Миллиардер под шубой

Пролог

За окном стало совсем темно. Такой вьюги я давно не видела. Все небо заволокло тучами. Нам принесли запас дров для камина и даже попытались расчистить крыльцо. Но через несколько минут его опять занесло снегом. Боюсь, скоро и дверь открыть не сможем.

Раздается громкий стук.

– Никита, гости пришли, – говорю я своему сынишке. – Готовься. Хорошо, если дядя окажется во всех смыслах положительным.

Я отпираю дверь. Тут же в комнату врывается холодный воздух, словно он только и ждал снаружи. Снег бьет мне в лицо. Внизу разваливается образовавшийся у входа сугробик, и ветер мгновенно сдувает снежинки на ковер.

На крыльце – две мужские фигуры.

– Извините, бога ради! – это голос менеджера. – Погода ухудшается. Приходится воспользоваться вашим гостеприимством. Ничего не поделать! Мы вам, как обещал, компенсируем. Вернем деньги за эти сутки. Завтра обещали ясную погоду. Очень надеемся, что получится расчистить дороги.

Уж как я на это надеюсь, но вслух говорю другое:

– Хорошо-хорошо! – кричу я, пытаясь перекричать завывания ветра. – Проходите уже! А то наметет в комнату, и дом остынет.

Оба мужчины заходят. А вместе с ними – кучи снега с ботинок. Так у меня скоро тут будет не лучше, чем на улице.

– Я пришлю горничную. Она приберется и еще одну комнату приготовит, – менеджер постукивает ногой об ногу. Понимаю, что ему холодно, но от этого еще больше снега слетает с обуви. – И официант придет. Принесет вам обед и праздничный ужин. От нас комплимент за такие неудобства.

Он скрывается за дверью.

Передо мной стоит второй мужчина. Я продолжаю смотреть на пол, по которому начинают течь тонкие ручейки от тающего снега. На мужчине темно-коричневые, кожаные ботинки, облепленные снегом; брюки, в которых впору в офис ходить, а не загород ездить. Поднимаю взгляд выше. Пальто – дорогое, это видно, но явно несильно теплое. На шею намотан шарф, который закрывает пол лица. Шарф тоже дорогой, из тонкого кашемира. В руке у мужчины портфель для ноутбука.

– Раздевайтесь. Главное, обувь снимите. А то пока горничную дождемся, тут уже море-океан разольется. Дом довольно большой, но гостиная с кухней, как видите, без коридора. Я всегда считала, что такая планировка неудобна. А у меня ребенок. Ходит, ползает везде. Хочу быстрее прибраться.

Всё это я тараторю, стараясь не смотреть на гостя. Если бы женщину у меня поселили. Но надо было застрять именно какому-то мужику.

И чего он стоит столбом? Просила же быстрее раздеться, чтобы я тут могла ликвидировать последствия его же вторжения.

– Кира? – мужчина называет меня по имени, и в его голосе я слышу знакомые интонации.

Он наконец начинает раздеваться. И нет чтобы с обуви начать – шарф разматывает.

– Андрей? – я тоже его узнаю. Ну нет, так в жизни не бывает! – Ты что тут делаешь?! Ты это подстроил специально?

– Р-р-р, – Никита с машинкой едет в нашу сторону.

– Нет-нет, Никитка, сюда пока нельзя!

Я подбегаю к сыну, поднимаю его и переношу на несколько метров вглубь комнаты. На обратном пути беру тряпку и ведро со шваброй.

– Обувь сними уже!

Андрей снимает туфли.

– Не по погоде обувка. Да и остальное тоже, – комментирую я. – Вон тапки. Посмотри, какие подойдут.

Я вытираю пол, отжимаю тряпку, часть нерастаявшего снега пытаюсь вымести обратно за дверь.

Краем глаза вижу, что Андрей разделся и разглядывает гостиничные тапки, будто ему обноски бомжа предложили надеть.

Громкий стук в дверь. Боже! Лишний раз не хочется ни студить комнату, ни впускать очередные порывы ветра и снега.

За дверью очередной мужик. Точно не официант и не горничная.

– Это мой телохранитель, – раздается голос Андрея за моей спиной. – Паш, проходи.

– Вот уж нет, – я угрожающе встаю в дверях. – На телохранителя мы не договаривались!

