Когда судьбы сплетаются

Мы с Луной сидели в огромной аудитории, окружённые привычным шумом студентов, которые перебрасывались шутками и лениво слушали лекцию. Я пыталась сосредоточиться на конспекте, но мысли всё равно возвращались к утру: к Дэймону, к тому, как он держал меня за руку, к его резкому, холодному голосу, к его серым глазам.

– Луна, – тихо позвала я, обернувшись к ней.

Она подняла голову от своего блокнота, на котором рисовала что-то абстрактное.

– Что? – шепнула она, глядя на меня с любопытством.

– Ты… ты думаешь, стоит пойти на эту игру? Ну, ту, о которой говорил Аксель, – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо.

Её глаза тут же загорелись, и она расплылась в широкой улыбке.

– Ты серьёзно? Ты хочешь пойти?

– Ну… почему бы и нет? – ответила я, хотя лицо начало краснеть. – Это же просто баскетбольный матч.

Луна хихикнула, прикрывая рот рукой, чтобы не мешать лекции.

– Неужели? Просто матч? Или ты надеешься посмотреть на кое-кого конкретного?

– Перестань, – пробормотала я, чувствуя, как лицо горит от смущения.

Но Луна, конечно, не могла остановиться.

– Наоми, ты влюбилась! – шёпотом сказала она, едва сдерживая смех. – О, ты серьёзно! Ну ты даёшь!

– Я не влюбилась, – возразила я, не поднимая на неё глаз.

– Хорошо, хорошо, – с притворной серьёзностью согласилась она, но тут же добавила: – Ладно, пойдём. Ты сможешь посмотреть на своего потного, сексуального красавчика в форме.

Я фыркнула, закатив глаза, но ничего не ответила.

Когда мы вошли в спортивный зал, там уже начиналась разминка. Звук мяча, отскакивающего от пола, и крики болельщиков эхом разносились по всему залу.

– Ну, где он? – спросила Луна, вытягивая шею, чтобы разглядеть игроков.

Я ничего не ответила, но мои глаза уже искали его. И вот он появился – в форме, обтягивающей его плечи и грудь, с номером 8 на спине. Дэймон стоял на линии, обводя мяч вокруг себя, его лицо оставалось таким же хмурым и сосредоточенным.

Игра началась. Дэймон двигался с поразительной грацией, будто его тело создано для этого. Каждый его шаг был точным, каждое движение – уверенным. Когда он бросал мяч в корзину, мышцы на его руках играли под светом прожекторов, а несколько капель пота скатывались по его вискам. Луна, конечно, не могла удержаться от комментариев.

– Ого, я начинаю понимать, почему он тебя так привлекает, – пробормотала она, подталкивая меня локтем. – Смотри, как он двигается!

Я не ответила. Вся игра казалась мне каким-то гипнотическим танцем, а Дэймон был её главной звездой. Его хмурый взгляд, сосредоточенность, та сила, с которой он боролся за каждый мяч – всё это вызывало во мне странную смесь восхищения и неловкости. В какой-то момент он остановился на линии штрафного броска. Его лицо блестело от пота, и он провёл рукой по волосам, откидывая их назад. Я не могла отвести глаз. Даже его напряжённый, почти злой взгляд, направленный на корзину, каким-то образом был… притягательным.

И тогда он поднял глаза. Всего на секунду. Его взгляд скользнул по толпе и остановился на мне. Моё сердце замерло, когда я поняла, что он меня заметил. Луна тут же это подметила.

– Ой-ой, кажется, он тебя увидел, – прошептала она, подавляя смешок.

Я быстро отвела взгляд, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Но внутри меня всё пылало, и я не могла понять, что это – смущение, страх или что-то совсем другое. Игра почти подходила к концу. Толпа на трибунах шумела, аплодируя каждой удачной атаке, каждым точным броскам. Я сидела на своём месте, словно прикованная, не в силах отвести глаз от него. Дэймон двигался по площадке так, будто это был его собственный мир, где он правил безраздельно. Его тело блестело от пота, мускулы напрягались при каждом движении, а взгляд был сосредоточенным и холодным. Каждый раз, когда он поднимался для броска, я замирала, а сердце стучало, будто это я должна была сделать этот бросок. Но всё рухнуло в один момент. Я услышала, как что-то пролетело мимо меня, и в следующее мгновение холодная, липкая жидкость обрушилась на мои волосы и одежду. Я вскрикнула от неожиданности, чувствуя, как она стекает по лицу и шее. Толпа вокруг меня разразилась смехом.

