Золотая коллекция. Сердце Дезертира

© Пронин И.Е., наследники, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Издательство признательно Бори у Натановичу Стругацкому за предоставленное разрешение использовать название серии «Сталкер», а так же идеи и образы, воплощенные в произведении «Пикник на обочине» и сценарии к кинофильму А. Тарковского «Сталкер». Братья Стругацкие – уникальное явление в нашей культуре. Это целый мир, оказавший влияние не только на литературу и искусство в целом, но и на повседневную жизнь. Мы говорим словами героев произведений Стругацких, придуманные ими неологизмы и понятия живут уже своей отдельной жизнью подобно фольклору или бродячим сюжетам.

Ранее роман «Сердце Дезертира» выпускался под авторским псевдонимом «Алексей Степанов»

Глава первая

У многих в Зоне есть свои присказки, а некоторые недостреленные юноши даже специально ими стараются обзавестись. Надеются, что если будут постоянно твердить какую-нибудь глупость, то однажды кто-то скажет: как говорит Бегун… Ну или Прыгун. Или Рыгун, тут уж как прозвали. Конечно, особо тупая молодежь, о которой и речь, придумывает клички еще до того, как угодить в Зону. Придет и скажет: «Я – Хаммер!», допустим. Или «Харлей Дэвидсон», или «Ковбой Мальборо», ну, в таком духе. Крутой молоток. Только кто же его станет так звать, как он сам решил? Для нормальных людей имена выбирают родители. В Зоне вместо родителей – старшие, так сказать, товарищи. Которые сперва дождутся, пока ты первую ходку сделаешь, обделаешься там как следует, и уж тогда назовут. Просто кто-то бросит словцо, а оно и прилипнет. И не Хаммер ты вовсе, а Десерт. Это я про одного паренька вспомнил, которого псы почему-то решили скушать последним и поэтому не успели. А он сидел, бестолково щелкал пустым затвором и ждал, когда к нему, такому сладкому, приступят. И хотя прошло много лет и Десерт давно не паникует, кличка осталась. Для нынешних «отмычек» он большой авторитет, и им слышится что-то романтично-пустынное. Да так, наверное, и есть теперь-то. Но я отвлекся…

Так вот о присказках. Они не у всех имеются, не так это просто, завести свой личный «слоган». Да его вообще невозможно завести самому, как и кличку: если что толковое скажешь, люди и без совета подхватят. Хотя что значит «толковое»? Никто не знает, о каком мультяшном страусе талдычит Хемуль, но вот поди ж ты, прижилось. И, как сказал один страус, всем бы нам так жить. А вот Рябой, чуть дело плохо, советовал какому-то жандарму не унывать. Некоторые якобы знают, что это за жандарм и какие у него неприятности, только молчат. Почему – непонятно, но так повелось. И теперь у них как бы свой клуб. И если в баре «Шти» Рябой опять брякнет свое, они хитро так переглядываются.

Но вот что еще странно: отчего Рябого тогда не прозвали Жандармом? То есть понятно, что Рябым он стал после встречи со «жгучим пухом», но… Впрочем, не так это все важно. Рябой выкручивался из неприятностей в Зоне, сгоряча недоглядел, здорово обжегся и сам себе посоветовал не унывать. И правда: с одной стороны, ничего хорошего, а с другой – жив, зрение сохранил, что ж плохого? В Зоне не до красоты. Да и сказать, что Рябого сильно изуродовало, тоже нельзя. Просто следы на лице. Не романтический шрам, но и не кошмар какой-нибудь. Нос на месте. И те девчонки, что возле бара «Шти» работают, свой нос от его не воротят, когда Рябой при деньгах. Так, малоприятная ерунда приключилась. Только дело-то в том, что с Рябым постоянно приключается малоприятная ерунда. Зато часто довольно забавная, уж так ему на роду написано. Оттого Рябого и знают многие – приятно пересказать новую хохмочку. Хотя это в баре хохмочки, а в Зоне обычно не очень смешно.

