Пощадите, мой лорд!

Глава 1

Терракотовый песок, горячий и колючий, словно искры от костра, обжигал кожу. Наступали сумерки, и скоро в этом месте станет невыносимо холодно после дневного зноя. Я смотрела на солнце, из-за которого все вокруг, даже небо, окрасилось в оранжево-красный, и не могла заставить себя встать.

Ноги гудели после верховой прогулки по барханам, а до озера еще оставался кусок дороги. Несмотря на то, что впереди, на горизонте, уже виднелись темные силуэты деревьев, подходить к озеру в темноте мне вовсе не хотелось. Вот только и здесь ждать будет неприятно. Ночь в пустыне никого не могла порадовать, что уж говорить об одиноком путнике, у которого даже нет дров для костра. Все же я немного просчиталась во времени, когда продумывала это путешествие, но теперь было поздно сожалеть.

Рядом раздалось недовольное урчание-вой. Гортанный звук разнесся эхом по всем окрестностям.

– Тише, – я потрепала мохнатую морду встревоженного животного. – Мы туда не пойдем сегодня.

Теплый бок длинноногого пустынного жителя немного защищал от ветра, но в носу щекотала от запахов. Это неправда, что в пустыне воздух пуст. Днем, когда все нагревалось и над барханами поднималось зыбкое марево, в горячем воздухе все скрадывалось, собиралось в одно ощущение иссушающего жара. С наступлением вечера же все словно бы поднималось от земли и перемешивалось заунывным, остывающим ветром. Пространство наполнялось ароматом песка, горячих камней и едва различимым, от этого еще более ценным, эхом присутствия редких растений.

В лицо ударил порыв прямо со стороны озера, и я чуть не задохнулась от внезапно сильного запаха серы и соли. Будь у меня выбор, я бы никогда туда не отправилась. Судорожно дыша, пытаясь как-то избавиться от привкуса на языке и слезящихся глаз, я все смотрела на то, как солнце касается горизонта. Ночь здесь наступала очень быстро, буквально за десять вдохов. И ничто не нарушало тишины и покоя пустыни…

Нет. Что-то было не так. Ушей достиг какой-то гул, которого здесь не должно было быть. А через несколько мгновений я увидела движение. Кто-то быстро приближался к озеру, поднимая облака пыли, хорошо различимые на фоне яркого, пока еще, неба.

Я дернулась, скатываясь с холма чуть ниже, чтобы меня нельзя было разглядеть на вершине бархана, потянула за собой повод. Недовольно ворча, мой мохнатый спутник, не поднимаясь на ноги, на коленях пополз за мной. Его рыжая шерсть на загривке встала дыбом, а черные длинные лапы утопали в песке.

А затем случилось странное: на фоне неба, застилая всю видимую часть горизонта, поднялся то ли дым, то ли туман, стремительно двигаясь в нашу сторону.

– Демоновы отродья, – я выругалась и, быстро поднявшись, запрыгнула на спину своего волкоподобного друга, надеясь перегнать это, явно небезопасное, явление. – Вперед, Гарбид. Быстрее, пока нас не накрыло!

Волк проворно поднялся на ноги и понесся вниз с холма. Большие подушечки на тонких ногах расплющились, давая больше опоры. Вот только я затылком чувствовала, что мы не успеем.

**

Косиан, младший лорд Зиминик

Мы долго готовились к приезду Северных Лордов. Наши семьи почти не общались, но за последние пятнадцать лет, что правил Роан, многое изменилось. Политическая и экономическая ситуация в стране становилась настолько надежной, что моя семья приняла решение налаживать связи с Севером. Почему бы и нет?

Неожиданно, в ответ на приглашение, от рода Чешеви приехало три молодых лорда, что меня изрядно удивило. И порадовало. Никто не стал бы отправлять цвет семьи на встречу, которой не придавали значения. Потому я выбрал для нас самое интересное, что мог придумать: прогулку к Сонному Озеру.

Поставив под седла черных волков, лучших из всех, на ком можно путешествовать по пескам, значительно измененных селекцией и магией, мы направились прямо в сердце Терракотовой пустыни, что расстилалась от самого основания моей семейной Твердыни и далеко за горизонт.

Барханы, пыль, запах зноя и серы. Волки неслись так быстро, что Чешеви от восторга и удивления громко вскрикивали. Еще бы, мы были единственным семейством, которое могло похвастать подобными существами, как и огромной чистой псарней.

