Датский двор времён Амлета II

«Рё Птитсманн (Rø Ptitsmand) (ок.1250? – ок.1630?) и его сводный брат Понтокидай Рибманн (Paantaakidei Ribmand) (? – ?) – датские драматурги и поэты, крупнейшие датские гуманисты середины второго тысячелетия н.э.

Расцвет творчества Птитсманна и Рибманна пришёлся на период правления Амлета I, его брата Клудия и их, соответственно, сына и племянника Амлета II. Дания, расположенная на задворках Европы, ныне маленькая и незаметная, во времена Амлета II претендовала на статус великой региональной державы. Амбициозный датский король (впоследствии – император) Амлет II поставил целью распространить своё влияние на весь известный к тому времени мир. Проводниками, агентами этого влияния Амлет II избрал лучших представителей датской творческой интеллигенции – Птитсманна и Рибманна.

В творчестве Птитсманна и Рибманна с невиданной до той суровой поры художественной силой отразились социальные противоречия, знаменовавшие собой кризис феодальной Европы, зарождение новых, прогрессивных для своего времени буржуазных отношений.

В немногих дошедших до нас произведениях Птитсманн и Рибманн, «Инь и Ян датской поэзии», как совместно, так и по отдельности воспевали трудовой героизм датского народа, вдохновляли его на борьбу с местными феодалами, острыми как шпага словами и выражениями разили иноземных угнетателей.

Как Птитсманн, так и Рибманн творчески переработали наследие средневековой датской лирики, создав в итоге нетленные образчики глубоко национальной поэзии, опирающейся на датские традиции и фольклор. Творчество Птитсманна и Рибманна насквозь проникнуто жизнеутверждающим началом, красочные зарисовки датской природы в их нетленных произведениях сменяются сценами масштабных народных гуляний, камерными лирическими эпизодами.

В творчестве Птитсманна и Рибманна сложно переплелись юмор и гротеск, лиризм и эпичность, масштабно изображён конфликт между монархическим деспотизмом и жертвами его произвола, тонко и точно расставлены акценты на необходимости в любых жизненных ситуациях следовать императиву нравственного долга.

В своём позднем, зрелом творчестве Птитсманн выступал апологетом провозглашённой Амлетом II политики построения Вертикали Добра.

Очевидно менее талантливый, чем родственник, Рибманн отличался от него бóльшим радикализмом взглядов. В произведениях Рибманна, насыщенных автобиографическими мотивами, нашли отражение сцены из жизни датских низов и верхов. Для Рибманна более, чем для Птитсманна, характерны прославление трудового подвига датского народа, ироническое отрицание заморских, заокеанских «ценностей».

В лучших творениях Птитсманна и Рибманна мир простых датских тружеников, их суровый быт противопоставлены разврату и загниванию датского двора, датской феодальной аристократии, в штыки встретившей, «заигравшей», заболтавшей прогрессивные для своего времени амлетовские идеи».1

Углубление противоречий в датском обществе обусловило переход Р.Птитсманна и П.Рибманна к жанру трагикомедии – такова трилогия «Датский двор», первая часть которой написана Птитсманном, вторая – Рибманном, а третья – ими совместно (в данном издании деление на части опущено).

Не более, чем пары слов заслуживает так называемый переводчик трагикомедии Игорь Белладоннин – слов, надо признать, не всегда ласковых. Не хочется здесь лишний раз склонять его фамилию (её и без нас просклоняет вдумчивый читатель) – ну, как говорится, какого нашли (о чём немало оставлено в настоящем издании «тёплых» редакторских комментариев). Но лучше уж так (познакомить читателей с творчеством Птитсманна и Рибманна), чем вовсе никак: не все у нас пока владеют стародатским в объёме, достаточном для понимания (и получения наслаждения от) первоисточника.

Странным образом, действие трилогии начинается с того момента, которым заканчивается небезызвестная трагедия «Гамлет» не менее небезызвестного У. Шекспира. Возникает глубоко закономерный вопрос: не гипер– ли реальные исторические персонажи Птитсманн и Рибманн являлись самыми что ни на есть настоящими авторами и «Гамлета», и прочих пьес, приписанных перу довольно-таки, скажем прямо, мифического У. Шекспира в угоду да и в подкрепление процветающему в мировой культуре на протяжении последних четырёхсот лет англоязычному литературному империализму как высшей стадии англоамероцентризма?

