Собрание сочинений. Том VIII

Явление I

Маленькая комната в полуподвальном помещении. За большим овальным столом сидят семеро мужчин. По стенам развешены фрагменты кремлевской стены. Единственным украшением комнаты является большая красивая люстра темно-лилового цвета. Мужчины собрались, для того чтобы разработать условия конкурса красоты. Все члены жюри по очереди выступают с предложениями.

1-й член жюри. Господа! Через месяц уже должен начаться конкурс «Мисс Москва», а мы все никак не согласуем условия конкурса. Время – деньги. Давайте ваши предложения.

2-й член жюри. Я буду краток. Мои предложения: рост – не ниже 175, масса тела – не более 65 кило, возраст – до 21 года включительно…

3-й член жюри. Почему только до 21 года?

2-й член жюри. Вы, батенька, видно в карты никогда не играли? Напоминаю, что цифра 21 – это «очко»!

4-й член жюри (вскакивает, как ошпаренный). До каких пор мы будем терпеть на подиуме «вешалок» с параметрами 90-60-90? Я предлагаю снять все ограничения по массе и росту. Ибо и колобок с ангельской внешностью вполне может занять первое место!

2-й член жюри. А как же каноны?

4-й член жюри (опять вскакивает, с грохотом опрокидывая стул). К черту ваши каноны! Надоело! Пусть «Мисс Москва» будет самой сильной, самой умной и самой красивой из всех пяти миллионов дам столицы. А на то, чтобы блюсти каноны, стандарты и прочую чушь, у нас просто нет времени!

5-й член жюри. Я поддерживаю это предложение!

6-й и 7-й члены жюри (тянут вверх обе руки). И мы, и мы тоже!!!

1-й член жюри. Глубокоуважаемые! Ставлю на голосование. Кто за то, чтобы снять все ограничения и выбрать самую красивую, самую умную, самую сильную? (Считает поднятые руки). Один. Кто воздержался? (Считает). Один. Подавляющим большинством это предложение принимается…

Явление II

Небольшая уютная комната, обставленная простенькой мебелью. У единственного окна стоит ярко-оранжевое кресло-кровать в собранном виде. В кресле сидит Безуглова Ольга Юрьевна и читает в журнале условия конкурса.

Безуглова (небрежно отбросила журнал и откинулась в кресле, которое сразу же жалобно заскрипело). Можно считать, что приз конкурса – путевка в Париж и сто тысяч баксов – у меня в кармане. Уж я-то точно знаю, кто самая умная, самая сильная и самая красивая в Москве, в России, в мире, во Вселенной… (Закрывает глаза с чувством выполненного долга и погружается в сладкий сон.)

Явление III

Фешенебельный парижский отель. В номере-люксе напротив друг друга сидят за маленьким журнальным столиком в креслах мисс Москва и мисс Сись. Беседа протекает в спокойной, идиллической обстановке.

Мисс Сись (на чистом русском языке). У меня, дорогая, ведь русские корни. Мой дед бежал из России после революции и открыл в Париже свое дело. Сначала было невыносимо трудно, но потом постепенно все утряслось. Потом он передал свою фотостудию моему отцу. Но он был к фотографии равнодушен. Зато на базе нашего семейного альбома написал мемуары белогвардейского офицера, стал преуспевающим писателем. Дал мне денег на силиконовую операцию. И вот результат! (Подходит к зеркалу.) Где бы я ни появилась в открытом платье, все живое пялится на меня и готово залезть в мое декольте. Я выхожу на подиумы, рекламирую товары, снимаюсь в порнофильмах. Короче, Оля, делаю моду на суперплоть!

Мисс Москва. Мои успехи, Лола, пока скромнее. У нас в Москве люди помешались на похудении. Супермоделью считаются «плоскодонки» с параметрами 90-60-90 при росте 175.

Пауза.

