Видящий. На родной земле

Глава 10

– Да как я покажу? – растерялся я. – Чего тебе надобно?

– Слыхивал я от Златы, что ты ведовству обучен.

Мне показалось, что Молчан снова попытался прощупать меня чем-то вроде «Истинного зрения» – но настолько аккуратно, что ментальная защита не отработала, и никакого системного сообщения я не получил.

– Говорила – умеешь глаза отвести, – продолжил Молчан. – Покажешь?

– Покажу. – Я огляделся по сторонам. – Так кому… отводить-то?

– А мне и отводи, боярин. – Молчан усмехнулся и расставил ноги пошире. – Ежели сдюжишь.

Ну… сам напросился. Я прикрыл глаза и скастовал на Молчана «Обман разума», по привычке отправляя его куда-нибудь. В данном случае – купаться в речку.

Пробил?

Нет, не похоже. Старец лишь на мгновение покачнулся в сторону берега – и тут же снова посмотрел на меня.

– Силен, боярин, – кивнул он. – Меня так запросто не возьмешь – да с другими сладишь. Поди, сам князь не устоял бы, пошел в речку штаны мочить. Немалое то умение – да скажи, мож еще чему обучен?

– Я… я умею видеть скрытое, – начал перечислять я. – Смотреть в… другой мир. И ходить туда. Там все иначе видится. Посмотришь на человека… иначе – и все про него прознаешь, ежели он закрыться не уразумеет… Еще заговоры да руны северные ведаю – то знаки особые…

Для перечисления своего нехитрого арсенала мне явно не хватало словарного запаса местной речи – но Молчан не обращал внимания на корявые фразы. То ли списывал все на долгие годы, прожитые среди северян, то ли факта родства со Златой оказалось достаточно, чтобы он перестал сомневаться в моей благонадежности.

– Тьфу! – Молчан сплюнул на землю. – Про знаки срамные мне не говори даже! Есть в них сила особая – да не нашенская она, не скловенская. А заговор – хоть на воду, хоть на рожь да пшеницу, хоть на меч каленый – то баловство, а не ведовство настоящее. Любая баба сдюжит, ежели хоть разок на нее Макошь дыхнула… – Разошедшийся Молчан на мгновение затих, словно успокаивая себя, и только потом заговорил снова. – А скрозь смотреть – то дело! Гляди, боярин – что про меня скажешь?

Даже так? Ладно, посмотрим. Я переключился на «Истинное зрение».

Молчан

Ведун 47 уровня

Сила: 3

Телосложение: 6

Подвижность: 8

Восприятие: 3

Воля: 13

Какой-какой уровень?! Сорок седьмой?!

Молчан оказался круче самого топового топа любого из ныне существующих кланов. Тринадцать единичек Воли! Давно пройденный этап для меня – но поистине запредельное значение для обычного человека… Впрочем, обычные люди столько и не живут. Двести пятьдесят лет! Вполне достаточно, чтобы прокачаться до предела и загнать нужные умения под потолок или даже чуть выше.

Йотуновы кости… Да вот же он – учитель моей мечты! Тот самый Мастер Йода, который сделает из меня настоящего Видящего… Если меня в очередной раз не утащат неизвестно куда сражаться за конунга.

– Стар ты, Молчан. – Я переключился обратно на обычное зрение. – Стар, да телом крепок. Нет в тебе уже силы прежней меч держать, да только хворь тебя не берет никакая, и по лесам да полям ходить тебе в радость, устали не знаешь. Затуманились очи с годами… да только видишь, поди, не хуже молодого. Ведун ты, дед Молчан.

– Верно говоришь, боярин. – Молчан удовлетворенно кивнул. – Все как есть. А знаешь ли, какая меж волхвом и ведуном разница?

– Нет. – Я помотал головой. – Скажи.

– Волхвы богам служат. И сила их – от богов, – отозвался Молчан. – Да не только волхвам боги дар особый дают. Перун – то княжьей дружины покровитель, из Сварожичей первый. То бог князей да бояр высоких. Волх да Индра – те простых гридей в бою берегут. Велес – хранитель скота да богатства всякого, ему среди купцов особый почет. А Сварог над всеми богами-защитниками старший, Перуну отец родной.

