- -
- 100%
- +
Михаил не заставил просить себя дважды и отыграл роль на отлично. Картинно раскрыл рот, показав резко удлинившиеся, невероятно острые клыки, медленно подошёл к начавшему судорожно дёргаться парню, склонился над ним и быстро вонзился в шею. Я заворожённо наблюдала, как бессильно извивается тело, как капельки крови летят на пол; видела расширенные от ужаса глаза второго мага. Прошло не больше минуты, как Михаил уже оторвался от горла несчастного, но всё ещё продолжал играть роль кровожадной твари из малобюджетного фильма ужасов: пол-лица запачкано кровью, покрасневшие зрачки хищно блестят. Решив, что этого мало, он начал клянчить у Виктории:
– Может, заодно и второго попробую? Хоть немного, а то я даже запаха крови толком не почувствовал… Или отдай мне этого, у молодых всё равно кровь вкуснее, а второй пусть на голодный день остаётся. Договорились?
– Нет! – грозно рявкнула она в ответ, пытаясь не расхохотаться, ибо это могло испортить весь спектакль. – Сходи умойся и возвращайся; если к тому моменту не заговорят, бери обоих.
Едва за Михаилом захлопнулась дверь, старший излил на нас целый поток информации. Хорошо, что он не услышал сдавленный смех, донёсшийся из-за двери…
– Мы маги из другого мира, но это вы и так знаете. Пришли за этим юношей по приказу Старейшин. Он украл у нас одну вещь, очень сильный магический амулет, а потом сбежал. Не знаю, что он вам наплёл, но это очень хитрый и опасный человек, вы зря ему помогаете. Сертарио не раздумывая убьёт вас, как только получит, что хотел.
– Сертарио! Моё имя… – воскликнул «Сергей».
– Он даже своего имени вам не назвал? – удивился разговорившийся пленник. – Но не обольщайтесь, это всего лишь одно из многих, коими он пользовался. Истинное его имя вряд ли известно кому-то, кроме него самого.
– Ваш рассказ чрезвычайно интересен, но где гарантия, что он правдив? – вмешалась я. – И, если уж на то пошло, вы тоже не назвали своих имён.
– Называйте меня Вильдан. Мой спутник – Ямбре. Но он сейчас вряд ли в состоянии пообщаться с вами и подтвердить правдивость моих слов: это ужасное существо чуть не убило его и напугало до полусмерти. В нашем мире тоже немало опасностей, хватает и кровопийц, но все они выглядят как чудовища, а этот поначалу показался мне человеком. Ужасно. Но я говорю правду, хоть и не могу подтвердить это.
– Зато я могу, – Михаил приоткрыл дверь и вошёл внутрь. У него снова было вполне человеческое выражение лица, от крови на губах не осталось и следа, но оба мага заметно побледнели при его появлении. – Продолжай, мой дорогой друг. Вильдан, кажется? И учти, как только я почувствую обман, я незамедлительно вцеплюсь в твою шею и буду пить до тех пор, пока в твоём теле не останется ни капли крови. Усёк?
– Я ведь уже всё рассказал! – взвизгнул маг. – Лучше сразу убейте, я мало что знаю, мы всего лишь исполняли приказ! Хотите подробностей – спросите Сертарио!.. Он главное действующее лицо во всей этой заварушке, а я ничего не знаю!
– Допустим, но расскажи хотя бы то, что знаешь, с самого начала, – вежливо попросил вампир. – Что это за амулет, зачем его украли. И помни: на кону твоя жизнь.
– Вся эта история началась около года назад, – сглотнув, начал Вильдан. – Совет Старейшин заинтересовался одним очень могущественным артефактом. Не знаю точно, каким образом вообще удалось пронюхать о его существовании; этим занимались сами Старейшины, а они в свои тайны никого не посвящают. Кажется, всплыли обрывки какой-то очень старой переписки, но больше я ничего не знаю, клянусь!.. Слухи ходили разные: дескать, камень даёт неограниченную власть над простыми людьми, возвращает молодость, позволяет с лёгкостью путешествовать между мирами и много ещё чего в этом же духе. Достоверно было известно только одно: вещица несколько веков переходила по наследству из поколения в поколение как семейная реликвия, но давно утратила свои свойства, поскольку нужна оправа. Каким-то образом Старейшинам удалось достать амулет. Они создали новую оправу, многократно увеличив мощь камня, но так и не успели им воспользоваться. Этот ловкий юнец – не в одиночку, конечно – выкрал амулет и бежал. Мы долго за ними охотились, но, когда взяли наконец его дружка Лао, тот уже остался в одиночестве. Его допросили, после чего нас отправили по следу, который и привёл сюда. Мы должны найти Сертарио, забрать камень и вернуться вместе с ним и парнем в свой мир. Теперь вы понимаете, что вас это совершенно не касается? Отпустите нас, отдайте талисман и мальчишку – это действительно очень опасный человек! Вы не понимаете…
– Ты сказал не всё, – грозно глянул на пленника Михаил.