– Ну как тебе игра? Понравилась? – кто-то выкрикнул издалека. – Это тебе сюрприз!

Сначала я даже не поняла, что произошло. Моё лицо пылало, а руки дрожали. Я опустила взгляд на свитер, мой любимый свитер, который принадлежал маме. Я берегла его как память… Теперь он был весь в грязных, разноцветных пятнах, будто его испачкали намеренно, чтобы уничтожить. Все смотрели на меня. Смех звучал со всех сторон, отдаваясь в ушах, как гулкий удар. Даже игра остановилась. Я почувствовала, как слёзы подступают к глазам.

– Уборная за углом! – крикнул кто-то, и толпа вновь разразилась хохотом.

Не помню, как встала со своего места. Всё было словно в тумане. Я выбежала из зала, чувствуя, как унижение и стыд душат меня. Куда идти – я не знала. Просто бежала, пока не наткнулась на дверь с табличкой «Уборная». Я распахнула её, закрыла за собой и, не раздумывая, стянула испачканный свитер. Осталась только в лифчике, но мне было всё равно. Я включила холодную воду и начала тереть пятна, стараясь хоть что-то исправить. Но это было бесполезно.Руки дрожали, а слёзы всё-таки прорвались. Я плакала, стоя перед зеркалом, когда услышала звук открывающейся двери. Я обернулась, и моё сердце упало. В туалет вошли несколько парней. Я сразу узнала их – это были игроки из баскетбольной команды. Они остановились, оглядывая меня с ног до головы, а затем начали ухмыляться.

– Эй, смотри, кто к нам пришёл, – один из них насмешливо прищурился.

– Похоже, она хотела нас поздравить, – добавил другой, его взгляд скользнул по моему телу так, что мне стало холодно.

Я замерла. Не могла двинуться, не могла сказать ни слова. Только стояла, прижав руки к груди, пытаясь прикрыться, хотя это было бесполезно.

– Ты, наверное, перепутала туалеты, – сказал третий, подходя ближе. – Но ничего, мы не против.

Они смеялись, их шаги приближались, а я всё сильнее прижималась к стене. Паника накрыла меня, словно волна.

И тут дверь вновь распахнулась.

– Что здесь происходит?! – раздался громкий, властный голос, заставивший меня вздрогнуть.

Я подняла глаза. Это был Дэймон.

Он стоял в дверях, мрачный, как грозовая туча. Его взгляд метнулся на меня, и на долю секунды я увидела, как его глаза расширились, но тут же в них вспыхнула ярость.

– Вы совсем с ума сошли?! – рявкнул он, делая шаг вперёд.

Парни замерли. Их ухмылки начали медленно исчезать, но они всё ещё не двигались.

– Вон отсюда! – его голос был таким громким, что я сама вздрогнула.

– Эй, спокойно, мы просто… – начал один из них, но Дэймон перебил его:

– Я сказал, вон! Сейчас же!

Он шагнул ближе, и я увидела, как напряглись мышцы на его руках. Вена на его лбу вздулась, а челюсти сжались так сильно, что, казалось, зубы могли треснуть.

Парни нехотя начали выходить, бросая на меня последние грязные взгляды. Один из них что-то пробормотал, но Дэймон только сверкнул глазами, и они исчезли за дверью.

Когда мы остались одни, он повернулся ко мне. Его взгляд смягчился, но голос всё ещё звучал резко.

– Надень это, – сказал он, снимая с себя футболку.

Он бросил её мне, и я невольно заметила, как его грудь блестит от пота, а кожа напряжена. Сердце тут же заколотилось сильнее.

– Быстрее, – добавил он.

Я быстро натянула футболку, чувствуя, как она пахнет им, как сидит на мне слишком свободно, но скрывает всё, что нужно.

– Спасибо, – прошептала я, опустив взгляд.

Он смотрел на меня несколько секунд, а затем хмуро бросил:

– Они больше не подойдут к тебе.

Я кивнула, всё ещё не в силах говорить.

– Ты должна быть осторожнее, – продолжил он. – Здесь полно таких, кто воспользуется твоей слабостью.

