Путешествие на Элос

ГЛАВА 4

Рьен

«Госпожи» бывают разные. Бывают такие госпожи, что хоть стой, хоть падай. Каждое утро будешь пальцы лизать. А бывают такие госпожи, что вроде и вовсе не госпожи.

Это по документам у меня их было две. А на деле вторая, та, что входила в совет, любила устраивать вечеринки с участием подруг. И угощать их тоже любила. Нами. Мужьями.

Благо, было у неё нас семнадцать. И мне довелось стать всего лишь четырнадцатым.

Это важно – под каким номером идёшь. Алия права, первым советуют брать мастеров огня. Вот только огненных много, и обычно первый брак заключается по договорённости между семьями. Он у меня такой и был, только оказалось, что у госпожи уже имелся настоящий любовник, и вопреки старшинству меня сделали вторым.

Вторым – это в два раза меньше, чем первым. Это значит, что пальцы ты будешь лизать не только госпоже, но и первому.

Учитывая то, что я не из последней семьи, меня не устраивал такой расклад.

Вот и итог – возвращение в Центр, только если в первый раз я там был для соблюдения формальностей, то второй – уже по-настоящему. А потом – и в третий.

Третья госпожа с самого начала была для меня загадкой. Стройная, подтянутая, как мальчишка, и волосы подстрижены так коротко, как у нас не стригут ни женщины, ни мужчины. Глаза карие, какие-то отстранённые, как будто не мужчину покупает, тюк пищевых брикетов. Конечно, это задело, но я старался думать головой.

От незнакомки исходил вполне отчётливый запах дикой, не тронутой мужскими энергиями араты. И я затаил дыхание, не веря своей удаче… Сильная. И быть не может, но, кажется, я у неё первый. Зачем сильной зайхар бракованный муж на вроде меня?

Чем больше я за ней наблюдал, тем больше странностей наблюдал. Но все они вместе никак не складывались в единую картину.

Почему у такой сильной зайхар нет арсатов?

Почему муниципальное жильё?

Вопросы так и роились в голове, но мне стало абсолютно не до них, когда, войдя в квартиру, она отправила меня… отдыхать.

У неё тоже уже кто-то есть? Если так, то консумация брака не сделает меня первым в её глазах. Но если между нами вообще ничего не будет – то я никто. Просто купленный раб.

… И вот теперь мы сидим на кухне и смотрим друг на друга. Пьём дарн и я пытаюсь понять, что меня ждёт. Что за госпожа передо мной? Что творится у неё в голове? Почему она так мало знает о жизни – и в то же время выглядит такой спокойной, опытной и собранной? Настоящая зайхар. Вот только – не для меня.

– Для резонанса требуются сильные эмоции, – объясняю я то, что любой зайхар мать рассказала бы в раннем детстве. – любовь, ненависть, боль…

Алия

Задумчиво смотрю на своего нового спутника. Потягиваю отвар, стараясь оттянуть время.

Мне казалось, что во время секса я испытала вполне достаточные эмоции. Нужно что-то ещё? И почему боль? Сколько я читала, ни в одной элосской книжке нет и намёка на то, что зайхар можно причинить боль.

Судя по тому, как удивлённо распахиваются глаза Рьена, я сейчас дала слабину и что-то из этих мыслей взболтнула вслух.

– Эмоции должны быть у меня… госпожа, – тихо произносит супруг и умоляюще смотрит мне в глаза.

И тут до меня начинает доходит. Что-то в груди обрывается – хотя, казалось бы, с чего бы вдруг? Купила себе мужика, и хочешь, чтобы он к тебе что-то чувствовал? Да никто этого не обещал! Да, он тебе понравился, несмотря на шрам! А с чего ты, дура, решила, что понравилась ему?

В голове как последний и глупый аргумент вертится:

– Но у тебя же на меня встал!

Поняв, что и это ляпнула вслух, тут же поправляюсь:

– В смысле, в ванной минут пять назад ты выглядел весьма эмоционально!

– Я ещё не настолько стар, госпожа, чтобы не суметь порадовать женщину.

