Планета Эксперимент 2. Под венец с инопланетянином

– Лора, надень.

Я прервала наш глубокий зрительный контакт и перевела взгляд на ладонь, протягивающую мне небольшой белый предмет. Труфинджер. Авиям не доверяет мне? Когда я снова посмотрела ему в глаза, в моих стояли слезы.

– Из нас двоих НЕ Я не заслуживаю доверия!

Авиям догнал меня в коридоре.

– Лора, прости меня! Ты права. Прошу, пойми, мне сложно понять, что с тобой происходит, о чем ты думаешь и чего хочешь на самом деле! Я не могу допустить, чтобы ты шла на это, думая, что это твой долг!

– Я уже сказала, что это не так.

Я увидела, как взгляд Авияма смягчается. Он подошел ко мне ближе и взял за руки.

– Хорошо. Мы сделаем так, как ты захочешь. По приезду мы сочтемся браком и станем на всю оставшуюся жизнь друг для друга мужем и женой. Я хочу, чтобы за время пути ты осознала серьезность этого шага, и, если не передумаешь, по возвращению мы устроим церемонию.

Теперь я старалась больше времени бодрствовать. Хоть Авиям и настаивал, что «терапию» нельзя прерывать, но все же, посоветовавшись с доктором, пошел мне на уступки и позволил добавить к моему дневному расписанию лишние пару часов на изучение международного общегалактического языка. Авиям предоставил мне наушники и фулскрин, и я начала знакомство с новым, сложным, не похожим на другие языком.

Этот язык отличен тем, что его невозможно было до конца понять, если с самого рождения им не занимались с тобой настоящие носители языка. Для более быстрого и легкого его освоения, занятия проходили на особой частоте, помогая информации не просто запоминаться, но и раскладываться в голове по полочкам. После третьего занятия я попросила Авияма и Бориса разговаривать со мной только на тулинге.

– Мне нужно больше занятий! Я ничего не понимаю! – расстроилась я, когда попроcила Авияма рассказать о себе самые простые базовые вещи.

– У тебя все получится. Попробуй теперь ты рассказать о себе.

Авиям терпеливо поправлял меня в каждом исковерканном мной слове, а порой, думаю, даже умалчивал об ошибках, чтобы не расстраивать меня.

– Борис, а сколько ты учил тулинг?

– Лет четырнадцать. Но я не отводил этим занятиям львиную долю, параллельно я изучал еще много других языков. И в основном я просто все вызубрил. Понять его мне не дано.

У Бориса превосходная память. Я же такой похвастаться не могу. В школе мне приходилось часами мучиться над одним стихотворением из шестнадцати строк. Видя, как я пала духом, Авиям подсел поближе и приобнял меня за талию.

– Отлично. Теперь я вообще не могу сосредоточиться!

– Я могу помочь снять это напряжение. – шепнул на ухо мой жених.

По телу забегали мурашки. Как же давно я этого хочу! Но в ответ лишь отрицательно закачала головой.

– Не хочу, чтобы Борис чувствовал себя одиноким. Пожалуйста.

Авиям кивнул и продолжил диалог, будто мы не прерывались на личное.

За пятьдесят часов до Альбуса, Авиям видя мое прекрасное самочувствие, перестал настаивать на приеме лекарственного снотворного. Лекарство и сон действительно сработали, более того, я никогда не чувствовала такой свежести и легкости. Я будто заново родилась, всем телом ощущая внутренний подъем и небывалое вдохновение.

Чего нельзя сказать о Борисе.

Друг заметно зачах, перестал отвечать на звонки отца и постоянно пьянствовал. После нашего разговора Борис едва ли стал более компанейским. Он уже не притворялся спящим, но все еще сторонился нас, пока не прикладывался к бутылке виски. Я видела насколько это не нравится Авияму, но попросила дать Борису свободу действий, надеясь, что он образумится, когда мы прилетим на Альбус. В конце концов, друг тоже имеет право и на стресс, и на депрессию после всего, что пережил.

Чтобы Борис не чувствовал себя одиноко, я ограничила общение с Авиямом и избегала любой возможности оставаться с ним наедине. Не хватало, чтобы Борис думал, будто я кувыркаюсь с Авиямом, пока первому так плохо. Это было бы неуважением к его помощи на том чертовом корабле.

Сегодня я проснулась на плече Авияма, и это наполнило мое утро и душу невероятной нежностью. Борис громко храпел в кресле пилота, а Авиям весь завтрак был чересчур беспокоен.

