Креницы-2000

© Даниил Пушненко, 2020

ISBN 978-5-4498-2950-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие от автора

Эта повесть основана на реальных событиях, произошедших 27—28 февраля 2000 года в акватории Ладожского озера близ устья реки Волхов. Основные события записаны со слов очевидцев и изложены в художественной форме. Свидетели того происшествия могут заметить неточности и явные выдумки автора – повесть не претендует на роль документальной литературы. Все персонажи являются вымышленными, любое совпадение с реальными людьми случайно.

Пролог

…Сенин сидел на рыболовном ящике и пристально глядел вдаль. Туда, где едва пробивалось сквозь серые облака и заходило за горизонт солнце. То ли закатом над Ладожским озером любовался, то ли вертолёт высматривал, который должен прилететь на выручку с минуты на минуту.

Василий прошел по дрейфующей льдине несколько километров и удалился от основной массы людей. Нашёл ровную площадку, без трещин и ледовых торосов. Занял позицию посередине и стал ждать, готовый в любой момент подать условный сигнал пилоту. Краем глаза увидел двух братьев по несчастью, что мимо него в паре сотен метров мигрировали с западной оконечности в противоположную, где скопилась большая часть народа. На него внимания не обращали, шли быстро.

Василий глянул на ручной хронометр. Он звонил полковнику более двух часов назад. Сколько лететь вертолету из аэродрома в Левашово до устья Волхова? Решил в голове элементарную математическую задачку, где А (примерное расстояние 100 км), деленное на В (скорость вертолета 220 км/ч), равно С, и занервничал. Встал с ящика, начал топтаться на месте, чтобы разогреть замёрзшие ноги. Времени достаточно, чтобы давно эвакуировать его с этого проклятого айсберга и уже пить водку с экипажем и их отцом-командиром на базе. Где ребят черти носят?!

Спасатели же пришли, откуда их не ждали, зайдя к боевому офицеру с тыла. Сенин услышал из-за спины знакомый гул газотурбинных двигателей и стрекот лопастей, резко обернулся и увидел знакомый силуэт МИ-8, который на бреющем полёте прошёл над ошарашенной толпой рыбаков. Пролетел над Василием, сдул шапку-ушанку с головы воздушным потоком и резко зашёл на разворот, продемонстрировав красные армейские звёзды на зеленом борту. Сердце радостно заколотилось, на замерзшем лице засияла улыбка…

Глава 1

Данила Громов

«Что он вообще забыл тут? Угораздило же встретиться!» – раздосадовано подумал про себя Данила. Внешне оставался абсолютно спокойным, с дежурной улыбкой на лице. Сегодня Громов оставил презентабельный «Мицубиси Галант» на стоянке, а деловую одежду дома. Облачился в то, что не жалко, и на старенькой «Ниве» поехал на авторынок за запчастями. Данила увлекался рыбалкой и детище «АвтоВАЗа» было куплено специально для этих целей. Он не шибко жалел «Ниву», не церемонился на кочках и выбоинах, поэтому периодически старый механизм требовал вложений.

Вышел из машины и нос к носу столкнулся со своим заклятым недругом и конкурентом Костей Ждановым. Раньше они работали вместе в одной конторе, торгующей алкоголем. Начинали простыми торговыми представителями, доросли до менеджеров по ключевым клиентам. Потом конкурирующая фирма посулила Костику тридцать сребреников, и он покинул родную фирму, прихватив с собой клиентскую базу. В результате чего компания, в которой работал Громов, потеряла много крупных клиентов.

Судя по заметно округлившейся наглой морде Жданова и новенькой «Тойоте», на новом месте зарабатывал он неплохо. На его фоне Громов в потертых джинсах и старой куртке рядом с «Нивой» выглядел бомжевато. Надо отдать должное, Данила тоже зарабатывал неплохо. Торговля алкоголем в нашей стране – дело прибыльное. Денежки у него водились. Просто день выдался неудачный. С утра, несмотря на выходной, позвонил начальник и вынес голову за чужой косяк. Потом в обед остановили гаишники и попросили ручку позолотить за пересечение сплошной линии. А теперь ещё эта встреча, как говорится, без галстуков.

– Что, совсем плохи дела? – ехидно спросил Костик.

– Дык я на этой пыхталке на рыбалку езжу, – небрежно ответил Данила. -Генератор забарахлил, приехал новый купить. Так-то у меня «Мицуха» трехлетняя.

