Кейси из Альты

Глава 1

Из порта донёсся серебряный звук колокола, возвещавший о прибытии корабля. Кейси подошла к окну и выглянула наружу. Дом её матери стоял на крутом склоне холма, одного из десяти, цепью окружавших Золотую Бухту, на берегу которой расположился славный город Альта – столица Оллинского королевства. Юный и прекрасный город, которому едва исполнилось сто лет – ничтожно мало для городов и государств.

Перед взором Кейси предстала привычная картина: большая каменная лирообразная пристань, окружавшая голубые воды бухты. К ней примыкала торговая площадь, на которой располагались лавки купцов, матросские казармы и гостиницы для приезжих. Далее, концентрическими полукружиями, разделяясь на ярусы и сектора, шли улицы: самая первая – улица моряков и ремесленников, далее – мелких торговцев, людей побогаче, воинов, купцов, богатых землевладельцев… У самой вершины окружавших бухту холмов, располагались улицы тальсов – так местные жители прозвали ассветов и виолок, более ста лет назад завоевавших Оллин, за их высокий рост и высокомерный нрав, и переводившееся с местного наречия, как «высочайшие».

На Третьей Тальской улице жили виолки и простые ассветы – солдаты и королевские гвардейцы, служившие при дворе или в армии офицерами. На Второй Тальской улице жили ассветы и виолки побогаче – сановники, аристократы и высшие офицеры. Первую Тальскую улицу занимали виллы и дворцы королевских родственников и сановников высокого ранга. Ну, а на самой вершине самого высокого холма располагался королевский дворец – высокое, мощное, прекрасное и грозное строение, настоящая неприступная крепость. Вершины соседних холмов занимали дворцы поскромнее – в них обитали ближайшие родственники королевской семьи.

Кейси, её мать, бабушка и все родственницы по женской линии – виолки, то есть, принадлежали к касте женщин-воинов, и были прямыми потомками первых виолок, привезённых легендарной Лианной-Завоевательницей, первой оллинской королевой, ныне возведённой в ранг святых и прозванной Святой Лианной Сереброволосой. Виолки были её личной гвардией, отборными войсками, охраной и воинской элитой. Такими они остались и доныне. Потомки тех первых виолок, верные памяти и обычаям предков, вывезенных с затерянного в океане острова Виол, где правили женщины-воительтницы, продолжали поклоняться Богине-Матери и Священному Мечу, добавив в этот пантеон и Святую Лианну. Они всё так же служили в личной гвардии королевы, сами выбирали себе мужей и воспитывали дочерей в воинском духе. Виолки оставались непревзойдёнными бойцами и беспощадными воинами. Искусно владеющие мечом, они не чурались других видов борьбы, с удовольствием изучая и развивая приёмы рукопашного боя и иных способов защиты и нападения. Высокие, сильные и красивые женщины, в основном светловолосые и голубоглазые (здесь проявилась кровь мужей-ассветов, которых они выбирали в партнёры на протяжении нескольких поколений), но всё такие же стройные, гибкие и мускулистые, как их полуварварские предки. С виолками опасались связываться даже ассветы – сами хорошие бойцы и умелые воины, завоевавшие полмира и покорившие не один народ; грубые, жестокие и беспощадные. Но виолки превосходили даже их своей жестокостью и беспощадностью, потому что исповедовали принцип: «Что должно случиться, то и случится» и «На всё воля Богини-Матери». Они не ценили ни свою жизнь, ни чужую, отрицая смерть, и считая её лишь переходом к иной жизни, свято веря в судьбу. Если кому-то суждено умереть, он умрёт, а каким способом и от чьей руки – это не имеет значения. Поэтому убийство для них было не преступлением, а лишь этапом в жизни и спецификой ремесла.

Дом, в котором жила Кейси, довольно большой и богатый – мать девушки служила капитаном личной гвардии королевы. В доме служили несколько слуг – местных жителей, а также проживало около десятка рабов-чужеземцев. У Кейси были две старшие сестры, служившие в охране при принцессе, и одна младшая – совсем ещё малышка. Два старших брата, по обычаю виолок, проживали с отцом с пятилетнего возраста, и с матерью почти не общались, как и с сёстрами тоже.