В тот день он с Гошей и Насваем возвращался с Мусорки. Обычная ходка, кости поразмять да на выпивку с закуской заработать. Сходили без приключений, взяли по мелочи хабара и уже подходили к Периметру.

– Стой! – сказал вдруг Рябой стонущим голосом. – Парни, не могу больше. Я быстро! Только, это самое… Туалетной бумагой поделитесь?

Гоша тихо выругался – возле Периметра шуметь не стоит, тем более что утром с этой стороны доносилась развеселая канонада. А Насвай захихикал. Конечно, туалетной бумаги ни у кого не оказалось, посоветовали Рябому воспользоваться лопушком. То есть, конечно, сперва Гоша ему советовал не валять дурака и потерпеть, но все бесполезно. Рябой, причитая, что вот он, мол, сегодня первый раз случайно оказался не готов, а друзья подвели, полез в кусты.

– Ты куда? – окликнул его Насвай. – Давай тут вали, мы отвернемся. А еще лучше неси свое добро на ту сторону.

– Не могу! – коротко отозвался Рябой и полез еще глубже.

Сталкеры переглянулись, поправили оружие. Ситуация складывалась глупая – стоять и ждать. Чего можно ждать в Зоне, из которой они пока не вышли? Только неприятностей.

– Вот идиот… – прошипел Гоша. Он вообще отличался занудством. – Пока памперсов не купит, никуда с ним не пойду больше. Всегда что-нибудь не слава богу.

– Ну бывает же так? Может, в самом деле: вот шел, думал, что дойдет, а тут – все, приплыли! – предположил Насвай. – Со мной в Зоне не было, но иногда так припрет, что и циклопа подождать попросишь.

– Жрать не нужно всякую дрянь! Вообще перед ходкой лучше не жрать. Знали ведь, что быстро обернемся.

– Скажешь тоже, аскет. Я если не поем, то…

Насвай оборвал себя на полуслове, присел и вскинул к плечу «калашников». Гоша повторил его маневр с запозданием в десятую долю секунды, а ничего не увидев в обозначенном напарником направлении, развернулся к Насваю спиной. Некоторое время было тихо, потом со стороны Зоны отчетливо хрустнула ветка. Насвай скользящим движением переместился к стволу сосны. Гоша бесшумно подобрался поближе, кинув тоскливый взгляд на кусты, в которых исчез Рябой.

– Там крупная тварь! – прошептал Насвай, мельком взглянув на датчик движения. – Но замерла. И наш дурак не двигается.

– Так, может, это наш дурак и был?

– Не, тяжелее…

Тянулись долгие секунды, но никто не появлялся. Гоша, поводя стволом, силился хоть что-то рассмотреть в «зеленке». В то, что ветка хрустнула под лапкой невинной белочки, а датчик показал Рябого, он в силу характера не верил. Хорошо бы еще просто собака или кабан. Хотя все равно хорошего мало – придется стрелять поблизости от Периметра, а солдатня сегодня нервная отчего-то.

– Сволочь! Ну куда он полез? Может, его там уже и нет! – едва слышным свистящим шепотом предположил Гоша. – Может, хана уже Рябому, а мы тут торчим, как подсвечники… Ждем, пока свечку вставят.

– Проверим?

– В компанию к нему захотел? Давай-ка сдавать к дороге. Жив – догонит.

Насваю предложение товарища не понравилось. Но Гоша, пусть и неформально, был старшим, а Рябой и в самом деле вел себя некорректно. Уж если приспичило наложить кучу во время ходки – сделай это со сверхзвуковой скоростью. А он ушел и пропал.

– Возле самого Периметра, – проворчал Насвай, на полусогнутых двигаясь следом на Гошей. – Ну, Рябой, вечно с тобой что-то случается… Покажись мне только!