– Я вещи Андрея Викторовича принес. Извините. Давайте я так передам… Хотя через порог не очень хорошая примета…

– Хуже вряд ли уже будет.

Я вырываю у него из рук тяжелую сумку.

– Вот еще, – телохранитель протягивает два портпледа.

– Спасибо, – ставлю сумку на пол и забираю портпледы.

– Вас там как разместили? – спрашивает из-за моей спины Андрей. – Все в порядке?

– Да, Андрей Викторович. Нормально. Без особых удобств, но вы не волнуйтесь. Главное, как у вас? Ничего? – и он смотрит на меня подозрительным взглядом.

– Уйдите, а? Если надо, по телефону обсудите удобства, – встреваю я, пытаясь закрыть дверь. – У меня ребенок маленький. Да и мне простудиться не хочется.

Захлопываю дверь, не дождавшись ответа.

– Может вещички свои возьмешь? Пойдем, покажу твою комнату.

Я смотрю на очередные лужи.

– Так, иди сам. Поднимешься на второй этаж. И там крайняя комната слева.

– У тебя ребенок?

– Да, у меня ребенок. Зовут Никита, два года. Вперед!

Андрей покорно берет свою сумку и портпледы.

А я покорно вытираю лужи, поглядывая на Никиту – чтобы особо не приближался. Но он, слава богу, увлекся игрушками на здоровой ёлке, которая стоит в углу гостиной.

Бикает таймер – пора снимать овощи для «Оливье» с плиты.

Стучат в дверь – чтоб вас всех!

– А мне больше нравится другая комната! – слышу крик сверху. – Может, мы поменяемся?

Глава 1. За час до этого

Я делаю «селедку под шубой»…

И зачем я готовлю столько еды? Традиция. Нас с сынишкой всего двое, но меня это не смущает. Надо приготовить хотя бы минимальный, традиционный в нашей семье – новогодний! – стол. А в понятие «минимальный» у нас с мамой входит довольно приличное количество блюд.

Я тру свеклу, и в голову приходит второй вопрос:

– Кира, а что тебя понесло в этот дом отдыха? – его я произношу вслух.

Мне сказали, что с детьми надо разговаривать, даже если они ничего не понимают. На самом деле, точно понимают! Никите всего два годика, но он слушает меня внимательно. Уверена – у него в голове есть ответы на мои вопросы. По глазам вижу. Иногда меня даже пугает приближение того момента, когда Никитка нормально заговорит. Чего он готовит – какие речи…

– Да, Никит, можно было спокойно поехать к бабушке с дедушкой. Правда? В нормальную, городскую квартиру. С центральным отоплением и нормальным напором воды в душе.

Никита улыбается и кивает. Игрушки рассыпаны по ковру, и он с воодушевлением елозит по нему машинкой, сопровождая свои действия страшным рычанием.

– Но Рита сказала: «Сколько можно сидеть дома?! Поехали в частный отель в Подмосковье. Там отдельные домики на территории. На Новый год развлекательная программа». И я согласилась. И что?

– Р-р-р! – машинка объезжает ножку стула. Никита поднимает на меня взгляд и снова кивает. Мол, продолжай, мама, говорить, ты мне совсем не мешаешь.

Выкладываю слои: селедку, лук, картошку, яйцо, яблоко… Промазываю майонезом.

– Да, так вот. Поселили нас неплохо. Правда, Никит? Домик двухэтажный. Внизу у нас с тобой большая кухня с гостиной. Смотри, нам даже елку поставили, нарядили. Еще чулан с лыжами, санками… На втором этаже аж три спальни. Куда нам столько? Но тут платишь за домик целиком, а не за номера, как в обычной гостинице. Прохладновато. Есть обогреватели и камин. Но не жарко, прямо скажем.

Всё, последний слой, и селедка под шубой отправляется в холодильник.

– Ритка, понятно, веселится. Они хотели сэкономить и забились в домик вшестером. К тому же, она у нас со школы девушка активная. А я только тебя, Никит, максимум на санках вожу, – я смеюсь, вспоминая ненавистные школьные уроки физкультуры. Особенно те, на которых нас заставляли зимой гонять на лыжах по парку.

Достаю из холодильника миску с овощами, которые подготовила для «Оливье». Теперь надо их поставить вариться.