До озера мы добрались чуть больше чем за два часа. Как раз к закату. Как только солнце сядет, это место превратится в удивительную и немного пугающую инсталляцию…

Я резко сжал колени, заставляя остановиться своего огромного длинноногого волка, больше похожего на некое мифическое чудище, чем на пропредка. Красная вода выглядела неподвижной, словно была покрыта коркой. Не было заметно ни малейшего движения, только на другой стороне гнездилась стая больших розовых птиц, единственных, кто мог выносить это место. А по берегам озера высились странные изваяния. На первый взгляд казалось, что это просто пришедшие на водопой. Напьются – и пойдут дальше. Но даже наше приближение, довольно шумное, не спугнуло ближайших…

Птицы, звери – серые силуэты, застывшие навечно, окаменевшие и засоленные. При внимательном взгляде можно было рассмотреть рисунок шерсти или тонкие остовы перьев. Клювы, когти, сохранилось все, словно существ сперва окунали в какой-то концентрат, а затем ставили под палящее солнце пустыни. Но, может, так и было?

Статуи стояли не очень часто, но их было много. Одни начинались в полусотне шагов от берега, другие наполовину прятались под красной водой, едва возвышаясь над плотной соляной коркой. Озеро то и дело меняло свои берега, то захватывая, то отдавая территории. А с ними и добычу.

– Как вам наша небольшая выставка? – поинтересовался я у белокожих гостей, что вполне умело сидели на спинах черных волков, с интересом окидывая открывшееся пространство взглядом.

– Весьма интересно. Расскажешь, как так получилось? Не видел подобного: перья не облетели, а так и сохранились, став, словно вытесанными из какой-то горной породы…

Я удовлетворенно хмыкнул: если уж Тейтон Чешеви оценил зрелище, то его младшие братья точно должны были быть удивлены.

– Все дело в составе воды. Он меняется в зависимости от… – я не успел закончить фразу. Мой длинноногий волк резко дернул головой в сторону пустыни и тихо, предостерегающе зарычал. Кто-то прятался среди холмов, хотя я почти не чувствовал постороннего присутствия.

Мои гости тоже напряглись, и я увидел, как раздуваются ноздри на лице Тейтона.

– Чужак, – тихо, с едва различимой ноткой обвинения проговорил лорд, глядя на меня.

– Моя оплошность, – выдавил сквозь зубы. Сонное Озеро считалось священным местом у местных племен, и никто не посмел бы нарушить его покой. Разве что целью были мои гости. А это уже плохо для хозяина. Для меня. – Позвольте, я все исправлю.

Выехав чуть вперед, чтобы не зацепить лордов Чешеви, я вскинул руку. Туман взвился мгновенно, почти тут же покраснев. Этому фокусу я научился у брата довольно давно и теперь достиг такого мастерства, постоянно практикуясь в пустыне, которое и не снилось Дамиеру.

Огромные красные валы с невероятной скоростью понеслись в сторону холмов. Нос и чутье улавливали там две живые точки, почти слитые воедино. И они не обладали какой-то сверхсилой или скоростью, чтобы избежать моего неудовольствия.

Как только красный туман накрыл шпионов, я резко сжал пальцы в кулак, почти останавливая оба сердца, не позволяя крови бежать по жилам. Почти превращая тела в те самые минеральные статуи, что украшали озеро.

**

Фейге

Когда я пришла в себя, все тело болело. Руки ощутимо дрожали, а плечо просто возопило о том, что я умудрилась упасть именно на него. Рядом тихо, заунывно скулил Гарбид.

– Гарб! Гарб! Ты как? Что случилось? – я смутно помнила, что нас все же накрыло этим красным туманом, но никак не могла понять, что было дальше, между падением и пробуждением.

На то, чтобы подняться, не хватало сил. Тело слушалось плохо, наполненное слабостью, словно я весь день провела под палящим солнцем.

Уловив чье-то движение, я с трудом повернула голову в нужную сторону и едва опять не потеряла сознание. Уже от страха, потоком хлынувшего по венам. Рядом сидел высокий мужчина со смуглой кожей и темными, искрящими красным глазами.

– Кто такая? Как ты узнала, что мы будем сегодня здесь? – тон не предвещал ничего хорошего.

