Муромский сундук. Очерк истории

Редактор Наталия Ивановна Ковалева

Рецензент Алексей Валерьевич Чевардин

Рецензент Сергей Дмитриевич Оленев

© Глеб Пудов, 2022

ISBN 978-5-0051-9881-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

В 2017 году издательством «Специальная литература» была выпущена в свет брошюра по истории сундучного промысла Муромского уезда1. В ней на основе сведений статистической и земской литературы, архивной информации и сохранившихся клейм рассматривались основные этапы истории производства.

Настало время дополнить и исправить сведения, приведенные в брошюре. В настоящем издании углублен анализ специальной литературы, при этом она приведена в более или менее стройную систему; в словарь мастеров добавлены новые имена и новая информация; публикуются ранее неизвестные клейма. Кроме того, в качестве самостоятельного раздела помещены истории некоторых сундучных «фабрик» Владимирской губернии.

Однако изучение муромского сундука очень далеко от завершения. В его истории остается множество «белых пятен». Подобно другим явлениям народного искусства, муромский сундук таит множество секретов. Разгадка их – дело будущего.

Благодарю за рецензии А. В. Чевардина, кандидата исторических наук, доцента кафедры истории и социально-политических дисциплин Уральского государственного лесотехнического университета, и С. Д. Оленева, научного сотрудника-хранителя Вологодского государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника.

Введение

Муромский уезд Владимирской губернии во II половине XIX – начале XX века был одним из самых крупных центров по производству сундуков в России. Мастера делали массу сундуков, были известны среди торгующих на Нижегородской ярмарке.

Литературу по истории муромского сундука можно разделить на несколько видов и жанров: газетные публикации; земские издания; статьи и заметки, связанные с Нижегородской ярмаркой, в которых есть информация о муромских сундуках; статистическая литература по кустарной промышленности России, где упоминаются муромские сундуки; научные статьи; монографии. На протяжении истории производства сундуков в Муромском уезде эти виды и жанры получили неодинаковое развитие: ранее преобладали газетные публикации и статистическая литература, в настоящее время на первый план выходят научные статьи. Жанр монографий и сегодня представлен лишь в единственном числе. Рассмотрим основные работы, придерживаясь хронологического принципа.

Изучение муромского сундука началось во II половине XIX века. Земские деятели дали подробные описания промысла с исторической, технической и экономической сторон. Особенно следует выделить труды Николая Гавриловича Добрынкина (1835 – 1902), долго и плодотворно изучавшего кустарную промышленность Меленковского и Муромского уездов (среди массы статей и заметок, написанных для «Владимирских губернских ведомостей», кажется, нет ни одной сферы крестьянской жизни Меленковского и Муромского уездов, которую бы обошел своим вниманием Н. Г. Добрынкин: известковое производство, рыбный промысел, льняная промышленность, «фабрикация рогож», производство мочала, разработка алебастра, рудокопное дело, свадебные обычаи и т. д.)2.

В статье «Кустарная промышленность в Муромском уезде. Делание укладок и сундуков», вышедшей в свет в 1882 году в газете «Владимирские губернские ведомости»3, он опубликовал множество исторических и статистических фактов. В работе содержится масса интересных деталей, характеризующих тот или иной аспект производства, в частности, технологический: дно укладок делалось из ели, в то время как стенки и крышка из других пород дерева; петли, ручки, накладки покупались хозяевами заведений в Муромском и Горбатовском уездах. Н. Г. Добрынкин сообщил множество местных терминов, принятых в «деле» сундуков, что придало его работе еще бóльшую достоверность (например, «прековый сундук», «заснавр», «тройка», «шестерка» и прочие). Автор сумел охватить все тонкости производства сундуков в Муромском уезде (исключая его художественную сторону). В конце работы Н. Г. Добрынкин дал прогноз по экономике сундучного производства, проанализировал неблагоприятные факторы, которые влияют на него: плохой урожай, война и т. д. Все это свидетельствует о погруженности Николая Гавриловича в тему исследования, о его способности за короткие сроки досконально изучить ту или иную отрасль кустарной промышленности и дать ей почти исчерпывающую характеристику. Тем не менее, эта работа — лишь свод добросовестно собранных сведений, лишенный анализа и выводов. Кроме того, сундук не включался Н. Г. Добрынкиным в круг произведений народного искусства, а рассматривался лишь как предмет краеведения.

