- -
- 100%
- +
Глава 1
– Ну же, ну же, – прожигаю тест на беременность взглядом и скрещиваю пальцы.
Мне безумно страшно. Сердце стучит так быстро, что кажется, оно вот-вот пробьёт грудную клетку и вырвется наружу. Ладони леденеют, а по спине пробегает обжигающая холодом капля пота.
– Две полоски… – произношу не своим голосом, разглядев едва заметно проявившуюся вторую полоску.
Слёзы ручьём начинают катиться по моим щекам. Я безумно счастлива. От нахлынувших на меня эмоций хочется кричать во всё горло и прыгать до самого потолка.
Тот день, о котором мы с мужем мечтали вот уже несколько лет, наконец-то настал! Я смогла забеременеть и через каких-то девять месяцев стану мамой!
Громкий звонок в дверь заставляет вздрогнуть и спуститься с небес на землю.
Галопом бегу в прихожую и на радостях, забыв посмотреть в глазок, открываю дверь.
Стоит мне отпустить ручку, как стройная брюнетка на голову выше меня резко толкает дверь, без какого-либо разрешения перешагивает через порог и с хлопком закрывает за собой дверь. Всё происходит настолько быстро, что я не успеваю сообразить и предпринять какие-либо меры.
– Я беременна от твоего мужа! – огорошивает меня нежданный гость.
Прекрасное настроение словно по щелчку пальцев сходит на нет.
Кто, чёрт возьми, эта нахалка? Что за бред она несёт? Она вообще в своём уме?
– Девушка, вы, наверное, ошиблись квартирой, – произношу вежливым голосом.
Сейчас мне меньше всего на свете хочется разбираться с незваным гостем. Хочется просто побыстрее выдворить незнакомку и наконец позвонить и обрадовать мужа долгожданной новостью.
– Яночка, – называет меня по имени, – ты, кажется, совсем меня не поняла. Я беременна от твоего мужа! Сева любит меня, и совсем скоро я рожу ему сына! А ты пустоцвет и никогда не сможешь иметь детей. Сколько ты там забеременеть не можешь? Год, два?
Внутри меня всё моментально обрывается.
Откуда она знает, как зовут меня и моего мужа? Чёрт возьми, откуда мерзавка может знать про то, что вот уже два года у нас с мужем не выходит зачать ребёнка?
Вернее сказать, не выходило… Ведь буквально только что мой тест показал долгожданные две полоски….
Да кто она, чёрт возьми, такая? И про какую беременность она вообще талдычит?
– П-простите, – голос невольно начинает дрожать, – я вас не знаю и в дом вас не приглашала. Вам лучше развернуться и уйти, а то я вызову полицию.
– Яночка, очнись, – щёлкает пальцами перед моими глазами, – мне третий раз повторить или что? Я беременна от Колмогорова Всеволода Владимировича. Тебе такой знаком?
Внутри меня всё мгновенно обрывается.
Нет. Это просто не может быть правдой.
Девушка смотрит мне в глаза и лжёт самым наглым образом. Я не верю ни одному её слову.
Наверняка нахалка просто одна из тех фанаток, которые сходят с ума по моему мужу, ведь он один из влиятельнейших людей столицы, и многие девушки мечтают о нём. Но, увы, самый завидный мужчина давным-давно занят мною!
Я не сомневаюсь в преданности своего любимого и ни за что на свете не поверю в слова совершенно непонятного человека, которого вижу первый и последний раз в жизни. На заборе тоже много чего написано, но едва ли этому стоит верить.
– Уходите, или я вызову группу быстрого реагирования! Охранники с первого этажа прибегут за пару минут, – строго произношу.
– И что ты им скажешь, дорогуша? – пронзительно смеётся. – Я бедная, несчастная, бесплодная, супругу не нужна, выгоните, пожалуйста, мерзавку, посмевшую охомутать моего мужа?
Горький ком встаёт посреди горла.
Нахалка ничего не боится. Как мне выгонять её из квартиры? Может быть, в самом деле вызвать охранников, и пусть они выведут её силой?
Но до тревожной кнопки ещё надо как-то добраться. Она располагается на другом конце прихожей на стене. Если я повернусь к мерзавке спиной и побегу к кнопке, чего доброго, она ударит меня сзади.
– Девушка, давайте не будем усугублять ситуацию, и вы добровольно покинете мою квартиру, – предпринимаю очередную попытку решить обострившийся конфликт миром.
