Запретные связи. Измена

Глава 3

Я пожимаю плечами. Пока рано что-то говорить – хочу внимательно обдумать, куда идти. Я в себе уверена: в последний год учебы аудиторных занятий мало. В основном консультации для написания диплома. Этот момент меня не напрягает, но все равно надо оставить под это время. Тем более, знаю свою привычку ввязываться в приключение, а потом думать, что с этим делать.

– Ты сам-то успел определиться? – спрашивает Арсения с усмешкой. – Или юристом останешься?

– Пока никто не додумался до такого, я сразу забиваю себе место президента компании, – заявляет Егор.

– У нас же дед президент? – полуспрашиваю, полуутверждаю я. – Не думаю, что можно занимать его должность.

Арсения проявляет чудеса сообразительности, что для нее нехарактерно:

– В бумажках, оставленных Сергеем, есть список должностей, которые нельзя занимать. – Она машет листками. – В том числе, нельзя быть президентом. В общем, дедуля пока не увольняется.

Я забираю у нее бумаги.

– И, кстати, Егор, на всякий случай, нельзя занимать должности генерального директора, финансового директора, главного бухгалтера, начальника отдела по безопасности.

А дед все продумал! Ключевые посты не достанутся никому.

– Подумаю, – Егор недоволен. Он допивает виски и весь вечер сидит смурной.

В конце ужина он заявляет, что раз нельзя в президенты, пойдет в вице-президенты. Так у нас появляется первая закрытая должность.

Разъезжаемся мы, так и не выяснив насчет остальных – кто чем будет заниматься. Понятно одно: из гонки сразу выбывают дядя-профессор и дядя-писатель. Первый сразу сообщил, что ему и своих дел хватает, равно как и своего дохода. Второй хмыкнул и сказал, что бизнес – не его стезя, и что он мог бы заняться рекламой компании, но сейчас такая ужасная реклама… и бу-бу-бу… бла-бла-бла. Он очень зануден!

Мама с папой вызывают такси – у них квартира в Москве. Бабушку в старый загородный дом везет водитель деда. Дядя-профессор садится за руль своей тачки – он малопьющий, поэтому в основном загород ездит сам. Дядя-писатель пускается в путь до станции, а там – на электричку. Его вяло предлагают подкинуть, но он гордо идет на своих двоих. Как Лев Толстой – классик вроде любил пройтись пешочком. При дедовых связях дядю могли бы давно печатать ведущие издательства. Но дед когда-то с трудом осилил две книги сына и сказал: «Дерьмо!».

Дед вообще никогда не лезет за словом в карман и говорит, что думает: если дерьмо, то дерьмо. Переубедить его невозможно. Впрочем, по поводу писательских талантов дяди никто и не пытался: все согласны, что дерьмо. Более того, две книги – это подвиг деда: некоторые и пары страниц не осилили.

Я тоже вызываю такси. Своей машины у меня нет, потому что дед мне на восемнадцать лет подарил студию возле универа. До этого я успела научиться водить, но покупать тачку в итоге не стала.

По дороге обдумываю ситуацию. В Москве есть флагманский ресторан компании. И в нем, насколько я помню, дела в последнее время идут не очень. Может его взять в управление? Вникнуть, понять, в чем проблема… Мне кажется, что совмещать я смогу. Тем более, именно в этом ресторане я работала официанткой после первого курса и метрдотелем после второго.

Образование я получаю экономическое в топовом вузе страны. Первые три курса нас там так муштровали, что на четвертом показалось – мы на курорте. Пока таксист меня везет на Чистые пруды, я окончательно убеждаю себя в том, что справлюсь.

Дома меня ждет Вадим. Давний друг Егора – еще со школы – он лет пять за мной ухаживает. Недавно сделал предложение, и я согласилась. Теперь у него есть ключи от моей студии, и он может сюда приезжать в любое время.

– Ну что там? Как прошло? – спрашивает Вадим. Я ему отправила сообщение еще с ужина: предупредила, чтобы не ждал. Но Вадим, конечно, никуда не уехал, и теперь готов слушать подробности. – Налить тебе? Красного?

– Давай. Хочется расслабиться. Тяжелый оказался день.

Я рассказываю о том, что происходило у деда.

– И ты решила пойти работать?! А как же твой диплом? – Вадим качает головой. – Хотя ты можешь, конечно, взять академ. Через год выиграешь наследство и спокойно доучишься.

