Лорри Грасс

Глава 3

На следующий день Лорри встала рано, как привыкла за долгие десять лет обучения. Сделав несколько энергичных упражнений, чтобы размять тело и разогреть мышцы, она спустилась в казарму. Илис только проснулся и ещё валялся в койке, зевая и почёсываясь. Подняв парня, Лорри предложила ему лёгкую пробежку вокруг квартала, на что тот с неохотой согласился. Конечно же, Лорри легко его обогнала, чем слегка расстроила. После пробежки они отправились на склад, где Лорри получила блестящий бронзовый шлём с плюмажем из чёрных перьев и длинный чёрный плащ с эмблемой городской стражи: красным взъерошенным ощерившимся псом в белом змееобразном круге.

– Из-за этой эмблемы и характера нашей работы горожане прозвали нас цепными псами короля, – иронично усмехнулся Илис, набрасывая на плечи девушки плащ. – Во время патрулирования он обязан быть на тебе, пусть под плащом ты будешь хоть голой… Хм, хотел бы я это увидеть… В свободное от службы время можешь ходить в чём хочешь.

После завтрака они отправились в приёмную лейтенанта, где уже собрались остальные патрульные, дежурящие в этот день. Лейтенант кратко напомнил им правила, пересыпая речь проклятиями и нелестными замечаниями в адрес подопечных, на которые никто, впрочем, не обращал внимания. Затем рассказал об обстановке в городе, посоветовал на то-то и то-то обратить внимание и прочитал приметы разыскиваемых преступников и беглых рабов. Когда инструктаж закончился, стражники дружной толпой, галдя и перебрасываясь шутками, направились в конюшню, расселись по лошадям, уже осёдланным и подготовленным грумами и конюхами, и попарно разъехались по участкам.

Участок Илиса и Лорри протянулся по улице Ткачей от виллы Маскуридов до сиротского приюта почти на пять кемов. Это была довольно мрачная улица – узкая, плохо мощёная, с обилием кабаков и пьяных бездельников, которые постоянно устраивали какие-то разборки, потасовки или приставали к прохожим. В высоком гребнистом шлёме, закрывавшем пол-лица, и тяжёлом шерстяном плаще, скрывавшем фигуру, Лорри мало чем отличалась от напарника, разве что размерами, больше подходившими юноше, чем зрелому мужчине. С правой стороны седла, закреплённая в специальной петле, торчала длинная увесистая дубинка из особого гибкого дерева – главное оружие стражника. Коротким мечом, висевшим на поясе, они пользовались крайне редко.

Всадники медленно ехали серединой улицы, из-под опущенных забрал поглядывая на узкие грязные тротуары, по которым проходили редкие прохожие, в основном подмастерья, рабы или домохозяйки с покупками.

День тянулся медленно. Солнце безжалостно нагревало шлёмы и чёрные плащи. Было невыносимо душно и жарко. Лорри сняла шлём и вытерла мокрое от пота лицо и шею. Они как раз проезжали мимо богатой виллы зажиточного торговца тканями. Забросив полы плаща за плечи, девушка расстегнула верхние крючки куртки, подставляя грудь под лёгкие прохладные струи северного ветра. Илис искоса посмотрел на напарницу, но воздержался от комментариев.

Подъехав к ближайшему кабаку, парень, не слезая с лошади, концом дубинки постучал в окно и сказал вышедшему на порог хозяину:

– Принеси две кружки холодного пивка.

Хозяин не удивился подобной просьбе, кивнул и исчез. Вернулся он через несколько минут, держа в каждой руке по глиняной кружке с тёмным пенистым напитком. Утолив жажду, Илис вернул кружку терпеливо ожидавшему кабатчику и поехал прочь. Лорри последовала его примеру, и, догнав, спросила:

– А плата?

– Во время дежурства угощение бесплатное, – усмехнулся Илис. – Позже мы сможем перекусить, а потом и пообедать.

– А как относятся к этому кабатчики?

– Если бы не мы, их вонючие забегаловки давно бы уже разнесли по камушку. Мы их защищаем от пьяных драк и «сборщиков податей», они нас, в благодарность, поят и кормят.

