Прокурорский надзор за расследованием убийств
- -
- 100%
- +
Есть мнение, что прокурор осуществляет процессуальное руководство расследованием независимо от ведомственной принадлежности органа расследования. Руководство – это составная часть прокурорского надзора и оно не умаляет процессуальной самостоятельности следователя. Неправомерно отделять надзор от руководства.[19]
А. М. Ларин считал, что прокурор руководит следствием и надзирает за ним.[20] Такая точка зрения существует и в настоящее время.[21]
О. А. Кожевников утверждает, что прокурор руководит органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, дознание и предварительное следствие. Руководство реализуется в форме оказания помощи, контроля за качеством расследования, устранения нарушений законности.[22]
Г. Л. Касторский, наоборот, полагает, что административно-распорядительные функции не могут сочетаться с прокурорским надзором. Прокурор не может быть начальником следственного отдела и надзирать сам за собой, особенно если он принял дело к своему производству. В противном случае наступит непоправимый ущерб законности.[23]
В. М. Савицкий писал о том, что прокурору в процессе расследования присущи многие функции, в том числе функции надзора, руководства следствием, обвинения, защиты, принятия процессуального решения по существу дела.[24]
В. Г. Даев и М. Н. Маршунов указывают на сложность и противоречивость подобной трансформации функций прокурора. Они полагают, что вывод об осуществлении прокурором процессуального руководства расследованием сомнителен, так как следователь самостоятельно принимает все решения по делу и несет полную ответственность за их законное и полное проведения. Санкционирование прокурором ряда следственных действий, право отмены постановлений следователя не является, по их мнению, признаком руководства. Ведомственное подчинение следственного аппарата прокуратуры и наличие у прокурора надзорной функции создает определенную коллизию.[25]
А. А. Чувилев пишет, что было бы ошибочно считать, что прокурор осуществляет процессуальное руководство и руководит каждым шагом следователя.[26]
Мы изложили кратко некоторые, но далеко не все, точки зрения на сущность прокурорского надзора за следствием и дознанием. Прокурорский надзор за следствием и дознанием предлагается расширить, ограничить и ликвидировать вообще.
Оценивая вышеизложенное, можно сделать следующие выводы.
Прокурорский надзор за следствием и дознанием должен быть. Это аксиома. Его изъяны, просчеты, порой низкая эффективность существуют, но они обусловлены целым рядом объективных причин, которые хорошо известны. Именно прокурорский надзор потенциально должен способствовать осуществлению задач, стоящих перед органами следствия и дознания.
Утверждение О. А. Кожевникова о том, что прокурор руководит органами правоохранительной системы, неверно. Ошибается и Г. Л. Касторский, который полагает, что функции надзора и расследования в прокуратуре несовместимы и грозят беззаконием. Софизм «прокурор не может надзирать сам за собой» оказался удивительно живуч и повторяется постоянно. Скажем так, прокурор надзирает не за собой, а за следователями прокуратуры. Практика давно доказала, что они способны расследовать самые сложные, ответственные дела. При этом за ними осуществляется самый строгий надзор. К тем из них, кто нарушает закон, применяются меры воздействия, вплоть до увольнения и возбуждения уголовных дел. Если дело принял к своему производству прокурор (явление достаточно редкое), то за ходом его расследования надзирает вышестоящий прокурор.
Если на месте прокурора случайный человек, то ожидать можно всякое. Но это относится к любой сфере деятельности. Мы же предполагаем, что прокурор – это квалифицированный специалист, принципиальный человек с чувством долга и ответственности, руководствующийся в своей деятельности законом, а не какими-то иными соображениями.
Итак, главная, основная функция прокуратуры – надзорная. Однако у прокурора есть полномочия организационного и процессуального руководства.
В статье 17 Закона «О прокуратуре РФ» сказано, что Генеральный прокурор РФ руководит системой прокуратуры РФ и несет ответственность за выполнение возложенных на нее задач. Соответственно он руководит и работой следственного аппарата прокуратуры.
Статья 18 указанного Закона закрепляет полномочия прокуроров субъектов РФ, приравненных к ним прокуроров по руководству подчиненными органами прокуратуры (районных, городских, приравненных к ним прокуратур).
В статье 19 говорится, что прокуроры городов с районным делением руководят деятельностью районных и приравненных к ним прокуратур.
Наконец, районный прокурор осуществляет руководство подчиненными следователями.
