- -
- 100%
- +
Все персонажи и описываемые события являются вымышленными. Любое совпадение с реальными людьми или событиями, является случайностью.
В автобусе (аппетитный зад)
Середина лета. Стоит жара. Вечер, час пик, толпы возвращающихся с работы, общественный транспорт переполнен. Но, несмотря на это, на душе спокойно, впереди вечер отдыха, можно хоть немного не думать об этой тягостной работе.
Люди разных полов (кому положено, кто еще может) с интересом посматривают друг на друга, сексуально оценивают на каком-то «зверином», генетическом уровне.
Я, почти как всегда, ловко влез в переднюю дверь, и продвинулся в салон, там было посвободнее. Мысли блуждают в моей голове спокойно и ненавязчиво, но боковым зрением я отслеживаю обстановку и ситуацию.
Ее я заметил не сразу, уже, на второй или третьей остановке, в районе той же передней двери. Ей и еще пару человекам приходилось выходить из автобуса, чтобы выпустить других людей на остановке. А когда заметил, понял, что устанавливается какой-то контакт. Мое дыхание стало учащаться, и в то же время я стал как-то цепенеть, в низ, в пах, ударила приятная волна. Вместе с тем, мои глаза пожирали ее.
Какой же у нее возраст? В таких случаях говорят – вам есть 18? Она была среднего роста, темноволосая (с распущенными, как сейчас все носят, волосами), её фигура не оставляла надежд не обратить на нее внимание. Я беззастенчиво начал пялиться на нее, пытаясь определить ее достоинства, и там было на что посмотреть.
Одета она была, я бы сказал, по праздничному или офисному тренду. Белая свободная блузка или рубашка, черные летние брюки; на ногах, что-то вроде летних туфель, без каблуков, на плоской подошве. Я, укромно заглядывая, то сзади, то сбоку (в этой автобусной давке) пытался определить размер ее грудей под блузкой (думаю, что она чувствовала это). Между делом, наконец, почти вблизи, я увидел ее лицо в профиль, оно было симпатичным, миловидным, нос выделялся небольшой горбинкой, брошенный ею внимательный взгляд больших и темных глаз ненадолго смутил меня. Представились мне и руки, красивые кисти, удлиненные сексуальные предплечья, плечи скрывались под блузкой.
Но главное, от чего у меня сразу перехватило дыхание – это ее попа, зад, в этих темных, тонких, обтягивающих, и в то же время свободных, летних брюках, которые собирались резинкой на узкой осиной талии. Бывает же такое, это было что-то.
Сочные, аппетитные, по-женски налитые круглые половинки ягодиц, правильной, пропорциональной формы, в меру выпирающие назад (как у кубинок), по негласной классификации я бы отнес ее попу к «африканке» или «амазонке», может быть «стандартной». Умеют они (некоторые женщины) подчеркнуть свои «достоинства».
Погрузиться в такое тело, ощутить его – это страшное наслаждение. Как говорят мужчины «грех не отшлепать и не попробовать на вкус». Обладательница таких прелестей, находясь на улице в сексуальной одежде и «вкусно» виляя бедрами – зачастую говорит, что она хочет стабильного и горячего секса, она как бы напоминает мужчинам, что не стоит забывать об этой эрогенной женской зоне.
Между тем, в ходе маршрута, стало посвободнее, и люди начали потихоньку перемещаться по салону. Женщины имеют такое свойство, в некоторых моментах, они могут как-то быстро перемещаться в пространстве, я бы сказал, что в некоторых случаях они пошустрее мужчин в действиях.
А что же моя пассия.
Она уже не выходила на остановках, она ловко переместилась в центр салона, и, о боже, в один из моментов приблизилась вплотную ко мне, примостилась, влезла между мной и каким-то пассажиром, причем находясь ко мне своим аппетитным задом, почти касаясь меня, и затихла. Это было выше моих сил. Я посмотрел по сторонам, и провел взглядом сверху вниз по ее телу. Оно было идеально, попа вблизи была еще лучше. Наваждение овладело мной окончательно. Эта близость становилась нестерпимой. Видимо она тоже понимала это.
Автобус стал поворачивать налево, поэтому многие, кому надо было ехать прямо, выходили на этой остановке.