– О, ты так во мне уверен? – я улыбаюсь. – Я вот в себе не очень. Просто понимаю, что обязана воспользоваться шансом. Даже не ради денег. Это семейный бизнес. Если деду некому будет его передать, то придут чужие люди. Сделают из наших ресторанов фаст-фут какой-нибудь. Уж точно не станут постоянно проверять качество блюд, что-то придумывать, открывать новые точки.

– Справишься! У тебя отличные теоретические знания и немного практических тоже есть. Куда ты пойдешь? Руководить экономическим отделом?

– Нет, управляющей в «Съешь еще!».

– Ваш флагманский? Круто! Почему именно туда?

– Дед говорил, что там в последнее время часто пустуют столики. Раньше без предварительного заказа вообще нельзя было даже днем найти место. Сейчас падает выручка. А этот ресторан – первый из открытых дедом и является лицом компании.

Вадим остается у меня ночевать. А утром уговаривает меня быстрее сыграть свадьбу.

– Вадим, ты же понимаешь, что сейчас не время, – я удивлена. – У меня будет сумасшедшая нагрузка. Я не хочу брать академ, терять год. Но я знаю, что такое ресторан. Да, я рассчитала свои силы. Но мне точно сейчас не до свадьбы! Более того, всей семье не до свадьбы. Дедушка не сможет в его теперешнем состоянии присутствовать…

– Карина, именно из-за твоего дедушки я и предлагаю пожениться в ближайшее время. Пойми, инсульт – это не шутки. Врачи ничего не могут гарантировать. В конце концов, мы можем сыграть свадьбу в его доме. Там есть для этого все возможности!

Это правда. У деда огромный зал для больших приемов. И кухня приспособлена для таких мероприятий.

– Не знаю… Не уверена. Я хотела платье от души повыбирать. Придумать сценарий. Танец с тобой разучить. И подружкам нужны наряды…

Свадьба на меня сваливается, как гром среди ясного неба. Но я признаю правоту Вадима и соглашаюсь все организовать в ближайшие недели.

Сейчас я понимаю, как я тогда поспешила! И почему торопил меня Вадим. Любовь? В его чувства, естественно, уже не верю. Но любила ли я?

В сексе я была очень зажата. А он говорил, что вот будет у нас постоянный, регулярный секс и все наладится. Я отсутствие большого удовольствия тоже относила на крайне маленький опыт, а вовсе не на отсутствие чувств.

И вот я сижу у чужого, незнакомого мужчины дома. Вообще никогда в подобные ситуации не вляпывалась. Конечно, иногда парни приглашали в гости. Я либо сматывалась пораньше, пока все не напились и не начали приставать. Либо отказывалась от приглашения.

Правда, Игорь меня не приглашал. Он взял и притащил сюда чуть ни силком…

Слышатся шаги. Мой похититель заходит в столовую.

– Кофеёк пьешь? Хорошо. Я позвонил, куда надо. Ты не соврала: у тебя все в порядке. Паспорт сделают быстро.

– Спасибо, – что ж у меня голос-то пропадает при нем! – А кто-нибудь еще живет в этом доме? И можно мне Интернет?

– Два вопроса. Много! – припечатывает Игорь.

На вид ему лет тридцать пять. Хотя точно сказать сложно. Зеленые глаза, кажется, всегда смотрят с подозрением. Он часто их щурит. То ли зрение не очень, то ли специально прячет взгляд. Волосы темные, жесткие. И только небольшие завитки у шеи придают ему мальчишеский вид. В целом, он производит впечатление успешного, опасного и… сексуального. Зачем я ему сдалась?

– Ладно, отвечаю. В доме, кроме нас, никого. – Он выдвигает стул, чтобы сесть рядом со мной. Берет меня за подбородок и поворачивает к себе мое лицо. Смотрит прямо в глаза. Жуть! У меня даже мурашки бегут по спине. – На второй этаж ходить нельзя. Поняла?

Киваю, хотя это сделать непросто – меня продолжают держать за подбородок.

– На первом пока ты поживешь в гостевой. Можешь ходить в столовую. Так, да, готовит мне Митрич. Еда простая. Ты готовить умеешь?

Опять киваю. Вспоминаю книжку, которую недавно прочитала. Там парень с зелеными глазми был драконом. Может и этот дракон? По ночам превращается на втором этаже… Господи, какая чушь порой приходит мне в голову!

– Отлично! С тебя сегодня ужин. Протестируем твои способности.

