Долина Счастья

Пролог

Шум водопада слышался издалека. Низвергающийся с небольшой высоты ручей окружали заросли оули и ползучих лиан. Файнс уже потянулся за мечом, чтобы прорубиться сквозь труднопроходимые заросли, но тут сквозь шум падающей воды пробился негромкий вскрик, а затем звонкий девичий смех.

– Ты слышал? – обернулся он к Неросу – адъютанту и лучшему другу.

– Да, – ответил тот. – Женщина.

– Откуда в этой глуши?

Нерос пожал плечами и высказал предположение:

– Может, варварка?

– До ближайшего селения около двух десятков кемов… Какого демона её занесло так далеко?

– К чему гадать? Мы можем посмотреть, – сказал Нерос, спешиваясь.

– Если хорошенькая – заберём, – согласился Файнс и тоже спрыгнул на землю.

Нерос знаками приказал дружинникам оставаться на месте и соблюдать тишину, а нескольким показал следовать за ними.

Бесшумно пробравшись сквозь кустарник, Файнс и Нерос осторожно выглянули из-за веток.

Ручей, срываясь с вертикального уступа, падал в небольшой округлый плёс прозрачной стеной. В его хрустальных струях стояла стройная обнажённая девушка и мыла длинные роскошные волосы. Это не была похожа на варварку: кожа, хоть и смуглая от загара, но намного светлее, а волосы прекрасного золотисто-солнечного цвета, как у ассветов. Файнс и Нерос обменялись удивлёнными взглядами. Файнс подал знак, и они отползли вглубь кустарника.

– Ассветка! – выдохнул Файнс.

– Молодая и здоровая, – кивнул Нерос.

Файнс довольно засмеялся. В его гареме ещё не было ни одной ассветки, и эта добыча показалась ему чрезвычайно соблазнительной.

– Я хочу её, – требовательно произнёс господин.

– Как пожелаете, – послушно склонил голову слуга.

Глава 1

Дайна наслаждалась купанием. Прохладные упругие струи били по плечам и спине; нежными ласкающими прикосновениями сбегали по твёрдой девичьей груди и упругим ягодицам, струились по сияющим золотым волосам. Запрокинув голову, вытянула вверх руки и замерла, впитывая чистой кожей жар солнечных лучей полуденного солнца и прохладу водяных струй.

Когда по телу побежали первые мурашки озноба, она слезла с камня, на котором стояла, купаясь, и побрела к берегу. Глубина плёса едва достигала груди, под ногами был твёрдый белый песок. Такой же песок покрывал и узкую прибрежную полосу. Место глухое и уединённое, поэтому девушка ничего не опасалась и не держалась настороже.

Выйдя на берег, Дайна опустила голову, скрутила волосы в тугой жгут, и начала отжимать, избавляясь от лишней влаги. Внезапно рядом, бесшумно, словно демоны, выскочившие из-под земли, выросли две высокие тёмные фигуры. Умелым движением незнакомцы заломили ей руки за спину и быстро связали. На голову набросили какой-то плотный мешок, ноги тоже опутали. На тело набросили грубый плащ, который окончательно спеленал опешившую от неожиданности беспечную купальщицу.

Дайна, уверенная, что на расстоянии десятка кемов нет ни единой живой души, просто оцепенела от столь быстрого и умелого нападения, и не оказала ни малейшего сопротивления. Она не успела даже испугаться, когда грубые руки подхватили её, перебросили через плечо и куда-то понесли. Когда же пришла в себя и осознала своё плачевное состояние, сопротивляться было поздно – любое возмущение или сопротивление сейчас – пустая трата сил. Потому она постаралась расслабиться, насколько это было возможно, вися вниз головой и кверху попой, и обдумать произошедшее. Судя по запахам, звукам, коротким командам и скупым словам, она попала в руки дружинников горного барона. Только они могли подкрасться так бесшумно и незаметно, и так быстро и умело пленить жертву. Общеизвестна была и страсть горных баронов к красивым беззащитным женщинам. Похищение – их обычай и увлечение. Они даже будущих жён крали. Теперь у Дайны был только один путь – в замок горного барона. А вот в качестве кого – рабыни, наложницы или невесты – покажет будущее.