В таких условиях почти невозможно добиться победы девушкам моей комплекции. Я понимаю, что медикам надо как-то выживать. Поэтому они и придумали все эти диеты и прочую ерунду. Они трезвонят, что лишний вес разрушает здоровье и снижает работоспособность. Моя задача – изменить моду!

Лола. Я твоя соратница и союзница в этом. Давай дружить и переписываться. Тебе трудно – я помогу, мне будет трудно – ты поможешь! Идет?

Оля. Я согласна. Будем менять моду и в России и во Франции! Да здравствует суперплоть! (Поет.) Грудью дорогу проложим себе…

Пауза.

Лола. Ближайшая наша задача – победить в конкурсе «Мисс Вселенная»!

Оля. Победим, а потом еще что-нибудь придумаем новое и интересное…

(Поют дуэтом.) Грудью дорогу проложим себе!!!

Преображенная комната в полуподвальном помещении, где работало жюри конкурса. Из жилой комнаты сделан офис. На столах компьютеры и папки бумаг. В комнате производственное совещание.

Явление IV

Ольга Юрьевна и все бывшие члены жюри.

Ольга Юрьевна. Вот уже месяц как вы избрали меня председателем производственного кооператива «Новатор», а наша касса пуста. И я не могу выплатить вам зарплату. Если надеетесь на мои конкурсные деньги, то напрасно. Научитесь зарабатывать самостоятельно.

Пауза.

Вопросов нет. Распределяйтесь побыстрее. Я запишу в свою записную книжку – кто есть кто. Даю пять минут.

Прошло пять минут.

Ольга Юрьевна. Распределились? Подходите ко мне по одному. Так, с Понедельника до Среды записала. Кто из вас Четверг? (Один из оставшейся четверки подошел к ней вплотную.)

Четверг. А я не хочу быть четвергом или другим днем недели. Не хочу и не буду!

Ольга Юрьевна (отошла от Четверга на полшага). Что? А этого не хочешь? Раз (удар под дых). Два (удар в челюсть).

Пауза.

Четверг. (С трудом поднимается с пола.) Как? На меня руку? Да я ж тебя…

Ольга Юрьевна. Ты еще ничего не понял? (Снова удар в живот и в голову.) Вот так!

Четверг. (Лежит на полу и жалобно стонет.)

Ольга Юрьевна (начинает счет). Раз, два, три, четыре… шесть, семь… девять… аут!

Четверг. (Продолжает лежать на полу). Аут…

Все сотрудники (хором в воодушевлением). Аут!!!

Ольга Юрьевна (снова раскрывает записную книжку). Следующий – Пятница! (Записывает его приметы.) Остальные – определяйтесь, кто из вас Суббота, а кто Воскресенье… (Записывает.) Ну, теперь порядок! Впредь каждый сотрудник должен откликаться на свой день недели. Это приказ. Всем понятно?

Все сотрудники (хором по-военному). Так точно, несравненная Ольга Юрьевна!

Ольга Юрьевна. На сегодня повестка дня исчерпана. Все свободны…

Занавес.

Явление V

Дача в тихом маленьком городке Подмосковья. В одной из комнат, отведенных под кабинет, стоит большой двухтумбовый письменный стол. В кабинете всего три предмета мебели: стол, стул, и платяной шкаф. За столом сидит пожилой мужчина с уставшими глазами. Он быстро что-то пишет и время от времени вслух поясняет сам себе действия персонажей данного произведения.

Автор (отрывается от писанины и рассуждает). Конечно же, Оля привыкла к тому, что когда ей нужно было сниматься на какой-то документ, то ее кукольное миловидное личико на фото получалось великолепно и было неотразимо для всех, или почти всех, представителей сильного пола.

Пауза.

Когда же она позировала, как фотомодель, во весь рост, то мнения мужчин заметно разделялись. У кого-то ее формы вызывали буйный восторг, у кого-то усмешку, а у некоторых почему-то животный ужас.

Пауза.

