Держава. Власть в истории России

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 июня 1942 года был учрежден боевой орден Александра Невского, которым в Великую Отечественную войну было награждено 41685 офицеров Советской армии».

Азиатский выбор Александр Невский сделал уже после побед на Неве и Чудском озере, после первой поездки в Сарай 1246 года. Он понял, что в другом случае Русское государство просто исчезнет с карты мира. Свой выбор он подтвердил в 1252 году, ответив посланникам римского папы, приехавших с предложением присоединиться к Римской католической церкви для борьбы с империей Чингисхана: «От Адама до потопа, от потопа до разделения языков – сие все добре сведаем, а от вас учения не приемлем». Прозорливый Александр хорошо знал двуличность папской политики, подставляющей Русь под стрелы Золотой Орды с целью ее дальнейшего захвата, помнил и о письмах Рима в Карокорум, возможно ставших причиной отравления его отца. Он знал цену «дружбы» с крестоносцами, практиковавшими а завоеванных территориях тактику выжженной земли. Со времен Александра Невского русские князья били рыцарей и копили силы для освобождения от татаро‑монгольского ига, закончившегося на Куликовом поле и Угре. Александр Невский, выбравший Азию, стал фактическим основателем Московского царства. Использовавший опыт Александра Невского Петр Великий сменил выбор «засыпавшей» и чуть ли не безнадежно отсталой от ведущих государств мира России на европейский и создал Российскую империю.

Что же несли на русскую землю крестоносцы? Может быть объединенное рыцарско‑дружинное войско Запада и Руси могло бы если и не сокрушить, то хотя бы отбиться от степных воинов империи Чингисхана?

Устав Тевтонского ордена, созданного для охраны паломников и лечения раненых в Палестине, был утвержден римским папой в 1199 году. Орден составляли немецкие рыцари, символами которых стали белый плащ и черный крест. Немецкие рыцари постоянно конфликтовали с орденами иоаннитов и тамплиеров, ведя себя высокомерно и заносчиво. В Палестине рыцарям было тесно и Рим и император Священной Римской империи Фридрих II послали крестоносцев в Прибалтику, покорять и крестить местные языческие племена. Орденские рыцари начали войны и захват восточных территорий. Завоеванные земли становились собственностью ордена.

Главную силу тевтонского войска составляли рыцари – всадники, закованные в защитные металлические доспехи. Внешними знаками, говорившими о принадлежности к рыцарскому сословию, были собственный герб, рыцарский пояс и позолоченные шпоры. Рыцари были обязаны нести военную службу до шестидесятилетнего возраста.

Основным оружием рыцаря были колющий и рубящий тяжелый обоюдоострый меч и длинное копье. В бою также использовались боевые топоры, окованные железом палицы, булавы с острыми металлическими шипами, называвшиеся «Моргенштерн» – «утренняя звезда». Кинжалы, луки и арбалеты рыцари почти не использовали, считая это ниже собственного достоинства. Рыцарь был защищен шлемом с забралом, кольчужной рубахой, тяжелым панцирем, закрывавшим корпус, металлическими поножами, налокотниками, перчатками и щитом. Без помощи слуг рыцарь не мог ни надеть, ни снять своего защитного снаряжения и, сброшенный с коня, не мог самостоятельно подняться с земли. Лошади рыцарей также имели защитное снаряжение. Рыцарская пехота почти не имела защитного снаряжения и была вооружена копьем, луком и топором.

Европейский рыцарь с оруженосцами, лучниками и слугами составлял «копье» – самую малую часть рыцарского войска. Несколько «копий» – от 20 до 50 – составляли «знамя». «Знамена» составляли рыцарское войско, в котором обычно было 800–1000 рыцарей.

В сражении рыцари использовали боевой порядок «частокол», выстраиваясь на расстоянии пять и более метров друг от друга в одну линию, чтобы иметь место для поединка. Рыцарей окружали оруженосцы, конные и пешие лучники, пажи и слуги, часто само сражение распадалось на ряд поединков. Часто целью рыцаря было выбить своего противника из седла и захватить его в плен, чтобы овладеть его лошадью и дорогостоящими доспехами для последующего выкупа. Как правило сражение заканчивалось захватом и грабежом вражеского лагеря – тяжелая рыцарская конница не могла вести длительный бой и долго преследовать противника.

Подобный состав и способ боя не давал возможности эффективного управления сражением. Для повышения дисциплины и боеспособности рыцарского войска появились военно‑духовные ордена иоаннитов, тамплиеров, тевтонов, члены которых давали клятву беспрекословно выполнять все приказы начальников ордена. Орденские рыцари жили в принадлежавших ордену замках, получали от ордена вооружение, оруженосцев, слуг, лошадей и все необходимое для жизни.