– Алия… – машинально поправляю я. Стыдно то как… Хотя с чего бы вдруг? – Сделай ещё вот этого, – тыкаю пальцем в отвар. Только бы не смотреть ему в глаза… и только дождавшись, когда он отвернётся, продолжаю: – В общем, так. Я не с этой планеты. Рада, что ты углядел во мне таланты зайхар, но не уверена, что в них так легко поверят остальные. Ты прав, ты мой первый муж. Но я не собираюсь останавливаться на достигнутом. В мои планы входит вступить в совет зайхар.

Молчит. Наблюдаю, как переливаются мышцы на его обнажённой спине. Отчётливо ощущаю, как он обдумывает всё сказанное. К счастью, муж не может подать на развод.

Когда он оборачивается ко мне, с удивлением вижу спокойствие на его лице.

– Я хочу тебе помочь, – говорит он. – Ты допустила много ошибок. Но я чувствую, что твоё решение принято не на пустом месте. У тебя нет выбора, как и у меня, так?

Нехотя киваю. Всегда неприятно показывать свою слабость.

– У тебя есть два пути, госпожа.

– Алия.

– Госпожа, – твёрдо повторяет он, как будто намеренно выстраивая между нами дистанцию. – Ты можешь добиться резонанса болью. И получить мастера огня. Или можешь принять мою помощь. Я расскажу тебе о нашем мире то, чего ты не читала в книгах. Я помогу тебе подобрать остальных мужей. Но ты не будешь меня трогать. Решать тебе?

В недоумении разглядываю его красивое лицо. Уверенный взгляд – в центре я видела больше двух десятков мужчин, но такой решимости – ни у кого.

– Но почему? – спрашиваю наконец. – Разве не будет лучше и для тебя, если в тебе пробудится дар? Я могла бы добиться его болью, – пожимаю плечами. – Могла бы и лаской. Зачем всё настолько усложнять?

На самом деле я вру, и отчаянно. И от понимания этого зудит в груди. Да, болью – могу. Добьюсь. Но лаской… Никогда не выходило у меня пробуждать в мужчинах то, о чём мы сейчас говорим. И видимо, это не зависит от того, на какой планете я живу.

– Есть причина, – Рьен, до сих пор казавшийся таким уверенным в себе, отводит взгляд. – Я не хочу о ней говорить.

– И тем не менее, без неё мы не двинемся дальше, – усаживаюсь поудобнее и закидываю ногу на ногу, всем своим видом демонстрируя терпеливое ожидание. Какое-то время Ръен медлит. Затем, вздохнув, продолжает:

– Уже есть девушка, которая вызывает во мне сильные чувства.

– Зайхар? – приподнимаю брови.

– Нет, она младшая.

Молчу, приглашая продолжать. Про младших я ничего не знаю.

– Не все же достигают статуса зайхар, – поясняет Рьен, наконец догадавшись о причинах моего недоумения. – Дочери тех, кто не стал зайхар, тоже не становятся зайхар.

– Я что-то об этом слышала… Их берут в дом как наложниц для мужей.

Рьен коротко кивает и отворачивается к окну. Теперь моя очередь осмысливать ситуацию. Если отыскать эту его младшую и пригласить в семью, возможно, Рьен будет мне благодарен. Но ещё одна женщина в моём доме? Могу назвать тысячу причин, почему это не кажется мне переменой к лучшему.

– Любовь любовью, – говорю наконец, – но мы с тобой оба так и будем жить в муниципальной квартире, если не завершим ритуал. Так что я предлагаю боль.

Рьен дёргается, оглядывается на меня.

Я поднимаюсь, подхожу к нему, осторожно касаюсь плеча.

– Мы же не обязаны делать это постоянно, так? Может, я тоже другого мужчину в перспективе хочу.

Вру. Безбожно вру. И с каждой секундой сильней. Но это, надеюсь, подождёт, потому что закрепиться на новой планете действительно важней.

– Мне нужны сильные чувства, – упрямо повторяет Рьен. – Их не достичь по договорённости на один раз, ты что, не поняла?