– Кто такие «сборщики податей»?

– Некоторые умники, которые требуют от хозяев заведений определённую плату за то, что «оберегают» от ночных воров и грабителей.

– И те платят?

– В основном, да. Но последнее время сборщиков развелось слишком много, и хозяева пожаловались Супериору. И тот приказал навести на улицах порядок. На той неделе я лично отрубил одному такому «сборщику» правую руку, чтобы неповадно было протягивать её за чужими деньгами.

– Разве это разрешено?

– Если нарушитель взял в руки оружие и поднял его на королевского гвардейца – а мы тоже к ним относимся – последний может укоротить его на голову без вмешательства судьи и помощи палача.

– Это мне нравится, – усмехнулась девушка.

– Но в остальных случаях, если он запустил тебе в голову камнем, например, ты можешь лишь сломать ему пару рёбер своей дубинкой. Потому, надень, лучше, шлём – бывали случаи, что в стражников бросали камни просто так, без всякого повода.

Лорри натянула на голову шлём и опустила забрало, защищавшее глаза и нос.

– Так ты выглядишь не так соблазнительно и не отвлекаешь меня от работы, – насмешливо оскалился Илис.

До обеда они успели проехаться по участку туда и обратно два раза. Пообедали в одной из таверн – наиболее респектабельной на этой улице – с обшитыми деревянными панелями стенами и вычурными бронзовыми светильниками, с уютными зашторенными нишами на двоих и приличной кухней.

Еда была горячей, вкусной и сытной, вино свежим и в меру холодным. Обслуживала их симпатичная девчушка, бросавшая на Лорри кокетливые взгляды, пока та не сняла шлём и не сбросила с плеч опостылевший плащ. А когда она увидела на её предплечьях знакомые татуировки, то разочарование и удивление в её глазах сменились уважением и даже некоторой боязнью.

После обильного сытного обеда в прохладном полутёмном помещении, так не хотелось выходить на душную, залитую палящим солнцем улицу. Но служба есть служба. Сев в обжигающее зад седло, Лорри вновь забросила полы плаща за спину и расстегнула куртку, дав свободу своей не такой уж маленькой груди. Илис лишь тяжело вздыхал, бросая на девушку косые взгляды.

Ближе к вечеру служба пошла веселей. Возле одного из кабаков несколько пьяных мужчин с упоением тузили друг друга, и только жёсткие хлёсткие удары дубинок, ног Лорри и копыт коня Илиса смогли несколько охладить их пыл и разогнать по домам. Осыпав стражников всеми известными им проклятиями, пьянчужки разошлись.

Не успели патрульные отъехать от кабака на несколько десятков меров, как навстречу им с визгом выскочила женщина, за которой гнался муж, размахивая топором. Буяна связали и доставили в ближайший судебный дом, где держали мелких хулиганов и воришек. Ещё через некоторое время они наткнулись на бесчувственное тело, лежавшее поперёк дороги. Илис спешился и ногой перевернул лежащего. Тело оказалось не мертвецом, а уснувшим на полпути пьяницей. Стражник за шиворот отволок его на тротуар и уложил в тени чьего-то забора. После этого на некоторое время наступила передышка.

Через пару часов они вновь наткнулись на драку. Два подвыпивших наёмника выясняли отношения на мечах. Вокруг собралась толпа зевак, подбадривавших драчунов азартными криками. Приблизившись, Илис зычно произнёс:

– Опустить оружие!

Наёмники и ухом не повели, но зрители, завидев стражников, начали поспешно расходиться. Медлительных и нерасторопных подгоняли ударами дубинок по плечам, и вскоре возле драчунов не осталось ни души. Тогда Илис вновь приказал им прекратить поединок. Наёмники опустили мечи и уставились на стражников налитыми кровью глазами.

– Не мешай нам, не видишь, мы делом заняты, – огрызнулся один из стражников.

– Поединки чести проводятся на Дуэльной площади. В любом другом месте вооружённая схватка считается дракой и наказывается тюремным заключением на десять дней, – процитировал Илис Городской Устав. – Приказываю вложить мечи в ножны, или мы вас арестуем.

