Тюрьма чужих воспоминаний

***

Блестящий экран опустился и замер напротив Жана. Он поднял глаза и посмотрел на свое отражение. Уставшее, худое лицо, всклокоченные волосы, глаза, замирающие надолго в одной точке.

– Все будет хорошо, – прошептал наигранно веселый, но мягкий голос, – Все пройдет и забудется.

Робот-ассистент продолжал висеть перед Жаном ожидая ответа, но тот смог лишь слабо кивнуть. Удовлетворившись этим, робот развернулся и зашуршал дальше по коридору. За ним открылся пост медсестер, рядом с ним плакат: счастливые до одури люди в экстазе. “Мнемозайн. Лучшие воспоминания без последствий” – гласил слоган.

– Да уж, – прошептал Жан, не спуская глаз с обезумевших людей.

Зашуршали автоматические двери. Жан подскочил и бросился наперерез седому мужчине в халате.

– Что с ней, доктор? – прохрипел Жан пересохшим горлом.

– Господин Арно, – доктор перегнулся через стойку и отдал планшет одной из медсестер. Она кивком подтвердила, что он угадал фамилию. –  Ваша жена…

Доктор ненадолго задумался, подбирая слова.

– Сейчас физически с ней все в порядке. Мы стабилизировали физиологическую работу мозга. Ей повезло, что… Подобный… Подобный приступ случился в людном месте и ей сразу смогли оказать помощь.

Жан выдохнул и слабо улыбнулся.

– Но…

– Но что, доктор?

– Я не могу ручаться за целостность ее когнитивных функций. Мы передадим данные нашему лучшему специалисту в этой области. Позже, он сможет провести анализ и возможно… Возможно, мы сможем разработать для нее программу лечения, если потребуется.

– И все?

– Послушайте, у вашей жены произошло нарушение функций мозга. Я предполагаю, но не берусь утверждать, что проблема могла быть вызвана модулем подключения.

– Значит, модуль мог вызвать такой сбой?

– Это первое, что пришло в голову, но в суд я бы с этим не пошел.

– Вы думаете, я тут сижу и думаю, как монетизировать вскипевшие мозги моей жены?!

– Успокойтесь, господин Арно!

Жан выдохнул и помассировал уставшие веки. Все окружающие смотрели на него.

– Суд меня не волнует. Я хочу понять, что случилось.

– Мы проверим ее на наличие генетических заболеваний. Возможно, это могло быть одно из них, хотя о подобных симптомах я не слышал. А модуль подключения… Он хоть и кажется очевидным выбором, но… За последние лет десять, проблемы с ним были только у тех, кто физически несовместим с его использованием. Но об этом узнают через неделю, максимум месяц, после установки. А ваша жена ходила с модулем годами, судя по её карте.

– Да, да. – согласился Жан, – годами. Может было несанкционированное подключение?

– Посреди оживленного места?

– Ах, вы правы.

– Пока ее не посмотрит наш специалист, я больше ничего не могу сказать. И если было несанкционированное подключение, то этим лучше заниматься полиции.

Жан продолжал кивать и соглашаться с врачом.

– А сейчас что-то можно сделать?

– Отдохнуть, господин Арно, отдохнуть. Человечество еще не смогло придумать лекарства лучше, чем хороший отдых.

Доктор легко пожал плечо Жана и участливо посмотрел на него, вложив в свой взгляд все профессионально отработанное сочувствие.

– Мне надо идти к другим пациентам. Вы можете повидать жену, но она в медикаментозном сне, поэтому не будет на Вас реагировать.

Доктор собрался уходить, но Жан задержал его.

– Я хотел бы к ней подключиться.

– Мы только что говорили о несанкционированных…

Жан поднял удостоверение на уровень глаз. Все сочувствие тут же испарилось с лица врача, оно стало непроницаемым.

– Вы уже начали расследование, офицер?

– Старший детектив, – поправил его Жан. – Нет, еще не начали.

– Вот когда начнете, тогда и поговорим. Заполните все бумаги и получите доступ к ее голове. В этой больнице уважают юридические нормы.

Жан заиграл желваками. Доктор не дрогнул.