– Д-да. Не думаю, что это важно, но… Я заглянул тайком в протокол дознания его клеврета, Лао, пока нёс бумаги из подвала Старейшинам. Излишнее любопытство у нас не приветствуется, поэтому я мало что успел прочесть. Но речь шла, кажется, о каком-то двойнике. Дескать, если камни встретятся, то для одного из миров это будет великое падение, а для другого – великое возвышение. Только, во-первых, пленник ведь мог и наврать, а, во-вторых, я всё равно ничего не смогу вам объяснить, потому что мало что понял, а Старейшины об этом ничего не говорили.
– То есть вам ничего не сказали о камне-двойнике, когда отправляли в погоню? – Михаил неожиданно наклонился к Ямбре, так что тот тихо всхлипнул от страха и яростно замотал головой. – Отлично, я тебе верю. Вы пока отдохните, потом я принесу ужин и постели. Похоже, вам придётся погостить у нас несколько дней.
С этими словами он кивнул нам и вышел из комнаты, мы потянулись следом. На душе у меня было муторно и противно. Не то чтобы я и впрямь поверила, что Сергей… тьфу, Сертарио!.. действительно такая уж непроходимая сволочь и вор, как про него рассказывал этот Вильдан, но всё равно было неприятно.
– Лея, – окликнул меня шедший рядом Сертарио, – ты думаешь, они сказали правду? Мне почему-то кажется, что я не крал медальон… Наверняка они говорили про тот камень, который я нашёл в потайном кармане. Но он мне кажется такой же родной и неотъемлемой частью меня, как, скажем, ухо или мизинец левой ноги. Неужели это всё-таки правда?..
– Да, всё, что сказал нам этот перепуганный человек – чистейшая правда, – резко развернулся Михаил, загораживая нам проход в кухню.
Виктория уже успела проскочить туда и сейчас вовсю гремела посудой.
– Беда в том, – продолжил вампир, – что та правда, которую знают они, может отличаться от истины. Разве вы не поняли? Это пешки, которым игрок не докладывает о своих планах, а только отдаёт приказы. Так что, если мы хотим докопаться до истины, придётся познакомиться с игроком. Осталось решить: нанесём ему визит сами или пригласим в гости? Хотя об этом позже. Я понимаю, почему ты промолчал про амулет, Сертарио, но сейчас мы впутаны в это дело вместе с тобой, так что имеем право знать правду. Покажи его.
Мой друг на секунду замешкался, потом полез в карман джинсов и извлёк таинственный камешек, оправа которого едва заметно переливалась тусклым золотом. Михаил протянул руку, осторожно взял медальон, повертел и недоумённо пожал плечами, дескать, подвеска как подвеска, было бы из-за чего шум поднимать. Мы прошли в кухню, где таинственный амулет перекочевал к Виктории, которая, увидев его, заметно напряглась. Внимательно осмотрев камень, она вернула его Сертарио.
– Я знаю, где его двойник. Первозданный аквамарин ни с чем не спутаешь. Точно такой же камень есть в кабинете Верховного канцлера; он довольно невзрачный, не бросается в глаза, украшает большие настенные часы. Я бы вряд ли обратила на него внимание, просто однажды зашла к канцлеру подписать кое-какие бумаги, а он в этот момент в упор глядел на тот самый камень, словно пытался решить трудную головоломку.
– Выходит, старик Феликс что-то знает, – прокомментировал общую мысль Михаил. – Дорогая, тебе придётся этим заняться.
– Фу, он опять начнёт распускать руки, – поморщилась Виктория. – Но ты прав, делать нечего, я постараюсь вытянуть из него всё возможное. Завтра.
После обеда Виктория сразу же ушла наверх, сославшись на усталость, Михаил отправился обустраивать наших пленников, и мы остались на кухне вдвоём.
