- -
- 100%
- +
Все только начинается!
Солнечные лучи скользили по ветвям деревьев и молодой листве. В мае солнце припекало уже по-летнему, словно изо всех сил старалось прогреть этот уютный городской дворик, со всех сторон окружённый высокими липами. В тени лип прятались деревянные скамейки и качели.
Во двор вошли две девочки.
– В «классики» будем играть? – спросила Настя. Блики солнца, касаясь её рыжих волос, словно делали их ее ярче и заставляли светиться, а заодно прибавляли еще веселых веснушек, которыми было усыпано лицо девочки даже зимой.
Аня, пухлая и круглолицая, откинула назад толстую тёмную косу и пошуршала в карманах комбинезона.
– А я мелок потеряла! – она вопросительно посмотрела на подругу.
– Я тоже все утро его искала и не нашла.
– И как же быть? – растерялась Аня.
– Что-нибудь придумаем, – Настя обвела взглядом двор.
В кустах чирикали воробьи, а в песочнице рядом копались малыши. Они так усердно работали лопатками, словно хотели построить Великую китайскую стену.
– Я смотрю, никто, кроме мелюзги и нас, гулять не вышел.
– Может, в прятки сыграем? – предложила Аня.
– Вдвоём в прятки играть? Нам нужен хотя бы ещё кто-то один.
– А может, Полина позавтракала уже?
Они повернулись к окну на третьем этаже, в котором виднелись белые занавески с алыми тюльпанами, и закричали:
– По-ли-на! По-ли-на!
В окне показалась голубоглазая светловолосая девочка лет шести:
– Сейчас выйду! Только чай допью!
Аня и Настя подошли к качелям и стали качаться.
Из-за угла появилась дворовая собака Альма. Она направлялась в сторону мусорных баков в надежде найти что-нибудь съестное, но присела отдохнуть на солнышке. Шерсть у неё была рыжая, с белыми пятнами по бокам.
– Скоро я с родителями в поход пойду, – радостно сообщила Аня. – Мы по реке поплывём на байдарках.
– На каких ещё байдарках?
– Это лодки такие. А река – Вишера, на Урале, туда туристы со всего мира съезжаются на красоту смотреть. Там есть скалы, а в них много пещер. Жить будем в палатках, а еду готовить на костре.
– А я? А Полина? Мы ведь хотели все лето вместе быть!
– Как же я папу с мамой одних отпущу? Мне брат свой фотик отдаст, я буду природу фотографировать, пейзажи разные, – расхвасталась обычно застенчивая Аня.
Из окна желтой пятиэтажки выглянула мама Ани и позвала дочь обедать. Девочка спрыгнула с качелей.
– Ты вернёшься?
– Не знаю! – на бегу крикнула она.
Через несколько минут после ухода подружки из подъезда выбежала Полина:
– А где Аня?
– Домой пошла. А ты знаешь, что я тебе сейчас расскажу? Она с родителями в поход собралась! – А ты куда этим летом поедешь? – спросила подруга Настю.
– Да никуда! Дома останусь.
– А я – в детский лагерь, – радостно сообщила Полина.
– С родителями? – спросила Настя.
– Одна! – Полина пожала плечами. – Я ведь уже большая! Мне скоро семь лет будет.
«А мне уже давно семь!» – хотела сказать Настя, но только вздохнула. Ей стало обидно, что одна её подружка идет в поход, другая поедет в лагерь, а вот ей все лето придется провести в городе…
– Сегодня мне папа принесёт путёвку, – мечтательно продолжала Полина. – В лагере новые друзья появятся…
– А я тебе уже не друг, получается, да? Мы ведь хотели всё лето вместе быть! – рыжеволосая Настя была ревнивой.
– Я же через месяц вернусь! – крикнула Полина, но огненные кудри подруги уже скрылись за деревьями.
Полина качалась на качелях одна и думала, чем бы таким интересным заняться. Она была заводилой в компании подружек, всегда выдумывала новые игры, но никогда из-за этого не задирала нос и ссоры не любила. Тут во двор въехал папин автомобиль, и девочка побежала ему навстречу. Папа вышел из машины, открыл багажник и стал вынимать оттуда книжные полки, а под конец достал большую коробку с тортом.