Наёмники переглянулись и обменялись какими-то знаками. Краем глаза Лорри заметила, что Илис быстро сунул дубинку в гнездо, и его рука потянулась к мечу.

В тот же миг наёмники набросились на стражников. Илис мгновенно оказался на земле с обнажённым клинком в руках, а его опытный конь отбежал в сторону и остановился неподалёку, но на безопасном расстоянии.

Лорри, не ожидавшая наглого нападения, на миг замешкалась, и этого времени наёмнику хватило, чтобы приблизиться к всаднице на расстояние удара и нанести кобылке девушки глубокую рану в шею. Несчастное животное с пронзительным воплем боли взвилось на дыбы. Но опытная наездница не упала на землю, как рассчитывал нападающий, а спрыгнула, на ходу обнажая меч. Слегка великоватый для её прекрасной головки шлём при этом слетел, обнажив чудесные кудрявые волосы, которые рассыпались по плечам, покрыв их медно-рыжим руном.

– Ха! Баба! – изумлённо воскликнул наёмник, выпучив от удивления глаза.

Лорри воспользовалась его временным замешательством и ринулась в атаку. Небольшой лёгкий меч, описав полукруг, врезался в правую руку наёмника, нанеся ему глубокую рану. Из уст раненого вылетело замысловатое ругательство, но он не растерялся и перебросил меч в левую руку. Но не успел им воспользоваться. Лорри двигалась так быстро, что за ней трудно было уследить. Пока наёмник поднимал оружие, готовясь к защите, Лорри нырнула вперёд, и лезвие её меча вошло в тело противника как раз между четвёртым и пятым ребром, выйдя из спины, проткнув тело, словно горячий нож масло. Из горла наёмника вырвался хрип, из уголка рта побежала струйка крови, колени подогнулись и он упал набок. Выдернув меч, Лорри отступила в сторону.

Удостоверившись, что противник недееспособен, девушка повернулась к напарнику. Илис методично рубился, и, казалось, это действие доставляет ему удовольствие. Было видно, что его противник изнемогает, а стражник чувствовал себя превосходно.

– Помочь? – на всякий случай спросила Лорри.

– Спасибо, крошка, отдыхай, – ответил Илис, скаля зубы в довольной улыбке. – Я ещё немножко разомнусь, а то засиделся в седле.

Лорри подобрала шлём и пошла на поиски кобылы, которая умчалась куда-то.

Вскоре она её увидела. Её вёл в поводу чумазый мальчишка. Увидев стражника, он раскрыл в приветливой улыбке щербатый рот и спросил:

– Это ваша лошадь, господин?

– Да.

– Я поймал её, когда она мчалась, будто за ней гналась стая голодных волков.

– Её ранили.

– Да, я заметил…

– Спасибо, что поймал её.

– Поверьте, это было очень трудно…

– Верю.

– Она пёрла, как буйвол, выпучив зенки, и едва не затоптала меня!

– Да ты что?! – притворно изумилась девушка.

– Но я отпрыгнул в сторону и хвать её за повод!.. – гордо надул узкую грудь мальчишка. – Она протащила меня за собой почти полкварта! Я еле удержал её!.. Это было так тяжко, так трудно…

– И во сколько ты оцениваешь свой труд?

– Один серебряный таскер, господин…

– А не дорого?

– Ваша лошадь чуть не затоптала меня!..

– Я верю. Но у меня нет при себе денег. Приходи вечером в казармы в подразделение лейтенанта Маттса и спроси Лорри Грасс. Я отдам тебе деньги.

Мальчишка окинул девушку скептическим взглядом и сказал:

– Лорри Грасс? Это кто такая? Ваша рабыня, господин?

– Это я сама, глупец! – и Лорри сняла шлём. Мальчишка удивлённо присвистнул.

– А вы не обманете меня, госпожа?

Лорри отбросила полу плаща и показала татуировку.

– «Меченые» никогда не нарушают данных обещаний.

– Я знаю, госпожа. Я приду вечером, госпожа. Вот ваша лошадь, госпожа. Если вы хотите, я сам отведу её в казармы и отдам лекарю, – с уважением в голосе произнёс мальчишка.