– Ты больше так ничего и не вспомнил? Нет, я не забыла, что говорила Виктория, но мало ли…
– Нет, – покачал головой Сертарио, – только какие-то смутные чувства. Я помню злобу своих преследователей, опасность, исходящую от них; и у меня есть чёткое осознание того, что я здесь не случайно, ведь мог уйти в любой другой мир, но попал именно сюда, кажется, даже целенаправленно… Извини, после сегодняшних событий я немного не в себе, голова болит жутко – всё-таки хорошо они меня приложили – да и разобраться надо во всём, так что я, пожалуй, прилягу, если не возражаешь.
– Да, конечно.
– Станет скучно – приходи, поболтаем, – подмигнул он и вышел из кухни.
Я осталась одна. Ложиться спать было ещё рано: маленькая стрелка едва перевалила за четыре часа. Н-да, в интересную историю я ввязалась; всеми силами мы пытаемся распутать этот таинственный клубок, а в итоге запутываемся в нём всё больше. Чтобы хоть немного отвлечься от этих мыслей и спокойно дождаться завтрашнего отчёта Виктории, я решила помучить Михаила и побольше узнать о жизни вампиров. Через десять минут жертва моего любопытства уже сидела напротив и пыталась втолковать необразованной мне, чем киношный вампир отличается от реального. Я слушала его вполуха, то и дело отвлекаясь на привлекательность лица и голоса.
– Нас, видишь ли, не так уж много, и мы не слишком жалуем друг друга. В Москве вампиров едва ли больше сотни, что на такой огромный город крайне мало, сама понимаешь. Границы, в пределах которых мы охотимся, чётко определены, на чужую территорию не лезем. Почти все одиночки; правда, есть и пары, но их всего штук пять. Семья только одна, по крайней мере, в Москве. У них двое детей, так что им выделен целый район. Как я охочусь, ты уже слышала, большинство поступают так же. Людей не убивает никто, разве что тайно, так как за это полагается суровая кара с последующим выдворением с континента без права вернуться. Не думай, что мы такие добрые по отношению к смертным – просто это единственный способ выжить. Если люди начнут находить трупы, они рано или поздно узнают о нас и найдут способ уничтожить под корень… Эй, ты меня вообще слушаешь?
– Что? Да-да, продолжай, – рассеянно ответила я. – Прости, просто…
– Просто – что? – тут же насторожился собеседник.
– Не могу сосредоточиться, ты какой-то слишком уж симпатичный, – покаянно вздохнула я, сама не понимая, что со мной такое.
Никаких притязаний на чужих мужей мне иметь не хотелось, но почему-то я никак не могла стряхнуть с себя морок некоего тупого оцепенения, вызванного привлекательностью сидящего напротив мужчины. Я надеялась, что чистосердечное признание поможет мне протрезветь, хотя бы благодаря сопряжённому с подобной откровенностью смущению.
– Стоп! – тут же отреагировал Михаил. – Давай-ка кое-что проясним, Лея. Я не «симпатичный», как ты это назвала, а притягательный. И это не твои мысли, это нормальная реакция человека на вампира. Прости, это моя вина, я совсем забыл, что ты новенькая на пути магии, и потерял бдительность. Но теперь закрываться уже поздно, поэтому тебе придётся самой справляться с этим. Помни, это всего лишь уловка природы: мы для людей естественные враги, хищники, пьющие вашу кровь, и для упрощения охоты нас создали чертовски обаятельными. Люди всегда тянутся к нам. Девушки и геи влюбляются в меня почти поголовно, так что обычно я закрываюсь от чужого внимания, но это отнимает силы. Маги на нашу притягательность не реагируют, поэтому я расслабился, совершенно забыв о твоей неопытности. Информацию ты уже обработала, теперь стало легче?
– Немного, – я удивлённо хлопала глазами, пытаясь отделить свои чувства от навеянных.
– Попробуй закрыться, поставь самый простой щит, – посоветовал Михаил.
Простейший щит мне показывал Сертарио, ещё в парке. Я с лёгкостью воспроизвела заклинание, и наваждение рассеялось, оставив на память о себе только один вопрос: что, чёрт возьми, со мной было?! Каким бы красивым ни казался мне Михаил, он уже женат, а для меня это всегда было табу. Хорошо снова быть собой!
– Получилось! – поделилась я своей радостью.
