Планета Эксперимент 2. Под венец с инопланетянином

Авиям сделал шаг навстречу мне, взял мои ладони и прижал к своей груди. Любимый принялся интенсивно поглаживать мои руки, он видит, как я нервничаю и хочет успокоить. Но от этого мне становилось только хуже. Знакомые белые пятна начали закрывать от меня подолы наших рубашек.

– Лора. – уверенно начал Авиям. – Мое Солнце! Мне никогда не забыть день, когда я впервые увидел тебя. – Авиям говорил очень пылко, но негромко, только для меня. – В тот самый первый день нашей встречи я был ослеплен! Твои глаза сияли ярче солнца, все вокруг растворилось, померкло в лучах их света! Ты отвернулась, но ослепленный, куда бы я не посмотрел, не видел уже ничего, кроме твоих глаз.

Слезы хлынули ручьем и обожгли щеки. Сил держать их в себе не осталось.

– Я люблю тебя, Лора. С первого взгляда. Для меня нет большего счастья, чем твое согласие разделать со мной свою жизнь. Отныне ты моя душа, мое Солнце, мой воздух!

Я рыдала навзрыд и не могла совладать с собой. Все тело тряслось, и Авиям еще сильнее прижал мои ладони к себе. Я ничего не видела.

– В этой жизни и в любой другой, среди миллиарда звезд моя душа всегда будет искать твой солнечный свет…

Белые пятна заполонили все. Авиям замолк и отдаленно до меня донеслась суматоха, пробежавшая по кругу, прежде, чем мои ноги подкосились.

Я открыла глаза в своей спальне. На лбу примочка, пахнущая травами, к кистям рук подключены какие-то устройства. Напряжение витало в воздухе, а недоброе предчувствие окутало мысли. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы восстановить цепочку последних событий. Я все испортила.

– Она пришла в себя!

– Скажите Авияму!

– Борис?

– Привет, лапуль. Как ты?

За окном смеркалось. В комнате горел приглушенный свет, но я все равно поморщилась.

– Сколько времени? Как давно я здесь?

– Около пяти часов. – отозвалась Грейс.

– Грейс! Девочки! Я так рада вас видеть. Простите меня! Вы ведь ехали издалека! А я все испортила!

– Лора, не нужно беспокоиться о нас.

– Не знаете, где Авиям? Мне нужно с ним поговорить.

– Он совсем недавно отошел…

Авиям буквально влетел в комнату и опустился на освобожденное Борисом место. Моя ладонь снова оказалась на его груди.

– Борис, будь добр, пригласи Эрла.

– Нет!

Авиям сканировал мое лицо и выглядел перевозбужденным.

– Мне нужно поговорить с тобой.

Любимый напряг скулы, но согласно кивнул.

– Увидимся! – попрощались девочки и оставили меня наедине с несостоявшимся женихом.

Авиям переоделся в деловую повседневную одежду, и даже в таком полуобморочном состоянии у меня захватывало дух от его мужественной красоты.

– Прости меня, пожалуйста! Я не хотела, чтобы так все вышло.

– Лора, солнце, ты не должна извиняться. Во всем виноват я. Ты столько пережила, я не имел права заставлять тебя снова нервничать.

– Это здесь не при чем.

– Мы устроим церемонию завтра утром. Только я и ты.

– Нет, Авиям. Нет! – мои глаза наполнились слезами, и я глубоко вдохнула, собираясь с силами озвучить тяжелое для меня решение. – Мы не можем пожениться.

Мне не хватило смелости посмотреть ему в глаза, и я ждала ответ, уставившись вниз на свою белую рубаху.

Молчание затянулось.

– Ты боялась сказать об этом? – любимый голос с хрипотцой звучал грустно. – Лора, я улажу все с отцом. Обещаю, проблем не будет. Ты хотела поговорить об этом до церемонии, так? Эрл сказал мне.

Я кивнула.

