущества – все это и прочее подобное приобретается деньгами. Чтобы получить возможность их заработать, человек учится, потеет, корпит над книгами, чтобы на склоне лет пройтись перед публикой походкой «уважаемого человека». Конечно, речь не обо всех. И среди именитых профессоров есть люди простые, «близкие народу». Таких профессоров, не потерявших чувство реальности, чрезвычайно любят студенты. Здесь не клеймится весь человеческий род, представители которого обладают многими положительными характеристиками. Лишь для удобства не повторяется на каждом повороте мысли словосочетание «многие люди», а говорится напрямую – «люди стремятся к эмоциям».

Эмоции лежат в основе многих действий. Зачем человеку тратить деньги на ресторан, если свой кусок мяса он может съесть и дома?

За что платят при покупке кожаного салона автомобиля? Платят за положительные эмоции. Сесть в дорогую машину, погладить руль, откинуться назад в шикарном кресле – такие вещи гладят сердце. Вот встретились два товарища и поехали на машине БМВ пятой модели. «В такую машину можно и влюбиться», – сказал гость, потирая кожаный подлокотник. «Я к самой машине отношусь спокойно, – ответил хозяин. – Мне нравятся эмоции, которые она мне приносит» (реальная история).

В стремлении к эмоциям здоровые люди ощущают некий предел, который нельзя переступать. Наркоман же на этот предел не обращает внимания. Но он идет тем же путем, что и другие члены общества. Просто он сокращает путь, приводящий его к удовлетворению. Чтобы получить удовлетворение, он не учится полтора десятка лет. Он получает эмоцию в концентрированном виде, инъекционно. И в этом акте он доводит до логического завершения и зеркального блеска те идеи, которые находятся в ходу у секулярного общества.

Последовательным и решительным популяризатором гедонистических идей, принятых обществом, можно назвать наркомана. Только общество все еще боится до конца признаться себе, что общественным идеалом становится поиск наслаждений. А наркоман не стыдится называть вещи своими именами.

Хотя нельзя сказать, что все члены общества ищут наслаждений. Есть люди, которые трудятся исключительно ради блага человечества. Но много ли таких? Не больше ли тех, которые идут по пути прогресса лишь затем, чтобы усовершенствовать технику самоудовлетворения?

«Все человеческое стремление к прогрессу, – пишет преподобный Иустин (Попович), – к знанию, все его поиски чего-либо превышающего человека, показывают, что человек, оставаясь собой только со своей природой, недостаточен для самого себя и недоувлетворен»[105]. Здесь речь идет не о прямом поиске наслаждений, а скорее, о том, что человек не самодостаточен сам по себе. Впрочем, мысль преподобного не будет лишней в копилке умозаключений, она поможет по-новому взглянуть на примелькавшиеся явления.

Вот бизнесмен открывает фирму. Для чего он это делает? В своем стремлении достигнуть личной выгоды думает ли он о «невидимой руке», введенной в оборот понятий Адамом Смитом? Стремится ли он внести вклад в максимизацию общественного богатства? Он делает это вовсе не для того, чтобы увеличилось благосостояние общества. Он открывает фирму для того, чтобы почувствовать радость жизни. Он – кормилец семьи, он обеспечивает жену и детей, он – уважаемый член общества. Все это приносит ему внутреннее удовлетворение.

Все ли ученые пишут свои статьи ради того, чтобы помочь вымирающему человечеству? Далеко не все. Некоторыми из них движет тщеславие, а кем-то – простое банальное желание обогатиться. Но и деньги ценны для человека не сами по себе. Он ищет их потому, что они дают ему чувство стабильности, уверенности в себе и пусть мнимой, но свободы.

Все достижения прогресса связаны с человеческим сердцем. Ради того, чтобы оно забилось радостно, некоторые люди стремятся к открытиям, а некоторые – идут на чудовищные преступления. Кто-то решает насущный для себя вопрос, стремясь к удовольствию не окольными путями, а напрямую.

«И преданный чувственным удовольствиям, и ищущий богатства и почестей, и опутавшийся всякими пороками – все ищут блаженства»[106]. Святитель Феофан, считавший так, уверен, что «блаженства все желают и ищут; блаженство есть двигатель всех деяний и предприятий человеческих, и больших, и малых»[107].

И здесь встает вопрос: когда человек уходит от неприятных мыслей и достигает чувства удовлетворения за несколько минут с помощью наркотика – это прогресс или деградация? Человек ведь получил необходимую ему эмоцию. Не к этому ли стремится мир?

Что дает посещение ресторана? Эмоцию, а не еду. Зачем богатые люди выбирают красивых жен, а те тратят деньги на роскошные платья? Мужья (не все, но многие) хотят поднять свой статус, показавшись в обществе с прекрасной дамой. А дама в красивом и изящном туалете ищет восхищенных взглядов и внимания. И мужьям, и женам нужна эмоция.

Тебе оказали знак уважения, на тебя обернулись? Что ты от этого получил? Внутреннюю эмоцию. Ты значимым кажешься в собственных глазах и этим чувством ласкаешь свое сердце. «Ах! Как это прекрасно!» – восклицаешь.