– Что чувствуешь? – спросил он, подсев ко мне совсем близко. Это значило, что Авиям собирается поговорить о чем-то слишком личном.

– Не терпится увидеть Альбус! Вдохнуть его воздух! Земляне когда-нибудь ступали на вашу планету?

– Нет. Ты будешь первая.

Ого!

– А разве это не запрещено?

– За это не беспокойся. Нет ничего более запрещенного, чем контрабанда, особенно, если это связано с планетой Земля.

– Авиям… У меня нет зла на Брэди. Я не хочу, чтобы из-за меня он…

– Отсутствие отрицательных эмоций связано с приемом лекарства. Эффект продлится еще некоторое время.

– Как думаешь, что сейчас с ним?

Авиям напрягся. Вижу по глазам, ему есть, что сказать.

– Наши специальные службы разыскивают его. Он уже должен знать, что Августос не получил обещанное. Я прослушивал некоторые каналы, поводов для волнений нет. Наш план удался. Никаких подозрений. Августос, конечно, был взбешен, получив мое сообщение о кораблекрушении, но предъявить ему нечего. Он быстро остыл, когда ему предложили другую земную красавицу. Вот только пока ее невозможно транспортировать. На Земле ужесточили контроль.

– Но ты ведь тоже должен был погибнуть?

– Я спасся. Я и Борис. Смысла ехать с пустыми руками к Августосу нет, поэтому вдвоем мы отправились на Альбус. Я буду надеяться, что ты не настолько заинтересовала его, чтобы он стал разбираться во всем или начал что-то подозревать. Уверен, он даже не удосужился посмотреть, как ты выглядишь. Августос сейчас занимается важными делами, ему не до мыслей о тебе. Скоро все забудется.

В последних словах я не услышала уверенности, а только лишь надежду.

– Ты столько узнал за это время?

– Мне помогает один мой приятель. Он ненавидит Уилсона не меньше меня и также участвовал в этом, как ты называешь, споре. Это я попросил Мартина предложить Августосу другую девушку. Хочу, чтобы он поскорее перестал думать о тебе.

В нашем диалоге возникла пауза, и я воспользовалась ей, чтобы собраться с мыслями и поговорить о нашем браке.

– Лора, если мы заключим союз, ты не сможешь вернуться на Землю. Все твои близкие, родные останутся там. – Авиям оказался очень проницательным.

– Я давно живу одна и привыкла к разлуке. Твой отец сказал, если мы не поженимся…

– Отец сильно драматизирует возможные последствия.

– Ты пообещал, что мы сделаем это, если я не передумаю.

– И я сдержу свое слово. Лора, ты ведь понятия не имеешь, как сильно я этого хочу. Я настолько люблю тебя, что не в силах здраво мыслить. Но мне страшно подумать, что наш брак может сделать тебя несчастной, когда ты осознаешь, насколько это серьезно. И вместе с этим, я не могу допустить даже мысли, что ты можешь быть… не моей!

Кажется, лекарство действительно блокирует мои сильные эмоции. Авиям только что признался мне в любви, таких слов я и не мечтала услышать. А внутри меня ничего не произошло, мое сердце едва ли стало биться сильнее.

– Тогда нужно сказать отцу…

– Поверь, он уже должен быть в курсе. Думаю, подготовка к церемонии идет полным ходом. Заключение брака – это великое таинство. Наши обряды кардинально отличаются. Мы не устраиваем шумных пиршеств, не пьянствуем и даже не наряжаемся, как никогда до этого в жизни.

– Так даже лучше, если будет узкий круг…

– Вообще-то, свидетелей будет тьма.

– Ладно… хорошо. – такой поворот меня немного напугал, и я решила больше ничего не спрашивать. – Что-то еще? – все-таки пришлось поинтересоваться, когда Авиям, глядя на меня, начал поджимать губы. Я достаточно изучила его и знаю, о чем это говорит. Авияму сложно сообщить мне нечто важное.

– Перед вступлением в брак, мужчина и женщина говорят друг другу слова.

– По нашим традициям такое тоже бывает.

– Да… Если хочешь, я попрошу написать твои.

– Что нужно говорить?

– Обычно это небольшая речь о своих чувствах, обещании вечной верности и прочее в том же духе.

– Хорошо.

– Я попрошу написать несколько вариантов, выберешь, что тебе понравится.