Ибо к такому редкостному сочетанию – ангельской красоты маленькое личико, правда, с удвоенным подбородком, и тело великанши, хотя и с явно выраженной талией – было нелегко привыкнуть морально неподготовленному к парадоксам природы человеку. Во всяком случае, при первом знакомстве с ней большинство впервые ее увидевших были вроде, как бы, слегка оглушены (или, если помягче сказать) шокированы.

Пауза.

Про таких женщин поэты обычно говорят:

Офис кооператива «Новатор». Идет производственное собрание. Сотрудники фирмы сидят за своими рабочими столами, а их начальница, расположившись в единственном крутящемся кресле, лицом к народу.

Явление VI

Ольга Юрьевна. Вот уже год как я возглавляю ПК «Новатор» со строительным и, вместе с тем, торговым направлением. А мы еще ничего не построили и не продали. Сегодня уже 10 марта, а я 8 марта, то бишь в Международный женский день, так и не была осыпана вашими подарками. Это что – бунт? Но чем от вызван, где истоки?

Четверг. Но мы уже давно ждем прибавки к жалованью, а ее все нет…

Ольга Юрьевна. Так, значит, прибавку захотели. Что еще?

Понедельник, Пятница, Воскресенье (перебивая друг друга). У нас семья, дети, нам кушать надо. У нас желудочки болят, язвы открываются. Уже в туалет нерегулярно ходим…

Ольга Юрьевна. Молчать! Налоговая полиция сделала нашей фирме начет. Вы думаете, что утруска, уточка и распыл, которые у нас происходят… Думаете, что это обычные явления природы, так сказать, некие неизбежные при капитализме «стихийные бедствия»? И что эти бедствия не нужно выпячивать, а все как-то списать, замазать, так сказать, снивелировать. Главное – не оставлять следов! Так что ли? Так вот я торжественно заявляю: утруске, утечке, распылу ни на стройке, ни в торговле – не бывать! Тех, кто этого не понимает, буду наказывать и рублем, и физическим воздействием. А зачинщиков подобных бунтов могу и потоптать ногами. Так, что мало не покажется!

Пауза.

Все свободны. Следующее собрание по устранению недостатков и подведению итогов ровно через неделю. Жду от вас больших успехов на трудовом фронте. Тогда и о повышении зарплаты кому-то из вас можно будет подумать…

Недовольные сотрудники медленно расходятся.

Занавес.

Явление VII

Дача. Автор то сидит за столом, то вдруг вскакивает и начинает метаться по комнате, произнося монологи.

Автор (меряет комнату шагами). В свои юные годы Оля уже успела сделать для себя, (не надо запятой) как минимум, (не надо запятой) два открытия.

Пауза.

Первое – засыпая, человек, как бы, умирает. Во сне с ним происходят всякие действия и события. Он зарабатывает в этих ситуациях плюсы и минусы. Однако, (не надо запятой) если в результате плюсов оказывается больше, и он получает право на то, чтобы жить дальше, он просыпается. Ежели минусов оказывается больше, то человек или вовсе не просыпается (т. е. умирает во сне) или начинает болеть с нарастающей интенсивностью, пока не умрет через какое-то отведенное ему Судьбой время.

Пауза.

Второе – каждую неделю у человека отмирает несколько миллионов клеток и примерно такое же количество появляется вновь. Стало быть, если человек в течение своей жизни не будет себя настраивать на то, что он обязательно умрет, то он, (не надо запятой) практически должен жить вечно. Однако, (не надо запятой) на практике, конечно же, любой человек рано или поздно прикидывает, сколько ему осталось жить. При этом частенько из пустяковой болезни делает трагедию; наблюдает, как окружающие теряют зубы, седеют, покрываются морщинами…

Пауза.