– Слава Богу, я было подумал, что ваша контора окончательно разорилась. А то приходи к нам, как раз сейчас стажеров набираем. Только брюки с рубашкой купи, иначе охрана в офис не пустит, – схохмил Жданов и заржал, как конь.

Данила еле сдержался, чтобы не выхватить из рук Костика бутыль с машинным маслом и не засунуть в гогочущую глотку. «Вот же свинья! – подумал он. – Приняли его с улицы, обучили, работу дали. Мало того, что кинул нас, так ещё совести хватает издеваться!». Бурля и полыхая внутри, внешне Громов не показывал раздражения, нацепил протокольную улыбку и посмеялся в ответ, типа шутку оценил. Пока Данила думал, что бы такое колкое сказать в ответ, Жданов дернул ручку двери авто, в попытке открыть. Дверь не поддавалась.

– Ббблиииин! Ключи внутри, а дверь захлопнулась! – упавшим голосом пробормотал он.

– Это карма, Константин! – Громов ехидно улыбнулся, помахал ручкой и побрел в сторону торговых павильонов, насвистывая веселую песенку. Беззлобную мысль Данилы «Пусть побесится, индюк самодовольный!» прервала трель мобильного телефона из кармана.

Манерно оттопырив мизинец, поднёс «Эриксон» к уху. Окружающие сразу же начали оглядываться, с интересом глазея на владельца новомодной игрушки. Одни поглядывали исподлобья, украдкой, другие с нескрываемой завистью и любопытством. Несмотря на то, что за последние годы количество «мобил» у граждан резко возросло, в глазах обывателей трубки ещё оставались атрибутом успешных людей.

– Пронто! – бодро рявкнул в трубку. Общение с итальянскими партнерами оставило на Данилу неизгладимое впечатление.

– Йоууу, Дэнчик! Че как? – он услышал в трубке голос Макса, старого доброго друга, бывшего однокурсника, балагура и кутилы. После окончания юрфака их дорожки разбежались, Максим пошёл работать в брокерскую компанию, занимался оформлением таможенных документов, а Дэн пошёл работать продажником, не найдя себе достойной работы по профессии. Что уж говорить, в нашей стране такое явление не редкость. По старой памяти Данила и Максим иногда встречались, пили пиво, играли в боулинг и биллиард, вспоминали былые лихие похождения.

– Рад слышать, дружище! «Нива» моя забарахлила, брожу по рынку, ищу новые органы для этого старого организма! – с улыбкой сообщил Данила Максу.

– Сбрось этот безнадежный механизм в Неву, а себе «Паджерик» купи, наконец! И на рыбалку ездить с комфортом и клиентов своих не распугаешь! Вспомни тот год, когда ты на озеро поехал, а у тебя там кардан отвалился! Ахахахаха!

Данила заржал в ответ. Разве забудешь эту историю? Когда он стоял в одиночестве на Приозерском шоссе, размахивая буксировочным тросом. Наконец остановился какой-то сердобольный дедок на УАЗе, Дэн предложил ему проследовать километров пять по узкой лесной дороге, чтобы отбуксировать «Ниву» до ближайшего сервиса. Видели бы вы глаза этого мужика! Но природное обаяние, профессиональные навыки убеждения и несколько купюр сделали своё дело. Пилот УАЗа, чертыхаясь и проклиная все на свете поехал вызволять машину Громова и сам застрял на своём внедорожнике между двух деревьев, когда пытался объехать глубокую лужу. Описывать дальнейший трехэтажный мат и спасательную операцию с привлечением 66-х ГАЗов из соседней воинской части не буду. Только скажу, что после этого случая у Дэна было горячее желание сжечь старушку «Ниву».

– Конечно, возьму себе через пару лет нормального джипаря! Знаешь же, что я ещё за квартиру не расплатился, – со смехом ответил Громов. – Как только рассчитаюсь, деньжат подкоплю. «Галант» с «Нивой» продам и куплю «Паджеро» или «Крузак» подержанный. Буду на дороге всяких козявок давить! – последняя фраза была дружеской подколкой в адрес Максима, который ездил на маленьком двухместном родстере BMW Z3, тачке крутой и весьма редкой. В городе можно было по пальцам такие сосчитать, а то и вовсе она существовала в единичном экземпляре.

– Само собой, задавишь, дружище! Только догони меня сначала на этом сарае! А-ха-ха-ха!

Поржали ещё немного от души, после чего Макс перешёл к делу.