– Ты служишь Сварогу? – спросил я. – Он…

– Сварог – из богов сильнейший. – Молчан поднял палец вверх. – Да только и над ним старший есть, Род имя ему. В него Вышень воплотился, да всему начало дал.

– Вышень?..

– То Всевышный, извечный. – Молчан заговорил чуть тише. – Нет ему имени, нет начала и конца нет. От него моя сила, и оттого ни князь мне не указ, ни Перун, ни сам Сварог.

Безымянный Всевышный… То же самое Извечное, о котором говорил Рунольв?

– Ведун… – пробормотал я. – Ведун – значит – Видящий?

– Так, боярин, – кивнул Молчан. – Не нашенское слово, да верное. Ведун – человек особый. Силы необычайной, за то и не жалуют нас ни волхвы, ни люд простой. Виданное ли дело – Перуна да Велеса первыми не почитать. Да только не они все сущее сотворили да натрое поделили.

– Натрое?

– Три мира есть, боярин. Явь, Правь и Навь. – Молчан загнул три пальца. – Явь – то мир простой, что каждый видит. Правь и Навь от очей сокрыты – да только ты туда и глядеть умеешь, и ходить – ежели не шутишь. Покажи!

Вот так экзамен. Ла-а-адно, дед, будет тебе наглядная демонстрация.

Я переключился на «Истинное зрение» и ускорился, шагая на границу мира духов. Сейчас пробегусь и выскочу прямо у Молчана за спиной. Спецэффект!

Р-р-раз!

Мои лопатки уткнулись во что-то мягкое, а перед глазами вдруг появилось небо. Не серая дымка – а волне себе обыкновенные тучки. Боли я почти не почувствовал, да и урона вошло на три копейки: пострадала только гордость. Я разогнал свою скорость перемещения аж на целых триста процентов – но Молчан каким-то образом успел зацепить меня кончиком посоха, выдернуть из мира духов и швырнуть на землю.

Без особого, надо заметить, усилия. Обидно-то как!

– Тьфу, срамота. – Молчан поморщился и снова уперся посохом в землю. – Так в Навь ходить – это как врастопырку по ручью идти. Одна нога на том берегу, другая – на этом, и ковыляешь. Смех один! Кто тебя так научил?

– Колдунья… ведьма, – прокряхтел я, поднимаясь на ноги. – Я тогда жил на островах среди свеев.

– Вестимо, – усмехнулся Молчан. – Ведьмин дар – в травах да кореньях. Их сила от Живы да от Матери Сыры-Земли. Есть и те, что особливо Мокошь почитают… Да только все не то. Ведьме ни в Навь, ни в Правь прямой дороги нету. А ведун…

– Дед Молчан! Дед Молчан!

Злата! Вот заноза… И откуда только взялась?

– Дед Молчан!

Сестренка выдернула из прибрежной топи завязшую ногу. Похоже, торопилась – бежала не по тропе, а срезала через заросли. Что ж у нее такое стряслось?

– Дед Молчан! – Злата явно запыхалась и выдыхала слова с паузами. – Там… У Лушки… Корову задрали!

– Где задрали? – Молчан сдвинул брови. – Погодь, не суетись…

– На берегу! – Сестренка схватила ведуна за рукав. – Прям у моста. Как есть задрали, аж до костей самых… околелая лежит…

– Тьфу, пропасть! – Молчан сплюнул на землю. – И чего меня кличешь без дела? А ну как дам палкой… То волк или медведь, поди, корову задрал – скажи кметям – пущай подстрелят али с собаками подымут…

– Так звала уже, дед Молчан! Никифор Хромой следы смотрел – говорит – то не волк и не медведь, – Злата понизила голос, – а Дед Водяной корову сгубил. Велел тебя отыскать.

– Так тебя разэтак, да с Никифором вместе, – проворчал Молчан, подхватывая посох. – Ладно! Коли так – веди. Показывай, где вы там Деда Водяного углядели.