Организационное руководство следователями МВД, ФСБ, следователями органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ в обязанности прокурора не входит. Это сфера деятельности начальников следственных отделов (управлений) указанных ведомств. Функция руководства есть и у прокурора. В этом специфика надзора за органами следствия, что не противоречит самостоятельности следователя. Прокурор вправе решать по существу процессуальные вопросы, возникающие при расследовании преступления.[27]
Прокуратура США, многих европейских стран осуществляет руководство расследованием, определяет стратегию и тактику расследования, дает указания о его ходе.[28]
В дореволюционной России, начиная с 1864 г., прокуратура осуществляла не только надзор за следствием, но имела право руководить им.[29] Уже в Советской России в 1928 г. все следствие было передано в прокуратуру. Это, естественно, предполагало не только надзор за ним, но и контроль, и руководство. В настоящее время у прокурора есть функции процессуального руководства, что вытекает из ст. 37 УПК РФ. Он имеет право отменять постановления следователя, давать ему обязательные для исполнения письменные указания, принимать участие в следственных действиях, проводить их лично и т. д.
В Положении о следственном управлении Генеральной прокуратуры РФ, утвержденном Генеральным прокурором РФ 08.08.1996 г., говорится о процессуальном контроле за расследованием уголовных дел. В частности, начальник следственного управления осуществляет общее руководство, несет ответственность за организацию работы, пользуется всеми полномочиями, предусмотренными ст. 127-1 УПК РСФСР (ст. 39 УПК РФ).
В Положении о совместных следственно-оперативных группах (СОГ) (бригадах) органов прокуратуры, внутренних дел, безопасности и налоговой полиции для пресечения и расследования деятельности организованных преступных групп, принятом в 1995 г., говорится следующее: «Инициатором создания СОГ может быть прокурор, который в ряде случаев является ее руководителем. Ему подчиняются все члены группы, независимо от ведомственной принадлежности. Он определяет сроки пребывания в СОГ, решает вопросы замены участников, распределяет между ними обязанности. Он руководит действиями членов СОГ, организует, координирует проведение следственных действий, дает указания о проведении оперативно-розыскных мероприятий. Все находятся в его подчинении. Руководитель (прокурор) вправе давать письменные поручения и задания следователям и территориальным органам дознания о проведении следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, которые являются обязательными и подлежат исполнению в 10-дневный срок. Ему предоставлены и другие полномочия.
Прокурорский надзор за расследованием в условиях чрезвычайного положения также приобретает функции контроля, организационного и процессуального руководства».
Наконец, приказ Генерального прокурора от 06.07.2002 г. № 39 «Об организации прокурорского надзора за законностью уголовного преследования в стадии досудебного производства» прямо говорит о том, что в досудебном производстве прокурор является руководителем уголовного преследования (п. 2).
В связи с принятием УПК РФ произошла передача многих полномочий суду, который санкционирует заключение под стражу, производство обыска, других следственных действий. В суд могут быть обжалованы по существу все действия (бездействие) следователя и прокурора в связи с расследованием конкретного уголовного дела. Полностью признавая значение судебной власти, заметим следующее. Нет ли парадокса в том, что прокуратура, федеральный орган надзора, сама становится поднадзорной? Полагаем, что передача суду надзорных функций может оказаться неэффективной, а в настоящее время она, очевидно, преждевременна.
Не в каждой жалобе на действия следователя, прокурора можно разобраться быстро и безошибочно. Этому препятствует незнание материалов дела, особенно сложных, многоэпизодных, где для принятия правильного решения требуется длительный, тщательный анализ доказательств. Еще в период действия ст. 220-1 УПК РСФСР многие судьи говорили, что они не считают нужным вмешиваться в ход следствия именно по таким делам. Расследование преступлений, особенно убийств, предполагает его оперативность. Однако ст. 125 УПК РФ указывает, что судья проверяет законность действий следователя, прокурора не позднее чем через 5 суток со дня поступления жалобы. В судебном заседании предполагается участие следователя, прокурора. Таким образом, следователь, вместо того чтобы выполнять неотложные следственные действия, вынужден участвовать в судебном заседании. Кроме того, и это не подлежит никакому сомнению, ст. 125 УПК РФ пользуются для умышленного затягивания следствия. Если надзорные функции прокуратуры переданы суду, значит предполагается, что их выполнение неэффективно. Где же гарантии, что они станут таковыми? Главное не в передаче их от одного органа другому (это ничего не дает), а в создании условий по их реализации. Впрочем, последующая правоприменительная практика покажет, насколько обоснованны вышесказанные сомнения.
Подводя итог сказанному, отметим, что основная функция прокурора – это надзор. По отношению к следователям прокуратуры он осуществляет организационные и контрольные функции.