Читателю представляется счастливая возможность самому ответить на этот вопрос.

Научный редактор издания, проф. Ж.-Ж.-Ж. Птеродактель. Pterodactil@ymail.com

Действующие лица

(Статус указан на момент начала действия)

Народ Датский, в лице Первого, Второго и Третьего Граждан, а также членов молодёжных отрядов, слуг Франческо и прочих граждан

Народ Норвежский, в лице норвежского войска, норвежских стражей

Народ Московский, в лице слуг Московского посла

Хелга (в оригинале – Helga), простая датская старушка

Хелиг (в оригинале – Helig), простой датский старичок

Актриса, играющая Роксану (в оригинале – Roksana)

Актёр, играющий Джамлета (в оригинале – Giamlet)

Актёр, играющий Соперника

Главный комедиант

Бернардо (в оригинале – Bernardo), швейцарский страж на датской службе

Франческо (в оригинале – Francesco), швейцарский страж на датской службе

Марчелло (в оригинале – Marcello), швейцарский страж на датской службе

Горчицио (в оригинале – Gorcizio), швейцарский выпускник германского университета

Серок (в оригинале – Serok), датский алхимик-универсал, и его команда

Элиза (в оригинале – Elisa), сестра Серока

Айкоби (в оригинале – Aikobi), земляк Серока

Осмик (в оригинале – Osmik), датский придворный

Вассалы датской короны

Послы при датском дворе, в лице Московского посла

Амлет (в оригинале – Amlet), принц датский

Фортинбакс (в оригинале – Fortinbucks), принц норвежский

Курфюрст Ганноверский

Призрак Оливии (в оригинале – Olivia)

Призрак Клудия (в оригинале – Cludius)

Призрак Полония (в оригинале – Polonium)

Призрак Шлеенкранца (в оригинале – Schlehenkranz)

Призрак Кроненбанка (в оригинале – Kronenbank)

Пролог

Резиденция датских королей – замок Кроген2. Двор замка,

на часах у помоста с телом убитого накануне

принца Амлета – Франческо и Бернардо. Ночь.

Франческо (позёвывая)

«Ступайте тело Амлета стеречь!»

Кому он, на фиг, нужен после смерти?

Гиенам? Привидениям? Кому?

Бернардо

Истории. О том, что не умеешь

Выстраивать интригу – не берись.

(Франческо громко зевает.)

Не вздумай задремать: любой покойник,

Покуда не закопан, так и ждёт,

Чтоб к спящему подкрасться…

(хватает Франческо сзади за плечи и подпихивает его к телу Амлета)

Франческо (вырывается)

Да иди ты!

Бернардо (разводит руками и делает вид, что уходит)

Пойду – дежурь один.

Франческо

Ну погоди!

Бернардо (возвращаясь и демонстрируя вращательные движения)

А лучше, доставай своё орудье

И мух принцелюбивых отгоняй.

Франческо

Скажи ещё, червей-Амлетолюбов.

Вот сам своё достань и отгоняй.

А помнишь, как всё это начиналось?

Как ты меня сменил, когда привёл

Марчелло недоученного студня3,

Которому той ночью не спалось

Настолько, что на призрак потянуло?

Бернардо

Забудешь тут – такой калейдоскоп

От этого событий приключился!

Да, с призраком столкнуться – не к добру.

Франческо

Уж точно не к добру – ко злу и смерти!

Бернардо

Ах, если бы она хватала тех,

Кто сам давно мечтает, но не в силах

Отчалить на заслуженный покой!

Франческо

А есть такие, думаешь?

Бернардо

Уверен.

Помучаешься лет так пятьдесят

И смерти возжелаешь как спасенья.

Франческо

Лет сорок бы прожить – и хорошо.

Бернардо

Не думаю, что смерть от нас отстанет:

Ей хочется, как всякой, свежачка –

В соку, да при зубах, да при орудьи.

Франческо (шарит рукой по поясу)

Тут фляжка у меня припасена.

Давай их всех помянем поимённо.

Пусть первым будет Амлет.

Бернардо

За него!

(Пьют по очереди.)

Полония4 помянем.