– Давай я тебе помогу, – предложила Полина и тут увидела гостинец, – Ух ты! А что за праздник сегодня?
– Полки тяжёлые, Поля, ты лучше дверь подержи. И неси торт, только осторожно. Мама уже давно просила папу навести порядок в комнате Полины: детские и взрослые книжки стопками лежали на подоконнике и на полу. Придя домой, он достал из кладовки дрель, молоток и шурупы. Вместе с дочкой – мамы не было дома – они стали развешивать полки: хотя папа Полины был директором фирмы по созданию компьютерных игр, он всегда делал работу по дому сам.
Потом они вместе занялись сортировкой книг: детские книжки девочка любовно расставила на нижней полке, чтобы удобно было дотягиваться. За работой они не заметили, как пришло время ужина. Папа разогрел ужин и накормил Полину. Когда они уже допивали чай, услышали, как в замке входной двери повернулся ключ. Мама сняла плащ в прихожей и вошла в кухню.
– Папа принес нам торт! – обрадовала её Поля и сразу вспомнила: – Только ты так и не рассказал, почему его купил.
– Сегодня – день предпринимателя, праздник для тех людей, кто не побоялся начать свое собственное дело, – объяснил папа.
– Как ты! – радостно воскликнула Поля. – А чего же тут бояться?
– Ну как же – ответственности, ведь предприниматель отвечает за успех своего дела, доход от него, а значит, и за то, будет ли зарплата у его сотрудников!
– А если дело не приносит прибыли, он первый годами не получает денег. Так ведь, Кирилл? – продолжила мама, которая все это время с грустью слушала папу. – Только ищет их повсюду, чтобы тут же снова вложить в это дело.
– Инна, но ты же знаешь, я не могу поступить иначе! – ответил ей папа.
– Знаю и вижу, что происходит последние три года… Поля, иди ложись спать, уже поздно, – попросила мама.
Девочка проснулась рано утром, когда розоватые солнечные лучи ещё не превратились окончательно в жёлтые. За завтраком мама осторожно произнесла:
– Я должна тебе кое-что сказать. К сожалению, у нас не получится отправить тебя в лагерь.
– Почему? – испуганно спросила Полина.
– У папы сложности на работе, денег на путевку у нас не хватает.
– А мне что же, все лето во дворе одной гулять? Вон, Аня с родителями в поход идет! – со слезами на глазах произнесла девочка.
– Мы обязательно что-нибудь придумаем! – мама ободряюще погладила Полину по голове, потом вздохнула и добавила, глядя через окно куда-то вдаль: – Со взрослыми людьми такое случается: иногда с солнечной стороны они попадают на теневую, тёмную.
Полина утёрла рукавом слезы. Она не поняла, о каких таких сторонах говорит мама, но ей стало очень обидно, что её мечте этим летом не суждено сбыться. Тут раздался звонок в дверь.
– А вот и я! Не ждали? – на пороге стояла бабушка Нина Викторовна, мамина мама, маленькая хрупкая женщина в соломенной шляпке. В руках она держала клетку, накрытую тёмным платком, в ней обычно путешествовал её любимец – волнистый попугайчик Лори.
– Ну, конечно, ждали! – воскликнула Инна.
– Бабушка! Ура! – захлопала в ладоши Полина.
Нина Викторовна сняла шляпку, пригладила серебристые волосы, собранные в пучок, убрала с клетки платок и открыла дверцу. Из неё вылетел Лори и с шумом уселся на плечо Инны.
– Ур-р-ра! – крикнул он.
– Ох, а у нас тут тоже новости, – вздохнула Инна и, перед тем как начать разговор, включила Полине мультики.
Удостоверившись, что та увлечена просмотром, вернулась на кухню и продолжила:
– У Кирилла опять не будет зарплаты в ближайшее время, а моей, сама знаешь, нам всем едва на жизнь хватает. В который раз мы оказались в таком положении, что даже ребёнка в лагерь не можем отправить!
– Не горячись, девочка моя, у всех бывают трудные времена. Все наладится, я уверена, нужно только время и терпение.
– Посмотрим… Я уже попросила дать мне дополнительные дежурства на станции. Ничего, устроимся, только Полину не с кем летом оставить.