– Какая же ты, Яна, всё-таки непробиваемая, – закатывает глаза. – Я уже сколько времени пытаюсь вталдычить в твою дурную голову простую истину, а ты до сих пор ни черта сообразить не можешь! Повторяю последний раз: я беременна от Севы, совсем скоро он признается, что у него уже давным-давно другая женщина, и выгонит тебя на улицу! Янчик, ты же юрист по образованию. Включай голову и начинай наконец шевелить извилинами. И, кстати, квартира не твоя, а Севина!
Медленно выдыхаю, стараясь успокоить разбушевавшиеся мысли.
Пусть хоть из кожи вон вылезет, я всё равно не поверю ни единому её лживому слову!
Всё, пора заканчивать этот цирк.
Резко отступаю назад, в два шага преодолеваю прихожую и что есть силы жму на тревожную кнопку. К счастью, девушка не кидается на меня со спины, а, выпучив от удивления глаза, остаётся стоять на месте.
Сейчас прибегут охранники и объяснят мошеннице, что нехорошо вламываться в чужой дом.
Не проходит и тридцати секунд, как раздаётся громкий звонок в дверь. Я даже и представить не могла, что мужчины сумеют прибежать так быстро.
– А вот и охранники! – победоносно произношу я.
– Ну давай посмотрим, кого нелегкая принесла, – произносит мерзавец и открывает дверь настежь.
– Сева! – радостно восклицаю я и бросаюсь к мужу.
Мой мужчина будто бы почувствовал, что мне угрожает опасность, и появился откуда ни возьмись.
– Яна, постой. Стой, где стоишь! – жестом просит меня отойти в сторону. Затем переводит взгляд с меня на девушку и произносит: – Диана, а ты что тут делаешь?
Внутри меня всё мгновенно обрывается. Мой муж знает, кто она такая? Но откуда? Где и при каких обстоятельствах они могли познакомиться?
– Сева, эта нахалка ворвалась в наш дом и не хочет уходить! – выкрикиваю я.
– А разве я должна уходить из своего дома? – смеётся и, резко подавшись вперёд, накрывает губы моего мужа поцелуем.
Сердце пронзает острая боль.
Смотрю, как мерзавка целует моего мужа, и каждую секунду жду, что он вот-вот оттолкнёт её в сторону, но нет… Он отвечает ей взаимным поцелуем!
Сердце, с болью ударившись об рёбра, исполняет кульбит и уходит в пятки. Голова идёт кругом.
Такое чувство, что из-под моих ног одним ударом выбили землю.
Нет… От боли мне хочется кричать во всё горло.
Я отказываюсь верить в происходящее! Это какой-то бред! Какой-то дурной сон! Сева любит меня. Мы пять лет в браке, чёрт возьми, через девять месяцев на свет появится наш ребёнок!
Происходящее вокруг меня просто не может быть реальностью!
Сева добрый, хороший, любящий, а главное, верный! Он клялся мне в любви. Обещал хранить верность до конца своих дней…
Этого просто не может быть!
Это дурной сон! Кошмар!
С силой зажмуриваю мокрые от слёз глаза в надежде на то, что, когда открою, ничего этого не будет. Но нет…
Стоит мне открыть веки, как две пары довольных глаз устремляются в мою сторону.
Громкий хохот мерзавки, наполнивший комнату, бьёт по ушам.
У меня сердце из груди вырвали. Вырвали и безжалостно растоптали. И сделал это человек, которого я считала любовью всей своей жизни…
– Дорогой, а ты уже сказал, что вы разводитесь и она идёт на все четыре стороны? – мерзким голосом произносит нахалка и расплывается в довольной улыбке.
– Ещё нет. Но мне кажется, Яна и так поняла, что нашему браку настал конец! – пускает пулю мне в лоб.
Ещё сегодня утром мой муж говорил мне, как сильно он меня любит. Не больше часа назад я узнала, что беременна. А сейчас я узнаю, что всё это время он обманывал меня и что его любовница ждёт ребёнка…
Глава 2
Слёзы градом начинают хлестать из моих глаз.
Что я должна была понять? То, что на протяжении пяти лет жила под одной крышей с предателем? То, что мой любимый мужчина оказался изменником? Или то, что нашего брака отныне не существует? Полагаю, что всё и сразу.