– Нет! Я не имела ввиду… Я скажу все сама.

– Ты уверена?

– Конечно.

Ох, Авиям и не догадывается, как я к нему отношусь. Отлично. Лучше места и повода, чтобы рассказать ему о своих чувствах и придумать нельзя. Но смогу ли я признаться в этом перед всеми? Авиям спас мне жизнь, я должна это сделать. Перед его отцом, матерью, родственниками. Перед всеми.

– А твоя речь? Ее… напишут?

Авиям заметно оскорбился.

– Лора!.. Есть слова, которые я давно хочу сказать тебе. Я прокручивал их в голове тысячу раз и надеялся сказать, как только мы выберемся. Но не все пошло так, как я представлял.

В день прилета я начала чувствовать волнение, эффект от лекарства пошел на спад. Вместе с этим обострились и мои чувства к Авияму. Он оказался прав, насчет Брэди. Мое равнодушие к его предательству было ничем иным, как действием успокоительного.

Борис с самого пробуждения прикладывался к бутылке виски, и уже ополовинил ее, когда Авияма окончательно вывело это из себя. Все «утро» он выглядел рассерженным, искоса поглядывая на друга. Среди множества незнакомых слов тулинга, я разобрала «неуважение к моим родителям», «ничего не изменить», «прекратить» и «отмыться». Авиям буквально влил в него какое-то питье и сопроводил до душа.

К сожалению, я не смогла подобрать слова, чтобы попытаться успокоить Авияма или хоть как-то поддержать Бориса, поэтому остаток пути мы ехали в напряженном молчании.

Вот светлая точка впереди начала быстро увеличиваться в размере, и я поняла, что мы подлетаем к цели. Вскочив с дивана, я буквально прилипла к лобовому стеклу. Та самая маленькая точка уже превратилась в огромный шар. Восторг лишил меня дара речи.

Авиям, видя мое перевозбужденное состояние, замедлил ход, дав полюбоваться своей родной планетой. Я впервые видела обитаемую планету, такую же, как наша родная Земля. За толстым слоем облаков едва проглядывала суша. Я знала еще со времен конгресса в Сибирском лесу, что она представляет собой искривленную звезду с тянущимся на долгие расстояния хвостом из островов, как довольно крупных, так и небольших. Но увидеть Альбус вживую оказалось намного более впечатляющим зрелищем.

Я оглянулась на секунду, чтобы оценить реакцию Бориса, который с детства мечтал побывать на Альбусе. На прежнем месте друга не оказалось, я осмотрелась по сторонам и увидела, как он замер справа от меня. Глаза друга расширились не меньше моих, я прочитала в них такой же неописуемый восторг.

Авиям прибавил скорости, но корабль двинулся вправо, по кругу огибая планету и давая нам возможность рассмотреть ее со всех сторон. Мои глаза начало жечь, и щеки в тот же миг залило слезами.

Как же красиво!

Авиям тут же нарисовался рядом и приобнял сзади, положив руки на живот. Несколько минут, и мы уже любуемся скалистым материком на другой стороне планеты. Еще столько же, и мы вернулись к «звезде» и начали стремительное сближение. Борис сел за штурвал, а Авиям, стоя над ним, контролировал его действия.

Приземлились.

Я шла к выходу, опережая мужчин, мне не терпелось ступить на Альбус. Металлический люк поехал наверх, и я рванула вперед, мигом вынырнув наружу. В нос ударил свежайший горный воздух. Отбежав от корабля, я принялась вертеться по кругу, оглядывая пространство вокруг себя.

Мы приземлились на небольшом каменистом поле с красивого цвета зеленой травой и мелкими желтыми цветами. Вдали виднелись очертания невысоких гор, по форме совсем, как те, что были и на нашей планете.

Голова закружилась, и я села на колени. Земля! За тысячи световых лет! Какая она наощупь?

Целый месяц я не чувствовала ни запаха растений, ни почвы. Мои пальцы принялись перебирать камни вперемешку с оранжеватым песком. Я поднесла небольшую горсть к лицу, вдыхая ароматы Альбуса, а после задрала голову к небу и глубоко втянула воздух, пытаясь разобраться, какой же он на вкус. Нежнейший, чистейший, с ненавязчивыми нотками луговых цветов и влажной земли. Теплые лучи полувечерней местной звезды придавали ему сладковатый привкус. По коже забегали мурашки. Я распростерла руки по земле и улеглась, прижимаясь щекой к этим, еще недавно непостижимо далеким, камням. Объятия длились до тех пор, пока я не вспомнила о мужчинах. Я приметила четыре фигуры недалеко от корабля, их взгляды были обращены на меня. Отряхнувшись, я зачерпнула пальцами немного камней прямо с песком и направилась к ним. Серьезное лицо Авияма тронула улыбка, это был сигнал, что все в порядке.