То же самое можно отметить касательно другой его статьи, «Производство сундучных замков в Муромском уезде», опубликованной в газете «Владимирские губернские ведомости» тремя годами позже4. Н. Г. Добрынкин тщательно описал технологический процесс производства замков, их постепенную передачу от одного мастера к другому. При этом описание каждой операции сопровождается комментариями по экономике промысла. Н. Г. Добрынкин привел исключительно подробный анализ коммерческой стороны «делания» сундучных замков. Вероятнее всего, он общался с людьми, так или иначе причастными к производству, наблюдал его процесс, что сообщило его работе достоверность, как и в случае с предыдущей статьей. Работа до сих пор не потеряла научную ценность. Ей свойственна не только основательность, свидетельствующая о кропотливой работе исследователя, но и доступность изложения. В целом следует подчеркнуть, что статьи Н. Г. Добрынкина могут служить отправной точкой при исследовании кустарных промыслов Муромского уезда.

Необходимо также указать на другую работу Н. Г. Добрынкина – «Сто лет назад и теперь. Статистическое описание Муромского уезда»5. В ней характеризуются все населенные пункты уезда (география, экономика, количество жителей и т.д.). Среди прочего исследователь упоминает производство сундуков: называет его конкретные местные центры, количество заведений и мастеров. Эта и прочая информация может служить дополнением к его двум статьям, которые были охарактеризованы выше. Труд Н. Г. Добрынкина дает верную картину развития сундучного дела в Муромском уезде.

И, наконец, следует упомянуть карту Муромского уезда, составленную Н. Г. Добрынкиным в 1877 году6. Краеведом обозначен «сундучный район», располагавшийся на северо-востоке уезда. В него входили деревни Чулково, Бобынино, Поляны, Соловьево, Вареж, Лохани и другие. Несмотря на некоторые недочеты, которые могут объясняться историческими причинами, карта, составленная Н. Г. Добрынкиным, – прекрасное подспорье для всех, кто изучает кустарную промышленность Муромского уезда. Во-первых, на ней обозначено не только производство укладок (сундуков), но и другие промыслы, во-вторых, карта может объяснить некоторые особенности муромского сундучного дела; в-третьих, она делает более наглядными выводы, связанные с развитием кустарной промышленности в Муромском уезде в XIX веке7.

Значительное место в историографии муромского сундука занимают земские издания. Особо следует выделить статью в «Докладах Владимирской губернской земской управы Очередному губернскому земскому собранию», которая была опубликована во Владимире в 1903 году8. В ней подробно описаны условия, в которых трудились мастера, названы их точное количество, объемы производства, дотошно рассчитана стоимость изделий и заработок сундучников, описаны сложные отношения артелей и частных хозяев, особенности обучения мальчиков и т. д. В качестве иллюстрации при описании экономического быта муромских сундучников приведена информация об одном из них (от 1 октября 1902 года до 1 октября 1903 года). Кроме того, в этой работе описан весьма показательный случай с единственной и неудачной попыткой механизации производства, которую в 1901 году предпринял В. Я. Ягунов из д. Бангино. В статье не только верно определено значение Муромского уезда как важного центра производства сундуков в России, но и выявлена его роль в жизни самих мастеров (этот промысел «составляет единственное средство существования, единственную надежду крестьянского двора»). Но, как и в работах Н. Г. Добрынкина, сундуки рассматривались как принадлежность этнографии и статистики, а не как произведения народного искусства. Надо также отметить, что авторы не назвали среди крупных центров сундучного дела России заводские поселки Среднего Урала.

В 1913 году были опубликованы «Материалы для оценки земель Владимирской губернии»9. Статья о муромском сундучном промысле основана на сведениях из вышерассмотренного издания, работах Н. Г. Добрынкина и некоторых других статьях из газеты «Владимирские губернские ведомости». Тем не менее, несмотря на реферативность, в работе содержится ряд новых и интересных сведений. Они почерпнуты из корреспонденции непосредственных участников сундучного производства. Немалую ценность также имеют статистические таблицы, помещенные после текста. Авторы сделали вывод, что «сундучный промысел, хотя уже не есть чисто кустарный, а представляет из себя отрасль капитализированной домашней промышленности, как жизнеспособный, заслуживает внимания правительства и земства и их помощи и поддержки»10.