– Веди, – согласилась девушка.

Она забрала дубинку и вернулась к Илису, который уже расправился со своим противником.

– Где ты бродишь? – спросил он, очищая лезвие меча и пряча его в ножны.

– Искала лошадь.

– Не нашла?

– Нашла. Мальчишка повёл в казармы, она ранена.

– Сильно?

– Не очень. Думаю, коновал сможет ей помочь.

– Если сдохнет – не страшно. Король даст тебе другую, взамен погибшей.

– До конца дежурства ещё четыре часа. Вернёмся в казарму за новой лошадью или додежурим пешком?

– Лучше плохо ехать, чем хорошо идти… Если бы оставалось полчаса, я бы не отказался пройтись. Но ходить четыре часа – нет, благодарю.

Девушка вскочила на жеребца Илиса позади седла, и они поскакали к казармам, обогнав по дороге медленно бредущего мальчишку с раненой кобылкой Лорри.

Получив в казарме свежую лошадь и предупредив коновала о раненой кобыле, патрульные вновь проследовали на свой участок, по дороге заехав в судебный дом, чтобы доложить о двух мертвецах. Их подберёт специальная команда и доставит в Корпус наёмников, который обязан их похоронить.

Остаток дежурства прошёл без приключений, если не считать двух пьяных, перегородивших улицу и оравших непристойные песни, и бездомного мальчишки, стащившего у мясника кусок колбасы. Пьяные, после увещевания при помощи дубинок, согласились умолкнуть и разойтись по домам, а мальчишку Илис, для приличия, потрепал за шиворот и отпустил, посоветовав в следующий раз не попадаться.

В казармы Лорри вернулась утомленная не столько физически, сколько морально. У ворот она увидела мальчишку, который позаботился о её раненой лошади. Кивнув ему, девушка провела его в свою комнату и вручила серебряную монету в один таскер. Когда довольный мальчишка убежал, Лорри, сбросив осточертевшие за день плащ и шлём, прошла в канцелярию, где уже сидел Илис, докладывая писарю о событиях прошедшего дня. Тот, высунув от напряжения кончик языка, проворно водил пером по бумаге. Доклад патрульного был краток и лаконичен, содержал только основные факты и не занял много времени.

Когда они покинули канцелярию и направлялись в столовую, куда уже сходились дневные патрульные, Илис спросил:

– Чем думаешь заняться вечером?

– Сном и отдыхом.

– Неужели устала?

– Есть немножко…

– Это с непривычки. Предлагаю пройтись на Набережные – это лучший отдых после трудового дня.

– Спасибо. Но меня уже тошнит от пьяных рож и потасовок. Я лучше побуду одна в тихой прохладной комнате…

– Да, тебе хорошо, – с долей зависти произнёс напарник. – Отдельная комната, тишина и уют. А в казарме столько же тишины, как на рыночной площади в базарный день. Не отдохнёшь ни днём, ни ночью.

– Если бы ты был девушкой, я бы пригласила тебя в гости и уступила часть своей койки, – с улыбкой ответила Лорри. – А так… Уж извини, ничем помочь не могу.

– Да я лучше любой девушки! Только позови – и я вмиг тебе это докажу!

– Знаю я твои доказательства! Нет уж, спи в казарме, – не поддержала игривого тона товарища девушка.

– Да я шучу! – похлопал её по плечу парень. – А ты уж сразу и наёжилась… Какая ты неприступная! Трудненько придётся нашему капитану… – улыбнулся парень.

– А при чём здесь капитан Рокан? – насторожилась Лорри.

– Ну как же… Отдельная комната, лучшее подразделение… Наш капитан просто так даже не чихнёт! Понятно и барану, что он имеет на тебя виды.

Лорри задумчиво посмотрела на напарника и неожиданно спросила:

– Значит, если бы я пригласила тебя к себе на ночь, ты бы не пришёл?

– Ну… – замялся парень. – Я, конечно, люблю женщин, да и ты мне нравишься… Но служба мне дороже.

– Боишься капитана?