– Да, мы могли бы с тобой пойти отмечать с Риткой. Но ты еще мал. Тебе, несмотря на Новый год, надо спать лечь пораньше. И я поняла, что оставить тебя одного не смогу. В общем, буду отмечать одна. Наемся всем этим богатством и после полуночи тоже пойду спать. Вот такая программа. И точно у бабушки с дедушкой было бы не хуже.

За окном метет метель. Все сильнее завывает ветер. М-да, погодка сегодня не для прогулок. Вроде, персонал пытается убирать снег, но я вижу, что получается это все хуже.

Ладно, нам-то никуда ни ехать, ни идти не надо. Вон, даже небо заволакивает тучами, хотя с утра светило яркое солнце. И по прогнозу сегодня улучшения не ждать.

О, звонит мобильный. На экране высвечивается улыбающееся лицо подруги.

– Привет! Ну ты чего, Кира? Не надумала к нам прийти? Пообедаем, потом пойдем в главный корпус. Обещали танцы-брянцы, конкурсы…

– Нет, Рит. Посмотри на улицу. Никакого желания нос высовывать. И не люблю я эти увеселения. Думаю, Никитке тоже не понравится шум и гам.

– Кира, там есть дети! Точно родители с ними придут. Это у тебя режим строгий для ребенка. Но не все так к нему относятся. И Никите можно один раз лечь попозже.

Знаю я это «попозже». Сын будет капризничать, кукситься, хныкать, а потом бегать, как заведенный, пока не упадет. Утром встанет поздно, и в плохом настроении. Нет уж. Я лучше посижу одна. В конце концов сама виновата, что согласилась сюда ехать, не подумав.

– Нет, Рит, точно не пойдем.

Подруга громко вздыхает.

– Тебя точно не вытащить? Смотри, может мы тогда к тебе заглянем. Давай, пока! Мы на обед. У тебя ведь оплачен. Сходила б, а? – не отстает Ритка. – Там и мужики есть свободные, так сказать, от семейных уз. А то превратишься совсем в старую деву. Прости, дорогая! Но без мужика в жизни как-то тухло.

Опять смотрю за окно. Вот уж нет. Даже до главного корпуса еще добраться нужно – у нас домик один из самых дальних. Я поздно решила сюда ехать, и нам выделили большой, подороже, но и подальше от условного центра цивилизации.

К тому же, мне предстоит съесть всё наготовленное собственными руками. Но так лучше. Хорошо, что доставка успела прорваться, и курьер привез заказанное. Сейчас еще неизвестно, смог бы он проехать.

В холодильнике припасена привезенная с собой бутылка «Советского шампанского». Если было бы можно возить бокалами, то мне одного-двух точно бы хватило. Говорят, одному пить алкоголь – плохой признак. Согласна на все сто.

Вообще, моя жизнь с рождением Никитки сильно изменилась. Точнее, с того момента, как я узнала про беременность. Рите пока этого не понять.

Сверяюсь со списком – всегда пишу, что надо приготовить, чтобы ничего не упустить.

– Твоя мама перфекционистка, – обращаюсь опять к сынишке.

– Р-р-р! Мама, иди сюда! – отвечает он с улыбкой и машет рукой. Мне нравится, что он улыбчивый. На позитиве. Ему редко что-то портит настроение.

– Мама сейчас закончит с готовкой и поиграем.

– Иди-иди, ёлка!

– Ага, ты хочешь, чтобы я тебя подняла повыше, – догадываюсь я. – Посмотреть, что там висит на ёлке наверху. Момент, сделаем!

Но мой порыв помочь Никитке получше разглядеть игрушки прерывается стуком в дверь. Кого, интересно, принесло?

На пороге менеджер отеля.

– Простите, Кира, я к вам с огромной просьбочкой! – меня сразу смущает сочетание слов «огромный» и «просьбочка». Так она маленькая или большая? Или «просьбочка» – это форма вежливости?

– Войдите, а то холодно.

– Да, конечно, – он заходит и прикрывает за собой дверь. – Понимаете, мне крайне неловко. Но у нас все домики и номера в главном корпусе заняты. Остались только маленькие, в старом крыле. Без удобств.

– Сочувствую, – отвечаю я. – И чем я тут могу вам помочь? У вас овербукинг, верно я поняла?