Интересны статьи, опубликованные в 1902 году во «Владимирской газете»11. Обе они написаны неизвестными авторами и посвящены различным коллизиям в жизни местного сундучного производства: трудностям организации сундучных артелей в уезде, в т.ч. сложностям с получением кредита, отношениям с частными хозяевами-сундучниками и особенностям работы в их мастерских. Необходимость организации артели возникла после того, как заводчик Ягунов начал использовать паровой двигатель. Это могло лишить работы многих мастеров-«вязал», и в деревнях Бангино и Пурки по инициативе И. Г. Огурцова в 1902 году была создана артель. Устав был заимствован у артели сапожников, также появившейся в то время. Однако артельщики столкнулись с трудностями, связанными с тем, что для закупки леса необходимы значительные финансовые средства.

Темы, затронутые в этих статьях, освещались и в интересной заметке «Плюсы и минусы чулковской сундучной артели», опубликованной в 1925 году в газете «Призыв»12. Автор, также пожелавший остаться неизвестным, вел речь об особенностях существования сундучного промысла в постреволюционное время. Благодаря грамотному планированию, артельщикам удалось восстановить баланс между расходом и приходом денежных средств. Автор особо указывал на высокое качество чулковских сундуков, которое контролировалось самими мастерами. Местные торговцы внимательно следили за положением дел в артели и предлагали артельщикам максимально тяжелые для них условия сотрудничества. Автор статьи призывал «Приокский союз производственных артелей» помочь чулковцам.

Эти газетные заметки «на злобу дня» представляются крайне важными и полезными при изучении сундучного промысла, т.к. словно под увеличительным стеклом демонстрируют проблемы и вопросы, интересовавшие мастеров в тот период, объясняют некоторые аспекты, которыми остались бы непонятными без такого «точечного погружения» в историю сундучного производства. Кроме того, они написаны непосредственными участниками событий или современниками их, что повышает достоверность излагаемого материала.

Из изданий, так или иначе связанных с Нижегородской ярмаркой, которые могут быть полезны при изучении истории муромского сундука, весьма интересна работа Николая Николаевича Овсянникова13. В ней содержатся сведения о торговле сундуками: местах и масштабах производства, ценах на сундуки, их видах, местах сбыта. Подчеркивается значительная роль восточных торговцев в распространении муромских сундуков, а также повествуется о популярности сундуков в Средней Азии. Некоторая информация нуждается в корректировке, в частности, вопреки утверждениям автора, в Зяблицком погосте и д. Озябликовой сундуки делали. Кроме того, «Николай Силантьев», который упоминается исследователем среди торгующих сундуками на ярмарке14, это никто иной как Николай Тулупов – основатель промысла в Чулково. Из работы Н. Н. Овсянникова напрашивается вывод, что муромское производство сундуков зачастую находилось в тени других центров, в основном, нижегородских (исследователь справедливо писал, что муромские сундучники «носят название „павловских“ торговцев только потому, что живут близко от известного богатого села Павлова»15). Несмотря на это, материалы, приводимые Н. Н. Овсянниковым, свидетельствуют о большом распространении и известности муромского сундука, дают точное представление об особенностях его истории в определенный период.

Следует также учитывать статистические материалы из выпусков «Адрес-календаря Нижегородской ярмарки», «Справочника Нижегородской ярмарки» и других изданий16, в которых указаны многие известные муромские «фабрики»: И.В. и С. В. Рудаковых, А.С. и М. С. Ягуновых, А. М. Тебекина, С. И. Тулупова и многих других. Эти сведения помогают уточнить не только некоторые аспекты сундучного промысла, но и историю конкретных мастерских. Послереволюционному периоду в истории ярмарки посвящены работы И. Л. Арцимовича и С. В. Малышева, в которых содержится информация о муромских сундуках: о количестве привезенных и проданных изделий, о роли ярмарки для промысла, упоминается Сосновская артель17. Эти книги делают закономерным вывод о том, какую колоссальную роль играла Нижегородская ярмарка на всем протяжении истории муромского сундука.

Достоин упоминания труд Николая Андреевича Филиппова, посвященный кустарной промышленности России18. На широком историческом и географическом фоне в нем рассмотрены история, технология и организация муромского промысла (наряду с другими). Автор опирался на сведения из специальной литературы. В раздел о муромском сундуке проникло несколько неточностей. В частности, Н. А. Филиппов утверждал, что в местном производстве не было наемных мастеров, что «никто из сундучников не оставляет от хлебопашества». Тем не менее, уже из предшествующей литературы известно, что это не так. Н. А. Филиппов четко разделил сундуки на два типа («крестьянские» и «сундуки высокого сорта»).