И Рябой показался. Самой интересной своей, нахально обнаженной частью. Пятясь мелкими шажочками, выставив автомат перед собой, он удивительно быстро двигался по полянке мимо уже отошедших в сторону друзей. Едва успевшие сомкнуться за сталкером ветки кустов вновь раздвинулись, и появилась чернобыльская зверушка, более известная как свиномразь. Уродливая тварь, всем своим видом будто требовавшая возмездия тем, кто вольно или невольно с ней такое сотворил, не спеша прыгала на единственной конечности прямо на Рябого словно зачарованная.

– Не стреляйте! – как-то странно прохрипел Рябой, и товарищи заметили, что в зубах у него зажат лист лопуха. – Их там до…

Дальше они не разобрали. Вместо ответа Гоша тихонько коснулся плеча Насвая стволом и продолжил отступать в сторону Периметра. Насвай лихорадочно соображал. Конечно, бросать Рябого, да еще со спущенными до щиколоток штанами, – не дело. Но будь свиномразь одна, Рябой и сам бы с ней разобрался. Значит, ситуация сложилась скверная. На Мусорке или еще где это было бы совершенно нормальным. Но здесь, возле Периметра, законы уже другие. Пройти правильно – это значит пройти тихо. А Рябой, как всегда, во всем виноват сам. Ну зачем надо было забираться в кусты? Гадил бы возле тропинки, все бы и обошлось. Нападет свиномразь – бой, не нападет – разминулись. А теперь…

Теперь свиномразь вела себя странно. Она все шла на Рябого, раздувая ноздри, но не атаковала. И это бы еще ладно, но из кустов вслед за первой свиномразью появились еще две, а потом еще три особи. Покрытые жестким чешуйчатым покровом, вшестером они представляли уже серьезную угрозу. Насвай посмотрел им за спины и попятился – ветви раскачивались, на поляну вышли еще не все.

– Эй! – Рябой наконец понял, что позади никого нет, скосил глаза и увидел отступающего Насвая. Сталкер выплюнул лопух и заговорил громче: – Эй, вы куда?! Я вообще не понимаю, что тут за…

– А я, что ли, должен понимать?! – вскипел Насвай.

Все монстры как по команде повернули морды к Насваю. Он отшагнул за дерево, быстро оглянулся. Нет, Гоша не ушел совсем, опустился на колено в десяти шагах сзади. Свиномрази смотрели на него будто бы тоскливыми взглядами, и Насваю стало окончательно не по себе. Между тем появились еще три твари.

– Рябой, сколько их? – сдавленным голосом спросил Насвай. – И надень, екарный бабай, штаны уже!

– Я не знаю сколько. – Рябой исхитрился даже выразить стыд. – Я их не заметил. Они там… Лежали. Просто. А я, значит, присел, увлекся, а потом гляжу – они смотрят.

– Так хрена ли ты не стрелял?! – возмутился сзади Гоша. – Чего ты ждал?! Вот этого?

– Да как я мог стрелять, когда не мог остановиться?! Колбаса, наверное, неправильная попалась. Я, помните, говорил, что странная на вкус?

– Заткнись! – потребовал Гоша.

Еще несколько тварей, исхитряясь двигаться почти бесшумно, словно порождения кошмарного сна балерины, запрыгали по полянке. Странные свиномрази – почти не воняли, вот сталкеры их и не учуяли. Двигаются тихо, не нападают… Гоша с тоской закатил глаза. Что делать? Не поворачиваться же к ним спиной? Больше всего ему хотелось, чтобы все твари вместе начали есть Рябого, тогда они с Насваем могли бы спокойно уйти – друга не спасти, никто не виноват.

– Нет, ты говори, гад бесштанный! – потребовал Насвай. – Слышь, Гоша? Когда Рябой говорит, свиномрази смотрят на него. А когда ты – на нас. Не по себе как-то.