Я не знала, что ответить. Хотела поблагодарить его, но слова застряли в горле.

Он сделал шаг к двери, но замер, обернувшись на миг:

– И, Наоми… Если тебе нужна помощь, не стесняйся просить… Я разберусь со всем.

С этими словами он вышел, оставив меня стоять там, дрожа от пережитого страха и… чего-то ещё. Я только успела смыть немного краски с лица и волос, но всё это казалось бесполезным. Мой свитер… он был безнадёжно испорчен. Мамин свитер. Глядя на разноцветные пятна, которые уже не исчезнут, я чувствовала, как комок подступает к горлу.

Надо было уходить отсюда, подальше от этого унизительного дня.

Но стоило мне выйти из уборной, как я услышала громкие крики. Разъярённый голос Луны перекрывал шум вокруг.

– Ты вообще понимаешь, что ты сделал?! – кричала она. – Ты такой же тупой, как все остальные здесь!

Я замерла на месте. Сердце забилось быстрее. Луна?

Я бросилась туда, откуда доносился её голос.

Картина передо мной была совершенно абсурдной: Луна стояла прямо перед Акселем, размахивая руками и сверкая глазами, полными гнева. Он, в свою очередь, стоял с каким-то ленивым выражением на лице, будто вся эта сцена его совершенно не волновала.

– Да я вообще не при чём, – ответил Аксель, поднимая руки, как будто сдавался. На его лице играла лёгкая улыбка, что только сильнее злило Луну. – Ты серьёзно думаешь, что я устроил это?

– А кто ещё мог, а?! – выпалила Луна. – Только тебе хватит наглости и глупости провернуть такую выходку!

– Луна, хватит! – наконец смогла вымолвить я, стараясь перекричать их.

Оба обернулись на мой голос. Луна тут же бросилась ко мне.

– Наоми, ты в порядке? – спросила она, хватая меня за руки и оглядывая с головы до ног. Её лицо изменилось, гнев сменился искренним беспокойством.

– Я… я справлюсь, – попыталась соврать я, но мой голос дрожал.

– Ты не должна это терпеть! – воскликнула Луна, оборачиваясь обратно к Акселю. – А ты! Если я узнаю, что ты в этом замешан…

– Остановись, – тихо, но твёрдо перебила я её. – Просто… не нужно.

На этот раз Аксель посмотрел на меня чуть иначе. Его обычно насмешливый взгляд потеплел, и он сказал:

– Слушай, я действительно не знаю, кто это сделал. Но если узнаю… – он прищурился, – обещаю, они об этом пожалеют.

Я не знала, верить ему или нет, но сейчас мне просто хотелось всё это забыть. Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить дрожь в руках.

– Мне просто нужно уйти отсюда, – сказала я тихо, стараясь не встречаться взглядом ни с Акселем, ни с Луной.

– Конечно, я тебя провожу, – быстро ответила Луна, обнимая меня за плечи.

– Наоми, – вдруг окликнул меня Аксель, делая шаг вперёд. – Слушай, я серьёзно. Это было дерьмово, я не способен на такие легкомысленные приколы… и я не позволю, чтобы такое повторилось.

Его голос звучал искренне, но я не была уверена, что хочу в это верить. Вместо ответа я просто кивнула и отвернулась.

Мы с Луной медленно двинулись к выходу из зала. Её рука крепко держала меня за локоть, словно она боялась, что я могу упасть.

– Это они сделали, – пробормотала она спустя несколько секунд.

– Кто? – Я посмотрела на неё, но её лицо было мрачным.

– Эти девчонки с трибун. Я видела, как они хихикали, когда ты выбежала. Клянусь, я узнаю, кто это, и они пожалеют.

– Луна, не надо, – устало сказала я. – Это ничего не изменит.

– Наоборот, изменит! Ты думаешь, они остановятся, если им ничего не будет? – Она остановилась и повернулась ко мне. – Я не позволю, чтобы над тобой смеялись, издевались…

Я опустила взгляд, не зная, что ответить.

– Ты слишком мягкая, Наоми, – вздохнула Луна. – Но ничего, у тебя есть я.

Мы шли по коридору, и я уже начала чувствовать себя чуть спокойнее, когда услышала знакомый низкий голос.

– Ты в порядке?