Организация работы, контроль органов внутренних дел, безопасности и иных в предмет прокурорского надзора не входит. В то же время прокурор обязан опротестовать незаконные правовые акты (приказы, инструкции), которые их регламентируют, реагировать на допущенные нарушения закона.
Прокурор вправе осуществлять процессуальное руководство следователями всех правоохранительных органов. Данное положение не следует понимать буквально. Следователь процессуально самостоятелен и лично определяет тактику следственных действий и методику расследования. Если расследование идет в правильном направлении, то прокурор за ним только надзирает. Он реализует свое право процессуального руководства только тогда, когда это имеет принципиальное значение, допускаются нарушения закона, по указанию вышестоящего прокурора. Если прокурор начнет руководить каждым следователем, расследованием каждого дела, то он подменит тем самым начальника следственного отдела и неизбежно утратит надзорные функции.
В тех случаях, когда прокурор возглавляет СОГ (а также в условиях чрезвычайного положения), он совмещает надзор, организационное и процессуальное руководство. СОГ может возглавить следователь, старший следователь по особо важным делам прокуратуры. При такой ситуации прокурор будет осуществлять только надзорные полномочия.
Некоторые прокуроры ограничиваются лишь надзором за сроками расследования, содержания под стражей, законностью задержания. Такой подход является неверным. Надзор прокурора не может носить отрывочный, эпизодический характер. Это систематическая, целенаправленная деятельность, осуществляемая на всех этапах расследования. Поэтому правы те авторы, которые пишут об этапах прокурорского надзора при расследовании преступлений.[30] Более подробно на этом мы остановимся в следующем параграфе.
1.2. Этапы прокурорского надзора за расследованием убийств
Этот термин встречается в литературе по прокурорскому надзору, но не слишком часто и назвать его общепринятым нельзя. Так, в книгах: «Прокурорский надзор в Российской Федерации» под ред. А. А. Чувилева (1999 г.), «Российский прокурорский надзор» под ред. А. Я. Сухарева (2001 г.), «Прокурорский надзор» под ред. А. Я. Сухарева (2003 г.) в разделах об основных понятиях курса такого определения нет. Нет его и в других многочисленных учебниках по указанному предмету.
Упоминание об этапах прокурорского надзора можно встретить в работах А. Ф. Козусева, О. А. Кожевникова, С. Н. Назарова и др.[31] Никто из них понятие прокурорского надзора не раскрывает и упоминает о нем в одной или нескольких фразах.
Имеются работы о прокурорском надзоре в стадиях уголовного процесса.[32]
Этап – это отрезок времени в развитии какого-либо движения, процесса. Стадия – определенная ступень в развитии чего-либо. Таким образом, этап и стадия – родственные понятия, а возможно, и однозначные.
Мы будем говорить об этапах прокурорского надзора, так как это понятие используется при расследовании преступлений.
Этапы прокурорского надзора существуют, так как сама деятельность прокурора не может быть бессистемной и хаотичной. Совершенно правильно на это обращает внимание В. Д. Ломовский, который пишет, что прокурорский надзор должен быть подчинен некоторой процедуре, а сам прокурорско-надзорный процесс характерен наличием стадий, которые имеют определенные задачи, стадии прокурорского надзора и есть его этапы.[33]
Итак, этапы прокурорско-надзорной деятельности, бесспорно, существуют. Каковы же они? По нашему мнению они должны соответствовать этапам расследования преступлений, хотя и по данному вопросу единой точки зрения нет. Так, в свое время И. Д. Перлов делил весь процесс расследования на шесть этапов. Согласно его точке зрения, первый этап – это период от принятия дела к производству до предъявления обвинения. Последующие этапы: привлечение в качестве обвиняемого и допрос обвиняемого, производство следственных действий после предъявления обвинения, окончание предварительного следствия, составление обвинительного заключения, передача дела прокурору.[34]
Налицо чрезмерная дробность процесса расследования. Видимо, по этой причине позиция И. Д. Перлова распространения не получила.
М. С. Строгович, П. С. Элькинд, И. М. Лузгин предлагали двучленное деление. По их мнению, первоначальный этап включает в себя период от возбуждения дела до предъявления обвинения, а второй – от предъявления обвинения до окончания следствия по делу. В соответствии с этой позицией предъявление обвинения делило все следствие на этапы.[35]
Определенная логика в таком разграничении есть. Однако нельзя не отметить следующее. Период от возбуждения дела до предъявления обвинения может быть весьма продолжительным и занимать несколько месяцев, год и даже больше. В этом случае понятие «первоначальный» уже не соответствует своему названию.