– Интернет можно? – шепчу я.

– Нельзя! Пока нельзя. Ты, вроде, девчонка хорошая. Но рано говорить. Даже когда я тебя проверю по полной программе, и то доверять не буду. Знаешь, да? Никому доверять нельзя. В общем, пока без Интернета. Можешь телевизор посмотреть. Он в гостиной на этом этаже. Так, значит, обедаешь без меня. Сама чего-нибудь сварганишь. Заодно посмотри, что с продуктами. Если чего надо докупить, скажи Митричу. Он мужик надежный, но с едой может проглядеть.

– Я могу в магазин сходить, – бормочу.

– Нет! Сиди дома.

Он встает и решительным шагом идет к выходу из комнаты.

– Митрич, я ушел!

Ага, со мной даже не попрощались. Во что же я вляпалась? Хорошо, нет Интернета, посмотрю, действительно, телек. Только сначала надо прибраться. Я собираю наши тарелки и иду в кухонный отсек.

Митрич тут же материализовывается.

– Чего? – впервые слышу его голос, низкий, хрипловатый.

– Чего чего? – переспрашиваю. – Посуду помыть пошла.

– Мой, – кивает.

Вот спасибочки! Разрешил. Звиздец просто какой-то!

Помыв посуду, иду в гостиную. Там и в самом деле стоит огромный телевизор. Митрич, понятно, топает за мной.

– Мне разрешили. – Ищу глазами пульт. Включаю и начинаю переключать каналы. Они явно не настроены. Ладно, хоть какие новости найти. Сажусь в кресло и продолжаю искать. Каналов много, толку мало.

Митрич продолжает стоять у входа в комнату.

Наконец, подмосковные новости найдены. Смотрю. Минут через десять бегло говорят обо мне и пожаре:

– В поселке «Премьер лакшери вилладж» сегодня ночью произошел пожар, – показывают мой сгоревший дом. – Пожарным не удалось спасти дом. Он практически полностью выгорел. Причиной пожара могла стать неисправная проводка. В доме в момент пожара, по словам пожарных, была девушка, которой удалось спастись, но ее личность не установлена. Хозяйка дома, бывшая жена известного ресторатора Вениамина Голикова, совсем недавно переехала к дочери из-за ухудшившегося самочувствия. Сам Голиков год назад перенес инсульт…

На этом новость про меня закончилась. М-да. Надо бы срочно сообщить маме и бабушке, что со мной все в порядке. Да, никого в доме не обнаружили, но я-то пропала!

Так, надо собраться с мыслями. Проблемы в универе – моя вина. Не будем принимать их в расчет. Проблемы в ресторане – явно их мне кто-то устраивал. Последние события это доказывали. Пожар – проводка была исправной, ее не так давно проверяли. Значит, кто-то и пожар организовал. Но одно дело – запугать меня. Совсем другое – убить. Ведь я могла запросто сгореть!

Мой похититель. Как он связан с этими событиями? Или ехал мимо и решил меня украсть? Ага, вот едешь ты, видишь девушку. Думаешь, а не утащить ли мне ее в свое логово? Нормально, да? Нет, не нормально. Он не дракон, он Синяя борода! А на втором этаже хранит гробы, а в них его бывшие жены!

Дед говорит, что писать книги надо было мне, а не дяде. Потому что у меня богатое воображение. В школе за это богатое воображение мне часто попадало – я любила прогуливать, а в оправдание придумывала разные странные истории.

На тебе, Карина, странную историю в реальности!

Встаю. Иду мимо Митрича в холл. Возле входной двери останавливаюсь. И в чем я пойду на улицу? Ладно мужские спортивные штаны и футболка. Но на ногах у меня отельные тонкие тапки. А в углу стоят высохшие, розовые, мохнатые тапочки, в которых я вчера выбежала из дома. Мех на них топорщится. Розовый цвет превратился в грязно-розовый.

Оборачиваюсь. Митрич стоит с ухмылкой на лице.

– Хочу на улицу выйти. Здесь нет какой-нибудь обуви? И куртки?

– Нельзя! – сказал, как отрезал.

Глава 4

– Мне надо сообщить маме, что со мной все в порядке! – когда вечером приходит Игорь, я вылетаю в холл и кричу ему в лицо. – Поймите, мой телефон сгорел! Она будет писать, звонить, а я недоступна! Если вы мне дадите Интернет, то я найду возможность передать сообщение. Через соцсеть, например.