Гоша, понятное дело, отвечать не стал. Ему эти зверушки не нравились даже больше, чем обычные. А уж как ему не нравились их печальные и в то же время задумчивые взгляды… Как у свиномрази может быть задумчивый взгляд?! Скажи кому из своих – на смех поднимут! В отличие от Рябого Гоша крайне не любил, когда его поднимали на смех. И идти с Рябым не хотел, просто не было другой компании, а деньги кончились. Хотелось Гоше просто сходить, по-быстрому, без приключений, набрать немного артефактов – как и вышло – и вернуться, чтобы еще дня три отдохнуть после всех неприятностей. Но верно говорят: беда одна не ходит. А ходит в обществе Рябого.

– Я не знаю, как быть, – признался невольный виновник произошедшего. – Братки, штаны надеть даже не могу. Ну как – мне же оружие опустить придется? А она – рядом!

Подтверждая слова Рябого, первая свиномразь придвинулась к нему еще на шаг. Ее движение через паузу повторили и остальные монстры. Насвай заметил, как жадно они втягивают воздух.

– Поговорите с ними, а? – попросил Рябой, отступая. – Тогда они вроде тормозят. Ну пожалуйста!

– Если бы не ты – прошли бы мимо и горя не знали! – снова не удержался Гоша, помимо воли выполнив просьбу Рябого. – Засранец!

– Их много. – Насвай насчитал уже пятнадцать тварей. – Начнем стрелять – Рябому конец. А нам придется отступать к Периметру, и медленно, бежать не получится. И нас там, скорее всего, встретят вояки – успеют на шум. Эй, ты куда?!

Насвай говорил слишком долго, и одна из тварей, ближняя к нему, пошла на сталкера. Еще две, вроде бы нерешительно, двинулись за ней. Свиномрази не атаковали, а просто шли, выпучив печальные, налитые кровью глаза. Раздувались широкие ноздри. Это было ни на что не похоже, и Насвай, совершенно потерявшись, оглянулся на Гошу. Тот, вздохнув, плавно начал смещаться в сторону.

– К Периметру мы так, с эскортом, идти не можем. Оркестра еще не хватает! Значит, давай попробуем их развернуть и оттянемся в глубь Зоны.

– Соображаешь! – хрипло прошептал Насвай, быстро пятясь с поворотом. Еще две или три свиномрази двинулись за ним.

– А я?! – подал голос Рябой. – Так здесь и останусь без штанов стоять?! Вы куда?

– Делай как мы, засранец! – приказал Гоша. – Втроем отобьемся как-нибудь, если на одной линии их удержим. Сколько всего тварей?

– Не знаю! – Рябой, пятясь, развернулся задницей к товарищам, и те синхронно выругались. – Ну, ну! Не унывай, жандарм! Всякое может приключиться. Понимаете, я сижу и как-то вдруг вижу их перед собой. Лежат и на меня смотрят. Много! А я когда туда шел да расстегивался, я о другом думал… И так всю ходку терпел! А Периметр близко, я и подумал, что…

– Гоша! – Насвай решительно опустился на колено. – Давай его прикроем, пусть только оденется! Я больше так не могу, хватит с меня этого унижения!

– Нельзя нам тут цепляться с ними, – не согласился ставший уже однозначно главным Гоша. – Застрянем до завтра. Военные сюда вертолеты подгонят, а то и врежут из главного калибра… Чего от них ждать? Если получится, надо оттянуть стаю подальше. Вот развернем – и тогда Рябой свои штанишки подтя…

Он не договорил, потому что за спиной Рябого раздвинулись кусты и с другой стороны поляны тоже показались свиные морды. Чувствуя недоброе, Гоша оглянулся. Так и есть: еще два шага – и он уперся бы хребтом прямо в тварь.

– План меняется! – дрожащим голосом сообщил он. – Спиной к спине встаем, горе-сталкеры!