– Я Вас понимаю, это Ваша жена, Вы волнуетесь, но давайте не будем спешить и совершать поступки, о которых потом придется жалеть.

Еще немного настойчивости и тяжелого взгляда не помогли.  Жан знал, что доктор прав. Пришлось убрать удостоверение и сдаться.

– Тогда я хотя бы побуду с ней.

– Это можно.

Доктор кивнул на прощание, подал знак медсестре и удалился. На его место приехал робот-ассистент, но Жан знаком прогнал его.

Медсестра провела до палаты. Внутри было темно, на стандартной койке лежало неподвижное тело, черные волосы разбросаны по подушке. Аппараты плавно вздыхали и попискивали.

– Я могу, если что, здесь вздремнуть?

– Конечно. Не буду Вас беспокоить.

Медсестра аккуратно прикрыла дверь. Жан склонился над женой, поцеловал ее губы, провел пальцами по едва теплому лицу. Присмотрелся к расплывающимся в темноте чертам.

– Почему мы с тобой всегда такие уставшие, птичка моя?

Ответил лишь слабый писк приборов.

Жан отстранился, отошел к двери, замер и прислушался. В коридоре тишина. Немного подождал, на всякий случай, затем начал осматривать дверь. Замка не было, он подхватил стул и подпер ручку, не очень надежно, при желании открыть дверь не будет проблемой.

Вернулся к кровати, подтащил ближе второй стул, сел. Из куртки достал небольшой прибор и положил жене на грудь. Из другой кармана появились провода. Привычными движениями, даже несмотря на отсутствие света, закрепил провода, подключил прибор, воткнул один из проводов в принимающий порт в основании черепа у жены, второй вставил себе. Запустил прибор.

Перед глазами загорелись надписи. “Арно, Жан. Подключение… Арно, Мари.” Строчки идентификационных данных, даты, модели, редкие строчки кода. Надписи вспыхнули ярче, затем начали гаснуть и отдаляться. Темнота вокруг сделалась непроницаемой.

В уголке зрения, где-то на самом краю, появляется надпись “Визуализация – ОК”.  Жан смотрит на себя, свою фигуру, словно из-за плеча, как в старых компьютерных играх. Но кругом остается непроглядная темнота, только надпись в углу мозолит глаза. Он поворачивается, пытается пройти вперед, но все еще остается в пустоте.

– Какого черта?

Голос не звучит, скорее пульсирует в голове.

Он отключился. Сидел рядом с ней и чесал штекером висок, пока думал.

Жан уже бывал в памяти своей жены. Тайком от начальства, но с ее разрешения. В прошлый раз прибор визуализировал поток ее памяти в виде огромного архива. Он крутил ручки, перемещал огромные стеллажи и искал что-то, что она никак не могла вспомнить. Было даже весело. Но сейчас вокруг ничего нет. Архива нет, только пустота.

Проверил все контакты, покрутил прибор в руках, не зная, что он может с ним сделать. Вывел на маленький экран данные по мозгу. У него нормальные показатели, у жены – тоже. Проблема не в мозге, проблема в самой памяти. Вернул все на место, подключился снова.

И опять темнота, опять пустота. Он валится на колени и сидит, глядя через свое плечо в пустоту. Вокруг ничего, от памяти его жены не осталось даже руин.

Надпись в углу быстро исчезла, в глаза ударил яркий свет. Жан зажмурился и не стал волноваться, уже знал, что происходит. Рядом стояли доктор и медсестра. За ними охранник, а рядом с ним полицейский.

Жан улыбнулся. Медленно поднялся и, резко развернувшись, стал убирать прибор. Охранник и полицейский подступили ближе, схватили его. Один начал выламывать руки, второй отобрал все оборудование и сложил в поданный медсестрой пакет. Жан не стал сопротивляться.

***

Глен замер, заметив впереди по коридору людей в мундирах. Он резко шагнул в сторону, в небольшой закуток, где стоял кулер с водой. Плеснул немного в стакан, начал притворяться, что жадно пьет, уставившись в небольшое зеркальце, которое обычно вешают на узких перекрестках. Подмигнул своему рыжему отражению.