Эта догадка не очень взволновала девушку. Ей казалось, что она всегда сможет договориться с будущим господином, и неплохо устроиться. Поэтому сейчас решила вести себя тихо и спокойно, чем весьма удивила похитителей. Они привыкли к истерикам, яростному сопротивлению, крикам и слезам. А эта пленница спокойно лежала на плече Нероса, словно неживая. Файнс даже обеспокоенно спросил:

– Она не умерла от страха?

– Нет, пока дышит… Наверное, это очень умная или покорная девушка. Быстро осознала своё положение и смирилась с ним.

Дайна слышала разговор, проходивший почти рядом с её головой, но никак не отреагировала на него.

Несколько следующих часов ей пришлось трястись на лошади, в неудобном положении, связанной по рукам и ногам, обливаясь потом в жарком плаще и задыхаясь под плотной тканью мешка, покрывавшего голову. Наконец, судя по звукам, они прибыли в замок. Девушку снова перекинули через плечо и куда-то понесли. Дайна была почти без сил, когда её, наконец, поставили на ноги, разрезали путы и сдёрнули с головы мешок. Свет, ударивший по отвыкшим от него глазам, заставил её зажмуриться. Когда же она смогла открыть глаза и оглядеться, то увидела, что находится в гареме. Перед ней стояла донна – смотрительница гарема, о чём говорили несколько плёток, подвешенных к поясу; а в отдалении толпились наложницы, с любопытством поглядывавшие на новенькую.

Донна окинула обнажённое тело девушки оценивающим взглядом, задержалась на всклокоченных волосах, и насмешливо спросила:

– Где тебя поймали, красавица? Ты не голозадая дикарка, случайно?

– Сама ты дикарка, – огрызнулась Дайна. – Я купалась в водопаде, когда какие-то нахалы напали на меня…

– Прикуси язычок, красавица… Ты в гареме горного барона, который лично пленил тебя и привёз к себе, как законную добычу… Купалась она! Сейчас ты грязная и воняешь, как кухонная рабыня. Ступай в ванную комнату и хорошенько вымойся… Когда оденешься, покажешься мне, я поговорю с тобой и решу, какую работу дать. Девушки в моём гареме не бездельничают!

– Я трудиться не буду… И вообще, после ванны я хотела бы поесть и отдохнуть.

Донна нахмурилась.

– Мне сказали, что в пути ты вела себя тихо и послушно, так оставайся такой же впредь, если не хочешь познакомиться с моими плётками… У меня очень тяжёлая рука, знаешь ли.

Дайна лишь насмешливо фыркнула и направилась в ванную комнату.

После горячей ванны с ароматными бодрящими маслами, Дайна почувствовала себя несравненно лучше. Ей выдали лёгкий шёлковый костюмчик, который носили наложницы, состоявший из короткой кофточки-лифа с широкими рукавами и низко посаженых штанов-шаровар. Он был удобным и, главное, не стеснял движений.

Покинув ванную, Дайна спросила у прислуживавшей рабыни:

– Когда здесь кормят? Я умираю от голода.

– Ужин будет через час, – ответила женщина. – А сейчас ступай к донне, это первая дверь у входа.

Но Дайна повернула в другую сторону, решив осмотреть помещения гарема. Она прошла под аркой и оказалась в большом зале, где на, огромном ковре, покрывавшем почти весь пол, группками и поодиночке, сидели несколько десятков девушек. Они болтали, смеялись, играли в незамысловатые игры или занимались рукоделием. В основном здесь находились варварки, только две девушки отличались от остальных: одна, по-видимому, илларийка, а другая сандийка. Наложницы поглядывали на Дайну с любопытством, но ни одна не встала и не приветствовала новенькую.

Дайна начала прохаживаться вдоль стен, рассматривая всё с особенно пристальным вниманием; попробовала на прочность решётки на окнах, пощупала ковры и гобелены, даже поковыряла ногтем кладку стен. Всё добротное, крепкое, прочное. По-видимому, господин не был стеснён в средствах.

От исследования её отвлёк громкий недовольный голос донны.

– Эй, новенькая, ты разве забыла, что я приказала тебе зайти ко мне?

Дайна повернулась и презрительно ответила:

– Я не собираюсь исполнять твои приказы. Ты мне не госпожа.

– Ах, так… – угрожающе протянула донна. – Ты сама напросилась, ассветка…

Она сняла с пояса самую большую плётку и начала медленно приближаться. Наложницы вскочили и шарахнулись в сторону, сбившись в кучку у дальней стены.