– Нет, – менеджер мотает головой. – Мы такого не допускаем. Такая тут ситуация неприятная… Мы и сами не рады… Короче, рядом с нами… вот на дороге, которая проходит мимо… застряли две машины. Ладно бы с обычными людьми… А там, видите ли, олигарх. Миллиардер на нашу голову. Во-о-от… Едет в Москву. А тут такое… У него охрана, водители и заместитель. С ними все просто – мы их без проблем заселим в старые номера. А вот сам миллиардер…

– Их нельзя как-то вытащить? Подтолкнуть? – я начинаю догадываться, чего от меня хотят.

– Не, вообще без вариантов. Там такая пурга! Все занесло. К нам техника не может прорваться. Боюсь, анимация тоже застряла в пути. Певец из оперетты никак не доедет. Не знаю, как новогоднюю программу будем вытягивать. У нас есть тракторишка уборочный. Но бесполезно. Он из сугроба с места тронуться не способен. Это только до завтра. Под утро первого января обещают полное затишье… В общем, нам бы миллиардера пристроить.

– Поищите в других домиках. Нам с маленьким ребенком постороннего мужчину подселять… ну как-то не очень.

– Кира, все под завязочку! Поверьте! Нам самим неудобно. А мужик еще и с претензиями. У вас хоть отдельная комната есть. В остальных домиках максимум диван свободен в гостиной. А он категорически не желает в общей комнате спать на диване.

– Ну и пусть ночует в собственной машине, раз такой привередливый.

– Пожалуйста! Хотите – на колени перед вами встану! Вам компенсируют эти сутки. Дадим ваучер на скидки. Что хотите сделаем!

Я вздыхаю.

– Что я хочу? Чтобы вы его ко мне не селили. Ладно. Приводите вашего олигарха.

В душе я надеюсь, что он сразу свалит в ресторан главного корпуса и вернется под утро. А там уж и дорогу расчистят. Чего ему в самом деле сидеть с нами? Никитка пока компания условная. Да и от меня толку мало.

Менеджер благодарит, и я еле-еле его выпихиваю на улицу.

– Значит, что у нас по списку? Овощи для «Оливье»! Будем надеяться, что дядька у нас сильно не задержится. И вообще окажется белым и пушистым.

Никитка довольный кивает. Про игрушки на ёлке он успел забыть и снова занялся своим парком машинок.

Глава 2. Андрей

Деловые поездки под Новый год – затея провальная. Во-первых, все уже на расслабоне. Во-вторых, заставляют пить – такой ведь повод грядет. Типа, святое дело. В-третьих, из-за совершенно нерабочей обстановки потом все приходится обсуждать заново. В-четвертых… Короче, провальная.

Еще более печально было от того, что ехал я в Архангельск. А там, мягко говоря, холодно. Это вам не Таиланд. Холод терпеть не могу.

И вот – все, как я и думал. Что еще хуже – я сижу в машине по дороге из аэропорта, а впереди – многокилометровая пробка.

Открывается перегородка между салоном и водителем.

– Андрей Викторович, Лёшка предлагает в объезд. Через деревни, – сообщает мне мой телохранитель.

– Паш, езжайте уже как-нибудь! Боюсь, перед рестораном даже привести себя в нормальный вид не успею.

Перегородка плавно ползет вверх…

Этот Новый год в принципе какой-то не такой. Все кувырком!

Звонит мобильный. Ксения. Вот, блин, попал я. Начнет сейчас мозг выносить.

– Привет, солнышко, – делаю голос максимально приторным.

– Привет! Ты где? Мы договаривались пройтись по магазинам. Я хочу новое выходное платье. И туфли! И сумочку! Все-таки в такой ресторан идем праздновать! И такие люди будут!

– Солнце, сходи сама. Ты же большая девочка. Справишься.

– Не справлюсь! – в голосе Ксении появляются капризные, слезливые нотки. – Я хочу, чтобы ты мне купи-и-и-л!!!

– Я тебе скину денег на карту.

– Сейчас опасно большие переводы делать. А вдруг заблокируют? Так ты где?

Я вспоминаю советы своего психолога: вдох-выдох, глаза закрыть-открыть, посчитать до десяти…

– Алло! Ты меня слышишь? Ты куда-то пропал!

Так, до десяти не получится.

– Солнце, у тебя нет ни копейки? Я тебе, если ты боишься, потом отдам. Но в принципе бояться нечего. Я напишу, что это подарок.