– Почему ты не поговорила со мной ночью?

– Я узнала об этом совсем недавно.

Я спрятала лицо в ладонях, борясь с подступающими рыданиями.

– Все хорошо, я с тобой.

– Нет, Авиям! Все плохо! Это ужасно! Я не хочу этого!

– Солнце, я все решу, тебе не о чем беспокоиться.

После нескольких громких всхлипов я набралась смелости, чтобы произнести.

– Я беременна, Авиям! Беременна! Я точно не знаю, но уверена, это так!

Я выговорилась, и всхлипы прекратились.

– Я знаю.

– Знаешь?!

– Эрл сообщил мне во время твоего обследования.

– Почему ты не сказал мне?

– Я хотел сделать это позже.

– То есть ты хотел взвалить на себя эту абузу?

Авиям непонимающе уставился на меня.

– Есть шанс, что это твой ребенок?

Лицо любимого ожесточилось. Он напряг скулы и отрицательно качнул головой.

Я была к этому готова. Я знала, я чувствовала это.

– Может, все-таки…?

– Лора, мы владеем технологиями, которые землянам еще долго будут неведомы. Это проверенная информация. Ребенок… не мой.

К горлу подступила тошнота. Во мне сейчас живет и растет с каждым днем все больше часть одного из тех ублюдков.

– Мне нужно как можно скорее избавиться от этого. Когда я смогу…

– О чем ты говоришь?

– Я не стану вынашивать ЭТО!

– Нет, Лора, никто не пойдет на такое. Это невозможно.

– Что? Авиям, я не хочу его! Я ненавижу этих сволочей! Мне мерзко от одной мысли, что это во мне! Я хочу сделать это сейчас же! Я поговорю с доктором Эрлом, он ведь здесь?

– Лора, давай обсудим это завтра. Тебе нужно время, чтобы совладать со своими эмоциями и принять…

– Нет, мне нужен доктор Эрл! Я не усну, если не поговорю с ним!

Я стояла на своем, и Авияму ничего не оставалось, как поддаться моим уговорам.

Доктор Эрл выглядел непривычно серьезным. Надеюсь, со мной он будет, как прежде, добрым и мягким.

– Как самочувствие? – начал он с порога.

– Не очень. – не стала обманывать я.

– Головная боль? Тошнота? Усталость?

– Мне нужно поговорить с вами. Наедине.

– Об этом не может быть и речи. – вмешался Авиям.

Я должна быстрее избавиться от этой грязи, пока оно не начало превращаться в ребенка и стало поздно.

– Авиям… – попытался договориться Эрл.

– Отныне все вопросы, касающиеся друг друга, мы решаем вместе.

– Но ведь бракосочетание не состоялось…

– Состоится в ближайшее время.

– Я не выйду за тебя беременной!

По напряженным скулам, я поняла, что Авиям начинал злиться. Он подсел ко мне ближе и крепко заключил лицо в ладони.

– Лора. У нас нет другого выхода! Это наш ребенок.

– Это не ребенок! И я не могу больше это терпеть! Мне нужно избавиться от него!

В надежде усмирить мою бурю, Авиям прижал меня к груди.

Я рожу ребенка только от него. Я свихнусь от мысли, что могу родить от самой последней твари!

– Эрл. Мы можем ей чем-то помочь?

– Авиям! Ничто не может заставить меня помогать в этом. Даже тебе. Как бы не была мне дорога наша дружба, но ты просишь о…

– Да нет же. У тебя есть успокаивающее?

– Да! Погрузите меня в сон, как вы это любите, чтобы я очнулась на девятом месяце! Надеюсь, все это время, мне будет сниться, как я умираю при родах!

– Она не понимает, о чем говорит. – объяснился после долгого молчания Авиям перед доктором, будто я несла какую-то чушь.

