Перед тем, как родиться вновь

София, которая последние две недели тусовалась у меня, завидев его, вся расцвела и побежала к нему.

– Ой, Фёдор ты за мной? Поедем кататься на лошадях?

Фёдор всем своим видом был строг, властен и неприступен.

– Вон пошла! – приказал он ей. Софи не сразу сообразила, что её выгоняет. Он повторил. Уже глядя на неё грозным взглядом.

– Всё Федя убегаю.

Я также как он смотрела на него – стойко, гордо, без страха. Он подошёл к кровати и встал возле моей головы, сверля своим обжигающим злобным взглядом. Минут десять мы играли в игру в гляделки, потом Федор развернулся и встал у окна глядя вдаль.

– Как будем жить? – Спросил он.

– Я привыкла всегда жить в мире и согласии.

– Как ты думаешь, что для этого надо?

– Чтобы ты меня не трогал, ушёл с моей дороги.

– Для того, чтобы я ушёл ты кое-что должна сделать, – он замолчал, а я не стала спрашивать. Не дождавшись вопроса, продолжил. – Встать на колени, – снова замолчал. Так мы пробыли в тишине ещё десять минут. – Я жду!

– Это одно условие? – поинтересовалась у него.

– Я желаю услышать твой ответ на это требование, – настаивал на своем Федр.

– Огласите весь список, пожалуйста, – и тут я вспомнила фильм «Приключения Шурика» и чуть засмеялась. Он обернулся.

– Смотрю тебе смешно.

– Смех сквозь слёзы помогает выжить.

– Значит, скоро хорошо посмеёмся с тобой. Я жду твой ответ.

– Какие еще требования будут, – настаивала я на своем, так как знала, что он потребует еще.

Фёдор терял терпение. Я закрыла глаза и глубоко медленно задышала, а сама уже ждала что он сейчас бросится на меня. Одну руку засунула под одеяло, так как там у меня был спрятан нож. Схватилась в него крепко. Я чувствовала, как увеличивался его сап. И вот когда он засопел, как бык приготовилась к бою и не ошиблась! Федор набросился на меня со словами: «Ах ты тварь!» Он оседлал меня сверху и хотел уже колотить по лицу, но икнул и замер, взглянув на свой бок. Ножом я попала ему в край живота.

– Если я сейчас развернул свой нож, – стала говорить я тихо поубедительнее, – ты навсегда останешься калекой. А если дерну к центру живота, то тебя можно через час будет закапывать. Не доводи до греха. Извини, я тогда перегнула немножко палку, сильно уж вспылила. Не привыкла я к такому отношению. Давай жить дружно! В последний раз прошу по-хорошему.

Фёдор внимательно смотрел на меня, слушая все слова. Потом ничего не сказав стал медленно слезать с меня, а я всё также держалась за нож, подымалась вместе с ним. Мы еще минут пять стояли друг на против друга пронизывая взглядом противника. И когда он сделал шаг назад, я потянула нож назад, но всё же была начеку. Федр заткнул рукой рану, но кровь всё равно потекла, окропляя его белую рубаху. Задом он дошёл до двери, открыл дверь и ушёл.

Ох, как Князь орал на меня! В этот час узнала очень много интересного о себе. Он страшил гостями из Царьграда, что, если не дай Бог что-нибудь с ним случится, они сожгут всю деревню, уничтожив всех жителей, не помилуют никого, а я буду умирать в муках. А напоследок сказал, если Фёдор после этого не угомонится, то он лично скормит меня ему, привязав к кровати.

Я была рада, что рана Фёдора оказалась не настолько серьёзной. Через полторы недели он появился у Князя. Все ждали его реакции, как он будет себя вести. Злодей был на удивление тихим, спокойным и веселым. На ужине, а я уже спускалась к столу, Федор даже поздоровался со мной! В ответ я улыбнулась. За столом всё такая же милашка со мной.

Но это было всего лишь иллюзия.

Через неделю в комнату зашла Софи и позвала погулять. Спускаясь с крылечка во двор, увидели толпу гудевшего народа.

– Что случилось? – крикнула Софи. Все обернулись и тут же разбежались.