– А об этом ты даже не думай. Мы с Лориком присмотрим за ней.
После вечернего чая Полина умылась, улеглась в кровать и попросила:
– А расскажи мне сказку, бабушка. Читать она уже умела, но ей больше нравилось слушать.
Нине Викторовне показалось, будто не Полина, а она сама, совсем ещё маленькая, лежит в кроватке. Под потолком висит оранжевый абажур, а в кресле сидит её дедушка и с выражением читает сказку. Он был юристом еще в те времена, когда Россией правил царь Николай Второй, и знал наизусть все законы.
– Когда я была маленькая, мы с Петром Алексеевичем, твоим прапрадедушкой, составили «магический документ», – лицо бабушки просветлело, морщинки у глаз расправились, и она словно помолодела.
– Этот документ был волшебный? – Полина заёрзала в кровати, ей очень захотелось, чтобы он и в самом деле оказался волшебным.
– Скажем так, необычный. Пётр Алексеевич был очень занят на службе, как и твои родители, а я просила читать мне перед сном сказки, так же как и ты.
– А что там было, в «магическом документе»?
– В нем говорилось, что я во всем должна слушаться родителей, не капризничать и убираться в своей комнате, и тогда он будет читать мне по одной сказке перед сном.
– Я тоже хочу так! – воскликнула Полина. – Мы ведь тоже можем с тобой такой договор составить? – она даже зажмурилась, радуясь своей новой идее. Полине очень захотелось сделать настоящий «взрослый» документ и поставить на нем свою подпись.
Нина Викторовна принесла чистый лист бумаги. Девочка уже выскочила из кровати и выложила на стол пластилин.
– А это зачем? – спросила бабушка.
– Сделаем печать для договора, – сказала внучка.
– И скрепим ею «магический документ», – поддержала бабушка.
Полина скатала из пластилина шарик, придавила ладошками, и протянула бабушке приплюснутый ровный кругляш, та взяла его и ножичком для разрезания бумаги выдавила на поверхности рисунок – раскрытую книгу.
– Это будет наша эмблема! – сказала она, с удовлетворением разглядывая свою работу. Печать получилась совсем как настоящая.
Так две стороны, Бабушка и Внучка, подписали «магический документ», он был точной копией того, который много лет назад Нина Викторовна составила со своим дедушкой, а в самом низу красовался ярко-красный оттиск раскрытой книги.
Когда поставили печать, лампочки на люстре замерцали. Бабушка и внучка посмотрели вверх – и на мгновение, всего лишь на самую маленькую долю секунды, люстра превратилась в оранжевый абажур из бабушкиного детства.
1
Было начало лета, всюду летал тополиный пух. Полина и бабушка, предоставленные сами себе, днём гуляли, а по вечерам играли в «Монополию», детское лото или складывали «паззлы». Нина Викторовна обзвонила родственников, рассказала о договоре с внучкой и попросила их сочинить хотя бы по одной сказке и прислать ей.
Однажды, выйдя на улицу после дождя, они увидели ворону, которая важно вышагивала по мокрому асфальту, нисколько не обращая внимания на прохожих. Только что она стала обладательницей крупной добычи: возле открытого кафе птица подобрала засохшую корку хлеба, и её распирало от гордости. Ворона заметила лужу, по поверхности которой весело сновали солнечные зайчики, подошла к краю, столкнула хлеб в воду и стала терпеливо ждать, пока он намокнет.
Через несколько минут она достала корку из лужи и начала её клевать, но хлеб был все еще жестковат. Ворона снова бросила его в воду и огляделась по сторонам. Убедившись, что никто не покушается на её добычу, она успокоилась и продолжала ждать.
Нина Викторовна взяла газету и стала просматривать заголовки.
– Бабушка, смотри, ворона для себя еду готовит. Бабушка оторвалась от чтения и посмотрела на птицу, та занервничала. Она прикинула, что с человеком справиться будет не так просто.
– Вороны вообще очень умные, – сказала бабушка. – Я знаю, что говорю. Вот когда я жила в деревне, то видела, как галчонок бросал в банку с водой камешки.
– А при чем здесь галчонок?
