- -
- 100%
- +
Уж очень они друг другу подходили. Так и представлялось, как они, подобно героям фильмов 70-х, в клетчатых рубашках, дружно делают ремонт на кухне и в перерыве пьют кефир из бутылок, аппетитно кусая свежие батоны.
В Испании были на экскурсиях везде, фотографировались по-студенчески, лихо залезая на заборы, самые высокие ступени, трогая экспонаты и выискивая забавные надписи. Андрей увлёкся испанским, у него получалось. Он напокупал диски и слушал на пляже. Леночка ела всё подряд, не заботясь о фигуре. Она знала, что молода и хороша и что впереди всё безоблачно-прекрасно. Надевала большие очки и позировала Андрею для аватарки в бледно-розовом купальнике, который, кстати, ей удивительно шёл своей естественностью и карамельной наивностью.
В жизни Андрея всё стало понятным и размеренным. Он стал веселее, спокойнее, уверенней. На работу приезжал на новом «фокусе». Леночка стала учиться в автошколе, раз в семье был автомобиль! Водил Андрей машину аккуратно, по всем правилам, читал книгу об её устройстве и понемногу разбирался во всех технических мелочах жизнедействия своего железного коня. На дачу теперь ездили обособленно от родителей, как взрослые.
У Андрея были распланированы все траты до копейки. Его обед дневной, Леночкин, расходы на квартиру и питание, выходные походы в «Ленту», бензин, оплата автошколы, синематограф. Всё самое нужное, ничего лишнего. Леночка одевалась с мамой, у них был обычный ежемесячный шопинг. Андрей покупал одежду в Германии, приезжая в гости к своей маме.
Катя, сестра Андрея, подружилась с невесткой, приезжала к ним со своими детишками. Леночка была им рада, читала детворе сказки, смотрела мультики, собирала с ними «Лего».
Что ела молодая семья? Андрей через день готовил «шарлотку», это было его фирменным блюдом. Леночка готовить не умела, разве что яичницу, пюре и отварные сосиски. Но разве это проблема при нынешнем развитии кулинарии и полуфабрикатов, да при наличии мамы и бабушки? Всегда можно было поехать и поесть у родителей, они только рады. Тем более на выходных бабушка им снаряжала по две сумки пропитания: контейнеры с салатами, котлеты, тушёную капусту, бефстроганов и обязательно блинчики. «Блинчики со шпинатом и брынзой – Андрюшеньке», он их очень любит.
Леночке предстояло доучиться последний год. Она работала помощником методиста в своём же вузе, у мамы на кафедре, а по окончании собиралась идти работать ассистентом руководителя к товарищу отца, владельцу крупной строительной фирмы. Училась Леночка отлично и шла на красный диплом.
По вечерам они вместе ужинали тем, что было в холодильнике, потом рассаживались по креслам читать. Оба были заядлыми читателями. Читали всё подряд – бестселлеры, классику, фэнтези, обмениваясь мнениями; Андрей умничал, Леночка соглашалась. Затем, конечно же, компьютер. Андрей за своим, Леночка за своим ноутбуком. Почта, Контакт – индивидуально, затем семейно – ролики на Y-tube.
Андрей ложился рано, около одиннадцати, в десять ноль-ноль, без опозданий, он был уже на работе. Так что свет в молодой семье тушился рано, в 23.30, в вопросе сна Андрей был педантичен.
В автошколе у Леночки получалось не очень, но она особо и не претендовала. Так, немного порулить, свернув на просёлочную дорогу к даче с трассы. Ей ужасно нравилось, что у них есть машина и за рулём её Андрюша. Она подарила ему навигатор и была довольна своим штурманским местом.
Андрей после работы часто задерживался, перфекционизм заставлял его проверять, перепроверять, улучшать и преобразовывать к лучшему. Руководство было им довольно всё больше и больше. Вдобавок к своему направлению он получил ещё направление «керамика», куда входили вазы, сервизы, статуэтки и прочие предметы декора. Зарплатой и доверием руководства Андрей был польщён.
По дороге домой Андрей осмысливал прошедший рабочий день, строил планы на следующий, специально выбирая дорогу подлиннее, хотя мог добраться буквально за пятнадцать минут. Времени дома совсем не хватало. Пара-тройка часов – и спать. На работе он выматывался порядочно.