Мужчина говорил тихо, но ему и не нужно было повышать голос, чтобы я могла разобрать слова: казалось, что сам ветер разносит их по всей пустыне.

– Я… – пересохшее горло резало так, словно наглоталась песка, но ответить было нужно. Я каждой клеточкой покрытой красной глиной кожи ощущала, что от этого напрямую зависит моя жизнь. – Я никого не ждала. Мне просто нужно к озеру.

Меня окинули быстрым, обжигающим взглядом, от которого захотелось сжаться в комок, но тело все еще не слушалось.

– Внутренние племена не ходят к этому месту. Не нужно мне врать. Неужели кто-то, подкупая тебя, думал, что я не почувствую постороннего?

– Но это правда! Я просто… – не совсем понимая, в чем именно меня обвиняют, просипела как можно убедительнее, но горло сдавило невидимой ладонью, заставляя замолчать, перекрывая воздух.

– Ложь. Табеки не ходят к озеру. Нет у меня времени сейчас с тобой разбираться, но ты все равно скажешь, кто именно и зачем тебя сюда прислал.

Мужчина плавно, но стремительно поднялся на ноги, демонстрируя отличное владение собственным телом и нагнувшись к самому лицу, яростно прошипел:

– Разве тот, кто тебя нанял для этого дела, не предупреждал, что не стоит врать Трианонским лордам?

Тело мигом стало липким от пота, и я поняла, что тот страх, что сжимал мое сердце до этого, ни в какое сравнение не шел с теперешним ужасом.

**

Трясясь на длинной спине огромного волка вниз головой, я чувствовала, как внутренние органы вот-вот вывалятся на песок. Лорд, играючи, даже не потрудившись связать мне руки или ноги, закинул меня на своего монстроподобного зверя и, бросив несколько фраз спутникам на неизвестном наречии, понесся прочь от озера.

– Гарб, – тихо простонала я, понимая, что если мой ездовой пес в таком же недвижном состоянии, то к утру его могут загрызть местные хищники. А это было едва ли не хуже собственной смерти. Я привязалась к своему четвероногому другу, несла за него ответственность с того момента, как он впервые ткнулся еще щенячьей мордой мне в ладони лет пять назад. Из глаз медленно потекла слеза, вгоняя в окончательное состояние тоски.

– Тебе не помогут твои покровители, – тихо, но различимо предупредил лорд, пришпоривая волка. Несмотря на его размеры, животное шло по пустынным барханам не хуже, чем по протоптанной тропе саванны.

– Я не…– говорить в таком положении было почти невозможно. Волк неожиданно подпрыгнул, перемахивая через препятствие. Зубы громко щелкнули, едва не смыкаясь на языке. Если я хочу добраться до цели этого стремительного путешествия живой и относительно невредимой, лучше молчать. Пока меня убивать не собираются, а оправдаться может представиться возможность и потом. Только тоска по судьбе Гарба сжимала грудь.

Всю пустыню мы преодолели так быстро, что луна еще не успела подняться в зенит. Лорд одернул зверя у высокой стены из желтого камня. Твердыня. Она стояла почти на окраине песков, утопая фундаментом в постоянно двигающихся барханах. И мне совсем не хотелось быть здесь. Даже больше, чем у Сонного Красного озера.

– Эту – в подвалы, – распорядился лорд, спрыгивая на желтые камни, припорошенные песком. – И следите. Гости вернутся вскоре. Надеюсь, все готово?

– Да, юный лорд, – с поклоном проговорил сухонький мужчина, принимая поводья огромного коня.

Меня довольно грубо стащили со спины зверя, закрывая обзор. Я даже не видела, кому досталась подобная обязанность, но ноги почти тут же подогнулись, только коснувшись земли. Если бы не железная хватка на локте, я бы так и рухнула под ноги волка.

– Это ошибка! Я ни в чем не винова… – горло опять сжало невидимой ладонью, и до ушей донеслось тихое:

– Не шуми.

А затем меня неласково потащили в сторону маленькой двери в стене. Медленно, разгоняя темноту, на стенах внутреннего двора вспыхивали фонари, отчего громада Твердыни казалась не просто внушительной, а достигающей небес. Свет и тьма словно вытягивали крыши и башни, скрадывая верхние границы зданий. В племени поговаривали, что, попав сюда, невозможно выбраться. Раньше я считала это просто сказками для детей, чтобы те не пытались подходить к резиденции Трианонских лордов. Теперь же каждой жилой, каждой клеточкой тела понимала, что это правда.