– Ты сегодня чем занят вечером? Мы тут в «Акватории» столы зарезервировали, подъезжай, затусим!

– Братан, в этот раз вряд ли получится! Я завтра с утра за корюшкой поеду на Финский залив. У нас сезон ловли «огуречной» рыбки в самом разгаре!

– Приходи, покуролесим! Я тут бармена одного знаю, он тебе под утро такой коктейль состряпает! Сразу после тусича полетишь на свою рыбалку, как на реактивной тяге! Не знаю, что туда кладёт этот говнюк, но до вечера глаз не сомкнёшь! Уши в трубочку свернутся, будешь бегать кругами без остановки по своему Онежскому озеру! Или куда ты там собрался?

Последние годы друзья виделись крайне редко в силу обстоятельств, поэтому Максим настойчиво пытался вытащить Данилу в свет.

– Не, братан, в этот раз я откажусь! Надо выспаться как следует, сил набраться! А на той недельке пересечемся, бухнем где-нибудь.

– Ну, смотри! Надумаешь, приезжай, для тебя место всегда вакантно! – по голосу Максима было заметно, он огорчился оттого, что старый добрый друг его опять динамит.

Друзья попрощались. Данила положил трубку и задумался, ностальгируя о прошлом. Были годы, когда они друг без друга и дня прожить не могли. Жили неподалёку друг от друга, вместе ездили в институт, дружно прогуливали занятия, шатаясь по злачным заведениям, барам и игровым автоматам. А по выходным начиналось самое веселье. Макс брал у своего бати чёрный «Гелендваген» и, заправив его на последние деньги, друзья ехали в центр города «решать вопросы». А точнее клеить девчонок у клубов.

Для тех, кто помнит середину 90-ых годов, не нужно объяснять, какое впечатление оказывал на окружающих наглухо тонированный «Гелик». Эту тачку, снискавшую бандитскую славу, боялись и уважали. В потоке машин, лишь стоило включить поворотник, как весь соседний ряд притормаживал, пропуская «кубик». Простые автомобилисты нервно шарахались в сторону, едва завидев в зеркале заднего вида решетку радиатора с «прицелом» посередине. Недобрая слава настолько прочно закрепилась за этим «мерседесом», что многие удивленно таращили глаза, завидев рядом с ним вместо бритоголовых братков двух улыбающихся дрищей призывного возраста. Ну и от девчонок не было отбоя, конечно. Подкатывали к понравившимся, говорили пару скабрезных и не очень шуточек, звали покататься. Знали – секунд пятнадцать поломаются для приличия. И вот уже дамы, не веря своему счастью, карабкаются в «Гелик», теряя на ходу туфли. Громов грустно улыбнулся от нахлынувших воспоминаний о лихой юности.

Приятно, когда есть, что вспомнить. Сейчас жизнь другая у обоих, полна забот о профессиональной карьере, семье и ее материальном благополучии. Хотя ни Макс, ни Дэн не разгружали вагоны, не крутили гайки на заводе, все же офисная работа выматывала не меньше. Вечно недовольное начальство, капризные клиенты и недотепы-коллеги не самым благостным образом действовали на нервную систему.

Возвращался вечером домой – сил хватало только сходить в душ и откинуться перед телевизором, посмотреть какой-нибудь сериал или новости про то, как новый президент грозит террористам расправой в санузле. М-да…!

Ещё нет тридцати, энергии полно, но не сравнить с той, которая наполняла лет в восемнадцать-двадцать! Когда мог отсидеть четыре пары в институте, заехать перекусить домой, а потом рвануть в центр и кривляться на танцполе до шести утра в каком-нибудь модном диско-баре. Сейчас все вылазки и гулянки строго привязаны к выходным и то, если не запланированы семейные мероприятия, типа поездки на дачу или к родственникам. И увлечения сильно поменялись: прогулки с семьей на природе и культурные мероприятия вместо пьянок и дискотек. А главным досугом стала рыбалка, на ней мы остановимся поподробней.

Собственно, рыбалкой Громов увлекся в детстве, когда ездил на лето к бабушке в деревню в Алтайский край. Вокруг села было огромное количество небольших озер, богатых рыбой. Маленький Данилка вставал ни свет ни заря, когда бабушка с дедом еще спали, привязывал к раме велосипеда бамбуковые удочки, клал в рюкзак бутылку молока и краюху хлеба на перекус, не забыв банку с дождевыми червями для наживки. Садился на велосипед, ехал до озера примерно полчаса. Сначала минут десять по деревне в сопровождении кукареканья первых петухов и лая разбуженных собак. Затем минут двадцать по извилистой грунтовой дороге, которая шла по холмам, заставляя велосипедиста то нажимать на педали, то, расслабившись, катиться с горки вниз с прохладным утренним ветерком.