Четверг был днём, который они выделили как вечер встреч с друзьями. Андрей – со своими, Леночка – со своими. Леночка или ходила в клуб «Буквоед» на Восстания, или сидела с друзьями в «Кофе-хауз». Максимум кофе с мороженым, сэндвичи, глинтвейн. Андрей ходил с друзьями в разные бары, кто куда предложит. Пили пиво или что-нибудь покрепче, ужинали и обсуждали, говорили, советовались. Проблем и вопросов у всех было много – кто о работе, кто о личном, кто о машинах, кто о будущем отпуске. Возвращался по четвергам поздно, к часу ночи. Леночка не возражала: «Муж – взрослый мужчина».
Двое из его женатых друзей были на грани развода, двое напропалую волочились за девушками и имели многочисленные романы, о чём смачно и увлекательно рассказывали. Встречались им на жизненном пути понимающие, обязательно «обалденные» девушки-коллеги, которые работают плечо к плечу, у которых и интересы такие же, и ума побольше, да и секс ярче, чем с жёнами.
Андрей слушал с интересом. Все, выпив, слушали с интересом. Какие же бывают ситуации! «Ну и что ты? А как жена? А деньги ты тратишь на любовницу? А в отпуск вот бы не с женой поехать. И что там у неё с сиськами?» И шуточки, анекдоты. Мальчишки!
Свою линию в жизни Андрей знал. Его жена была моложе всех жён его друзей, хорошенькая, умненькая, они только поженились, и совместные интересы у них точно были, да и постельная жизнь была достаточно активной, пижамы с микки-маусами, розовые трусы с сердечками и так далее. Конечно, у него на работе тоже было много интересных девушек, но многие были замужем, а о многих он вообще ничего не знал, любовался издалека, по ходу. Любоваться издалека Андрей любил.
О детях они пока не задумывались. Андрей всегда мечтал иметь двоих детей, как было в семье его родителей. Но Леночке надо институт закончить, поработать. Так что время есть.
Количество командировок увеличилось, но от этого только настроение стало лучше. Андрей любил уезжать. Он и раньше любил побыть один. Как только сядешь в самолёт, наступает другая жизнь. Жизнь-чтение, жизнь-наблюдение, жизнь-обучение, жизнь-опыт. Переписывался со всеми эсэмэсками, на звонках экономил. В каждой поездке покупал десятки мелких сувениров – знакомым, коллегам по работе. Кому магнит, кому статуэтку, кому коробочку конфет After eight. Всех хотелось порадовать, всем угодить. На работе он обходил коллег-девушек и тихонько вручал каждой свой подарочек. Многие думали, что он это делает «только ей». Ещё он очень полюбил делать комплименты, такие же тихие, осторожные и очень личные. Окружающим девушкам было приятно, тем более что его положение в фирме было прочным, он уже был женат, а это было гораздо интересней для любительниц служебного флирта.
Дома Леночка и Андрей друг другу совсем не мешали, а даже наоборот – были незаметны, удобны друг другу. Всё в их жизни шло по заведённому ежедневному сценарию.
Как и многие на работе, на обед Андрей ходил в компании коллег, обычно девушек. Что-то увлечённо рассказывал, о чём-то говорил, давал слушать аудиотренинги, как обычно, будучи в своём амплуа. На работе ни на кого не отвлекался, поддерживая деловые контакты по телефону и ICQ.
Всё успевал, всё получалось, и он по графику Ганта[2] следил за выполнением поставленных задач. Ещё он ежедневно писал новые предложения для руководства.
Брак Андрея популяризировал его в глазах коллег и знакомых по Интернету, вузу. Если ранее он был скорее непонятен, то сейчас было всё предельно просто: женат, успешен, перспективен, заграничен, автомобилен… Он стал интересен для женщин, потому что теперь его опыт был налицо. Тем более что многие мужчины в фирме, будучи женатыми, имели дам сердца на работе. Это считалось нормальным и как раз отражало уровень успешности мужчины. До женитьбы Андрей считался хорошим парнем, сейчас же он стал женатым мужчиной, чья категория была, несомненно, выше прежней и стала объектом желания некоторых ещё незамужних, а также разведённых девушек.
Вот она, загадочная женская психология. Женатый мужчина, без сомнения, гораздо более привлекателен своего неженатого собрата. Потому что второй непонятно почему, по какой причине не женат и как может быть труден и неинтересен путь к нему. Женатый же всё равно рано или поздно станет уставать от своего статуса-положения-обстановки дома, и его глаза начнут радовать цветущие коллеги в офисных мини и обтягивающих брюках. А на работе это чертовски приятно – совмещать оплачиваемый труд с искусством обольщения. Девушкам без этого скучно работать, работа без этого неэффективна, некреативна, и рабочий день без этого кажется таким долгим, чаепитие – бесполым и асексуальным.