Вышла и она, и я.
…..
Она, как-то отчаянно смущаясь, не оборачиваясь, полетела к пешеходному переходу, ее зад аппетитно колыхался.
Я еще некоторое время, с сожалением, смотрел ей вслед, переходя улицу в неположенном месте. В тот вечер мой путь лежал в магазин «Красное и белое».
Нелли
В этом рассказе участвуют четыре персонажа, о некоторых расскажу чуть больше, другие… может быть, не совсем достойны.
Это было обычное приглашение на ночь женщин, когда мы были в «силах», как говорил Николаич – «во попили» (для него видимо это было приоритетом, по истечении времени). Не знаю почему не присутствовал еще один постоянный персонаж, видимо так сложилось. Но тогда, непосредственными участниками стали – я, Николаич и две дамы, назовём их так.
В то время мы уже не ходили на «точку» за заказом, по звонку нам их просто привозили, нужное количество дам. Остановлюсь на одной из них – Нелли. Она была, наверное, откуда-то из Башкирии или Мордовии, молодая, среднего роста, крепко сбитая, симпатичная, я бы сказал, сексуальная машина. С ней мы встречались не впервые, и иногда, даже специально её заказывали. Когда она распалялась, то вела себя очень активно, особенно -там, её очень сильные мышцы влагалища плотно охватывали член, она активно подмахивала задом, с ней я, второй раз в жизни, кончал сразу по несколько раз, не выходя оттуда.
В этот вечер, и в дальнейшем, ночь, события как обычно развивались своим порядком. Сначала было застолье с обильной выпивкой, женщинам это просто физически необходимо, чтобы расслабиться, немного задурманить голову, да и просто освоиться.
Вторая дама оказалась совсем молоденькой девочкой, и видимо близость с мужчинами ей была совсем не нужна, и даже, может быть, противна. Но она не знала Николаича. Он, как раз любил молоденьких. Николаич был уже довольно приличного возраста, но, видимо, по жизни чего-то не дополучил и поэтому природа требовала своё. Он отличался отменным здоровьем, крепким телом, руками он даже открывал какие-то банки, изделия, которые никто не мог вскрыть (гнул подковы), в шутку ходили разговоры, что у него одно яичко….но очень большое, он как паук хватал свою жертву цепкими лапами и уже не отпускал … но, в общем, это дело, он любил.
На ночь, естественно, по комнатам, я остался с Нелли, а Николаич – с молоденькой, на которую я сильно и не претендовал. Вообще, по ходу наших сексуальных похождений, обычно, за ночь мы менялись партнерами, и не по разу, но сегодня был другой случай.
Нелли вела себя взбалмошно, сопротивлялась, то ли не допила, то ли еще что-то. Вообщем, изрядно выпив и устав, в середине ночи я банально заснул. Как рассказывал в дальнейшем Николаич, она приходила и к ним, и мешала. И вот наступило утро…
До сборов и приведения помещений в порядок оставался, где-то, час…
Я очнулся, неудовлетворенный, моя душа, особенно в нижней части тела, ныла и требовала разрядки, …..бесцельно проведенная ночь. Вся троица сидела в соседней комнате (надо заметить слышимость была отменная) и, встречая утро, похмелялась.
О, утро, это уже совсем другое время, это не вечер – начало, и даже не сладостная ночь.
После предъявленного ультиматума, встал выбор, кто же пойдет со мной в уединение. Для начала я предложил молодую даму, но она, также пугливо отказалась, видимо уроки Николаича не пошли ей на пользу, и за нее вступилась опытная Нелли.