Рыцари Тевтонского ордена использовали новый вид боевого строя – выстраивались усеченным клином – «железной свиньей», во главе которой стояли отборные воины, и тяжелой массой наносили мощный удар по центру вражеского войска. За рыцарями шла пехота, кнехты, прикрывавшаяся с флангов двумя‑тремя шеренгами тяжеловооруженных воинов. После прорыва вражеского фронта пехота довершала разгром опрокинутого строя противника. Управление войском осуществлялось с помощью знамен, штандартов. По статуту ордена – «Привычкам дня» – рыцари не имели права без приказа вступать в бой и выходить из боя.

Недостаток рыцарского клина «свиньи» – узкий фронт при большой глубине строя, – часто использовался в сражении русскими князьями. Если строй противника выдерживал первый удар, то рыцарский клин мог быть сжат с флангов и окружен. Рыцарем клина было трудно развернуться для боя из‑за тесноты, а при отступлении они сталкивались с собственными кнехтами.

Боевым кличем тевтонцев было: «бей, грабь, бери». Автор «Хроники Ливонии» Генрих Латвийский писал об одном из орденских походов: «Мы разделяли свое войско по всем дорогам, деревням и областям и стали все сжигать и опустошать. Мужского пола всех убили, женщин и детей брали в плен, угоняли много скота и коней. И возвратилось войско с большой добычей, ведя с собой бесчисленное множество быков и овец».

В 1200 году в устье Двины рыцарями был основан город Рига. В течение двадцати лет воюя с Полоцким княжеством немцы покорили почти всю Прибалтику. Местные племена – древние балтские народы, эсты, литва, жмудь, ятвяги, пруссы бились до последнего и в плен не сдавались. Рыцарям помогли воинственное племя ливов и союзники – шведы, покорившие финские племена сумь и емь. Л.Н. Гумилев писал: «К русским немцы и шведы относились еще более жестоко, нежели к прибалтам. Если захваченных эстов превращали в крепостное состояние, то русских просто убивали, не делая исключения даже для грудных младенцев. Угроза немецко‑шведской агрессии стала для Руси очевидной, ее опасность нарастала день ото дня». С учетом применяемой тевтонцами тактики выжженной земли у разбитых русских князей не было бы шансов сохранить не только государственность, но и народ. «Мягкий», ордынский вариант для Руси крестоносцами даже не рассматривался.

Тевтонский орден действовал в Европе и Палестине и в 1202 году, с целью захвата прибалтийских земель, по благословению папы римского был создан еще один немецкий военно‑рыцарский орден – меченосцев. Члены ордена имели отличительный знак – красный крест и меч на белом плаще. Изображение меча на плащах и гербе и дало название ордену. Ливонским орден стал по имени завоеванных рыцарями бывших союзников ливов, живших в бассейне Западной Двины.

Ливонский орден – «Братья воинства Христова» – состоял из духовенства – «братьев‑священников», воинов – «братьев‑рыцарей» и оруженосцев и ремесленников – «служащих братьев». Вступающий в орден давал четыре обета – безусловного послушания орденскому начальству, целомудрия, бедности и обет посвящения всей своей жизни «борьбе с неверными и язычниками». Братьями‑рыцарями могли стать только лица дворянского, рыцарского рода, клятвенно удостоверявшие до приема, что они дворяне или рыцари, с удостоверением – когда, где и как они или их предки получили эти звания.

Ливонский орден возглавлял великий магистр, командовавший войском и наделенный неограниченной властью, лишь в особых случаях подчиняясь Совету общего собрания – капитула братьев – рыцарей. Вторым в иерархии ордена был орденский канцлер и хранитель печати, высокое положение занимали казначей и брат, отвечавший за орденское вооружение и снаряжение – всегда высокого качества. Управлением и судом в завоеванных землях Эстонии и Латвии ведали провинциальные орденские магистры – командоры, фогты и попечители – начальники замков. Все рыцари, жившие в одном орденском замке, составляли конвент во главе с попечителем. Ленными властителями ордена меченосцев были епископы, дававшие ордену земли во владение на праве епископского вассала. Епископ, подчинявшийся напрямую папе, принимая присягу в верности и послушании орденского магистра, как ленном, так и каноническом. Орден подлежал епископскому суду и находился в его духовной и светской юрисдикции. На эстонских и латвийских землях было создано орденское рыцарское государство – Ливония, сразу же ставшее угрожать Новгороду. В 1224 году, ливонскими рыцарями был взят город Юрьев‑Дерпт, основанный в 1030 году Ярославом Мудрым, эсты были полностью разгромлены, а русские вытеснены из Прибалтики. Орденско‑псковская граница стала проходить всего в 30 километрах от Пскова.