Он крепко прижимает меня к себе. Неожиданно. И я сразу успокаиваюсь, но продолжаю всхлипывать – за день реально накрутила себя…

Днем я поняла, что могу сообщить Арсерии – она вечно сидит в соцсети и быстро увидит мое сообщение. Могу позвонить на общий телефон компании деда. Но самое главное! Я вспомнила примерный набор цифр дедовского телефона! Не точно, но среди трех-четырех вариантов к утру всплывет правильный. В детстве дед тренировал меня – чтобы я запомнила важные номера. Скорая, пожарная и… его номер! Кстати, благодаря этому я быстро сориентировалась и вызвала пожарных. Но деду я звонила редко и нажимая на контакт. Тем не менее, цифры всплыли! И я знаю себя – утром вспомнится правильное сочетание.

Нет, я не хочу говорить, где нахожусь. Но они же переволнуются! Надо сообщить просто, что жива и пока меня не нужно искать.

Короче, в первую очередь нужен Интернет. Потом телефон.

– Хорошо. Я подумаю, как это организовать, – Игорь чуть отстраняется и вытирает мне слезы. – Пойдем, покажешь, что ты там сварганила на ужин. Ты же приготовила нам поесть?

Я киваю…

Днем я перекусила на скорую руку. А к вечеру решила проявить свои таланты. Зачем? Подумала так задобрить похитителя и выпросить необходимые бонусы. Список для Митрича оказался довольно большим, потому что в холодильнике особо ничего нашлось.

– Как вас хоть зовут?

– В каком смысле? – Митрич не сразу понял мой вопрос.

– Имя, отчество?

– Иван Дмитриевич.

– Так вот, Иван Дмитриевич, нам понадобится…

Игорь обещает быстро спуститься вниз – только примет душ и переоденется.

Когда он спускается, на стол Митрич ставит рюмки для Мадеры. Он смотрит на хозяина и разводит руками: мол, я тут ни при чем.

– Это у нас аперитив, – чувствую я себя «славно» в своем наряде. Игорь-то одет нормально: легкие светлые брюки и лакостовская футболка. Наливаю охлажденную Мадеру на две трети рюмки.

Он хмыкает. Но рюмку или, как мы ее называем «бокал-тюльпан», берет.

– Иван Дмитриевич, теперь несем холодные закуски.

Игорь смотрит на нас в недоумении. По-моему, он вообще не понял, к кому я обращаюсь.

– А себе что ж не наливаешь? – Игорь забирает у меня бутылку и наливает ровно такое же количество во вторую рюмку. – Митрич, ты сам справишься с холодными закусками? – смотрит на меня с любопытством. – Знаешь, чего нести?

Митрич кивает и уходит на кухню.

– Так, Карина, тебе нужна одежда. Я не сообразил.

– Я спрашивала у Ивана Дмитриевича. Но он сказал, что в доме женской одежды нет, а выходить на улицу не разрешил.

– И правильно сделал. Давай чокнемся. Чтобы все у нас сложилось хорошо.

«У нас»? Я его не понимаю. С другой стороны, я согласна – пусть будет все хорошо. И у него, и у меня.

– Так, после ужина я тебе дам возможность сообщить маме о себе. Мне шум не нужен. А твоей маме не нужен сердечный приступ из-за дочки. Заодно зайдешь в интернет-магазин и накидаешь в корзину одежды. Я все оплачу. На этот счет вообще не парься. Митрич! Чего у нас с холодными закусками? Есть охота!

Мы садимся за стол, а Митрич несет тарелки: на одной тонкие кусочки лосося, сбрызнутые лимоном, на другой – порезанные овощи. Ставит и уходит обратно на кухню. Снова выходит со второй парой тарелок. Это мусс из индейки и тосты.

– Я приготовила немного. Не знаю, что и сколько вы обычно едите.

Вижу, что Игорь удивлен. Он намазывает мусс на тост, откусывает и кивает.

– Вкусно! Прям ресторан высокой кухни. Ты где-то училась готовить?

Этот момент я продумала. Отвечаю:

– Закончила кулинарный колледж. Меня, на самом деле, взяли в тот дом… что сгорел… – мне до сих пор сложно выговаривать эти слова. До школы я там почти все время проводила, а в школе каникулы. – готовить, – уже чуть не плачу.

– Ну ты не расстраивайся, – Игорь хрустит тостом. – Главное, сама жива осталась.