– Доктор Эрл, пожалуйста! Я хочу избавиться от этого! Это ведь еще не ребенок! Я прошу вас! Я не смогу стать этому матерью, я не смогу полюбить это! Я рожу ребенка только от одного мужчины, в браке!

– Лора, давай мы договоримся, что поговорим с тобой об этом завтра. Мы все решим, я обещаю. Нет, прости, завтра я не смогу. Послезавтра.

– Это слишком долго.

– Нам будет над чем подумать все это время.

– Вы сведете меня с ума от этих мыслей за один долгий Альбусситский день! Имейте ввиду, если вы откажетесь помогать мне, я вернусь на Землю и все сделаю там.

От меня не укрылось, как доктор порой переглядывается с моим женихом. Наверное, они настолько близкие друзья, что понимают друг друга с полувзгляда.

У меня появилось немного надежды. Я верю, что достучусь до доктора, если же он не поможет, я обращусь к Грейс. Правда, придется ей все рассказать.

До глубокой ночи мы с Авиямом провалялись в кровати в обнимку. Он без конца целовал мои руки, лоб, шею, и мне становилось спокойнее. Буря понемногу улеглась, забрав все силы. Но даже длинная восемнадцатичасовая Альбусситская ночь не помогла мне выспаться. Я чувствовала себя уставшей и разбитой.

Со вчерашнего дня я не видела родителей Авияма, и после того, что я устроила, сомневаюсь, что наша встреча будет приятной. Поэтому мысль о завтраке в кругу семьи с самого утра начала пугать меня. Однако, все сложилось наилучшим образом. Авиям передал сообщение, что мои подруги устраивают пикник на озере и ждут меня. Я быстро переоделась и уселась в авто, на котором Авиям повез меня на встречу. Очень удачно, что в коридорах мы никого не встретили.

– Лора.

Мы остановились у дальнего берега озера недалеко от большой деревянной беседки. Жених протянул фулскрин и помог закрепить вокруг руки. Целуя меня на прощание, Авиям нежно погладил бедро. От захлестнувшей страсти вмиг закружилась голова.

– Жду не дождусь вечера.

Авиям помог мне выбраться из парящего авто, забрал из багажника угощения, которые оказались для меня сюрпризом, помог установить все это на уже довольно заполненный стол беседки, и оставил меня с подругами.

Первые минуты с девочками были полны неловкости. Мы молча наполняли подносы едой и раскладывали по тарелкам. В одном из глиняных блюд, принесенных Авиямом, я приметила крупные грозди спелого красного и зеленого винограда. Как же он внимателен! Сердце наполнилось нежностью, а легкие необычайно свежим воздухом с примесью влажной почвы и хвои.

– Не могу налюбоваться местными пейзажами! Вайкиша, а каково на Экваторисе?

– Наши пейзажи не столь живописны, но поверь, завораживают ничуть не меньше. Экваторис очень близко расположен к своей звезде, белому карлику, как вы это называете.

– Белый карлик? Серьезно?

– Когда звезда начала выгорать, наши предки переселились по соседству. И, миллионы лет они ждали возможности вернуться в родную звездную систему.

Я слушала Вайкишу с открытым ртом, пытаясь постичь немыслимые временные масштабы.

– Лора, не забудь прожевать виноград.

Я рассмеялась и едва не подавилась. Вайкиша умеет разрядить обстановку.

Надеясь на мою рассудительность, Авиям не стал напоминать о важности моей диеты, но поставил передо мной свертки того самого несъедобного суфле, который мне прописал доктор Эрл. Хорошо. Если оно поможет восстановиться, нужно быстро проглотить его. Авиям ведь так переживает за меня! Я пододвинула блюдо с неаппетитной жижей и поморщилась от сладковато-древесного запаха.

– Расскажите, чем закончилась вечеринка? Сюин призналась в любви Аллану при всех?

Девочки оживились.