Хрюшки-мутанты, числом никак не менее полусотни особей, а скорее и побольше, полностью их окружили. Они по-прежнему не атаковали, но неуклонно приближались. Лес, залитый мягким солнечным светом, не обещал никакого убежища. Свиномрази далеко не самые страшные существа Зоны, и встреча с ними даже для одинокого опытного сталкера не так уж плачевна. Теперь их трое, вот только твари совсем рядом, их необычно много, а пути к отступлению нет. Одновременная их атака не светит ничем хорошим. Но свиньи не нападали, лишь таращились, все плотнее сжимая круг.

– Я к Рябому спиной прижиматься не буду! Ты вообще лопухом-то воспользоваться успел? – дрожащим голосом спросил Насвай, отступая шаг за шагом. – Гоша, рвем! Пробьем брешь и к деревьям, мы разворотистее этих гадов!

– А я?! – взвыл Рябой так, что наступавшая на него свиномразь остановилась и потрясла здоровенной головой, будто избавляясь от какого-то наваждения. – Парни, ну я же не могу сейчас бежать!

– Так оделся бы давно! – взревел в свою очередь и Гоша. – Пропадем из-за твоей жопы!

– Тихо!

Сталкеры переглянулись, но голос не принадлежал ни одному из них.

– Кто тут? – робко спросил Насвай, который уже почти уперся стволом в голову чудовищной, защищенной костным панцирем свиньи, но и отступить в сторону Рябого не решался. – Выручай, земляк! Фигня какая-то.

– Может, ими гоблин какой командует? – некстати брякнул Рябой и получил по голой заднице – они стояли совсем рядом, и Гоша лягнул его, не оглядываясь.

– Тихо! – повторил голос. – И без резких движений. Я вам сейчас баллончик брошу, попшикайте на себя хорошенько.

Спустя пару секунд Насвай поймал ловко брошенный кем-то из-за толпы свиномразей черный баллончик с непонятной надписью желтыми иероглифами.

– Слышь, Рябой? Тебе освежитель воздуха прилетел!

Осторожно передавая баллончик из рук в руки и ни о чем не спрашивая спасителя, сталкеры старательно обработали себя препаратом, резко пахнущим какой-то химией. Особенно постарался Рябой, начавший что-то подозревать. Мутанты отреагировали на изменившийся запах сразу: с каким-то разочарованием, потерянно, они стали расталкивать друг друга в стороны и разбредаться по поляне.

– Что это за дрянь, брат? – громким шепотом спросил Насвай. – Ты кто вообще?

– Сюда идите, на голос. Только медленно и поросят не задевайте.

Сталкеры выполнили команду. Поскольку Рябой старался не делать резких движений, штаны он так и не надел. А может быть, просто привык и забыл о них. Так или иначе, спохватился он, только оказавшись перед усталыми, сосредоточенными глазами их спасителя.

– Привет! – сказал он и принялся натягивать штаны. – Спасибо, Дезертир. А то такая ерунда с нами приключилась, что хоть стой, хоть падай!

– Не с нами, а вот с этим чудиком, – поправил Гоша, завистливо разглядывая комбинезон «Страж свободы», в котором щеголял сталкер по прозвищу Дезертир. – Чуть не погубил, придурок. Нам, может, уйти отсюда? Ты за Периметр?

– Нет. – Дезертир внимательно рассмотрел Гошу и перевел взгляд на Насвая. – Сейчас еще весна. У этих тварей гон. Только есть у них некоторые трудности… В общем, долго объяснять. Не надо некоторых запахов, когда они рядом, тогда не тронут. Слышишь, Рябой? В другой раз могут…

– Поиметь! – догадался Насвай. – Ну, сволочь рябая, поговорим мы с тобой на той стороне!

– Поговорите, – согласился Дезертир. – А сейчас идите, и лучше тихо. В любой момент они могут очнуться, Зону не предскажешь.

Не прощаясь, Дезертир быстро зашагал куда-то в лес. Зло, но бесшумно сплюнув, Гоша закинул за спину английскую винтовку и двинулся к Периметру. Насвай показал Рябому кулак и заторопился следом. Третий сталкер оглянулся на свиней. Некоторые уже снова мирно лежали в тенечке, другие не спеша бродили, будто подыскивая местечко.