На горячее я приготовила фазана. Сначала Митрич говорил, что понятия не имеет, где его взять. Но я-то наш поселок знаю. Сказала, куда идти. Гарнир – мое любимое пюре из цветной капусты. Часто у меня его вообще не отличают от картофельного. Нежное! Пальчики оближешь.

К горячему Митрич подает выбранное мною красное сухое.

– Извините, но десерт я не готовила. Просто фрукты.

– Просто фрукты, – повторяет за мной Игорь. – Ты бы знала, что у нас тут Митрич подает, – он смеется, чуть ни впервые с нашей встречи. – Я, конечно, могу в ресторан сходить или заказать что-то. Но предпочитаю попроще и дома. В общем, сегодня тебе пятерка. Молодчага!

– Раз я молодец, значит, заслужила ответ на вопрос, – я смелею, – почему я в вашем доме? Почему вы меня не выпускаете? Я пленница?

– Пока я не буду отвечать на твой вопрос. Точнее, отвечу, но дам не полный ответ. Видишь ли, есть такое произведение «Пигмалион». Слыхала?

Надо немного попридуриваться.

– Не помню, – закатываю глаза к потолку. – Там девушку учат правильно говорить? Или я путаю?

– Не путаешь. Вот я решил из тебя сделать идеальную жену. Понимаешь, мне не повезло с первой женой. И я долго думал, как бы мне не проколоться второй раз. Случайно посмотрел фильм «Моя прекрасная леди». И подумал, а не найти ли мне такую же «цветочницу». Простую девушку, которую я обучу, и которая будет мне благодарна. С тобой мне повезло. Ты, оказывается, нормально говоришь – вчера я подумал, что с этим будут проблемы. Ты отлично готовишь. Но! – он грозно смотрит в мою сторону. – Пока никаких выходов в свет. Постепенно я из тебя сделаю крутую, светскую девушку. Придумаем тебе легенду. Составим брачный договор. И поженимся.

О-па! У меня реально рот открылся от удивления, а вилка с куском фазана зависла на полпути. Ничего, если я против? Если я за него замуж не собираюсь? У меня тоже неудачный опыт с первым замужеством. Более того, я еще не развелась. А самое главное, что мне почему-то никто не дает шанса создать себе идеального мужа!

Мы с Вадимом планировали свадьбу после моего окончания универа. Я соглашаюсь ускорить ее почти на год! Его довод – мол, пусть дед порадуется, а то может не дожить – сначала меня убедил. Но после отъезда Вадима на работу я начинаю думать и сомневаться. Надо бы посоветоваться с мамой.

Она дома, и не против со мной поболтать. Без вежливых фраз, сразу с порога, я задаю ей вопрос:

– Мама, Вадим хочет, чтобы мы быстрее поженились. Как ты думаешь, стоит ли торопиться?

Мы проходим в комнату, мама приносит кофе с печеньками. Я вижу, что она размышляет над моим вопросом.

– Детка, в конечном итоге, решать тебе, – говорит она медленно. – Если ты его любишь, то какая разница. Можете и сейчас пожениться. Знаешь, как твой дед говорит?

– Как? – дедовы поговорки у нас в семье есть чуть ни по каждому поводу.

– А так, – мама смеется: – Женишься ты или не женишься, все равно раскаешься. Это очень верная фраза. Замуж все женщины хотят. И чем больше времени проходит, тем сильнее. Но в молодости не всегда понимаешь, что если тебе попался парень, который готов жениться, то надо его хватать. Потом будут попадаться женатые, холостяки, которых под венец если только под дулом пистолета. А то и вообще никто не будет попадаться.

– Но нельзя же выходить замуж ради галочки? – не предполагала, что у мамы такие старомодные взгляды.

– Можно, детка, можно.

– И ты так выходила?

– В общем, да. Но если совсем честно, то по залету.

– Ой, – я прикрываю рот ладонью. – А я думала, Оля у вас родилась после свадьбы.

– Родилась-то после, а зачалась, – мама опять смеется, – немного до. Папа твой оказался благородным доном. И мы, как только я ему сообщила о беременности, сразу поженились. Никто по срокам и не понял, хотя справку я не брала… Понимаешь, тогда справку надо было брать, чтобы жениться пораньше, а не как там у них по графику в загсе. И мы женились через месяц. У меня уже четвертый месяц. Я платье настоящее достала, свадебное, красивое. А с талией уже проблемки. В общем, меня сестра твоего отца затягивала. Сзади шнуровка была – вот она старалась мне талию сделать.