Стискиваю зубы. Да уж поняла. И видимо, придётся идти ва-банк.

Рывком разворачиваю его к себе и бросаю на колени. Перехватываю за волосы и склонившись шепчу в самое ухо:

– Забываешь своё место, мужчина!

Рьен рвётся из моих рук, силится посмотреть в глаза. Вижу на его лице ярость, обиду, неприятие. Всё то, чего хотела добиться.

– Проси прощения, – склоняю его голову ещё ниже, к своей ступне.

Рьен продолжает сопротивляться. Я судорожно ищу способа на него надавить. Вспоминаю про фонарик с шокером, который на всякий случай всегда ношу с собой. Приходится вернуться за ним в ванную, и без предупреждения пустить по телу мужа разряд.

– Проси! – повторяю я, пригибая его к своим ногам.

Рьен что-то шипит. Толи «зайхар», толи «тварь». И мне самой тошно от этого всего, но облегчение наступает мгновенно, сразу после того, как его губы касаются моих пальцев и над головой супруга вспыхивает оранжево-алая сфера огня.

Резко отпускаю его.

Рьен тяжело дышит. С ненавистью смотрит на меня.

– Ну, прости, – опускаюсь на пол возле него. Шокер кладу по другую руку, рядом с собой. Ловлю в ладони лицо. – Прости, Рьен. Не держи зла.

Ненависть медленно гаснет в его глазах. Но я всё ещё не могу понять, кем он теперь станет для меня – другом или врагом.

– Прости. Больше такого не будет, – наклоняюсь к нему и касаюсь губами губ. Ласково. Скорее как сестра, чем как жена.

– Госпожа, – цедит сквозь зубы.

– Алия, – напоминаю я.

Со злостью смотрит в ответ, но молчит какое-то время. Долго.

– Я земного чая привезла, – пытаюсь улыбнуться. – Сейчас сделаю. Посиди.

Это не бегство. Доставая из сумки чай, заваривая его в непонятном местном сосуде… Я терпеливо жду, когда Рьен отойдёт. Уверена, разумом он всё понимает уже сейчас, но пока не может подавить злость.

Невольно задумываюсь о том, насколько он не соответствует моим представлениям о мужчине на планете матриархата. Я думала, он будет покорным. Учитывая, какую категорию я выбрала с самого начала – может быть, даже забитым.

Но он нормальный мужик. Со своими заморочками – не без того. Мужчина, который совсем не планировал быть со мной.

Разливая чай по чашкам, невольно подавляю вздох. Это почти ритуал. Рьен – не первый любовник, которого я успокаиваю вот так.

К концу первой чашки он берёт себя в руки, я вижу это по его лицу и решаюсь спросить:

– Твоё предложение о помощи всё ещё в силе? Прежде чем ответишь – подумай о том, что наше общее положение мало изменилось. Ты прав. Мне будет трудно добиться статуса зайхар без тебя. Но и ты останешься мужем младшей, если откажешься мне помогать.

Ответа я так и не получаю. Не дождавшись, встаю, разворачиваюсь по направлению к двери, когда слышу тихий шорох у меня за спиной. И внезапно – тёплое дыхание у своего плеча. Не сразу понимаю, что Рьен уткнулся в него лицом. Склонился и почти обнимает меня.

– Рьен… – говорю с тихим удивлением.

– Не делай больше так.

В его голосе такая мольба, что я сама сглатываю подступивший к горлу ком. Разворачиваюсь, обнимаю его… провожу пальцами по мягким волосам.

– Не буду, я же сказала. – тихо отвечаю ему, но, подумав, добавляю: – если не доведёшь.

ГЛАВА 5

Разговор продолжить не получается – и это к счастью. Потому что для моей циничной натуры сентиментальных разговоров на сегодня явно достаточно.

Раньше, чем мы успеваем отойти от случившегося, раздаётся звонок в дверь.

– Открыть? – спрашивает Рьен.

– Нет, лучше посуду помой. Я сама.