– Сева, ну ты уточни на всякий случай, всё ей ясно или нет. Ты не поверишь, но я раз пять сказала ей, что жду от тебя ребёнка, а она отказалась верить. Вот же дурочка неугомонная, – произносит мерзавка и смотрит на меня презрительным взглядом.
Замечаю, как лицо моего уже бывшего мужа наливается краской. С нескрываемой агрессией он смотрит то на меня, то на свою любовницу.
– Дианчик, ты же хорошая девочка. Сообразительная, умная, – начинает осыпать её комплиментами, но так и не успевает закончить. Нахалка перебивает его на полуслове:
– А ещё я безумно сексуальна. И грудь, и попа – всё при мне. Не то что у некоторых, – пробегает по мне оценивающим взглядом и громко добавляет: – Давно обвисшие уши спаниеля.
Посреди горла встаёт горький на вкус ком слёз.
Почему я стою и, подобно безмолвной кукле, выслушиваю оскорбления, летящие в мой адрес? Почему я не скажу мерзавцам, кто они такие, и не пошлю куда подальше?
Наверное, потому что я не хочу пачкать об них руки. Я ни за что на свете не опущусь до их уровня и не скачусь до оскорблений.
Смахиваю со своих щёк проступившие слёзы и повыше задираю подбородок. Пусть видят, что им не удалось меня сломить! Я не позволю больше ни одной слезинке скатиться с моих глаз. Хватит!
Я не одна и больше никогда не буду одинока. Ведь под моим сердцем зародилась жизнь моего малыша. Сейчас я несу ответственность не только за себя, но и за своего долгожданного ребёнка. Ради его жизни я должна оставаться сильной!
– Да, Диана, ты, несомненно, шикарна. И грудь у тебя очень красивая, а про попу я вообще молчу, – продолжает осыпать свою новую избранницу комплиментами прямо у меня на глазах. – Но, родная моя, не могла бы ты побыть на кухне, пока я разбираюсь с некоторыми осложнениями? – пробегает по мне взглядом. – Мы же всё-таки цивилизованные люди и стараемся, чтобы всё происходило максимально экологично.
– Святой ты человек, Севочка. Беспокоишься о своей старой мымре. Другой бы на твоём месте давным-давно просто сменил замки и вышвырнул клушу на улицу, – проходит через всю прихожую, останавливается напротив меня и, глядя мне чётко в глаза, произносит: – Ни один нормальный мужик не будет связывать свою жизнь с пустоцветом. Какой смысл от холостого оружия? Тем более такого? – опускает взгляд на мою грудь, затем громко смеётся и уходит на кухню.
– Яна, прости, я не хотел, чтобы всё прошло именно так, – произносит Сева, приблизившись ко мне на пару шагов.
– Почему же? – нервный смех срывается с моих губ. – По-моему, всё, напротив, сложилось максимально удобным для тебя образом. Тебе даже рот открывать не пришлось, за тебя всё сказали.
Внутри меня разгорается настоящий пожар. Сердце колотится так, что кажется, оно вот-вот пробьёт грудную клетку и вырвется наружу. От поступившей к горлу истерики меня ограждают какие-то считанные мгновения.
Я держусь из последних сил, чтобы не разреветься на глазах у мерзавца. Я поклялась, что отныне он не увидит ни единой слезинки в моих глазах. Поклялась и сделаю всё возможное, чтобы сдержать своё слово! Мерзавец не достоин ни моих слёз, ни моего сердца, а тем более ни моего ребёнка!
– Да нет же, – произносит мерзавец и сжимает кулаки так сильно, что белеют костяшки. – Я не хотел ранить тебя. Думал, что всё пройдёт безболезненно и более, – запинается, подбирая удачное слово, – более экологично.
– Экологично? – ухмылка невольно срывается с моих губ. – Утром ты говорил мне, как сильно любишь меня! Зачем?! – невольно срываюсь на крик. – Зачем ты обманывал меня столько лет? Зачем?! Ты украл пять лет моей молодости! Пять лучших лет моей жизни!
Мезравец сокращает разделяющее нас расстояние, смотрит мне в глаза и тянет целоваться.
Не позволив его губам прикоснуться ко мне, звонкой пощёчиной бью предателя по щеке. Красный отпечаток моей ладони медленно проявляется на его бесстыжем лице.
– Заслужил… – на выдохе произносит он.
Жалкая пощёчина не способна передать и крупицы той боли, которую испытала я… Никакая физическая боль не в состоянии сравниться с душевной болью, которую мне причинил самый дорогой в жизни человек.