Хотя Кейси родила и воспитала виолка, но в ней, по-видимому, было много отцовской крови. Об этом говорили не только светлая кожа и яркие голубые глаза, округлая, более женственная фигура, но и мягкий характер – она не была так бездушно-холодна, как мать и сёстры, и не относилась к мужчинам с высокомерным презрением, как остальные виолки. От матери ей достались только густые волнистые волосы, которые девушка коротко стригла, отчего походила на очаровательного ягнёнка, чуть раскосые виольские глаза и твёрдые красивые губы. Да ещё виольская невозмутимость, отчего трудно было понять, что происходит у неё в душе.

А от отца-ассвета ей достался непоседливый характер, любовь к морю и страсть к путешествиям. Рождённая и выросшая на ограниченном морем пространстве, видевшая лишь дом матери, небольшую часть города и королевского дворца, она всю жизнь мечтала о дальних странах, откуда приходили и куда уплывали теснящиеся в порту корабли. Ещё девчонкой она часто, тайком, убегала из дома в порт, и с жадностью смотрела на причудливые очертания парусников и галер, слушала чужеземную речь и вдыхала странные незнакомые запахи. С замиранием сердца слушала рассказы няньки-рабыни о её далёкой прекрасной стране Марод, расположенной где-то далеко на юге. Тогда Кейси мечтала, что, когда вырастет, обязательно побывает в этой стране.

Очередной серебряный звон вывел девушку из задумчивости, и, прищурившись от света яркого летнего солнца, она вгляделась вдаль и увидела веретено огромной военно-торговой галеры, медленно входившей в узкую горловину бухты. Медные щиты на бортах ярко сверкали в лучах полуденного солнца, и по этому блеску Кейси поняла, что это их, оллинский, корабль.

Вздохнув, девушка отошла от окна и вновь вернулась к прерванным упражнениям. Взяв в руку меч с длинным узким клинком, она с силой взмахнула им, отчего лезвие прочертило в воздухе размытый серебристый полукруг и издало тонкий нежный свист. Меч был настоящим и увесистым, но для сильной руки восемнадцатилетней виолки казался забавой, привычной, как стило для писца или бич для пастуха. Кейси виртуозно владела этим опасным и грозным орудием, так же, как и своим стройным гибким телом. Она с одинаковой лёгкостью могла проделать в воздухе несколько кувырков, преодолеть высокую каменную ограду или разрубить взрослого барана.

Поупражнявшись немного с мечом, изрубив в щепки деревянного «болвана», она со вздохом сунула оружие в ножны, надела портупею, крепившую меч к спине, набросила на плечи лёгкий плащ и тихонько выскользнула из дома. Спустившись в порт, Кейси подождала, пока корабль пройдёт досмотр, и моряки сойдут на берег. Затем, подозвав одного из матросов, спросила, сунув ему в руку мелкую серебряную монетку:

– Откуда вы?

– Из Алмоста, госпожа, – ответил тот.

– Когда снова в плаванье?

– Примерно через полторы декады.

– Куда?

Матрос пожал плечами.

– Капитан собирался в Марод, а там видно будет.

Марод! Сердце девушки учащённо забилось. Туда редко ходят корабли… Когда ещё выпадет такой шанс?

Кейси решительно поднялась на борт и вошла в каюту капитана, расположенную на корме в непривлекательном деревянном строении. Высокий пожилой ассвет встретил её не очень приветливо.

– Чем могу служить благородной виолке? – буркнул он.

– Я слышала, вы отправляетесь в Марод. Это правда?

– Да, у меня есть такое желание, но всё может измениться.

– Когда вы будете точно знать свой следующий маршрут?

– Может, сегодня, может, через несколько дней…

– Когда точно?

– Через декаду.

– Через декаду я приду.

– Мы можем поговорить и сейчас… Что вам нужно?

– Я хочу отправиться в Марод.

– По какому делу? Личному или государственному?

– Я просто хочу побывать в этой стране… Я слышала о ней много интересного.

– Благородная госпожа любит путешествовать? – удивился капитан. Обычно, виолки старались избегать моря, предпочитая твёрдую надёжную сушу.

– Что тут такого? В моих жилах течёт и ассветская кровь!

У капитана просто челюсть отвисла от изумления. Чтобы виолка признала, что в её жилах течёт кровь отца, а не матери?! Это неслыханно!

– Я не ослышался, госпожа? Вы сказали, ассветская?

– Да, капитан! Мой отец был благородным ассветом. Не оллином же! – с обычным виольским высокомерием ответила Кейси.