– Галки же близкие родственники ворон! В твоём возрасте, Полина, надо бы это знать, – строго произнесла она. – Так вот, в банке было мало воды, и дотянуться до неё клювом он не мог, и тогда птенец додумался наполнить банку камнями, чтобы вода поднялась. А ещё там была одна ворона, которая подкатила к рельсам большой сухарь, который никак не могла поднять, и ждала поезда.
– Для того, чтобы он колесом раздавил сухарь?
– Видишь, ты сама догадалась.
– Я тоже умная! Как ворона.
В этот момент птица вытащила размоченную корку из воды, ухватила когтями и взлетела. Вместе с ней поднялись в воздух ещё несколько ворон, которые увидели, что их подружка держит в лапах добычу, и начали гоняться за ней, чтобы отнять хлеб. Они всё время каркали и налетали на обладательницу богатства, ворона отвечала им, не забывая на лету перехватывать лапами корку.
Бабушка и внучка ещё немного погуляли и пошли домой.
За ужином Полина с блеском в глазах рассказала маме с папой об умнице-вороне, которая готовила сама себе еду, и о том, как вороны-подружки пытались её отнять. Но родители были чем-то расстроены, слушали рассеянно и думали каждый о своем.
Пока Поля умывалась в ванной, мама с тревогой спросила:
– Кирилл, ты все деньги вложил в разработку игры, и конца-края этому не видно. Не лучше ли оставить это дело? Ведь невозможно все время вкладывать деньги и жить без зарплаты! – она заводилась все больше. Тут дверь на кухню захлопнулась. Полина попыталась напрячь слух и разобрать ещё хоть что-нибудь, но вместо слов до неё доносился лишь гулкий шёпот. Она знала, что так бывает всегда, когда родители ссорятся.
А в детской Полю ждала Нина Викторовна, в руках она держала листы бумаги и флешку.
– Сегодня я решила начать исполнение своих условий договора! – хитро улыбаясь, сказала она. – Попросила у твоего папы разрешение поработать за его ноутбуком и кое-что на него скопировать с флешки.
Лори, дремавший в клетке, встрепенулся от новых незнакомых ему слов, подскочил к закрытой дверце и постучал в неё клювом.
Нина Викторовна открыла дверцу, попугай вылетел из клетки и спланировал на её плечо. Полина внимательно смотрела, как бабушка что-то печатает на клавиатуре, и, удивлённая, воскликнула:
– Ты что же, не смотришь на клавиши, на которые надо нажимать?!
– Да вот, всю жизнь в издательстве проработала, там многое нужно было уметь.
– Вот здорово! – внучка посмотрела на бабушку с восхищением. В этот момент из принтера стали вылезать листы с текстом.
– А на этих листах что? – заинтересовалась девочка.
– Это истории, которые я сочиняла на досуге, когда ушла на пенсию. Много рукописей я прочитала за свою жизнь, вот захотелось и самой что-нибудь написать для внучки.
– Мне уже так хочется послушать! Читай, читай скорее!
Тополинка и королева Ворона
«На городских задворках за домами был пустырь, там стояли мусорные баки, куда сваливали всякий хлам, и рядом что-то вроде футбольных ворот: две железные трубы и перекладина, на которой обычно выбивали ковры. Перекладину облюбовала Ворона, большая, чёрная, с проседью в перьях. Вороны вообще любознательные птицы, нравится им все блестящее и новое, то, чего они ещё не видели. Это место Ворона считала своей территорией и ревниво её охраняла. Бывало, залетят во двор певчие птички – она взъерошит перья, захлопает крыльями, закаркает:
– Улетайте скар-р-рее! Здесь моя кар-р-рмушка!
Однажды кто-то вынес на пустырь сломанное кресло, его водрузили прямо на мусорный бак. Обивка кресла была порвана, в нескольких местах из неё торчала рыжая стружка. Заметив этот диковинный предмет, Ворона немного покружила над ним и уселась на спинку. Она повернула голову вправо-влево и, довольная, прищёлкнула клювом:
– Кар-р-рошая обивочка!
Потом птица засунула голову под ткань и зацепила виток рыжей стружки, он так и остался в её перьях, будто корона.