(Пьют по очереди.)

Франческо

За Гертруду5!

(Пьют по очереди.)

Давай и за Лаверта6 отхлебнём?

Бернардо

Давай и про Лаверта не забудем.

(Пьют по очереди.)

Франческо

За Клудия7!

Бернардо

За Клудия глотнём!

(Пьют по очереди.)

Заметил, сколько мест освободилось?

Франческо

Каких-таких?

Бернардо

Над нами, наверху,

Вокруг златоточивого престола!

Ты юн ещё, дерзай, пока дают

Такую обстоятельства возможность.

Франческо

Да мне-то эти геморы зачем?

Я жизнью и сейчас вполне доволен.

Служивая профессия – по мне;

Спасибо, что протекцию составил.

Бернардо

Я сам сюда был призван прямо с гор –

А был бы без Марчелло козопасом.

Франческо

И я бы в козопасах прозябал,

По праздникам таскался б в Беллинцону8,

Чтоб задницу кому-нибудь надрать.

Бернардо

И кончил бы с кинжалом между рёбер.

А так ты пол-Европы прошагал,

Ты видел пол-Европы. Это важно.

Франческо

Чудес я нагляделся, это факт:

Здесь конунга9 увидел натурально,

И с принцами общался как с тобой.

Бернардо

И даже их останки караулил.

Франческо

Мне нравится, когда я на часах,

Мне нравится нести ночную вахту,

Мне нравится быть посланным в дозор.

И если я мечтал бы дослужиться,

То только не до первого лица –

Наверное, скорей до лейтенанта:

Ответственности меньше не в пример,

А почестей и прочего – в избытке.

Мне по сердцу такое. Это – жизнь!

Приспичит – тут же девку покупаешь…

Бернардо

Давай и за Оливию10 глотнём.

Вот тело мировое закопали!

Франческо

Я пил бы за Оливию всю ночь,

Но скорбь несоразмерна этой фляге.

(пьёт)

Бернардо

Глоток, ещё глоток, ещё глоток!

Всё вылакал, никак? Ну, молоток!

Франческо

Ох, бабу захотелось! Не поверишь,

Чуть стоит мне глотнуть – и невтерпёж!

Ты знаешь, что у стражников нормальных,

Которые в своих постелях спят,

Концы во время сна деревенеют

И так до пробужденья и стоят?

А тут и у меня зашевелился.

Не чудо ли? Нет, правда, ты скажи,

Не чудо?

Бернардо (отодвигается)

Я, пожалуй, отодвинусь.

Чем дальше от тебя, мой милый друг,

Тем дальше от греха.

Франческо (зевает)

Ты сам – редиска.

Давай поговорим, чтоб не заснуть.

Про девушек. Тебе неинтересно?

Тогда вот объясни, когда душа

Из тела вылетает: прямо сразу,

Как умер?

Бернардо

Я летальных дел знаток

Не самый знаменитый. Спросим утром

Студента, если вспомним.

(Появляется Призрак женщины в белом.)

Франческо

Я не сплю?

Услышало нас небо, и девица

Нам спущена в награду!

Бернардо

За нытьё.

И спущена вся в белом, как невеста,

Сбежавшая для нас из-под венца.

Похожа на Оливию. Допились.

Призрак Оливии (проходя мимо стражников, но не замечая их)

Ветка забилась под звездопад,

Дева укрылась, да невпопад.

Корни прошили брачный наряд,

Вас утопили – все говорят11.

Бернардо

Оливия! Некстати помянули.

Франческо

А тёлка – ничего, я даже взмок,

И платьице прозрачно, как ледышка,

И грудь так завлекательно торчит,

Один лишь недостаток: бестелесна.

Призрак Оливии (подойдя к парапету, за которым – крутой обрыв над проливом Эресунн12)

Звезда – к звезде, а туча – к туче,

Лишь я одна стою на круче.

Ни вверх не броситься, ни вниз,

Ни жить, ни ёкнуться на бис13!

Франческо

Но нас не видит, к Амлету идёт.

Бернардо

Склоняется над Амлетом зачем-то.

Франческо (нарочито возмущённо)

Какая! Неужели невтерпёж?

Призрак Оливии (поёт, склонившись над телом Амлета)

Была невеста хоть куда,

Омыли в три ручья

И обрядили в три венка:

Его – или ничья.

