Колотое стекло под ногами

3

В кабинете владельца и руководителя фирмы «Старт», Сургенева Петра, сидели два человека. Петр в очках и дорогом темно-сером костюме – за рабочим столом, другой в коричневом костюме – напротив, за приставным столиком. Дорогая кабинетная мебель и никаких излишеств. Деловой стиль. Большое окно. Жалюзи. Строгая отделка стен. Сбоку от рабочего стола на журнальном столе – раскрытый пустой портфель. На рабочем столе, перед Сургеневым аккуратной стопкой лежат бумаги. Несколькими минутами раньше они были вытащены из портфеля. Он брал их по листу и внимательно просматривал. Ему недавно отпраздновали сорокапятилетний юбилей, тем не менее по внешнему виду мало кто мог бы дать ему столько лет. Выглядел он лет на пять, а то и десять, моложе. Постоянно следил за своей внешностью. Регулярно посещал салоны, делал модные прически, массаж, маникюр, ну и всякое иное, что омолаживало его. Руки были предметом его гордости. Ухоженные пальцы, гладкая кожа. Он всегда на столе держал их так, чтобы любой его визави обращал внимание на их идеальное состояние. Когда подбирал кадры, всегда обращал внимание на руки претендентов. Руки с неухоженными ногтями и неухоженной кожей вызывали в нем неприятные ощущения, и, как правило, он отказывал таким претендентам. А если все-таки принимал положительное решение, руководствуясь деловыми качествами претендента, сразу же ставил условие, чтобы тот привел свой внешний вид в приличное состояние, подобающее новому месту работы. Обычно говорил так: «Мозги – ваш инструмент, а руки – ваше лицо. Ваши руки и лицо должны соответствовать вашему уму. Чтобы работать у нас, приведите себя в порядок».

Сейчас, просмотрев бумаги, он улыбнулся, положил узкую ладонь на стопку бумаг, сказал:

– На славу поработал, Яков. Молодец.

Заместитель Сургенева по всем вопросам, которые тот поручал ему, Яков Дуковский также был щепетилен по отношению к своей внешности. Он давно работал под началом Петра, еще с тех пор, когда Сургенев разгребал финансы на одном из заводов районного городка. Потом Петр переехал в областной центр, обжился, создал свою фирму, сумел заинтересовать многих знакомых, привлечь сторонний капитал и дело пошло. Тогда же, бросив работу в своем городке, к нему вновь прибился Дуковский. Деловые качества Якова вполне устраивали Петра. Дуковский был решителен и уверен в себе. Только одно качество в нем не очень нравилось Сургеневу: Яков любил и хотел, чтобы его постоянно хвалили, даже превозносили над всеми. Однако, когда это выходило за все рамки, Петр умел железной пятой наступить на Якова, приводя его в сознание и возвращая на грешную землю. Тогда Дуковский уступал безоговорочно. Сейчас ему было приятно услышать похвалу Сургенева.

– Стараюсь, Петр, – отозвался он, по-собачьи заглядывая в глаза хозяину.

Отодвинув бумаги узкой ладонью левой руки, Сургенев попросил:

– Ну а теперь рассказывай все по порядку, – другой рукой поправил легкую оправу очков на переносице. – Я хочу услышать твое мнение, Яков, по этой документации. Что-то уж очень подозрительно гладко и тихо все получилось.

– Опыт, Петр, опыт, – с некоторой долей бахвальства, уверенно произнес Дуковский, но затем заметно погрустнел и, как провинившийся ребенок перед родителем, пробурчал. – Есть и нехорошая новость, Петр. За минуту до твоего вызова мой человек сообщил ее.

Над оправой очков у Сургенева приподнялись брови. Он словно напомнил этим движением Якову, что все нехорошие новости он должен узнавать в первую очередь. Хорошие сами не заставят себя ждать. Дуковский проговорил:

– Убит Василий Даршин.

Пораженный неожиданной вестью, Сургенев минуту молчал, смотрел на Дуковского недоверчиво. И только потом произнес:

– Это что, шутка, Яков? Если это так, то это очень неудачная шутка. Ты понимаешь, что ты сказал? – Сургенев недовольно шевельнул носом и сузил глаза. – Кем и как? – и, видя, что Яков пожимает плечами, не стал дальше выспрашивать, негромко и неторопливо проговорил. – Зачем в таком случае сейчас нам нужны эти бумаги? Все коту под хвост! Даршин нужен мне живым. У него в руках все нити, которые я собирался перехватить. Меня интересует, Яков, как теперь мне получить лакомый кусок? Я не могу упустить то, что я хочу иметь любой ценой. Срочно добудь мне информацию об убийцах! Может быть, тогда что-нибудь прояснится.

Как истинный царедворец, Дуковский наклонил покорно голову, но заметил:

– Документы эти крайне важны, Петр. Они сослужат нам свою службу и после его смерти. Нам удалось проникнуть во владения Даршина, чтобы заполучить их. Результат превзошел наши ожидания. С этими документами мы легко приберем к рукам весь его бизнес.