На земле лежал обезглавленный конь. Подходя ближе, понимала, что передо мной лежит Уголёк. Оторвав глаза от тела друга, увидела довольное лицо Фёдора. Он стал убирать тех, кто мне дорог. Как мне хотелось побежать к нему и растерзать его, убить! Но он ждал именно этой реакций. Поэтому неподалеку стояли двое воинов из конницы. Пытаясь совладать с чувствами, присела рядом с конём, положила на него свою голову и руки. Он был еще теплый. «Прости меня мой верный конь! Я погорюю по тебе чуть позже. А сейчас я должна быть сильной».

Я подняла руки вверх и устремила взгляд в небо, и стало читать молитву «Отче наш». Закончив её, почувствовала, как мне стало легче. Далее сказала уже громко:

– Боже прими душу этого коня! Он окончил здесь свои дни и идёт к тебе, чтобы по звёздному небу катать тебя. – Потом перекрестилась, снова положила руки на коня. – Да возблагодарим Бога, что он послал нам хлеб насущный – этого великолепного коня, – ещё раз перекрестилась, достала нож и стала разделывать тушу. Через минуты две подключила воинов. Фёдор стоял в замешательстве. Он не ожидал такой реакции от меня. А я с радостью взахлеб рассказывала про вкуснейшее блюдо бешбармак, что после этого они будут только конину и кушать.

– Мы устроим праздник в честь Уголька, накормим всю деревню.

Я улыбалась, звонко смеясь, на празднике даже плясала. Народ, конечно, был шокирован моим поведением, а я объясняла, что он сейчас перевоплотился в другое более достойное существо.

Через неделю вернулась домой. К Князю больше не ходила. Дверь на ночь стала подпирать, чтобы ночью не было незваных гостей. Мне нужен был засов. Вот по этой причине отправилась к кузнецу.

У него, как всегда, было много народу. Подойдя к кузнице, громко спросила.

– Кто крайний, – отозвался мужик из соседней деревни. Лёшка вышел и взглянув на меня недобрым взглядом зашёл обратно.

Отправив домой клиента, с которым работал, подошёл ко мне

– Что надо? – Грубо спроси он.

– Мне нужно сделать засов, как на амбаре.

– Зачем?

– Чтобы гости незваные ночью не приходили.

– Так не надо со всеми таскаться, тогда и приходить не буду. – Усмехнулся кузнец.

Я одарила его пощечиной и пошла прочь. Видно ему совсем запудрили мозги, а он дурачок верит всем сплетням.

Рыдая села на берег реки. Так было противно на душе, что не хотелось жить! Тут меня осенила одна мысль! А если я здесь умру, может, окажусь в своём мире? И я пошла к воде. Зайдя по колено в воду, уже была готова поплыть к центру ледяной реки, как услышала жалобный стон. На секунду мне показалось, что это ребёнок. Потом что пьяный Ромка опять валяется у реки. Решила посмотреть.

В камышах чуть поодаль нашла щенка, месяцев четырех. Он был весь мокрый со сломанной лапкой. Судя по всему, он упал с моста у соседней деревни, и течением его принесло к нам. Щенок почти умирал от холода. «Сейчас мой милый я тебя согрею!» Сняв с себя шаль завернула находку и побежала домой.

Щенок, лежа на теплой печке, быстро пришел в себя. Он не противился моим действиям, когда я накладывала шину. Потом накормила жареным мясом, и мой друган совсем уже довольный стал лизать благодарно мне руки. Вдруг щенок насторожился, взглянул на дверь и тут же залаял. В дверях показалась Алёнка. Я похвалила щенка, и он еще пуще залаял.

– Где ты это чудо взяла? Ух, какой он у тебя звонкий.

– Да, звоночек, – погладила я его. – Ну, всё звонок хватит. – Щенок всё распыляться, тогда я за сердилась, – Фу! Прекратил быстро! – он тут же замолчал. Поняв, что я заругалась. Алёна потянула руку, чтобы погладить, он зарычал. Вот за это я его похвалила. – Молодец! Не давай себя чужим гладится.

– Так откуда принесла его. – Чуть обиделась подруга.

– Бог послал. Пошла за щеколдой, а нашла звоночек. Ещё даже лучше. Чай будешь?

– Да.