Другими словами, они стареют и, (не надо запятой) как бы, (не надо запятой) устают от жизни. Следовательно, думает наш наблюдатель – это и меня ожидает, т.е. невольно готовит себя к смерти… И результат не замедлит сказаться…

Явление VIII

Офис ПК «Новатор». Столы сдвинуты к стенам. В центре комнаты образовалась, (не надо запятой) как бы, (не надо запятой) арена или ринг для сражения. У самой двери стоит кресло начальницы. Как обычно, директриса несколько задерживается на назначенное ею самой совещание.

Четверг. Нас много. И мы победим. Неужто не сломим всем миром какую-то жирную коротышку?

Суббота. Она, (не надо запятой) наверняка, (не надо запятой) и приемами-то никакими не владеет!

Пятница. Когда она войдет, я закрою дверь на ключ.

Понедельник и Вторник (хором). Мы встанем у окна, чтобы эта каракатица со страху в него не выбросилась.

Среда. (Тихо шепчет молитву.)

Воскресенье. Я предъявляю ей наш ультиматум.

Пауза.

Открывается дверь, тяжелой борцовской походкой входит Ольга Юрьевна, моментально оценивает обстановку.

Воскресенье. Глубокоуважаемая Ольга Юрьевна! Мы предлагаем вам…

Ольга Юрьевна. Молчать!!! Я вас всех предупреждала. Вы сделали свой выбор. Теперь выбирайте для себя наказание: первое – шлепки по заднице, второе – давление массой, третье – расплющивание по стене. (Берет с подоконника мел и прямо на стене пишет в столбик всех семерых сотрудников, а против каждого ставит тире). Выбирайте! (Смотрит на часы). Даю ровно десять секунд.

Занавес закрывается.

Слышны крики и стоны.

Явление IX

Дача. Автор сидит за столом, пишет и читает вслух написанное.

Автор. Тем временем часы отсчитали всего семь секунд, а бойцы, то бишь сотрудники, уже лежали «штабелем в крестик» друг на друге. И самый верхний из них чуть ли не касался своим нижним бюстом красивой старинной люстры темно-лилового цвета.

Пауза.

Как все это случилось, никто в кабинетике не понял. Возможно, не поняла этого и сама Ольга Юрьевна – слишком уж стремительно все это произошло (по секунде на каждого бойца!). Однако, (не надо запятой) факт остается фактом: бунтари лежали в штабеле и жалобно постанывали.

Пауза.

Первым добровольно лег на тучную ляжку директрисы верхний боец и получил свою порцию. Затем был полностью накрыт и спрессован сдобным телом начальницы следующий сверху боец. Далее был изъят из штабеля, удобно положен на мощные бугры нежности Ольги Юрьевны боец №3. При этом она резко разбежалась, прислонила его на пару секунд к стене и уже в следующее мгновение он (боец), стонущий и причитающий, медленно сполз на пол…

Пауза.

«Ну, когда же все это закончится?» – задавала сама себе вопрос и не находила ответа юная начальница, устало потирая занемевшие «члены»…

Или то же самое в стихах:

Явление X

Подмосковье. Дача. Автор, как обычно, сидит за письменным столом. Пишет и читает свое творение вслух.

Автор. У Ольги Юрьевны было обыкновение – время от времени вызывать своих сотрудников на беседу в свой кабинетик, так сказать, тет-а-тет. При этом она не разрешала им рассказывать друг другу, что происходило в кабинетике, т. е. как протекала беседа.

Пауза.

Однако были случаи, когда до нее доходили сведения, что кто-то кому-то протрепался… Тогда она звонила провинившемуся и тихо говорила: «А ну-ка, зайдите-ка ко мне в кабинетик, дорогой мой человек». И провинившейся «дорогой человек» на ватных полусогнутых ногах входил к начальнице на «ковер» и ждал, когда ему будет предложено сесть.

Пауза.

Ежели садиться не предлагали, то он должен был стоять «навытяжку» в течение всей беседы. Постольку, поскольку у нас нет точных и вполне достоверных сведений о беседе суровой начальницы с проказником, то в данном случае придется ограничиться одной из возможных версий…

Занавес.