Только сейчас я разглядела позади мужчин порядка пятидесяти человек в черно-зеленых костюмах, полностью скрывающих тело. Выстроенные огромным полукругом, они, будто солдаты, заняли боевые позиции. На груди каждого едва светились двухзначные или трехзначные цифры. А у того, что стоял в компании Машеров и Бориса, на груди сияло тулингом «Аль-1».

Такой масштабной встречи я не ожидала, хотя могла бы предположить, ведь Авиям со своим отцом очень важные люди не только на Альбусе.

– Безгранично рад встречи, Лора. Добро пожаловать в наш родной край! Надеюсь, и вы скоро будете называть Альбус своим домом!

– Благодарю! Я тоже рада встречи.

По одну руку от Дешона стоял жутко довольный Борис, уже успевший познакомиться со своим кумиром, а по другую Авиям. Сын был порядком выше отца и, кроме прически и манер, все еще ничем не выдавал свое родство со знаменитым Машером старшим.

– Должно быть, вы устали с дороги?

– Нет! На корабле я выспалась на несколько недель вперед!

– Прекрасно! В честь вашего приезда организован небольшой вечер. – Дешон заставил меня почувствовать себя важной гостьей. Когда мы обошли корабль с другой стороны, солдаты в форме изменили свой строй и последовали за нами тем же полукругом. По ту сторону стояли десятки ультрасовременных авто без колес разных оттенков голубого металлика.

– Лора? Вы позволите мне сопроводить вас в вашем первом полете на парящем?

– Да, конечно.

Я заметила, как Авиям немного нахмурился, усаживая меня в бесколесную машину. Ну конечно! Сидений ведь всего два.

– Мы с Борисом отправимся следом. – шепнул он, пристегивая ремни.

– Я покажу Лоре озеро, чтобы окончательно впечатлить.

Все расселись по авто. Я наблюдала из окна, как трава неописуемо красивого зеленого оттенка очень плавно начала отдаляться. Так вот почему у авто нет колес! Машины по сторонам от нас повисли на пол метра в воздухе и с секундным запозданием рванули за нами. Дешон дал мне время прийти в себя и не спешил с разговорами, хотя я уверена, посадил он меня с собой не просто так.

– Вы должно быть не знаете, но Авиям с детства любил плавать.

Вот еще одна общая черта отца с сыном. Они оба начинали разговор непредсказуемо, порой Авиям очень сильно смешил меня этим. Сейчас я тоже улыбалась.

– Это озеро я создал специально для него, ему тогда было восемь лет. Озеро послужило украшением для местных пейзажей и стало нашим достоянием. Оно вооон за теми холмами. А правее будет наша фамильная усадьба вблизи поселения порядка десяти тысяч человек. Место, которое станет вашим новым домом.

Меня окатило волной невероятного счастья. Всего лишь две недели назад я думала о смерти и даже не мечтала, что все может так круто перевернуться. А еще двумя месяцами ранее я ни за что бы не поверила, что когда-либо ступлю на планету на другом конце нашей галактики. И уж точно не думала, что соберусь вскоре замуж!

– Здесь очень красиво! Я часто пыталась представить, какова же природа на других планетах…! – я, не отрываясь, смотрела в окно и не могла скрыть свой восторг.

– И как впечатления?

– Здесь все, как на сказочной картинке! На самом деле я и Земли то толком не видела. На Альбусе везде так?

– И да, и нет. Но поверьте, вы найдете, чему приятно удивиться. Скоро мы будем пролетать через группу деревьев, которая давно вымерла на вашей Земле. По этой причине у нас есть пейзажи, которых вы даже представить себе не могли. После брачной церемонии Авиям обязательно покажет вам наши достопримечательности.

– Когда пройдет церемония?

– В ближайшие дни. Возможно, вы знаете, наше время измеряется немного по-другому. В наших сутках тридцать шесть часов. Однако наши минуты идут быстрее, поэтому это время равносильно вашим тридцати двум с небольшим часам.

– Сколько сейчас времени? Уже вечер?