Михаил облегчённо вздохнул, и мы продолжили беседу. Успели переговорить обо всех мифах и легендах, связанных с вампирами, обсудить проблему вампирьего демографического кризиса и продумать пути его преодоления, припомнить и посмеяться над парой-тройкой фильмов ужаса, и ещё много чего интересного. А через пару часов я вдруг осознала, что если немедленно не окажусь в постели, то усну прямо за столом – неудивительно, прошлой ночью проспала едва ли часа четыре. Так что я пожелала Михаилу спокойной ночи и ушла в выделенную нам комнату, попытавшись уже лёжа в кровати поговорить о чём-то с Сертарио. Кажется, я мирно засопела на полуслове, а когда проснулась, стояла уже глубокая ночь. Мудро рассудив, что вставать ещё рано, а извиняться за непочтительно прерванную беседу уже поздно, я перевернулась на другой бок и уснула снова. На этот раз до утра.
Глава 6
– Просыпайся, соня! – проговорил Сертарио где-то надо мной.
Я приоткрыла один глаз, увидела лицо своего мучителя, промычала что-то невразумительное, выражая тем самым крайнюю степень неудовольствия, и укрылась с головой тёплым одеялом. Естественно, это не помогло: от приятной сонливости не осталось и следа. Поворочавшись ещё пять минут, я сдалась и села на постели.
– Ты спишь уже больше двенадцати часов, – укоризненно заметил Сертарио, восседающий на соседней кровати. – Между прочим, Виктория уже умчалась в свой Ковен, или как там его?..
– А Михаил?
– Он не ночевал. Ты уснула, он поднялся к Виктории, а через пару часов хлопнула входная дверь. Собственно, я тебя потому и будил: наших пленников никто не удосужился покормить.
– А я здесь при чём? Если думаешь, что добрая тётенька сварит им манную кашку и накормит с ложечки, то глубоко заблуждаешься. Гонялись они за тобой, тем более это твои соотечественники, так что тебе их и содержать. Или, если для тебя это чересчур, просто убей их, а тела сожги, всё равно никто из нашего мира их не знает, значит, и искать не будут.
– Ты в своём уме?! – ужаснулся мой собеседник. – Не буду я их убивать! Посидят пока здесь, а когда всё выяснится, отпустим их и дело с концом.
– Между прочим, эти милые люди пытались тебя убить, да и нас с Викторией под шумок грохнули бы, – флегматично заметила я. – Но дело твоё. От меня-то ты что хотел?
– Надеялся, что ты подстрахуешь. Понимаешь, эти браслеты… Не то чтобы я не доверяю Виктории, но мало ли. Вдруг они не действуют на обитателей другого мира? Одним словом, мне будет спокойнее, если ты будешь рядом.
– Понятно, – зевнула я, вставая и направляясь к двери. – Иди готовь гуманитарную помощь нашим арестантам, а я пока приведу себя в порядок.
Операция прошла успешно и вполне мирно: наручники действительно блокировали магию. Кроме того, ноги у наших пленников были связаны, да и сопротивляться они особо не стремились, памятуя о вчерашнем кровососущем госте. Так что мы зашли, оставили еду и ушли завтракать сами.
– Когда Виктория должна вернуться? – спросила я, сооружая многослойный бутерброд.
– Обещала после обеда. Она ушла прямо перед твоим пробуждением.
– Значит, у нас есть часов пять-шесть. Чем займёмся? Я бы не прочь научиться ещё каким-нибудь штучкам, но наша тренировочная комната занята гостями.
– Это, кстати, не проблема, – возразил Сертарио. – Ты уже умеешь контролировать Силу, поэтому некоторым безобидным трюкам я могу научить тебя хоть здесь. Смотри.
Я с ужасом увидела, как он толкнул со стола пустой стакан, и уже приготовилась услышать звон бьющегося стекла, однако его не последовало. Вместо того чтобы мирно лежать на полу грудой осколков, посудина, вопреки закону тяготения, повисла в воздухе на уровне стола, чуть подрагивая и слегка меняя местоположение в зависимости от взгляда Сертарио.
– Здорово! – искренне восхитилась я. – Научишь?
– Именно это я и собираюсь сделать. Это первое на сегодня заклинание. Запоминай.
Время пролетело незаметно: часа три мы занимались, потом я устала и предложила посмотреть телевизор, на что и был безжалостно убит весь следующий час. «Смешарики» привели моего друга в настоящий восторг.
Потом Сертарио показал мне ещё одно заклинание, попроще, но всё равно я билась с ним почти два часа. И тут мы услышали, как в замочной скважине поворачивается ключ.