Король на свадьбе посажён,

За ним – короны цвет.

Пришёл отец, и брат пришёл14,

А милого всё нет.

Кого ты ждёшь – тот не придёт, –

Раздался бас отца. –

Но не горюй: уже спешат

К тебе два молодца.

Вот и они, знакомься, дочь –

В восторге я от них:

Могильный холод – твой жених,

И тесный гроб – жених.

Кто лучше из двоих орлов?

Попробуй, разберись!

Не можешь выбрать – не беда,

С обоими ложись.

Так и легла она с двумя

Под колокола звон

И дождь из полевых цветов,

И тут явился он.

Ты опоздал, дружок, она

Другому отдана:

С могильным холодом она

Навек обручена.

Ты опоздал, дружок, она –

Жена, да не твоя,

В обнимку с тесным гробом спит,

Траля-ляля-ляля15.

Франческо

Я чувствую, нам тела не сберечь.

Утащит – и чего мы будем делать?

Призрак Оливии

Уж первая звезда взошла и закатилась

За край небес, и северный холодный

Рассвет моргнул, готовясь к пробужденью.

Но где же ты? Я жду, я жду, я жду.

Бернардо

Намёк, что наш покойник недоумер?

Лежит себе, ни мёртвый, ни живой?

Франческо

Забыл? Она безумна.

Бернардо

Да, выходит,

Безумье после смерти не прошло.

Франческо

Ручонкой замахала. Подзывает?

Бернардо

По-моему, тебя.

Франческо

Да нет, тебя.

Бернардо

Ну вместе и пойдём.

Франческо

Иди один уж.

Я право первой ночи уступлю

Тебе, как основному претенденту.

(отходит подальше)

Бернардо

Так вышел, всеми брошенный, к кресту

Спаситель и Заступник! Боже правый,

От нечисти спаси и сохрани!

(крестится, подходит к помосту)

Сударыня, вы нас, как будто, звали?

Призрак Оливии

Он жив ещё, я чувствую, он жив!

Такие просто так не умирают16!

Бернардо, вся надежда на тебя.

Бернардо

Не думал, что вы знаете Бернардо.

Призрак Оливии

Я слишком много знаю, но пора.

Рассвет уже в окно моё стучится.

Бернардо

А разве не хотите вы с собой

Забрать его, чтоб больше не расстаться?

Призрак Оливии

Забрать? А остальным что ж – потерять?

(что-то шепчет ему на ухо и растворяется в рассвете;

Франческо подходит к Бернардо)

Бернардо (приложив ухо к груди Амлета)

Действительно, он дышит. Ты послушай.

Франческо

Да верю я. Ну надо же, ты спас

Наследника престола! Значит, Амлет,

За это нас, очнувшись, наградит.

Пожалует тебя он в капитаны!

Бернардо

Скажи ещё, в наследники свои.

Франческо

Пожалуй, Фортинбакс лишь не погладит

За преданность другому королю

Тебя по верноподданной головке17.

Бернардо

Да, этот не простит. Как он сказал?

Что норма на войне – здесь неуместно.

Покойников убрать. Вам повезло,

Что здесь в такое время оказались

Извечные норвежские друзья!

Франческо

Да, Амлету завидовать не стоит:

Очнётся – тут такой мордоворот!

Бернардо

Который, не моргнув, его замочит,

Пока он осознает, что к чему.

Франческо

И всё же, это – шанс. Для нас обоих.

Как перстень с бриллиантами найти.

Бернардо

Да, грех за этот шанс не побороться.

Давай-ка поклянёмся сохранить

Всё в тайне до поры. На алебарде!

Франческо (поднеся алебарду к губам)

Клянусь не разболтать! И ты клянись!

Бернардо

За мной не заржавеет, ты не бойся.

Ну ладно уж.

(подносит к губам свою алебарду)

Клянусь, клянусь, клянусь.

А я уже придумал, как всё сделать,

Чтоб кто-нибудь и пикнуть не успел –

Естественно, красиво и надёжно.

Франческо

Для стражника ты слишком уж умён.

Ох, чую, скоро быть тебе министром!

(Остаются на посту в очень возбуждённом состоянии.)

Акт 1