Дайна нисколько не испугалась. Заложив руки за спину и покачиваясь с пятки на носок чуть расставленных ног, она спокойно ждала приближения женщины. В её золотисто-карих, совсем не ассветских глазах, не было ни тени страха. Когда донна взмахнула плёткой, намереваясь опустить её на обнажённую спину строптивой рабыни, девушка ловко перехватила плеть и дёрнула на себя. Затем вскинула ногу и с полуразворота ударила смотрительницу сандалией в лицо с такой силой, что та отлетела на пару метов и без чувств растянулась на полу. Поражённые наложницы издали единодушный вопль испуга и удивления. Сломав плеть о колено, Дайна швырнула её на неподвижное тело донны и окинула зал мрачным взглядом. На глаза попалась большая красивая керамическая ваза. Легко подняв, девушка швырнула её в стену, разбив вдребезги. А затем начала методично бить и крушить всё, на что падал её взгляд. Цветочные горшки трещали, как попавшие в огонь орехи, осыпая черепками и землёй ковры и мечущихся в панике наложниц. Как безумная, прыгала Дайна на изящных резных столиках, разламывая их в щепки. Она срывала со стен гобелены, рвала шёлковые занавески и раздирала подушки для лежания. По комнате летали перья и пух, словно в гареме начался снегопад, а мечущиеся в панике, визжащие и орущие наложницы, закручивали их в метель.

Глава 2

Привлечённые необычным шумом, в гарем заглянули стражники-евнухи, сторожившие снаружи у дверей. Заметив разгром и увидев беснующуюся Дайну, они достали гибкие палки-прутья, при помощи которых усмиряли самых буйных пленниц, и начали наступать на девушку.

Дайна оставила в покое штору, которую пыталась разорвать, и переключила внимание на четырёх стражников – высоких сильных мужчин. В руках они держали палицы, а девушка штору. Но ей оказалось достаточно и этого. Скрутив её в жгут, она ударила первого нападавшего по глазам, на миг ослепив. Затем подпрыгнула в воздух и сильными точными ударами ног нокаутировала ещё двух. Набросившись на последнего, словно взбесившийся йол, девушка ударами ног, рук, локтей и колен отправила его в нокаут. Забрав палицу, она повернулась к первому стражнику. Ловкими фехтовальными приёмами обезоружила и избила его до бесчувствия. Одновременно, ударами ног, она укладывала на пол второго и третьего, пытавшихся подняться после её первых ударов.

Подобрав палки поверженных стражников, Дайна взвесила их в руке. Что ж теперь её не застигнут врасплох, как у водопада. На этот раз без боя она не сдастся. Или добьётся своего, или погибнет – но не станет покорной игрушкой в руках похотливого самца.

По-видимому, кто-то из прислуги вызвал помощь, потому что вскоре за дверью послышался шум и в помещение ввалился целый отряд вооружённых мечами стражников во главе с высоким, юным и красивым господином. По властным манерам, дорогому мечу и беспрекословному послушанию воинов, Дайна догадалась, что это сам горный барон. Окинув разгромленный зал одним быстрым взглядом, лишь на миг задержавшись на жмущихся в углу наложницах и распростёртых телах стражников, остановил его на Дайне.

– В лесу ты показалась мне тихой и покорной, – услышала девушка знакомый голос. – Я жестоко ошибся… Брось палки, девушка, и следуй за мной.

– А как же! – насмешливо ответила Дайна. – Если ты снова хочешь связать меня, как овцу, то подойди и попытайся сделать это сейчас!

– Я не буду драться с тобой… Я уже понял, что ты необычная девушка, и я ошибся, поместив тебя в гарем. Не усугубляй свою вину и сдайся. Я не хочу тебя убивать, но буду вынужден сделать это, если ты будешь упрямиться. Я не позволю тебе буянить и разносить мой замок по камешку.

– Ты всё равно убьёшь меня, а быстрая смерть в бою предпочтительней медленной и мучительной в темнице.

– Я не собираюсь тебя убивать. Ты нужна мне живой и здоровой.

– Зачем? Я знаю, что горные бароны жестоко наказывают за непокорность… Разве ты не такой?

– Я такой, но ты особенная… Я хочу узнать тебя получше. Даю слово, что не накажу тебя за причинённый ущерб. Идём же со мной. Тебе здесь не место. Ты перепугала моих наложниц.

