Из истории русского сундучного производства. Сборник научных статей

Как уже говорилось выше, сундук М-701 вполне помещается в ряд уральских изделий XVIII века, особенно медной бытовой утвари и посуды. Другому же изделию более свойственно иное окружение. Оно бы смотрелось весьма органично рядом с изделиями уральских кустарных промыслов XIX века. На основании общей совокупности художественных и технических приемов, примененных мастером при изготовлении этого сундука, а также существования многочисленных аналогий из коллекции ОНИ и других музеев, датировку изделия необходимо несколько «отодвинуть» ближе к середине XIX столетия.

В период конца XIX – начала XX века в Невьянске производились сундуки, которые при расположении их один на другом составляли «горки». Вероятно, такое назначение имел сундук значительных размеров, хранящийся в ОНИ. Это деревянное изделие, обитое листами чеканной и «мороженой» жести. На листах – геометрический и растительный узор. Он образовал привычную для подобных сундуков композицию. Зигзагообразные мотивы разделили поверхность изделия на участки, украшенные листами «мороженой» жести. На эти участки дополнительно наложены в виде клетки жестяные полосы. Такое художественное оформление имело продуманный неброский эффект, вполне соответствующий роли вещи в интерьере уральского дома. Согласно инвентарной книге ОНИ, это изделие мастерской А. О. Алексеева было изготовлено на Невьянском заводе Пермской губернии <…>. 126 127

Заводские мастера «приготовляли» ларцы, шкатулки и сундуки в соответствии со спросом, который регулировался требованиями моды и пожеланиями заказчика. Одними из самых распространенных технических приемов стали тиснение и прорезь. При этом мастера часто использовали вставки «зеркального» железа восьмиугольной и сердцевидной формы. Оживляли художественное оформление вещей металлические пластины, окрашенные в зеленый, красный или синий цвета. Они подкладывались под жестяные листы, покрывающие сундуки. В собрании ОНИ имеется два таких изделия. Они имеют различные размеры. Одно из них, согласно инвентарным книгам, датируется концом XVIII – началом XIX века (предположительное место изготовления – Пермская губерния), другое – II половиной XIX века (место производства – Нижний Тагил). Композиция орнамента построена на сочетании геометрических и растительных мотивов. Она привычно разбита на сегменты. При таком решении композиции было проще украшать большие количества продукции. Мастера умело расположили на поверхности сундука «зеркальные» вставки, не перегрузив композицию. Цветные и «зеркальные» детали оживили декоративное оформление изделия, внеся в него присущее произведениям народного искусства радостное настроение. При этом не исчезли обусловленные предназначением вещей такие их свойства, как надежность и прочность. 128

Особенности художественного стиля двух последних рассмотренных произведений, в т.ч. и подобие орнаментальных мотивов изделиям II половины XIX века, технические особенности их декорирования, описания этих вещей в специальной литературе II половины XIX столетия, а также ряд второстепенных обстоятельств свидетельствуют о том, что названные сундуки были выполнены в Пермской губернии во II половине XIX века. Известно, что сундук М – 359 был изображен на полотне художника Н. Д. Дмитриева – Оренбургского, датирующемся 1879 годом. Поэтому время его создания можно ограничить III четвертью XIX века. 129

Другим видом продукции уральского сундучного промысла были ларцы. Пять ларцов-теремков из коллекции ОНИ датируются в инвентарных книгах XVIII веком. Вещи имеют стандартный прямоугольный корпус с четырехскатной крышкой. Невысокие ножки на четырех углах основания придали изделиям устойчивость. Мастера использовали при их декорировании то же разнообразие техник, как и на рассмотренных выше сундуках: раскрашивание, тиснение, гравирование, прорезь, разноцветные и «зеркальные» вставки. Гравированный орнамент ларцов состоит из геометрических и растительных мотивов. 130

Изделия этой группы (инв. №№ М-21, М-23) нуждаются в более внимательном рассмотрении. Произведения подобной формы были распространены в России в XVII – XVIII веках. Однако форма не может быть основанием для атрибуции этих вещей XVIII веком. Обращение к традиционным видам изделий всегда было свойственно искусству Урала. Кроме того, данный вид продукции местного сундучного промысла был популярен на протяжении весьма длительного времени.

