Универсальный саквояж миссис Фокс

– Если он не захочет нас взять, – Дюк подхватил саквояж, – ему вряд ли будет интересно, что мы там будем. Поэтому лучше постараться ему понравиться. «Если это возможно» – простая вежливость.

– Многовато слов для простой вежливости, – поморщился Джейк. – Смахивает на подлизон. Дальше только «моля, припадаем к вашим стопам».

– А это не так? – улыбка Дюка вместо ехидной вышла кислой. – Ну ладно. «Взять нас на борт, если есть такая возможность». По-моему, так нормально.

Искатели приключений спрыгнули на перрон.

– «Нью-Бедфорд Стандарт Таймс», «Ивнинг Стандард», «Судовые ведомости китобоев»! – выкрикивал конопатый шкет в великоватой серой кепке. – Разбился экстренный поезд, заказанный мистером Робертом Огденом! Мистер Роберт Огден и его гости возвращались с Южной образовательной конференции! Четверо погибли! Среди пострадавших Сен-Клер Маккелуэй, профессор Фэрнам из Йельского университета, епископ Маквикар и дочь Лонгфелло!

Чуть дальше, у дверей вокзала, через которые пассажиры проходили на площадь, где их ждали экипажи, суетился его коллега – мальчишка постарше.

– Всем читателям «Санди Уорлд»! Волнующая история доктора Конан Дойла! Новое приключение великого детектива – «Установление личности»! Всем читателям «Санди Уорлд»! Также новый рассказ мистера О'Генри – «Прихоти Фортуны»! Читайте в завтрашнем выпуске! Новый рассказ мистера О. Генри[1]!

– Секретарь президента Рузвельта настаивает на том, что болезнь Президента – всего лишь слухи! – попробовал перекричать его первый.

– Среди пострадавших Сен-Клер Маккелуэй, профессор Фэрнам из Йельского университета, еписком Маквикар и дочь Лонгфелло! – продолжал надрываться конопатый. – Обстоятельства выясняются! Разбился экстренный поезд!

Получив монетку, шкет солидно кивнул, сунул компаньонам газету и неторопливо направился дальше.

– Секретарь президента Рузвельта настаивает на том, что болезнь Президента – всего лишь слухи!

Ручей покидающих здание вокзала пассажиров заволновался – двое джентльменов пробивались к выходу.

– Надеюсь, – выговорил Дюк, протискиваясь вслед за компаньоном на улицу через безуспешно пытавшиеся захлопнуться двери, – сегодня же вечером все, наконец, устроится.

Его толкнула сумкой в спину какая-то толстая старуха в фиолетовой жакетке. Бородатый мужчина в цилиндре больно отдавил ногу искателя приключений своей тростью и тот, чертыхнувшись под нос, побежал догонять остановившегося Джейка.

– Но слушай, – Дюк с облегченим отдал саквояж компаньону, – а если нет?

– Почему это «нет»? – возмутился тот.

– Потому, например, что нам что-то слишком везет. Даже подозрительно.

Джейк махнул саквояжем в сторону железнодорожных путей, компаньоны свернули от потока спешащих к эпипажам пассажиров к берегу реки. В отличие от пассажиров им не требовалось в город, целью их путешествия был порт – вот он, просто рукой подать: лес мачт вдоль берега реки, запах водорослей и дегтя, шум работы, свистки паровых буксиров и протяжные гудки пароходов.

– Когда-то должно и везти, – высказался он.

– Должна же быть, – Д.Э. получил по затылку корзиной, которую владелица несла, подняв над головой, – должна же быть на свете справедливость?

Позади угольных куч тянулись вдоль железнодорожных путей навесы, под которыми рядами лежали огромные тюки с хлопком. Затем тянулись ряды сараев. Чуть поодаль – длинное низкое здание более респектабельного вида под вывеской «Агентство Марвел и сын». Запах моря едва пробивался сквозь ароматы рыбы, угля, древесины и раскаленного железа. Сквозь страшный грохот и звон плотничьего и кузнечного инструмента едва слышались крики докеров. смех и перебранки рабочих. Перед крыльцом «Марвел и сын» двое парней сбрасывали с подводы бревна. Позади здания было видно, как на причал сгружали бочки с неуклюжего закопченого парохода. Слышался гомон разношерстной и разноязыкой толпы: португальцы, шотландцы, поляки, темнокожие, индусы, норвежцы, малайцы, китайцы, индейцы и французы – с ума можно сойти! Там и тут что-то погружали, разгружали, переносили тюки, перевязанные веревками, кто-то с кем-то ругался, кто-то кого-то звал. Гвалт стоял невероятный. Несколько причалов занимали уложенные на землю бочки.

Искатели приключений прошли «Мачтовый двор», где двое мужчин закрепляли на новенькой мачте, лежавшей на земле, медные кольца. Обошли трехэтажное здание с дощатым навесом, которое украшали вывески, обещавшие плетеные корзины, мешки и лед прекрасного размера. С оккутанной чадом жаровни торговец продавал жареную рыбу. Двое джентльменов сперва сморщили носы и поторопились оказаться подальше, затем передумали, вернулись и купили по рыбине, завернутой в газету.