Глава 11

– Худое дело, боярин… – Молчан вытер пальцы о рясу. – Верно, не волчьи то следы.

– Я ж говорил, – отозвался невысокий худой мужик с колчаном за плечами. – Да разве пойдет волк к жилью? Тут до детинца рукой подать! Дед Водяной корову Лушкину сгубил! Выпрыгнул из воды, хвать – да поволок…

– Цыц! – буркнул Молчан, оглядываясь по сторонам. – Ступай, Никифор, да скажи всем – волк корову задрал.

– Да как же волк, дед Молчан? – Злата высунулась из-за моего плеча. – Сам же…

– Слушай, что говорят! – Ведун нахмурился и погрозил сестренке пальцем. – И ты ступай, да девкам скажи, чтобы лишнего не болтали – вон как смотрят.

Зрителей мы действительно собрали предостаточно: в паре десятков шагов за спиной Молчана собралась чуть ли не половина Вышеграда. Мужчины большей частью еще работали на полях, но женщины и дети толпились вдоль дороги и облепили все заборы поблизости. Даже скучавшие у ворот детинца гриди понемногу подтягивались все ближе.

Да уж, если не разогнать всю эту ораву сейчас, дальше будет только хуже…

– Скажи – пусть не пужаются, – закончил Молчан. – Волк – и дело с концом. А ежели услышу кто про Деда Водяного судачит – враз уши пообрываю… Ступайте, кому сказано!

Злата и Никифор удалились, и через полминуты толпа начала рассасываться. Может, местные и побаивались – а где-то даже и недолюбливали Молчана – но его авторитет сделал свое дело, и мы остались втроем.

Он, я и мертвая корова.

Выглядела буренка и правда неважно. Тут поработал кто-то посерьезнее волка… и покрупнее. Я опустился на корточки рядом с Молчаном, чтобы получше рассмотреть длинные резаные раны. Большая часть их приходилась на голову и шею, но досталось и бокам. Похоже, кто-то или что-то пыталось утащить корову в сторону реки, вцепившись длинными и острыми, как бритвы, когтями. Точно не волк… И вряд ли медведь – тут нужна лапища еще пошире… или скорее похожая на человеческую руку. Воображение тут же нарисовало что-то вроде увеличенного раза в три-четыре Фредди Крюгера.

– Лютое чудище. – Я приложил ладонь к окровавленной шкуре, прикидывая расстояние между когтями. – Кто таков? Ежели не волк…

– Да по всему выходит, что Дед Водяной и есть. – Молчан поскреб пальцами бороду. – Вот уж не думал, что снова такого увижу. Да еще и у города, считай. Они шуму не любят – оттого и встретишь их редко. Я-то еще помню, а остальные, поди, уже и забыли, каков он – Дед Водяной.

И отлично! Вряд ли кто-то в Вышеграде печалился, что твари с такими когтищами за последние лет сто-двести почти вымерли… Нет, скорее просто попрятались. А теперь снова повылезали из омутов. То ли из-за моего «неправильного» выхода из Царства Хель, то ли из-за близости обещанного Романовым Рагнарека.

– Так разве то худо, что забыли? – поморщился я. – И почто Водяной в Вышеград пожаловал? Оголодал?

– Нет, боярин. – Молчан помотал головой. – Он больше рыбу али гадов водных любит. Того добра в Вишиневе в достатке – выходит, неспроста Дед на берег вылез. Видать, гневается на кого в Вышеграде – вот и пожаловал… Да кто ж старому навредить мог – ума не приложу!

Упс… Да, неловко вышло. Но делать нечего – надо признаваться.

– То я был, – вздохнул я. – На меня Дед Водяной осерчал.

– Вот тебе и раз. – Молчан хлопнул себя по бедрам. – Это ж как то случилось, боярин?

– Девку русалка утянула нашу… свейскую, то бишь, – тут же поправился я. – Видану рыжую. Я полез отбивать, пугнул копьем – так и вытащил. Да только Дед на меня, никак, обиделся. Наказать обещал.