Мое тело может больше никогда не увидеть жгучего солнца, что встает над терракотовыми песками.

Глава 2

Зиминик

Никак не мог понять, на что именно рассчитывали мои неизвестные враги, раз послали к озеру такую неумеху. Что они хотели выяснить и каким образом. Что эта девушка из внутренних племен не сможет кот мне даже приблизиться незаметно, было понятно с одного взгляда. Но в ней должно было что-то такое быть, чтобы выбор пал именно на нее. Только я этого не мог рассмотреть. А это уже не радовало.

Нападения лоб в лоб я не боялся: в Лимерии, да и в соседних странах не было того, что мог бы в одиночку или малым количеством навредить мне или моим гостям, а о приближении мало-мальски крупного отряда я бы узнал, как только ноги посторонних ступили на терракотовые пески. И ничего подобного не было и в помине.

Девушка сумела подобраться так близко только потому, что была частью пустыни, относясь к племенам табеков. Тех оберегали сами пески, воспринимая как часть себя. Но одного этого было мало, чтобы подойти. Непросто так всю оборону Твердыни оставили на меня. Пока Дамиер обосновался в столице, под боком у своей деятельной принцессы, а отец увлекся от скуки политикой юга, за все отвечал я.

А может, я не так все понял? Но если бы под песком хранились пороховые заряды, я бы заметил. Не потревожив верхний слой, заложить их было просто невозможно. Или все же?

– Что-то случилось? – без особого интереса спросил Тейтон, с братьями проходя в обеденный зал. Гости выглядели слегка запыленными, но довольными прогулкой. Даже без меня они сумели насладиться видами и силой Сонного Красного озера. Подобных мест я не встречал больше нигде в мире. Эта прогулка стоила многих волнений. И никаких нападений на них за время моего отсутствия никто не совершал, несмотря на мое беспокойство.

– Ничего, что бы стоило вашего внимания, – приглашая гостей за стол, отмахнулся я от произошедшего. Со шпионкой, как и с ее мотивами, я успею разобраться после того, как гости отправятся спать. Навредить нашему договору я никому не позволю. – Что скажете?

– Занятно, – кивнул второй из сыновей Чешеви. Самый высокий из мужчин, он казался мне и самым вдумчивым, не торопившимся делать выводы. Как я понял по первым минутам общения, получить его мнение можно только после того, как Марен окончательно разберется в ситуации. Вот и сейчас, подтверждая мое впечатление, лорд первым делом спросил:

– Твой туман, он того же свойства, что и пары над озером?

Правильный вопрос. Я чуть улыбнулся, отмечая, таким образом, сообразительность Марена.

– Практически да. Превратить в статую, окончательно меняя состав крови, я не могу, но многое мой род почерпнул именно у этого места. А может, это оно появилось в ответ на силу первых лордов моего дома. Тут сложно сказать, так как в летописях ничего нет. Известно только, что озеро меняет свои границы время от времени. Несильно, но, кажется, чем больше лордов в Твердыне, тем дальше его берега друг от друга.

– Это похоже на долину льдов, – заметил Тейтон. Братья закивали, соглашаясь со старшим.

– Всегда хотел побывать в ваших горах, – делая знак слуге, чтобы наполнил гостям бокалы, я поднял свой, салютуя лордам Севера. – За ваш приезд. Спасибо, что нашли время посетить Твердыню Зиминик.

– Тебе спасибо за приглашение. После того как Роан занял ваш трон, мы все никак не могли найти время, да и официальный визит в столицу – это не то же самое, что по-дружески приехать к вам. Так что мы и сами рады.

Я благодарно кивнул на слова Тейтона. Лорд был прав: наша встреча – новый виток в развитии связей. Пока родня Роана занималась страной и соседями, моя семья вполне могла обновить тропы в сторону Севера.

– Скажи, Косиан, можно ли нам в качестве жеста доброй воли попросить одну из статуй с твоего озера? Наш отец будет рад такому подарку.

Я рассмеялся на слова Марена. Этот парень, и правда, знал, о чем просить. Глаза мужчины сияли в полумраке зала: кажется, он уже просчитывал, как увеличит собственную силу и чему можно научиться, глядя на эти фигуры, застывшие во времени.