В конечном счете блага цивилизации в момент их потребления обращаются в то или иное ощущение, в эмоцию. И ради получения ее люди готовы потратить значительные средства.

Что получает человек, который летит в самолете бизнес-классом? За исключением дорогого коньяка он получает то, что относится к сфере эмоций. Перед ним расшаркиваются стюардессы. И все пассажиры, сидящие в эконом-классе, видят, что он человек вовсе не простой. Тайну бизнес-класса открыл одному юноше маленький мальчик из детского сада. Он, выставляя ногу вперед, сказал: «Посмотри, какие у меня туфли». Туфли блестели. Спустя некоторое время юноша оказался в салоне самолета. Там он вспомнил малыша и то, как малыш выставлял ножку. Кожаные туфли мальчика напоминали кожаные кресла в бизнес-классе, на которых часто сидят сорокалетние дети.

Как описать суть поступков некоторых из них? Вот директор магазина заходит в торговый зал и на виду у всех закуривает сигарету. От охраны не следует замечаний. И в связи с этим посетители магазина узнают, что в зал зашел начальник. Он показал себя. Он получил эмоцию, которую искал.

На эту тему в документальном фильме «Gameover. Игра окончена» («Интересное кино», 2008 г.) прозвучали глубокомысленные слова. Сказано грубовато, но по существу. Один молодой человек, любитель казино и ночных клубов, рассказывал, что в клубах «профилируют понты и пафос. Сейчас профилирует, что ты подходишь и покупаешь 50 грамм виски за 1500 рублей, хотя бутылка стоит 500 рублей [купи ты ее в магазине]. А ты покупаешь [в клубе 50 грамм] за 1500, и все это видят, и все говорят: “О-о-о!” Для меня это важно. Мне это нужно».

За сотни лет до съемок этого документального фильма мыслитель Блез Паскаль задал вопрос: каков интерес играть в бильярд человеку? И ответил сам: «А интерес тот, чтобы завтра похвалиться в кругу друзей, что он играл лучше другого».

Блез Паскаль, размышляя о психологии игрока, делает тонкие наблюдения. Если игроку давать деньги с условием, чтоб он не играл, то он сделается несчастным. Ведь «ему необходимо возбуждение, самообман от мысли, что он будет счастлив, выиграв». Игроку «непременно нужен предмет страсти, который бы возбуждал его желания, его гнев, его страх». Пока забава продолжается, человек счастлив. Даже если в момент забавы его сердце переполнено горечью. И в этом – благополучие лиц высшего света[108].

Общество ищет эмоции, забавы, страсти. Но страсть, самообман, забава – все это в компактном виде дается наркотиком. Если наркотик дает то, к чему стремятся люди, то почему его нельзя употреблять?

Ответить на этот вопрос попытался один нарколог. Перед началом работы над книгой о LSD он задавал простой вопрос ведущим специалистам по наркологии и психиатрии – профессорам и руководителям клиник: «Скажите, пожалуйста, почему LSD – это плохо?»

Почему LSD – это плохо, ему так никто и не объяснил. «Для того чтобы спорить с “психоделией”, – сказал на этот счет он, – профессионалам не хватает той мировоззренческой базы, которая на сегодняшний день имеется у них в наличии»[109].

Трагизм ситуации состоит в том, что мировоззренческая база современного человека скорее оправдывает наркотики, чем порицает их. Современный человек, по мнению профессора Артема Кобзева[110], живет уже не в мире христианских ценностей, а китайских. «Современный западный человек, он пристрастен к культу еды, культу тела, секса и насилия, то есть он живет витальными, телесными ценностями – это китайский мир». Китайцы овладевают миром путем «духовного, письменного влияния». И, с точки зрения профессора, они уже овладели миром, «потому что в постхристианском секуляризованном западном мире сейчас действуют китайские ценности».

Китаец «свою жизнь посвящает хорошему питанию». И его отличительной чертой является то, что он не ориентирован на идеальные ценности, которые нельзя пощупать и понюхать. Чем бы ни являлись идеальные ценности: Божественными сущностями, философскими формами или научными законами – они для китайца не существуют. «Китайский мир моментен, поэтому он должен жить здесь и сейчас»[111].

Мир наркомана тоже моментен. Он тоже живет здесь и сейчас.

Вы обвиняете наркомана в «наслажденчестве»? А он молча показывает вам рукой на вас. Разве вы живете иначе, чем он? Если в ежедневном своем выборе вы руководствуетесь Правдой и Истиной, то вы смело можете сказать: «Ты ручки-то убери». И он услышит непререкаемую твердость в вашем голосе.

Но если свою жизнь вы «затачиваете» под поиск наслаждений, то при попытке дать отпор ваш голос дрогнет. И наркоман почувствует фальшь.

Да, вы не совершаете преступлений (явных и уголовно-наказуемых). Вас еще удерживают какие-то ограничения. Он же через них переступил.