– У реки нашла его, ели живого.

– Будет верным, ты ему жизнь спасла.

– А он мне, – тяжело вздохнула я.

– Это как?

– Своим звонким голоском, – заулыбалась я и, взяв его на руки, села за стол. – С чем пожаловала?

– Хочу у тебя тортик заказать.

– Ты мои тарифы знаешь и готова заказать? – мы, после так сказать предательства, общаться с Аленкой стали редко, как говорится, только здравствуй, да свидания.

– Да, большой закажу на три серебряника. Уж больно мои заскучали по твоей вкусняшке.

– Как же тебе Фёдор позволил пирог заказать?

Алёна смутилась.

– А причём тут он?

– Ты думаешь, я не поняла, что он всей деревне запретил торты у меня покупать. То отбоя не было каждый день пекла, а сейчас тишина. Только из соседних деревень приходят за ними.

– Почему тебе разрешил? – соседка только печально опустила глаза. – Чтобы мы снова дружить начали? Уж больно ему уши нужны в моём доме. Я права? – Алёнка прикрыла руками лицо. – Привет передавай ему большой и пламенный.

– Он завтра на день рождения придет. Приказал, чтобы я тебя пригласила, и чтобы ты непременно пришла.

– Пакость какую-то готовит! – Возмутилась я. Алёнка тихо заплакал. – Не реви, приду поздравить Николая.

– Принеси торт в обед.

– Вы не вечером гулять будете?

– С обеда начнём.

Всю ночь думала, как же обезопасить себя на этой вечеринке и кое-что интересное придумала.

Ровно в обед понесла торт. У Алёнки во дворе на удивление было очень тихо. Дети не бегали, даже собаки не было. Зайдя в дом, увидела интересную картину.

За столом сидело мужиков десять, практически все знакомые. Все были серьёзные и молчали. Позади меня дверь захлопнулась. Я обернулась. На пороге стоял довольный Фёдор с нагайкой в руках.

– Здравствуй, ты то же здесь? – сделала вид, что неожидала его увидеть. Я подошла к столу и поставила торт. – Ну что мальчики будем дегустировать. Где у вас тут ножичек, я вам порежу.

– Мы сами порежем после того, как ты нам станцуешь.

– Аааа, так у вас тут мальчишник, – я развернулась лицом к Фёдору. – Так вы не ту девочку позвали! Я не танцую, а пироги пеку!

Фёдор ударил меня нагайкой.

– Танцуй и раздевайся! – приказал он.

– Ты меня по кругу решил пустить? Александр этого тебе не простит!

– Что не простит? Что ты напилась и танцевать начала, да и к мужикам липнуть стала. Мы тебя еле угомонили. У тебя после коня вообще крышу снесло!

– Да кстати о крыше, – улыбалась я. – Ты меня убедил. Станцую я для именинника и подарочек сразу подарю! Ты же не против Феденька? – не дождавшись ответа, я взяла зажигалку достала три коробочки с фитилем и зажгла сразу все. Два фитиля были длинные и один короткий.

– Что это? – спросил Фёдор.

– Это очень интересная штучка! Начнем с веревочек. Она называется бикфордовым шнуром. Он горит в воде, в снегу, никой ветер его не затушит. Если он загорелся, пока не прогорит, не потушишь. А вот в этих коробочках ТНТ или тринитротолуол по-научному, а в простонародье бомба.

– И что же она делает? – Спросил один из мужиков.

– Вот это самое интересное. Здесь всего пять грамм этого вещества. Вот в этой пятьдесят, – покрутила я в руках коробочку. – А сюда я натолкала аж грамм сто пятьдесят ТНТ. Вы все сгораете от нетерпения для чего всё это, – я довольно улыбалась. Бросила одну на пол с малым фитилём. Через секунду она взорвалась. Мужики всполошились, соскочив из-за стола. Фёдор даже не дернулся. – Ну, у тебя и выдержка, – похвалила я его. – Не мужик ты у меня, а наверное, конь со стальными яйцами. На следующих также стой, – держала две коробки, крутя перед глазами. – Кто готов сегодня умереть? – Все смотри с ужасом то на меня, то на Фёдора. – Я, конечно, готова умереть, но не сегодня. Пойду, выкину на улицу, хорошо? С днем рождения Николай! Сарай тебе новый мужики помогут построить. – Я, улыбаясь, подошла к двери. – Фёдор, ну что ж ты не угомонишься?! – его скулы бегали туда-сюда, по его багряному лицу. – Ой, мне уже пора!