Компаньоны остановились рядом с господином в соломенной шляпе, который, заложив руки за спину, наблюдал, как моряки конопатят перевернутые днищами вверх вельботы, и спросили про капитана Веркора с «Чарльз Хэнсон», но тот ничего не знал. Следующий, мужчина лет сорока, по виду – боцман или, быть может, помощник капитана, – вообще грубо отмахнулся. Еще один, парень лет двадцати восьми, быстроглазый, довольно опрятный, начал было слушать, но его отвлек совсем молоденький, младше них самих, чернокожий парнишка, прибежавший с какой-то бумагой. Он начал тарахтеть по-французски. Старший схватил бумагу, пробежал глазами и торопливо куда-то пошел. Парнишка тоже собрался бежать, но был схвачен за рукав.

– Ну нет, – сказал Джейк, – никуда ты не пойдешь, пока не скажешь, как нам найти «Чарльз Хэнсон» и капитана Рене Веркора. Дюк, скажи этому красавцу, что нам нужен капитан Веркор.

– Капитан Веркор? – переспросил парнишка на чистом английском. – Вам нужен капитан Веркор? «Чарльз Хэнсон»?

– Ну, – грубовато ответил Джейк, – А что такого?

– Да ничего, – пожал плечами парнишка, – только «Чарльз Хэнсон» уже отвалил.

– Как – отвалил? – испугался Дюк.

– Ну просто, отвалил, – сказал парнишка. – Часа в три еще. Во-он от того причала.

Искатели приключений переглянулись.

– Боже ты мой! – мальчишка выразительно закатил глаза. – Всему учить надо, а. В агентство идите, чистюли!

– В агентство? – переспросили компаньоны.

Негритенок достал сигарету и сунул в зубы.

– Вот счастье на мою голову привалило, что ты будешь делать, – вздохнул он, чиркая спичкой. – Вы бы, джентльмены, газету читали, что ли. Такая бумажная штука, да? Вот как раз та самая штука, в которую у вас завернута рыба, чтоб мне лопнуть, она самая. Вам нужно что-то вроде: «Требуются тридцать человек на судно в Нью-Бедфорде. Обращаться: «Одежный магазин Томаса Льюиса», Джеймс-стрит, номер пятнадцать. Вся экипировка в кредит». И так далее.

– Так бы сразу и сказал, – буркнул Джейк.

Парень счел себя свободным и смылся.

Дюк быстро запихал в рот остатки рыбы, вытер газетой руки и развернул ее.

– «Аделина Чейс», – прочел он, умерив дрожь в голосе, – шхуна, восемьдесят тонн. Капитан Шокли, агентство «Антонио И. Сильвия.» Пятнадцатого октября вышла в Атлантический океан. Последнее сообщение: пятого января, из Капо де Верде. «Э. Р. Таккер», барк, сто тридцать восемь тонн, капитан Поттер, агентство «Джозеф и Вильямс К. Кинг», вышел в Атлантический океан пятнадцатого ноября.

Юный Маллоу посмотрел на компаньона. Тот стоял с затуманенным взглядом, забыв про рыбу в руках.

– У меня голова кружится, – сообщил он.

Дюк прочистил горло и прямо так, с газетой в руках, пошел, куда глаза глядят.

– Последнее сообщение с этой «Э. Р. Таккер» от двадцать шестого апреля, с Барбадоса, – читал он на ходу, не глядя себе под ноги и не обращая внимания на толчки прохожих.

Джейк доглодал рыбу, вытер руки сначала о газету, потом для надежности о штаны, взял компаньона за рукав куртки и повел, заставляя огибать докеров и груды бревен, бочки, доски и ящики.

– «Эллис Ноулс», – продолжал Дюк, и не думая поднять носа, – барк, двести восемьдесят восемь тонн, капитан Коттл, агентство «Джозеф и Вильямс К. Кинг». Пятнадцатого же ноября отправился к берегам Японии. Последнее сообщение девятого марта: вышел из Гонолулу. «Бельведер», пароход, четыреста сорок тонн, капитан Гомес, агентство «Джозеф и Вильямс К. Кинг». Тоже к Японии, но вышел девятнадцатого декабря. Последнее сообщение четвертого марта, вышел из Сан-Франциско…»

Список был очень длинным: Барбадос, о. Св. Елены, Северный Тихий океан…

– «Джозеф и Вильямс К. Кинг», – задумчиво проговорил Джейк. – Давай-ка читай адрес.

– Их там целая куча, – сообщил компаньон, по-прежнему глядя в газету. – «Джеймс. Ф. Эйвери», «Томас Люк и Компания», «Уильям Лоу и сын». Но да, Джозефа и Вильямса больше всех. Сто шестой номер, Южная улица, вверх по лестнице.