И вот, дежавю…
Мы расположились на той же самой огромной кровати и я стал её медленно раздевать, надо заметить, что у нее было неплохое, упругое, сильное и красивое тело, выделялась средних размеров белая стоячая грудь. Она была пропорционально сложена, стильные бюстгальтер и трусики только подчеркивали это. Здесь я заметил, что Нелли стала возбуждаться, и на мои незначительные ласки она стала отвечать своими, более сильными. И вот я оголил её почти полностью, оставалась только тонкая заветная полоска трусиков, мое желание и наваждение становились нестерпимыми. Надо сказать, что и она уже тоже сильно возбудилась, под ласканьем моих губ её соски налились и возбуждающе торчали, её алые большие губы с трудом сохраняли остатки помады, на лбу под ниспадающими, растрепанными кудряшками волос выступила томная испарина, ее тело уже неконтролируемо извивалось под моими руками, дыхание стало громким, участилось, от тихого постанывания она стала доходить до рыка, а я опускался все ниже и ниже. И вот моя голова нависла над заветным треугольником, кружевные трусики были безжалостно стянуты вниз. Моя ладонь несильно двигалась и надавливала на лобок, пальцы, касаясь клитора, ласково поглаживали и расширяли набухшие половые губы. Она раздвинула свои пышные бедра, подалась вперед, вся ее сущность хотела чтобы я прильнул свои ртом с острым жгучим языком к её самому заветному и хоть немного поласкал ее там, там….
…..
Не знаю, почему я не стал этого делать, видимо не судьба, не в этот раз…
Я навалился на нее всем телом и резко вошел.
И…
Она была уже «бревном»…обиделась, ее тело не отвечало на мои ласки. Мое возбуждение было настолько велико, что через 15-20 секунд сильных рывков все было кончено. Единственное, что она не смогла сдержать – несколько сдавленных стонов удовольствия тела, полученных независимо от души.
Когда мы вышли, я понял, что оставшиеся двое все слышали, и мне показалось, что они, как будто, пережили событие вместе с нами. Николаич тупил глаза, молодая дама удивленно и восторженно смотрела на нас….
Плешка. Соня
Читателям остается только догадываться о смысле этого места, но, я думаю, что большинству это не составит особого труда. Это было знаменитое, уникальное место. Для нас оно в какой-то мере стало знаковым.
Его давно облюбовали таксисты и местные звали его «Плешка» ещё в моем детстве. Так что скорее всего «Плешка» – это площадь. Вообще-то не только площадь трех вокзалов в Москве именуют "Плешкой". Таких мест несколько, в том числе и сквер у Большого театра, станция метро Октябрьская кольцевая. Это чисто московское понятие, обозначающее место встречи неформалов или определенных групп лиц, а в отношении трех вокзалов – ещё и жуликов разных мастей со всего постсоветского пространства. Кроме того, "Плешкой" уже много лет называют университет им. Плеханова, а это конечно от фамилии.
По прошествии лет, я иногда думаю, что судьба хранила нас, мы вышли из тех бурных событий без всяких последствий, нам везло.
Но, впрочем, о моих друзьях-товарищах, так сказать – «молочных братьях». Если о Николаиче я уже что-то рассказывал, то следует немного описать еще одного персонажа – Дроздова. Как у Лермонтова – он был хорош собой, невысок, силён, черняв, красив, азартен, но главное, беззаветно любил женщин. И они отвечали ему взаимностью. Эта страсть толкала его иногда в безрассудные поступки и действия, споры и даже драки (в том числе и с Николаичем).
Первое время мы ходили на «точку» и буквально физически выбирали себе дам на ночь. Очень быстро у нас появился свой «персональный менеджер». Её звали Катрин (Катя), она была не дурна собой и очень приветливо профессиональна в наших пожеланиях. Однажды, был такой случай, что за неимением девушек, мы даже хотели взять её, но она, наотрез отказалась и, … все-таки решила вопрос. Потом, со временем, мы узнали, что она предпочитает другую «любовь», … с девушками.
Ну а что же в этот раз? Соню я выбрал сразу. Среднего роста, округлые формы, симпатичное лицо. Она специально закутала себя в одежды, чтобы скрыть свое сексуальное тело (они тоже присматриваются к клиентам… всякие разные бывают «типы»). Но мой наметанный глаз было не обмануть.
Надо сказать, что право выбора женщин как-то само собой закрепилось за мной и это постепенно стало правилом, и, в дальнейшем, мои друзья никогда не претендовали на это, и, соответственно, никогда не были разочарованы.
– Не нравятся… совсем не нравятся… – мы уже минут десять просматриваем предлагаемые кандидатуры.
– Катрин, ну сделай же что-нибудь, умоляю!!! – говорю я ей.
– На вас не угодишь, – хитро кривит она свое красивое лицо.