– Сейчас то самое время, когда мой сын, по обыкновению, пропускает очередной семейный ужин.

Несмотря на строгий тон, Машер старший улыбался.

Мы приближались к озеру и вот-вот воспарим над его голубой гладью. Природа Альбуса казалась фантастической. Если это не самое прекрасное место на этой планете, то мне не хватит фантазии представить что-то еще более впечатляющее. Мы облетели озеро по кругу, периодически замедляя ход, и свернули в сторону поселений.

– Знаете, за пять минут поездки с Вами, я узнала об Авияме больше, чем за все время.

– Правда?

– У него есть дурная привычка не отвечать на мои вопросы о себе.

– Мой сын всегда был довольно скрытен.

Дешон резко перешел на серьезный тон.

– Лора. Я хочу поблагодарить Вас. Противостоять порой несносному характеру моего сына не под силу даже мне. Но Вам удалось наставить его на верный путь. Без Вашего согласия Авияма ждали бы очень серьезные последствия. Теперь же все будет иначе. Вот увидите, мой сын станет для Вас хорошим, достойным мужем. Я вижу, насколько он уже проникся Вами. Но Авиям очень непредсказуем, и я хочу рассчитывать на вашу помощь и влияние и дальше.

Сегодняшний вечер прошел словно в тумане. Сложно было поверить, что я нахожусь в совершенно другом мире. Наверное, что-то подобное и чувствуешь, когда твоя самая безнадежная мечта осуществляется.

Авиям привез нас с Борисом в дом Машеров, у нас бы оно могло называться «семейное поместье», а сам ушел по каким-то делам, пока мы осматривали свои комнаты.

Я стояла под проливным душем и вспоминала все сегодняшние события по порядку. В целом, первый день на Альбусе я могла бы назвать счастливым. Авиям все время находился рядом и был крайне заботлив. Единственное, что меня расстраивало – это реакция его матери на меня. До знакомства с ней я часто пыталась представить себе женщину, давшую жизнь моему любимому. В моих мыслях она была красивой, статной, доброй, любящей и заботливой. Возможно, Люсеа и обладала этими качествами, я заметила, что она, как и многие, очаровалась Борисом и была с ним довольно любезной, однако ее расположение не коснулось меня. Я почувствовала холод уже при первой встрече, хотя предполагала, что женщине будет проще понять меня, а вот от характерного отца вряд ли стоит ожидать этого. Но все сложилось с точностью наоборот.

Я долго вертелась в кровати, размышляя, чем могла не угодить будущей свекрови, пока не уловила за распахнутым окном негромкий шорох. Я присела на кровати и прислушалась. Это напомнило мне звуки возни за окном в комплексе конгресса, когда на меня было совершено второе покушение. За секунду мое сердце разогналось. Соскочив с кровати, я на ватных ногах выбежала из комнаты.

Авиям еще не вернулся. Не могу же я заявиться в комнату к Машерам старшим! Не зная, куда деваться, ноги понесли меня в комнату Бориса. Я истошно задергала ручку двери, боясь обернуться и убедиться в погоне, и ввалилась к другу.

В комнате пахло алкоголем. Борис лежал посреди огромной кровати прямо в брюках, рядом на столике стояла открытая бутылка виски. Я закупорила ее, чтобы та перестала источать неприятный запах, а после закрыла все окна и улеглась в кровать, с головой накрывшись одеялом. Очень удачно, что мои стопы оказались рядом с плечом друга. Как только он начинал невыносимо громко храпеть, получал пинок и на минуту затихал. Пяти минут мне вполне хватило, чтобы успокоиться и крепко заснуть после очень долгого и насыщенного дня.

Я открыла глаза спустя много часов на том же месте, в той же позе. Через накрытое на голову одеяло я ничего не видела, но слышала голоса.

– … и постарайся поменьше употреблять. Я не могу указывать тебе, что делать, но твоему отцу это бы не понравилось. Я обещал ему приглядывать за тобой.

– Я… Да. Мне в самом деле нужно отвлечься.

– У тебя три дня. Вернись до церемонии.

– Ты уезжаешь?! – я вынырнула из-под одеяла и уставилась на Бориса.

Если бы друг от неожиданности не лишился дара речи, он бы громко взвизгнул, увидев меня в своей постели. Должно быть, он недавно проснулся и не успел хорошенько осмотреться.

Друг переводил тревожный взгляд с меня на Авияма и выглядел слегка напуганным. Авиям же удивления не выказал. Он знал, что я здесь.