О более поздней датировке данных ларцов свидетельствует одинаковый с уже рассмотренными изделиями (датирующимися XIX веком) набор художественных техник и орнаментальных мотивов, принципы декоративного оформления, которых придерживались мастера. В РЭМ хранятся шкатулки, датирующиеся XIX веком, художественное оформление которых полностью идентично рассматриваемым изделиям из ОНИ. 131

Листы жести желтого цвета, используемые мастерами XIX—XX веков при создании шкатулок и которые упоминаются в специальной литературе того времени, видны и на двух рассматриваемых ларцах (из коллекции ОНИ в качестве примера можно привести лист под инв. № М-174). По сведениям Н. Б. Бакланова, на Урале «производство жести… большого распространения не имело до XIX века», поэтому «в списках заводов XVIII века при перечне их „фабрик“ жестяные встречаются как исключение». 132 133

«Зеркальные» вставки использовались сундучниками на протяжении длительного времени. Чаще они использовались в XIX столетии в определенном типе продукции – ларцах. На выставках рубежа XIX – XX веков уральские сундучные заведения демонстрировали «железные обрезки полированные, носящие названия зеркал». Именно они использовались как декоративное украшение в рассматриваемых ларцах. Однако в «Очерке кустарных промыслов Екатеринбургского уезда…», опубликованном в 1912 году, указано: «Существовавшее в прежнее время производство железных зеркал оказалось в настоящее время совершенно исчезнувшим, так как зеркала, в качестве сундучных украшений, уже вышли из моды». Это сведение позволяет ограничить время производства названных ларцов XIX веком. Cледует добавить, что П. Н. Зверев, описывая виды уральских сундуков и технику их изготовления (в XIX столетии), упоминает и подобные ларцы. Аналогичная вещь из собрания МЗ «Горнозаводской Урал» датируется началом XX столетия, упомянутые выше аналогии из РЭМ в музейных описях находятся среди вещей XIX – начала XX столетия. При отсутствии признаков, указывающих на XVIII век как на время производства, ларцы – теремки по наличию «зеркальных» вставок и использованию желтой жести возможно датировать XIX веком. Тем самым датировку двух из пяти ларцов означенной группы сегодня можно изменить. Они были изготовлены не в восемнадцатом, а в девятнадцатом столетии. 134 135 136 137

Вероятно, самым богатым по украшению является другой вид уральской сундучной продукции. Эту группу произведений образовали шесть шкатулок. Они поступили из Кустарного музея в 1938 году. Все они датируются XIX веком. Шкатулки украшены листами «мороженой» жести разного цвета. Некоторые из них декорированы листами жести с печатными узорами, выполненными на различных фабриках. Ярко блестящие цвета «мороженой» жести в соединении с геометрическими и растительными узорами, выполненными в техниках тиснения и гравировки, создали своеобразное художественное оформление. Подобные шкатулки, т.е. украшенные листами жести разного цвета, на Урале назывались «бухарскими». 138 139

Внутри этой группы выделяются два изделия, в украшении которых была использована привозная жесть с литографическими изображениями. Одно из них – шкатулка. Согласно инвентарной книге ОНИ, она была выполнена в Невьянске в XIX веке. Шкатулка имеет стандартную прямоугольную форму, разнообразно украшена. Ее поверхность покрыта листами «мороженой» жести светло – зеленого цвета (оборотная сторона покрыта вороненым железом). Поверх них наложены полосы блестящей желтой жести, образующие крупную клетку. Каждая сторона шкатулки обрамлена литографированными жестяными полосами, на которые нанесен разноцветный геометрический орнамент. Вещь отличается тщательностью, аккуратностью отделки. 140

На одной из жестяных полос обнаружена надпись. От нее сегодня сохранились буквы: «Лит… сьвенск..о Г. О. Н-въ П. П. Шу..алова». В настоящее время она прочитывается как «Литография Лысьвенского горного округа наследников Павла Петровича Шувалова», т.е. свидетельствует о том, что лист был изготовлен на фабрике металлических изделий наследников графа П. П. Шувалова. Эта фабрика находилась на Южном Урале. Вместе с заводом она составляла единый производственный комплекс. Согласно Отчету Правления округа за 1909/1910 год в это время на фабрике был начат выпуск литографированной жести. Нижней границей датировки шкатулки может быть время после 1909 года. Известно, что в 1918 году фабрика и завод были национализированы. Вещь из собрания ОНИ была изготовлена в период времени после 1909 – до 1918 года. 141 142

Другое изделие – тумба, лицевая сторона которой покрыта листом с сюжетным изображением. Поверхности изделия покрыты листами «мороженой» жести коричневого цвета, поверх которых в виде сетки укреплены желтые жестяные полосы. Края подчеркнуты орнаментальными полосами. Это придает ясность форме вещи. На листе, расположенном на ее верхней горизонтальной поверхности, в картуше изображена молодая пара: крестьянка и парень с балалайкой. Они беседуют на фоне деревенского пейзажа.