А сломанное кресло – чем не трон для королевы задворок? Восседая на нем, Ворона восклицала:
– Кар-р-алева в своём кар-р-ралевстве!
Но какое же королевство без злата-серебра? Взгляд её упал на валявшийся в пыли старенький пиджак. Подцепила его Ворона и давай трясти – не выпадет ли из-под подкладки денежка? Трясла-трясла, и не напрасно: блеснула на солнце и покатилась по земле серебряная монетка.
– Кар-р-р-манные деньги, – каркнула Ворона и поскакала за своим богатством. Только она собралась схватить денежку, как та потонула в тополином пуху.
– Потеряла денежку, потеряла, – захихикали над ней воробьи.
– Оскар-р-р-бление кар-р-роны, – возмутилась королева и взлетела на перекладину для выбивания ковров.
Отряхнулась, огляделась и тут заметила Тополинку – это нежное создание в платье, сшитом без ниток и иглы, кружилось в воздухе июня. Подол пушистого наряда стелился по земле, а рукава доставали до крыш.
Белые пушинки залетали в окна, забивались под диваны, приставали к абажурам и коврам, цеплялись к игле радиолы, и, будто белые лебеди на чёрной воде, плыли по грампластинке, с которой слетали лёгкие звуки музыки.
– Я с ветром в содружестве с юности ранней,Я чувствую в воздухе лета дыханье,И кружится так голова.И радостно людям со мною кружиться,И шумных деревьев листва шевелится,Летает со мною листва, – напевала Тополинка.«В нашем дворе тополя не растут, – думала Ворона, – только липы, а эта какая-то залётная!
Чужая, чужая, явилась и ещё лишила меня казны!»
Она стала обдумывать план мщения.
Вдруг в листьях лопуха что-то блеснуло, Ворона немедленно бросилась туда посмотреть: это были очки со сломанной дужкой.
Шикар-р-рная штука! – обрадовалась Ворона и перенесла находку на обрывок газеты, валявшийся на самом солнцепёке. Она взлетела на спинку кресла и с высоты стала наблюдать, как солнечный свет, проходя сквозь линзы очков, превращался в ослепительно яркий луч.
Бумага задымилась и вспыхнула – зажглись язычки пламени, огонь перекинулся на тополиный пух и пошёл волной, как будто двинулись в атаку солдатики в красных мундирах с голубыми погонами. – Кар-р-ра, стр-р-рашная кар-р-ра! – закричала Ворона.
Вот огонь уже охватил почти весь двор подбираясь к дому, к кустам боярышника.
Дворничиха тётя Люба шуршала метлой, сметая с асфальта кружащиеся пушинки. Увидев огонь, она закричала на мальчишек, сидевших на лавочке:
– Ах, сорванцы! Кто из вас пух поджёг? А ну, быстро несите воду! Вот вашим родителям расскажу, как вы во дворе пожар устроили!
– Это не мы! – закричали ребята. – Это Ворона!
Но хитрая птица отвернулась, всем своим видом показывая, что не имеет к этим событиям никакого отношения, ведь тётя Люба давала ей хлебные корки, не хватало ещё лишиться угощения из-за сгоревшего пуха.
– Так вы ещё и врёте! – дворничиха угрожающе взмахнула метлой. Мальчишки бросились врассыпную.
Но тут хлынул дождь, который при ярком солнце называется грибным, он погасил пламя, но Тополинка промокла насквозь. Тяжёлые капли прибивали её к земле, её пушинки набухли и потемнели. Что ж, кто не сгорел в огне, может запросто пропасть от дождя…
Спасаясь от ливня, Ворона метнулась под карниз дома, и корона слетела с её головы.
«Как же я теперь буду править королевством, без короны?» – с досадой думала птица. И как только дождь прошёл, она удалилась в добровольное изгнание.
– Кр-р-рах, полный кр-р-рах! – каркала она, улетая.
Жить ей теперь пришлось за два квартала от своего королевства. До захода солнца она частенько сидела в чердачном окне, нацепив на клюв очки со сломанной дужкой. Перед нею лежала потрёпанная книга, которую Ворона нашла на чердаке, и ветер листал её страницы. Если бы королева задворок умела читать, то узнала бы, что не в деньгах счастье, что никому нельзя желать зла, а месть – дурное чувство. Об этом написано во всех хороших книгах.