Явление XI

Офис ПК «Новатор» (он же «кабинетик»). В кресле сидит Ольга Юрьевна. Перед ней стоит навытяжку Четверг.

Ольга Юрьевна. Вы знали, что я запретила всем сотрудникам рассказывать, что происходит у меня в кабинетике, когда я кого-то вызываю?

Четверг. Да, знал.

Ольга Юрьевна. Так, (не надо запятой) в чем же дело? Почему вы осмелились нарушить установленный мною порядок?

Четверг (пожимает плечами). Это произошло как-то непроизвольно, случайно, так сказать, спонтанно-стохастически…

Ольга Юрьевна. Однако, (не надо запятой) случайные ошибки тоже должны быть наказуемы. Как вы считаете?

Четверг. По-видимому, вы правы, Ольга Юрьевна… Как всегда, так сказать… (Зябко поеживается.)

Ольга Юрьевна. А может, у вас есть какие-то сомнения насчет моей правоты, то бишь на все случаи жизни? Может, вы будете оспаривать мое преимущество. К примеру, по уму, силе?

Четверг. (Молчит.)

Пауза.

Ольга Юрьевна. Почему же я не слышу ответа?

Четверг. (Садится без разрешения на стул и сразу же начинает ерзать на нем, но продолжает молчать.)

Ольга Юрьевна. Так, с чего начнем состязание? Насчет ума или силы?

Четверг. По силе, пожалуй… Все ж-таки у меня был когда-то первый юношеский разряд по боксу. В полутяжелой категории.

Ольга Юрьевна. Ты, сморчок, хочешь со мной боксировать? И у тебя поднимется рука на даму и на свою начальницу притом?

Четверг (вальяжно). А почему бы и нет, если дама, (не надо запятой) и она же начальница, этого заслуживает?..

Ольга Юрьевна. (Неожиданно хватает его за нос и начинает вертеть им (носом) так, что в комнате стоит страшный хруст.)

Четверг. (Глазами, (не надо запятой) полными слез, (не надо запятой) молит о пощаде. Но кричать не решается, дабы не быть услышанным сослуживцами.)

Явление XII

Снова Подмосковье, дача, автор за письменным столом. Продолжает разворачивать действо.

Автор. Четверг, конечно, не догадывается, что сослуживцы по очереди подглядывают за происходящим в замочную скважину.

Пауза.

Через несколько минут проказник вылетает из кабинетика, закрывши рукой нос. Больше в этот день на работе Четверга никто не видел. Снова вышел он работу (после больничного) только через две недели, причем директриса бюллетень не оплатила.

Пауза.

Другой провинившийся сотрудник, проявивший строптивость в кабинетике (кажется, Вторник), долго сидел на работе сгорбившись, с забинтованным ухом. Еще и через десять дней одно ухо (которое было подвергнуто экзекуции, а затем забинтовано) все же оставалось раза в полтора больше другого. Третий провинившийся, Понедельник, писал квартальный отчет стоя, т. к. получил приличную порцию «горяченьких» по своим мясистым ягодицам.

Пауза.

После нескольких таких «разборок» (в кабинетике тет-а-тет с начальницей) все сослуживцы на вопрос «Кто умнее? Кто сильнее? Кто прекраснее?» (и на другие подобные вопросы) без колебаний отвечали (причем после нескольких тренировок и хором): – Разумеется, вы, дорогая наша Ольга Юрьевна!

Пауза.

Автор (он же биограф Ольги Юрьевны). Современники приписывают ей такие перлы:

Явление XIII

Прошло 2 года.

Снова Подмосковье, дача. Автор-биограф Ольги Юрьевны сидит, скукожившись от холода за письменным столом. У стола – три обогревателя: один маленький, другой побольше, а третий – огромный.