Брови Сургенева снова приподнялись над оправой очков, он прервал Якова:

– Легальный бизнес! – уточнил негромко. – Но для нас более важен нелегальный. Даршин был хитрой бестией. Умело рядился под невинную овечку, в этакого добряка. Таким его все воспринимали, таким долгое время мы тоже видели его. Если бы не случай. Ну, да ладно, все это в прошлом. Как мы предполагали, а теперь видим из этих документов, – показал на бумаги. – Наряду с легальными доходами у него были и теневые. Нам нужны эти доходы! Все без исключения. Останавливаться на полпути никак нельзя!

Подхватив его слова, Дуковский проговорил:

– Останавливаться никто не собирается, Петр. Получив в руки такие материалы, мы возьмем за горло всех поставщиков, а они обязательно приведут к главной кормушке. И тогда дело останется за малым, а именно: взять все в свои руки.

– При условии, что в этих бумагах нет липы, – предостерег Сургенев. – Даршин умел видимость выдавать за реальность. Этого у него было не отнять. Говорили, он владел интригой. Не подсунул ли он нам фальшивку перед смертью? Проверь и перепроверь все. Про его способности много было слухов. Хотя, я не исключаю, они могли быть мыльными пузырями. Иначе, почему для него все закончилось так плачевно? Один прах остался, с которого уже ничего не спросишь и ничего не возьмешь. Впрочем, оставим его. Пусть земля ему будет пухом.

– Он был хитрым противником. Но и мы не лыком шиты! – закрутил головой Дуковский, не соглашаясь с Петром.

На минуту умолкнув, соединив руки крест-накрест на груди, Сургенев задумчиво чуть помедлил. Пальцами слегка тронул очки, как бы поправляя их, хотя они остались на прежнем месте. Менторски выговорил:

– Нам на этом поле конкуренты не нужны, Яков. Случайность в его смерти я исключаю! – провел пальцами по столешнице, точно проверил наличие пылинок на ней, погладил бумагу ладонью и потребовал. – Тщательно разберись во всем.

Все это время державший руки на коленях под крышкой стола, Яков выложил их на столешницу, пошевелил пальцами, словно разминая. Петр отметил про себя, что тот содержит их в идеальном состоянии, и это понравилось Сургеневу. Не мигая, долгим взглядом посмотрел на Якова:

– Ты считаешь, мы правильно сделали, что не стали перекупать людей Даршина?

– Конечно! – крякнул Дуковский. – Когда есть свои глаза и уши возле трона, зачем платить посыльному, чтобы узнать, что сказал царь? – уверенно ответил Яков и осторожно заметил. – В дураках мы вроде никогда не ходили, Петр.

Глаза Сургенева сузились:

– Все подвергай проверке, Яков! – сказал он, затем приказным тоном выговорил. – Найди ответы на появившиеся вопросы! Только после этого я смогу принимать правильные решения! Ты – мой заместитель, Яков, и понимаешь, насколько важно иметь сейчас исчерпывающую информацию! – молча придвинул к себе бумаги и углубился в них.

Видя, что разговор закончен, Дуковский поднялся с места и быстро исчез из кабинета.

Поправляя пальцами оправу очков на переносице, Сургенев наблюдал, как члены правления фирмы заходили в его кабинет, здоровались и рассаживались за столом для совещаний, во главе которого сидел он. Петр хорошо знал каждого, знал, как при необходимости на них воздействовать, и умел превосходно это делать. Все они были разными людьми, но все старательно работали на один котел, из которого долгое время черпали свое благополучие. Они видели в нем человека, способного тащить этот тяжелый воз, доверяли ему. А он старался оправдывать это доверие. Еще и потому, что от общего благополучия зависело и его благосостояние. Когда все расселись по местам, и наступила тишина, Петр провел пальцами по столешнице, будто проверяя ее шероховатость, и начал совещание:

– Господа, – сказал он, приподнимая брови над оправой очков, – к нам в руки попали серьезные документы о финансовой деятельности одного из наших конкурентов. К сожалению, ныне покойного. Вот они, – он кивком головы показал на стопку бумаг, лежавшую перед ним. – Мы проверили их достоверность, ибо документы настолько серьезны, что у нас сразу возникли сомнения в их подлинности. Однако наша служба безопасности неплохо потрудилась и нашла доказательства, подтверждающие подлинность этих документов. А раз это так, то у нас появилась отправная точка для разработки плана, с помощью которого мы способны будем поглотить значительную часть бизнеса и сферы влияния нашего конкурента, – говорил Петр негромко и неторопливо, чтобы все могли уловить смысл его слов и вникнуть в него. – Если мы правильно сориентируемся и верно расставим акценты, тогда получим отменный кусок финансового пирога, который станет приличной долей прироста к нашему бизнесу. Но это потребует от нас определенного риска. Я имею в виду финансовый риск. Наша стратегия, которую мы с вами выработали и которой до сего дня строго придерживались, оправдала себя. Полностью. Дело, о котором я говорю сейчас, также укладывается в русло нашей стратегии, с той лишь разницей, что оно относится к разряду крупных дел. Наверняка оно потребует новых тактических ходов. Но в любом случае цель определяет средства, как говорили Великие. А теперь Яков доложит все по существу. Попрошу внимательно его выслушать. Нам предстоит принять решение! – Петр посмотрел на Якова, сидевшего на другом конце стола, и, встретив его глаза, сделал небольшой кивок головой, разрешая ему начать.