В 1236 году орденское войско было отправлено на завоевание литовских земель и было разгромлено в битве при Сауле – Шауляе. Погиб магистр и несколько командиров. Через год крестоносцев разгромили под Дорошчином дружины Даниила Галицкого. Ливонский орден надо было спасать и 14 мая 1237 года в папской резиденции Витербо под Римом был подписан договор об объединении ордена Меченосцев с Тевтонским орденом. Подчинявшийся рижскому архиепископу «Немецкий орден в Ливонии» возглавил орденский магистр Пруссии. Основным занятием объединенных рыцарей стало завоевание северных русских земель. В июне 1238 года в резиденции датского короля Вальдемара II Стенби был заключен немецко‑датский договор о совместном разгроме и захвате новгородских земель, подписанный королем, папским легатом и орденским магистром. К ним присоединились шведы, стремившиеся завоевать Карелию и устье реки Невы. Датчане планировали занять юго‑восточное побережье Финского залива, немцы готовились к походу на Псков и Новгород. Немцы, датчане и шведы правильно выбрали время – в этом году Владимиро‑Суздальское княжество было завоевано монголо‑татарами и стало платить им дань.

На пути западных завоевателей встал князь Ярославич. Российский историк В. Пашуто писал в его биографии: «Александр посвятил свою жизнь непрерывному и трудному служению Отчизне. Он не соблазнится ни легкими решениями, ни доступными ему, но гибельными для страны союзами. Он должен победить – ради сохранения самого русского имени там, где оно не было осквернено ни татарской кривой саблей, ни тяжелым рыцарским мечем».

Первым на Русь двинулось шведское войско. 15 июля 1240 года пятитысячное объединенное шведско‑норвежско‑финское войско во главе с финским епископом Томасом и шведским рыцарем Улофом Фаси при впадении реки Ижоры в Неву, – там, где через полтысячи лет встал Санкт‑Петербург, – было разгромлено тысячной дружиной Александра Невского, проводившего сражение впервые без отца. В этом бою русское войско покрыло себя вечной славой. Александр Ярославич, ободрявший воинов перед боем словами «Не в силе Бог, а в Правде», навсегда стал Невским, а шведы до конца XIII века больше не пытались завоевывать русские земли у Финского залива. Победа не дала прервать торговые связи Руси с другими странами Европы. Ю.К. Бегунов писал: «Невская победа вызвала ликование не только на Новгородской земле, но и по всей Руси. Ведь эта битва произошла в тяжелейшее для страны время, когда Северо‑Восточная Русь дымилась в развалинах, а Северо‑Западная Русь чудом избежала разгрома. Нет, не погибла и не погибнет Русь, раз есть у нее такие заступники! Ведь то была первая весомая победа над чужеземцами в эпоху татарщины, после прихода Батыя. Народ увидел в победе князя Александра отсвет былой ратной славы и предзнаменование будущего освобождения от восточных завоевателей». Российский историк XIX века писал: «Народ прозрел здесь посягательство Запада на русскую народность и веру. Здесь на берегах Невы со стороны русских был дан первый славный отпор грозному движению германства и латинства на православный Восток, на Святую Русь».

В августе 1240 года крестоносцы пошли на Псков. Если бы дружина Александра не разбила шведов на Неве, совершив 150‑километровый бросок, немецко‑шведские клещи сошлись бы у Новгорода. В битве на Неве воинов Александра поддержали только добровольцы. Новгородские купцы не дали войска, споря до хрипоты о том, оставаться ли в зоне влияния Владимиро‑Суздальского княжества, или «отдаться под рузку шведского короля» – он далеко и не будет брать большую дань, а владимирцев все равно татары победят. Впрочем, многие историки не раз писали, что капитал не имеет родины.