Дайна и сама знала, что ей здесь не место. В случае схватки, она не выстоит против десятка закалённых в боях мечников. Она решила довериться слову барона и положиться на судьбу. Отбросив палки, приблизилась к вельможе и склонила голову.

– Если ты обманешь меня, я достану тебя и с того света, – произнесла угрожающе.

Солдаты окружили девушку, и повели прочь.

Её провели по нескольким сумрачным коридорам и остановились у узкой двери, закрытой на засов. Один из стражников отодвинул засов и открыл дверь.

– Входи. Но если надумаешь и здесь всё побить и поломать, то учти, что жить будешь среди черепков и обломков.

Дайна переступила порог и огляделась. Она оказалась в крошечной комнатке с одним квадратным окошком высоко под потолком, без ковров, без гобеленов, с голыми запыленными стенами и скудной мебелью. Комната не походила на темницу, но и жилой её трудно было назвать. Дайна прошлась по помещению, насчитав восемь шагов в длину и шесть в ширину, затем опустилась на узкое ложе и стала терпеливо ждать дальнейшего развития событий.

***

Нерос вошёл в комнату господина и застал его нервно шагающим от стены до стены. Увидев друга, тот воскликнул:

– Джай, что ты на это скажешь?

– Я думаю, нам попалась не женщина, а оборотень-гиззард. Я бы посоветовал вам отвезти её обратно и оставить на том месте, где мы её нашли.

– О чём ты говоришь! Я не отпущу её, даже, если она разрушит половину крепости! Она мне нравится. Вот это женщина! Ураган, богиня разрушений! Я хочу приручить её. Я даже готов жениться на ней, если не будет иного способа укротить эту женщину!

Нерос с насмешкой посмотрел на юного господина.

– Не думаю, что из неё получится хорошая жена. Она будет скакать рядом с вами на охоте и сражаться в бою, но не согласится сидеть в замке и присматривать за порядком, шить вам рубашки и нянчить ваших детей. Друг мой, вам нужна спокойная и хозяйственная девушка, а такая, как эта, может быть только подругой.

– Всё равно я хочу её… Где она сейчас?

– В «комнате ожидания».

– Хорошо… Пусть пока посидит, успокоится. Кормите её хорошо, не беспокойте и строго охраняйте. Если девушка сбежит – я оторву виновным голову.

Глава 3

Несколько дней Дайна пробыла в тишине и одиночестве. Два раза в день молчаливый раб, под охраной такого же молчаливого стража, приносил поднос с едой, выносил отхожее ведро, приносил кувшины со свежей водой для питья и омовений. Никто с девушкой не общался, её ни о чём не спрашивали, и Дайна никого ни о чём не просила.

Затем пришли шесть крепких сильных воинов и отвели её в небольшой зал, где, на каменном возвышении, покрытом шкурами гиззардов, в высоком резном кресле, с баронской короной на голове, восседал её похититель и повелитель. Несмотря на важный вид, который он напустил на себя, барон выглядел, как мальчишка. На вид не больше восемнадцати лет. В его жилах, как у большинства горных баронов, текло много варварской крови, поэтому он походил на варвара, вырядившегося в роскошные одежды светлолицых. Длинные блестящие чёрные волосы, зачёсанные назад, стянуты в пучок, открывая смуглое овальное лицо с зеленоватыми глазами и красиво очерченными губами. Руки с длинными тонкими пальцами, унизанными перстнями и кольцами, спокойно лежали на подлокотниках кресла. Уши украшали большие серьги-кольца, а на шее висела массивная золотая цепь с печатью. Рядом с креслом стоял незнакомый девушке воин, выглядевший старше господина всего на несколько лет.

Дайна приблизилась к возвышению и спокойно посмотрела на барона. Она не пала ниц, не поклонилась и не выказала почтения иным способом. Но барона её непочтение никак не затронуло. Уголки его выразительных губ лишь чуть дрогнули в лёгкой улыбке.

– Женщина, – заговорил он, – я горный барон Файнс по прозвищу Юный Орёл, взял тебя в плен, как законную добычу, так как ты находилась на моих землях без разрешения и не уплатив налог за проезд… Я оказал тебе честь, поместив в свой гарем, но ты учинила там погром, испортив имущество и покалечив моих слуг. Что ты скажешь в своё оправдание, женщина?