Забежав домой тут же, забаррикадировала дверь. Наверное, стоит уходить прямо сейчас, а не дожидаться зимы, раз он так стал действовать. Надо же столько мужиков нагнал. Все у него под колпаком. Отказать ему не могут. Видела на их лицах стыд и жалость ко мне, но ничего не могли сделать. Сегодня же бежать надо! Жалко коня нет, пешком далеко не уйдешь. Лошадь ночью у Алёнки увести можно.

Стала собираться в дорогу.

В дверь постучали, когда я почти все собрала. Звонок залаял и побежал к двери ковыляя. Поглядела в окно. Всё было тихо. Подойдя к двери, спросила:

– Кто?

– Наталья, это я, Алексей.

– Что хотел? – Дверь не стала открывать.

– Защёлку тебе принёс.

– Спасибо она мне больше не нужна.

– Наталья открой!

– Пойди прочь! Всё звонок тише! – Лёша ещё подергал дверь и ушёл. У меня много нужных вещей было в беседке. Пойдя на улицу, экипировалась по полной. Кроме ножей на ногах, которые уже никогда не снимала, в одну руку взяла нож, а в другую лук. Прямо собралась на войну. Открыв дверь, огляделась, никого, повернула к беседке. Залаял пес. В беседке кто-то сидел и, судя по всему, Алексей. Увидев меня, очень удивился моему наряду.

– Ты на войну собралась? – Вроде как пошутил он.

– Да, жду нападение мужиков, – посмеялась я, – затаскалась я тут у вас. Пора уходить.

– Что с тобой происходит?

– Ничего. – Решила у него пораспрашивать про Царьград, да города большие. – Чаем тебя, что ли напоить. Будешь?

– Давай. Прости меня за эти слова. Не сдержался. Слухов много про тебя ходит, да и Александра ты выбрала.

– С чего ты решил, что я Александра выбрал?

– Ты всё время проводила с ним, он тебя обнимал. Светилась от счастья и в баню с ним вместе пошла.

Я засмеялась.

– С ним полдеревни тогда в баню ходило.

– Только вы три часа мылись.

– У меня индивидуальная программа была, – похихикала я. – Только не то, о чём ты подумал.

– Ты не пришла ко мне больше. Почему?

Я немного помолчала, не зная, что сказать.

– А какие слухи про меня ходят?

– Зачем они тебе?

– Просто хочу знать, что они тебе наговорили.

– Что ты с Фёдором на складе жимкалась. Потом что с Кириллом у тебя очень тесные отношения. С Алёнкой перестала дружить, так как она застала тебя со своим мужем.

– И ты всему этому, конечно, поверил?! А про коня что говорят?

– Что он шею свернул себе, а ты взяла его и сожрала.

– Не кусочка в рот себе не положила. Жалко Уголька. Убил он его.

– Кто? Федька? Он же тебя вроде не трогает.

– Ну, ты глупец! – Посмеялась я. – Как у тебя дела в кузнице?

– Как всегда. Это здесь причем? – Алексей не понимал всех моих расспросов. – А у брата всё в порядке, не бедствует?

– Причём тут брат?

– Просто слыхала, что у него какие-то проблемы?

– Какие?

– Не знаю тебе виднее.

Алексей призадумался.

– Ты поэтому не приходила, чтобы уберечь нас? У нас всё хорошо! – Лёшка подсел рядом. Взял руку и поцеловал. – Мы умеем за себя постоять. Не бойся, я защищу тебя. Почему мне все не рассказала?

Я уставшая стоять в стойке, почувствовав рядом защиту, каменную стену, расслабилась и, уткнувшись в его грудь заплакала. Лёша обнял целуя. От его пламени становилось легче и появилось желание ответить на его поцелуи. И вот сидя на лавочке мы страстно целовались до того момента пока не раздался грозный голос хозяина дома.

– Запретил же мужиков водить в дом!