– Вот прямо в воду и полез? – Молчан цокнул языком. – Совсем в тебе страху нет, боярин, ежели не убоялся к Деду в гости наведаться. Речка – то его вотчина, там с ним не совладать. Ужели копья убоялся?

– Непростое у меня копье. – Я пожал плечами. – Да только супротив русалочьей рати им много не навоюешь. Я их иначе пугал еще.

– И такое разумеешь? – Молчан явно удивился. – Покажи, коли не шутишь.

Скастовать «Внутреннее пламя» с полной шкалой духа, да еще и здесь, на берегу?

– Да можно показать-то… – Я огляделся по сторонам. – Да разве гоже тут – считай, у самого детинца?..

– Поди, не сломается, – усмехнулся Молчан. – Показывай, чем с Дедом Водяным сладил.

Ну смотри. Вот так…

Кажется, я еще ни разу не бил «Пламенем» в полную силу. Синяя шкала враз высохла – но и эффект получился знатным. Шарахнуло так, что по примятой траве у берега будто прошла волна. По воде разошлись круги, и мне на мгновение показалось, что даже бездыханная коровья туша чуть дернулась. Молчан шагнул назад, прикрывая глаза ладонью – и тут же накинулся на меня.

– Да что ж ты делаешь, окаянный! – выругался он, потрясая посохом. – Разве ж так…

– Сам просил! – огрызнулся я. – Так теперь не серчай.

– И то верно, боярин. – Разбушевавшийся старец глубоко вздохнул, успокаиваясь, и продолжил уже тише. – Много в тебе силы, да умения нету. Знаю я, чем ты Деда Водяного прогнал. То пламя Сварога, огонь настоящий.

– Настоящий?..

– Не тот, который всякий запалить может. А истинный огонь, что Сварог в человеках зажег, – терпеливо объяснил Молчан. – Тот пламень не всякому виден, зато и осветить, и обогреть может вдесятеро против обычного. Ничего нет его сильнее – оттого и боится всякая навь огня Сварожьего пуще всего на свете. Вестимо, что Дед Водяной осерчал – ты ему, поди, все зенки спалил!

– И поделом! – Я сложил руки на груди. – Разве иначе прогнал бы?

– Я не Деда Водяного жалею, а тебя, бестолкового, уму-разуму учу. – Молчан погрозил мне пальцем. – Много в тебе огня того. Видать, особливо любит тебя Сварог-отец. Да только ж разве можно его весь зараз жечь? То дар бесценный, его тратить с умом надо!

– Как? – пробурчал я. – Не обучен я тому.

– Гляди. – Молчан выставил руку с посохом вперед. – Ежели огонь в себе чуешь – то и зажечь сможешь.

Я не сразу догадался переключиться на «Истинное зрение». В обычном мире ничего не изменилось, но в мире духов серую дымку озарял свет. Кончик посоха Молчана превратился в… факел?

Нет, скорее во что-то вроде то ли лампочки, то ли крохотной звезды. Колдовской огонь Сварога полыхал ярко – но не обжигал, а лишь чуть согревал: то же самое «Внутреннее пламя» – только маленькое, контролируемое. Не атомная бомба, а скорее реактор размером с небольшую монетку. Молчан «запитывал» свой огонек точно так же, как я закачивал очки духа в острие Гунгнира перед ударом. Не так уж это и сложно. Если разобраться, можно обойтись и без посоха…

Я поднял руку, и на моей ладони вспыхнул точно такой же огненный шарик, как у Молчана.

Внимание. Изучено новое умение «Свет Сварога»!

Искорки творения, что родились еще до начала времен, живут в каждом человеке. Но лишь немногие могут управлять своим внутренним огнем. Видящему служит пламя, способное обогревать и нести свет – но и обжигать тоже.

Эффект: заклинатель создает в мире духов источник света, способный прогнать, ослабить или даже уничтожить потусторонние сущности. Свет может становиться видимым и в человеческом мире по желанию заклинателя. Стоимость (базовая) – 10 очков духа/сек.