Я замерла, узнав этот голос. Медленно подняла глаза и увидела Дэймона, стоящего прямо перед нами. Он явно вышел из душа: волосы ещё были влажные, а баскетбольная форма сменена на чёрную футболку и тёмные джинсы.

– Всё нормально, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно, но вышло едва слышно.

Его взгляд скользнул по моим всё ещё мокрым волосам и испорченному свитеру, который я держала в руках. Его челюсть напряглась.

– Кто это сделал? – спросил он холодно.

– Это не важно, – поспешила я ответить, делая шаг назад.

Дэймон нахмурился, но ничего не сказал. Его серые глаза, казалось, сверлили меня насквозь, как будто он пытался понять, в порядке ли я на самом деле.

– Эй, всё под контролем, – вмешалась Луна, ставя руки на бёдра. – Я уже этим занимаюсь.

– Отлично, – коротко бросил он, но его взгляд не отрывался от меня.

Несколько долгих секунд мы молча смотрели друг на друга, пока Луна, кажется, не поняла, что что-то происходит.

– Ну что, Наоми, идём? – спросила она, обнимая меня за плечи.

– Да, – пробормотала я, чувствуя, как моё лицо заливает жар.

Когда мы уже начали уходить, я обернулась через плечо. Дэймон всё ещё стоял на том же месте, глядя нам вслед, его лицо было непроницаемым. Но что-то в этом взгляде заставило меня задуматься. Мы с Луной уже почти вышли из зала, когда я услышала за спиной его голос.

– Наоми постой, я отвезу тебя домой.

Я остановилась и обернулась. Дэймон стоял в нескольких шагах от нас, пристально глядя на меня. Его взгляд был сосредоточен, но выражение лица оставалось таким же непроницаемым.

– Что? – вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.

– Я отвезу тебя домой, – повторил он спокойно, будто это само собой разумеется.

На мгновение я замерла, растерянная его предложением. Он говорил это так, словно был уверен, что я соглашусь.

– Вообще-то, я уже пообещала, что отвезу её, – вмешалась Луна, поднимая брови. Её голос звучал с легкой ноткой вызова. – Моя красная малышка как раз ждёт нас на стоянке.

Дэймон перевёл взгляд на неё.

– Это не проблема, но… – Он вернулся к своему обычному тону: хладнокровному и слегка властному. – Мне кажется, после сегодняшнего дня ей стоит добраться домой без лишнего внимания.

Я почувствовала, как Луна напряглась рядом со мной, но не удержалась и бросила взгляд на него. Внутри всё смешалось: неловкость, благодарность и какое-то необъяснимое волнение.

– Я… – начала было я, но Луна перебила меня.

– Всё под контролем, – произнесла она с широкой улыбкой, явно намеренно раздражая его. – Я всегда готова стать её личным водителем.

– Луна, – прошептала я, толкнув её в бок, но она только улыбнулась ещё шире.

– В любом случае, – добавила Луна, взглянув на Дэймона, – спасибо за предложение, но мы справимся.

Его глаза снова встретились с моими. Он ничего не ответил, но я заметила, как он слегка нахмурился, будто не совсем доволен её словами.

– Ладно, как хочешь, – произнёс он, наконец, и отвернулся. – Но будь осторожна.

Он исчез в коридоре так же внезапно, как появился, а я только стояла и смотрела ему вслед, не в силах понять, что на самом деле происходит.

– Ну ты даёшь, – фыркнула Луна, выведя меня из ступора. – Он тебя вечно будет спасать? Или ты сама справляться научишься?

– Он просто хотел помочь, – пробормотала я, чувствуя, как щеки горят.

– Помочь, ага, – Луна усмехнулась и повела меня за собой. – Садись в мою машину, Наоми. Тебе точно нужен воздух. И может, холодный душ.

Она хихикнула, и, несмотря на усталость, я не смогла удержаться от слабой улыбки. Подъезжая к дому, я сидела, уставившись в окно, но в голове снова и снова всплывал Дэймон. Почему он такой? Вежливый, но холодный. Кажется, заботливый, но в то же время отстранённый. Может, он просто притворяется? Может, он строит из себя героя, чтобы потом, в самый неожиданный момент, нанести какой-то дьявольский удар?

– Ох, черт, – выдохнула я, закрывая глаза и потирая виски. – Что вообще происходит?

Первый день в университете, а я уже на грани.