Кивнув в ответ, Дуковский обвел взглядом членов правления и начал:

– Вопрос, господа, прост как выеденное яйцо, и сложен одновременно. Простота его в том, что наш конкурент при жизни имел хорошие обороты в своем бизнесе. Ничего нового. Однако сложность для нас сейчас заключена в том, что мы не успели при его жизни перехватить цепочку всех доходов и подобраться близко к кормушке. Наша задача теперь сделать это без него. Сразу оговорюсь, нелегко, господа, но возможно. Речь идет о Василии Даршине и его бизнесе! – Яков снова обвел всех взглядом, словно проверял их реакцию. – Надеюсь, вы не забыли, как год назад Даршин сумел изменить результаты одной нашей крупной сделки, и с каким трудом тогда нам удалось удержать часть капитала? Мы, естественно, выиграли, но с потерями для себя. Теперь представилась возможность отыграться и подмять под себя его бизнес, правда, уже после его смерти, но главное – укрепить собственные позиции на рынке. По добытой нами информации, Даршин имел за прошлый год значительные доходы, в том числе теневые. Вот документы, которые вы видите на столе перед Петром! Благодаря им мы знаем кухню конкурента, постатейную доходность и можем правильно сориентировать себя, чтобы совершить необходимые действия.

– Но ведь это закрытая информация? – сказал член правления с редкой бородкой, двигая пальцами чистый лист бумаги, лежавший перед ним.

– Естественно, – ответил Яков, недовольный тем, что его прерывают, не дают развить свою мысль и блеснуть красноречием. – Но нам удалось достать ее! Как видите, мы не зря едим хлеб. Нам сегодня надо принять решение, будем мы разрабатывать эту тему и вкладывать в нее средства или нет? А если будем, то какую сумму?

– Иначе говоря, – заметил член правления, – здесь вопрос цены, – и спросил. – И какая это цифра?

Усмешливо растянув в улыбке губы, Яков сначала многозначительно помолчал, а затем, видя устремленные на него глаза всех участников совещания, отчетливо произнес:

– Петр вам сейчас передаст наш анализ в цифрах. Просмотрите. Мы хотим услышать ваше мнение. А затем, окончательное решение, – взглядом проследил за тем, как Сургенев продвинул от себя по столу листы с распечаткой. – Полагаю, вы все разберетесь в том, что у вас перед глазами.

Разобрав листы, члены правления углубились в цифры. Петр узкой ладонью провел по волосам, проговорил, обращаясь к Якову:

– Пока все знакомятся с материалами, прошу тебя коротенько рассказать им о последних событиях, и о подводных камнях, с которыми, вероятно, нам придется столкнуться, – через очки внимательно вгляделся в присутствующих. – Надеюсь, все смогут одновременно слушать и изучать цифры? – помедлил, ожидая отклика и после согласительных возгласов, продолжил. – Если кому-нибудь что-то будет непонятно, прошу сразу же задавать вопросы Якову. Возражений нет?

Все промолчали соглашаясь.

– Хорошо, – выждав минуту, заговорил Яков. – Тогда я начну! Итак, господа, нам пришлось провести большую работу, чтобы близко подойти к Василию Даршину, когда он был жив. – Яков не хотел сейчас, чтобы его кто-нибудь прерывал. – Нам удалось подкупить его сотрудников, и провели операцию по получению этих документов. В наших планах было внедрить своих людей в его бизнес, чтобы затащить Даршина в финансовый водоворот. И тогда ему ничего не оставалось бы, как передать все дела нам. Однако кто-то попытался или пытается расстроить наши планы, вклинивается в них. Неожиданно для нас, Даршина застрелили в его же кабинете. Расстановка сил явно поменялась и пока неизвестно в чью пользу. Разумеется, мы выясним, кто это сделал. Но мы уже сейчас вынуждены вносить корректировку в наши планы, искать другие рычаги воздействия. Теперь у нас мало времени для маневра. – Яков был абсолютно уверен в том, о чем говорил сейчас, и потому, выдерживая паузы, выстраивал свою речь так, чтобы она звучала энергично, значительно и весомо. – Мы знали, что последнее время у Даршина возникало много сложностей различного характера. Но не придавали им особого значения. Все эти сложности отвлекали и притупляли внимание к основному вопросу. Могу однозначно вас всех заверить, что мы к его смерти не имеем никакого отношения. Нам она сейчас крайне невыгодна.