Я сижу в шоке. Нет, я современная женщина. Ничего в залёте не вижу страшного. Меня другое шокирует: как мама пыталась это скрывать. А если бы Ольке навредила?

– Я и шампанское пила, – продолжает откровенничать мама. – Все гости удивились бы, если бы не пила… Кстати, детка, можем с тобой тоже по бокальчику, – подмигивает она мне. – За твою свадьбу!

Мама уходит из комнаты и возвращается с бокалами и «Вдовой Клико».

– Я тебе помогу с выбором платья, с банкетом… Не волнуйся, все сделаем на высшем уровне. Я готова взять на себя основную часть подготовки.

– Мам, а ты у деда будешь работать? – спрашиваю я, сделав несколько глотков за свою свадьбу.

– Нет, детка. Не буду. Ваш дедуля любит такие… как бы сказать… реалити-шоу. А мне уже, наверное, пора уходить со сцены.

Маме грустно – несмотря на пластические операции и нарощеные локоны, ей пятьдесят. Никуда от этого не деться.

– А ты? – мама спохватывается. – Ты что-то надумала?

– Ага. Пойду во флагманский управляющей.

– Вот видишь! Я правильно решила! У меня, детка, четверо детей. Мои братья и муж не участники в этом шоу. Зато дети вполне! Кто-то из вас четверых точно выиграет! Неужели вы бросите маму? Нет, конечно. Вот так я подумала: зачем я вас рожала? Затем, чтобы мне помогали в почтенном возрасте. Я стоять на голове не буду. Егор занял место вице-президента, ты идешь управляющей во флагманский. Даже если Арсения и Оля никуда не пойдут, а я уверена, что они своим шансом постараются воспользоваться, то из вас двоих точно кто-то прорвется!

От мамы я выхожу несколько ошарашенной.

Итак, мама выходила замуж по залету.

Свадьбе быть.

Мама рассчитывает, что дедово наследство ей принесут на блюдечке ее дети. В фаворитах мы с Егором.

Глава 5

Выйдя от мамы, я понимаю, что мне нужно еще с кем-нибудь поговорить. Настоящих подруг у меня нет. Все завидуют и считают, что я родилась с золотой ложкой во рту. Какие у меня могут быть проблемы? Мне бывало даже стыдно – сразу родиться в обеспеченной семье. Потом стало понятно: проблемы есть у всех. Но подруги всегда машут руками: у тебя есть деньги, это все решает.

В школе меня это просто добивало! Получаю пятерки – деньги родители занесли, по блату. Получаю тройки – а ну ей-то все можно, в университет поступит на платный, а работать и не нужно… Тогда я и начала прогуливать. Когда совсем плохо стало, мама пошла жаловаться деду. Тот вздохнул и вызвал на ковер:

– Это не их жизнь, а твоя, – сказал он мне, пятнадцатилетней дурочке. – Плюнь и разотри. Хочешь просрать свои возможности? Просирай. Твое счастье, твой успех зависит не от моих бабок, а от твоих усилий. И деньги – сегодня есть, завтра нет. Нужно иметь в запасе что-то поважнее.

Я и плюнула. Поступила на бюджет. Дед похвалил. Сказал, что раз я ему сильно денег сэкономила, то будет мне платить повышенную стипендию. С тех пор, раз в месяц, мне переводят с его счета сумму, которой вполне хватает на жизнь. Старшей и младшей сестрам дед делает переводы на праздники. Егору и папе платит зарплату. Маме по праздникам тоже перепадает, но дед считает, что раз он на зарплате держит ее никчемных мужа и сына, то пусть они и содержат.

Честно, я бы поехала за советом к деду. Но он болен, и мне неудобно вешать на него еще и свои проблемы. Зато есть бабуля!

– Ох, Кариночка, как я рада тебя видеть! Скучно одной. Пойдем! – бабушка ведет меня в дом.

Тот самый дом детства, в котором всегда как-то по-особенному пахнет: бабушкиными вкусностями, лавандой и летним солнцем, даже если на улице осень.

– Дорогая, ты его любишь? – в ответ на мой вопрос бабушка сразу задает свой.

– Да, – я толком не знаю, что такое любить мужчину, но мне кажется, Вадима я люблю. – Он заботливый, внимательный… А ты деда любила?