Мастер четко различал те роли, которые играют поверхности изделия при его восприятии зрителем. Боковые стороны украшены одинаково – сегментами, заполненными «мороженой» жестью и пересекающимися полосами. Лицевая поверхность покрыта листом с литографским сюжетным изображением. Это, по мысли мастера, – наилучшее украшение. Не видная зрителю сторона оставлена без декорировки <…>. На внутренней стороне верхнего ящика – надпись чернилами: «2576/1205 Пермская губ., Невьянский заводъ. Ц. 7 рублей». В каталоге выставки в Петербурге (1902) под номером 214 указано: «Тумба, заменяющая ночной столик, работы невьянских сундучников. Цена 7 рублей». Именно это изделие было экспонировано на выставке. Время его создания определяется следующим образом (фабрика Г. А. Хаймовича была основана в 1858 году): нижняя граница – время после 1858 года, верхняя – до 1902 года. 143 144 145 146

Другие произведения этой группы украшены листами «мороженой» жести с узорами, выполненными краской по трафарету. На одном изделии часто сочетаются жестяные листы разного цвета. Кроме того, на листы, лишенные «мороза», нанесены в технике гравировки и тиснения многообразные геометрические и растительные мотивы. 147

Особое внимание привлекает шкатулка, лицевая и боковые стороны которой украшены листами «мороженой» жести золотистого цвета. В инвентарных книгах ОНИ местом ее производства называется Невьянский завод Пермской губернии, время не указано. Поверх листов расположены тонкие полосы желтой жести, образующие клетку наподобие шахматной. Кроме «мороженой» и желтой жести мастера также использовали геометрический орнамент, состоящий из различных фигур. Он в техниках гравировки и тиснения нанесен на металлические полосы, обрамляющие края шкатулки. Углы отмечены узором в виде перечеркнутых квадратов с точками внутри. Это придает отчетливость, ясность форме вещи. Гравированный узор, широкой лентой обегающий боковые и лицевую поверхности шкатулки, завершается ромбами, заключенными в прямоугольники. Они напоминают пилястры, фланкирующие фасады жилых и промышленных построек Урала. В гравированном орнаменте эти мотивы имеют функцию ограничения, сдерживания движения орнамента. Надо отметить, что тонкие полосы жести, покрывающие ее поверхности, также вносят некий оттенок упорядоченности в общее художественное решение. Строгая симметрия, свойственная шкатулке, умело завуалирована мастером яркими праздничными цветами мороженой жести. Изделие своим богатым украшением вносило цветовой акцент в оформление любого интерьера, будь то дом горнозаводского служащего или юрта жителя Азии. 148

На изделии обнаружен ярлычок – «Пермская». На дне вещи – надпись карандашом: «Мастер О. П. Лаптев». Известно, что в Нижнем Тагиле, на Старо – базарной улице, на рубеже XIX – XX веков существовало сундучное заведение Осипа Поликарповича Лаптева. Эта была крупная «фабрика», участвовавшая в выставках. Заведение представило на петербургскую выставку (1902) среди других произведений «шкатулку 9 – вершковую. Цена 90 коп». Размеры рассматриваемой шкатулки 39х38 см., что вполне соответствует указанным в каталоге. В собрании ОНИ оказался образец продукции одного из самых заметных уральских сундучных заведений. Шкатулка, скорее всего, изготавливалась именно к петербургской выставке. Таким образом, рассматриваемое произведение можно атрибутировать как тагильское (а не невьянское), и ограничить время его создания: конец XIX века – до 1902 года. 149 150 151

На ручке другой шкатулки этой группы сохранился ярлычок с надписью «Шкатулка сибирская». В инвентарных книгах ОНИ указано, что она изготовлена в Невьянске в XIX веке. Изделие украшено листами «мороженой» жести синего и черного цветов. Как было принято, задняя сторона вещи обита листом вороненой жести. Мастером использованы тонкие полосы желтой жести, складывающиеся на лицевой и боковых сторонах шкатулки в различные геометрические узоры. Эти полосы играют важную роль не только в художественном оформлении вещи, но и в ее конструкции – они укрепляют шкатулку. Гравированный и тисненый орнамент в виде кружков, точек, ромбов нанесен на широкие жестяные ленты, обрамляющие изделие. В целом его художественное решение напоминает декоративное оформление вышерассмотренного произведения мастерской О. П. Лаптева. 152

«Шкатулка сибирская» поступила в Кустарный музей в 1897 году из Русского сельскохозяйственного комиссионерства «Работник». Поэтому ее датировку, принятую ранее (XIX век), сегодня можно несколько уточнить: конец XIX века. Пути попадания вещи в комиссионерство несколько проясняются из рекламного листа этой организации, помещенного в указателе нижегородской выставки 1896 года. Там указано: «Отдел кустарных изделий принимает как от отдельных кустарей так и от разных учебных мастерских и других учреждений кустарные изделия на продажу, а также покупает и заказывает таковые при наличном разсчете и служит посредником при поставках в казенные и общественные учреждения». Возможно, что вещь была приобретена комиссионерством именно с этой выставки. 153 154