– Конечно. Ты избавил меня от головной боли, если честно. Последние недели я только и думал о том, что бы отправить в качестве сувенира старшему Чешеви. И думаю, да, ваш отец способен в полной мере оценить подобное. Кажется, у него есть личная коллекция артефактов?

– И довольно большая. Когда приедешь с ответным визитом, уверен, он не откажет тебе в экскурсии.

– Имей в виду, я запомнил, – предупредил Тейтона с улыбкой, на что получил кивок.

Вечер прошел довольно приятно. Не углубляясь в политику и экономику, оставив серьезные вопросы наутро, мы обсуждали больше, чем и как живут наши уделы.

Почти на рассвете, отправив гостей отдыхать, немного постояв на стене, наблюдая, как под светом уходящей и бледнеющей луны перекатываются барханы, я вдохнул прохладный ветер пустыни. Он пах пылью и немного солью. Пряностями и песком. Он пах домом. Но нужно было спускаться в подземелья, выяснять, так ли призрачна угроза, что сегодня так неожиданно возникла на моем пути.

**

Фейге

Здесь не было живого огня. Только какие-то странные фонари, которые не давали ни дыма, ни запаха. Несмотря на желтый свет, так похожий на факелы, мне было от него холодно. Дрожь то и дело проходила волнами по телу, в которое медленно, слишком медленно, возвращались силы. Если бы я не знала, что случилось, то предположила бы, что наступила на змею и теперь страдаю от ее яда. Но нет. Все было не так просто и радужно.

Трианонский лорд. Зиминик. В племени поговаривали, что сейчас всем заправляет младший из сыновей, и было непонятно, хорошо это для меня или плохо. Если о старом лорде упоминали, как о мудром и рассудительном правителе, то этот… не слишком ли он молод и порывист, чтобы выслушать оправдания, когда сам все для себя уже придумал и решил?

Ночь прошла в томительном ожидании. Свернувшись в углу на жесткой лавке, укрывшись тонким покрывалом, я все ждала, когда мой палач явится выносить приговор, а его все не было. На какое-то время даже удалось погрузиться в сон, но облегчения это не принесло: слишком велико было волнение. Так и находясь на границе снов и яви, я все же уловила скрип ступеней и звук шагов.

Рывком проснувшись, едва не упала с лавки. Затекшие ноги тут же отозвались болью и неприятным зудом.

Я еще не успела прийти в себя, а за дверью-решеткой появился темный силуэт. Свет обтекал мужчину со спины, делая его облик еще более мрачным и словно густым, не позволяя рассмотреть лицо и выражение глаз. Хотя в неверном свете мне казалось, что я вижу красные искры, то и дело вспыхивающие во взгляде.

Щелкнул замок, и, не сильно переживая за собственную безопасность, в мою временную обитель шагнул Зиминик. Лицо попало под свет фонаря, и я не увидела на нем больше злости или угрозы. Мужчина был задумчив, рассматривая меня, словно грязь, неожиданно появившуюся там, где ей быть не полагается.

– У тебя одна попытка, – нарушил тишину глубокий, спокойный голос, от которого помещение вдруг показалось значительно меньше, чем было на самом деле. – Говори.

– Я вовсе не… – затараторила, стараясь не шевелиться, несмотря на зуд в ноге. Тело чуть подрагивало, и сидеть ровно было не так и просто, но я напрягала каждую жилу, чтобы удержать его под контролем. У меня не было уверенности, что еще один сеанс лордовой магии я сумею вынести без потерь.

– Стоп, – лениво перебил Зиминик, чуть склонив голову набок. Глаза уже ясно и без сомнений полыхнули красным. – Начни сначала. Имя?

– Фейге Нбагоро. Я из табеков. Племя оазиса Срединной луны, – быстро проговорила, стараясь не спотыкаться. И замолчала, ожидая подсказки, что делать дальше. Но лорд тоже не произносил ни слова, только рассматривая меня все внимательнее.

– Я не чувствую лжи, но почему твои слова не соответствуют действительности?

У меня не было ответа на этот вкрадчивый, тихий вопрос, от которого зашевелились волосы на затылке. Все, что я смогла – это судорожно сглотнуть, чтобы как-то взять себя в руки.