Девушки на работе, в свою очередь, тоже начали отмечать Андрея подарками и комплиментами. Кто ежедневник подарит, кто ручку, кто календарь, кто кружку, кто чай пригласит выпить с пирожным. Исходя из этого Андрей стал приносить на работу шоколадки, конфеты. В запасе у него всегда были печенья и разный чай. Теперь он старался приехать на работу на полчаса раньше, чтобы и кофе успеть выпить, и поболтать. Такая востребованность сделала его уверенней, и ему нравилось настоящее положение дел. Переписка в ICQ стала приятнее, живее, часы на работе незаметнее, работал Андрей с большим вдохновением.
Девушки с работы были примерно его ровесницами, коллектив молодой: двадцать пять – тридцать пять лет. Они видели свадебные фотографии Андрея, считали его Леночку простенькой и слишком кудрявой. Для них она не была соперницей. На работе же у всех общие интересы, общие задачи, общие мероприятия, обеды, корпоративы и так далее.
Общались все по-модному, укорачивая и видоизменяя имена: Андрюха, Катюха, Ингуся, Леруся, Лёха. Это всех делало ещё ближе. По утрам пили чай, потом в положенное время – совместный обед, потом дорога к метро, Андрей стал подвозить девушек к метро или поближе. Он же был на машине!
В основном все девушки на работе были симпатичными и свободными. Кто снимал квартиры, кто жил в своих, кто у родителей.
Часто кто-то из девушек просил Андрея помочь на выходных. Выбрать ноутбук, сфоткать для отправки фотографий родителям, позаниматься английским, потому что требовалось переписываться с женихом из США – Андрей, будучи джентльменом, был безотказным, время находил всегда и слыл мастером на все руки. Казалось, женитьба развила в нём ещё больший крен в сторону женщин, их количества и необходимости в его жизни. Именно женщины, общение с ними питали его жизненный оптимизм, энергию и многосильность.
Если Андрею требовалось отлучиться на выходных, он Леночке правдиво говорил: «Да надо девчонке с работы помочь в одном деле». Леночка находила, чем заняться, ходила куда-нибудь с мамой, в кино с однокурсницами, в голову не брала, ничего не замечала. Она наслаждалась статусом замужней женщины и была заводилой у подруг на правах опытной, вышедшей замуж первой.
Андрей вошёл во вкус, такая жизнь ему нравилась. Дома его ждали, на работе у него были приятные моменты и даже некоторые ощущения, после работы он тоже был нужен. Андрей научился улыбаться исподлобья, опустив голову. Эта его улыбка означала, что он понимал кокетство и намёки девушек, принимая их игру. Улыбку он стал часто тренировать перед зеркалом в мужском туалете.
Не прошло и года со дня свадьбы, как Андрей влюбился. Влюбился романтично и искренне. В коллегу по работе, ровесницу, Веронику. Самостоятельная, умная, интересная, Вероника была руководителем юридического отдела. Андрей часто контактировал с ней по работе и восхищался её решительностью, манерой разговаривать и одеваться. Безупречный офисный стиль, полное отсутствие крылышек, кружев и вязаных кофт. Всего того, что так любила его Леночка. Андрей ходил кругами вокруг Вероники, любуясь ею, улыбаясь и пытаясь сделать ей что-нибудь приятное. Естественно, в рабочем процессе.
Вскоре предстояла совместная командировка к партнёрам в Голландию. Это был настоящий подарок. Андрей готовился к результативным переговорам и пятидневному нахождению с предметом обожания. Проштудировав историю Голландии и описание достопримечательностей, Андрей фантазировал и мечтал о прогулках, беседах, в которых он будет на интеллектуальном коне.
Предложил заехать за Вероникой на такси, чтобы ехать в аэропорт. У Вероники был маленький красный чемоданчик, в самом начале пути Андрей взял на себя обязанность нести его. Вероника была стройной блондинкой. Волосы убраны в аккуратный пучок. Имиджевые очки в тонкой чёрной оправе, голубая рубашка, серый пиджак, джинсы – она выглядела очень стильно.