– Нет! Она заявила, что сделает это только после тебя! Мы ждали тебя, а позже решили, что ты сбежала, чтобы избежать этого позора. – Эла, как всегда, говорила очень быстро.

– Как бы не так… – я зажала нос и налегла на докторскую еду. Хотелось уже начать наслаждаться незнакомыми вкуснопахнущими блюдами.

– Лора, так получилось… Мы знаем, что с тобой произошло. – Грейс виновато поджала губы.

Я почувствовала облегчение. Одной тайной между нами меньше. Мне сейчас так нужна поддержка подруг!

– Брэди Уилсон оказался последней свиньей! Мы с родителями были в Италии, когда отец узнал об этом. Эмма случайно подслушала разговор и передала все мне. Я решила, что это шутка. Но потом вспомнила о твоем резком исчезновении и так испугалась! Лора, прости нас! Как мы могли подумать, что ты сбежала! Нужно было… если бы мы сразу спохватились… Какие же мы дуры!

Последние слова возмутили Вайкишу. С такой невысокой оценкой своих умственных показателей она была не согласна.

– Грейс, все хорошо, не нужно думать об этом. Со мной был Авиям. Мне повезло, что он узнал о плане Уилсона.

– С вами был и Борис?

– Да. Он здорово поддерживал меня. Если бы не он…

– Расскажи, что случилось! Мы потерялись в догадках, не знаем, чему верить.

Я поведала девочкам почти обо всем, начиная со встречи с Уилсоном в баре на дне рождении Дарины. Они слушали очень внимательно, часто комментируя и ужасаясь новым открывшимся им подробностям.

– Так ты знала о Земле? Я имею в виду ее историю. Борис рассказал тебе?

– Нет. Борис ничего мне не рассказывал. Я догадалась сама. Не сразу, но в какой-то момент я собрала в голове все наблюдения и сделала выводы.

– Ты очень умная!

– Уилсон дал мне фулскрин. Я случайно открыла на нем карту, и через какое-то время, не без воспоминаний о монументе в гостинице Альбуса, пазл в моей голове сложился.

Несколько минут девочки молча пережевывали информацию.

– И ты беременна…

– Вайкиша!

Девочки принялись ругать подругу.

– Нет-нет, мы с Авиямом не ждем ребенка.

– Зачем ты тогда ешь эту дрянь?

– У нас это едят беременные. Чтобы восполнить витамины и прочее. – пояснила виновато Грейс.

– Доктор Эрл сказал, что у меня истощение. Он велел есть это целую неделю. Там, на корабле, у меня совсем не было аппетита.

– Ааа!

Кажется, девочки мне поверили. В какой-то мере это действительно была правда. Я и Авиям не ждем ребенка, ведь ребенок не его. И рожать я тоже не собираюсь.

– Кстати, помните подругу Сюин? Шен, кажется. Поговаривают, она беременна от парня с Пеимейн.

– Я слышала об этом, у них ничего не было.

– Девочки, я хотела спросить вас. Что вы знаете о родителях Авияма?

Я думала, вопрос вполне логичный от невестки, но девочки переглянулись.

– Я совсем их не знаю.

Пока девочки решали, с чего начать, я попыталась плавно подвести их к интересующей меня теме.

– Дешон показался мне очень располагающим к себе. А Люсеа… У нас почти не было времени толком познакомиться, но боюсь, я ей не нравлюсь.

– Люсеа – довольно милая женщина, Дешон в ней души не чает. С первого взгляда она может показаться строгой, но это лишь их семейная манера держаться на людях.

– Наверное, она думает, что я не подхожу Авияму.

– Не говори глупости, никто так не думает! – вмешалась Эла.

– Ты ей понравишься, вот увидишь! Дай Люсее время узнать тебя.

– Грейс, мне кажется, будущей женой своего сына она видела уж точно не такую, как я! Мне не знакомы традиции вашего народа! Я понятия не имею, какой должна быть невеста, чтобы родители жениха ее одобрили! Расскажи мне! Знаете, у некоторых народов нашей планеты есть обязательный ряд требований!