– Ты где? Почему ты мне не хочешь помочь? Ты говорил, что к двум точно приедешь!

Считаю до трех, выдыхаю.

– Я еду из аэропорта. На шоссе огромная пробка. Поэтому, когда мы доберемся, пока не знаю. Водитель хочет свернуть куда-то, попробовать объехать. Как будет понятно, я тебе свистну.

– Ты мог бы вертолетом.

– Нет, не мог бы. Слава богу, вообще прилетел. Погода нелетная и в Архангельске, и в Москве.

– Что тебя понесло? Прилетел бы раньше. Тридцать первого надо было… Глупая идея.

– Солнце, сейчас это поздно обсуждать. К тому же, я тебе говорил, что там миллионные контракты на рыбу. Мне с собой дали в подарок огромные коробки. Рыба великолепная, попробуешь, дорогая.

В трубке слышу обиженное сопение. Так, надо сворачивать разговор.

– Прости, у меня тут вторая линия. Важный звонок.

– А я тебе, значит, не важ…

Нажимаю на красную кнопку.

За окном настоящая снежная буря. Но я вижу, что мы уже едем по какой-то непонятной дороге среди дачных домиков.

У меня билеты в Таиланд на второе.

Блин, как же неохота туда ехать с Ксенией! За несколько месяцев она мне всю душу вынула. Познакомился на свою голову. А ведь предупреждали общие знакомые, что она будет мозг выносить постоянно! Но молодец какая – то себе одного миллиардера подцепила, то другого. Тот от нее сбежал. По слухам, к своей бывшей… Потом ее отправил домой богатый турок. Она блондинка, ноги от ушей. А все равно отослал.

Надо было слушать умных людей. А вообще, надо в следующий раз брать сразу с девушек резюме. Как при приеме на работу. Чтоб в нем все даты – с какого по какое встречалась и с кем. Почему расстались. Можно еще туда сразу, чтоб два раза не вставать – что умеет, навыки. Типа, готовит, убирает. А то они все думают: раз богатый, значит, будет кухарка, уборщица… Но хочется иногда, чтобы тебе любимая женщина приготовила. Своими руками, а не доставку из ресторана заказала.

Опять звонит Ксю – это она так себя просит называть. Звонок сброшу – потом мозги с пола не соберешь. Задолбает.

– Солнце, прости, у меня видео конференция с партнерами.

Отбой.

Смотреть за окно страшно. Вспоминаю сказку про Снежную королеву. Разбуянилась баба! Наверное, Дед Мороз отказался с ней по магазинам ехать.

Слышу, как еле проворачиваются колеса машины. Скорость заметно уменьшилась.

Нажимаю на пульт, и перегородка плавно едет вниз.

– Паш, чего там? Еле едем.

– Андрей Викторович, заносы! Боюсь, приняли неверное решение. В новостях пишут, уборочная техника не справляется. Шоссе раскатано, а тут полная жесть!

– И чего делать будем?

– Лёш, чего делать будем? – дублирует телохранитель мой вопрос водителю, хотя тот, я думаю, прекрасно его расслышал.

/Андрей слышит несколько нецензурных слов, сказанных водителем сквозь зубы/

– Говорит, будем прорываться, – переводит Пашка с русского народного на просто русский. – У нас джип, Андрей Викторович. Фактически, вездеход! – шутит телохранитель, но мне не до смеха.

Времени уже почти час дня… Значит, мы в лучшем случае будем дома часа через два. В лучшем…

Открываю навигатор. Всё не то, что красное или бордовое – дороги отмечены черным. А мы где едем? Точка на карте дергается и мечется. Прекрасно! В этих местах еще и сеть, видимо, плохо ловит.

В окне уже просто белая пелена. Ни домиков не видно, ни машин, ни дороги – ничего вообще! Попадалово!

Машина встает, как вкопанная.

Перегородка ползет вниз.

– Андрей Викторович, плохие новости, – высовывается Пашкина башка. – Совсем встали. Тут кругом нечищеные сугробы с человеческий рост.

– Ну и чего предлагаешь?

– Я выйду оглядеться.

– Ну выйди.

– Простите, Андрей Викторович, это моя вина, – вступает водитель. – Принял неверное решение.