– Э-э… Кхм… Вы не поссорились с родными, госпожа?

– С чего вы взяли?

– И не сбежали из дома?

– Нет!

– И вас не преследует гнев Её Величества?

– Да нет же! Что за глупые вопросы!

– Хм… А как к вашему путешествию относится ваша матушка?

– Ей это не нравится, но я уже совершеннолетняя.

– Понимаю… Хорошо, приходите дня через четыре, и я вам сообщу свой точный маршрут.

– Спасибо, капитан… Всех благ!

– Всех благ, госпожа… – попрощался всё ещё пребывающий в недоумении капитан.

Кейси спустилась на причал и направилась к рынку. Здесь, как в любой день года, было людно и шумно. Кейси бесцельно глазела на яркие ткани, прекрасные золотые и серебряные украшения, горы местных и заморских овощей и фруктов, и многое другое. Купив десяток крошечных пирожков с орехами и взбитыми сливками, жуя сладости, медленно бродила по рынку, толкаясь в толпе.

Постепенно она дошла до дальнего конца торговой площадки, где продавались невольники. Их было немного, так как ввоз рабов ограничивали, и владеть ими позволялось только тальсам.

Здесь были представлены разные народности, кроме ассветов и вритов – брать их в плен и продавать строжайше запрещалось.

Кейси обвела равнодушным взглядом всех выставленных на продажу невольников. Её внимание привлёк один из них, судя по внешности, виол. Высокий, стройный, худощавый и мускулистый, смуглокожий, с типичным виольским разрезом тёмных глаз и чёрными волнистыми волосами. Подозвав торговца, Кейси спросила, указав на невольника:

– Откуда этот раб?

– С Виола, госпожа.

– Разве виолов не запрещено продавать?

– Только женщин, госпожа. Мужчин можно. Аборигенки сами предлагают нам их, в обмен на необходимые товары.

– Он покорен?

– Виолы все покорны… – усмехнулся торговец. – Особенно, в присутствии женщин.

Кейси взглянула на раба более внимательно. Мужчина ей понравился. Его особенная экзотическая красота привлекала взгляд.

– Сколько просишь?

– Тысячу коинов.

– Это дорого.

– Назовите вашу цену, госпожа.

– Восемьсот.

– Это мало. Раб молод, здоров, силён и воспитан.

– Хорошо, я добавлю ещё пятьдесят.

– А я могу уступить не более ста.

Они ещё немного поспорили и сошлись на восьмистах пятидесяти коинах.

С раба сняли цепи и подвели к девушке. Кейси вынула меч, положила лезвие на шею парня, и приказала по-виольски:

– На колени! – Когда мужчина молча повиновался, продолжила: – Волей Богини-Матери отныне ты мой навеки душой и телом. Твоя жизнь принадлежит мне с этого дня и до конца твоих дней. Клянёшься ли ты служить мне верно, преданно и честно?

– Клянусь… – отозвался мужчина. Затем поднял на девушку глаза, в которых отразилось удивление. – Разве ты виолка, госпожа?

– Да, я виолка! – с неподдельной гордостью ответила Кейси.

– Но твой облик странен…

– В этой стране ты увидишь много странных виолок, но от этого они не перестали быть виолками. Поэтому будь осторожен в своих высказываниях.

Раб молча склонил голову.

– Как твоё имя?

– Локис, моя госпожа.

– Красивое и гордое имя, оно мне нравится. Я оставлю его.

Кейси не стала брать Локиса домой, а отвела в припортовые бараки, где сдала на хранение, заплатив за десять дней содержания.

С пустым кошельком девушка возвратилась домой. Сегодня она потратила месячную сумму, которую выдавала ей мать на содержание. Кейси нигде не служила, поэтому не имела собственных доходов. Но брать у матери деньги не считалось среди виолок постыдным. Возможно, в старости, когда мать не сможет сама себя содержать, дочерям придётся содержать её за свой счёт. Это было не только желанием, но и прямой их обязанностью.

Девушка не жалела потраченных денег. Невольник был ей совсем не нужен, но в случае с Локисом сыграло роль пресловутое виольское «что хочу, то и беру». А Локис ей понравился. Ей захотелось иметь раба одной с ней крови. К тому же, он привлёк её внимание и как мужчина, а виолки не придерживались строгой брачной морали. Девушки рано познавали вкус любви и страсть мужских ласк. Они вступали в свободную связь с понравившимися мужчинами, не взирая на их статус, будь то раб или король.