– Вы не поверите! – с порога выпалила Виктория. – Я столько узнала, а главное – ещё узнаю сегодня вечером, во время ужина с Верховным канцлером. Старый развратник выложил мне кучу информации; он, по-моему, вообще не воспринимает женщин всерьёз, но это и к лучшему. Начну по порядку. Слушайте внимательно, это довольно занимательная история.
Я зашла к канцлеру подписать документы и как бы между делом заметила, что у него в часах довольно необычный камень. Он тут же начал увлечённо рассказывать, какая это старинная вещь и какие удивительные легенды о ней ходят. Вот только на мою просьбу поведать эти древние сказки предложил встретиться вечером в ресторане и уже там продолжить беседу. Конечно, я изобразила праведный гнев, дескать, вообще из вежливости спрашивала, потому как о похождениях Феликса только ленивый не сплетничает. Старик тут же пошёл на попятную и, якобы по большому секрету, поведал мне следующее.
Первозданный аквамарин – очень древний камень, он существовал ещё до образования Ковена. Уже более пятисот лет его хранят как величайшую реликвию. Преданий о том, каким образом он попал в руки древних чародеев, не сохранилось, однако канцлер намекнул, что это как-то связано с другим миром. На моё логичное возражение, что ходить между мирами невозможно, он в весьма туманных выражениях начал разглагольствовать о том, что всё не так просто, что не у всех хватает времени и опыта научиться всему на свете, а вообще-то невозможного на свете мало.
Пока явных свойств у аквамарина не обнаружено, но исходящую от него мощь невозможно не почувствовать. А теперь – внимание! – местное предание также утверждает, что у камня есть двойник, и встреча с ним приведёт однажды мир к погибели или новой прекрасной жизни. Неизвестно, от чего зависит исход и где найти двойник, но уничтожить камень пытались лучшие чародеи тысячелетия – безуспешно. Потому и решили оставить под присмотром, тщательно следя за колебаниями силы.
Дальше я совершила ужасную ошибку: проявила интерес к рассказу. Феликс заметил это, благо, списал на любопытство. Ему ведь и в голову не может прийти, что вчера вечером я лично держала в руках двойник Первозданного аквамарина. Короче, он моментально сослался на какие-то срочные дела. Тут уж мне пришлось уступить и согласиться на вечернюю встречу, так что ждите новые горячие подробности ближе к ночи.
Мы молча переваривали информацию. Да и что было говорить в подобной ситуации? Очевидно, мы вляпались в скверную историю, в оживший миф, который грозил крахом одному из миров. Логично, что в подобной ситуации следовало бы что-то предпринять, но в моей голове было совершенно глухо на предмет идей. Если уничтожить камни невозможно, рано или поздно их встреча неизбежно произойдёт – и что тогда?..
– Похоже, нам нужна помощь, – поморщился Сертарио, очевидно, рассуждавший аналогичным образом. – Неприятно, но без вмешательства третьих лиц явно не обойтись. Нужен кто-то, владеющий достаточной информацией, потому что, собирая картину по лоскуткам, мы рискуем перепутать кусочки местами и разглядеть совсем иной узор. Короче говоря, нужно идти в мой мир, найти человека, который вернёт мне память, и выяснить наконец, что на самом деле представляет из себя этот… аквамарин.
– Стоп, не пори горячку, – жестом прервала поток его слов Виктория. – Давай я поговорю с Феликсом, выясню больше подробностей, а потом уже будем решать.
– А этому вашему Верховному канцлеру нельзя всё рассказать? – нерешительно предложила я. – Всё-таки дело мирового масштаба, как я понимаю, наверняка он посчитает нужным вмешаться. Кроме того, он должен быть достаточно могущественным, чтобы вернуть Сертарио память, и мы сможем увидеть картину в целом. Или я снова чего-то не понимаю?
– Да нет, в общем-то, ты мыслишь совершенно верно, – вздохнула Виктория. – Беда в том, что я не уверена, что канцлер не попытается использовать сложившиеся обстоятельства наиболее выгодным для себя образом, не считаясь со взглядами прочих заинтересованных лиц. Точнее не так: я абсолютно уверена, что он захочет выгадать как можно больше в подобной ситуации, а это может негативно сказаться не только на нашем друге, но и на всём его мире, если я хоть что-то поняла из всех этих туманных рассказов об аквамарине, будь он неладен! С другой стороны, кто нас заставляет отдавать ему камень? Можно просто попросить восстановить память, сказать часть правды: о другом мире, о погоне, но умолчать о камне. В любом случае дождёмся вечера, прежде чем делать какие бы то ни было выводы. Кстати, Лея, тебе нужно будет набрать меня сегодня примерно в половине восьмого и дать повод улизнуть, потому что выдерживать приставания старого ловеласа больше часа я не в состоянии. Да и Миша… сама понимаешь.