«Интересно, а как они это самое? – подумал Рябой. – Никогда не думал об этом. Гон, оказывается, у них есть… Что ж это за гон – лежат и не отсвечивают, на людей не кидаются, пока запаха нет… И при чем тут запах?»

В затылок Рябому прилетела сосновая шишка от Насвая, и сталкер пошел за своими. До самого Периметра троица шла молча. Каждый думал о Дезертире. Гоша – сердито. Он этого мутного парня не любил, как и всех, кого не мог понять. Но одно дело не любить и не понимать Брома, недотепу и неудачника, или того же Рябого, и другое – вот такого вечно мрачного, вечно трезвого сталкера, как Дезертир. Да сталкер ли он вообще? Пропадает где-то все время один, что-то вынюхивает, вызнаёт. Куда ходит – неизвестно, но встретить его можно где угодно, даже в самых гиблых местах.

– Говорят, из живых он лучше всех Зону знает, – в такт его мыслям негромко шепнул Насвай.

– Дураки говорят! – огрызнулся Гоша. – Тоже мне – Черный Сталкер! Всего-то дезертировавший солдатик, свихнувшийся от Зоны. А слухов… Трепаться просто не о чем.

– Вот теперь будет о чем! – хихикнул Насвай. – Опять Рябой отличился! Надо Флер рассказать, ей понравится. А уж она – всем! Слышь, Рябой? Я тебя бить передумал!

– Тихо! – потребовал Гоша. – Знаешь, сколько народу чудом живыми оставались, да от радости Периметр не прошли?

Насвай только скорчил рожу за его спиной. Конечно, он знал. Хоть объединенная группировка стран ЕС и выбрала для себя самый тихий участок Периметра, принципиально от гиблых болот, например, он ничем не отличается. А потому западные спецы быстро научились класть на уставы и стрелять в любого пришедшего из Зоны без предупреждения. Хорошо еще, что им за головы не платят, а потому сидят вояки обычно на своих блокпостах смирно. Не считая патрулей, конечно. Но патрули жестко придерживаются графика, который, во-первых, меняется только раз в месяц, а во-вторых, его изменения через пять минут известны всем в Чернобыле-4, где и базируется большая часть свободных сталкеров. Насвай подозревал, что вояки сами подбрасывают эту информацию – чтобы у патрулей было меньше неприятных встреч. Правда, случилась сегодня какая-то пальба… Но девять из десяти, что на линию просто выбрел какой-нибудь монстр из крупных. Поэтому всерьез напрягаться сталкер не собирался, так же как и признавать старшинство Гоши навсегда.

– Рябой! – Он снова повернул к облажавшемуся товарищу смуглое лицо. – Слышь, Рябой? Ты теперь Дезертиру должен проставиться за всех троих.

– Он не пьет, – отозвался Рябой. – Вообще.

– Даже от радиации? – не поверил Насвай. – Да он бы не выжил! Постоянно в Зоне торчит.

– Может, и пьет, да с нами брезгует! – Гоша остановился. – Ну хватит. У меня предчувствие нехорошее. Давайте молча через Периметр пройдем? Соберитесь. Все же Дезертира встретить – это, говорят, не к добру.

– Не унывай, жандарм! – попросил Рябой. – Все к добру, сегодня наш день – в такую передрягу попали! И знаете, что я сделаю, когда вернемся?

Рябой замолк на полуслове, и Насвай круто развернулся, одновременно отшагивая в сторону и поднимая АК. Однако увидел он только кислое лицо Гоши, прижимавшего палец к губам. Спустя секунду Насвай и сам услышал далекий рокот вертолета.

– В нашу сторону!

Гоша сошел с едва заметной тропинки, протоптанной берцами сталкеров, и мелкими шагами двинул в сторону многим известного овражка. Летом он был совершенно незаметен с воздуха из-за крон деревьев, что росли по обоим его «берегам». Пилоты, конечно, все равно о нем знали, но другого укрытия на случай серьезного обстрела здесь просто не было.