Летом 1240 года объединенное крестоносное войско взяло Изборск, как обычно вырезав все местное население. В сентябре немецкие рыцари с помощью псковских бояр‑германофилов овладели Псковом – «немцы пригонише под город Псков и зажгоша посад весь, и много зла бысть, и погореша церквы и честные иконы и книги и много сел попустиша. И седеша немцы в Пскове два лета». Магистр Ливонского ордена инструктировал войска: «Вам предстоит биться безжалостно с русскими еретиками – самым опасным и сильным нашим противником. Ибо руссы помогают и эстам, и литовцам, и ливам. Мы должны сокрушить русские крепости. Шаг за шагом продвигаясь в глубь русских земель, построим там крепкие замки. Мы добьемся этого своим мечом, действуя без пощады, чтобы никто не посмел поднять оружие против нас. Соберите под свои знамена покоренных крещеных язычников, держите их в страхе, дабы они не уклонялись от сражения с руссами». В это же время новгородские бояре, не оказав никакой помощи Пскову, вынудили Александра Невского покинуть Новгород и уехать в Переяславль. Зимой 1241 года немцы захватили чудские земли Новгорода с крепостью Копорье. Неизвестно, что хотели новгородские господа, но крестоносцы действовали как всегда – глумились и убивали беззащитное местное население, грабили, уводили в Прибалтику пленных и скот – «земля гремела стонами и проклятиями». Немецким отрядам оставалось пройти до Новгорода 30 километров. Новгородцы попросили у великого владимирского князя Ярослава Всеволодовича военную помощь. Князь Ярослав отправил дружину Александра Невского с условием выдачи ему врагов Владимирского дома. Новгородские бояре выдали своих товарищей Александру, прибывшего в Новгород в марте 1241 года. Дружина Александра, поддержанная карельскими, ижорскими, псковскими добровольцами штурмом взяла Копорье. Захваченные псковские и копорские изменники были повешены, крепость уничтожена, войско вернулось в Новгород.

В начале 1242 года в Новгород прибыли собранные Ярославом Всеволодовичем войска. Силы русских и крестоносцев теперь были равны и рать Александра Невского погнала крестоносцев с родной земли. Искусным ударом был взят Псков. Рыцарский гарнизон был уничтожен. Нескольких рыцарей Александр отпустил в штаб крестоносцев с просьбой‑требованием передать орденским начальникам: «Я иду и пощады не будет!» Над захваченной немецкой администрацией Пскова состоялся суд – чиновников признали виновными в геноциде русского населения и повесили – вместе с псковскими боярами – изменниками.

Перед рыцарями было не беззащитное население, а воины и крестоносцы начали откатываться по всей линии фронта. К апрелю 1242 года Александр Невский загнал рыцарей на Чудское озеро.

Немцы и войско Александра Невского встретились «а Узмени у Воронея камня» 5 апреля 1242 года. Рыцарская «свинья» пробилась через центр русского войска и уткнулась в непроходимый для нее лесистый берег реки Узмени. С флангов и с тыла на крестоносцев двинулись владимирские полки, ополченцы из Новгорода, Пскова и Ижоры и дружина Александра Невского. «Наехаша на полк немцы и чудь и прошибошася свиньею сквозе полк. И быть сеча ту велика немцем и чуди и труск от копей ломления и звук от мечного сечения. И не бе видети леду, покрыто бо есть все кровию» русские воины разрубили «свинью» на части. Ливонская хроника писала:

«Немцы начали с ними бой.

Русские имели много стрелков

которые мужественно приняли первый натиск.

Видно было, как отряд братьев рыцарей

одолел стрелков; там был слышен звон мечей,

и видно было как рассекались шлемы.

С обоих сторон убитые падали на землю.

Те, которые находились в войске братьев‑рыцарей,

были окружены; братья‑рыцари достаточно

упорно сопротивлялись, но их там одолели».

Крестоносцы побежали, преследуемые дружиной Александра, но берега им достичь не удалось – многие рыцари и кнехты утонули в открывшихся полыньях. Военно‑исторические документы говорят о полутысяче убитых рыцарях и пятидесяти пленных. «Drang nach Osten» не получился, границы, установленные по миру 1243 года просуществовали до Ливонской войны Ивана Грозного в середине XVI века. Крестоносцы попытались было организовать «поход возмездия», но сколотить коалицию не удалось – Александр остановил войска на границе с владениями ордена, объявив принцип русской политики: «Жити, не преступая в чужую часть». Повода для похода не было, да и страшил русский отпор. Римский папа и император Фридрих II утвердил за орденом земли Латвии, Литвы и части Эстонии.

Набеги крестоносцев, проходившие почти ежегодно на Псковские земли, отбивались дружинами Александра Невского. «С мечом в руке и жаждой наживы в сердце» крестоносцы грабили окрестности русских городов и уходили с добычей, преследуемые дружинниками. Именно тогда Новгород и Псков признали верховенство над собой великих владимирских князей, которые с получением «стола» во Владимире автоматически становились и новгородскими князьями.