Когда люди в мундирах прошли мимо, Глен швырнул стаканчик в мусорку, быстро оглянулся. Убедившись, что в моменте он один, Глен бросился вперед и без стука заскочил в один из кабинетов.

– Ну и бардак! – заявил он, – Там с больницы позвонили, начальство Вас сожрать хочет.

Он прошел вперед и плюхнулся на один из стульев у Т-образного старого стола.

– Поэтому мы прячемся в чужом кабинете, – промычал Жан, сидящий во главе. – Удалось поговорить с экспертами?

– Да, еле уговорил их бросить все и посмотреть наши данные вне очереди. В общем, говорят, что…

Жан жестом прервал его.

– Подожди, Нина придет, тогда расскажешь, чтобы не повторяться.

Оба смолкли. Сидели, глядя в разные стороны. Изредка за дверью слышались шаги, но никто не входил.

– Мне очень жаль, шеф, – прошептал Глен. – Знаю, она так важна для Вас.

– Спасибо, – Жан не поднял глаза от стола. – Ничем не могу ей сейчас помочь. Но могу найти того, кто это сделал.

– Да, это мы можем.

Еще несколько неловких минут тишины. Глен достал телефон, листал что-то, изредка улыбался. Жан статуей сидел и сверлил взглядом дверь. Словно повинуясь его желанию она открылась, и в кабинет проскочила невысокая миловидная блондинка со стянутыми в хвост волосами. Она знаком поздоровалась с присутствующими и села напротив Глена.

– Нашла кого? – спросил Жан.

Нина кивнула:

– Договорилась о встрече с главой регионального отделения.

– Неплохо…

– Конечно, я даже немного сама удивилась. Думала, скинут на какого-то пониже. Но на будущее, шеф, не звоните мне так рано, я чуть в душе не поскользнулась.

– Я запомню…

– Так, так, стоп, – встрепенулся Глен, – об этом поподробнее.

– Ой, заткнись, – отмахнулась Нина.

– А что?

– Ничего, – прервал их Жан. – Лучше расскажи, что там у экспертов.

– Да собственно… Хорошо, что Вы карту данных вытащили из прибора, а это этот олух патрульный сдал его на хранение.

– Ближе к делу.

– В общем, ничего. Все осталось так же, как Вы описали. Прибор не зарегистрировал проблем по физиологии, а визуализации не было из-за отсутствия данных.

– То есть все, что можно сказать, это то, что моей жене отшибло память? Прям наглухо?!

– Успокойтесь, шеф! – Глен дал Жану немного времени остыть. – Прибор для погружения хоть и делает диагностику, но это не его первичная задача. Ребята говорят, что надо делать полное обследование.

– Ясно, прости.

– Да я все понимаю. Я звонил специалисту, который должен провести осмотр в больнице. Он только пришел, еще ничего не успел сделать. Буду держать руку на пульсе и, если надо, замотивирую его как-нибудь.

– Спасибо.

– Мы, в первую очередь, ориентируемся на несанкционированное подключение? – уточнила Нина.

– Да, – Жан на секунду задумался. – Мари почти не пользовалась портом или какими-либо услугами. Впервые за долгое время она захотела взять себе небольшое воспоминание. И потом случилось то, что случилось. Каковы шансы?

– Да, – согласились оба подчиненных. – Каковы шансы.

– Ей стало плохо в обед, когда она с коллегами пошла в фудкорт неподалеку. Глен, собери записи с камер, прогони всех присутствовавших там через распознавание лиц.

– Шеф, это же сколько там народу в обед?

– Какая разница? Не тебе же картотеки проверять.

– Ну да, компьютер жаловаться не будет.

– Рассортируй всех, с кем она могла бы контактировать. Выдели группы с приводами, тех, кто работает в компаниях имеющих отношения к использованию портов для подключения. В любой форме.

– Это же буквально половина мира!

– Значит рассортируй половину миру.

Глен вздохнул, расстроенно почесал затылок.

– А Вы чем займетесь?

– Мы с Ниной поедем в Мнемозайн, жена у них покупала воспоминание.

– Пустая трата времени.

– Знаю, – согласился Жан, – но я все же попробую поговорить с ними. Может смогу получить копию оригинала и логи интеграции.