На месте оставалось лишь спрятать велосипед в кустах и преодолеть полосу препятствия в виде густой стены камыша на болотистом берегу озера. Прорвавшемуся сквозь рогоз к урезу воды Дэну уже ничто не могло помешать наслаждаться рыбалкой. Насадив червей на крючки, он забрасывал снасти ближе к зарослям кувшинок, где и обитали караси. Оставалось только следить обоими глазами за поплавками и ждать, когда прожорливые рыбины проснутся и выйдут полакомиться, чем Бог послал. Данилка терпеливо ждал и наслаждался сказочным рассветом. На небе ни облачка, солнышко уже пускало первые лучи из-за горизонта, обещая жаркий день, а терпкий запах камыша дурманил голову. Природа начинала просыпаться: неподалёку в траве зашуршала ондатра, пролетела какая-то птичка, напевая беззаботный мотив, со стороны села донеслось дружное мычание коров, которых пастух гнал на пастбище, а на зеркальной глади озера стали появляться круги – верный признак того, что рыба начала кормиться.

Вдруг один из поплавков подпрыгнул на месте и шустро поплыл в сторону, рассекая водную гладь. Рыбачок со скоростью тигра схватил удочку с рогатины-подставки и резко подсёк в сторону, противоположную движению поплавка. Несколько секунд борьбы, и пузатый карась золотого цвета отправляется в садок. Кайфффф!.. Пока Данила возился с первой удочкой, поплавок второй исчез в неизвестном направлении – рыба клюнула и завела его в густые заросли водной растительности, скрыв от глаз рыболова. Попытка выдернуть снасть с рыбой не увенчались успехом: подлый представитель ихтиофауны так обмотал леску вокруг растений, что пришлось ее отрывать, чтобы освободить удочку, потеряв при этом рыбу и всю оснастку.

Проклиная все на свете, Данила достал из рюкзачка запасной моток лески, грузила и спичечный коробок с крючками. Пока трясущимися от волнения руками заново оснащал удочку, не забывал поглядывать на оставшийся поплавок, что покачивался плавно на воде рядом с кувшинками. Но, судя по всему, пока Дэн выкорчевывал рыбину из травы, параллельно распугал всех ее сородичей: тот стоял не шелохнувшись. Лишь стрекоза, как маленький вертолёт, выбрала его местом для посадки. Посидела минуту и полетела дальше по своим делам, шурша бумажными крыльями.

Наконец юный рыбак окончил свои манипуляции с удочкой, насадил на крючок свою уловистую наживку – бутерброд из вонючих навозных червей и сладкой консервированной кукурузы. Сделал меткий заброс и, стараясь не создавать лишнего шума, поставил удилище на рогатину. А сам присел, «прицелив» близорукие глаза в сторону кувшинок. Не прошло и пяти минут, как один из поплавков слегка накренился, будто какая-то мелочевка пыталась стянуть наживку с крючка. Сердце вновь застучало от волнения, руки задрожали, а подмышки вспотели. Примерно минуту поплавочек не шевелился вовсе, затем пришёл в движение, вздрогнул и упал на водную гладь. Без промедления Данилка дернул на себя удилище и в ту же секунду ощутил на той стороне лески такую тяжесть, будто тащил подводную лодку или пыхтящий паровоз. Вот в такие минуты начинаешь понимать, что удочка с глухой оснасткой – не лучшая идея для ловли крупной рыбы. Если катушка даёт возможность рыболову спустить пару метров лески, чтобы рыба погуляла, физически вымоталась и дала подвести себя к берегу, то в случае с глухой оснасткой, когда леска привязана напрямую к удилищу, остаётся уповать лишь на ее прочность, гибкость удила и умение им манипулировать.

Но в этот раз удача была на стороне Дэна. Неведомая рыбина оставила свой заплыв и дала подвести себя почти к берегу. Увидев рыбака, фиш намерилась сделать последний рывок, но было поздно – мальчик запрыгнул в воду по колено и схватил ее под жабры. Пронзительный победный клич раздался над озером. Приличный карп, килограмма два весом, немо шевелил усами и губами, вытаращив глаза на довольного рыбака. Вот теперь не стыдно будет домой ехать! Есть чем похвастаться! Дэн представил, как придёт домой, деловито выложит рыбу на стол, бабушка улыбнется и всплеснёт руками: «Ну, Данька! Ну, ты рыбак!»