Луна резко остановила машину, и я поняла, что мы приехали. Открыв глаза, я встретила её настороженный взгляд. Она смотрела на мой подъезд, а на её лице застыло что-то между недоумением и тревогой.

– Ты здесь живёшь? – спросила она, медленно оглядывая облупленные стены здания, разбитые окна в подъезде и груду мусора возле входа.

Я горько улыбнулась и кивнула.

– Да, это мой дом. – Голос прозвучал слишком тихо, почти шёпотом. – Спасибо за всё, Луна. Увидимся завтра.

Я поспешно выскочила из машины, прежде чем она смогла сказать ещё что-то.

И тут я его увидела.

Отец.

Он сидел на ступенях возле подъезда, босой, с растрёпанными волосами и грязной одеждой. Его голова была опущена, словно он дремал, но изо рта торчала сигарета.

Моё сердце сжалось от боли.

Луна из машины заметила его и нахмурилась, её лицо исказило выражение отвращения. Конечно, она не знала, кто он, но я поняла, что её мысли уже начали крутиться в определённом направлении.

– Луна, всё хорошо, – я махнула ей рукой, чтобы она уезжала. – Увидимся.

Она смотрела на меня ещё пару секунд, а потом всё же включила передачу и медленно уехала, бросив последний, тяжёлый взгляд на отца. Как только машина исчезла за поворотом, я подошла к нему, пытаясь сдержать подступающую волну стыда.

– Папа… – Я осторожно дотронулась до его плеча, но он даже не шелохнулся.

Я чуть наклонилась, чувствуя знакомый запах алкоголя.

– Папа, просыпайся, – прошептала я, чуть сильнее тряхнув его за плечо. – Пойдём домой.

Он застонал и пробормотал что-то невнятное, но не открыл глаз. Я огляделась, молясь, чтобы никто из соседей не смотрел.

– Чёрт… – Я присела рядом, схватив его за руку. – Папа, вставай!

С огромным трудом мне удалось поднять его на ноги, закинув его руку себе на плечо. Он был тяжёлый, и я едва не упала, когда он сделал первый шаг.

– Ты опять… опять напился, – выдохнула я, таща его к двери.

Он что-то пробормотал в ответ, и я услышала его сиплый голос:

– Извини, Наоми… Извини…

Я почувствовала, как слёзы начинают жечь глаза, но не позволила им выйти. Я слишком устала, слишком вымоталась, чтобы сейчас плакать. Мы добрались до квартиры, и я с трудом затащила его внутрь. Как только дверь закрылась, я усадила его на старый, потертый диван и прикрыла глаза.

– Оставайся здесь, – сказала я, снимая с него ботинки. – Я принесу тебе воды.

Он ничего не ответил, лишь молча опустил голову, словно в знак согласия. Я ушла на кухню, чувствуя, как напряжение сегодняшнего дня превращается в усталость, разливающуюся по всему телу. Когда я вернулась с водой, отец всё ещё сидел, уставившись в пол. Его лицо было осунувшимся, морщины казались глубже, чем раньше, а взгляд… Пустой.

Я присела перед ним на колени и протянула стакан.

– На, выпей. Это поможет, – тихо сказала я, избегая его глаз.

Он медленно взял стакан, но руки его дрожали так сильно, что часть воды пролилась на пол.

– Прости, Наоми… – прошептал он снова, голос его звучал так, будто он вот-вот разрыдается.

Я стиснула зубы, борясь с желанием закричать. Сколько раз я уже слышала это «прости»? Каждый раз оно звучало одинаково. Пусто. Беспомощно.

– Ты… ты хотя бы еду сегодня ел? – спросила я, чтобы сменить тему.

Он не ответил, просто опустил голову ниже. Я встала, разозлившись на саму себя за то, что пытаюсь его пожалеть.

– Я сейчас что-нибудь приготовлю, – буркнула я и направилась к холодильнику.

Открыла дверцу – и, конечно же, там было пусто, как и всегда. Половина куска хлеба и банка старого джема. Потрясающе. В этот момент я почувствовала, как что-то во мне надломилось. Глубоко внутри – маленький осколок моего терпения просто раскрошился.

– Ты хоть понимаешь, что ты делаешь с нашей жизнью? – внезапно сорвалось с моих губ.

Я повернулась к нему, держа в руках этот чёртов кусок хлеба. Он поднял на меня свои усталые, полные вины глаза, но я уже не могла остановиться.