В работах не краеведов, не земских статистиков и этнографов, а исследователей народного искусства, например, Дмитрия Васильевича Прокопьева19, также встречаются общие сведения о муромских сундуках. Среди них нередки ценные наблюдения и замечания, которые могут быть использованы при атрибуции изделий. Д. В. Прокопьев обобщил данные по истории промысла, ввел сундуки в контекст развития традиционного искусства края20.

В 2002 году опубликована работа М. Е. Гусаровой21. Для характеристики ситуации, сложившейся в муромском сундучном производстве в XVIII веке, автор по неизвестной причине использовала статью Н. Г. Добрынкина (вторая работа краеведа, о сундучных замках, даже не упомянута), которая была написана во второй половине XIX столетия и описывает положение в производстве именно в этот период. Между тем, известно, что на протяжении времени менялась не только технология производства, но и его организация. Например, неверно писать о «морозе» по жести на муромских сундуках XVIII века – эта технология появилась в другое время и в других центрах сундучного дела (муромские мастера ее переняли). Также неверно писать о популярности муромских сундуков в XVIII веке (якобы за ними приезжали торговцы из других регионов). В архивных документах первой половины столетия мастера-сундучники даже не упоминаются (например, в «Росписи даточных людей г. Мурома за 1703 – 1725 гг.», в описании Мурома полковника Коробова 1723 года22). Вероятно, производство сундуков в Муроме и его округе в то время еще не сложилось в самостоятельный крупный промысел. Вообще промышленное развитие этого региона в XVIII веке еще недостаточно исследовано23.

В 2014 году вышла в свет книга «Помыслы о вачских промыслах». Сундучный промысел рассмотрен в ряду других24. В работе содержится красочный рассказ о сложных перипетиях существования частных «фабрик» и артелей, приведены цифры, характеризующие объемы производства, названы имена мастеров, опубликованы интересные старинные фотографии. Коллектив авторов проделал большую работу. Научная ценность книги весьма значительна. Однако некоторые приводимые сведения нуждаются в дополнении и исправлении.

В 2017 году издательством «Первый класс» опубликована брошюра Г. А. Пудова25. На основе сведений из специальной литературы и информации Государственного архива Владимирской области в ней прослежена история промысла, проанализированы конкретные виды сундуков, приведены ценные биографические сведения о мастерах. В книге содержится отдельная статья о так называемых «гибридах» – сундуках, в чьем художественном стиле отразились влияния различных традиций. В качестве примеров послужили сундуки из разных музейных собраний. Автор констатировал, что «гибридность» следует считать «не только закономерным, но и крайне важным и показательным явлением в истории русского сундучного промысла».

В краеведческом альманахе «Наше Ополье» опубликованы статьи того же автора, освещающие различные аспекты истории промысла: этапы до- и после революции, о мастерских А. И. Желтикова и В. А. Тебекина26. Маркировке сундуков посвящена статья Г. А. Пудова, опубликованная в научном сборнике Всероссийской конференции «Уваровские чтения», которая проходила в Муроме в апреле 2019 года27. В ней рассмотрены клейма различных заведений, бумажные этикетки, а также буквенные обозначения, нанесенные в технике тиснения.

Таким образом, исходя из приведенного обзора можно сделать несколько выводов:

1. В большинстве работ муромский сундук рассматривается не как произведение народного искусства, а как предмет этнографии и краеведения. По этой причине не анализировались многие вопросы, связанные с муромским сундуком как художественным памятником, например, роль сундучного производства в культуре Владимирской губернии, значение классицизма и ампира для развития художественного стиля муромского сундука, взаимодействие муромского центра с другими центрами производства сундуков и проч. Лишь в недавнее время эти и им подобные проблемы начали разрабатываться в научной литературе.

2. Значительную роль в начале изучения муромского сундука сыграли периодические издания Владимирской губернии, среди статей и заметок особо следует выделить труды Н. Г. Добрынкина.

3. Несмотря на оживившийся сегодня интерес к муромскому сундуку, его историография не соответствует его значению в истории народного искусства. На настоящий момент остается множество лакун. Наиболее перспективными направлениями работы представляются изучение историй конкретных мастерских. В данном случае немалое значение имеет, как и прежде, выявление новых клейм и сопоставление их со сведениями из статистической и краеведческой литературы.

I. КРАТКИЙ ОЧЕРК ИСТОРИИ СУНДУЧНОГО ПРОИЗВОДСТВА В МУРОМСКОМ УЕЗДЕ