Многие процессуалисты и криминалисты, в том числе Р. С. Белкин, И. Ф. Герасимов, А. Н. Колесниченко, Л. Я. Драпкин и другие пишут о 3 этапах расследования.[36]
Не все они придерживаются единого мнения о сущности каждого из этапов. Не вдаваясь в полемику, отметим, что наиболее правильной представляется позиции Р. С. Белкина, который также весь процесс расследования делит на три этапа. Первоначальный этап – это период выполнения неотложных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, и он не всегда сопровождается раскрытием преступления.
На последующем этапе назначаются и проводятся экспертизы, идет процесс раскрытия (если преступление еще не раскрыто), выявляются все соучастники, устанавливаются все эпизоды преступной деятельности, причины и условия совершения преступления.
Заключительный этап включает в себя окончательную оценку доказательств, квалификацию преступления, принятие процессуального решения по делу, составление обвинительного заключения и направление дела прокурору.[37]
Вышеназванные этапы охватывают весь процесс расследования в целом, хотя четких границ между ними, естественно, нет. Позиция Р. С. Белкина является по существу общепринятой. Поэтому мы считаем, что и прокурорский надзор должен строиться по принципу, предложенному Р. С. Белкиным.
Авторы комментария к Закону «О прокуратуре Российской Федерации» пишут, что одним из важнейших этапов прокурорского надзора за законностью предварительного следствия является надзор за соблюдением установленного порядка разрешения заявлений и сообщений о совершенных и готовящихся преступлениях.[38] Аналогичную позицию занимает О. А. Кожевников.[39] Полагаем, что эта деятельность прокурора может быть отнесена к первоначальному этапу, так как излишняя дробность процесса расследования нецелесообразна и себя не оправдала.
Наиболее подробно об этапах прокурорского надзора за расследованием пишет А. А. Степанов, по мнению которого они совпадают со стадиями расследования по 3-членной схеме, предложенной Р. С. Белкиным. Рассмотрение заявлений и сообщений о преступлениях А. А. Степанов относит к первоначальному этапу расследования и соответственно надзора.[40]
Мы полностью разделяем эту позицию.
Принципиальной необходимости вводить понятие «этап прокурорского надзора» в теорию нет. Но поскольку оно существует и употребляется, то требуется его однообразное понимание. Все этапы расследования и прокурорского надзора по своей значимости равноценны и ошибка на любом из них может повлечь негативные последствия. Тем не менее, следует особо подчеркнуть, что при расследовании, особенно убийств, наиболее важным является первоначальный этап. В приказе Генерального прокурора РФ от 05.07.2002 г. № 39 «Об организации прокурорского надзора за законностью уголовного преследования в стадии досудебного производства» в п. 1.12 говорится о необходимости прокурорского надзора за производством неотложных следственных действий, а это не что иное, как первоначальный этап. О важности надзора на этом этапе неоднократно указывалось и в предыдущих приказах Генерального прокурора, хотя его понятие не раскрывалось. Об этом постоянно пишут криминалисты в работах по методике расследования убийств.
Полная раскрываемость убийств обеспечивается эффективной работой «по горячим следам» в первые 5-10 дней после обнаружения преступления. По нашим данным, в Санкт-Петербурге в течение суток раскрывается почти 25 % всех убийств, а в срок до 15 дней более половины. В дальнейшем раскрываемость начинает снижаться. Через год, например, раскрываются отдельные убийства, но не в процессе следственной работы, а в результате оперативно-розыскной деятельности и явок с повинной.[41]
То, что первоначальный этап в плане раскрытия преступления является наиболее важным, никакому сомнению не подлежит и это обстоятельство должны иметь в виду прокуроры. Уже говорилось, что он не всегда завершается раскрытием, но именно он дает необходимую информацию, закладывает основу дальнейшего успеха расследования. Первоначальный этап многоплановое понятие. Это не только производство неотложных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, но и выдвижение, проверка версий, решение многочисленных организационных вопросов, в том числе взаимодействия с органом дознания. Как показывает практика, наибольшее количество ошибок, упущений происходит как раз на первоначальном этапе. Имеет место и самая элементарная волокита. Иногда дежурный следователь, осмотрев место происшествия, оставляет дело в канцелярии следственного управления прокуратуры, где оно находится несколько дней без всякого движения. В таких ситуациях всю следственную работу вынуждены проводить сотрудники уголовного розыска, а это явно недопустимо. В ряде случаев для раскрытия и закрепления следов, доказательств вообще ничего не делается. Поэтому за первоначальным этапом расследования убийств должен осуществляться повышенный прокурорский надзор.[42]
Хотя очевидные убийства во многом однотипны, единой следственной ситуации при их расследовании нет. Еще в меньшей степени поддаются формализации неочевидные убийства. Как правило, расследование начинается с осмотра места происшествия, но может иметь место явка с повинной при отсутствии трупа и каких-либо объективных доказательств, невозможности установить судебно-медицинский диагноз и т. д. Опознание не характерно для очевидных убийств. В то же время при определенных следственных ситуациях оно не исключается.