Хочется отметить в завершении, что в рыбалке для Данилы не было цели поймать и съесть рыбу. Нередко он отдавал свой улов дедушкам с удочками по соседству. А то и вовсе отпускал. Дэн зарабатывал довольно неплохо и в дополнительном источнике пропитания не нуждался. Тем более, что Люба, его благоверная, не любила чистить рыбешку, и этим приходилось заниматься самому добытчику. Нередко он возвращался с рыбалки «пустой», а на вопросы о том, где рыба, отвечал уклончиво: «В озере».

Рыбалка для нашего героя была некой отдушиной и антистрессом, где нет вечно недовольного начальства, капризных клиентов, дорожных «чайников» и прочих прелестей повседневной жизни.

Зимой – это масштабные встречи с друзьями-рыбаками на южном берегу Ладожского озера, погони за убегающей стаей окуня и побеги от коллег-«поджопников», которые сами искать и ловить рыбу не хотят и не умеют, зато с удовольствием любят пробуриться прям под ящик удачливому рыболову. Получается двойная игра, под названием «убегай-догоняй». Очень интересно, динамично и занимательно.

Летом рыбалка поспокойней – неспешный дрейф вдоль стенки камыша на каком-нибудь озере в поиске зубастой щуки. Либо тихие прогулки по быстрой лесной речке в поиске хитрой ручьевой форели и хариуса. В общем, рыбалка для Данилы – это способ отдохнуть и расслабиться. Кто-то для этих целей бухает, кто-то играет в «мафию», третьи на велосипеде гоняют, а Дэн рыбачил. Как-то так.

Жил Данила на проспекте Наставников, в одной из недавно отстроенных высоток, что гордо возвышались на фоне мрачных панельных домов ещё советской постройки. Не сказать, что Красногвардейский является престижным районом Санкт-Петербурга, но Громов тут вырос, учился в 405 гимназии, родители и друзья жили рядом, на соседних улицах. В шаговой доступности был продуктовый рынок и детский сад, у дома расположилась просторная парковка, а до лесопарка идти пятнадцать минут неспешным шагом. В лесопарке Громов любил гулять по выходным со своей семьей, женой Любой и дочуркой Викой, которой летом исполнилось пять лет.

Гуляли вместе по парку, дышали смолистым сосновым воздухом, ели мороженое, кормили уточек в пруду и белочек в лесу. Поэтому не спешил Данила перебираться в элитный район с фешенебельными домами, которыми грезили его коллеги по цеху. Да и привыкли уже здесь жить, дочка ходила в садик по соседству, Дэну до офиса на Пироговке ездить было относительно недалеко. А супруге Любе было без разницы, она работала переводчиком на дому. Раз в неделю съездить в центр, сдать результаты работы и получить новое задание ей было не внапряг. Рядом с домом была остановка. Пятнадцать минут на веселом трамвайчике до Ладожской, пару остановок в подземке – и ты в центре Северной столицы.

«Эх, вот рассчитаюсь за квартиру и куплю себе лодку!» – мечтал Громов, поднимаясь на лифте к себе на этаж. Мысленно он уже рисовал, как едет по Мурманскому шоссе в сторону Ладоги, а сзади на прицепе – новая надувная лодка. Метра четыре длиной, с солидными высокими баллонами, носовым тентом и мощным японским мотором, гордо висящем на транце. Вот приезжает на базу и спускает судно на воду, выкручивает ручку газа на полную. Все тридцать лошадок моментально придают лодке ускорение, поднимая нос над небольшими волнами. Мотор урчит довольно и размеренно, как сытый медведь, навстречу дует теплый июльский ветер, а глаз радует шикарный розовый закат. Кто видел закат над Ладожским озером согласится, что по красоте это зрелище сравнимо лишь с северным сиянием…

Внезапно открывшаяся дверь лифта прервала мечты Громова. Вернувшись в суровую реальность, повернул к квартире, нащупывая ключи и вспоминая, не забыл ли про какие-нибудь поручения жены, типа покупки хлеба. Стоило открыть дверь, как любимая дочурка тут же выбежала в прихожую и с криком «Папа пришел!» повисла у Данилы на ноге. Счастливый отец подхватил ее на руки, с чувством чмокнул чадо и погладил по голове.