Компаньоны огляделись, остановили какого-то плотника, проходившего мимо и поинтересовались, как найти сто шесть, Южную. Выслушав ответ, направились дальше – идти надо было в город, еще несколько кварталов за вокзал.

– «Жаннетта», барк, Тихий океан, – продолжал бубнить юный Маллоу, – …вышла. «Веселая голова», шхуна… вышла. «Бонанза», шхуна… черт, тоже вышла!

Джейк, слушая его одним ухом, знай себе шагал вперед, волоча компаньона. Завернув за угол, потом снова за угол, потом, перейдя улицу, они остановились перед низеньким зданием.

Здесь же, судя по вывеске, можно было приобрести «Готовую одежду, шляпы и шарфы за прекрасную, среднюю и низкую цену, по желанию покупателя, а также полный комплект принадлежностей для китобойного промысла».

– Ух ты! – шепотом выдохнул Джейк. – Для китобойного промысла!

– И что мешает двум джентльменам наняться на китобой? – прищурился Дюк.

Возле дверей толпилось разношерстное сборище, которое с первого взгляда можно было принять за неизвестно зачем собравшийся сброд. Эти люди были похожи на кого угодно, только не на моряков. И все-таки их поведение говорило о том, что это именно моряки. То ли табак, который жевали все без исключения, то ли гвалт, который поднимала эта толпа, то ли что-то такое было в манере держаться, но только было ясно, что перед искателями приключений те, кто, подобно им самим, рассчитывает поступить на какое-нибудь судно. Дюк тихонько вздохнул. Джейк возвел глаза небесам. Но не успели компаньоны высказаться, как дверь распахнулась и двое энергичных мужчин стали сгонять всех внутрь, словно какое-нибудь стадо.

– Нам бы китобой, – Дюк обратился к тому из мужчин, что выглядел наименее устрашающе.

– Проходи-проходи, будет тебе китобой!

За их спинами кто-то высказался на чужом языке. Кажется, по-португальски. Все заржали. Джейк поморщился, его компаньон передернул плечами, как будто нашел на рукаве мокрицу, и оба, изо всех сил не обращая внимания на сливки общества, проследовали по узкому коридору. Дощатый пол скрипел, по левую руку находилось множество дверей, а по правую – деревянные полированные стойки, за которыми обслуживали клиентов вежливые господа в очках и с усами. Дощатый пол под тяжелой поступью толпы немилосердно скрипел. Наконец, вместе со всеми компаньоны оказались в небольшой комнате.

Это была типичная контора, каких полно по всей Америки от Атлантического до Тихого океана: большой шкаф с резным верхом, тяжелый письменный стол, бюро у окна. За столом в кожаном кресле сидел серьезный господин с длинными висячими усами и лицом, как у пожилого моржа. Господин разговаривал по телефону, постукивая пальцами по большой, очень толстой и засаленной на углах книге, возлежавшей на тяжелом деревянном бюваре, полном каких-то документов. Стены конторы украшали картины и картинки: грубо нарисованные парусники, колесные пароходы, трансатлантические лайнеры. Над седой головой господина, под самым потолком, раскинуло крылья чучело альбатроса.

Джейка больно толкнули в спину:

– Посторонись, слышь, ты!

Кстолу усатого господина бесцеремонно лез наглый тип с гладким румяным лицом и толстыми губами. Раздвинув компаньонов локтями, он встал перед столом и почтительно замер, комкая в руках потертую матерчатую кепку. Следом влезли еще двое: высокий лысый детина в синем свитере и белобрысый субъект с красным веснушчатым лицом.

Господин положил на подставку рожок аппарата, повесил наушник и, взяв какую-то бумагу, стал читать ее вслух: это был текст контракта, который надлежало подписывать всем морякам, нанимавшимся через агентство. Делал он это не то, чтобы очень быстро, но понять нельзя было ничего.

– Сэр, – шепотом спросил Джейк, наклонившись к уху компаньона, – он точно говорит по-английски?

– Нет, что вы. Это китайский, – не дрогнул лицом Дюк.

Когда с чтением покончили, нанимающиеся стали по очереди подходить к агенту, отвечать на какие-то вопросы, которых в общем гвалте было не разобрать, и подписывать бумаги.

– Сколько тебе лет?

Седые усы агента пошевелились. Искатель приключений прочистил горло.

– Шестнадцать.

– В море бывать приходилось?

– Н-нет, сэр.

Агент шумно вздохнул, и что-то там себе написал в бумагах. Пахло не то классной комнатой, не то канцелярией. Усы шевелились. Наконец, агент писать перестал, с минуту смотрел на молодого человека, опять черкнул что-то в бумагах и произнес:

– Тебе назначается пай в одно двести пятидесятую.

– А? – глупо спросил Джейк, но агент на него даже не взглянул, бросил на стол бумагу и ткнул сухим пальцем в то место, где надо было подписываться.

Сноски