В дьюти-фри Андрей купил конфеты и преподнёс Веронике. Именно преподнёс. Так, как мог только он, – глядя прямо на неё улыбающимися, искрящимися глазами. Выпили кофе, ничего крепче Андрей не предлагал, это было неуместно. Летели, разговаривая мало. Вероника читала, Андрей ей не мешал и просматривал материалы к переговорам, делая паузы и вдыхая аромат её духов. Она иногда отрывалась, смотрела на него, видя, что он за ней наблюдает.
В Амстердаме разместились в небольшом отеле, который заказала принимающая сторона. Решили поужинать в ресторанчике внизу. Андрей говорил и говорил, Вероника слушала и тоже рассказывала. Говорили об учёбе, об интересных поездках, о родителях. После ужина пили горячий шоколад, было уютно и кайфово ощущать себя в другой стране, в такой приятной компании. Андрей был очарован мягкостью, интеллигентностью и начитанностью Вероники. Засиделись до половины второго, рассмеялись и разошлись по номерам. Завтра было много работы, где надо было блеснуть интеллектом, грамотным ведением переговоров и хорошим английским.
На переговорах всё прошло блестяще. Веронике оказывали знаки внимания, Андрей ревниво и с гордостью наблюдал за ней. Она улыбалась, вела себя мило и выглядела сногсшибательно в голубой рубашке, брюках-дудочках и лаковых туфлях. «Вот в чём её сила, – думал Андрей, поэтично настраиваясь, – недюжинный интеллект, строгость и лёгкое кокетство, её бесконечно пряная, душистая женственность». Раньше Андрей не принюхивался к девушкам.
Вечером был традиционный ужин с голландцами. В хорошем ресторане, с разговорами ни о чём. Андрей ждал конца ужина, чтобы остаться с Вероникой наедине. Предложил ей пройтись по городу, – так не хотелось с ней расставаться. Разговаривали неторопливо, иногда молчали, украдкой рассматривая друг друга. Андрей нёс их портфели. Увидели киоск с тюльпанами, Вероника попросила его сфотографировать её на фоне разноцветных цветов. Андрей сделал снимок улыбающейся Вероники и купил средний букет красных тюльпанов. И понял, что целый день ждал и хотел такого момента. Вероника смутилась, букет несла двумя руками и часто склонялась к нему. Снова пили шоколад со сливками, ели пирожные. Андрей заказал разные, на выбор, они пробовали, ложкой кормя друг друга. Измазались шоколадом. Андрей сфотографировал Веронику с шоколадным кремом на лице, она смеялась от счастья.
Буквально минута нужна, чтобы человек почувствовал себя счастливым, только минута, чтобы люди почувствовали, что что-то меняется, что им не показалось, что происходит нечто прекрасное, волшебное, чтобы потом помнить об этом, возможно, всю жизнь. Любовь безоружна и беззащитна.
Андрей преобразился в рыцаря. Вероника ловила каждое его слово. Он рассказывал и рассказывал. На следующий день после деловой программы решили совершить небольшую экскурсионную прогулку по тем объектам, которые предложил Андрей. Это было продолжением сказки. Говорить, смотреть, ощущать рядом, вдыхать и фотографировать – Андрей чувствовал себя заполненным счастьем. Проводив Веронику до её номера, он сначала пожал её руку, а затем хулигански поднес её к губам и поцеловал пальцы, нежно и долго.
Андрей не думал, что он делает что-то плохое. Он женат, чувство долга и свои обязанности он понимал и осознавал. То, что он просил руки Леночки у её родителей, было серьёзно, доверие её бабушки и дедушки для него было важным. Он женат. Но к Веронике тянуло чисто, прекрасно и честно. Так он характеризовал свои чувства. Не она его провоцировала, не была она похожа на открыто флиртующих девушек с работы. Значит, была достойной его чувства, возникшего здесь, в сердце Европы. Что, безусловно, символично.
Он запросто, так он думал, мог обуздать любое своё чувство, но считал, что в его мыслях и действиях нет ничего угрожающего их с Леночкой браку. Он не тормозил и двигался вперёд. Впереди было красиво и романтично. Вероника была достойной его мечт и фантазий. Ещё она была, на его взгляд, эротичной, чего не хватало Леночке. Но Леночка была ещё такой молодой, неискушённой и неиспорченной. При нём она и останется такой, за это он её и выбрал.