Биограф Ольги Юрьевны (пишет и читает написанное). В принципе Ольга Юрьевна давала шанс «отведать толстятинки» (так она называла знаки внимания к ней) каждому своему подопечному. Ибо еще не сделала, как женщина, своего окончательного выбора. Но она считала, что партнер должен удачно поймать момент. Когда он будет в отличной «спортивно-половой» форме. Дабы создавалась и ежесекундно крепла эдакая идиллия-гармония…

Пауза.

И когда очередной ее подчиненный удачно выбирал (пардон, ловил этот момент), то она одаривала его такой силой страсти, что только «искры летели». Да так, что бедный наш мужичонка не мог уже смотреть ни на какую другую женщину месяцами, кварталами и даже целыми полугодиями…

Пауза.

Однако, (не надо запятой) если момент был выбран неудачно, например, когда начальница еще не вполне успокоилась после приемы пищи или партнеру только показалось, что он в прекрасной «спортивно-половой» форме, а на деле получился конфуз, то директриса становилась прямо-таки беспощадной.

Явление XIV

Снова офис ПК «Новатор», переоборудованный под спортивный зал. Рядом с креслом Ольги Юрьевны валяются гантели, гири, эспандеры, бутылки с пробками и без них. Перед Ольгой Юрьевной навытяжку стоит Понедельник.

Ольга Юрьевна. Вы только зря отвлекли меня от трапезы, дорогой мой человек! Придется вас немножечко наказать… А наказание может быть каким угодно. Вы знаете, что моей фантазии нет предела…

Пауза.

Подойдите к двухпудовой гире и выжмите ее несколько раз! Хотя, (не надо запятой) я допускаю, что вы и пудовку от пола вряд ли оторвете. Ну, (не надо запятой) так, дерзайте!

Понедельник. (Подошел к гире, побегал вокруг нее и попытался оторвать от пола.)

Ольга Юрьевна (некоторое время со смехом наблюдает за слабаком). Ну-ну! Так, так… Ну, еще разок!

Пауза.

Ладно. Достаточно! (Отталкивает Понедельника и без всякого напряжения выжимает двухпудовку сначала правой, а затем и левой рукой.)

Пауза.

Теперь отверните пробку, когда я вам прикажу. (Берет с пола пробку и завинчивает ее на бутылке влажной тряпкой). Начали!

Понедельник. (Пытается отвинтить пробку руками, а затем зубами.) Не могу, дорогая Ольга Юрьевна! Два зуба сломал…

Ольга Юрьевна. Последнее испытание. Сейчас будет соревнование по армрестлингу. (Поставила локтем на стол свою прелестную, чудовищной полноты, руку.) Не робейте. Может, на этот раз вам повезет?

Понедельник (ставит руку локтем на стол и сцепляется пальцами с ручищей Ольги Юрьевны). У-у-х!

Ольга Юрьевна (почти мгновенно кладет руку соперника на стол). Вот, (не надо запятой) так-то, дорогой мой человек! (Проходит к Понедельнику почти вплотную.) Раз, два, три. (Опускает ему увесистые щелбаны.)

Понедельник. У-у-х! У-у-х!! (Падает на пол, теряя сознание.)

Ольга Юрьевна. Кажется, я сегодня немного переборщила… Но кто же мог подумать, что он таким слабаком окажется?

Подмосковье, дача, автор-биограф за письменным столом.

Автор (набирает на компьютере и читает вслух). Не только я сам, но и другие будущие биографы Ольги Юрьевны наверняка будут отмечать, что больше всего лелеяла и внедряла в сознание своего дружного коллектива суровая начальница такое понятие, как «единоначалие».

Пауза.

Если она начинала замечать, что кто-то хотя бы и в тайниках души покушается на это ее жизненное кредо, на эту святыню, то пощады такому смутьяну уж точно не будет! В лучшем случае, (не надо запятой) она поставит озорника в угол на колени и заставит его выучить десяток китайских (или на худой конец, японских) иероглифов из учебника.

Пауза.