Ничего себе «лампочка Ильича»! И фонарик, и батарея, и оружие одновременно. Я покатал невесомый шарик живого огня по ладони и затушил, сжав пальцами. Пламя Сварога не обожгло – только чуть кольнуло кожу на прощание.

– Добро, боярин. – Молчан удовлетворенно кивнул. – Береги огонь Сварожий – он для ведуна самая жизнь и есть. И обогреет, и от любой напасти защитит. И зверя лютого, и навь недобрую прогонит… А пожелаешь – и вовсе дотла спалит. Но там умение особое надобно, не время еще того тебе знать!

Почти фаербол. Особенно если…

– Дед Молчан, скажи, – осторожно начал я. – А ежели супротив человека…

– Тьфу, окаянный! – Молчан грозно сверкнул глазами. – Ума нету, коли такое спрашиваешь! Огонь Сварожий – во всех людях есть. А ежели сыщется человек настолько поганый, что совсем в нем того огня не осталось… Не могу знать, боярин. Может, и обожжется черная душа – да только то мне неведомо.

Ладно, ладно, нет – так нет. Хотя неплохо бы поджарить этим самым Сварожьим пламенем черные души… Черное Копье, к примеру.

– Ты бы лучше думал, как нам Деда Водяного отвадить, – буркнул Молчан.

– А сдюжим?

– Лучше бы, конечно, ведьмака покликать. Он супротив чудищ биться обучен, тут мы ему не чета… – Молчан протяжно вздохнул. – Да разве сыщешь его где сейчас?.. Были раньше в землях скловенских ведьмаки – да все вышли, как навь сгинула да попряталась. Так что придется самому тебе, боярин, Деда Водяного воевать.

– Мне?!

– Тебе, тебе, боярин. – Молчан усмехнулся. – Стар я уже для таких дел – куда мне по речке да по берегу за навью гоняться? Тут не только ум да сноровка ведовская, но и сила в руках нужна. Кроме тебя некому.

Глава 12

– Доброе место. – Молчан огляделся по сторонам и ткнул кончиком посоха в землю. – Здесь западню Деду Водяному и устроим.

Я молча кивнул. Небольшая сухая полянка в достаточном удалении от города – чего еще желать? Ноги не увязнут в топи, и вряд ли сюда забредет кто-нибудь из местных. Берег песчаный, а вода, похоже, неглубокая – так что удрать Водяному Деду будет непросто. Молчан придумал неплохой план добраться до речного чудища. И не нравилось мне в этом самом плане только одно.

Приманка.

– Не убоишься, девица? – Молчан прищурился. – Ежели оплошает боярин, утащит тебя Дед – не сыщем.

– Не боюсь! – Вигдис тряхнула рыжими кудрями. – Иначе нэкка вашего не поймать. Не выйдет он из речки.

– Можно овцой или коровой приманить… – Молчан потеребил бороду. – Да все не то. Водяные – они до девиц красных охочие. А тебя он уж заприметил. Теперь везде отыщет.

– Зачем ему девки-то? – проворчал я. – Жрет, поди?

– Да тьфу на тебя! Жрет… – Молчан помотал головой. – Сам ведь русалок видел, невест его. Думаешь, откуда они берутся?

– Так это что ж, он их всех?..

– Не всех. – Молчан направился к стоявшему посреди полянки деревцу. – Русалки – то утопленницы, девки молодые. Кто сама в омут с горя кинулась, а есть и те, кого люди лихие сгубили да в речку бросили. Тех Дед Водяной пожалел да к себе принял в хоромы подводные… Сам он редко кого с берега тащит – старый уже. А русалки – те да, шалят. Обида их, видать, берет, что больше солнышка не увидят, вот и злятся на девок. Особливо на молодых да пригожих.

– Ничего. – Я перехватил пальцами древко Гунгнира, временно превращенного обратно в посох. – Будет им солнышко… Такое солнышко – небо с овчинку покажется.