Муж не просто предал меня. Он уничтожил меня изнутри. Вырвал из моей груди сердце и безжалостно втоптал ногами в грязь. Не оставил ни единого шанса на исцеление.
– Яночка, я хочу, чтобы ты знала. Если бы я мог поступить иначе, ничего бы этого не было, – произносит не своим голосом и в буквальном смысле рвёт на своей голове волосы.
– Да, я уже слышала, что ты хотел, чтобы всё прошло безболезненно и более экологично, – произношу на одном дыхании и так сильно кусаю губу, что во рту проступает металлический привкус крови. – Если бы ты, Колмогоров, был мужчиной, а не всего лишь жалким подобием, ты бы не стал таскаться с другими за моей спиной.
Не выдерживаю, и очередная пощёчина срывается с моей ладони. Две щеки – две пощёчины. Для симметрии…
– Прощай, Колмогоров, – произношу на выдохе и широким шагом направляюсь в сторону гостиной, где в сейфе хранятся мои документы.
Больно. Безумно больно.
Мой внутренний мир рассыпается, словно песочный замок. Я чувствую себя высушенной до последней капли. Такое чувство, что из меня вытянули жизнь, и от меня прошлой осталась только оболочка…
Трясущимися руками ввожу пароль и забираю папку со своими документами.
Мой уже бывший муж просто стоит и молча наблюдает за каждым моим движением. Наверное, боится, чтобы я не взяла ничего лишнего и чужого. Ведь в квартире миллиардера Колмогорова моего нет ничего…
Так же молча достаю из шкафа свой чемодан. На дно бросаю папку с документами и без разбора скидываю в него свои вещи.
Беру лишь то, что когда-то покупала на свои деньги, когда работала юристом. От мерзавца мне ничего не нужно. Пусть подавится своими украшениями и бездушными брендовыми тряпками.
– Любимый, ну что там, скоро? – с кухни до меня доносится успевший опротиветь фальцет.
– Потерпи ещё немножко, дорогая, – громко отвечает мерзавец.
– Кстати, передай своей клуше, что котлеты просто божественные. Я тут подъела немного, – моего слуха касается грохот кастрюль. – Пусть она книгу с рецептом оставит. Мне же надо своего богатыря кормить.
Сердце сжимается в плотный комок. У мерзавки хватило наглости поглощать приготовленную мною еду. Впрочем, я сомневаюсь, что это единичный случай. Я больше чем уверена, что каждый раз, когда я покидала квартиру, Всеволод не стеснялся и приводил в нашу супружескую постель свою любовницу.
От одной только мысли, что на наших простынях мерзавец занимался сексом с любовницей, в буквальном смысле выворачивает наружу. Я делила мужчину с другой женщиной. Как же это ужасно…
Застёгиваю доверху набитый чемодан и, задрав подбородок, прохожу мимо своего уже бывшего мужа.
Я смогла, я справилась. Я сумела сохранить самообладание, и ни одна слеза не скатилась с моего лица!
– До встречи, Яна, – хватает меня за запястье, когда я прохожу в гостиную мимо него.
До встречи? Нет, милый мой! Ни до встречи, ни до скорого, а прощай! Прощай раз и навсегда!
Отныне нас больше не существует.
Наш брак просуществовал долгие пять лет, которые я считала самыми лучшими в своей жизни. Как же грустно осознавать, что я круто заблуждалась…
– Прощай… – тихо произношу я, пристально взглянув в бесстыжие глаза предателя и с силой вырвав руку.
Сердце с болью ударяется об рёбра и начинает болеть с новой силой.
В глазах мерзавца нет ни сожаления, ни раскаяния. Они пустые и безэмоциональные, словно ему абсолютно всё равно. Словно для него никогда не существовало тех пяти лет брака, которые мы провели вместе…
Жестокий… Какой же он всё-таки жестокий.
Мужчина, в котором я не чаяла души, оказался настоящим волком, скрывающимся в овечьей шкуре…
– Позволь провожу тебя, – протягивает мне руку.
– Не смей. Я в состоянии сама найти выход, – фыркаю в ответ.
В следующее мгновение Сева широким шагом преодолевает прихожую, открывает входную дверь и произносит слова, оставившие глубокие шрамы на моём сердце:
– До встречи, Яна. Сказка закончена. Увы, но не всех героев ожидал счастливый конец. Между нами было немало хорошего, но пришло время прощаться! Надеюсь, что сумеешь понять и простить меня.