– Каждый день одно и то же, папа! Ты напиваешься, ты валяешься на улице, и я таскаю тебя домой, как какого-то ребёнка!

Он смотрел на меня молча, словно его голос остался где-то далеко.

– А ты знаешь, как это унизительно? – продолжала я, чувствуя, как слёзы заливают лицо. – Знаешь, как это тяжело видеть, что мой отец… – я запнулась, чувствуя, как в горле застрял комок. – Что мой отец просто сдаётся?

Он сжал стакан в руках, но ничего не сказал.

– Я устала, папа. Я правда устала, – прошептала я, отворачиваясь и смахивая слёзы рукавом футболки Дэймона.

Молчание повисло в комнате, густое, как туман.

– Я знаю, что я всё испортил, Наоми, – наконец заговорил он, его голос дрожал. – Но я… я просто не знаю, как исправить это.

Я закрыла глаза, стараясь не выдать свой крик отчаяния.

– Тогда хотя бы попробуй, папа, – сказала я. – Просто попробуй.

С этими словами я ушла в свою комнату, оставив его одного в темноте.

Закрыв дверь за собой, я облокотилась на неё, чувствуя, как ноги подкашиваются. Всё тело дрожало от усталости и эмоций. Я медленно сползла на пол, обхватив колени руками. В голове снова всплыли образы сегодняшнего дня: университет, Луна, этот Аксель… те идиоты которые на меня жадно смотрели в уборную ….и Дэймон. Его холодный взгляд, сдержанный гнев, но при этом… защита. Почему он вмешался? Почему предложил отвезти меня домой?

Я прикрыла глаза, вспоминая его резкие черты лица, его голос, звучащий как приговор, когда он отгонял своих друзей.

– Почему ты это делаешь? – шёпотом спросила я, словно он мог услышать.

Но ответа, конечно, не последовало. Только тишина.

Дэймон

Когда я вошёл в гараж, дверь за мной захлопнулась с глухим стуком. Здесь, в этом месте, я наконец мог расслабить плечи и снять маску, которую приходится носить весь чёртов день. Я бросил ключи на стол, присел на краю дивана и на секунду закрыл глаза. Голова была как в тисках – слишком много эмоций, слишком много мыслей.

Наоми.

Сколько раз я видел таких, как она? Слишком наивных, слишком уязвимых для того, чтобы выжить в мире, где каждый старается получить своё, не оглядываясь на тех, кого давит.

Но она… она другая.

Сначала я думал, что она просто ещё одна девчонка, которая не знает, куда попала. Стеснительная, из тех, кто пытается спрятаться в толпе. Но сегодня… Сегодня я понял, что в ней есть что-то. Что-то, что держит её на плаву, несмотря на всё дерьмо вокруг.

Я видел её взгляд, когда она пыталась умыться от этой краски, как она сжимала губы, чтобы не разрыдаться перед всеми. Чёрт, она сильнее, чем кажется. Но это не значит, что она справится одна.

Аксель, полный придурок… зачем он вообще пригласил Наоми на нашу игру? А толпа идиотов, конечно, устроили цирк.

А потом, в той раздевалки в удобной… Я даже не хочу вспоминать, как эти придурки вели себя, как они жадно смотрели на ее грудь …Один удар – и всё было бы кончено, но… я не мог позволить себе сорваться. Не мог показать слабость перед ними.

И её взгляд.

Наоми смотрела на меня так, будто сама не знала, бояться меня или благодарить. Это чертовски бесило.

Почему я вообще вмешался? Почему мне не плевать? Я потер лицо руками, чувствуя, как внутри всё бурлит.

Может, я просто видел себя в её глазах. Видел ту же боль, тот же чёртов груз, который нельзя сбросить.

Я предложил отвезти её домой. Почему? Я сам не понимаю. Может, хотел убедиться, что она не сломается. Что она не одна в этом… хотя бы на этот вечер.

Но Луна, конечно, всё испортила. Хотя, может, так и лучше.

Кто она для меня? Никто. Просто девчонка, которая случайно оказалась не в том месте, не в то время. Но почему я не могу выбросить её из головы?

Я поднялся, подошёл к столу, где валялись мои чертежи, и сжал кулак.

– Дэймон, это не твоя проблема, – сказал я себе вслух, пытаясь вернуть контроль над мыслями.