– Злой ты, боярин, – недовольно отозвался Молчан. – Русалки – они ж разве повинны, что такими стали? А ты их, никак, всех поубивать задумал, да с Дедом вместе.

– А ежели и так? – буркнул я. – Нечего им девок таскать… и коров драть. Приколол копьем – и дело с концом.

– Можно и приколоть, – вздохнул Молчан. – Можно, боярин… Да только дурное то дело. Дед Водяной – он упрямый, вредный бывает, да настоящего зла в нем нет. То не вурдалак поганый. Вот от кого никакого спасу нету… А Дед сам никогда первый не тронет, ежели не рассердит кто.

– Я Вигдис… Видану отбивал!

– Отбивал… Так то в какой час было? – Молчан поморщился. – Сказано же – не ходи к речке ночью – так не послушала! Всякая навь закон, что Родом писан, блюдет, днем из омута носа не кажет. А ночь – то не наше время, не людское. Не зря ж обычай испокон веков: как солнышко зайдет, в воду лезть не смей. Так забыли мы заветы отцовские – оттого, видать, и осерчала навь, да повылезала вредничать.

Или из-за близости того самого Рагнарека, конца света. Надо будет как-нибудь спросить у Молчана – вряд ли он может не догадываться о предреченной Романовым катастрофе. А заодно и про «Светоч», и про «чудищ несмертельных», и про все прочее… Но потом – а сейчас у нас дела поважнее.

– Так что ж, получается, Водяного живым изловить надобно? – уточнил я.

– Ежели сможешь, боярин. – Молчан покачал головой. – Коли одолеешь его – проси, чего пожелаешь – все отдаст Дед Водяной…

– Разве отдаст? – встряла Вигдис. – Нэкки хитры и коварны, им нельзя верить!

– Слушай, заноза, да не лезь, покуда говорю! – Молчан недобро сверкнул зелеными глазищами. – Ты, боярин, как Деда изловишь – прикажи ему имя свое сказать. На первый раз не верь – то обман. И на второй не верь, а на третий Деду соврать никак нельзя. А уж если имя узнаешь – завсегда Водяного заклинать сможешь.

– Ладно. – Я пожал плечами. – Только как мне его одолеть да не прибить ненароком? Копьем-то ткнуть дело нехитрое – а вот изловить… У него ж когти – что ножи! Видал, как он корову?..

– Так ты ж не корова, боярин, – улыбнулся Молчан. – Дед Водяной ростом велик – едва ли не с избу. И когти у него острые – то верно. Да только нет в нем силы настоящей. Речка Деду дом родной, там он хозяин, а как вылезет на берег – так сам себя поднять не может. На четвереньках ковыляет да только ручищи-грабли тянет. Каждый палец у него разве что не с локоть длиной, а ударишь покрепче – так и переломится. Неспешный Дед Водяной на берегу, и колдовство ему никакое не сотворить. Ежели не пустишь обратно в речку – враз одолеешь. А дальше сам знаешь, что делать.

Логично, чтоб его… Закон Архимеда даже в «Гардарике» наверняка не отменял никто. И самая мощная туша в воде здесь весит куда меньше, чем на суше. И русалки, и их повелитель привыкли к своей стихии, а на берегу становятся малоподвижными и беспомощными…

Что, впрочем, не помешает им тупо задавить меня числом.

– А с русалками что делать? – Я вспомнил белесые морды и пасти, усеянные зубами-иглами. – Всем пальцы не переломаешь…

– Разве ты огонь Сварожий зажигать не обучен? На него ни одна русалка глядеть не сможет – враз ослепнет. – Молчан прикрыл глаза ладонью. – Поспеши, боярин. Солнце как сядет – тут-то Дед Водяной и появится. Давай, вяжи девку – да не накрепко! А то случись с тобой беда – хоть удрать сможет.

Я вздохнул и принялся приматывать Вигдис к дереву. Не нравилась мне эта идея. Вот хоть убей – не нравилась.

– Почто вязять-то? – пробурчал я. – Оставили бы на берегу – глядишь, и вылез бы Дед за ней.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.