– Лёш, да не вини себя, – машу я рукой. – Вон, на навигаторе все шоссе черное. Мы бы там сто лет стояли. Какая уж разница…

На переднее сиденье обратно влезает мой телохранитель.

– В общем, трындец! Мне сказали, не проедем. Техника тоже застряла. В общем, вангуют, что до утра метель не уляжется. Раньше не проедем.

– Бивуак разобьем? Ночевать здесь прикажешь? – я начинаю сердиться, хотя, по большому счету, винить особо некого. Ну кроме Снежной королевы, у которой явно критические дни.

– Я спросил. Тут рядом дом отдыха. Ну частный, типа, отель. Я могу сходить туда. Номера нам взять.

– Паш, ты оно, конечно, сходи. Только тридцать первого декабря ты номеров там не возьмешь. Даже если я за них лям отвалю.

***

– Андрей Викторович, – Пашка весь в снегу, как тот снеговик, вваливается в машину. – Там да, всё битком! Но нам могут дать старые номера. Их не продавали. Без удобств. Но вам я выцыганил комнату в отдельном домике. Клянутся, что там с удобствами. В остальных домиках есть только диваны свободные, а в этом целая комната.

– Боюсь поинтересоваться, а что в этом домике кто-то живет в других комнатах?

– Да, но это молодая женщина с ребенком. Менеджер говорит, на вид порядочная, тихая, непьющая. Ребенку года два. Тоже вроде тихий. Не орет, не безобразничает. Нам, Андрей Викторович, прокантоваться бы до завтрашнего утра. Так-то прогноз неутешительный. Но если техника прорвется, мы и раньше сможем отсюда уехать.

У меня есть выбор? У меня нет выбора.

– Ладно, мои вещи потом принесешь в тот домик. Уже очень хочется принять горячий душ и переодеться. Да уж и поесть заодно.

«Ты меня игнорируешь», – всплывает сообщение от Ксении.

Во всем нужно видеть положительные стороны – советует мне психолог. О, да! Зато отмечу Новый год без неё!

А ведь как встретишь, так и проведешь.

Глава 3. Кира

Так, проблемы будем решать по мере поступления.

Открываю дверь. Маленькую щелочку, а то уже в комнате настудили.

– Я вам принес комплимент от нашего шеф-повара, – в дверь просовывается голова официанта. С шапки падает снег на пол. Да когда ж это закончится!

– Спасибо, – стараюсь быть вежливой. – Давайте.

Он протягивает два бумажных пакета с контейнерами.

– Вот еще шампанское.

Так, к моему «Советскому» прибавляется собрат. Но если мой – брют, то этот полусладкий. Вообще терпеть не могу. И, насколько я помню, Андрей тем более. Он у нас эстет.

Захлопываю дверь, ставлю пакеты на стол – разобрать, а бутылку в холодильник.

Выключаю кастрюлю с овощами. Начинаю вылавливать картофелины и перекладывать в миску.

– Ну ты где там? Кира!

Андрей стоит наверху и даже не думает спускаться.

Никитка перестает играть и смотрит на странного дядю.

– Зачем я тебе нужна? Я занята.

– Я же сказал. По-человечески попросил поменяться комнатами.

– Я не собираюсь меняться с тобой комнатами. Сейчас я вытащу овощи, закончу с полом и поднимусь.

Стук в дверь. М-да, наверное, теперь у нас проходной двор.

– Это горничная. Я пришла застелить постель нашему гостю.

– Спасибо, я сама ему застелю. Давайте.

Она просовывает пакет с постельным бельем и полотенцами. Потом пакет с халатом. Все они холодные, как из морозильника. В общем, так и есть – на улице зверский холод.

Заставляю себя протереть насухо пол. Мою руки и достаю оставшиеся овощи.

Беру пакеты, отправляюсь наверх.

– Наконец-то! – Андрей встает с кровати. – Здесь мне крайне неудобно, Кира. В соседней комнате есть нормальный стол, на который я мог бы поставить ноут. И комната больше чем эта. Намного! Да и спальня твоя больше. Можно туда стол перетащить.

– Мы там вдвоем с ребенком. А на столе, если ты соизволишь заметить, стоит мой ноут. Я пишу блоги для фармацевтической компании, и у меня нет выходных. Каждый день надо давать материал. И, Андрей, ты как-то очень быстро забыл, что это ты у меня в гостях. Это мой домик. Честно оплаченный.