Девушки одна за другой отходят от импровизированного «подиума», думая о чем-то своём.
– Ну, наконец-то, – сказал я. – Можешь, если захочешь.
Откуда она её вытащила – это останется загадкой. Но, мне, а затем и всем, становится ясно, что это – она, вторая.
Александра. Она была не только хороша собой, точёной фигурой, модно одетым прикидом, но и остра на язык. Через пару минут она уже свободно осаживала Николаича и Дроздова в завязавшемся разговоре.
– Берёшь всех, здесь недалеко? – сказал Николаич ловко подъехавшему таксисту. – Двойной тариф!
– М…м…, а сколько вас?… беру, ну что ж поделать с вами, – удивленно и восторженно пробормотал он.
В обычной маленькой легковушке мы разместились так: спереди – Николаич, на заднем сиденье – я, Соня и Дроздов. Саша, сексуально полулежала на коленях Дроздова.
Нас всех стало накрывать волной предстоящего веселья.
– Тормозни на десять минут, – Николаич подмигнул таксисту. Мы проезжали продуктовый супермаркет.
– Придется с вами идти, – с сарказмом пошутила Александра. – А то ни еды, ни спиртного не будет… а шампанское слабо… Тем более нужны еще одни такие штучки… резиновые. Знаете?
Она явно цепляет своим острым язычком и Николаича, и Дроздова.
А нам было хорошо на заднем сиденье с Соней, что-то пробежало между нами, мы понравились друг другу. Она потихоньку осваивалась, немного сексуально касалась меня. Я вел себя по-джентльменски, вежливо и учтиво (насколько это было возможно в данной ситуации). Пока наши друзья затаривались всем необходимым, мы завели разговор о смартфонах, я даже стал настраивать ее вынутый из сумочки гаджет.
В своих апартаментах мы были не обделены. Хватало всех комнат: и для общего стола, и для любви, и для личной гигиены…
Пошло веселое застолье, с шутками и прибаутками, с сексуальной оценкой друг друга. В этот раз была хорошая, симпатичная компания.
Надо заметить, что все наши «подвиги» обычно начинались ранним вечером с обычного употребления спиртного, но затем, распаляясь, мы уже доходили и до дам.
Мои нетерпеливые друзья очень скоро утащили в уединение понравившихся женщин, Николаич – Александру, ну а Дроздов – Соню.
Я никогда не претендовал быть первым. Женщина во второй раз ещё лучше, как созревшее вино, она уже возбуждена, физически почти раскрыта, а отдаст себя всю она только одному. Кому? Это знает только она…
Пауза не затянулась надолго. Я успел выпить всего лишь пару рюмок в грустном одиночестве, как все уже стали возвращаться. К тому времени, часам 11.30 – 12 вечера, мое состояние желало оставлять лучшего. Я уже прилично напился, стал слабеть, страшно хотелось спать.
– Да, хороша… Эта округлая часть, лодочкой, теперь я понимаю тебя, – появился пьяный, и в то же время, бодрый Дроздов. Он что-то пытался показать руками, обращаясь ко мне. Но дослушать его я так и не успел.
Она налетела буквально вихрем… Соня.
Вытащила из-за стола, закружила, потянула, потащила в уединение.
– Я ждала тебя, я хочу тебя, – тихо говорила она, её глаза горели приятным светом. – А ты?
– Я тоже, конечно…
Она была очень активна, или – я уже ослабел. Непрерывно целуясь, мы рвали друг с друга одежду, ласкали руками тела, дважды мы даже стукнулись от избытка чувств зубами. Наконец мы оказались на большом ложе. В этих приятных действиях нам становилось все лучше и лучше. Я, находясь сверху, тискал и мял её.
– Только не надо в меня, не в меня, – бессвязно пробормотала она.
В этот момент, лаская ее губами, я уже входил в неё. Схватив рукой свой уже давно отвердевший орган (он был хороших размеров), направил его туда, в её сокровище.
Да…
Я не ошибся в своем выборе. Такое не забывается никогда. Эта была одна из лучших вагин, которые я знал в своей жизни. Упругая, мягкая, сильная, она как будто проглотила член, приятно охватила его со всех сторон, буквально до самого корня. Причем входишь, как будто ныряешь, бульк… и всё, уже весь в воде; как камень в воду бросаешь… бульк…
– Какой ты шустрый! – она наконец почувствовала меня в себе.