– Как ты здесь оказалась? – Борис еще не успел прийти в себя.

– Прости, мне стало страшно вчера ночью, и я пришла к тебе.

– Лора, в моем доме ты в полной безопасности. Поверь. Местность на долгие расстояния окружена всевозможными непреодолимыми видами защит. Непреодолимые они, потому что я лично их сконструировал, и никому о них не известно.

Я слышала подобную уверенность и в гарантии точности труфинджера, разработанного Дешоном, однако мы оба знаем, что это оказалось неправдой. Каким-то образом Авиям прочел эти сомнения на моем лице.

– Лора, я обещаю, здесь с тобой ничего не случится. У меня все под контролем.

– Да, извини, просто вчера мне показалось… Впрочем, неважно. Борис, куда ты уезжаешь?

– Борис немного осмотрится на местности, ему нужно развеяться.

Мне стало грустно расставаться с другом так скоро, неужели это, и правда, сейчас необходимо?

– Стало быть, я начну собираться.

Борис слетел с кровати и скрылся в ванной комнате.

– Лора, я попрошу тебя тоже собраться. Скоро мы выезжаем.

– Куда?

– Небольшое медицинское обследование. Это стандартная процедура для любого альбуссита, ничего особенного. Наши доктора осмотрят тебя, сделают кое-какие анализы, по необходимости выпишут лекарства или витамины.

Ох, как же я не люблю больницы! Хотя, может, здесь нет всех этих очередей и суматохи.

Дорога в медцентр заняла около сорока альбусситских минут. Борис ехал за нами на отдельном авто, на котором после обследования отправится погостить к друзьям по конгрессу. Я была подавлена столь скорой разлукой и всю дорогу до центра молчала. Меня не заинтересовали даже крупные незнакомые поселения.

Да, я сержусь на него! Сначала он избегает меня, а теперь и вовсе бросает! Я думала, мы будем держаться вместе…

Здание мед центра поразило меня своей величиной и красотой. На крыльце нас встретил доктор, хороший друг Авияма. Лишь редкие пряди поседевших волос указывали на довольно зрелый возраст мужчины.

– Лора, меня зовут Эрл, сегодня ты моя главная пациентка!

Это было довольно простое предложение, поэтому мне не составило труда понять его, хоть доктор и говорил на тулинге довольно быстро. Я постаралась улыбнуться приветливому доктору.

С Борисом все было проще, он проходил полное обследование около полугода назад, и его тут же увела молоденькая медсестра с обещанием, что много времени процедура не займет. Меня же повели на четвертый этаж. В лифте доктор задал несколько вопросов Авияму обо мне на тулинге, из которых я поняла только вопрос про возраст.

Мы вошли в огромный оборудованный зал со множеством мониторов, сенсорных панелей, проводов и несколькими кожаными креслами. Назвать их кушетками язык не поворачивался.

– Авиям, попрощайся ненадолго с Лорой. Обещаю уже к вечеру вернуть ее обратно.

Авиям, всю дорогу державший меня за руку, встал напротив и прижал мои ладони к своей груди.

– Все хорошо?

– Разве что немного страшновато.

– Бояться не нужно! – вмешался доктор Эрл, как раз проходивший мимо. – Ты ничего не почувствуешь. Мы избавим тебя от некоторых неудобств и ожидания и введем в состояние сна. Во время всех процедур ты будешь беззаботно спать.

А вот это приятная неожиданность.

– Я провожу Бориса и вернусь как раз ко времени, когда ты придешь в себя.

– Он уезжает из-за меня? – спросила я в лоб.

Авиям отрицательно покачал головой.

– Авиям, мне это не нравится. Сначала он избегает меня, а теперь и вовсе уезжает подальше!

– Лора, все не так. Мы пробыли в космосе по меньшей мере месяц. У молодого парня есть свои потребности.

– Ах… а, ну да.

Так вот что скрывалось за фразой «Борису нужно развеяться». Какая же я дура!

Как бы намекнуть Авияму и о своих потребностях? Сегодня вечером нам уже точно ничего не помешает! Поскорей бы все закончилось, и мы вернулись домой.

Авиям потянулся ко мне губами и, коснувшись лба, прошептал:

– Жду не дождусь вечера.

Этого хватило сполна, чтобы вызвать во мне головокружение.

Напоследок Авиям обменялся парой слов с доктором и покинул кабинет.