– «Карусель»! – напомнил Рябой, однако никто даже не обернулся.

Разумеется, все помнили об этой аномалии, притаившейся совсем близко от Периметра. Некоторые называли ее «голодная карусель». Дело в том, что обычно вокруг таких подлянок валяются куски тел обитателей Зоны, по неосторожности ступивших в радиус действия вихря. Но эта, одиноко стерегущая случайных посетителей возле овражка, редко кого дожидалась. К тому же располагалась она в тенистом месте, на траве, и характерного, едва заметного пыльного смерчика тоже не имела. Бежавший первым Гоша на ходу взглянул на детектор аномалий и дал отмашку: вправо!

Рокот вертолета становился все громче, он будто шел прямо на сталкеров. Рябой взглянул на ПДА, давно не подававший признаки жизни. Тишина в эфире. Странно, обычно о любом шухере кто-нибудь да сообщит старине Че, а уж он не задержится с общей рассылкой. Но весь день было тихо, и Рябой понял, что приключения его еще не закончились.

«Не унывай, жандарм! – мысленно подбодрил он сам себя. – Проскочим!»

Вертолет прошел прямо над головами упавших в траву сталкеров, двигаясь приблизительно к месту лежки находящихся в состоянии своего странного «гона» свиномразей. Насвай и Гоша недоуменно переглянулись, синхронно пожали плечами и скатились в овраг. Рябой тоже считал, что стоит пересидеть и дождаться хоть каких-то новостей, но за друзьями следовать обождал. Сквозь просветы в ветвях он видел черный хищный силуэт, выписывающий вираж над лесом. Неужели прилетел отстрелять чернобыльских свинок, никого именно в этот раз не трогающих? Рябому, обладавшему нежным сердцем, стало даже жаль тварей.

– Иди сюда, быстро! – Над обрывом показалась голова Насвая. – Еще что-нибудь накликаешь на наши черепа! Бегом!

Рябой последний раз взглянул на вертолет. Машина, похоже, разворачивалась. Больше не медля, незадачливый сталкер спрыгнул в овраг. Гоша, сердито пыхтя, рыл склон саперной лопаткой.

– Хоть немного, а надо зарыться! – пояснил он. – Всадит в овражек ракету на всякий случай – и что тогда?

Насвай взглянул на извилистое, узкое русло высохшего ручья и хмыкнул. Пилоту должно уж очень повезти, чтобы вообще попасть в овраг. Ну а чтобы достать сталкеров, ракете пришлось бы разорваться совсем рядом, а уж тогда не спасет ничего.

– Не унывай… – начал было Рябой, но прикусил язык. Сегодня следовало следить за базаром, а то и в самом деле надают по шее. – У вас ПДА тоже молчат? Я вот думаю: все ли с моим в порядке?

Гоша странно посмотрел на Рябого и закопался со своим прибором. Глядя на него, сунулся к карманному компьютеру и Насвай, хотя по каким-то психологическим, что ли, причинам просто не мог научиться использовать большинство его возможностей. Это и мешало Насваю стать настоящим, «крутым» сталкером. Гоше того же не позволял нудный, трусоватый характер, а Рябому… Что уж тут говорить – с Рябым порядочный сталкер дальше барной стойки не пойдет. Многовато неприятностей, а еще больше шансов оказаться в глупой ситуации. Вот как сегодня.

– Баран! – наконец вынес вердикт Гоша. Относилось это, впрочем, не к ПДА, а к Рябому. – Связи нет. Надеюсь, автономно-то он нормально будет работать? Без датчика движения туго придется… Хотя… С неподвижными свиномразями не слишком-то он и помог.

– Думаешь, с Че что-нибудь случилось?

– Типун тебе на язык! – Гоша хотел сказать еще что-то грубое Рябому, но рокот вертолета приблизился, и он предпочел завалиться в отрытое подобие щели.