– Капитан Рокан не тот человек, с которым стоит ссориться… У него крутой нрав и долгая память. А мне нравится служба и деньги, которые мне платят. Это гораздо лучше, чем служить наёмником у какого-нибудь вельможи… Это стабильно и престижно. Ещё пара лет – и я смогу жениться и завести свой дом.

– Я считала тебя более легкомысленным…

– Ты знаешь меня только два дня. Как можно судить о человеке за такое короткое время?

– Надеюсь, у меня будет время узнать тебя получше.

– Я тоже на это надеюсь, – с каким-то непонятным чувством произнёс сандиец.

После ужина девушка проведала раненную кобылку и угостила её корочкой хлеба с солью. Вернувшись в комнату, взяла полотенце и чистую одежду и спустилась в бани, где с удовольствием вымылась в горячей воде.

Когда Лорри вновь вернулась в свою комнату, то увидела, что в ней кто-то побывал: на столе стояло широкое серебряное блюдо, на котором лежали разнообразные сладости и стояла бутылка дорогого илларийского вина. Лорри несколько минут в задумчивости рассматривала это неожиданное подношение, когда в дверь негромко постучали.

– Открыто, – ответила она, поворачиваясь.

Конечно же, это был он – улыбающийся и довольный, словно сытый кот после весенней прогулки по крышам – капитан Рокан собственной персоной: щеголеватый костюм из тёмно-красного бархата и тонкой мягкой замши, позолоченные ножны на расшитой золотыми нитями перевязи, высокие, начищенные до блеска, сапоги. Благоухающий дорогими ароматами, словно любимая наложница алмостского короля. Лорри не могла поверить, что весь этот блеск, шик и красота предназначены ей.

– Вы выглядите просто потрясающе, господин капитан, – нисколько не лукавя, произнесла девушка. – Собрались на приём к королю?

– Нет… К королеве… – Девушка удивлённо вскинула брови. – К королеве корпуса стражников… Кхм… – попытался любезно улыбнуться. Было видно, что капитан несколько смущён, и это тоже озадачило девушку. – Иногда хочется красиво одеться. Эти грубые военные мундиры мне уже надоели… А как тебе понравилось моё угощение?

– А это ваше? – указала Лорри на блюдо. – Я не успела попробовать.

– Так, может, попробуем вместе?

– Проходите, садитесь… А какой сегодня праздник?

– Ваше первое дежурство на вашей первой службе. С этого дня вы уже не «птенчик», а полноправный собрат «меченый». Кстати, наслышан о ваших подвигах. В первый же день – убийство наёмника.

– Он напал первым.

– Да-да, конечно… Это не упрёк, скорее – похвала. Корпус наёмников совсем распустил своих людей. Я обязательно доложу об этом Супериору… Впрочем, оставим служебные дела. Почему бы нам не поговорить о чём-либо более приятном?

– Например?

– Например, о вас. Вы такая красивая девушка… Расскажите, как вы попали в крепость Святой Лианны и почему выбрали это необычное ремесло? Я слышал, обучение в Школе Меченосцев стоит больших денег…

– И да, и нет.

– То есть?

Лорри взобралась на кровать и уселась, подобрав под себя ноги. За бутылкой вина, которую любезно откупорил капитан, она поведала ему историю Школы Меченосцев, свою собственную историю, и рассказала о правилах и обычаях Школы.

Капитан слушал девушку, не перебивая, и удивление в его глазах сменялось разочарованием. Когда Лорри закончила, капитан не казался таким любезным, как в начале. Он сник и вновь стал холодным и отчуждённым, как в первую минуту их встречи. Поспешно попрощавшись, покинул девушку, оставив её в некотором недоумении. После его ухода осталось ещё немного вина и сладостей, которые Лорри с удовольствием прикончила в гордом одиночестве.

Глава 4

Быстро прошёл учебный месяц, и Лорри с Илисом стали постоянной парой. Несмотря на кажущуюся легкомысленность, сандиец был надёжным напарником и опытным воином.

Вскоре напарники понимали друг друга с полуслова, и между ними завязалась настоящая дружба, несмотря на постоянные попытки парня склонить подругу к более близким и тесным отношениям, особенно после того, как узнал, что капитан больше не покровительствует ландийке.