– Прощай, предатель… – произношу на выдохе, задираю повыше подбородок и уверенным шагом, и не глядя на мерзавца, выхожу из квартиры.
В следующее мгновение входная дверь громко захлопывается за моей спиной, ставя точку в наших отношениях…
Никогда не знаешь, какой сюрприз тебе преподнесёт жизнь. Утром я считала, что мой муж – самый лучший мужчина на всём белом свете, но сейчас я поняла, насколько заблуждалась в нём…
Глава 3
Яна
Четыре года спустя
– Яна Игоревна, вы уволены! – с нескрываемым наслаждением в голосе произносит начальница отдела и расплывается в довольной улыбке.
Сердце в груди делает кульбит и с болью ударяется об рёбра.
Она же сейчас шутит, правда? Начальница не может просто так взять и уволить меня, ведь она прекрасно знает, что я в одиночку поднимаю трёхлетнюю дочь.
Четыре года прошло с тех пор, как муж выставил меня за дверь и привёл в наш дом свою любовницу.
О своей беременности я не сказала мерзавцу ни единого слова. Молча вычеркнула предателя из своего сердца. На память о себе бывший оставил шрамы на моём сердце и дочь, о существовании которой он никогда не узнает.
– Светлана Викторовна, вы же сейчас несерьёзно, правда? – не своим голосом спрашиваю я.
– Разве я похожа на ту, кто любит пошутить? – смотрит на меня через опущенные на кончик носа очки. – Вы, Яна Игоревна, ужасный сотрудник, нарушитель трудовой дисциплины и просто разгильдяй!
Руки моментально леденеют, а по спине пробегает обжигающая капля пота.
От одной только мысли, какая нас с дочерью ожидает жизнь, если я останусь без работы, кидает то в жар, то в холод.
– Светлана Викторовна, вы не можете меня уволить. Начальство любит меня и на совещаниях постоянно ставит меня в пример. Я знаю, мне рассказывали. Мои отчёты всегда одни из самых лучших, – готовая вот-вот зареветь горючими слезами, взмаливаю я.
– Не исключаю, что на совещании про вас было сказано что-то лестное один или два раза, – ухмыляется. – Яна Игоревна, вы на часы смотрели?
Поднимаю глаза и застываю на стрелках, указывающих на десять.
– А рабочий день у нас во сколько начинается? – задаёт вопрос и сама же на него и отвечает: – Правильно, в восемь утра. Вы, дорогая моя, вот уже на протяжении целого месяца систематически опаздываете. Я долго терпела, но всему есть свой предел!
Систематически опаздываю? Сегодня я опоздала первый раз за долгое время. И то только потому, что у меня была веская на то причина. У моей дочери поднялась температура.
В садик, понятное дело, мы не пошли. Мне пришлось в срочном порядке искать человека, который бы согласился посидеть с моим ребёнком, пока я на работе. К счастью, такой человек нашёлся – знакомая бабушка из нашего подъезда. Она уже не раз оставалась сидеть с моей Лерочкой, когда мне не с кем было её оставить.
Да, я, несомненно, могла вызвать врача и не ездить на работу. Но я уже ходила с дочерью на больничный две недели назад, за что получила очередной выговор от начальницы.
Не надо было слушать свою совесть, а внаглую уходить на больничный снова. Тогда бы зловредная начальница не сумела бы мне и слова сказать.
– Светлана Викторовна, у меня дочь заболела. В садик мы не пошли, я искала человека, который смог бы посидеть с моей дочерью. Вы же прекрасно понимаете, что причина более чем уважительная, – пытаюсь отстоять своё рабочее место.
– У тебя вечно то понос, то золотуха! Всё! Сил моих больше нет терпеть твои выходки! Либо пишешь по собственному, либо я увольняю тебя по статье! – произносит мерзким голосом и с ненавистью смотрит мне в глаза.
– Вы не можете… – бормочу сквозь слёзы.
– Ещё как могу и сделаю! – строжится. – Чтобы через пять минут заявление было на моём столе! В противном случае вылетишь с запятнанной трудовой книжкой! И поверь моему опыту, ни один профсоюз тебе не поможет! Ты никому не нужна! Да ты даже собственному мужу не нужна оказалась! – заходится громким смехом.
Не в силах сдержать слёз, вскакиваю с кресла и покидаю кабинет начальницы.