– Лора, ты напрасно переживаешь! Будь уверена, в тебе есть все, что ценят наши мужчины. Авиям… он единственный сын Люсеи. У нее была сложная беременность, и она больше не может иметь детей. Я знаю, они с Дешоном мечтали еще об одном ребенке, но ничего не вышло.

– Как не может? Разве Альбус не развит так, что землянам и не снилось? Неужели нельзя ничего придумать?

– Такие технологии не подвластны ни одной из планет Млечного пути.

Мне стало горько за Люсею, за ее несбывшуюся мечту, за так и не рожденного братика Авияма, о котором он, возможно, мечтал. Выходит, из-за первых родов она не смогла больше иметь детей. Почему? Что с ней произошло? А что, если мне пришлось бы все-таки рожать, и мои роды тоже оказались бы настолько тяжелыми, что я никогда бы не смогла родить Авияму ни сына, точную его копию, ни дочку, милейшее дитя с черными кудрями, как у папы?

– Люсее повезло, у нее замечательный сын. – поспешила утешить Грейс, видя, как по моей щеке скатилась слеза.

Я поспешила перевести тему.

– Вы надолго здесь?

– Я улетаю завтра. У папы много дел, поэтому мы должны вернуться.

– Эла прилетела со всеми своими родственниками! Все они хотели посмотреть на тебя! – рассмеялась Вайкиша.

– Я должна извиниться перед ними.

– Лора, не говори глупости! Им всем ты очень понравилась!

– Я бы дождалась повторной церемонии, она ведь планируется? – поинтересовалась Вайкиша.

– Да, конечно! Вот только не думаю, что это произойдет в ближайшее время. Мне нужно будет сначала пройти курс терапии у доктора Эрла.

– Все получится, вы созданы друг для друга! Я даже начала верить в любовь с первого взгляда. Авиям ведь так и сказал на церемонии?

– Правда?

– Да брось! Разве ты не из-за этого так расчувствовалась?

Очень удобно, что девочки сами придумывали мне оправдания, и не приходилось их обманывать.

– Да, я… это было очень волнительно.

Наш завтрак окончился в середине дня, и мы вышли из беседки на прогулку. Я сняла обувь, чтобы наслаждаться Альбусом всеми возможными органами чувств. Легкий ветерок приятно обдувал прохладой кожу. Местная звезда была порядком больше солнца, но лучи ее не столь обжигающие, хоть на дворе и стояла самая теплая пора года.

Разговоры о вечере в Париже и дальнейших путешествиях перенесли нас к воде, где девочки увлеченно пытались найти некие переливающиеся камни. За несколько часов ни один найден не был, и я так и не узнала, что же мы ищем. В завершении мы покатались на лодке, которую я до последнего принимала за автомобиль.

День выдался потрясающим. Я совсем забыла о проблемах, которые свалились на мои плечи.

– Мне пора. Сегодня мы ужинаем у папиного друга. Там будут одни старики, пожелайте мне удачи.

Авиям приехал за нами на четырех машинах. Три из них развезли моих подруг, а в четвертой отправились домой мы. Как же хочется поскорее запереться с ним в спальне! Но настроение жениха было заметно чем-то подпорчено.

– Что-то случилось?

– Нет. Извини, я задумался.

Последний раз я видела Авияма таким сердитым, когда…

– Борис?

Авиям грустно выдохнул.

– Не беспокойся за него. Ему нужно время. А у нас сегодня ужин в кругу гостей.

После завтрака прошло уже довольно много времени, поэтому я быстро смирилась с провалом своих романтических планов.

Мы вошли через задний вход, переоделись и спустились на ужин в ту самую открытую парадную со стеклянными колоннами вместо длинной стены. Все гости уже собрались и, казалось, ждали только нас.