– Ничего, – пожала плечами девушка. – Я не собираюсь оправдываться. Это я обвиняю вас, Юный Файнс, в незаконном похищении и принудительном удержании. Я свободная гражданка королевства Ландия, не беглая рабыня, не преступница, не нарушала границ ваших земель, так как не видела никаких ограничивающих или предупреждающих знаков. Я защищала свою жизнь и свою честь, как меня учили и как предписывают законы Ландии.

– Мой замок стоит на свободных землях Ледеберга, и законы Ландии не распространяются на мои владения. Я подчиняюсь только своим собственным законам, а мой закон разрешает мне взять в плен любого, кто ступит на мою землю, и если он хочет свободы, пусть выкупит себя. Можешь ли ты выкупить себя, женщина?

– Вы лишили меня средств, привезя в замок голой.

– Ты можешь обратиться к своим родственникам, пусть они заплатят за тебя выкуп.

– У меня нет родственников.

– Друзья?

– Нет и друзей.

– Прискорбно это слышать… Значит, ты останешься моей пленницей навечно.

– И что вам это даст? Вы будете держать меня под замком до конца моих дней? Напрасно кормить, одевать и тратить силы на охрану?

– Что ты можешь предложить взамен?

– Я профессиональный воин. Меня десять лет учили воинскому искусству и охране. Я могла бы поступить к вам на службу и отработать нанесённый ущерб, а также выкупить себя.

Казалось, барон задумался над словами девушки. Затем взглянул на приближённого, тот наклонился и что-то шепнул ему на ухо.

– Если я возьму тебя на службу, как я могу быть уверен, что ты не убежишь при первой же возможности? – спросил барон.

– Я могу дать вам клятву верности.

– Чего стоит эта клятва?

– Бессмертия моей души и последующих жизней… Я никогда не пойду на нарушение этой клятвы, ибо это тягчайший грех.

Барон снова задумался, а воин, стоявший подле него, снова наклонился и что-то шепнул ему на ухо. Тот кивнул. Воин выпрямился и взглянул на девушку.

– Ты «меченая»? – спросил он.

– Да.

– Покажи свои знаки.

Дайна подняла рукава и показала татуировку на правом и на левом предплечьях.

Воин удовлетворённо кивнул и снова что-то зашептал на ухо господина. Тот слегка нахмурился и посмотрел на девушку.

– Я подумаю над твоим предложением, – буркнул он. – Ступай!

Стража отвела пленницу обратно, в надоевшую уже комнату. Но Дайна не расстроилась. Она поняла, что заинтересовала юного барона, как своим предложением, так и особой, и задумалась, как бы получше применить этот интерес на пользу себе.

Дайна оказалась права. На следующий день раб принёс её вещи, которые остались у водопада, когда её схватили. Здесь было всё, кроме оружия. Когда девушка переоделась, двое воинов отвели её в кабинет барона. Без торжественной одежды и короны, барон ещё больше походил на мальчишку, хотя и держался высокомерно и горделиво. Рядом с ним вновь находился его приближённый, которого он называл Нерос.

– Я обдумал твоё предложение, женщина, и решил дать тебе шанс исправить свой дурной поступок верной службой… Произнеси же свою клятву и я верну тебе оружие.

– Я не могу произнести слова клятвы без оружия. Это клятва воина, а не слуги, – возразила Дайна.

Барон вновь взглянул на Нероса и тот еле заметно кивнул. Выдвинувшись вперёд, он стал так, чтобы прикрыть господина в случае неожиданности. Барон протянул девушке ножны с её мечом. Дайна вынула меч и опустилась на одно колено.

– Я, Дайна Акронис, клянусь именем Богини-Матери и своей честью, верно служить тебе с этого момента и пока твоя воля или смерть не разлучат нас. Моя жизнь принадлежит тебе, мой меч служит тебе.

Закончив клятву, девушка склонила голову и протянула барону меч на вытянутых руках.

– Что я должен сделать? – спросил тот.

– Если вы принимаете клятву, то должны взять меч и вернуть его мне.

Файнс так и сделал. Дайна встала и вложила меч в ножны, прицепив их к поясу.

– Что ж… Пока я подумаю, как тебя использовать, можешь ознакомиться с замком. Но не пытайся выйти за ворота – без моего позволения или разрешения Нероса, тебе это запрещено.

– Слушаюсь, господин, – поклонилась девушка.