– Глен прав, – присоединилась Нина к уговорам. – Воспоминания – корпоративная собственность. Они без решения суда нам могут только в лицо плюнуть.

– Вот, вот! – согласился Глен. – И у нас сейчас нет ничего, что мы могли бы принести судье для получения ордера.

Жан поднялся, подчиненные сразу смолкли.

– Что еще вы предлагаете?

– Езжайте к жене, – предложила Нина. – Побудьте с ней. Так будет лучше.

Водрузилась тишина. Жан разглядывал стол перед собой.

– Когда встреча?

Нина скользнула глазами по запястью.

– Через полтора часа.

– Хорошо, поедем сейчас. Выпьем кофе по дороге.

Жан больше ничего не сказал. Дверь скрипнула за его спиной.

– И зачем ты? Знала же, что он не сможет там сидеть и ждать.

– Знала, но хотела попробовать.

Они поднялись и вышли в коридор.

– Присмотри за ним, какой-то он совсем разбитый, – попросил Глен.

– Хорошо.

Нина вышла на парковку, где Жан уже сидел в своей машине, откинув кресло в лежачее положение, чтобы его не было видно с улицы.

***

Нина была за рулем, но автомобиль двигался на автопилоте. Проехали последний перекресток, повернули, оказавшись перед зданием из двадцати стеклянных этажей. Автомобиль на несколько секунд задумался, мигая аварийными огнями, затем резко разогнался, развернулся на следующем перекрестке и вернулся, припарковавшись на свободное место через дорогу от главного входа.

– Вы все еще можете не идти, шеф, – заметила Нина.

– Знаю, знаю, – отмахнулся Жан. – Но я попробую. В худшем случае меня просто унизят.

Он вышел и перебежал дорогу, пропуская редкие автомобили. Здание странно нависало над улицей, окна не хотели блестеть от солнца и оставались угрюмо серыми. Погода была чудесная, но Жан этого не заметил.

Он проскочил через автоматические двери, прошел к широкой стойке регистрации. Секретарь оказался роботом. Услышав данные о встрече, он тут же выплюнул из груди гостевой пропуск. Не успел Жан ухватиться за него, как за спиной появился охранник на две головы выше.

– Ну у вас и сервис, – прошептал Жан, удивляясь его габаритам.

– Здесь не офис продаж, – заметил охранник.

Он проводил Жана до самых дверей офиса, в котором была назначена встреча. Секретарь регионального менеджера, симпатичная девушка, сидела за полностью стеклянным столом, через который был видно ее длинные ноги в короткой юбке. Охранник выпрямился во весь свой рост, сглотнул и указал на Жана. Секретарь подтвердила встречу и только тогда охранник ушел, раскрасневшись до ушей. Жан наблюдал за происходящим с полным безразличием.

После разрешения его провели в кабинет. Внутри все было модно, в лучших традициях западного и восточного дизайна: стекло, металл и дерево. На полках книги, “Как получить все” и “Вам ничего не нужно. Минимализм 101” стоят рядом, все новенькие, их никогда не открывали.

За столом загорелый молодой парень, до тридцати, одет с иголочки, холеный и лощеный, как младенец перед фотосессией. Подниматься он не стал, только указал Жану на один из гостевых стульев. Кофе предлагать тоже не стали, секретарша молча удалилась, активно виляя задом на потеху начальнику.

Наглядевшись на нее, он перегнулся через стол и протянул руку.

– Рик Морган, к Вашим услугам. Всегда рад помочь защитникам нашего спокойствия. Правда, я думал придет миленькая блондинка, которая назначала встречу.

– Нет, это моя подчиненная.

Жан пожал протянутую руку. Представился в ответ и довольно кратко изложил сложившуюся ситуацию. Рик кивал и всячески показывал, что разговор ему не безразличен, но постепенно упоминание Мнемозайн и проблем одном предложении явно стало вызывать у него недовольство. Дослушав, он наклонил голову и немного выпятил губы:

– Ужасная история, ужасная. Очень Вам сожалению.

– Спасибо.

– Получается, что сейчас у Вас ничего нет?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.