Дешон галантно взял меня под руку и представил трем мужчинам и женщине примерно его возраста. Он вел себя и смотрел на меня, как обычно. Никаких признаков недовольства или разочарования я не заметила. Люсеа держалась повеселее обычного и даже, приветствуя, назвала мое имя, но ее поведение сквозило притворством. Думаю, без вмешательства Авияма тут не обошлось. Уж не подслушал ли он через мои сережки разговор с девочками? Как я могла про них забыть?

– Авиям, поторопи, пожалуйста, нашего дорогого Бориса. – обратилась мать к сыну.

Пока я пользовалась наушником с переводчиком. Моих знаний было слишком мало, чтобы обходиться без него.

– Борис не сможет присутствовать.

Люсеа заметно расстроилась.

Что же со мной не так? Что имела ввиду Грейс, сказав, что Авиям – ее единственный сын? Она намекала на ревность? Нет, не похоже. Люсеа не дала мне даже шанса, она будто просто заведомо невзлюбила меня. Будь на моем месте любая другая, не с Земли, Люсеа бы уже называла ее «дорогая».

Мы уселись за роскошный длинный стол. По краям стояли пирамиды из напитков и фруктов. Такую красоту я нигде не видела прежде. Напротив меня занял место Авиям, а Эвильен – по левую руку от него. Сегодня я снова замечаю, будто он поглядывает на меня гораздо чаще, чем нужно, чтобы это могло считаться приличным. Сразу же Авияма отозвал один из гостей, и Эвильен понял, что лучше возможности ему не представится.

– Лора – это Лауренсия, Лорэтта или Элеонора?

– Ничего из этого. Мое полное имя Лариса. Это простое Земное имя. – возможно, если Эвильен узнает, что я самая обычная простушка, он перестанет на меня так смотреть. Хорошо, что Авиям отошел и не может этого видеть, я бы не хотела, чтобы из-за меня случился конфликт. Помню, как он был резок с Алланом, когда тот проявил прилюдно ко мне интерес, хотя в то время мы были едва знакомы.

– У тебя красивое имя. Мой отец не смог присутствовать на церемонии, но слух о твоей красоте дошел и до него. Он даже посоветовал мне выкрасть тебя, раз церемония не состоялась. Такие случаи редко, но все же происходят, поэтому издавна принято скрывать красивых невест. И если невеста украдена, то только честный поединок может разрешить, за кого ей выходить замуж.

– Какое счастье, что дом под защитой! – не удержалась я.

– Правда? Я это учту…

– Эвильен! Я запрещаю подобные шутки с моей женой. Ты можешь напугать ее.

Авиям грозно уставился на своего язычного брата, прервав разговор со взрослым мужчиной. Каким образом он мог поддерживать диалог с ним и подслушивать нас? Эвильен лишь на секунду растерялся, а после расплылся в широчайшей улыбке и тихо пробормотал.

– Пока еще не с женой.

Сегодня мясо подавали с ягодными соусами, и запах его был, надо признать, скорее приятным. Эвильен, не умолкая, задавал мне вопросы из разряда «А как у вас на Земле…?» и часто отвечал на них смехом. Дешон сидел слева от меня и тоже прислушивался к нашему разговору, в то время как Люсеа очень живо щебетала со своей подругой, отвернувшись от нас в пол оборота.

– Дешон, не правда ли, наша Лорэтта очаровательна? И совсем не похожа на предыдущих бесчисленных женщин вашего сына.

Авиям свел скулы. Я знаю, что это означает внутренний рык, который он не хочет показать гостям. Эвильен очень смел, не представляю кто бы еще мог позволить себе такие шутки в присутствии Машеров. Я поймала суровый взгляд черных глаз и попыталась смягчить его улыбкой.

– Лора, действительно, особенная девушка. Авияму несказанно повезло встретить ее.

Мои щеки покрыл румянец. Я чувствовала, Дешон говорит искренне.