Я в этот момент несильно надавливал, прислушиваясь к ней, кайфуя и получая страшное наслаждение.
О перипетии судьбы!
Как ни странно, но в этом месте я отключился, задремал… (видимо от умиротворения)…
Но это было ненадолго.
Очнулся я от того, что Соня держит руками моего большого возбужденного друга. Лежал я навзничь, а она сама находилась на мне сверху в позе наездницы и, видимо до этого получала наслаждение от соития, но, случилось так, что мой друг выскользнул из неё. Её симпатичная мордашка, сочные груди вкупе с узкой талией, сексуальные крутые бедра, обхватившие меня… это была, та ещё картина.
– Ах ты моя радость! – мое мужское достоинство тут же снова взыграло. Я ловко перевернул ее и оказался сверху. Силы вернулись ко мне.
О, эта пульсирующая, манящая, дразнящая женская плоть, плоть влагалища, да еще такого… Я то медленно и ласково, то рывками бил ее туда, то убыстряясь, то почти останавливаясь, она, сладко постанывая, полностью отдалась, слилась со мной. Оргазм накрыл нас одновременно.
…..
Кончил я прямо в нее. Сперма большим объемом лилась из меня как из ведра.
Плешка. Александра
Не сразу все устроилось,
Москва не сразу строилась.
Москва слезам не верила,
А верила любви…
Эта известная песня дуэта Сергея и Татьяны Никитиных из оскароносной советской мелодрамы Владимира Меньшова «Москва слезам не верит». Она очень созвучна с характером нашей героини.
Когда мы с Соней вышли в общую комнату, вся компания была уже в сборе. Александра, Дроздов и Николаич сидели за столом и вели непринужденную беседу. Они с интересом уставились на нас. Затем девушки перемигнулись и исчезли в дебрях наших апартаментов, видимо пошептаться и привести себя в порядок.
– Нет… нет… она тебе не понравится, – безапелляционно заявил Дроздов, он имел в виду Александру. – Никакой активности, душевности, отклика… какая-то холодная красота.
– Давайте выпьем, друзья! – произнес, наливая, Николаич. Они с Дроздовым могли пить бесконечно.
Появились женщины. Соня грустно смотрела вокруг, она не хотела ни с кем делить меня.
Бытует мнение, что мужчины полигамны, а женщины моногамны. Эти стереотипы очень устойчивы, но это не доказано наукой, хотя мужчины действительно склонны к тому, чтобы иметь больше сексуальных партнеров, быстрее переходят к интимным отношениям.
«Женщины хотят многого, но от одного, мужчины хотят одного, но от многих».
А я уже с интересом посматривал на Александру. Она же продолжала язвить и иронизировать, подкалывать то Дроздова, то Николаича.
– Если мужчина публично оскорбляет мужчину – его вызывают на дуэль! – шутливо обратился я к Александре. – А если женщина оскорбляет мужчину, то… что с ней делают???
– Не знаю… – огромные, серые, немного печальные глаза удивленно смотрели на меня.
– Даму… целуют при всех… а затем, и наедине… – с этими словами я стал приглашать её из-за стола. И она охотно пошла.
Александра, Александра,
Этот город наш с тобою.
Стали мы его судьбою,
Ты вглядись в его лицо…
Она была очень похожа на актрису из этого фильма, сыгравшую Александру. Такая же красивая, с тонкими, словно точеными чертами лица, с отменной фигурой, сексуальная… сильная и бойкая, пользующаяся успехом у мужчин.
– Ну, поцелуя при всех – не было… а наедине? – Александра сидела на краю большого дивана, а я стоял чуть поодаль, сбоку. Мы находились в одной из наших многочисленных спален, верхний свет был довольно ярким.
– А ты на мой счёт и не острила… – я давно взял её шутливый тон.
– И что же? Ничего не будет!!? – её красота была ярче искусственного света. Искра давно пробежала между нами, чувство взаимной симпатии только усиливалось…
Поцелуи – это часть человеческой природы.
Говорят что, женщины и мужчины целуются по разным причинам.