Такой смелости от себя Андрей сам не ожидал. Все случилось тут же, быстро и страстно. Раньше все его ухаживания длились долго, но в этом случае, думал он, чего ждать. Он зашёл за Вероникой в номер и закрыл дверь, чего и она не ожидала. Этот порыв был физически мощен и стремителен. Вероника не сопротивлялась, они были одни, единым возбуждённым целым, и это было что-то. Андрей предстал перед ней в совершенно ином свете. Веронике он показался бесподобным партнёром, с которым было возможно всё. Оставшиеся две ночи они провели вместе, спали мало и дрожали от прикосновения друг друга.
Обратно летели уже прижашись друг к другу, Вероника заглядывала в его глаза и светилась от нежности. Андрей был тоже не разочарован – такой секс был у него впервые, но он уже мысленно настраивался на возвращение домой, к Леночке. И весь его романтизм за время полёта по мере снижения лайнера вернулся к нулевому, ставшему уже нормальным для нахождения дома уровню. Жена, Леночка, заказывала новые чехлы для айфона, он вёз. Не забыл и про её любимые футболки с забавными рисунками. Андрей заметил, что последнее время он называет Леночку женой – не Леночка, а именно «моя жена, жена».
Веронике хотелось побыть одной, подумать в темноте, повспоминать, что было особенно приятно. Так что неприятной, уже отдающей отвратительным треугольником реальности, когда они расставались в такси, она не почувствовала.
Они вообще ни разу не говорили о его жене, семье. Для неё все было радужно, остро, влюблённость кружила голову. Вероника была свободной и могла чувствовать по отношению к Андрею всё, что хотела. Он ей был всегда симпатичен, она только однажды видела его жену, та показалась ей молоденькой и очень хорошенькой.
Роман начался и продолжался бурно. Андрей был абсолютно другим в этих отношениях. В его жизнь добавился один элемент, против которого он не возражал, приветствовал его, который его радовал, вполне устраивая одновременно. Никто ему не мешал жить, работать, развиваться. Всё снова было распланировано, и всем в этом плане хватало места, времени. И, что интересно, Андрею было везде хорошо – дома с Леночкой, на работе со своими арт-объектами, с девушками-коллегами на обеде, с Вероникой на работе и у неё дома, с Леночкиными родителями на даче, с её замечательными бабушкой и дедушкой. Ему было комфортно, оттого что у него не было финансовых проблем, а Леночкины родители были надёжным тылом, если что. Если что?
К Веронике осознание ситуации пришло спустя месяца три. Если раньше она не претендовала на него целиком, теперь, когда были сказаны слова о чувствах, когда были проведены лучшие дни вдвоём, она имела на него право. Так она думала. Если он с ней, значит, там, дома, ему плохо, наивно полагала она. Даже стала сравнивать себя с фотографиями его жены. Ничего плохого и ревнивого по отношению к ней она не чувствовала. Ей думалось, что Андрей женился поспешно на юной девушке, что ничего серьёзного там быть не может, что их с Андреем отношения глубже, цельней, прочнее и страстней, взрослее, что они настоящие. Значит, они непременно будут вместе. Поэтому она не расстраивалась, ждала очередного рабочего дня, в котором они встретятся. Наладится всё постепенно, чуть-чуть позднее, но непременно наладятся. Непременно.
Андрей, что называется, жил полной, насыщенной жизнью. Теперь и ему на встречах с друзьями было что рассказать. Но он молчал, в душе улыбаясь, что и у него есть всё то же, что и у многих успешных мужчин. Но рассказывают-то в основном о проблемах, а у него проблем нет.
На мамин день рождения Андрей с Леночкой полетели в Баварию. С Леночкой Андрей общался как ни в чём не бывало. Они весело ужинали, муж мамы учил их пить вино с разными непривычными авторскими закусками, которые сам придумывал. Андрей всех фотографировал. Мама пекла вкуснейшие булочки, Леночка с восторгом записывала рецепты. Потом гуляли с собакой, целовались, обнимались и шептались, как влюблённые. Отчим организовал поездку к озеру Кёнигзее. Осматривая с экскурсионного кораблика покрытые снегом горы, молодые люди чувствовали себя частью сказки, совсем другого мира изумрудного цвета и кристально-чистой воды. Только вдвоём на подъёмнике поднялись на гору Йеннер, целовались и загадывали желания, молчали и были счастливы. Возвращаясь, оживлённо разговаривали на английском и немецком, благодарили отчима за такую полную смысла поездку. Для Андрея это было именно то, что нужно. Он жадно думал о Веронике, занимаясь сексом с Леночкой.