– Конечно, без проблем, позвоню, – рассеянно отозвалась я.
– Если вам, ребята, нечем заняться, можно побеседовать с нашими пленниками. Я с удовольствием присоединюсь, пара часов в запасе у меня ещё есть. Другой мир, это надо же!.. Для меня это такое же открытие, как для тебя, Лея, магия. Надеюсь, какие-нибудь неприятные подробности не заставят меня отказаться от идеи попутешествовать…
– Да, пожалуй, стоит побеседовать с ними, пока свежа память о Михаиле. К тому же, пора покормить наших друзей обедом, а то на голодной диете у них гемоглобин упадёт, станут менее сочными, – хихикнула я.
– А я, с вашего позволения, откажусь от участия в этой затее, – вздохнул Сертарио. – Вряд ли мне стоит получать информацию о своём мире таким способом… Боюсь, если в будущем на этот рассказ обрушатся мои настоящие воспоминания, я рискую сойти с ума. Давайте лучше я вам обед приготовлю и нашим несостоявшимся убийцам заодно.
– Какой ты всё-таки душка, – умилилась Виктория. – И за что эти горе-охотники так на тебя взъелись?..
С этими словами она достала из морозилки большую пачку пельменей и дала краткую инструкцию: «Бросить в кипящую воду, посолить, помешать, ждать семь минут, позвать нас».
…Диалог пока не получался. Наши пленники никак не могли взять в толк, чего мы от них хотим и что их ждёт, если они не выдадут священных тайн своего мира. Беднягам не верилось, что нас интересуют самые банальные вещи, а не какие-то сокровенные знания о магии, и двигает нами исключительно женское любопытство, а вовсе не жажда вселенского господства.
– Спрашиваю в двадцать девятый раз, – ласково и чуть не по слогам говорила вышедшая из себя Виктория. – Что из себя представляет ваш мир? Природа, ландшафты, политическое устройство, формы жизни, вооружение, религии, отношение к магам – нас интересует всё, что является вашей повседневностью, и исключительно в мирных туристических целях.
– Вы либо держите нас за дураков, либо сами дуры, – н-да, в присутствии вампира Вильдан был куда как вежливее. – Вы и понятия не имеете о Тропах, соединяющих миры. Ни один человек в здравом уме не рискнёт ими воспользоваться без крайней на то необходимости. Если бы всё было так замечательно, как вы себе представляете, вас бы давно поработили представители более древних миров – более совершенные формы жизни.
– Так мы ведь и не просим рассказывать про путешествия, – попыталась смягчить я, видя, что Виктория вот-вот взорвётся. – Только про ваш мир. Нам очень интересно. Ну раз уж вы всё равно пока у нас в гостях…
– В гостях, ага, – язвительно процедил Вильдан и отвернулся.
В дверь нерешительно постучали.
– Значит так, кто не хочет поработать языком, тот сидит без обеда, – решила Виктория. – А ты идёшь с нами, красавчик, – обратилась она к молодому спутнику своего сварливого собеседника.
Ямбре испуганно уставился на Викторию, которая поманила его изящным пальчиком, нехотя поднялся, зыркнул недружелюбно исподлобья, но перечить не решился. Эта потрясающая женщина без всякого стеснения подцепила скованного наручниками парня под локоток и увлекла за собой в сторону кухни. Я последовала за ними, не забыв закрыть за собой зачарованную дверь.
– Быстро ты управился, – заметила Виктория, устраиваясь за столом и усаживая дорогого «гостя» рядом.
– А я ещё не управился, – чистосердечно признался Сертарио и покаянно улыбнулся. – Просто пока закипала вода, я подумал, что, наверное, не будет большой беды, если я послушаю про место, в котором либо родился, либо очень долго жил. Он ведь всё равно не расскажет ничего конкретно о моей жизни, что могло бы противоречить впоследствии воспоминаниям, так что вряд ли опасность столь уж велика. А вот свихнуться от любопытства я могу прямо сейчас. Да и вам будет проще общаться с ним один на один, без присутствия второго.