– Лора, думаю, ты не знаешь, но Авиям отвергал все кандидатуры, которые подбирала ему Люсеа. Люсеа! – Эвильен воспользовался паузой в диалоге двух женщин, чтобы обратиться к матери Авияма. – А какой вы представляли избранницу своего сына?

От меня не укрылось, как настороженно Авиям перевел на мать взгляд. Мое сердце застучало быстрее. Я склонилась над тарелкой, уплетая артишоки, чтобы не выдать своего волнения.

– Достойной. Статной. Эрудированной. Любящей. Верной.

Было в ее интонации нечто такое, что заставило Эвильена, прищурясь, перевести взгляд с Люсеи на меня и обратно. Может, он пытается увидеть эти качества во мне?

– Угу. – Эвильен нащупал больную мозоль и таинственно ухмыльнулся.

– Лора, если ты устала, я провожу тебя…

– Нет, не нужно, я хочу попробовать десерт. К тому же, это будет негостеприимно с моей стороны, ведь Эвильен заскучает, лишившись возможности испытывать свои провокации на нас.

В суровых глазах Авияма заблестел игривый огонек.

– Потерпи всего один ужин. Завтра Эвильен уезжает, и мы надолго забудем о нем.

– А пока я еще здесь, предлагаю одну небольшую земную традицию! Называется она «тост». Мы поднимем бокалы и выпьем после моих напутственных слов.

Гости с интересом последовали нашему примеру и вытянули в руках красивые утонченные бокалы. В моей руке Эвильен увидел стакан лимонада и принялся обшаривать глазами стол вокруг в поисках бокала с вином, коего, конечно же, не оказалось. С секунду он хмурился, пока его не озарило.

– Так все-таки… Что действительно не гостеприимно, так это умолчать, что наша дорогая невеста уже вынашивает малыша, пока я пытаюсь заигрывать с ней.

– Эвильен, ты испытываешь мое терпение! – Авиям вскочил и сжал кулаки.

Меня пробрала дрожь. До сих пор не по себе, когда он так злится.

– Да брось! С каких пор ты стал скромен в своих достижениях? Разве можно держать такое в секрете?

Слева резко отодвинулся стул, и через пару мгновений я заметила силуэт Люсеи, исчезающий за аркой. Машер старший подал едва уловимый знак сыну.

– Лора. Я провожу тебя к себе.

Мне ничего не оставалось, как послушно встать и позволить увести себя на этаж выше. Вечер был испорчен.

Мы вошли в мою комнату, и Авиям заботливо усадил меня на кровать.

– Я попрошу принести десерт.

– Нет! Я хочу, чтобы его принес ты.

– Я вернусь, как только объясню Эвильену некоторые правила поведения. Обещаю, я скоро.

Авиям, и правда, не заставил себя долго ждать и вернулся с большой стеклянной чашей незнакомого десерта, который так и остался нетронутым.

Несмотря на длинную ночь, мы проснулись поздно, и пришлось поторопиться, чтобы успеть на запланированную встречу с доктором Эрлом. Мне хотелось поскорее услышать, что он согласен помочь. Я преисполнилась надеждой, что уже к вечеру избавлюсь от своего бремени, и чем ближе мы были к цели, тем сильнее я волновалась.

Как и в прошлый раз, доктор Эрл встретил нас у входа. Его лицо еще издали показалось мне немного виноватым.

– Совсем забыл о нашей встрече. Столько дел! Ну, ничего, мы что-нибудь придумаем.

После долгих объятий Авиям оставил меня с доктором Эрлом.

– Лора, как самочувствие? Нет тошноты, головокружения?

– В этом плане все нормально.

– Сегодня тебе придется подождать, чтобы мы смогли как следует с тобой поговорить. У меня есть кое-какие дела, после того, как я с ними закончу, нужно будет отъехать на некоторое время… Лора? Что случилось? К чему слезы?