С мамой походили по магазинам, купили подарки для Леночкиных родителей. Не забыл Андрей и Веронику, купив ей настольную авангардную статуэтку в виде сердца и диск Вагнера. Этот подарок она точно оценит. Вероника слушала классику, и ей нравились слова и подарки со смыслом. Здесь смысл налицо – пусть сердце, символ любви, напоминает обо мне, а музыка звучит, отражая наши особенные чувства.
Неожиданно и на удивление решительно Вероника стала избегать его. Андрея это выводило из себя, потому что тратить силы на отношения он не собирался. Всё, что посягало на течение его жизни, было лишним. Он знал: пара-тройка дней молчания с его стороны – и Вероника снова будет рядом. Так и было, было много раз. Она уходила, его маневр, она возвращалась, любила его ещё больше. Он создал вокруг себя маленький комфортный мирок, в котом были родители, работа, семья, быт семьи, семейный секс, любовница, романтичные чувства к ней, бурный секс, путешествия, ужины, кафе, фотографии.
Андрей не ощущал себя негодяем, он задумывался о том, что он и его бытие изменилось. Но гарантией его уважительного отношения к себе было то, что все вокруг были им довольны: дома и на работе его любили, уважали. Леночка им восхищалась, Вероника безумно хотела быть с ним рядом, мама им гордилась, с сестрой они дружили, родители Леночки и желать лучшего зятя не могли. Однако Андрею все больше времени требовалось для того, чтобы побыть одному. Его тяготило, что Вероника начала страдать, он понимал, что делает ей больно, что обманул её и втянул в отношения с ним. Надо было расставаться, делать это твёрдо и бесповоротно. Он ничем не рисковал, на работе об их отношениях никто не знал, он даже друзьям ни слова об этом не говорил. В памяти всплыла книга Драйзера «Американская трагедия», в которой любовник утопил свою любовницу, чтобы жениться на богатой девушке.
Расстаться с Вероникой для него было проще простого. Уязвить её гордость можно было, прямо сказав, что с женой он расстаться не может. Потому что для Вероники этот вопрос стал особенно острым спустя год отношений и ожиданий поступков. Так он и сделал: «Вероника, я не могу изменить своему слову, ты достойная девушка, выброси всё то, что я тебе подарил, так тебе будет проще забыть меня. Есть такая методика забывания. Больше между нами не может быть ничего. Я сделал тебе больно, прости». Вот так, высокопарно, как мог только он. Вероника плакала и болела неделю дома. Через два месяца она уволилась, и больше они не встречались. Андрей чувствовал себя хорошо, жизнь текла своим чередом, воздух был чист и свеж.
Чтобы улучшить себе настроение и порадовать Леночку, в апреле Андрей купил путёвку в Прагу на семь дней. «Семь дней в Праге: только ты и я» – так он подписала ей открытку с сердечком. Пили пиво в пивницах, фотографировались, целовались на Карловом мосту и, как молодожёны, были веселы и беспечны. Этой романтичной поездкой Андрей поставил точку в своей прежней двойной жизни. «Как хорошо жить, не притворяясь и не обманывая», – думал Андрей, обнимая свою юную жену. Теперь никаких любовниц! И выложил 87 фотографий в Контакте – пусть смотрят, кому интересно.
Вдохновения хватило ненадолго. Несмотря на практичность и рационализм, Андрей нуждался в эмоциональной подпитке. Ему требовался продуманный, постановочный романтизм.
Леночка была «холодным партнёром», так он теперь считал. Он стал остро ощущать, что она – это «совсем другое поколение», её подруги стали его раздражать. То, что родители её опекали и считали маленькой, ещё больше бесило его. Брак с Леночкой, их отношения становились для него всё однообразнее, скучнее и преснее. После работы Андрей тянул время и не хотел идти домой. Сидел с ноутбуком в кафе или слушал музыку в машине. Приходя домой, не разговаривал с Леночкой, принимал душ и ложился спать. Как жалко, что столько вкладывается в отношения! Эти бесконечные вещи, совместно купленные, и машина – подарок её родителей. Жалко, что нельзя всё быстро изменить: раз – и ты уже не здесь, не в этой картинке мира. Леночка стала расстраиваться, много говорила по телефону с мамой, с подругами. Андрей не собирался её успокаивать, ему нужны были силы для работы, предстояло открытие новой галереи в Москве, этот проект был для него важным.