– Ступай. Найди управляющего и передай ему мой приказ: пусть подберёт тебе приличную комнату.

Дайна вновь склонила голову и вышла.

***

– Ну что? Как тебе это нравится? Она теперь принадлежит мне до самой смерти. Чем её клятва отличается от ошейника рабыни? – засмеялся Файнс.

– Только более длинным поводком, – улыбнулся Нерос.

– Пусть немного освоится, а затем я начну её потихоньку приручать… Всё равно она будет моей!

– Время покажет… – философски заметил Нерос.

Глава 4

Прошло больше месяца с того дня, как Дайна поступила на службу к барону Файнсу. Сначала её зачислили в дружину простым мечником, но потом барон поставил её своим телохранителем, узнав, что девушка обучалась именно этой профессии. Файнс относился к ней очень доброжелательно, обхаживал и так, и эдак, делал недорогие, но приятные всякой женщине подарки в виде ароматных благовоний, украшений, красивой одежды. Но Дайна вежливо отвергала все его подношения. Юного барона сначала удивляло упрямство девушки, её упорное нежелание идти на близость, а потом уже начало злить. Однажды он спросил напрямую:

– Ты вообще была когда-нибудь с мужчиной?

– Нет, – сдерживая улыбку, ответила Дайна. Она давно раскусила тактику господина и решила противостоять ей любыми способами, даже ложью, если придётся.

– А… – немного разочарованно протянул юноша. – Теперь я понимаю, почему ты так сдержанна и пуглива… Но ты уже достаточно взрослая, чтобы пройти через это.

– Что вы имеете в виду? – сделала Дайна последнюю попытку прикинуться дурочкой.

– Я хочу, чтобы ты принадлежала мне.

– Стать вашей любовницей?

– Да!

– Нет! – твёрдо ответила девушка.

– Ты посмеешь отказать своему господину?

– Посмею. Я не наложница, а воин. Потребуйте от меня отправиться в бой, и я покорюсь, защитить вас ценой своей жизни – и я подчинюсь… Но лечь с вами в постель – нет.

– Я заставлю тебя! – вскипел юный барон и попытался схватить девушку за руку.

– Как? – насмешливо произнесла Дайна, ловко уклоняясь. – Для этого вам придётся меня убить. Применив насилие, вы освободите меня от клятвы, потому что любовь с вами не входит в мои обязанности, и я могу не подчиняться вам, не нарушая клятвы. А значит, имею полное право сопротивляться. И тогда посмотрим, кто из нас умрёт первым!

Барон взбесился, но сдержался, понимая, что девушка права – он не устоит против неё в бою. Скрипнув в ярости зубами, процедил:

– Что ты строишь из себя недотрогу? Рано или поздно, ты всё равно отдашься кому-нибудь, так чем я хуже других?

– Я никогда не буду принадлежать мужчине…

– Все вы так говорите.

– … потому что я предпочитаю любовь женщин, – закончила девушка.

Слова Дайны удивили Файнса, и сразу остудили его любовный пыл. Он, конечно же, знал, что некоторые мужчины и женщины предпочитают себе подобных, и с презрением относился и к тем, и к другим. Он свято считал, что мужчина должен любить только женщину, а женщина отдаваться только мужчине, и никак иначе. Поэтому признание девушки поразило и оттолкнуло его от неё. Страсть и желание исчезли в один миг, превратившись в антипатию. Презрительно посмотрев на девушку, он с отвращением произнёс:

– Можешь больше не беспокоиться за свою честь… Я никогда не лягу с извращенкой.

Дайна мысленно усмехнулась и вздохнула с облегчением. Она поняла, что её обман сработал. Больше ей не грозят домогательства господина и угроза попасть в немилость из-за сопротивления. На самом деле, Дайна никогда не предпочитала женщин, хотя во время обучения в Школе Меченосцев познала и этот вид любви. Не была она и девственницей. Но у девушки остались не самые лучшие воспоминания о мужской любви, и она решила пока воздерживаться от любых близких отношений, пока не встретит того, кому захочет отдаться с желанием, а не от скуки или по принуждению.

Несмотря на презрение, барон не прогнал девушку, оставив на прежней должности, потому что, невзирая на молодость, был не дураком, и понимал, что лучшего защитника он не найдёт. Дайна отличный воин, в этом он уже успел убедиться.

Глава 5