Я отстранилась от Лешки, улыбнувшись, сказала:

– За всё время первый раз пришёл, и ты тут как тут! Как будто подсматриваешь!

– Узнал, что ты заболела сразу приехал.

– Ты болела? – Удивлённо посмотрел Алексей на меня. – Чем?

– Ты что не знал? Видно, и впрямь не общались. Она месяц у Князя провалялась. Хорош жених, – пристыдил он кузница. – Не знает, что с Натальей творится. Не отдам ее тебе, не сможешь ты защитить.

– Чем болела? – Алексей печально смотрел на меня.

– Да Федька ее с лестницы столкнул. Я прав? Только не ври.

Я посмотрел на Алексея.

– Да нет, сама споткнулась.

– Я убью его! – решительно заявил Лёша.

– Чтобы не трогал его, – приказал Санёк. – Сам разберусь. А то накликаешь на свою голову беду! Всё ступай домой.

Алексей, поцеловав меня ушёл.

Александр присел на место кузнеца.

– А теперь рассказывай, всё как было на самом деле. Что Федька творил тут без меня, раз ты бежать собралась.

– Он Уголька убил, – я расплакалась. Александр, как и Лёшка, обнял и прижал меня к своей груди. Вот только не целовал. Сквозь слёзы я поведала ему всё. В этот вечер я хорошо поревела, поэтому уснула в объятиях хозяина дома.

Проснулась я на самой ранней заре, когда в доме стоял полумрак, но всё же уже были видны очертания мебели. Я спала на кровати Александра, в его объятьях. Почему-то мне было хорошо. Или от того, что вчера выговорилась или почувствовала, что пришла защита и мне не надо никуда убегать. Я уже привыкла к тому уютному домику, и скитаться в зиму непонятно где, не хотелось.

Александр пылал жаром. От него отходило тепло и согревало мое тело. Было жарко даже без одеяла. Его могучий торс грузно возвышался надо мной, укрывая от всех невзгод. Я погладила его грудь, а потом еще раз и еще. Мне хотелось к нему прикасаться.

Его могучая рука поймала мою кисть и заключила в объятия. Я посмотрела в его лицо. Он глядел на меня нежным взглядом.

– Прости, разбудила. – Широко улыбалась ему. – Не думала я, что буду так счастлива твоему приезду.

– Ты любишь Алексея?

– Наверное. С ним интересно, – и чуть помолчав, добавила, – и с тобой хорошо. Только ты всегда в походах.

– Вам не суждено быть вместе. Фёдор не отстанет от тебя, если ты уйдешь к нему, даже если уедете в другую деревню. Он больше не тронет тебя пока ты со мной. Федька мне сегодня обещал прийти и извиниться.

Я удивлённо посмотрела на Сашу.

– Когда ты успел с ним поговорить?

– Как только ты уснула. Он не ожидал, конечно, что я вернусь так скоро. Фёдор поклялся, что тебя не тронет, пока ты живёшь в моём доме. Он знает, что кузнец тебе дорог. Хочет хоть чуть-чуть отомстить, не позволив тебе быть с ним. Наташенька давай договоримся.

– Насчёт чего?

– Ты правильно подметила, я не часто бываю дома, но мне бы хотелось приезжая сюда и попадать в семейный уют. Я бы хотел проводить эти дни, как те две недели. Поедать твои вкусняшки, ходить с тобой на охоту, рыбалку, заниматься огородом, безудержно скакать с тобой на коне по цветочному лугу. В остальные месяцы, когда меня нет, так и быть можешь общаться со своим кузнецом, но жить в моём доме. Я понимаю, что тебе хочется быть всегда с ним, но это невозможно. Решать тебе какую судьбу ты изберёшь для нас всех.

– Спасибо тебе за твои слова, за твоё понимание. Я благодарна тебе за все, что ты для меня делаешь.

К обеду и впрямь пришёл Фёдор. Зайдя в дом, дружелюбно поздоровался. Александр попросил меня налить чай, а сам пошёл за вареньем в беседку. Фёдор подошёл ко мне и сказал:

– Что наябедничала?

– Сам виноват!