В собрании ОНИ находятся изделия, которые дают возможность прояснить те или иные аспекты истории промысла. Они также помогают уточнить некоторые особенности процесса создания сундуков и шкатулок. Это жестяные листы, изготовленные уральскими мастерами на различных «фабриках». Они производились в небольших заведениях и затем прикреплялись к сундукам в крупных мастерских. 155 156

Наряду с типичными произведениями северных и уральских мастеров в собрании ОНИ ГРМ есть произведения других центров. Из села Павлово Нижегородской губернии (или Муромского уезда Владимирской, XIX век) происходит большой сундук с расписной лицевой стенкой. Она разбита на два квадрата, в каждом из которых изображен вазон с букетом красно – белых роз и голубых колокольчиков в окружении зеленых листьев. Цветовое решение построено на сочетании теплых и холодных тонов. Остальное пространство занято геометрическим узором, нанесенным трафаретом. Выпуклая крышка окрашена красной краской и окована железными полосами, образующими сетку. Яркое красочное оформление сундука вносило праздничное настроение в крестьянский дом. В других музеях, например, в ВСМЗ и ВГИАХМЗ, есть аналогии этому произведению. 157 158

Возможно, один центр производства представляют два сундука, окрашенных в красный цвет. Они подобны по конструкции и художественному оформлению. В инвентарных книгах местом и временем их производства названы Костромская (начало XX века) и Вологодская губернии (конец XIX – начало XX века) соответственно. Однако особенности формы и композиции росписи делают возможным отнести их к произведениям вятских мастеров II половины XIX столетия. Многочисленные аналогии из музеев подтверждают такую атрибуцию. 159

В коллекции ОНИ находятся также произведения украинских мастеров XIX века. Это два расписных сундука. Один из них – скрыня – представляет большой ящик со скошенными стенками, крышка плоская. На лицевой стороне, в центре, изображен ветвистый куст, в углах – ветви с цветами (крышка и боковые стороны не украшены). Роспись выполнена непосредственно по деревянной основе. Сочетание тонов, среди которых преобладают зеленый, черный, желтый и голубой, придают изделию праздничный характер, соответствующий его назначению. Простота композиции способствует лучшему восприятию росписи. Художественное оформление скрыни выдает руку не только опытного, но и талантливого мастера. Внутри изделия, на обороте крышки, имеется надпись: «Кучеренко Петръ город Полтава». 160

Другой сундук также имеет значительные размеры. Он установлен на резные ножки. Его деревянная основа со всех сторон по темно-зеленому фону украшена гирляндами: на лицевой и задней они состоят из изображений ромашек и винограда, на боковых – из винограда и груш. Композиция росписи соответствует форме изделия. Гирлянды хорошо расположены на удлиненных сторонах сундука. При этом почти квадратные стороны боковые стороны предоставляли мало свободы для импровизации. Тем не менее, и для них мастер сумел найти хорошую композицию, что говорит о его богатом опыте. 161

Среди изделий из собрания ОНИ есть вещи, которые на сегодняшний момент невозможно с достаточной точностью отнести к какому-либо конкретному центру. Среди них находится сундук, окованный перекрещивающимися железными полосами. На крышке – прямоугольный выступ со створкой над потайным замком с рельефной человеческой маской в овальном обрамлении. По сторонам выступа – парные лировидные накладки, в углах крышки – рельефные четырехлепестковые розетки, окрашенные в красный цвет. На лицевой стенке, в углах, такие же розетки, между петлями – рельефная гирлянда из зеленых листьев в центре и с вертикально свисающими концами по бокам. Форма изделия заставляет предположить его не русское (возможно, украинское) происхождение. 162

Также представляет интерес большой сундук на резных ножках, с покатой крышкой. Он обит широкими жестяными полосами, образующими клетку на крышке. На лицевой стороне жестяные полосы расположены вертикально на равном расстоянии друг от друга. Полосы украшены в технике тиснения растительными завитками, волнистыми линиями и геометрическими фигурами. Сундук вписывается в ряд белорусских изделий XIX – I половины XX века. 163

Таким образом, коллекция сундуков отдела народного искусства значительна как по количеству, так и по качеству изделий. Они происходят из разных центров производства. Но необходимо отметить, что представлены они крайне неравномерно: если, например, количество изделий Русского Севера исчисляется десятками, то украинских вещей всего две, павловских (муромских) – одна. Большинство изделий представляет стандартную продукцию. Но стандартность в данном случае не означает низкого качества изделий, все они выполнены на самом высоком художественном уровне.

Опубликовано: О произведениях уральского сундучного промысла // Страницы истории отечественного искусства (XVIII). Сб. статей по материалам научной конференции. Альманах. ГРМ. Вып. 300. – СПб., 2011, С.258270. —