Мытьё посуды – самая нелюбимая моя вещь во всех мирах. Даже просто сложить тарелки в автомат для меня психологическое испытание. К тому же с местной техникой не до конца всё понятно. Я ещё до того, как приземлилась, мечтала о том, как сброшу это неприятное занятие на одного из мужей.

К некоторому моему разочарованию, Рьен тоже кривится от такой перспективы. Хоть и молча отправляется выполнять. Ладно, не единственный же он у меня будет. Порабощу кого-нибудь ещё…

Оставив его на кухне, подхожу к двери, заглядываю в монитор видеофона. На экране девушка – и с ней плечистый силуэт. Видимо, муженёк. Муженька гостья держит на поводке. Провинился он у неё чтоли? Или это нормально для здешних мест?

Девушка звонит ещё раз, и я, сквозь дверь крикнув:

– Сейчас! – начинаю ковыряться с замком. Что тут и куда подносить разбираюсь не с первого раза, но наконец – святые звёзды! – электронное устройство срабатывает.

Девушка с улыбкой протягивает мне руку.

– Келла, – говорит она. – Я из пятьсот тридцать шестой.

Ага, у меня пятьсот тридцать седьмая квартира. Значит, соседка пришла знакомиться. Очень кстати – мне бы пригодился проводник по Элосу.

– Алия, – с такой же улыбкой отвечаю я, и какое-то время мы внимательно разглядываем друг друга.

Девушка молоденькая, лет двадцать пять, и весьма симпатичная. Волосы медовые, и всё личико такое… мягкое, с притаившейся на дне глаз неуловимой нежностью.

– Выпьете… чего-нибудь? – решаю я перейти к гостеприимству.

– Выпью, – Келла явно принимает обращение только на свой счёт. И, пользуясь тем, что я отошла в сторону, проходит в прихожую. Оглядывается по сторонам. – Аскетично тут у тебя.

Не знаю откуда на Элосе понятие «аскетизма». Скорее всего, шуточки чипа-переводчика. Вот же интересно, слову «зайхар» он альтернативы в нашем эсперанто не нашёл, а какое-то местное учение о вредности излишеств решил мне пояснить земным термином…

Парень – тоже довольно симпатичный, светловолосый, но как по мне – сладковатый на лицо – семенит следом за ней. Замечаю, что у него ещё и руки стянуты кожаным ремешком за спиной. У меня, конечно, куча вопросов относительно местного этикета, но вот дилемма – не знаю, стоит ли признаваться ей, что я иномирянка? Не решит ли, что и меня стоит посадить на поводок?

Пока думаю об этом, Келла заканчивает оценивать обстановку и, не дожидаясь дополнительного приглашения, направляется на кухню. Нет проблем, я за непосредственность в общении. А вот когда меня оценивают – не люблю.

– Я только переехала, – поясняю ситуацию. – Думала, ты потому и зашла.

– А! Не совсем! – Келла оборачивается и дарит мне жизнерадостную улыбку. – Я сама тут второй день. Только проснулась и решила пройтись, узнать, что интересного кругом.

– Ну, тут я тебе не помощница, увы. Сама ничего не знаю.

– Не проблема, – Келла подмигивает. – Можем обследовать окрестности вместе.

– Можем, – повернув голову, перехватываю насторожённый взгляд Рьена. И замечаю краем глаза, что Келла усаживается на диванчик, а её мужчина опускается на колени у ног. Келла протягивает руку, распускает ремешок, сдерживающий его запястья, и тот тут же меняет позу. Замирает на четвереньках, чтобы девушка могла опустить ноги ему на спину.

Так, ну, судя по обречённо-яростному взгляду Рьена, мы это практиковать не будем. По крайней мере, не на глазах у подруг.

Соревноваться с ней в том, кто лучше мужа выдрессировал, абсолютно не хочется, потому, обращаясь к Рьену, киваю на коридор:

– Осмотри квартиру и постели мне постель. Пожалуйста.

Рьен, облегчённо кивнув, исчезает в коридоре.