– Как моя красавица провела день? – спросил он дочку.

– Твоя красавица сегодня буянила целый день. Раскидала все игрушки, оторвала штору. А за ужином съела только сосиски, от гарнира отказалась, – сказала вышедшая в коридор Люба.

Отец обнял обеих и пошел на кухню, доедать гарнир за дочкой. Лечь нужно было пораньше, завтра предстоял тяжелый день: ранний подъем, дальний путь за рулем и марш-бросок пешком по льду. Затем часов пять ловли корюшки. Перебежки от лунки к лунке, приседания и активное выматывание лески с рыбой. За день так набегаешься и напрыгаешься на морозе, что сил не остается даже языком шевелить.

Дэн сел за стол и начал хлебать борщ, заботливо поданный супругой.

– Завтра опять на свою рыбалку дурацкую едешь? – спросила жена.

Громов нахмурился. С Любой они жили не первый год, практически во всем научились уступать друг другу. Но увлечение мужа она принимать категорически отказывалась, воспринимая его как бестолковое и непрактичное занятие. Особенно нервничала зимой, когда вставал лед, и рыбаки дружной толпой перлись сверлить лунки. Ее страхи подогревались репортажами с телевидения о провалившихся в полынью рыболовах.

– Да, скатаемся, я твоей маме обещал корюшки привезти.

– Делать вам нечего, на улице мороз почти тридцать градусов, а вас несет куда-то! – Люба всплеснула руками и отвернулась, горестно глядя в окно. – Может не поедешь никуда, дома вместе посидим, погулять сходим в лес?

Данила вздохнул. Каждый раз, когда собирался на рыбалку, то был вынужден слушать эту песню. В его адрес выносилась куча угроз и ультиматумов, а итог был один – он уезжал, пообещав быть предельно осторожным и вернуться не очень поздно.

Дочка Вика прибежала на кухню и хлопала ресницами, глядя карими глазами, как папа с мамой приходят к мировому соглашению. Хитро улыбалась, намереваясь под шумок выпросить у отца вкусняшек.

– Люб, завтра Леха придет ближе к обеду. Винду переустановит, как ты просила. Так что дома будь в это время.

– Хорошо, а то сегодня компьютер с третьего раза загрузился, все какие-то ошибки выскакивали!

Леха Минаев – школьный друг Данилы. Спец по компьютерам, оргтехнике и прочим устройствам. Любую проблему в этом направлении решал на раз. «Дело мастера боится» – это про него. Стоило ему только зайти в комнату, как проблемный «пациент» прекращал глючить и начинал судорожно загружать необходимую программу, демонстрируя бурную деятельность. Даже принтер подмигивал индикатором и засасывал из лотка лист бумаги, готовый в любой момент печатать документ, если это потребуется.

Раздалась трель телефона. Громов перевел взгляд на тумбочку, на которой стоял старенький проводной телефон, доживающий свой век.

– Пронто! – недовольно гаркнул он, сняв трубку. Уж очень он не любил, когда его дергали во время еды. В офисе телефон звонил каждые пять минут, поэтому дома он хотел находиться в тишине и соблюдать олимпийское спокойствие. Тем более в столь поздний час.

– Здорово, братан! Как жизнь? – в трубке раздался знакомый картавый голос, от которого лицо Данилы разгладилось, а улыбка сменила недовольную гримасу.

– Да все по-старому, хожу-побираюсь. Жив пока твоими молитвами! – с усмешкой ответил Дэн, узнав в собеседнике своего доброго приятеля Серегу Пожарского.

Тот засмеялся. Перекинулись еще парой фраз, после чего звонивший перешел к делу.

– Дэн, у тебя какие планы на завтра? На рыбалку не хочешь рвануть?

– Серый, я завтра на Финский собрался. Мы с Рябчиковым еще в начале недели договорились, поедем корюшку ловить в Смолячково. Там сейчас неплохо, по десять – пятнадцать килограмм люди увозят.

– Короче, слушай, что я тебе скажу! – Пожарский сменил тон на заговорщицкий. – Приехал мой сосед с Ладоги, привез семьдесят килограмм отборного окуня. Каждая тушка от пятисот грамм и больше. Говорит, что только мерных брал, остальных отпускал обратно. Десятка два закилошных экземпляров привез. Сказал, что окунь уже четвертый день клюет у Птинова как бешеный. Толковал, что пару раз такие кабаны садились, что даже к лунке подвести не мог, леска ноль-двадцать пять рвалась!