– Повезло тебе, что Санёк рано приехал. Я оставлю тебя в покое, пока ты живёшь в этом доме. Но чтобы я ещё отстал от кузнеца, ты сейчас должна встать на колени и попросить прощение за своё поведение.

Я смотрела в его нахальное лицо и думала: «Ничего себе извиняться пришёл!» Упрямится, не стала. Что с дураком связываться! Я медленно опустилась на колени и, потупив смиренно взгляд в пол, сказала:

– Фёдор прости меня за моё непристойное поведение.

Мой враг наслаждался ситуацией, облокотившись на печь, довольно созерцал мое унижение. Потом присел на корточки и, схватив за подбородок, поцеловал.

– Если бы тогда встала, конь был бы жив. Лёшке повезло больше, чем Угольку. Пошли, кое-что покажу, – довольный сказал Фёдор.

Мы вышли на улицу.

Во дворе стоял белый рысак, переминаясь с ноги на ногу. Федька махнул рукой.

– Дарю тебе коня в знак нашего примирения.

– Добротный конь, – сказал Александр, держа варенье. – Сегодня после обеда поедем обкатывать да лис постреляем. Не разучилась?

– Да вроде нет, – тихо ответила ему.

– Веди своего коня в стойло и к нам присоединяйся чай пить. Мы тебя ждём, не задерживайся, пожалуйста, Наташенька, – попросил Александр, и они зашли в дом.

Этот конь не вызывал чувство радости, как Уголёк. Погладив коня, всплакнула, вспоминая убиенного коня.

В доме раскатом лился смех мужиков, они весело общались, как закадычные друзья. Александр рассказывал Федьке про поход, передавая приветы. Потом заговорили про Царьград вспоминая общих знакомых.

– Как выглядит город, – поинтересовалась я.

– Он очень красивый, – сказал Фёдор. – Очень люблю Царьград там совершенно другая атмосфера.

– Следующим летом я тебя в него свожу, и мы поживем там месяц другой. Фёдор ты тоже можешь взять свою невестку и с нами поехать. Чай ничего не случится. – Я вопросительно посмотрела на Александра. – Да он решил жениться на младшей дочке Князя.

– На Софи? Она, наверное, очень счастлива, ведь она без ума от тебя.

– Да-да, – недовольно сказал Фёдор, что мы задели эту темы. – Деньги она любит да в Царьград хочет. Вот и вся любовь. – Федька тяжело вздохнул. – Зря от меня отказалась, я б тебя через года три туда увёз.

– Спасибо, но мне здесь нравится.

После обеда мы поехали кататься. Вихрь, так звали коня, оказался действительно быстрее Уголька. С него я уже не смогла охотиться, ни разу не попала по лисе. Александр довольный подтрунивал надо мной.

– Мазила! Разучилась стрелять с коня, пока меня не было.

Проезжая мимо кузницы Александр предложил заехать.

– У коня подковы проверит надо, что-то мне левая нога его не нравится. Наташенька, можешь на вечер с Лехой сговориться погулять или на чай, что вы захотите делать, я не знаю. – Санёк чуть помялся. – Понимаешь, у меня сегодня гостья будет. Соскучился я по девчонкам своим. – Заулыбался он.

– Хорошо утром приду.

– Нет до зари, чтобы никто не видел. И пожалуйста, прилюдно не целуйтесь.

– Хорошо папочка, – посмеялась я, – не будем.

Алексей очень обрадовался нашей вечерней встречи и хорошо подготовился. Накрыл красиво стол, убрался в комнате и насобирал красивый букет.

– Спасибо, – вдыхая аромат цветов, поблагодарила его. – Очень красивые.

– Я думал, тебя не скоро увижу. Александр не отпустит.

– Он переговорил с Фёдором. Этот дурак больше меня не тронет, пока я буду жить у Александра. Мы сможем встречаться только тайком. Может только через года три, когда он уедет в Царьград и отстанет от меня, забудет про эту историю. Ты готов меня подождать? – я смотрела в счастливые глаза Алексея.

– Я буду ждать тебя, сколько понадобится, моя прекрасная Наталья, – и поцеловал страстно. Я откликалась на все его действия. Алеша, подхватив меня на руки, понес на кровать. Мы наслаждались друг другом всю ночь.