Старательно растягивая губы в улыбке, оглядываюсь по сторонам. Нахожу взглядом уже знакомый чайничек с травяным отваром и разливаю по чашкам. Сажусь за стол напротив новой знакомой.

– Я с мамой поругалась, – Келла кривит лицо. – Сказала, что пора мне обзаводиться собственными мужьями, а не трепать нервы папе. Вот, первая покупка, – Келла кивает на своего спутника. – А тебя как сюда занесло?

Отступать некуда.

– А я не с Элоса, – внимательно наблюдаю за выражением её лица, но вижу лишь, что в глазах Келлы мелькает любопытство.

– О! И как там, в других мирах?

– По-разному. Но пока у вас тут мне интересней. Только многое кажется… странным.

– М? Что, например?

– Ну, например… – опускаю взгляд на её «покупку», – мне говорили, что первый муж имеет довольно высокий статус в семье.

– Ну так это по сравнению с остальными, – хмыкает Келла. – А с капризами супруги нужно соглашаться. На то она и жена.

Осторожно выглядываю в окошко, чтобы выяснить, не ходят ли по улицам другие мужевладелицы с мужчинами на поводках. Да нет, вроде всё культурно. Да и вообще людей почти что нет.

– Не будь занудой! – угадав мои мысли обижается Келла. – Я же не на улицу с ним так вышла! И потом, он провинился – сегодня кофе мне без сахара принёс.

– Так! – демонстративно поднимаю руки. – Я не собираюсь лезть в чужие семейные дела. Извини что вообще задала вопрос.

– Вот это уже лучше, – Келла поудобнее устраивает ножки. И зачем-то добавляет: – Я вообще думаю его через недельку вернуть. Другого возьму.

Постаравшись не обращать внимания на жизненные подходы собеседницы, я решила, что надо выводить разговор на более интересные мне темы. Как то: где не имея денег взять второго мужа, как довести первого до полного резонанса и куда пойти вечером.

Первый вопрос Келлу явно повеселил. Она сказала, что её подруги практикуют обмен, но это было не совсем то – ведь я-то своего первого мужа никому отдавать не собиралась. Кроме того, мужей можно было перекупить у других зайхар, найти по переписке на рудниках – это Келла рассматривала как самый экзотический и экстремальный вариант.

– Они там дичают на своих шахтах. У нас же тут – спокойствие и рай, – она махнула рукой в сторону окна, указывая на чистенькую улочку. Действительно, сколько бы веков не просуществовала цивилизация Земли, какие бы экологические повороты не совершала политика нашего правительства, такой тишины я ни в одной нашей колонии не встречала.

Последним местом, куда Келла рекомендовала заглянуть, были клубы, куда сдавали вышедших из употребления мужей.

– Они, конечно, пользованные, – говоря эти слова Келла прочертила ноготком задумчивый зигзаг по спине своего спутника, – но зато та-акое умеют…

Откровенно говоря, с её точки зрения клуб был местом первым. Но я в своей личной иерархии всё-таки отнесла его в конец.

По поводу резонанса Келла долго хихикала. Из чего я сделала вывод, что он всё-таки связан с постелью.

– Не знаю, зачем это иномирянке, – призналась она. – Но самый простой способ заставить мужа резонировать – это очень сильно его взбесить.

У меня одна бровь поползла наверх.

– Эмоции, – Келла щёлкнула пальцами. – Эмоции создают самую крепкую связь. Да, в сказках сочиняют, что тут главное любовь… Но что такое любовь? Это привязанность. Кому и когда удавалось привязать другого человека радостью и нежностью? Ха и ещё раз ха. Боль, – ногти Келлы впились в загривок мужа, так что на коже заалели красные капельки.

– Всё, я поняла! – поспешно ответила я. Выходило, что Рьен не соврал. Только показал ситуацию так, как было выгодно ему. А я угадала другой вариант. Но учитывая, что, похоже, местные зайхар с мужьями не церемонятся, этот эксперимент может выйти мне боком. Абсолютно не хотелось терять доверие супруга в первый же день.