Опоздание – это лишь надуманная причина, чтобы поскорее избавиться от меня.
На самом деле начальница боится лишь одного: что меня поставят на её место. По отделу давно ходят слухи, что новый генеральный директор нашей компании готовит серьёзные перестановки и собирается менять всё руководство.
Вот она и ищет любой удачный для себя вариант, чтобы хоть как-то удержаться на должности. Она ни перед чем не остановится, чтобы выжить меня, ведь я лучший работник отдела и с высокой долей вероятности следующий начальник отдела.
– Ну уж нет, – бубню себе под нос, смахивая со своих глаз проступившие слёзы.
Писать заявление по собственному желанию и в мыслях нет. Я поборюсь за свою должность!
Я понимаю, что в прямом противостоянии с начальницей мне никогда не выстоять. Она уже двадцать лет сидит на своём месте и уже со всех сторон обросла не только жиром, но и связями. Она с легкостью настропорит против меня таких же, как она, трясущихся за своё тёплое место, и те выставят меня не в лучшем свете.
Если и идти жаловаться на начальника отдела, то не к вышестоящим над ней начальникам и директорам, а сразу генеральному.
На лифте поднимаюсь на административный этаж и направляюсь в сторону кабинета нового генерального директора.
Наша компания испытывает далеко не самые лучшие времена. Буквально неделю назад от полного краха нас спас какой-то столичный миллиардер, под чистую выкупивший все акции.
Кто наш новый хозяин – понятия не имею. Я обычный юрист и в кабинете генерального директора была только один раз, когда устраивалась на работу около двух лет назад.
Стучу по деревянной двери приёмной и перешагиваю через порог.
– Здравствуйте, – приветствую секретаршу и тут же озвучиваю цель своего визита: – Я к генеральному по важному вопросу.
– А вы кто? – не утруждая себя приветствием, спрашивает девушка и смотрит на меня оценивающим взглядом.
– Колмогорова Яна Игоревна, юрист, – на одном дыхании произношу я и, громко сглотнув, добавляю: – Мне срочно надо поговорить с генеральным директором.
– Колмогорова, значит? Юрист? – вытягивает бровь. – Интересно. А по какому вы вопросу? У генерального и без вас куча работы. Сомневаюсь, что ваша проблема настолько существенна, что решить её может только он. Обратитесь к своему непосредственному руководителю, уверена, вам помогут, – равнодушным голосом заканчивает девушка и, взяв в свои руки телефон, начинает листать ленту.
Нет, я не могу развернуться и уйти. Если я не попаду в кабинет генерального и не расскажу ему о том безобразии, что творится вокруг, то непременно лишусь работы. А матери-одиночке остаться без заработка с трёхлетним ребёнком на руках подобно смерти. У меня банально за душой нет никаких запасов, на которые я бы смогла оплатить съёмную квартиру.
В общем, у меня нет выбора. Я должна попасть в кабинет генерального, чего бы мне это ни стоило.
С силой прикусив губу, прохожу мимо секретарши и, не дав ей ни единой возможности остановить меня, без стука захожу в кабинет генерального.
Оглядываюсь. По коже пробегают мурашки, и я вздрагиваю.
Кабинет, мягко сказать, жуткий. Мебель из массива дуба, чёрные шторы, едва пропускающие дневной свет, и приглушённое освещение. Всё такое тёмное и мрачное, словно не кабинет генерального директора, а логово какого-то опасного зверя.
Оглядываюсь и не сразу нахожу хозяина кабинета.
Генеральный сидит за своим столом, склонив голову над документами, и совершенно не реагирует на моё присутствие рядом.
Чувствую, как по спине пробегают мурашки.
Я, конечно, знала, что умные люди немного странные, но даже представить не могла, что они предпочитают работать при тусклом свете настольной лампы.
– Здравствуйте, простите. Я Колмогорова Яна Игоревна, юрист, мне надо срочно поговорить с вами, – громко произношу я и делаю шаг в сторону стола.
На мою реплику начальник никак не реагирует и не отвлекается от своего занятия.
Может, он просто так сильно увлёкся, что забылся и не сумел расслышать моего присутствия рядом?
– Простите, я Колмогорова Яна Игоревна из юридического отдела. Я пришла к вам с донесением на начальника отдела. Наш руководитель в буквальном смысле творит полный беспредел, – произношу громко, стараясь хоть как-то привлечь к себе внимание.