Через четыре дня Кейси вновь посетила порт и капитана «Спутника Ветров», с которым договаривалась о Мароде. Тот пребывал в хорошем настроении, и встретил девушку, как старую знакомую.

– А-а, госпожа, заходи! Помню-помню твою просьбу! Могу обрадовать: я отправляюсь в Марод через семь дней.

– Ты возьмёшь меня?

– С удовольствием. Но, боюсь, это путешествие тебе не понравится…

– Почему?

– Я знаю, как виолки относятся к мужчинам, а на судне, как ты понимаешь, одни мужчины. И они не очень жалуют вас, виолок. А я не потерплю ссор и драк в открытом море.

– Я постараюсь сдерживаться, а ты сдерживай своих людей.

– Ладно… Но это путешествие стоит дорого.

– У меня есть деньги.

– Я в этом не сомневаюсь. Но у меня есть встречное предложение… Я провезу тебя бесплатно, если согласишься стать на время путешествия стражем.

– Согласна, – без колебаний ответила девушка. – И могу предложить ещё пару крепких рук – моего раба.

– Договорились! Жду тебя на судне седьмого числа второй декады. Восьмого на рассвете мы отплываем.

Затем Кейси направилась в казармы, взяла Локиса и отправилась с ним на рынок, где купила новую крепкую одежду, чтобы он не выглядел оборванцем при благородной госпоже. Одетый во всё новенькое, чисто вымытый и откормленный, юноша невольно привлекал взгляды находящихся на рынке женщин, вызывая в душе девушки естественную гордость владелицы. Она и сама желала поскорей уложить раба в свою постель, но решила пока повременить с этим удовольствием.

Снова оставив скучающего виола в бараке, девушка вернулась домой. Мать встретила её упрёками.

– Где ты болтаешься, вместо того, чтобы тренироваться? Разве ты забыла, что скоро Игры на Арене? Ты должна показать всё своё мастерство, если хочешь получить при дворе хорошую должность.

– Я не буду участвовать в Играх, – спокойно ответила Кейси.

– Как, не будешь?! По какой причине?

– Я уезжаю.

– Уезжаешь? – не смогла скрыть удивления мать. – Куда и на сколько?..

– В Марод и надолго…

– Что ты забыла в этом Мароде?

– Хочу посмотреть, как живут люди в других странах.

Женщина всплеснула руками.

– Это всё проклятая твоя нянька с её глупыми сказками! Ну, я ей точно голову оторву!

– Оставь няню в покое… Она здесь ни при чём… Не могу я сидеть на одном месте. Тесно мне на Оллине!

– Вся в своего непутёвого папашу! – махнула рукой виолка. – Тот тоже не мог покинуть свой дурацкий корабль, пока не сгинул где-то вместе с ним, – грустно вздохнула женщина. – Ну что ж… Я не могу тебе запретить, идти своим путём. Да и не хочу… На всё воля Богини-Матери! Ты уже достаточно взрослая, чтобы самой творить свою судьбу. Боюсь только, что мы больше никогда не увидимся… Надеюсь только, что научила тебя всему, что должна знать и уметь настоящая виолка, а дальше ты будешь учиться сама. Что я ещё могу для тебя сделать?

– Дать немного денег на дорогу.

– Бери, сколько нужно… Мне жаль, дочь, что не идёшь стопами предков, но на всё воля Богини-Матери… Видимо, так решили на Небесах. Наверное, боги считают, что где-то твоё присутствие более важно… Возможно, в тебя вселилась душа Святой Лианны – я так думала, когда ты была ещё малышкой. Если это так – то я желаю тебе всех благ и удачи во всех начинаниях. Пусть хранят тебя боги и оберегает Священный Меч! – мать прижала Кейси к груди в несвойственном ей порыве нежности, затем резко отвернулась и стремительно вышла из комнаты.

Кейси тоже невольно расчувствовалась. Ей жаль было расставаться с матерью и сёстрами, но она знала, что не хочет и не сможет идти их путём. Нудная служба, утомительные дежурства, однообразие будней, одни и те же лица, знакомые с детства… Нет, это не для неё! Она хотела страсти, приключений, опасности и новизны! Это могло дать ей путешествие в дальние незнакомые страны, встреча с новыми людьми, необычные приключения и отчаянные авантюры.