Однажды, вернувшись после очередного дежурства, Лорри обнаружила у своей двери плотный свёрток, перевязанный шёлковым шнурком и запечатанный восковой печатью с изображением какой-то птицы, держащей в когтистых лапах веретено и ткацкий челнок. Подобрав свёрток, она, превозмогая любопытство, бросила его на кровать, взяла чистое бельё и отправилась в бани. Когда вернулась, увидела возле двери нетерпеливо топтавшегося раба. В Корпусе было несколько рабов: на кухне, в банях, на конюшне и личные, принадлежащие офицерам. Всех их Лорри уже знала в лицо, но этот пожилой, хорошо одетый, раб с серебряным ошейником, был ей незнаком.

Увидев девушку, он вежливо поклонился.

– Ты меня ждёшь? – спросила Лорри.

– Да, госпожа… Ведь вы – женщина-стражница?

– Да, это я.

– Мой господин прислала вам подарок. Я положил его у двери. Вы получили его?

– Получила, но ещё не смотрела.

– Мой господин просил узнать ваше имя.

– Лорри Грасс. Что ещё?

– Всё, госпожа. Благодарю, госпожа. С вашего позволения, я пойду.

– Не позволяю… Кто твой господин?

– Он приказал не называть его имя.

– Каков, тогда, его статус?

– Он купец из гильдии ткачей.

– Он живёт на улице Ткачей?

– Да, госпожа.

– На моём участке?

– Не знаю, госпожа… Прошу вас, госпожа, отпустите меня! Мой хозяин отрежет мне язык за излишнюю болтливость, – взмолился раб.

– Ну ладно… Как твоё имя?

– Моис, госпожа.

– Почему твой хозяин решил сделать мне подарок?

– Я ничего не знаю, госпожа. Хозяин сказал: «Отнеси это женщине-стражнице и узнай её имя, не называя моего». Это всё госпожа, больше я ничего не знаю.

Лорри протянула руку и схватила раба за худую шею. Слегка сжав пальцы, она произнесла:

– Если я пожелаю, ты мне расскажешь всё – и что знаешь, и чего не знаешь… – она разжала пальцы и отпустила перепуганного раба. – Но я не буду тебя допрашивать. Пусть пока всё будет так, как хочет твой хозяин. Поиграем в кошки-мышки. Но передай ему, что я не принимаю подарков от таинственных незнакомцев. Сделаю исключение только для этого случая… И скажи своему хозяину, что если ему от меня что-то нужно – пусть придёт сам и скажет, что ему надо. А я отвечу «да» или «нет». Всё запомнил?

– Да, госпожа…

– Тогда ступай.

Моис поспешно удалился, на ходу потирая шею.

Лорри закрылась на засов и взяла свёрток. Повертев его в руках, снова внимательно осмотрела и сломала печать. Развязав шнурок, она развернула свёрток.

Внутри лежала пара расшитых золотом туфелек из мягкой кожи, узкие шёлковые брючки, украшенные яркой вышивкой, длинная туника, вышитая по горловине и подолу сложным узором из мелкого речного жемчуга. А на самом низу лежал аккуратно сложенный длинный атласный тёмно-алый плащ с высоким жёстким бархатным воротником, закрывавшим пол-лица, и с мягким широким капюшоном. Плащ украшала великолепная золотая застёжка в виде плоской розы, усыпанной мелкими драгоценными камнями.

Такой прекрасный наряд могла носить дочь вельможи или богатого купца. Мягкий, гладкий, бежево-розовый шёлк туники и брючек нежно ласкал пальцы, отсвечивая в жёлтом пламени свечи бледным золотистым светом. Лорри, которая за всю свою недолгую жизнь носила лишь жалкие лохмотья или простые ученические костюмы, а теперь жесткую форму стражника, смотрела на эту роскошь с чисто женским восхищением и душевным трепетом. Ей очень хотелось надеть всё это и показаться кому-нибудь, но в то же время она опасалась, что будет выглядеть смешно и неуклюже в непривычной для себя одежде.