– Ладно. С этим мы разберемся. Что ты делала у озера? Табеки не ходят туда, – Зиминик нагнулся так быстро, что я невольно отпрянула и, с силой треснувшись затылком о стену, тихо заскулила от боли.

На лице лорда ясно, читаемо, появилось раздражение вперемежку с досадой.

– Что за… Просто отвечай на вопросы. Чем дальше, тем нелепее все это выглядит. Зачем шпионила за нами?

– Да не шпионила я! – от боли, обиды и напряжения страх куда-то подевался. Я говорила неожиданно резко, почти с вызовом. – И вообще, знала бы, что вы там будете, ни за что бы ни подошла!

– Звучит, как правда, – задумчиво проговорил Зиминик, и я отчаянно закивала. Только на лице лорда почему-то вовсе не отразилось желание меня тут же отпустить. Он, наоборот, нахмурился сильнее.– Тогда почему я чувствую, что что-то не так. А? Говори, Фейге Нбагоро. Зачем ты пришла к озеру?

Удивленная, что он с первого раза запомнил мое имя, я даже слегка растерялась. Не так, по моему мнению, должен был пойти разговор-допрос. Да и откуда мне знать, что именно ему там чувствуется? Может, это у него несварение так проявляется?

Но ответить стоило. Мало ли как быстро закончится лордовское благодушие в мой адрес.

– Мне нужно было искупить вину. Потому старейшины отправили меня к Сонному озеру, – кривясь, нехотя призналась в самом стыдном и сокровенном. Но жизнь была дороже.

– Искупить вину? Обычно для этого приносят жертву на огне, а никак не ходят к озеру. Да я и не заметил у тебя с собой ничего, что стоило бы такого путешествия. Или ты собиралась принести в жертву своего рыжего пса?

– Гарба? Да вы что? С ума сошли? – до крайности удивилась и потому, утратив всякие манеры, прямо спросила. И только потом осознала, что именно ляпнула. Сердце зашлось в бешеном беге, а ладони похолодели.

Но лорд только усмехнулся.

– Так, значит, не его. Что же тогда должно было быть жертвой?

– Никакой жертвы. Мне она не была нужна. Мне требовалось искупление. А для этого нужно искупать ноги в Сонном озере…

– И умереть? Ты мне врешь, – отстранившись, с брезгливостью на лице, вынес вердикт лорд. – Каждый табек знает, что это принесет смерть. Лгунья. Ничего, посиди тут еще, может, тогда твой язык все же скажет мне правду.

– Погодите! Я вовсе не вру! – дверь захлопнулась за спиной лорда так быстро, что я только и успела подскочить с жесткой лавки. А когда добежала до прутьев, лорда уже нельзя было увидеть и в конце коридора. До чего же быстро двигается!

С досадой стукнув по решетке, я тут же взвыла от боли и тоски: как бы он меня тут не запер на веки вечные в попытке развеять свои сомнения.

Взгляд с тоской скользнул по темнице, и только теперь я заметила кувшин воды и половинку хлеба, что стояли на небольшом подносе в темном углу. Живот громко и тоскливо заурчал, напоминая, что тоска тоской, а о насущных потребностях забывать не стоит. Тем более, когда о них позаботился мой пленитель.

**

Что-то было с ней не так. Вся ее правда, пусть и не горчащая, как настоящая ложь, имела странный привкус. Словно я не мог спросить главного, найти истиной причины. Какая-то вся мелкая, немного несуразная, она чем-то неуловимо отличалась от табеков, что я встречал раньше. С виду настоящая пустынница, но…

Стоило мне выйти на стену замка, перебирая в голове каждое произнесенное девушкой слово, я вдруг услышал пронзительный громкий вой. Звук шел от самых стен, словно какой-то зверь пытался пробиться во двор. В ответ на этот звук тут же послышалось рычание и ответный вой из псарни. Почему-то мои волки взволновались.

Пришлось спуститься, чтобы выяснить, кто именно нарушает покой в Твердыне. Обитатели песков обычно обходили крепость стороной, испытывая какой-то иррациональный страх перед нашей силой, которая была разлита здесь в воздухе.

– Что там? – поинтересовался у стражи, что стояла на часах у внешних ворот.

– Волк. Рыжий какой-то и под седлом. Сидит уже несколько часов. То скребет стену, то начинает выть. Мы пытались его отогнать, но он возвращается, – хмуро ответил бородатый капитан, что подошел, стоило мне спуститься.