Кейси решительно направилась в сокровищницу, где наполнила кошель золотыми, ценящимися в любом уголке мира, а также прихватила несколько небольших драгоценных камней, которые можно было обменять на товар даже у варваров, не знающих денег. Она взяла и хорошую стальную кольчугу, и прекрасный алмостский меч в золочёных ножнах.

Оставив немного денег на необходимые расходы, остальные, вместе с камушками, зашила в специальный пояс, который спрятала на теле под одеждой. Хотя Кейси была молода, но не глупа, и понимала, что ценности и деньги нужно держать подальше от посторонних глаз. «Не соблазняй вора, и не будешь ограблен», – гласила одна из виольских пословиц.

Глава 2

Седьмого числа второй декады месяца Первых Серпов Кейси и Локис поднялись на палубу «Спутника Ветров». Капитан выделил им одну из пустующих пассажирских кают. Команда встретила новых членов сдержанно. Конечно, в открытую никто не посмел роптать или насмехаться над виолкой, но в её отсутствие девушку передразнивали и отпускали в её адрес неприличные шуточки. Кейси знала об этом, но относилась к шутникам со сдержанным высокомерием, считая их недоумками, на которых бесполезно обижаться.

На следующий день, на рассвете, корабль поднял паруса и покинул безопасную гавань Альты. Сильный попутный ветер наполнил большой квадратный парус, и огромная галера легко заскользила по пологим волнам.

Пока путешествие проходило без происшествий, Кейси и Локис отсиживались в каюте, чтобы не мозолить лишний раз глаза матросам. Кейси познавала раба не только в духовном плане, расспрашивая о Виоле, его жизни на острове, местных обычаях и верованиях соплеменников, о которых знала только из приукрашенных легенд и скупых мифов, но и наслаждалась им, как мужчиной, без стыда эксплуатируя выдающиеся мужские качества.

Но когда на «Спутник Ветров» напали пираты с Проклятых островов, Кейси стала с матросами плечом к плечу, умело и хладнокровно отбивая нападение. От её руки полетела не одна пиратская голова, и в том, что пираты с позором бежали, оставив добычу, была немалая заслуга виолки. После этого боя моряки начали относиться к девушке с большим уважением. Не все могли присутствовать на Играх на Арене, проводимых несколько раз в год по большим праздникам, и не все видели мастерство виолок, хотя никто в нём не сомневался. Но всё же, одно дело слушать в таверне пьяные рассказы об «этих сумасшедших девках», а другое, увидеть виолку в действии, когда она с безумием и жестокостью йола нападает на врага, калеча, расчленяя и убивая любого, вставшего на её пути.

Когда галера попала в жестокий шторм, и девушка, под проливным дождём и ураганным ветром, вместе со всей командой боролась с мокрым взбесившимся парусом, когда лопнувший линь едва не сломал ей рёбра, ударив по телу, словно бич жестокого надсмотрщика, распоров кожу и мышцы до костей, но виолка, не произнеся ни слова, продолжала работу, тогда все на корабле, начиная с капитана и заканчивая гребцами-каторжниками, прониклись к ней глубоким уважением. Она стала с ними наравне, вошла в их товарищество, стала членом команды, на которого можно положиться в трудную минуту.

Однажды капитан зашёл в небольшую бухту. Это был город Лорх на острове Талса, которым правил лорд-правитель. Такое звание носили все правители маленьких островных территорий. На каждом острове существовали свои законы и неписанные правила, каждый лорд правил своим крошечным государством так, как хотел, каждый был в своём «царстве» маленьким богом, от воли и прихоти которого зависели жизни и благоденствие подданных.

По законам Талсы, все новоприбывшие, впервые посещавшие остров, должны были представиться лорду-правителю. Капитан уже не раз посещал Талсу, поэтому в замок Кейси пришлось идти самой.

Девушку провели в большой зал, где уже находились несколько человек с других, стоявших в гавани кораблей. Лорда ещё не было, но среди присутствующих сновал его личный писец, расспрашивая гостей, кто, откуда, какого звания и на каком корабле прибыл. Сведения он заносил на восковую табличку, кипу которых носил за ним помощник.

Войдя в зал, виолка осмотрелась. Вид помещения её не впечатлил – мрачное, грубое строение, бедный и неухоженный интерьер. Присутствующие состояли из разношерстного, по большей части подозрительного сброда. Виолка выделялась среди них роскошью одежд, молодостью и красотой.