Мужчины используют поцелуи как средство получения сексуальных услуг. Он целует тебя, чтобы возбудить и затащить в постель.
Женщины же целуются больше для оценки своего партнера. В основном, она целует тебя, чтобы собрать информацию о том, кто ты и подходишь ли ты ей в качестве пары.
В общем, поцелуи – это механизм выбора партнера и его оценки. Есть доказательства того, что в слюне содержится тестостерон.
Я молча присел, взял ее за шею и волосы, второй рукой за талию, и аккуратно притянул к себе.
Возбуждение всё больше нарастало…
Бережно коснувшись лица, ещё раз провел по волосам. Мои прикосновения её явно заводили, и ей определенно нравилось моё доминирование. Дальше, без всяких прелюдий, я длинно и страстно поцеловал её в сочные, приоткрытые губы.
Мы не торопили события, постепенно она стала как следует расслабляться и доверять мне, по её спине пробежали мурашки, пора было переходить к самому главному.
Она стала медленно раздеваться…
О, как же я «это» не заметил раньше?!!
Показались такие большие, упругие и пышные груди, что невольный возглас восхищения сорвался с моих уст:
– И что же!!?… Свои!!?… Без силикона??
– Кооонечно… Обижаешь… – усмехнулась она.
Чем больше размер груди, тем выше уровень интеллектуального развития женщины.
Потянулось сладострастное приятное безвременние…
На этом большом сексуальном ложе…
Горячие поцелуи были естественным развитием нашей физической близости.
Я трогал её за попу и грудь, целовал в упругий, плоский живот и снова поднимался к груди.
О, прекрасная женская грудь – это шедевр природы. Но, особенно, я выделю чувственность сосков. Они были большими, но не выпирающими, а большими – в диаметре, темного цвета, такие многое говорят о хозяйке.
Это моментально её возбуждало, она хотела меня ещё больше. А я медленно спускался вниз от ее груди и снова возвращался. Эти ласки точно окончательно сводили её с ума. Пока, в конце концов, вся её одежды не была снята, и я не начал целовать её внутреннюю поверхность бедер…
Её лоно, «футляр» оказалось изумительным, ровно под стать моему «мечу»…
У меня даже мелькнула мысль, что бывает же такое, что сразу, обе женщины с такими отменными данными.
Наши тела, были охвачены необузданной страстью…Время потерялось для меня…
– Ну, всё, хватит… видишь, сухо уже… – она даже в постели проявляла свой «строптивый» характер. Видимо, я стал слабеть.
– А вот так!! – я «смачно» смочил слюной своего друга и снова вошёл в неё. Ей явно понравилось…
Мне очень хотелось кончить…
Я повернул её спиной к себе, почти на четвереньки, верхняя часть тела касалась ложа, под большие груди улеглись мои ласкающие руки, низ был приподнят и с вожделением ждал меня…
Упругие толчки не длились долго, она с удовольствием шла навстречу мне.
Очень скоро я кончил…
– Милый, мой!!! – я очнулся на том же самом диване, кто-то ласково прижимался и гладил меня по голове. Я лежал абсолютно голый, правда, немного прикрытый одеялом и не понимал, что происходит и где же я нахожусь…
Это была Соня.
– Который час?
– Полседьмого…
Сознание возвращалось ко мне, я лихорадочно вскочил и начал одеваться, начинался новый рабочий день. Пока я натягивал брюки и рубашку, Соня, лежа, с восхищением и наслаждением наблюдала за мной, а ей явно не хотелось заканчивать этот день.
В общей комнате происходила уборка. Николаич, Дроздов и Саша – все были в благополучии и здравии.
Девушки ласково косились на меня. Соня несколько раз намекала, чтобы я проводил её, но уже не было времени. Единственное что, я попросил написать их мобильные телефоны, что они с удовольствием и сделали на каком-то листочке бумаги.
…..
Больше мы никогда не встречались…
Как-то, намного позже, нашу, ту же компанию, подошла обслуживать в ресторане официантка. Сердце моё «ёкнуло» – это была Александра. Она была без бейджа (нагрудного знака), и, сомневаясь, я даже попросил Дроздова спросить как её зовут. Она назвалась Евгенией…