К. в своей квартире совершил убийство жены, а сам выбросился из окна. Как неизвестного его доставили в больницу, где он скончался. Об убийстве никто не знал, и его обнаружили только через сутки после происшествия дети супругов К. Поэтому одним из первоначальных следственных действий явилось опознание К.
Уже указывалось, что четких временных границ между первоначальным и последующим этапами нет. Может быть различная последовательность следственных действий, их повторное проведение. В иных случаях производство экспертиз (криминалистических, судебно-биологических и др.) следует включить в первоначальный этап.
Прокурорский надзор за расследованием должен осуществляться постоянно, систематически на протяжении всего расследования. Начинающие следователи не имеют достаточного опыта, у многих наблюдается поверхностное отношение к делу, что вызывается очевидностью преступления, которое может оказаться ошибочным. Некоторые уповают на признание преступником своей вины. Это и приводит к ошибкам. Поэтому прокурор обязан лично проверять, изучать материалы дела, заслушивать доклады следователя, давать необходимые указания. Следствие должно вестись ритмично, но на практике далеко не редкость, когда в течение многих дней (до 2 недель и более) следователь не проводит ни одного следственного действия. Иногда в уголовном деле через месяц после его возбуждения находятся лишь единичные документы: протокол осмотра места происшествия на 2–3 листах, протокол поверхностного допроса подозреваемого, протокол допроса обвиняемого, в котором записано, что подтверждаются первоначальные показания, протокол задержания, постановление о заключении под стражу, несколько объяснений. Общий объем такого дела может не превышать 20–30 листов, хотя расследуется убийство – особо тяжкое преступление. Нет ничего удивительного, что на завершающем этапе расследования таких дел выясняется, что не выполнены задачи предыдущего: не допрошены все свидетели, не изучена личность обвиняемого, отсутствуют акты экспертиз и т. д. Именно такое отношение к делу и порождает последующие осложнения расследования, неоправданно растягивает процессуальные сроки, установленные законом. Одновременно такой ход расследования свидетельствует и о качестве прокурорского надзора, а возможно, и об его отсутствии.
1.3. Понятие очевидного и неочевидного убийства
А. Н. Васильев писал, что по способу совершения убийства целесообразно классифицировать в соответствии с характером преступных действий на открытые и тайные.
1. Открытое убийство, т. е. убийство, совершенное открыто, известным лицом в присутствии других лиц или в отсутствии их, но без попыток скрыть факт преступления и свою вину. К открытым убийствам А. Н. Васильев также относил те, о которых стало известно в результате явки с повинной и убийства, совершенные при свидетелях, но неизвестным лицом и с расчетом на то, чтобы скрыться и избежать ответственности.
2. Тайное убийство – это убийство, совершенное в отсутствии свидетелей и с активными попытками преступника скрыть свою вину.[43]
В настоящее время криминалисты чаще используют понятие очевидных и неочевидных убийств как синонимов тайных и открытых. Встречаются определения: убийство, совершенное в условиях очевидности; убийство, совершенное в условиях неочевидности.[44] Мы считаем, что понятия, предложенные А. Н. Васильевым и распространенные сегодня равнозначны и могут быть использованы как одни, так и другие.
В. Ф. Робозеров считает термин «неочевидное преступление» неудачным. По его мнению, преступление всегда очевидно, а неочевидно может быть лишь лицо, его совершившее.[45] На это можно возразить, что преступление, особенно убийство, сам его факт, очевиден далеко не всегда. При отсутствии судебно-медицинского диагноза, при внезапном исчезновении человека очень трудно, а то и невозможно сразу определить, что произошло, каков характер происшествия. Поэтому понятия «очевидное» и «неочевидное» преступление вполне приемлемы и на практике широко используются. Однако понимаются они по-разному.
В. В. Крылов и Л. Д. Самыгин под очевидным (открытым) убийством подразумевает бытовое, т. е. совершенное на почве личных неприязненных отношений, часто после длительного совместного употребления алкогольных напитков. Неочевидное убийство характерно отсутствием свидетелей, уничтожением следов.[46]
По мнению С. Г. Любичева, в группу очевидных убийств входят такие, факт которых очевиден и к началу расследования уже известно виновное лицо. Это обычно бытовые убийства, происходящие на почве семейных конфликтов и личных неприязненных отношений.