Как-то раз, через много лет, Ворона залетела в свой старый двор и увидела, что многое в нем изменилось: там, где в тёплую землю упали семена, хранившиеся в белых
пушинках, поднялись высокие тополя, мусорной свалки как не бывало, те, кто прежде был молод и бегал вприпрыжку, теперь любят посидеть на скамейке под сенью листвы. – А помнишь, как Ворона в нашем дворе пух подожгла? – вспоминал один немолодой дяденька.
– И на нас все свалила, – подхватил другой.
– Меня за это отец два дня на улицу не выпускал, – сказал третий. «Столько лет прошло, а о моем поступке люди до сих пор помнят», – подумала тогда Ворона, и пожалела о том, что была такой злой. Только над Тополинкой время не властно, она снова кружится в голубом небе:
«Я с ветром в содружестве с юности ранней,Я чувствую в воздухе лета дыханье,И кружится так голова…»
2
Лето было в разгаре. Едва утреннее солнце касалось крыш домов, город нагревался и тёплыми потоками воздуха обволакивал прохожих. На кухне спорили родители Полины.
– Как же ты говоришь, что у нас трудно с деньгами, а сам покупаешь такой дорогой смартфон?!
– Он нужен мне для работы. Мы же разрабатываем игру как раз для планшетов и смартфонов! – убежденно отвечал Кирилл.
– Но вы её уже три года разрабатываете… вместо того чтобы зарабатывать! – с досадой продолжила Инна.
– Я работаю, чтобы обеспечить наше будущее, – его голос звучал негромко, но внятно.
– Знаешь, иногда лучше синица в руках, чем журавль в небе!
– И все же, то, что начато – должно быть закончено, – твердо сказал Кирилл, и было слышно, как хлопнула дверь.
– Я устала… – вслед тихо сказала Инна.
Поля проснулась и стала одеваться, чтобы быстро умыться и пойти на кухню завтракать. Мама с бабушкой в этот момент обсуждали семейные дела.
– Мы с Кириллом больше не можем жить вместе.
– Что ты говоришь! Инночка, не руби сгоряча, Кирилл ведь любит вас с Полиной, – ответила бабушка и, немного подумав, добавила: – Вам нужно помогать друг другу.
В эту секунду из Полининой комнаты раздались переливы знакомой мелодии, её всегда напевал папа, когда был в хорошем настроении.
– Папа! – Полина тут же побежала из ванной на звук. Лори сорвался за ней.
Девочка примчалась в комнату и огляделась. Потом встала на цыпочки и увидела, что мелодия доносится из серебристого корпуса мобильного телефона, который притаился между книг.
– Ой! – обрадовалась она. – Это мне подарок?
Мама с бабушкой уже были в комнате.
– Да, Поля, тебе. А себе папа купил для работы новый телефон.
Полина поднесла к уху трубку.
– Папуля, это ты? – она сразу узнала его голос на том конце.
Когда девочка закончила разговор, Инна поинтересовалась:
– Что сказал папа?
– Что он уехал в командировку, по работе.
– Зато у тебя теперь телефон есть! И сможешь ты, когда захочешь, с папой разговаривать, – попыталась успокоить внучку бабушка.
– Мне без него скучно будет…
– За это не переживай! Мы с Лори тебе скучать не дадим!
Полина улыбнулась.
– Вот и отлично, – подвела итог мама и со словами: «Слушайся бабушку!» ушла на дежурство.
Съев на завтрак овсяную кашу с фруктами и выпив чаю, бабушка и Полина вышли во двор. Они сели на скамейку рядом со спортивной площадкой, где мальчишки играли в футбол.
– А как делаются изобретения? – спросила Полина. В это время вратарь не рассчитал и так ударил по мячу, что тот вылетел за пределы поля. Полина посмотрела на бабушку и зажмурила глаза: мяч летел прямо на неё. Нина Викторовна привстала и ловко отбила его рукой, мяч резко поменял траекторию и влетел в ворота.
– Ур-р-ра! – закричал Лори и звонко прищёлкнул клювом.
– Во бабуся даёт! – обрадовался игрок противников и показал бабушке поднятый вверх большой палец.