Поблизости стояла троица относительно прилично выглядевших ассветов: их одежда была хоть и недорогой, но чистой и опрятной, оружие хорошего качества, рыжие густые волосы вымыты и аккуратно заплетены в знаменитые ассветские косы. Когда писец приблизился к ним, Кейси узнала, что одного зовут Рэли А’Рэйли, и он капитан корабля «Ветрогон», другого Вэльюс, и он помощник капитана, а третий, самый юный в их компании, сын капитана Рид. Все трое прибыли с острова Айгос – исконной родины ассветов.

Затем писец приблизился к девушке и обратился к ней по-ассветски:

– Кто вы, госпожа? Назовите ваше имя, звание и род занятий. С какой вы страны и на каком корабле прибыли?

– Я виолка. Меня зовут Кейси Селестис. Я профессиональный телохранитель. Прибыла на корабле «Спутник Ветров» с острова Оллин Оллинского королевства, – ответила девушка.

Писец, не проявляя ни малейшего удивления или любопытства, тщательно записал слова гостьи. По-видимому, за время службы, он наслушался множество поразительных рассказов и повидал много удивительных личностей.

Когда всех гостей переписали, писец ушёл. Через какое-то время он вернулся, сопровождая лорда-правителя. Им оказался невысокий сгорбленный тщедушный человечек с большим хищным носом и глубоко сидящими маленькими глазками. Он походил на морского орла – хищную птицу, сидящую на высокой скале и поджидающую беспечную рыбу или другое морское животное, неосторожно поднявшееся к поверхности вод. Камнем бросаясь вниз, он вонзал в жертву длинные изогнутые когти, вознося её в небо, чтобы там добить и растерзать. Лорд-правитель, усевшийся на высоком троне, напомнил виолке морского орла, сидящего на скале и внимательно осматривающего окрестности – такой же сутулый, крючконосый, с цепким взглядом маленьких глаз.

Писец по очереди представлял ему присутствующих, рассказывая о гостях всё, что узнал с их же слов. Лорд пристально глядел на стоявших перед ним, иногда задавал один-два вопроса, и вяло махал рукой, показывая, что аудиенция закончилась.

Когда подошла очередь Кейси и она стала пред «светлые очи» его милости, то увидела, что они в самом деле светлые – бледно-серые, водянистые и прозрачные, с чёрными бусинками крошечных зрачков. Кейси не любила таких глаз, считая их обладателей вероломными и нечестными.

Писец рассказал о Кейси, почти не заглядывая в табличку. По-видимому, он всё же запомнил девушку, как нечто необычное. Лорд пронзил её льдистым взглядом и произнёс неприятным скрежещущим голосом:

– Ты вооружена, как мужчина… Это настоящее оружие или просто украшение?

– Это настоящее оружие, милорд, – вежливо ответила виолка.

– И ты умеешь им пользоваться?

– Меня учили этому с детства.

– Значит, ты воин?

– Да, милорд.

– Разве женщины могут быть воинами?

– На Оллине могут.

– На Оллине все женщины воины?

– Нет, только виолки.

– Что такое «виолки»? Это звание или должность?

– И то, и другое. И ещё это закрытая каста, в которой царят свои верования, свои обычаи и свои правила.

Лорд молча пожевал тонкими синюшными губами, затем жестом подозвал писца и, когда тот склонился к нему, что-то шепнул ему на ухо. Писец кивнул и, приблизившись к девушке, негромко, чтобы не слышали остальные, присутствующие в зале, сказал:

– Его милость заинтересовался вами и хочет узнать о вашей родине больше… Он приглашает вас на ужин после захода солнца… Отказы не принимаются, – добавил он ещё тише.

Кейси склонила голову в знак согласия. Лорд вяло махнул рукой, показывая, что аудиенция закончена.

Когда Кейси вернулась на корабль и рассказала капитану о приглашении, тот нахмурился.

– Я бываю в Лорхе часто, и наслушался в таверне разных рассказов об этих вечерних приглашениях… Большинство хорошеньких женщин не возвращаются из замка, и, поговаривают, по этой причине у лорда такой обширный гарем… Советую собрать вещи и как можно скорее покинуть Талсу на любом отплывающем корабле. Иначе, боюсь, ты можешь оказаться в гареме или, того хуже, в гладиаторской казарме.