Войска крестоносцев постоянно пополнялись безработными добровольцами из Европы. Победа на Чудском озере не ликвидировала возможности наступления крестоносцев на Русь. Немецкий орден уничтожал государственность в атакуемых землях – вместе с населением, а территорию объявлял собственностью Пруссии. В этих условиях Александр пошел на союз с Батыем. В. Пашуто писал: «Из всего пережитого в годы татаро‑монгольского лихолетья, из борьбы с крестоносцами, из событий в Сарае и Карокоруме Александр Ярославич вынес твердое убеждение: надо как‑то перемогаться с Ордой и отбивать приступы католических держав. Да если бы только католических. На миг представив себе Русь под опекой святого престола, было не трудно предвидеть ее судьбу. Пока будут извещены рыцари, да пока папа поразмыслит, от Новгорода, Смоленска и Полоцка останутся одни тлеющие головни. А потом придут рыцари, но не помогать Руси, а довоевывать ее. На избранном пути Александр столкнулся с противодействием других, наиболее крупных князей, притом родных братьев. Не было единства в суздальской княжеской семье».

Л.Н. Гумилев писал о сложившейся ситуации:

«Александру предстоял тяжелый выбор союзника. Ведь выбирать приходилось между Ордой, в которой погиб его отец, и Западом. В 1251 году Александр приехал в Орду Батыя, подружился, а потом побратался с его сыном Сартаком, вследствие чего стал приемным сыном хана. В соборном мнении потомков выбор Александра Ярославича получил высшее одобрение. Среди современников никто не думал благодарить князя за его героические усилия по спасению Русской земли. Прозападная партия на Руси, ненавидевшая монголов за их набеги и связанная с Западной Европой торговыми, карьерными, культурными связями, была достаточно многочисленна, чтобы отстаивать свою политическую линию. Программа западников заключалась в следующем: опираясь на помощь рыцарей, объединить силы всех русских князей и изгнать монголов. К сожалению, будучи крайне привлекательной, эта программа никак не могла быть выполнена практически. Во‑первых, рыцари Ордена, купцы из Ганзы, папа и император вовсе не собирались тратить свои силы на объединение чужого им государства. Они ставили перед собой другую задачу – использовать русских ратников в борьбе с монголами, обескровить Русь и покорить ее, подобно Прибалтике.

Каковы же были реальные результаты союза с монголами, заключенного Александром Невским? Русские князья сохранили большую свободу действий. Александра интересовала перспектива получения от монголов военной помощи для противостояния натиску Запада и внутренней оппозиции. Тот, кто не имеет сил защищаться сам, вынужден платить за защиту от врагов. Там, где вступали в дело татарские войска, крестоносный натиск быстро останавливался, «зело бо бояхуся имени татарского».

Русские княжества полностью сохранили свою идеологическую независимость и политическую самостоятельность. В Русской земле правили князья – самостоятельные властители, но вторые лица в иерархии государственности. После взятия крестоносцами Константинополя в 1204 году и крушения власти византийских императоров титулом «царь» на Руси стали величать ханов Золотой Орды. Те русские княжества, которые отказались от союза с татарами, были захвачены частично Литвой, частично Польшей, и судьба их была очень печальной.

Князь Александр, так же как его соратники, принадлежал к поколению новых людей, поднявших Русь на недосягаемую высоту. Жертвенное поведение Александра Ярославича и его соратников слишком разительно отличается от нравов древнерусских удельных князей. Сформулированная Александром доминанта поведения – альтруистический патриотизм – на несколько столетий вперед определила принципы устроения Руси. Заложенные князем традиции союза с народами Азии, основанные на национальной и религиозной терпимости, вплоть до XIX века привлекали к России народы, жившие на сопредельных территориях. Именно потомками Александра Ярославича Невского строилась в XIV веке на развалинах древней Киевской Руси новая Русь. Сначала она называлась Московской, а с конца XV века стала называться Россией».

Александр Невский используя военные действия, активную внешнеэкономическую политику, искусную дипломатию, избежал поражений на Западе и Востоке и спас Русь от окончательного разорения и уничтожения, став родоначальником политики возрождения Руси, ставшей Россией.

«Житие» святого Александра Невского приводит его последние слова перед смертью в 1263 году:

«Об одном, орлята мои, скорблю: борозда моя на Русской земле не довершена. Раньше срока плуг свой тяжкий покидаю».

Многие исследователи говорят, что он умер от переутомления, надорвался.